Три трупа, два пистолета и чайный сервиз

Это был не самый тяжелый день в его жизни, но точно один из самых изматывающих. Он никогда не думал, что несколько часов в торговом центре с женщинами, которые очень не хотели возвращаться домой к своему быту, может ощущаться, как настоящий марафон. Он открыл холодильник, игнорируя присутствие Соуске на кухне и его существование в принципе. Однако, окинув взглядом содержимое, Шинджи нахмурился, покопался на полках и медленно выдохнул, стискивая ручку холодильника до треска. — Соуске. Тут было три банки. — Я их выкинул. Хирако закрыл дверцу и повернулся к Айзену. — Выключи плиту. — Что? — Соуске вопросительно выгнул бровь, накрыв кастрюлю крышкой. — Плиту выключи. Он бросил на Шинджи еще один недоуменный взгляд, но покорно нажал кнопку на варочной панели и кастрюлю переставил на другу конфорку. В эту же секунду Хирако бросился к нему, замахнувшись. Соуске без труда уклонился и попытался схватить своего буйного мужа за руку, но Хирако был непомерно гибким и изворотливым. Несколько верхних пуговиц рубашки Айзена отлетели в стороны, застучав по плитке кухни, а сам он врезался в стол, и теперь над ним нависал Шинджи, вжимая запястья в столешницу. Соуске был объективно выше и больше, но на стороне Хирако был гнев. — Если на мне увидят следы, как мне это оправдать? — попытался вразумить его Айзен, на что Шинджи лишь широко оскалился. — Будто ты не знаешь, Соуске-бо. Скажешь, что трахались, как кролики. Мы же супруги, в конце концов. — Боюсь, синяки от побоев сильно отличаются от засосов. Хирако скривился, но руки Айзена отпустил. Хотя тут же потянулся к его ремню и стал его расстегивать. — Что ты делаешь? — Я тебя им задушу или выпорю, еще не решил. Айзен перехватил его запястье, глядя хмуро. — Раньше у тебя не было… тяги к порке. — Ну, знаешь, побывал в разных местах, повидал всякого. — Попробовал тоже всякое? — А тебе какое дело? — огрызнулся Шинджи. Айзен смотрел на него поверх съехавшей оправы и упрямо поджимал губы. Вздохнув громко, он отпустил руку Хирако и откинулся обратно на столешницу. Пятку он поставил на край стола, удобнее устроив Шинджи между своих ног, и тот, кажется, начал понимать, что происходит, но не отстранялся. Растрепанный, рубашка наполовину распахнута, расстегнутые брюки. Отрицать было глупо. Когда Айзен не открывал свой сучий рот, то выглядел очень даже горячо. Хирако быстро облизал губы, пытаясь хоть как-то заставить себя уйти, но… Он же не железный, честное слово. Соуске совсем не помогал. Наблюдал, расстегивая свою чертову рубашку окончательно. Спасибо, что хоть не улыбался, иначе Шинджи точно прописал бы по этой нахальной роже. — Ну и что ты делаешь? — Хирако смотрел на это с напускным отвращением, но Айзен знал его слишком хорошо, поэтому вместо ответа развел полы рубашки и провел ладонью по своему животу. — Какая же ты блядь, — на выдохе произнес Шинджи и расстегнул собственные джинсы. Сплюнув в ладонь, он обхватил ей член и стал двигать рукой. Просто быстрая разрядка, ничего особенного. Айзен тут почти не при чем. Хирако ведь давно не… Соуске качнул бедрами. Шинджи с глухим рычанием судорожно вцепился в его бока, закинув одну ногу себе на плечо, и начал тереться прямо о ткань брюк. Рука с живота Айзена скользнула ниже, и Хирако сцепил зубы, толкаясь теперь в теплую ладонь. Однако когда Соуске отогнул брюки вместе с бельем, чтобы обхватить рукой оба ствола, Шинджи насмешливо оскалился. — Скажи, ты просил Шунсуя отправить меня сюда вместе с тобой? В эту глушь, где нам надо строить из себя парочку. Это была твоя влажная мечта, м, Соуске? Соскучился? Тот не отвечал, лишь приоткрыл рот и шумно выдохнул, крепче сжимая руку, а Хирако быстрее толкался в нее. — Жить вместе, спать в одной постели… Как тебя пришибло, когда я начал голым по дому ходить, а? Понравилось шоу? Или тебе больше понравилось, как я угрожал тебе? Ты так смотрел… Айзен слабо выгнулся, едва слышно простонав, и запрокинул голову. Шинджи удивленно уставился на него, остановившись. Белесые капли влажно блестели на подрагивающем торсе, и Соуске пару раз двинул ладонью, выдавливая остатки и пачкая ими член Хирако. То, что Шинджи кончил лишь от этого вида, можно было объяснить тем, что у него давно не было секса. Никак иначе. Айзен тут вообще был не причем. Ну, да, красивый. Подумаешь. С тем же успехом можно было и от порно кончить. Так себя пытался успокоить Хирако, опираясь обеими руками на стол и пытаясь сморгнуть пелену с глаз. — ….ил. — Что? — он поднял голову и посмотрел на Соуске, такого же разморенного оргазмом. — Я никого не просил. Я сам не знал до последнего момента, что меня на это дело отправят с кем-то. — Лжешь. Айзен тихо засмеялся, чистой рукой снял очки и накрыл глаза предплечьем. Шинджи тоже закрыл глаза и мысленно чертыхнулся. Он переступил черту, и обратной дороги теперь не было.