Исторический циклизм

Михаил сидел в кресле, в его руках была потрепанная от времени книга, некогда твердая обложка сильно поизносилась, даже название и автор были едва заметными. Российская Империя был увлечен чтением, и не сразу понял, когда приятная тишина была нарушена. — Что ты себе позволяешь?! — строго вопрошал Александр, заходя с сыном в гостиную. — Ты имеешь что—то против?! — недовольно спросил Россия вместо ответа, он дернул плечом, вырывая из хватки отца свою олимпийку. Насупившись, он прошел дальше и завалился на диван, младший русский посмотрел в потолок. — Ты должен думать о своем процветании! — повысив голос, твердо ответил СССР. Он прожигал сына недовольным взглядом, сложив руки на груди. Михаил отвлекся от книги, поднимая взгляд на сына и внука, причина их ссоры ему была не понятна, но очень интересна. Россия не так давно по меркам страны вступил в права управленца своими территориями, и, если честно, этот период протекал плохо, кажется, внук только недавно завязал с алкоголем, но судя по всему возникли новые проблемы. — Что у вас произошло? — спокойным тоном поинтересовался Михаил. — Ничего не случилось, просто кто—то вздумал читать мне нотации, хотя у самого все лицо в пуху, — обиженно протянул Руслан, он повернулся на бок к спинке дивана, поджимая ноги к туловищу. — Он связался с немчурой, с отпрыском Третьего Рейха, — тяжело вздохнув, Александр сел в кресло напротив отца. — И мы все знаем, чем это закончится… — Герман не такой! — воскликнул Федерация, но не повернулся к родственникам. — Все они не такие, — вставил свое слово Михаил, переведя задумчивый взгляд с сына на спину внука. — Но история не раз доказывала, обратное… Руслан, мы уже это проходили, послушай меня и своего отца, Герман не тот, кто тебе нужен. — Что—то вас не смущало, что Герда была немкой, — тихо произнес младший русский, вспоминая о своей немецкой подруги, когда еще всем заведовал отец. Союз вздрогнул при упоминании ГДР, в свое время он сразу подметил отношения между сыном и немкой, они проводили время в компании друг друга, и мужчина действительно был уверен, что у них в будущем могли быть отношения, и он даже был бы «за», но после объединения, Герда заболела и вскоре умерла. На ее похоронах он встретился с подросшим отпрыском Рейха — Германом, и самим Дитрихом, слишком спокойным для такого траурного события. Старшего немца на похоронах даже не было. — Не сравнивай Герду и Германа, — с заминкой ответил Александр, все еще больно было от утраты своей приемной дочери, хотя, казалось бы, прошло столько лет. — Герда другая… была другой. У Руслана телефон издал звуковое оповещение, ему на телефон пришло оповещение, достав из кармана свой мобильный телефон—раскладушка, он открыл его и прочитал сообщение, сразу же оживился и улыбнулся. — Я теперь главный! И я сам буду решать с кем мне общаться и как, — резво вскочив с дивана, сказал Руслан и до того, как отец или дед успели опомниться, младшего русского уже и след простыл. Хлопнула входная дверь. — Он не управляем! — пожаловался СССР, поглядев на отца. — А чего ты хотел? Когда ты был ему нужен, у тебя не хватало на него времени, а теперь он уже взрослый, — произнес Михаил, он отложил книгу и, поднявшись с кресла, покинул гостиную, вернулся он минут через десять, с двумя кружками чая и печеньем. Надо бы что—нибудь по крепче, но, когда Россия бросил пить, весь алкоголь из дома пропал, чтобы не провоцировать младшего русского, так что теперь они довольствовались чаем.

* * *

Америка сидел в своем кабинете в штаб квартире НАТО, занимаясь делами, за окном уже был вечер, все уже покинули, а вот американец любил работать, когда этого никто не видел. На публике он был беззаботным парнем, демонстрируя свою придурковатость, но вот наедине с собой, или со своим правителем Джеймс превращался в очень серьезного парня. Дурить весь мир он любил. В дверь раздался одиночный стук. Америка поднял взгляд на дверь и произнес. — Войдите. Дверь открылась и на пороге возник Польша, Джеймсу потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить эту страну. — Польша, что ты тут забыл так поздно? — беззаботным тоном спросил США, взяв со стола стаканчик с колой и сделав глоток. Он кивнул на стул у стола. — Я насчет инцидента на собрании пару дней назад, — начал издалека Пшемыслав, присаживаясь напротив США. Американец откинулся на спинку стула, поправ солнцезащитные очки на голове, он улыбнулся во все тридцать два зуба. — А ты об этом, это было не красиво, Поль, ты и Германия члены альянса и должны дружить, так что оставьте все ваши разногласия в прошлом, надо жить настоящим и будущем. — Да, конечно, — закивал Польша, но затем придвинулся к столу, и тихо сказал. — Германия встречается с Россией, а он ведь наш враг. На миг в глазах Америке вспыхнул огонек раздражения и чего—то еще, но он вернул себе милое выражение лица. — Ну ты о чем, Поль, врагом был СССР, а Россия не такой, и если это выбор Германа, пусть будет так, — несмотря на желания удержать миролюбивый тон, под конец речи в тон ворвались раздражительные нотки. США сжимал в руке пустой стаканчик из—под колы. — То есть мы ничего не будем делать?! — воскликнул Польша, вскакивая со стула. Он был возмущен таким пренебрежительным поведением Джеймса к возможному союзу Германии и России, как показывала история ничем хорошим это не кончалось, он на своей шкуре это знал! — Будем наблюдать, — беззаботно улыбнулся Джеймс, выкидывая смятый стаканчик в урну. Однако слова поляка принял к сведенью, сейчас Россия был слабым и не представлял угрозы, и пройдет еще немного времени и будет всего лишь сырьевым придатком, никем на мировой арены. — Поль, холодная война закончена, мы сейчас должны жить в мире, так что прекращай свои истерики и подозрения. Пшемыслав закусил нижнюю губу и, кивнув, вышел из кабинета. Америка прикрыл глаза. — Сударь, Джеймс, вам шах и мат, — вывел его из забвения бархатный голос русского. Джеймс отвел взгляд от лица русского и глянул на шахматную доску, где его король был загнан в ловушку. — Какая досада, — совершенно спокойно произнес юный американец, вновь возвращая свой взгляд к Российской Империи. Он был так очарован этим высоким русским мужчиной, не представлял, как он мог сочетать в себе силу и мягкость. Это государство ему очень помогло в независимости против Великобритании. — Российская Империя, к Вам прибыли Королевство Пруссия, со своим сыном, — произнес солдат, который нарушил их досуг. — Хорошо, ступай, — отпустив солдата, Российская Империя обернулся к Джеймсу и слегка виноватым тоном заметил. — Прошу меня простить, но на сегодня нашу встречу придется закончить, если Вы хотите, то можете остаться на ночь здесь, я предупрежу управляющего он подготовит Вам комнату, а завтра Вас сопроводят в порт. Сейчас мне надобно удалиться, — Российская Империя поднялся и покинул комнату вслед за солдатом. США было интересно взглянуть на этих загадочных гостей, он только начинал знакомиться с Европой, до этого отец его особо никуда не отпускал, не выводил в свет, так что американец принял предложение остаться до завтра. Он думал познакомиться с гостями за ужином, но ужинал Америка в гордом одиночестве, к столу не явился даже Российская Империя. «Неужели настолько важные дела они там обсуждали?» — подобный вопрос мучал Джеймса, он отправился на поиски хозяина дворца. Из кабинета Михаила доносились приглушенные звуки, когда США их услышал, то подумал обознался, но звуки повторились, Джеймс незаметно подкрался к двери, та была закрыта. Но юноша потянул ее слегка и бесшумно приоткрыл ее настолько, чтобы подглядеть, что происходило в кабинете, и остаться незамеченным. Его глаза округлились от шока, с такого ракурса он мог видеть только мужчину со спущенными штанами, что стоял у стола спиной к двери, между чьих—то разведенных ног. Не трудно догадаться, чем именно там были заняты. — Аль…брехт, — донесся до слуха Дмеймса голос русского, сейчас он был таким прекрасным полным страсти и мольбы, американец никогда не слышал такие нотки в голосе холодного Михаила. — Разве Вас не учили, что подглядывать не хорошо, — совсем рядом раздался высокомерный голос подростка, который захлопнул дверь прямо перед носом Джеймса. От такого замечания, лицо американца покраснело в плоть до ушей, он не ожидал, что будет пойман за таким Джеймс обернулся и оглядел незваного гостя, это был утонченный высокого роста подросток, с аристократичными чертами лица, короткие черные волосы создавали сильный контраст с его бледной кожей, а красные глаза смотрели на США надменно.  Американец даже растерялся не зная, что сказать. — Вильгельм, сын Пруссии, а Вы кто такой? — подросток в знак приветствия протянул руку, обтянутую черной перчаткой. — Джеймс Раян Уоллес, сын Великобритании, Соединенные штаты Америки, — с заминкой ответил США, нерешительно пожав руку, их знакомство было крайне неловким. — Наслышан, — произнеся это, Вильгельм кивнул сам себе, словно что—то решая. Он произнес все тем же высокомерным тоном. — Так или иначе подглядывать это мерзко, если Вы собираетесь в высший свет, то ведите себя подобающе. Вильгельм продолжил свой путь по коридору дворца, а США смотрел ему вслед, на душе было гадко после встречи с этим подростком, и совершенно не осталась сил, так что американец быстро ушел в приготовленную для него комнату.