Вопрос времени

      Дорога до университета по Невскому проспекту всегда навевала какую-то тоску. Ещё и погода стоит идеальная — будто для пляжной серии. К сожалению. Осматривая виды, вслушиваясь в звуки города, я улавливаю вибрацию в кармане. Мама звонит. Отвечаю тут же, переходя дорогу. — Да?.. Ещё раз, мам?.. А привет ей! Надолго?.. Ну, тогда хорошо вам… ебать!       Белый спортейдж чуть не сбил меня. Я со всей силы вдаряю по капоту и показываю водителю средний палец. Он что-то неприятное и грубо выкрикнул. — Всё хорошо, мам, — натягиваю улыбку, держа фак вытянутым, — меня друг напугал. Убежала! Люблю!       Сбрасываю звонок — и как раз в этот момент мой несостоявшийся убийца начинает неистово сигналить на весь проспект. Проверяю часы — время есть. Показательно глянув на зелёный свет, доказывая своё право переходить дорогу по пешеходному переходу, мать его, я усаживаюсь прямо на капот спортейджа.       Адреналин играет в крови. Увидь я себя прошлогоднюю, не поверила бы, что вытворяю подобное. Но почему-то захотелось именно так. Накопленное напряжение из-за Кермана, отсутствие папиной поддержки, мамины закидоны, все эти разборки дома и, конечно, учёба… Всё это довело меня до предела, потому я позволила себе подобную шалость.       Данила, сидящий на обочине неподалёку, наблюдает за всей сценой. Он тихонько усмехается, видя, какой урон нанесён водителю. Ему забавно наблюдать за мной в таком состоянии. Он решается подойти, когда я уже устроилась на капоте. Встаёт с обочины и неторопливо шагает — с самодовольной улыбкой на лице. — Убирайся отсюда нахуй! — орёт владелец спортейджа, продолжая сигналить.       Я хихикаю на гормональных качелях, ровно до момента, пока не замечаю Данилу рядом. Тело сковывает. Перестаю дышать. Данила игнорирует шум вокруг, сосредоточившись только на мне. Он опирается на капот бедром, скрещивает руки на груди и смотрит с насмешливым выражением.       Уверенность, что он сейчас будет придурком, не покидает меня ни на секунду. Я жду показного спектакля, пафосной фразы или колкости. Но он просто аккуратно присаживается рядом. И взгляд у него становится каким-то… одобрительным? Я киваю, не говоря ни слова. Водитель чуть газует, надеясь нас напугать. Но мы с Данилой переглядываемся и синхронно начинаем смеяться. Мой смех — чисто невротический, но от этого не менее ценный. Он ценен именно для меня. Это состояние — моё маленькое спасение.       Когда от зелёного сигнала пешехода остаётся всего пару секунд, Данила сползает с капота и протягивает мне руку. С сомнением в глазах я позволяю ему помочь мне слезть. Мы наконец переходим дорогу под матершину водителя, чуть слышно хихикая. И, успокоившись, я вынуждена признать — Данила не совсем придурок. По крайней мере, сейчас он таким не казался.       Переглянувшись, мы оба стараемся не замечать странную, тянущуюся паузу. Данила ещё пару мгновений смотрит на меня, и его улыбка постепенно сменяется более серьёзным выражением. В глазах мелькает любопытство, и наконец он говорит: — Ты… довольно лютая для девчонки.       Я принимаю это без раздражения. Задумчиво округляю глаза, скрещиваю руки на груди и лукаво улыбаюсь: — Довольно большая же. — с нажимом, но без агрессии напоминаю я.       Данила усмехается и отводит взгляд в сторону, будто отвлёкся. Поворачивается ко мне и достаёт пачку сигарет — очевидно, нервная попытка закурить какое-то чувство. — От своих слов не отказываюсь, — держа сигарету между пальцами, он чуть качает рукой перед лицом и прикуривает. Теперь он понимает, что, кажется, недооценил меня в тот день. Вежливым жестом протягивает пачку, но я морщусь, напоминая, что не курю.       — Я… — отвожу взгляд в сторону, будто на что-то отвлекаюсь, лишь бы не смотреть ему в глаза слишком долго.       При утреннем освещении белого полотна питерского неба они, кажется, всё-таки голубые. Проверив время, я снова поднимаю голову. — Я вот на учёбу иду… — Говорю это, чтобы заполнить неловкую тишину — и тут меня осеняет. — А ты чего в такую рань на улице?       «Восемь утра. Почему он здесь? Ещё и рядом?» — сомнение мелькает на лице.       Данила замешкался на мгновение, переминаясь с ноги на ногу, будто боксёр на разминке. В глазах — колебание, но он сохраняет беспечное выражение. — Да всё в порядке, мимо двигал, — отвечает он с расхолаженностью хулигана с задней парты, — дела за московским были. — Ты преследуешь меня? — спрашиваю я, не дослушав очевидно выдуманную (на самом деле — нет) историю.       Спрашиваю без стыда и страха. Мозг уверен — что-то тут не так. Город слишком огромен для таких совпадений. Глаза Данилы на мгновение расширяются. Он не ждал такого обвинения. Отступив на полшага, стараясь казаться равнодушным, он качает головой: — Полегче, малая. Не преследую я. Сказал же, дела поблизости. — Говорит это уверенно и непринуждённо, но всё же с лёгкой обороной. — Какое невероятное совпадение… — окатываю его литром сарказма, округляя глаза, — Как удобно…       Я не боюсь, но нервничаю. «Почему он ко мне пристаёт? Чего ему нужно?» Мне бы не хотелось стать частью их соревновательных перепалок с Керманом. И если Данила планирует через меня уколоть брата — я ему такой аттракцион эмоциональный устрою, что блевать будет до Москвы. Ух, как же меня пробрало после этой недоаварии. Чувствую себя… иначе.       Данила не оценил саркастический выпад, показательно сохраняет хладнокровие. Челюсть сжата, руки в карманах. — Совпадение, — кивает он устало. — Не преследую. — делает паузу, поднимает прежде опущенный подбородок, смотрит исподлобья: — Ты не настолько интересная. — Глубочайше надеюсь, что это не гнилой трёп.       Мой голос холоден и устойчив. Взгляд — безразличный. Я возвращаюсь на тропу до университета, погружаясь в мысли о чём угодно, только не об этом при-дур-ке.       Его смеющееся лицо крутится в голове, как сраная гифка.       На учёбе я старательно вникаю во всё, даже в самые скучные теории — лишь бы отвлечься. То есть… ради знаний, естественно. Хочу быть профессионалом. И я безостановочно болтаю с одногруппницами, ввязываюсь в дискуссии, вовлекаюсь во все социальные активности, соглашаюсь пойти на вечеринку в конце сезона… Обычный день базового интроверта, в общем-то.       Домой я приползаю без сил, валюсь на кровать. И единственное, что всплывает перед глазами до того, как я вырубаюсь — это сраная. зацикленная. гифка.