Глава 50. Нет пути назад
29 апреля 2025 г., 16:17
Осенний Гриндейл сверкал и громыхал, словно королевский оркестр. На улицах царил праздник: от дома к дому тянулись цветные гирлянды и флажки; звуки скрипок, флейт и барабанов наполняли воздух радостью и восторгом; торговые лавки манили ароматами яблочных пирогов с корицей и мясными пирожками; нарядные и веселые прохожие гуляли по улицам, наслаждаясь фестивалем урожая. Но в этот раз столица сходила с ума из-за одного совершенно изумительного события, которого никто не ожидал.
Главная дебоширка империи Ровена Фирс выходит замуж за ледяного принца Атанариза! Все знают, что у обоих характер не сахар! Королева скандалов и суровый генерал? Как же они уживутся вместе?
Светское общество разрывалось от сплетен и бесконечных разговоров на эту тему. Но больше всех наслаждался этим водоворотом перченых слухов, конечно же, простой люд.
— А я совершенно не согласен отдавать нашу милейшую госпожу этому волку! Он же взглядом деревья сушит, куда ему до нее? — воскликнул седой ремесленник, сжимая кружку.
— Не кипятись ты, Даг! — вмешался кузнец, смеясь. — Я вот считаю, что они отличная пара!
— Но это же очевидно — они абсолютно не подходят друг другу! — сморщилась официантка Лиза, поставив пустой поднос на барную стойку.
— А я верю, что из противоположностей создаются действительно удачные и прочные союзы! — довольно воскликнул Клиф, водрузив на поднос три больших бокала с медовухой.
После охотничьего состязания в таверне Сайкса без остановки шли горячие дебаты на эту тему.
Джек сидел у шестого столика и задумчиво вертел в руках гитару, перебирая струны. Бастиан пришел в таверну и, увидев Джека, махнул в знак приветствия.
— Ты звал меня?
Хозяин таверны сосредоточился на Бастиане.
— У меня есть просьба, — сказал он встав с места.
— Я весь внимание.
— Мне нужно уехать… на некоторое время. — Джек замолк ненадолго, но потом продолжил. — Ты должен позаботиться о таверне в мое отсутствие.
— Что? Но… Что?! — Бастиан не поверил своим ушам — неужели Джек, для которого таверна как дом родной, хочет бросить все и уехать? — И куда ты собрался?
— В Измир.
На миг в таверне наступила абсолютная тишина, а потом зал взорвался.
— Что-о-о?! Куда-а-а?! — хором закричали посетители таверны и шокировано уставились на Джека.
— И-и-измир?! — удивленно протянул Бастиан. — Да это же на другом конце света! Опаснее места не найдешь! Что ты там забыл?
— Не твоего ума дело. — Джек приблизился к парню вплотную и испытывающе воззрился на него. — Так ты согласен?
Бастиан сглотнул и медленно кивнул. Джек ухмыльнулся и обошел его. У выхода уже ждала его команда в полном составе. Там и поварской отряд, и матросы, несколько огромных вояк с огнестрелами наперевес. Бастиан узнал в них постоянных посетителей таверны. Сняв фартук и накинув на голову шляпу, к отряду присоединился даже Клиф, которого не так давно повысили до должности боцмана.
— Стой! Когда ты вернешься? Я никогда не руководил таверной и вообще…
Джек резко обернулся и впихнул ему в руки свою любимую гитару.
— А-АХ!!! — воскликнули выпивохи в ужасе, зажав рты ладонями.
Ладно оставить таверну, но расстаться с гитарой было уму непостижимо! Для всех это значило только одно — похоже, Джек решил и вовсе не возвращаться.
Бастиан во все глаза уставился на надменную пиратскую рожу Джека, потеряв дар речи. Но что-то в его взгляде было странным, словно надломленным, того и гляди он рассыплется на части. Бастиан крепче сжал гитару и кивнул Джеку с серьезным лицом.
— Ты можешь положиться на меня. Обещаю, что позабочусь о ней…
Джек на мгновенье широко раскрыл глаза, а потом улыбнулся уголком губ. Он махнул рукой и ушел не оборачиваясь.
Посетители озадаченно переглядывались между собой, пытаясь предположить, о чем шла речь.
— Он ведь о таверне?
— Ну, может и о гитаре…
Один из постояльцев снял шляпу и сделал большой глоток из своей кружки. Громко стукнув ей по столу, он вытер пену у рта и с грустью уставился в сторону выхода.
— Идиоты, все куда проще. Единственная, что была дорога ему, теперь принадлежит другому…
*****
В порту Гриндейла царила полнейшая неразбериха. Обычное дело для столь оживленного места, но в этот раз изменился сам масштаб. Воздух был насыщен морем, дымом и ароматами пряностей, запахами соленой рыбы и жаренных кальмаров. Сквозь крики чаек и звон колоколов доносились возгласы купцов и торговцев, приезжих гостей и местных обывателей. Вокруг пестрели лавки, торгующие шелком и благовониями. С ног сбивали снующие туда-сюда с тюками, бочками и клетками, грузчики. Безостановочно прибывали новые суда, им едва хватало места в порту. Фрегаты стояли борт к борту настолько плотно, что их мачты почти сплетались. Корабельные флаги лениво развевались, выдавая принадлежность кораблей ко всем морям известного света. Свадебная церемония наследного принца империи — да разве можно было позволить себе такое вопиющее упущение? Это событие, без преувеличения, стало апофеозом светской жизни, куда стремглав стекались все сливки общества, причем не только из самой империи, но и со всех уголков мира. Микаэлла ступила на трап своего корабля, и навстречу ей незамедлительно вышел капитан — высокий, с проседью в висках мужчина с выразительными серыми глазами. — То есть как мы не можем отплыть в Вернес? — недовольно нахмурилась Микаэлла. Капитан покачал головой, взгляд его скользнул по тесному заливу, где волны с глухим плеском ударялись о борта кораблей. — Погода капризна, ваше высочество. Штормы сменяются туманами, а залив слишком узок для безопасного маневра. Придется задержаться здесь как минимум на неделю. — Что? — Микаэлла беспомощно смотрела на гавань, корабли и небо. Оно было абсолютно ясным, без облачка. Ей ужасно не хотелось оставаться в этом месте еще на неделю, ведь тогда ей придется присутствовать на свадебной церемонии принца и… Микаэлла недовольно топнула ногой и развернулась к помощнику. Она ни за что здесь не задержится! — Немедленно найти нового капитана и, если потребуется, другое судно! — распорядилась принцесса, махнув рукой. — Неважно в какую сумму это обойдется. Я должна отплыть сегодня же! Прошло несколько часов, Микаэлла вышла из трюма, переодевшись в более удобную одежду. Бархатные брюки и кружевная блуза, волосы заплетены в роскошную длинную косу, и конечно, ее любимый меч красовался на широком поясе. Помощник тут же подбежал к ней, покраснев от волнения. — Уолтер! Тебе удалось найти кого-нибудь? — Д-да, ваше высочество, — прошептал седой камердинер, склонившись к госпоже. — У этого человека самая лучшая репутация в столице, и он очень опытный капитан, однако… — Где он? — поторапливала его принцесса. — Он ожидает внизу, моя госпожа, но должен вас предупредить, что… Микаэлла повернула голову в направлении порта, когда услышала крик над головой. Штормовой порыв ветра поднял волну, и корабли тряхнуло так сильно, что они столкнулись между собой. Матрос, закреплявший узлы на рее, пошатнулся и полетел вниз, держась за конец веревки. К несчастью, он не успел закрепить другой конец и падал с высоты прямо на принцессу. Несколько человек бросились к мотку, что лежал на палубе, но веревка почти закончилась и взметнулась вверх. С невероятной скоростью мимо Микаэллы пронесся мужчина — его горящий взгляд на мгновение царапнул принцессу. Он ловко запрыгнул на ванты и, перехватив свободный конец веревки, предотвратил падение матроса. Тот удачно приземлился, а загадочный спаситель эффектно спрыгнул, оказавшись прямо перед девушкой. Яркая внешность красавца поразила принцессу, заставив приглядеться к нему повнимательнее. Дорогой камзол, треуголка на голове, длинные каштановые волосы и частично открытая грудь с красивым силуэтом мышц под белоснежной рубашкой — Микаэлла невольно засмотрелась на эти изгибы. Джек увидел легкое замешательство на лице девушки и обольстительно улыбнулся. Микаэлла тут же нахмурилась и отступила. — Вы…? — Ах, это… — подбежал, наконец, камердинер, но его отодвинула огромная ладонь мужчины. А другой рукой он взял девушку за руку и притянул к себе. — Капитан Джек Снортэр, — слегка поклонился он, поднося ладонь в бархатной перчатке к губам. — К вашим услугам. Микаэлла презрительно сузила глаза и хотела вырвать руку, но цепкий взгляд капитана ее остановил. — У вас есть корабль? — холодно поинтересовалась она. — К сожалению, нет. Но этот барк тоже ничего. — Джек оценивающе осмотрелся. — Могу я узнать место назначения? — Вернес. — Хм, — Джек задумчиво почесал подбородок. — Придется сделать крюк. — Для чего? Сомневаюсь, что в этом есть необходимость. — Спорите с капитаном? — вздернул бровь мужчина. — Вас пока никто не нанимал. — Но вы же хотите отплыть сегодня? — И не днем позже. — У меня с этим нет проблем. А у вас? Команда Джека едва успевала переводить взгляд с капитана на девушку, кожей ощущая возникшее между ними напряжение. Микаэлла не понимала, куда ведет этот странный мужчина. — У меня тоже… нет проблем. Джек усмехнулся. — Значит по рукам! Ну и как зовут моего прекрасного нанимателя? Уолтер снова попытался встать между капитаном и принцессой, но девушка гордо произнесла. — Микаэлла. — Прекрасное имя… Мы отплывем сегодня же, Микаэлла. — Джек притянул девушку за руку, приблизившись к ней. — Однако у меня есть условие. — И какое же? — выдохнула ему в лицо принцесса. — Я никуда не поплыву без своей команды. — Джек слегка наклонил голову, указывая на ребят, что ожидали внизу. — Не стоит нас опасаться, мы не какие-то там бандиты с дороги. — А это уже мне решать. — Микаэлла крепче сжала руку Джека, так что перчатки затрещали. — Стоит вам задумать что-то дурное, и я лично разберусь с вами! Микаэлла вздернула подбородок, глядя прямо в лицо этому ехидному капитану. Ее грозный взгляд заставил его окаменеть. Красивые нефритовые глаза принцессы напомнили Джеку о свирепых сиренах, что он встречал на дальних берегах. После рукопожатия Микаэлла отвернулась и ушла в свою каюту. Как только принцесса скрылась, капитан содрогнулся и затряс рукой, которая онемела от боли. — Что это за девушка вообще?! — воскликнул он в негодовании. — Мне будто наковальней руку придавило! Старший помощник Джека поднялся на борт вместе с командой и похлопал его по плечу. — Та еще штучка! — захохотал он. — Горяча! Вся команда по очереди шлепнула Джека по спине и ободряюще улыбнулась. — Крепитесь, капитан! — подмигнул ему Клиф. — Женщина на борту не к добру… Но вы справитесь! — поддержал его повар. — Характер даже хуже, чем у вас! — съязвил один из помощников, за что получил оплеуху от повара. — Мы в вас верим! — дружно воскликнули матросы. — Прошу проявить уважение! — взорвался камердинер Микаэллы. — Вы говорите о ее высочестве принцессе Вернесской, Микаэлле Флик! Рыцари и маги окружили команду Джека, наставив на них мечи и посохи. — Посмеете и дальше оскорблять принцессу — поплатитесь жизнями! После секунды самого большого шока в его жизни, Джек возмущенно уставился на своего боцмана, благодаря которому они так «удачно» нашли судно для своего путешествия. Клиф сжался под этим чудовищным взглядом в маленький комок, а Джек тяжело вздохнул. Надо было хоть чуточку задуматься о том, что мешок с золотом и корабль в придачу просто так в руки не падают! На что же он подписался?!*****
Ровена отдыхала в своей комнате в родовом поместье Фирсов. Было так непривычно вернуться домой. Дочь герцога смогла хорошо отдохнуть и восстановить силы. Она спала без задних ног почти два дня и до сих пор нежилась в постели, хотя время клонилось к обеду. «Неужели все позади? — накрыла она ладонями лицо, а потом резко их отдернула. — Нет, теперь все так запуталось! Филания мертва, а ее дети стали самыми разыскиваемыми преступниками империи. После тщательных проверок и допроса слуг выяснилось, что Сюзан годами убивала невинных людей. Вину Амадэя не доказали, но он должен предстать перед императором и пройти проверку под заклинанием правды. Истинные злодеи обличены и наказаны, но это совсем не тот сюжет, что был в романе. Неужели Ловэтт и Амадэй не смогут быть вместе? И все из-за меня?» Ровена вскочила с кровати, вышагивая по комнате и растирая виски. «Что-то не так во всем этом. Особенно выбивает из колеи этот переполох, который все больше разрастается с каждым днем». Ровена выглянула в окно, где суетливо бегали сотни слуг. Десятки повозок выгружали роскошные букеты, редкие деликатесы, яркие ткани и много чего еще. Все выглядело таким дорогим, что у Ровены мурашки бежали по коже. Это так удивительно — герцогство посреди осени напоминало весенний цветущий дворец. В залах тяжелые шторы заменили на воздушный сатин, цветами и лентами украсили потолки и стены. Повара приготовили множество вкуснейших яств, да еще в таких объемах, что можно пировать несколько дней подряд. От раздумий Ровену отвлек стук в дверь, а затем в комнату быстро вошли десяток человек. — Ты все еще не одета? — упрекнула сестру Ловэтт. — Зигфрид уже прибыл! Или ты забыла, что сегодня мы снимаем мерки для твоего свадебного платья? Ловэтт хлопнула два раза в ладоши и служанки ринулись исполнять приказ. Брошенная на растерзание Ровена пыталась сопротивляться, но совершенно не могла противостоять этому хорошо обученному цепному отряду сестры. Ловэтт с холодным выражением лица следила за перевоплощением Ровены. «А это совершенно невообразимо! Ловэтт сама вызвалась быть ответственной за мою подготовку к свадьбе! Плюс ко всему, даже не скрывает, что ей это нравится!» — украдкой взглянула на сестру Ровена. Это шокированное выражение лица каждый раз очень смешило Ловэтт. Она еле сдерживалась, чтобы не засмеяться. «Но как же все пришло к свадьбе, спросите вы?» Крепость Остролиста, кабинет императора. Ровена и Риз встали на колени перед императором сразу после окончания охотничьего пира. — Итак, вам есть, что мне поведать, не так ли? — заинтересованно спросил Рексенор, приглаживая свои усы. — Отец, я выбрал себе избранницу в лице леди Ровены Фирс. Прошу, благословите нас. — Охо-хо! — довольное лицо императора светилось от радости, в то время как лицо герцога Фирса скривились от негодования. — Что же ты молчишь, Клеон? Насколько я знаю своего сына, первым делом он должен был попросить у тебя одобрения, или этого не было? Клеон поклонился, а его глаз нервно задергался. — Все так, ваше величество, — процедил он сквозь зубы. — Наследный принц действительно просил руки моей дочери. — И что же ты ответил? — с нажимом спросил император. — В тот момент я не одобрил этот союз. Однако сейчас, — герцог поднял голову и взглянул на Ровену. — Решающее слово будет за моей дочерью. — Вот как, — Рексенор перевел взгляд на девушку, отчего она вздрогнула. — Давайте же узнаем мнение нашей драгоценной леди. «Что же делать? Нельзя мне сейчас выходить замуж! Один лишь поцелуй лишил меня сознания, боюсь представить, что будет, если мы поженимся! Нас точно ждет Армагеддон! Но я не могу им об этом рассказать — они посчитают меня сумасшедшей!» Риз в ожидании смотрел на Ровену, его взгляд был очень теплым и нежным. Ровена перевела взгляд с Рексенора, который улыбался от уха до уха, на Клеона, который пылал в гневе и был в шаге от множественного инфаркта. Девушка неслышно вздохнула. — Прошу прощения, ваше величество, прямо сейчас я… не в состоянии дать ответ, эти состязания… Боюсь я неважно себя чувствую… — Ровена приложила ладошку ко лбу и начала медленно оседать, имитируя обморок. Риз в ту же секунду подхватил ее, обняв за плечи. — Алистар! — император вскочил со своего кресла. — Сопроводи леди Фирс в ее покои, и немедленно приведи главного мага! И как я сразу не подумал, что ей нужно время восстановиться после всех этих событий! Рексенор замолчал на несколько секунд, а потом взмахнул рукой. — Решено! Атанариз прибудет в герцогство Фирс для официального предложения ровно через пять дней. Сделаем все как положено! Алистар выпрямился перед принцем, ожидая указаний. — Твоя помощь не требуется, — отрезал Риз и поднял Ровену на руки. Он нежно прижал ее к себе и осторожно вышел из зала. После того страстного поцелуя у императора не осталось сомнений в их чувствах, и он распорядился о немедленной подготовке к свадебной церемонии. Герцог хотел последовать за Ровеной, но император его остановил. — Не беспокойся, Клеон. О твоей дочери позаботятся лучшие в своем деле лекари, а прямо сейчас нам с тобой есть, что обсудить! Император в нетерпении потер ладони, а Клеон тяжело вздохнул, массируя переносицу.*****
— Ты уже можешь опустить меня, — неловко прошептала Ровена, ощущая, как учащенно бьется ее сердце. — Едва ли я соглашусь на это, — с мягкой усмешкой ответил Риз. — Разве что ты объяснишь, для чего был устроен этот маленький спектакль? Ровена отвернулась, стараясь скрыть смущение. Объяснить все… Это кажется невозможным. Уж лучше пусть и дальше несет ее на руках. «А? Подождите-ка… — вдруг осознала она. — Разве мы не прошли ту комнату, в которой меня расположили?» — А куда мы идем? — осторожно спросила Ровена. — В мои покои, — беззаботно ответил Риз. Дочь герцога вспыхнула и тут же зашевелилась, пытаясь вырваться из его рук. Риз лишь рассмеялся, прижимая ее крепче. — И о чем ты подумала? — с лукавым огоньком в глазах произнес он. — Я не собирался делать ничего такого… Только лишь Ровена позволила себе расслабиться, как он наклонился к ее лицу: — Но после твоей реакции я передумал. — Риз! — воскликнула она, чувствуя, как жар охватывает все ее лицо. — Нет необходимости в пышной церемонии. Мы можем поженится прямо здесь и сейчас. И уже этим вечером… — его голос стал бархатным и глубоким, — я стану твоим законным мужем. Ровена залилась румянцем от макушки до пят. Его взгляд, полный желания и обожания, лишил ее дара речи. Она смущенно закрыла лицо руками. «Вот же дьяволенок!» — Хорошо… — выдавила она. — Я все расскажу. Только отпусти меня. Улыбаясь, Риз мягко опустил ее на пол. Они стояли на просторном балконе, укрытым от посторонних глаз. Изящные перила из белого мрамора оплетали густые вьющиеся розы. Ровена ласково провела пальцами по красным лепесткам, а затем перевела взгляд на живописный парк. Ровена обдумывала с чего ей начать свой рассказ, когда почувствовала на себе взгляд. Наклонив голову, она заметила, что принц смотрит на ее меч. — Хочешь взглянуть поближе? — спросила она с легкой улыбкой. Его глаза на миг расширились, а на лице появился почти детский восторг. Когда меч оказался в его руках, воздух вокруг задрожал. Аура артефакта засияла сильнее, откликаясь на присутствие Риза. Пространство между ними на мгновение искривилось, наполнившись невероятной энергией. Принц вздернул бровь, ошеломленный силой, исходящей от меча. Он будто впитывал его мощь и чувствовал небывалый прилив сил. — Это же… Алмазный меч, — выдохнул он, глядя на черные переливы острого лезвия. — Я думал, это лишь легенда. Он шагнул в сторону и сделал несколько легких движений. Поднявшийся шквал ветра и маны чуть не разрушил половину балкона. Теперь уже Ровена смотрела на него с удивлением и восхищением. — Но… откуда он у тебя? — Кхм, как бы это попроще объяснить… — Ровена задумчиво потерла висок, подбирая нужные слова. — Сражаясь с Филанией в лесу, я упала с обрыва. Падение ранило меня, и чтобы спрятаться от нее, я забралась в расщелину. Скала не выдержала мощи ударов, с которой Филания пробивалась ко мне, и раскололась. Так я провалилась еще глубже, а очнувшись, встретила фей! Теперь уже обе брови принца пораженно взлетели вверх. — Я помогла им спасти Хранителя леса, а они вручили мне меч в качестве благодарности. Это оказалось очень кстати, поскольку мой меч раскололся об огромный кристалл, что лежал на черном троне в руинах странного замка в лесу. Ровена смотрела на объемные зефирные облака вдалеке, живо представляя себе все, что с ней произошло, словно смотрела фильм с собственным участием. — Столп маны поднимался от кристалла, удерживая Хранителя в ловушке какой-то странной древней магией, но после того как я разбила его, мы смогли покинуть развалины. Кстати говоря, мне очень пригодился трюк, который я у тебя подсмотрела. Если бы я не вложила ману в меч, то не смогла бы даже поцарапать кристалл! Принц чуть не поперхнулся. Она говорила об этом с такой легкостью, будто речь шла о чем-то обыденном. Понимала ли она, что этой техникой владеют лишь непревзойденные мастера меча, долгими годами обучаясь тончайшему искусству контроля над маной? — Феи оказались совсем не такими, как я себе представляла! Но они очень милые, добрые и щедрые. Они перенесли меня в свой удивительный дом, где я встретилась с королевой фей. Это очень бодрая и… громкая старушка! С посохом обращается как с холодным оружием! — Ровена совсем развеселилась от воспоминаний, но взглянув на Риза, перестала улыбаться. Его взгляд был таким серьезным, полным тревоги. — Ты… Наверно не веришь мне… — понуро склонила голову девушка. — Конечно, тут любой бы засомневался. Такого просто не может случиться с обычным человеком… Риз стремительно шагнул к ней и взял за руку. — Я верю тебе, — он крепко сжал ее ладонь, с беспокойством вглядываясь в лицо. — Скажи, в этом… разрушенном замке ты встретила кого-то еще? — Я… — возникшее воспоминание о том существе оставило неприятный осадок и какую-то смутную тревогу на сердце девушки. — Действительно столкнулась кое с кем. Риз почти перестал дышать после ее слов. — Но сомневаюсь, что это имеет значение. Ровена поделилась воспоминаниями об этом, до жути странном, старичке. Риз слушал очень внимательно, а после закрепил меч на ее поясе. Его прикосновения были мягкими и заботливыми. Ровена приоткрыла губы, уже собираясь сказать, что он должен оставить меч себе. Наблюдая за их поразительной связью, она поняла — ему он принесет гораздо больше пользы. Лишь он способен раскрыть весь потенциал, заключенный в этом удивительном артефакте. — Послушай, этот меч… — начала Ровена. — Всегда носи его при себе, — негромко, но решительно произнес Риз. — Нигде не оставайся одна, а лучше, не уезжай из замка вовсе. Ровена представила, как тяжело будет отцу, если она откажется вернуться в поместье. Скорее всего, после свадьбы ей и так придется жить в замке и тогда… как часто они смогут видеться? Вспомнив о церемонии, Ровена снова покраснела и смутилась. «Рассуждаю о свадьбе так, будто это решенное дело! Да что со мной?!» — Я хотела бы провести эти дни с семьей… — Ровена взяла принца за обе руки. — Не волнуйся, поместье хорошо охраняется. Но если переживаешь, можешь прислать несколько рыцарей. Хотя… отец, скорее всего, сочтет это за оскорбление! На лице принца отразилась странная, почти болезненная нежность. — Спасибо, что осталась жива и вернулась ко мне, — прошептал он и, взяв ее ладони, поднял к лицу. Он медленно и трепетно поцеловал каждый ее палец.— Спасибо тебе… «Я действительно чудом спаслась, а ведь все могло сложиться иначе… Я ведь почти умерла тогда! Но… наверное, так и должно было случиться. Ведь если верить сюжету, Ровене было не суждено пережить даже своего восемнадцатилетия! И как сказать ему об этом? Что он почувствует, если узнает?» Увидев снова это обреченное выражение лица, принц не выдержал и порывисто обнял девушку. Он прижимал ее к груди так крепко, словно она могла исчезнуть в любой момент. — Пожалуйста… — прошептал он в отчаянии. — Скажи мне, что тебя тревожит? Ровена медленно обняла его в ответ. — Я не могу сказать всего, но… Королева фей предупредила меня о трудностях, что будут ждать впереди. Риз отстранился, чтобы видеть ее лицо. Она была так прекрасна в этот миг — уязвимая, но решительная. — Мое будущее мне не подвластно, — тихо сказала она, — но клянусь, я не сдамся без боя! Я не позволю никому и ничему разрушить мою жизнь. Поэтому не волнуйся за меня… прошу. — Это невозможно, — произнес он в ответ, и прежде чем она успела сказать еще хоть слово, Риз накрыл ее губы поцелуем. Долгим. Чувственным. До мурашек. До слабости в ногах и сладкой истомы. В этот миг между ними не существовало ни судьбы, ни пророчеств, ни опасностей. Только они вдвоем.*****
Наступил пятый день, когда наследный принц должен прибыть в герцогство для заключения помолвки. Герцог встретил рассвет на ногах. Ему и не вспомнить день, когда он нормально высыпался. Прибывая в постоянных заботах и переживаниях о своих дочерях, он совершенно потерял покой. Но этот случай казался особенно катастрофическим. В его мыслях без остановки прокручивались всевозможные сценарии — от относительно мирных, где он забирает дочерей и покидает Адарию, до откровенно безумных, где он осмеливается открыто бросить вызов императорской семье, отказавшись от предложенного союза. Сейчас, взволнованный донельзя, Клеон шагал взад и вперед по просторному кабинету, когда в дверь раздался осторожный стук. — Войдите, — коротко бросил он, встав у окна. Его взгляд скользнул вдаль, остановившись на бескрайних просторах поместья. Там, где когда-то робко зеленели крошечные грядки, теперь раскинулось настоящее живое царство: стройные ряды яблонь и груш нежно покачивались на ветру; на высоких грядках раскинулся крупный красный виноград, малина и, конечно же, ее любимая арбузная клубника. Меж ними яркими пятнами, словно капли солнца, зрели сочные мандариновые гибриды, как и все здесь, выведенные Ровеной. Она называла их Танжело — это невероятно сладкие мандарины с терпкостью и ароматом грейпфрута, которые она вывела специально для герцога. Насколько же велик стал тот огородик, в котором маленькая Ровена, проявив невероятное упорство, собственными руками вырастила свои первые помидоры… Герцог невольно улыбнулся, предаваясь теплым воспоминаниям. Дверь приоткрылась, и в комнату вошла Ровена. — Это я, пап, — мягко проговорила она, неслышно ступая по ковру. В руках девушка держала фарфоровую чашку, из которой тонкой струйкой тянулся пряный аромат трав. Поставив напиток на стол, она опустилась на диван, сложив руки на коленях. — Ты хотел меня видеть? — спросила она, нервно сжимая пальцы. Клеон медленно обернулся и с тоской провел пальцем по изящной ручке чашки. Как давно его малышка не радовала его своим фирменным чаем… А теперь этот принц и вовсе заберет ее в свой замок, и кто знает, когда еще они смогут вот так — просто посидеть вдвоем в его кабинете за неторопливой беседой, как в старые времена. Ровена выжидающе смотрела на герцога. Как не готовилась она к предстоящему разговору, а нервы все равно были натянуты как струны. Герцог тяжело вздохнул и встал на одно колено перед дочерью. Он взял ее ладонь и сжал в своих руках, а затем заглянул ей в глаза, словно пытался угадать, о чем она думает. — Ты… правда любишь его? — спросил он тихо. «Ах, как же неловко! Должно быть для остальных это действительно странно выглядит со стороны — я и Риз. И наши чувства друг к другу… — Ровена смущенно закусила губу, а в голову продолжали лезть разные мысли. — А будь это прежняя Ровена, его… настоящая дочь, что бы она чувствовала сейчас? Прыгала от счастья или рыдала в голос?» — Ты и твоя сестра, самые дорогие люди для меня. Нет никого в целом свете, кого я любил бы больше, чем вас. Твое благополучие для меня на первом месте. Я никогда не собирался заставлять тебя выходить замуж по расчету. Мое сердце лишь желает, чтобы ты прожила жизнь с надежным человеком, которого полюбишь всей душой. Как я любил и до сих пор люблю твою мать… Голос герцога дрогнул на последних словах. Ровена была очень растрогана его словами и крепко сжимала его ладонь. — Поэтому совершенно неважно, какой ответ ты дашь принцу во время сегодняшнего визита. Я тебя поддержу. — Папа, — Ровена обняла герцога, а он ее. — Спасибо тебе за эти слова. «Представляю, как тяжело ему далось это решение! Может, это перерождение — не такая уж и трагедия? Для меня — это впервые… Почувствовать такую заботу и любовь…» Эта новая жизнь стала действительно налаживаться. У Ровены появилась семья, которая ее так любит, преданные друзья, дело, которому можно посвятить жизнь, а еще… любимый человек. Ровена еще крепче обняла отца, зарываясь лицом в мягкий воротник костюма и вдыхая его запах. Терпкий и густой — от него пахло свежей травой, выделанной кожей новенького ремня, чистой рубашкой… А еще, съеденным недавно Танжело. Герцог бессильно сжимал губы, поглаживая волосы дочери. Ох, богиня, как же ему не хотелось ее отпускать! Но если это ее выбор… Главное, чтобы она была счастлива. И пусть только этот черствый принц посмеет хоть как-то обидеть его дочурку, уж он о нем позаботится! Ровена отстранилась и заглянула ему в глаза. Все эти мысли были так явно написаны у него на лице, что она чуть не рассмеялась. Взгляды отца и дочери были полны искренности и теплоты. Герцог удивлялся, когда только его дочурка так выросла? Ровена рассматривала морщинки в уголках глаз и суровое лицо отца. «Не слишком ли много он работает?! Надо организовать ему отпуск! А еще нанять компетентных помощников и…» — До чего удивительное зрелище! Даже скорее странное, чем удивительное, — прозвучал трескучий голос за ее спиной. Ровена резко побледнела, всматриваясь в ошарашенное лицо герцога и молясь, что это ей послышалось. Но обернувшись, она встретилась лицом к лицу с маленьким старикашкой, которого встретила в лесу. — Кстати, — хмыкнул он. — Разве вы не должны друг друга ненавидеть? Говорящий сидел на спинке дивана так естественно, будто давно находился в этом кабинете. «Что за черт?! Как он здесь оказался?!» — Ровена вскочила и быстро отошла от этого существа. Тут же перед девушкой встал герцог и вытащил меч. «Невозможно! Я даже не почувствовал его присутствия!» — герцог спешно пробудил в себе магию, пытаясь «прочитать» нарушителя. — Кто ты? — прогремел Клеон. — Что тебе нужно? Старичок захихикал, то появляясь, то исчезая, его призрачный голос, как сквозняк, гулял по комнате. Создавалось ощущение, что он все время находится где-то за спиной. Ровена затылком чувствовала его взгляд. — Мне просто стало интересно, из-за кого же мой план потерпел неудачу. И я решил прийти и сам все проверить. Лесной чудик оказался в кресле, где обычно сидел герцог. — Каково же было мое удивление, когда она не только спасла эту трехрогую скотину, но и убила мою служанку. Ах, Филания, моя бедная Филания! Впрочем, я бы и сам от нее избавился, ведь Амадэй до сих пор не стал императором по ее вине! Клеон молниеносно разрубил старичка, а вместе с ним тяжелый рабочий стол, но его силуэт словно растаял и появился на плече у Ровены. — Сюда руби, невежда! Сделаешь нам всем одолжение! — Ах ты! — герцог окончательно разъярился. — Только посмей тронуть мою дочь, клянусь, ты будешь молить меня о смерти! Маленькие черные глазки старичка опасно блеснули, и он щелкнул пальцами. В центре комнаты появилась Ловэтт. Она непонимающе смотрела по сторонам, а старичок, как ни в чем не бывало, продолжил свой рассказ. — Но неожиданно я увидел это прекрасное создание! — он появился на плече Ловэтт и потерся своей чумазой мордочкой о ее белую щеку. — И тогда я все для себя решил! Она станет моей женой! — П-папа? — дрожащим голосом произнесла Ловэтт. — Что здесь происходит? — Магия? Но как? Поместье ведь защищено щитом… — растерянно выдохнул герцог, а старикашка еще раз щелкнул пальцем. — Ты про этот щит? — сказал он скучающим голосом. — Проще простого. Стены и полы задрожали, а потолок местами осыпался. Магические письмена, окружающие дом, ярко засветились, а потом и вовсе потухли. Клеон оказался в полном смятении. В отличие от его жены Софии, чья магия имела сокрушительную атакующую силу, магия герцога носила иную природу. Его магические способности были направлены на защиту: создание щитов, защитные письмена, сдерживающие печати. Благодаря ежедневным тренировкам, у него было крепкое и сильное тело, но не самый внушительный резерв маны. Однако то, с какой филигранной точностью он плел свои заклинания, наводило на мысль, что его резерв был поистине неисчерпаем. Защитные заклинания, оплетающие родовое поместье, считались неприступными даже по меркам имперских магов, укреплявших печатями сам дворец. Никто, кроме членов семьи, не мог пользоваться магией внутри герцогства — печать, что наложил герцог на стены поместья, блокировала любую магию. И все же… этот незнакомец… с такой ужасающей легкостью прорвал его защиту. Поместье дрожало под натиском невидимой силы, воздух вибрировал от рвущейся энергии, и в тот момент, когда печать спала, волна отдачи обрушилась на всех, кто был в этот момент на территории герцогства. Ударная волна вкупе с силой демона тут же лишила их сознания. Герцог пораженно смотрел, как тает его незыблемый щит, и стискивал в руках меч. «Да что, во имя Агнис, здесь творится?!» — Отойди от моей дочери! — Клеон Фирс сделал выпад и быстро приблизился к Ловэтт. Его клинок почти пронзил незваного гостя, остановившись в миллиметре от его лица. Герцог будто споткнулся обо что-то. Он опустил взгляд вниз и увидел, как огромная дыра зияла в его груди. Клеон тут же выплюнул целый рот крови и рухнул на колени. Ловэтт от шока не смогла даже закричать. Она широко раскрыла глаза, не веря в происходящее. Но лужа крови под ногами ее отца становилась все больше. Весь мир закачался, и она упала без сознания. — Папа! — Ровена сорвалась с места, пытаясь зажать рану руками. — Держись! Нужно остановить кровь. С-сейчас, сейчас… — Папа? Как трогательно, — усмехнулся старикашка за спиной девушки, наблюдая за ее суетливыми движениями. Ровена наблюдала как пальцы утопают в крови, погружаясь все глубже в зияющую пустоту в его некогда сильной и крепкой груди. Шок и страх смешались, и она почувствовала побирающийся к горлу приступ тошноты. Вскинув голову и оторвав взгляд от этого месива, Ровена увидела тень старичка на стене, которая бурлила и извивалась как дым. Из нечеткого силуэта будто торчали два толстых изогнутых рога, а глазницы неестественно светились. — Мне плевать, что станет с такими ничтожествами, как вы. В любом случае, все людишки в этом жалком королевстве скоро будут мертвы. Но ее я заберу с собой! Лесной старичок обошел Ровену и приблизился к Ловэтт, что лежала на полу. Несмотря на небольшой рост, от него так и веяло холодом и опасностью. Ровена не могла сдержать дрожь, но изо всех сил старалась трезво мыслить. «Думай! Давай же. Позвать на помощь? Нет, он всех убьет и глазом не моргнет! Да кто же это?!» Лесной старичок поднял руку и сложил пальцы для щелчка, но в тот момент Ровена перестала дышать, удивленно раскрыв глаза. «Это… может ли это быть он?!» Не успел старичок щелкнуть пальцами, как услышал: — Не тронь мою сестру, Абраксас. Сгорбленную худосочную фигуру передернуло от неожиданности. — Интересно, — старичок обернулся. Теперь ярко-желтые, а не черные глаза прожигали Ровену. — И как же ты догадалась? — Возьми меня вместо нее, — потребовала Ровена. Демон скривился. Его тело выросло во много раз. Могучий воин с красной, как закат кожей и черными обсидиановыми рогами, растущими прямо изо лба, смотрел на нее с крайним интересом. Длинный черный плащ скрывал его тело, но Ровена ощущала его силу. У мужчины были острые черты лица, но плавные линии бровей и губ. Его невероятная красота имела мрачную потустороннюю природу. И больше всего он ненавидел, когда его вопросы игнорировали. А эта девчонка вела себя непозволительно нагло. — И зачем мне ты? — спросил он утробным голосом, от которого побежали мурашки. «Зачем? Зачем же. Что ценят демоны превыше всего? Что полезного почерпнуть из тех сотен книг, что я прочла?» Воспоминания мелькали в голове, отрывки из старинных фолиантов, легенды и придания, справки о растениях… Магических растениях. Там было что-то про… Демонический цветок! И, словно недостающий пазл головоломки, в голове вспыхнули слова королевы Фей. «… богиня отвернулась от них… лаирис больше не зацветет…» — Вила…ирис, — прошептала Ровена, и демон замер. Это было всего лишь слово. Обычное слово. Но Ровене показалось, будто оно было самым мощным заклинанием на свете, заставив даже время остановиться. — Вилаирис, — уже тверже произнесла Ровена. Услышав это слово, желтые глаза демона вспыхнули как кострища, а все вокруг потемнело. Атмосфера стала ужасающей и опасной. Ровена ощутила колоссальное давление и ей показалось, что оно буквально вдавливает ее в пол, нет, она падает! Падает прямо в горящую пропасть, а эти глаза преследуют ее, одновременно сжигая душу. Но дочь герцога была настолько же сильна, насколько упряма. Она выдержала этот напор, изо всех сил сопротивляясь влиянию демона. Протянув руку к его груди, она схватилась за край плаща и громко закричала: — Я заставлю его снова зацвести!*****
Риз покончил со всеми приготовлениями и сейчас примерял свой лучший парадный костюм. Разумеется, он волновался в этот ответственный день, но что-то не давало ему покоя. Плохое предчувствие. — Подарки для членов семьи Фирс готовы, — отчитался Айдан, войдя в комнату принца. — Экипаж подадут к полудню, как и планировалось. — Нет, — Риз натянул перчатки и закрепил на поясе меч. — Выходим сейчас.*****
Демон непринужденно расхаживал прямо по потолку, игнорируя законы гравитации, и даже плащ с него не падал. Он остановился над Ровеной, задумчиво почесывая подбородок. Его глаза были напротив ее глаз. — Если ты сдержишь свое слово, я не трону твою семью. Если же посмеешь обмануть меня, то своими глазами будешь смотреть, как неистово страдают все, кто тебе дорог! А теперь идем. — Абраксас схватил ее за шею и грубо потянул за собой. Ровена бросила отчаянный, полный боли взгляд на своего отца. Она не могла все так оставить. — Мне нужно немного времени для подготовки! Прежде всего, мои записи… — Ровена пыталась успокоить дрожащие руки, оттягивая цепкие пальцы демона от своей шеи, но это у нее плохо получалось. Абраксас сделал еще несколько неспешных шагов и остановился. — Хорошо. Я пойду тебе навстречу. Запоминай: в полночь на хребте Отчаяния, — он провел своими длинными когтями по щеке Ровены, оставляя глубокие царапины. — Ты сильно пожалеешь, если не явишься! Желтые глаза предупреждающе засветились, в то время как длинный черный язык заботливо слизал красные ручейки крови с лица девушки, заставив ее сморщиться. Абраксас исчез, словно его никогда и не было в этой комнате. Однако разруха, кровавые разводы на полу и два бессознательных тела говорили об обратном. — Папа, очнись! Пожалуйста… — Ровена упала рядом с герцогом, сжимая насквозь пропитавшуюся кровью ткань. Лицо Клеона было мертвенно бледным. «Один шанс… у тебя будет лишь один шанс, а затем… ты встретишь свою судьбу…» Ровена закусила губу. Как же это тяжело — не знать, что тебя ждет. Окажется ли верным следующий шаг. Хватит ли сил… Но времени на сомнения уже не осталось. Девушка мысленно сосредоточилась на всех камнях маны, что хранились в поместье, и попыталась активировать их, чтобы усилить свои целительные способности. Камни и кристаллы во всех комнатах одновременно ярко засветились. Из них по коридорам бурным потоком полилась мана и начала скапливаться вокруг Ровены.*****
Бастиан шел по гравийной дорожке, ведя под руку элегантную женщину в светло-сиреневом платье, украшенным тонкой вышивкой. Легкий ветерок трепал ее шаль, а тонкая линия губ не могла скрыть волнение и радость. Слуги, заметив их издалека, поспешили навстречу, их радостные голоса разнеслись по заднему двору: — Как же мы скучали! — С возвращением, госпожа Клара! Экономка семьи Фирс вернулась в родные стены после долгого лечения — и теперь, хоть и немного ослабленная, все же она была готова вновь взять на себя заботу о хозяйстве. — Она будет вне себя от счастья, когда увидит тебя, мам, — с улыбкой сказал Бастиан. — Ах, я так истосковалась по вам, мои дорогие, — Клара осторожно сжала руку сына. — Как же я рада, что все закончилось благополучно! Бастиан подумал, что вся эта история еще очень далека до завершения, но не стал говорить об этом вслух. — Но подумать только! — вдруг воскликнула Клара, оживившись. — Наша госпожа Ровена и его высочество принц Атанариз! Даже в самых смелых мечтах я не могла представить подобный союз. Какая это невероятная новость! — На самом деле у них долгая история, — с хитрой улыбкой заметил Бастиан. — Кажется, все началось, когда Ровене было всего одиннадцать лет. — Что?! — Клара остановилась, широко раскрыв глаза. — Как такое возможно? Бастиан тихо рассмеялся, взглянув на поместье, но его веселье внезапно угасло. Глядя на фасад особняка, его сердце в страхе сжалось. Неведомое, зловещее чувство пронзило его. Все вокруг будто застыло, сгустилось, потемнело. Он почувствовал странное покалывание во всем теле, словно предостережение — не входи туда! Но прежде чем он успел осознать опасность, яркая вспышка возникла перед глазами, и тьма поглотила его. Последнее, что Бастиан увидел сквозь падающую завесу мрака, — как его мать, оседая, теряет сознание рядом с ним. Бастиан открыл глаза, словно пробуждаясь после тяжелого сна. Он лежал на тропинке, а недалеко от него — Клара и еще несколько слуг. Все они приходили в себя, растерянно озираясь. Никто не понимал, что произошло. Поместье, некогда наполненное теплом и жизнью, теперь было мрачно и пустынно. Пасмурный день еще больше угнетал обстановку. Из витражных окон тянулись длинные черные тени. Леденящий холод окутывал все вокруг, как если бы поместье превратилось в склеп. Лишь в одном месте, в кабинете герцога, клубился и разрастался яркий вихрь маны, светившийся, как солнце, пойманное в ловушку. Его свет отбрасывал на стены причудливые огненные узоры, похожие на древние письмена. Бастиан с усилием поднялся, одолевая дрожь в ногах, и потянулся к матери. Она лежала неподвижно, но, к его облегчению, быстро пришла в себя. — Мам, — он помог ей подняться, придерживая за локоть, — пожалуйста, останься здесь. Ни в коем случае не поднимайся наверх, слышишь меня? Его голос чуть дрожал от тревоги. Клара, побледнев, посмотрела на сына и кивнула. — Я поняла, милый, — несмотря на волнение в голосе, ее взгляд стал решительным. — Только, прошу тебя, будь осторожен. Бастиан кивнул, а затем стремительно направился к лестнице. Внутри поместья один за другим поднимались Стэфан, рыцари и прочие слуги: очнувшиеся, растерянные, все еще не понимающие, что именно произошло. Но заметив Бастиана, они быстро двинулись за ним, совершенно не замечая ужасающих перемен вокруг. Празднично украшенные светлые стены залов почернели и облезли, словно испорченные ядовитым дождем. Иссохли и скрутились, будто в муках, все цветы. В одно мгновение сгнили и протухли вкуснейшие блюда, наполнив комнаты зловонием. Внутри тарелок суетливо копошились всевозможные твари: личинки, мухи, опарыши. Даже воздух стал тяжелым, сырым, холодным — почти кладбищенским. Никто из них даже не успел осознать, насколько они были близки к гибели — демоническая скверна не добралась до них, пока они лежали в отключке. Как только Бастиан влетел в комнату, то прикрыл глаза руками — слишком яркий свет слепил глаза. Он едва различил силуэт своей подруги, а потом и герцога со страшной раной на груди. — Р-ровена?! Что случилось?! Девушка подняла на него усталый взгляд, полный слез. Из носа без остановки текла кровь, а вид говорил о том, что она сама на грани смерти. — Ровена, остановись! Я, мы… позовем магов. Стэфан! Стэфан стоял рядом как громом пораженный. Он отказывался верить своим глазам. — Скорее! Им нужна помощь! Пошлите за великим магом! — не выдержал Бастиан, и только после его крика все слуги и главный дворецкий сдвинулись с места и суматошно забегали по поместью. Глен ворвался в комнату и застыл в ужасе. Ноги его подкосились и он упал. — Отец! — закричал он. Глен перевел испуганный взгляд на Ровену, и сердце его заныло от боли. — Сестра…? Ровена! Что произошло здесь?! Отец! У Ровены сильно сдавило виски, а перед глазами все плыло. Она изо всех сил пыталась удержать герцога в поле зрения, направляя неистовые потоки маны в рану. Гудящие вихри вращались над герцогом и устремлялись прямо в его грудь. Ровена управляла спиральным потоком, вкладывая собственную ману, чтобы стабилизировать его. Понимала ли она, что орудует экстремально опасным количеством маны? Стоит ей отвлечься и потерять контроль и вся эта невообразимая сила, сопоставимая с мощностью десятка атомных бомб, вырвется и полностью уничтожит не только Гриндейл, но и всю империю вместе с ее жителями. Ровена с детства практиковалась управлять маной, извлекать ее из кристаллов, формировать устойчивые сферы. Она научилась даже придавать ей форму, что не всякий маг способен сделать. Ее превосходный контроль был следствием упорных ежедневных тренировок, которые она держала в тайне от всех в поместье. Ее талант был поистине редчайшим даром. Как жаль, что она не осознавала всей глубины своей силы. Под наставничеством опытного мага, Ровена могла бы стать величайшей среди магов. Но ее судьба заключалась в другом… Постепенно рана герцога начала затягиваться, но сил отчаянно не хватало. Ровену вырвало кровью, и шторм маны на миг стал нестабильным, оттолкнув от нее всех людей вокруг. Но Ровена не сдавалась, продолжая держать руки над грудью герцога. Бастиан ударился о стену и сполз вниз. Но все равно, прикладывая все силы, старался дотянуться до подруги. Он подполз к ней, цепляясь за половицы, и все-таки смог сесть рядом, поддерживая ее за плечи. Глен уже не замечал слез, что текли из глаз. Он с трудом мог устоять на месте, поток маны отталкивал его и слуг все дальше, не позволяя приблизиться. Но когда он заметил Ловэтт, то быстро взял себя в руки. Он обнял ее и подтянул к себе, а затем в сопровождении служанок отнес сестру в комнату. Капли пота стекали со лба ручьями и больно щипали глаза. Дыхание было таким частым, что Ровене казалось она дрожит, а не дышит. Ее окровавленные пальцы нащупали на шее герцога слабый пульс, который с каждой секундой становился тише и реже. Зажмурившись, отчего хлынули все слезы, что стояли в глазах, она выпустила всю свою светлую ману, и только тогда рана полностью затянулась. Помимо боли, прожигающей ее изнутри, Ровена вдруг почувствовала невероятную пустоту и холод, будто все светлое и хорошее в ней полностью исчезло. Растворилось. Ушло. Вихри маны утихли, полностью впитавшись в грудь герцога. Все кристаллы в поместье потухли или треснули, полностью истощившись. Ровена упала, продолжая кашлять кровью. Ее взгляд стал пустым и безжизненным. Бастиан тут же подхватил ее. Все его лицо было в слезах, а руки дрожали, обнимая девушку. — Скорее же, лекаря!!! — во все горло кричал он срывающимся голосом. — Ровена, держись!
