Приключение длиною в бит

Весь их оставшийся день прошёл в нагнетающей тишине. Они даже не смогли похоронить Веру, потому что её тело очень быстро исчезло в никуда, как и у любого другого умершего от их рук существа. Леннан с пустым взглядом грел руки у костра, но именно некроманта напрягало стоящее молчание. Он привык к нескончаемой болтовне и смеху, к свету, который он излучал, что нестерпимо хотел вернуть их. — Думаю, в первую очередь мы должны признать, что идём слишком долго в сравнении с предполагаемым временем и, вероятно, сбились с пути, а наши шансы на выживание всё меньше. — наконец сказал Моран. — Очень обнадёживает. — ответил друг. — Тогда мы должны найти и расспросить Мэри. — А как ты себе это представляешь? «Извини, наша подруга умерла, а где вообще столица? Мы непроходимые идиоты». — спародировал ребёнка и посмотрел он испепеляющим взглядом на последнем слове. — Почему ты так зол? Ты хотя бы попытался её спасти. — А почему ты такой спокойный?! Хотя, конечно, вы не были друзьями поначалу. Ленки закатил глаза и перестал смотреть на него, но Моран подумал и не отстранил взора. — С учётом опасностей, подстерегающих на каждом шагу, я предполагал, что это может произойти ещё давно, однако я тоже сочувствую нашей утрате. — …Ясно. Черноволосому парню ни разу в жизни не приходилось утешать человека в горе, но он обязан был хотя бы попытаться. Он выдохнул, поднялся с бревна, на котором сидел, и неловко улыбнулся со словами: «А знаешь, может быть, мы найдём способ вернуться в прошлое, как… Как в «Назад в будущее», да?» Тогда вор удивился и встал напротив, приулыбнувшись исподлобья. — Это мило, что ты запомнил. Прежде всего, как думаешь, что бы я сделал, если бы была возможность изменить прошлое? Я бы позволил умереть тебе вместо неё! В тот же момент Леннана как молнией прошибло осознание того, что он сказал. «Нет, нет, нет, нет, нет!». Но Моран сейчас смотрел на него с чувством предательства, с таким же выражением, как… «Лучше бы ты умерла вместо них, сестра»! — Прошу, прости, я имел в виду не то, о чём ты подумал. — протараторил Леннан. Но вместо этого некромант услышал ровно противоположное: [Да, я никогда тобой не дорожил, а ты купился. Ну и тупица]. — сказал он со злобной улыбкой. — Так вот какого ты мнения обо мне. — Что? Нет, я люблю тебя, всей душой я люблю тебя, мне очень жаль. — чуть не плача вцепился парень в его плащ и посмотрел в глаза в желании искупить вину и всё исправить. [Да, я ненавижу тебя и всё, что с тобой связано. Убей меня, можешь хоть всё человечество уничтожить. Мне уже всё равно]. — Хорошо, я так и сделаю. — Моран окончательно пришёл в ярость и безумие. — Что сделаешь? Некромант ударил Леннана коленом в живот, набросился на него и повалил на сухую траву. Он схватил его за горло, надавливая на сонную артерию, но в этот раз с явным намерением лишить его жизни. Как и тогда, на корабле, рыжий не сопротивлялся, считая, что заслужил это, лишь с грустью глядя на возлюбленного человека и заправив его чёрную прядь за ухо, открыв взору родной шрам на щеке. «Уж лучше умереть, чем потерять ещё и тебя», подумал он. Моран надавил руками сильнее, рассчитывая использовать не только физическую силу, но и магию, но не удержался и посмотрел ему в глаза в ответ. Эти небесно-голубые глаза могли стать для него самым дорогим воспоминанием в жизни и самой мучительной смертью, их блеск делал его самым счастливым и самым слабым человеком на свете, так что он просто понял, что не хочет навсегда потерять их обладателя. Не может избавиться от томлящихся внутри чувств, как бы ни ненавидел его сейчас. Внезапно для рыжего, Моран убрал руки с его горла и переместил на затылок. Затем соприкоснулся с ним губами с сильным напором, прижавшись всем телом. На самом деле он не осмеливался сделать что-то выходящее за грань приличия, потому что впервые целовал кого-либо. Но Ленки было всё равно, он достаточно отчаялся, чтобы сделать что угодно, лишь бы некромант остался и простил его. Например, выгнуть спины, усилить трение, зарыться пальцами ему в волосы и ответить на поцелуй, осторожно коснувшись чужих губ языком, чего и сам хотел. Моран тихо простонал от неожиданности и углубил поцелуй, являющийся самой приятной вещью, что он делал, как бы неправильно это ни казалось ему раньше, когда он видел осуждение общественности на однополые отношения. Поддаваться страстному желанию было так просто, что он чуть не забыл, что собирался отомстить за то, что его использовали, как одноразовый товар, и предали, как последние органы старика. Тяжело дыша, он отстранился и сказал разочарованно: «Продолжить издеваться над моими чувствами – самое жестокое, что ты мог сделать, после того как вонзил нож в спину. Самый острый нож из всех». Некромант встал с ничего не понимающего вора, отряхнул одежду и не подал ему руки. — Я не убью тебя, уж лучше за тебя расплатятся все остальные люди, можешь сказать спасибо. — О чём ты говоришь? — О, прошу тебя, только не строй из себя дурака. Ты же не я. — поднял Моран с земли посох и медленно пошёл вперёд. — Куда ты посреди ночи? — сердце Леннана продолжало биться с бешеной скоростью. — В столицу, разумеется. — Я пойду с тобой. — Даже не думай преследовать меня! — наложил некромант на него обездвиживающие чары. Фигура одного человека всё дальше отдалялась от костра, а другая с вытянутой в её сторону рукой безмолвно роняла слёзы на левый ботинок.

*~*~*

— За что? Почему такие люди, как она, должны уходить в небытие? Почему я? Почему я, хоть и могу сделать выбор, противоречащий предписаниям, когда все они умирают, ничего не могу сделать, в том числе умереть тоже? Почему я могу просто стоять и смотреть? — лежала Мэри на земле и говорила с кем-то. — А самое главное, если я не человек и не должна чувствовать что-либо… — прокусила она свою губу и слизала кровь, чуть не плача. — Почему мне всё равно больно? Почему мне так больно? Если бы хоть кто-нибудь ответил. Но даже ты плохой собеседник. — повернула нежить голову в сторону лежащего рядом скелета, который даже не шелохнулся за время разговора. Но в этот момент в их сторону массивными шагами шёл Циклоп, а это означало, что кто-то спровоцировал его на агрессию ответным приближением. Мэри схватила полуживого скелета за кисть и потащила за дубы, которые давно сбросили листву, но были такими же толстыми, как и в любое время года. Циклоп отразил от себя две фиолетовые дистанционные атаки, разбежался и ударил высокую, как и он, фигуру в чёрной мантии своей дубинкой и отбросил, впечатав в камень далеко от него. Человек, в котором она узнала Морана, сплюнул кровь на землю и со злобной улыбкой сказал: «Если честно, я ожидал большего». Он усилием ноги поднял упавшее оружие и занёс рукоять за шею, придерживая её руками с обоих концов, в то время как из-под земли выползло два зомби и незамедлительно атаковало Циклопа, который не мог уже откинуть их или разорвать на части, как будто они были сделаны из железа. Монстру и чернокнижнику, подоспевшему к этому моменту, пришлось принять свою участь и быть съеденными подобными им созданиями. Они начали с головы, так что страдания были не столь долгими. — Уф, это радикальный метод. Но, в конце концов, либо ты хищник, либо – еда, я прав? — зомби пробурчали что-то бессвязное, и он воспринял это за ответ. — Вы меня понимаете. — с торжеством произнёс некромант и обратил внимание на высветившееся табло: [101 Lv. Max Lv.] —… С другой стороны, иногда можно сделать исключение. — остатки внутренностей тёмного мага засветились фиолетовым, оживились и стали ещё одним зомби. — Назову тебя… Кларенс. Почему бы нет. Как того ангела из фильма, про которого я узнал от- — он тут же пресёк то, что собирался сказать. — Блять. Он снова стал серьёзным, но его руки затряслись, и Моран взял посох привычным образом, вместе с тем неожиданно почувствовал себя весьма неуютно в собственной одежде, брезгливо сбросил старый балахон и снял с плеч «Кларенса» чёрный плащ с фиолетовым воротником и внутренней отделкой и понял, что наряд ему впору. — Гораздо лучше. Вера бы сказала, что я похож на- — он замолк на добрые десять секунд. — Её даже нет в живых, а она продолжает капать мне на мозги. Так похоже на неё. — грустно потёр некромант переносицу, а затем согнал ностальгию новой мыслью. — Теперь почти уверен, что она тоже пользовалась мной. Возможно, я был не так уж глуп, сомневаясь в них всё это время. — человек достал из инвентаря блокнот для рисования и собирался испепелить его, но что-то снова остановило. Блокнот упал на землю, туда же, где осталась мантия. — По крайней мере, вы не предадите меня ни при каких обстоятельствах, потому что просто делаете только то, что я скажу. — с уважением обратился он к отряду нежити. — За мной. Мэри с сильной тревогой наблюдала всю эту сцену и услышала шевеление в кустах, где находился скелет, и столкнулась с испепеляющим взглядом, перед тем как некромант узнал упырицу. Они ни разу не говорили лично за всё это время, но безмолвно ощущали душевное родство, которое теперь, как видно, утратили. — …Думаю, ты многое поняла из моей речи, а я и не собирался тебе всё объяснять или спрашивать бессмысленные вопросы, поэтому давай просто притворимся, что не видели друг друга. — Не возражаю. — девушка думала совершенно другое, не отпуская руки скелета, который всё ещё тихо стоял несмотря на близость к нему героя. — Вот и хорошо. Прощай. — До свидания. Моран и его восставшие мертвецы прошествовали вперёд, а Мэри думала о том, что собирается делать со всей полученной информацией, хотя и не была обязана. В этот момент кости пальцев переплелись с пальцами её руки. Скелет обрёл искру на месте глазных яблок и внимательно смотрел на неё. Нерешительно раскрыл челюсть, сжал её и прошептал: — Кажется, мне больно, но не физически. Почему?

*~*~*

Ночью действительно было опаснее перемещаться, но на пределе его сил ничто не могло остановить его в достижении поставленной цели. Или нет. — Я даже не хочу причинять вам боль. Вы не монстры. Люди — вот кто настоящие монстры. — сделал он дыру в груди Минотавра, вставшего на пути. — Однако это всё ещё дело обстоятельств. Моран оскалился, возвращая к жизни зомби, которые восстали из собственного пепла и продолжили кусать огнедышащего дракона, разобраться с которым им не составило большого труда. — Хорошо быть некромантом. Даже напрягаться не приходится. Пока парень сидел в стороне, зевал и ждал, пока ненасытные слуги поедят, за ними в противоположную сторону пробежало три красных детёныша дракона размером меньше аршина. От нюха зомби движение тоже не осталось незамеченным, и они тут же переключили своё внимание на них. — Стоять. — приказал он побежавшим в ответ зомби. Оставленная ими, скорее всего, мать исчезла с блеском пикселей. Тем лучше. — Моран нашёл прятавшихся в кустах детей и выложил перед ними три куска мяса из своих запасов. Подумал, что так будет правильно. — Вы имеете полное право злиться. — издали наблюдал он, как осиротевшие дети с острыми зубами жадно поглощали пищу, но всё же по какой-то причине не нападали. Что только сильнее ранило чувства некроманта. —… Похоже, самое время идти дальше. Ле- в смысле Рукки. Норман. Кларенс. — отозвал Моран зомби, и они снова временно превратились в кучу гнили. — Хочешь сделать хорошо — сделай это сам. — Какие люди! Рад видеть. — лучезарно поприветствовал Леватис. — Иди нахуй. — парень даже не взглянул на него. — Зря ты так. Между прочим, я с особым предложением. — Не интересно. — Впереди ещё много опас- — По-твоему, я не знаю? Но тебе не доверяю, как и всем остальным. Торговец преследовал его, по ходу анализируя слова. Он еле сдержался, чтобы не рассмеяться над ним от всей души. — Кхм. Что ж. Тогда увидимся в другой раз. — низкий мужчина поправил круглые очки для слепых на носу, убедился, что герой уже не оглянется, и исчез вместе с безумной улыбкой. — И что ему только в голову взбрело? — Моран заморозил движение очередного моба, затем ещё одного и не спешил сам, но сумел избежать атаки кинжалами от сумасшедшего жонглёра, поглащенного тёмными чарами. Он обернулся, прогнулся назад, и лезвие пролетело прямо перед носом, прогнав призрака, а затем воткнувшись в иссохшее дерево. Он высасывал из монстров ману, обездвиживал или испепелял, не остановился ни перед бочками с припасами, ни перед дверьми в каменные постройки. Не то вторые сутки без сна, не то навалившаяся ноша в виде всех произошедших событий заставили его самопроизвольно умерить пыл и замедлить ход. — Что стало с моими прежними убеждениями? Я верил, что… — внезапно герой — вернее, уже не герой — почувствовал, как со спины лезвие короткого оружия вонзилось ему в область почек. — Если подумать, чем этот мир отличается от реальности? — свернул Моран шею злобного гоблина и достал из-за пазухи нужные зелья. Он почувствовал прилив сил и то, как она переполняет его. — Только тем, что я могу беспрепятственно дать сдачи, если захочу. Монстры появлялись из непроглядной темноты ночи и, как заметил он, падали после трёх ударов, а это означало, что и они стали сильнее. При этом они нападали не по одному, а толпой, кто-то укусил его за правое плечо, и тело снова пронзила невыносимая боль, испытываемую уже множество раз, но гораздо реже, когда с ним была компания. Чтобы появилась возможность залечить рану, нужно было время, свободное от атак, а поскольку он сражался с несколькими противниками сразу, сделав усилие над собой, выпустил шары энергии обеими руками, а ногой тоже попытался отбросить врага от себя, но не имел достаточно силы в нижних конечностях, как его бывшие "друзья". Едва вампир упал, тут же поцарапал его голень длинными ногтями, словно дикий зверь. Раны были глубокие, другой монстр ударил парня в затылок, помогая вампиру схватить его шею для укуса. Моран упал на колени и изо всех сил закричал не столько от боли, сколько от злости. В этот момент самопроизвольно случился сильный выброс оставшейся маны, который испустил искры в его глазах и волну фиолетового света и испепелил противников. Когда парень было решил, что ему чрезвычайно повезло, он, внимательно осмотрев окрестности и не обнаружив никого поблизости, забрался в рюкзак и… Не обнаружил в нём ни одного зелья исцеления. Он рискует истечь кровью и умереть, если не найдёт поблизости ещё хотя бы одно зелье, просто потому что не захотел иметь дел с торговцем. Моран хотел бы закричать снова, но, кажется, сорвал голос и истратил все остальные силы. Некромант плёлся по дороге, зажимая рану слабой левой рукой и опираясь о землю посохом, и, как назло, не находил ни одной красной склянки. Перед ним встал неизвестный в чёрной одежде, похожей на ту, что раньше носил он сам, и с длинной косой в руке. — Жнец смерти? Хоть что-то новое. — попытался отшутиться Моран, но жнец оставался безмолвным, пока не нанёс удар холодным оружием, но не по телу, а над ним. Путник посмотрел вверх и увидел над головой наличие какого-то смертельного статуса, который имел значение в сто секунд и быстро уменьшался. Враг тем временем просто прошёл мимо него. — Что, даже не попытаешься убить меня быстрее? Позор. Моран осознал, что скорее всего умрёт в течение этих девяноста секунд, но не знал, как это изменить, поэтому просто упал и смирился с тем фактом, что будь с ним он, этого бы не произошло. Внезапно он ощутил на лице ещё какой-то свет, но не солнца, потому что оно восходит с другой стороны. В этот момент парень услышал характерный звук рассечения плоти, чье-то падение и медленные лёгкие шаги. Он увидел только ноги небольшого размера, когда закрыл глаза и позволил перевернуть себя на спину. Он ожидал чего угодно, но определённо не того, что его начнут бережно поить живительной настойкой, а затем чем-то ещё с горьким вкусом. — Поверить не могу, Ле- — Ш-ш. Эта просьба замолчать была странной для него, но на лице Морана всё равно появилась улыбка, когда он раскрыл глаза, увидел лучи солнца, озарившие лес, отсутствие смертельного статуса. Встал, окрылённый приятным чувством, взявшимся из ниоткуда, и развернулся поприветствовать своего спасителя, сказать, что скучал. Однако впереди шёл не кто иной, как человек, который носит пончо, абсолютно нелепую шляпу и ростом с него, когда он десятилетним. — Нет, это не мог быть ты. Где Леннан? — Точно не здесь и не спасает тебя, если зрение меня не подводит. А ты настолько против моей помощи? — Да. С твоей жадностью и любовью к деньгам не удивлюсь, если ты предашь меня на завтрашний день, Леватис. — проговорил Моран сквозь зубы, готовый убить мужчину за лишнее напоминание. — О нет-нет, за последние недели я осознал кое-что, для меня ты особенный экземпляр. А, и не пытайся убить меня сейчас, это невозможно, многие пытались. Так уж устроен код. — торговец отклонился от темы. — Видишь ли, у нас общая цель, а я верю, что вместе мы сможем её осуществить. — И какая же? — Отомстить всему человечеству за то, как оно с нами обошлось. У нас выйдет отличное профессиональное партнёрство. Я предоставлю тебе все свои ресурсы бесплатно, и ты ничего не будешь мне должен, если справишься. — Леватис ухмылялся, обходя его по кругу и продолжая акцентировать внимание на нужных словах. — За что тебе мстить? — Неужели ты рассчитываешь на слезливую историю из жизни? Как будто больше не на что тратить время. Так ты согласен, Моран? Хочешь увидеть столицу, превращённой в пепел? Заставить ощутить страдания, что испытал ты? — торговец предложил ему руку с этими словами. Моран задумался, чтобы прийти к мысли, что это действительно та цель, которую он хочет достичь. С человеком, который хотя бы способен оценить твой вклад и помогать, а не впутывать в проблемы, избавиться от всех остальных было бы куда проще. В конце концов, злодей отказался пожать другому руку, а пошёл дальше со словами «Согласен». Леватис, помедливший немного, бросил в куст без листвы пустой сосуд зелья очищения. — Если он воровал у меня, это не означало, что я не мог украсть у него. — пробормотал мужчина. — Эй, не спеши ты так! Столица от нас никуда не убежит!.. Я надеюсь.

*~*~*

Когда Мэри услышала всё, что сказал Моран, она отправилась за пределы карты, откуда могла быстрее, как ей казалось, найти Леннана, и всё равно долго не была в состоянии его обнаружить, просматривая прозрачные порталы между одинаковыми деревьями. Как бы сильно она пыталась оставаться в сознании, ноги быстро подкашивались, голова начинала кружиться, а глаза закрывались. Она много раз падала, ведь не предвидела серьёзности последствий своих прошлых решений. На третий день упырица поняла, что краски «зазеркалья», как его назвал человек из прошлого, стали темнее, и свет, излучаемый бескрайним потолком, потускнел. Что-то определённо было не так. Однако это не помешало ей увидеть в следующем десятом портале тело рыжего парня, лежащего возле потухшего костра. На его шее были видны тёмно-фиолетовые синяки. — Леннан. Что произошло с Мораном и почему ты лежишь? — Я, как и всегда, причинил другому человеку боль, потому что это единственное, что я умею, и жду, пока меня кто-то убьёт. Будет проще, если это сделаешь ты, Мэри, я уже практически отчаялся, но не решусь на суицид. — перевернулся он к ней лицом, выдавив из себя улыбку. — А почему это не может сделать совершенно любой другой враждебный моб? — Создаётся впечатление, что они просто игнорируют меня! Хотя не так давно я бы изъявил желание о том, чтобы так было всегда. — Леннан смог сдержаться и не заплакать снова из-за собственной жалости. Упырица внимательно посмотрела на него с осознанием, что уже видела точно такую же сцену, и никак не хотела, чтобы это повторялось с ней. Но вот она здесь с тяжёлым вздохом садится рядом в позе лотоса. — Выслушай то, что я сейчас расскажу, и постарайся задавать поменьше вопросов.