Глава 55. Война
30 июня 2025 г., 18:23
Ловэтт мягким движением убрала с лица непослушные пряди волос и огляделась. Все вокруг постепенно приходило в порядок: раненые восстанавливались, а маг наполнил колодцы чистой водой. Люди сердечно благодарили ее и рыцарей, провожая их долгим взглядом в новый путь. Часть стражи осталась защищать поселение, а отряд под предводительством сэра Лайона отправился на юг, чтобы сопроводить Ловэтт до крепости Остролиста.
Повозка мерно катилась по дороге, колеса привычно скрипели на каменистой тропе. Время тянулось лениво, пять часов пути позади, и, наконец, караван остановился для краткого привала. До крепости оставалось всего четыре часа.
Ловэтт, усталая, погрузилась в легкую полудрему, едва слыша, как Николас выходит из кареты, чтобы проверить охрану и обстановку.
Небо к тому времени окрасилось глубокими оттенками заката. За грядой облаков едва различимо скользили тени — быстрые, опасные. Их почти невозможно было заметить сквозь сумеречное марево и дымчатые облака. Они двигались стремительно, все ближе приближаясь к караванам.
Один из рыцарей заметил силуэты в вышине — вытянутые, словно змеи, но обманчиво напоминавшие птиц.
— …что это? — прошептал он, тревожась.
Внезапно раздался жуткий, оглушающий крик. Существо спикировало вниз и издало вопль такой силы, что земля задрожала, а воины, схватившись за головы, рухнули на землю, лишенные сил и слуха. Лайон, превозмогая головокружение и боль, обнажил меч, другой рукой зажимая ухо.
— Виверны… — беззвучно прошептали его губы.
Злобная стая хищных виверн атаковала караван, первым делом растерзав лошадей и уничтожив провизию. Николас оказался прижат опрокинутой повозкой. К нему, зловеще изгибая шею, приближалась виверна. Огромные клыки уже почти коснулись его лица. Он пытался высвободиться, но безуспешно…
И вдруг тяжелая голова чудовища повалилась рядом. Зловонная кровь брызнула на его лицо.
— Сэр Николас! — подбежал к профессору рыцарь, приподнимая повозку. — Вы в порядке?!
— Да… — прохрипел Николас, борясь с дурнотой и омерзением.
Лайон помог ему подняться, но вокруг царил хаос: всадники и пехотинцы отбивались от напавших чудищ, маги спешно создавали защитный барьер, отчаянно сдерживая натиск.
Но прежде чем маги успели сомкнуть щит, одна из виверн — крупная, с багровыми крыльями, ярко выделявшаяся среди остальных, схватила лапами повозку с Ловэтт и стремительно взмыла в небо, унося ее в сторону леса Фей.
— Нет! — вырвался отчаянный крик у Николаса. — Сэр Лайон, умоляю, спасите ее!
— Оставайтесь здесь! — скомандовал рыцарь. — Ни в коем случае не покидайте барьер!
Лайон быстро нашел в толпе нужных людей и знаком дал им команду. Хоть слух рыцарей оказался поврежден, он крикнул что было сил.
— Я убью их предводителя! Защищайте людей и провизию!
— Да! — ответили рыцари, собираясь в боевые порядки.
Королевская виверна пронеслась над верхушками вековых сосен. Караван остался далеко позади.
Что-то промелькнуло в ветвях. Маленькая фигурка скользнула с кроны дерева и зацепилась за повозку. Быстро забравшись вверх, она разрезала крылья монстра.
Виверна взревела от боли. Звук был столь пронзительным, что Ловэтт зажала уши, не в силах выдержать. Потеряв равновесие, виверна опускалась все ниже, пока не коснулась земли. Едва лапы достигли почвы, как один молниеносный взмах — и змеевидная голова монстра отделилась от туловища, рухнув рядом с повозкой.
Дверь заклинило. Ловэтт отчаянно пыталась выбраться, но внезапно кто-то сорвал дверь вместе с петлями. В образовавшемся проеме появилась протянутая рука. Ловэтт не успела коснуться ее, как ее вытянули наружу.
— Вы в порядке? — с волнением спросил Амадэй.
Он совсем не выглядел как принц. В простой одежде, вид потрепанный, немного исхудал. Но эти большие золотистые глаза, полные беспокойства. Ловэтт смело бросилась его обнять. Девушка крепко сжимала его шею, а он ее талию.
— Где же вы были? Я… так переживала! — чуть не плача, прошептала Ловэтт.
— Мне жаль, что заставил вас волноваться. — Амадэй отстранился, глядя в глаза дочери герцога. — Больше я вас не оставлю. Обещаю.
Ловэтт нежно провела рукой по его щеке. Амадэй приблизил свое лицо, обняв девушку еще крепче, Ловэтт прикрыла веки. Их губы почти соприкоснулись…
— Какое трогательное воссоединение! — прозвучал насмешливый голос.
Из груды мертвой плоти вынырнула тень — высокая, угрожающая фигура в иссиня-черных доспехах. Ее желтые глаза пылали огнем.
— Очень жаль, но ты упустил свой шанс. Теперь и трон, и прекрасная леди станут моими!
Амадэй резко повернулся, закрывая Ловэтт собой. Его ладонь сомкнулась на рукояти меча. Король демонов раздраженно цокнул и щелкнул пальцами, но ничего не произошло.
— Боюсь, эти детские трюки больше не сработают, — Амадэй окружил себя и Ловэтт своей магией. — Попробуй сразиться честно, если не трусишь.
Амадэй издевательски ухмыльнулся, а демон зарычал и бросился в атаку. Его когти со свистом прошли по воздуху. Раздался скрежет и когти, испуская снопы искр, скользнули по лезвию меча. Демон внезапно исчез и появился за спиной принца, протягивая руку к Ловэтт. Но прежде, чем он коснулся ее, Амадэй схватил его за рога и перебросили назад.
— Ах ты чертов сукин сын! — взревел демон. — Я растерзаю тебя на кусочки!
Он сформировал в руке черную сферу — пульсирующую, словно сердце. Она закрутилась в руке, как маленький ураган, и выстрелила в принца тонкими кинжалами. Амадэй ловко увернулся от них, но демон возник за спиной, замахнувшись когтями. Принц остановил удар клинком, и ловко вывернув его, отрубил запястье демона.
— А-А-А! — взвыл Абраксас от ярости и боли.
В этот момент послышался топот копыт. Сэр Лайон быстро оценил обстановку и отдал указания. Несколько рыцарей выстроились вокруг Ловэтт, а Лайон встал плечом к плечу к Амадэю.
— Глупцы… — прошипел демон, наблюдая, как на месте отрубленной руки вырастает новая, покрытая кровавыми язвами. — Вы думаете, сможете изменить судьбу? Никто не спасется… Я уничтожу вас всех. А тебя, девочка… — он бросил ледяной взгляд на Ловэтт, — тебя ждет участь твоей сестры. Ах, как же она кричала, когда я вырвал ее сердце… медленно… с наслаждением…
— Нет! — заплакала Ловэтт.
Не медля ни секунды, Амадэй бросился на демона. Меч блеснул в солнечном луче, разрезая воздух. Абраксас отшатнулся, но клинок все же оставил длинную царапину на его щеке.
Демон зарычал, отступая в тень.
— Мы еще увидимся, жалкие смертные! — его голос растворился в воздухе вместе с ним.
— Леди Ловэтт, вы в порядке? — склонился к ней Лайон.
Амадэй сделал шаг к ней, но рыцари тут же сомкнули строй, направив на него острия мечей.
— Он нам не враг, пропустите его, — вместо ответа сказала Ловэтт.
— Это решит его величество, — хмуро отозвался Лайон, глядя на принца.
Крепость Остролиста встретила их высоким камнем стен, тяжелым шагом воинов и бесконечной толпой беженцев, теснившихся у главных врат. Над всем этим витал запах дыма, металла и тревоги.
В тронном зале царила напряженная тишина. Амадэй стоял на коленях, опустив голову. За его спиной — Ловэтт, герцог Фирс, Лайон, весь военный совет. Главный маг медленно начертила в воздухе символы, и под ногами принца вспыхнула магическая печать.
— Я никогда не пытался причинить вред императору или наследному принцу. Я полудемон, но никогда не пил человеческую кровь. Филания приказала мне убить леди Ровену, но я не смог. Я должен был жениться на Ловэтт, занять трон… Но это не то, чего желает мое сердце.
— Почему же ты вернулся?
Он поднял взгляд. Его золотистые глаза встретились с глазами Ловэтт — в них было столько нежности и боли, что она невольно сжала ладони.
— Я вернулся лишь по одной причине… — продолжил он. — Защитить тех, кто мне дорог. Я искренне люблю Ловэтт и хочу дать ей достойную и счастливую жизнь. Это все, чего я хочу.
Левиана шагнула вперед.
— Его слова — чистая правда, ваше величество, — ее голос звучал уверенно. — Если бы он солгал, печать уже обратила бы его в пепел.
Рексенор задумчиво склонил голову. Его строгий взгляд скользнул по Амадэю.
— Ты утверждаешь, что сражался с самим королем демонов?
— Это правда, ваше величество.
— И как, по-твоему, нам его остановить?
Амадэй поднялся на ноги, глаза его полыхнули решимостью.
— Клянусь, при нашей следующей встрече я собственноручно убью его.
Наступила тягостная пауза. За окнами крепости гудел ветер, за стенами звучали шаги солдат. Император медлил, взвешивая все. Каждое решение в это смутное время могло стать роковым.
— Это последний шанс, сын, — наконец произнес Рексенор, и голос его был тверд. — До тех пор, пока ты не исполнишь свою клятву, ты останешься под постоянным наблюдением Алистара и его людей.
— Слушаюсь, — Амадэй опустил голову. — Я не подведу.
Комната, отведенная ему в крепости, казалась тесной и холодной. Стоило закрыть за собой дверь, как стены сдавили пространство. Амадэй устало оперся о стол, провел рукой по лицу.
Вдруг за его спиной, словно вынырнув из тени, раздался низкий, надломленный голос:
— Она… жива?
Амадэй не обернулся. Лед скользнул по его позвоночнику. Он узнал этот голос.
— Я не знаю, — ответил он глухо.
— Он… говорил о ней? — возможно Амадэй впервые слышал, как голос Риза дрожал.
Он нахмурился, подбирая слова.
— Демонам нельзя верить, — наконец сказал он негромко. — Не теряй надежду.
В комнате повисла тяжелая тишина. Холодный сквозняк коснулся его спины. Он обернулся, но увидел лишь медленно закрывающуюся дверь.
*****
Абраксас шагал по темным коридорам замка. Тяжелый плащ волочился за ним, словно сама тьма следовала за его спиной. Стены дрожали от его шагов, а слуги в панике жались к холодному камню, боясь поднять глаза. Когда он распахнул двери тронного зала, высокий мраморный свод задрожал от напряжения. Советник, бледный как полотно, тут же склонил голову. — Как продвигается подготовка? — голос демона звучал крайне недовольно. Советник едва заметно дрогнул. — Армия собирается, ваше превосходительство, — начал он, но взгляд Абраксаса уже впился в него, ощущая нотку неуверенности. — Однако… есть… сложности… Демон выпрямился, его глаза вспыхнули. — Что за сложности? Говори немедленно! — прорычал он. Советник едва не подавился собственным дыханием. — В последние дни слухи распространяются среди новобранцев… — он сглотнул, бросив мимолетный взгляд на сверкающие когти короля. — Обряд посвящения… говорят… что мы используем человеческую кровь… Абраксас замер. Его лицо исказилось опасной улыбкой. — Эта девчонка снова вмешивается… — зло прошипел он, прищурив желтые глаза. — Нужно больше воинов… И кажется я знаю, как это устроить. Советник выдохнул с облегчением. Похоже, сегодня его не убьют. — Созови всех на Ашра Ангарис. Скажи, я — Абраксас, истинный король мрака и огня — открою народу правду о Вилаирисе. Подземелья замка встретили его тьмой, прохладой и звоном цепей. За решетками — десятки измученных тел — глаза их полны ненависти. — Мы не боимся тебя, демон! — гневно выкрикивали они.— Ты ответишь за все зло, что сотворил! Абраксас лишь усмехнулся. Много лет он похищал людей с окраин леса Фей — сильных и крепких мужчин, и поил их кровью своих воинов. Этот темный ритуал он называл «благословением богини», хотя по сути он превращал их в бездушных зверей, жаждущих крови и смерти, забывших даже собственные имена. Глаза демона вспыхнули, он щелкнул пальцами — и мгновенно все вокруг погрузилось в звенящую тишину. На следующий день на Ашра Ангарис — главной площади столицы, собрались все — от солдат до простых жителей. Люди ждали правды, надеялись на ответ. Серое небо нависло низко, город словно замер в предчувствии. Абраксас вышел к толпе. Его золотая корона сияла, бросая отблески на мрачные лица слуг. Среди толпы затаились Нэлих, Тодд, Лита и сотня других, спрятавших свои лица под капюшонами. — Сегодня, мои верные подданные, — голос демона звучал ласково и коварно, — вы узнаете правду об огненном цветке. И правда в том, что вы, ничтожные предатели, недостойны его благословения! С этими словами из его тела вырвался поток темной маны, небо мгновенно затянулось багровыми облаками. Первые капли кровавого дождя упали, впитываясь в каменные плиты, а затем хлынули потоки — густые, алые, с ужасным запахом. Кровь пленников, убитых им в подземельях, обратилась в тончайшие иглы. Миллионы их падали с неба, впиваясь в кожу и проникая в тела каждого на площади. Это было не просто проклятие — оно отравляло саму душу. Кровавый дождь опустился на весь город. Люди хватались за горло, их глаза мутнели, тела дрожали, пока в них не пробуждалась первобытная, дикая жажда разрушения. Старушка Зея, наблюдавшая из окна своего дома, только печально вздохнула, опираясь на посох. — Ты обрекаешь своих людей на гибель, Абраксас, — ее шепот был едва слышен, но в нем звучала мудрость и предостережение. — Эта сила разрушит тебя раньше, чем ты успеешь насладиться своей победой…*****
Прошло больше недели с того дня, как прозвучал императорский призыв. Но от союзников не было вестей. Молчание длилось мучительно долго, и каждый новый рассвет приносил лишь нарастающее беспокойство. Моральное благополучие воинов было на пределе. Спасало и то, что на другой стороне пропасти царила странная тишина. Оттого в сердце теплилась наивная мысль: а вдруг… вдруг все обойдется и не будет войны? Тем временем за крепостными стенами шла кропотливая работа. Последствия нашествия чудовищ из леса Фей были устранены, деревни зачищены, уцелевшие — спасены. Возвращались караваны: длинные, усталые колонны изголодавшихся и обессиленных людей, что лишились домов. Благополучно вернулись и спасательные отряды вместе с целителями. Ванесса хорошо организовала пункты помощи и командовала лекарскими отрядами. На западной стороне крепости развернулся целый город надежды — укрытый с двух сторон суровыми склонами гор. Люди трудились на благо жителей крепости с раннего утра и до поздней ночи, пытаясь забыться в заботах, спасаясь от пугающих мыслей. Все казалось спокойным… Но этот день настал. Это было предчувствием. Воздух стал густым и тягучим. Тучи затянули небо, и мрак опустился на землю — преждевременный, зловещий, как накануне грозы. Земля со стороны пустоши начала дрожать. Легкая вибрация перешла в гул. Воины и жители крепости, слуги и советники — все, как по команде, настороженно переглянулись. Туман, стелившийся на горизонте, начал отступать, медленно открывая взору зловещие очертания леса. Словно когти гигантских чудовищ — это был лес копий и рогов. Разведчик, что стоял ближе всех к пропасти, отступил назад на дрожащих ногах. Лес закачался, изгибаясь и кривясь, а потом… закричал. Рокот воинственных голосов эхом донес до людей гнев и злость тысячи демонов. — Э-то… это армия… — срывающимся голосом произнес он. Его губы побелели от страха. — Они… там армия… демонов… они идут! Спотыкаясь, он бросился к лошади, сердце колотилось, дыхание сбивалось, а перед глазами все плыло. Он влетел в зал совета со срочным докладом. Пока советники паниковали, перебивая друг друга, сжимая виски дрожащими руками, Риз уже стоял на высокой обзорной башне. Его силуэт был неподвижен, лишь глаза цепко вглядывались в сгущающуюся на горизонте тьму. Рядом, напряженный до предела, стоял Айдан. Даже он — прошедший не одну битву — чувствовал, как мурашки пробегают по коже. — Сколько же их… — прошептал он. — И почему… почему они подошли к самой пропасти? Тяжелые удары колоколов пронзили воздух, заставив Айдана вздрогнуть. Их звон торжественно разносился над крепостью, когда на северо-западной границе началось движение. Две тысячи лучших всадников Кроссштальдта, наконец, достигли крепости. Высокие силуэты коней, сверкающие доспехи, развевающиеся на ветру плащи… Об этих всадниках слагали легенды. Почти одновременно донесли еще одну радостную весть: пять сотен верегийских лучников и тысяча латников, вооруженных щитами и копьями, пересекли перевал и уже маршируют к стенам крепости. — Всем занять позиции. Приготовиться, — произнес Риз, разворачиваясь к Айдану. — Есть, ваше величество! Союзные войска, словно живой поток, начали стекаться к равнине перед крепостью. Имперские полки вскоре присоединились к ним, формируя построение. Стяги развевались в утреннем ветре, солнце отражалось в блеске оружия, а солдаты, поднимая знамена, дружно выкрикивали: — За империю! За победу! Гул голосов поднимал боевой дух, вселяя в сердца хрупкую, но такую нужную веру. — Теперь наша армия стала сильнее! — воскликнул пехотинец. — Я слышала, лучники из Вереги самые искусные мастера своего дела! — вторила ему девушка-лекарь, сжимая у груди амулет. — Пусть демоны только попробуют… — донесся голос из толпы, — мы покажем им, на что способна империя! Всадники Кроссштальдта, ловко разделившись, заняли левый и правый фланги построения. Ударный отряд пехотинцев сомкнул ряды в центре. Все они образовали первую линию обороны. Вторую линию сформировали батальоны лучников из Вереги и боевые маги империи. В арьергарде — конный дивизион в пять сотен голов для поддержки флангов. Из-за нехватки воинов, центр стал самым уязвимым местом построения. Вернес не откликнулся на зов, и боеспособность армии оказалась под угрозой. — Кроссштальдт и Верега прислали помощь, ваше величество! — доложил разведчик императору. — Однако оборона в центре значительно проседает. Рексенор молча смотрел, как тысячи солдат стройно и неторопливо двигались в сторону пустоши. Поле перед крепостью теперь стало таким пустым, словно заброшенным. — Сколько у нас воинов? — тихо спросил он. — Около восьми тысяч… ваше сиятельство. Рексенор закрыл глаза, брови сдвинулись, а на лице отразилась боль. — Количество врагов? Докладчик сглотнул, его лицо побледнело, а взгляд метался. — Двадцать… — выговорил он одними губами. — Двадцать тысяч? — переспросил Император, не веря своим ушам. Не успел разведчик договорить, как дверь распахнулась. Внутрь вбежал молодой рыцарь. Его глаза были полны ужаса. — Прошу… разрешите доложить… — рыцарь упал на колени перед императором. — Произошла ошибка в подсчетах… — Какая еще ошибка? — нахмурился Рексенор. Рыцарь смахнул холодный пот со лба, губы его дрожали. — Приблизительное количество врагов… — он замолчал на миг, словно сам боялся осознать сказанное. — Пятьдесят тысяч, ваше величество. — … На миг в зале повисла гробовая тишина. Но советники, отказываясь верить в услышанное, как по команде вскочили со своих кресел и бросились к широкому балкону. За ними медленно поднялся и Рексенор. — В два раза больше, чем в прошлый раз… — голос его был тихим, а в глазах отражалась усталость и боль. — Тогда я думал, что хуже быть не может… а теперь… Туман полностью рассеялся. Открывшаяся с высоты картина выглядела еще ужаснее, чем когда из леса выходили высокоранговые монстры. То, что простиралось за пропастью, невозможно было описать простыми словами. Это была не армия, а бесконечный, дрожащий, черный океан… И если вспомнить, с какой ужасающей легкостью они расправлялись с монстрами леса Фей… Становилось не просто жутко. Пропадала сама воля сражаться. Страх был таким плотным, что, казалось, его можно потрогать руками. Он пронизывал воздух, затекал в легкие, связывал мысли. Внутренний голос зловеще шептал: «Идут… Они идут… Демоны здесь… Мы все обречены…» Построение, готовое противостоять вражеской армии, было сформировано прямо перед пропастью. Но хоть у империи и набрался легион сильнейших воинов, что они могли против такого количества врагов? Гул тревоги, словно набат, разносился по полю. Даже опытные рыцари не могли унять дрожь в руках. Они пытались держаться, прижимая ладони к эфесам мечей, но пальцы предательски дрожали. Высота рельефа давала людям преимущество в обзоре, но одновременно показывала истинный масштаб кошмара. Демоны покрыли равнину черным ковром до самого горизонта. «Если они прорвутся…» — мысль ударила, словно ножом. «Если эти чудовища прорвутся… Все человечество погибнет…» Как будто почувствовав их отчаяние, вражеское воинство закричало. Восторженно, злобно, дико. Демоны поднимали свои мечи, топоры и копья, стучали молотами о щиты. Каждый звук отдавался в груди эхом ужаса. Рев, стоны, злобные крики заполнили пространство, мешая здраво мыслить. Даже самые стойкие и храбрые воины теряли самообладание — кто-то сжал губы до побеления, кто-то судорожно молился, кто-то едва стоял на ногах. «Бежать… Но куда? Где укрыться? Есть ли еще спасение?» Цок. Цок. Цок… Глухой размеренный перестук копыт разорвал вязкое напряжение, повисшее над полем. Ряды воинов дрогнули, а взгляды устремились к всаднику. Между неровными шеренгами, уверенно и спокойно ехал принц. Буцефал держал голову высоко, иногда смахивая с глаз длинную челку. Стальные доспехи принца подчеркивали его сильные плечи и осанку. Алое полотно мантии с гербом империи развевалось за ним, как пламя. На бедре мерно покачивались два меча, и один из них — черный, бездонный, словно сама ночь. Риз выглядел словно воплощение бога войны. В его пронзительном взгляде не было и капли сомнения. Этот холодный взгляд будто говорил: «Сомневаетесь — уходите. Я справлюсь и без вас.» И если кто-то еще минуту назад дрожал, позволяя страху сжимать сердце, то, встретившись с этим взглядом, осознавал — здесь нет места слабости. Вот он — сильнейший воин империи. Ледяной генерал. Наследный принц. Его называли по-разному, но в этот момент, решающий и самый отчаянный, он стал для всех надеждой. Солдаты смотрели на него с благоговением. Сердце каждого болезненно сжалось — так стыдно им стало за собственный страх, за дрожащие пальцы, за пустые мысли о бегстве. «Как я мог сомневаться? Это же наш принц… Наш Атанариз. Он не проиграет!» «Боится ли он? Да он выглядит так, будто единственные кому не поздоровится — это демоны!» «Даже сама смерть склонится перед ним!» «Он — наша опора. И я тоже не отступлю!» *Тыдыщ!* Лязг доспехов раздался эхом по полю. Солдаты вдруг выпрямились, строй стал идеально ровным. Больше не осталось ни дрожи, ни паники — только решимость. Риз остановился, развернув коня и встретившись лицом к лицу со своей армией. Его взгляд скользнул по их лицам, изучая перемену, и уголки его губ поднялись в улыбке — редкой, но такой, от которой холод в сердцах сменился жаром. В этот миг прозвучал затяжной, глубокий звук рога, раскатываясь над равниной. Он заглушил отдаленный рев демонов, очистил мысли, вернул сосредоточенность. Люди оглянулись, их взгляды обратились к величественным вратам крепости. Через арочные пролеты, под тяжелым топотом копыт, вступил отряд воинов в диковинных черных доспехах. На груди каждого герб — золотая звезда и волны. За ними следовали обозы: ряды целителей, запасные кони — все мелочи были предусмотрены. Каждый штрих этого строя, каждый отточенный шаг, говорил о дисциплине и о могуществе. Главнокомандующий этой пехотой и несколько его помощников спешились с коней и встали рядом с Атанаризом. — Приветствуем великое солнце Адарийской империи! Высокий воин в золотистых доспехах поднял забрало и подмигнул принцу. — Давно не виделись, ваше высочество! — бодро сказал Эрик. — Аль-Накар не оставит вас в это тяжелое время! Мы пришли, чтобы биться бок о бок с вами и победить демонов! Эрик Нимруд только сейчас обратил внимание на ту сторону пропасти и присвистнул. — Или с гордостью умереть… бок о бок с вами. Риз кивнул своему старому другу, а тот занял почетное место рядом с ним. Бастиан с трудом застегнул кожаные ремни доспехов. Металл холодом лег на плечи, шлем слегка съехал набок. Длинный лук он закинул за спину, меч — тяжелый, непослушный — повесил на пояс. Он не был воином, это было ясно по его неуклюжим движениям. Но у него было, за что сражаться. Он преодолел весь путь до пустоши вместе с отрядом лучников. Когда перед ним раскинулось главное построение армии — стройное, величественное — сердце Бастиана затрепетало. Масштаб этого зрелища захватывал дух. Он чувствовал себя крошечной песчинкой среди несокрушимой громады. Беспомощным мальчишкой среди закаленных в боях титанов. Ноги сами несли его вперед. Он должен был идти. Он должен был узнать… вдруг именно здесь, среди этого хаоса, он снова увидит Ровену. Но все было не так просто. Рядом с рыцарями на флангах, где уже выстроились ряды конницы, ему не место. Среди боевых магов — тем более. Поэтому он пробрался к самому центру — туда, где собирались лучшие. Элитные полки сразу бросались в глаза: богатые доспехи, почетные гербы, уверенность в каждом движении. Здесь чужаков не жаловали. Стоило Бастиану встать рядом с кем-то из них, как раздавался резкий, полный презрения голос: — Прочь отсюда, оруженосец! Не мешайся под ногами! Чьи-то руки толкнули его вбок, он пошатнулся, упал, но упрямо поднялся. Еще попытка — и снова подножка, смешки за спиной. Надменный взгляд, будто его и вовсе не существует. Его снова вытолкнули за пределы строя, словно мусор, которого не должно быть рядом с сильнейшими. Бастиан медленно отряхнул пыль с одежды, губы его плотно сжались. Он хотел двинуться к первой линии обороны, но внезапно кто-то положил руку на его плечо. — Отвали! — резко отмахнулся Бастиан, не оглядываясь. — Ой, как грубо! — в голосе прозвучала наигранная обида. — Это так ты разговариваешь со своим лучшим другом? Бастиан остановился, переваривая услышанное. «Этого голос…» Его уши не обманывают его? Он медленно развернулся и… почти лишился дыхания. Перед ним в доспехах и при параде стоял Анджи. Он улыбался, протягивая ему руку. — Скучал по мне? Все слова застряли на языке, и ком подступил к горлу. Как же он скучал по его улыбке. Сколько раз представлял их встречу. А теперь он стоял прямо перед ним. Только протянуть руку… Анджи уже раскрыл объятия, но вдруг перед Бастианом встали рыцари, заслонив принца. — Назад! — рявкнул командир отряда. — Не приближайся к его высочеству! — Да откуда вы вылезли?! — с раздражением воскликнул Анджи. — Уберите свои мечи, вы только мешаете! — Но ваше высочество, — заговорил один из рыцарей, его дыхание сбилось, — вы так внезапно ускакали! И без охраны… Анджи закатил глаза, тяжело вздыхая. Ну как объяснить этим идиотам, что он в охране не нуждается? Бастиан смотрел, как Анджи спорит со своими подчиненными. Перед ним больше не тот дерзкий мальчишка. Теперь это принц — с блестящими доспехами, с собственным войском, с замком за спиной. Он так красив, смел и… настоящий воин. А он? Что он сам может? В груди вдруг стало так больно от собственной беспомощности. Он прикрыл лицо ладонью, чтобы скрыть дрожащие губы. «Может, все сложилось по-другому, если бы Анджи не уехал? Они смогли бы защитить Ровену?» Но потом осекся. Нет, конечно, нет. Никто бы не смог. Даже наследный принц. — Все, с меня хватит! Достал этот фарс, — внезапно бросил Анджи. Он ловко расстегнул пряжки и скинул с себя тяжелые доспехи. Отбросил в сторону шлем, тряхнув длинными волосами. Завязал на плотной тунике пояс и закрепил на него меч. Удобные брюки и ботинки также лишились наголенников и щитков. Теперь ему стало легко, а вид напоминал прежнего шельмеца. Перед Бастианом снова стоял тот самый Анджи… его Анджи. Дерзкий, свободный, настоящий. — Эй, ты чего хмуришься? — он подошел ближе, пытаясь заглянуть ему в лицо. Бастиан поспешно протер глаза. — Ага, понял! — хмыкнул Анджи, играючи вскинув бровь. — Ты до слез рад меня видеть! После этих слов Бастиан впервые за долгое время улыбнулся. «Он все такой же… И теперь он рядом. Еще рано сдаваться.» — Заткнись, глупый фламинго, — пробормотал он, обнял Анджи за шею и взлохматил волосы. — Где тебя носило так долго? — Ну, знаешь ли, — надулся Анджи, — мы, королевские особы, вообще-то люди занятые. Родину спасаем, бандитов ловим… И вообще, вы что тут устроили? Меня всего месяц не было, а тут уже разгорелась война! — Ты столько всего пропустил… Даже не представляешь, через что мы прошли, — мрачно добавил Бастиан. — Ой, не сыпь мне соль на рану! Главное — сейчас я здесь, — мягко сказал Анджи, и в его голосе прозвучала серьезность. Он на секунду замолчал, потом, глядя прямо в глаза, добавил: — Мне жаль. Прости, что меня не было рядом… Но я верю, что она жива. Мы найдем Ровену. Обещаю. — А мы — поможем, — к ребятам подошел Джек со своей командой. Бастиан пожал руку старому другу. Тяжелые мысли окончательно испарились. Его друзья здесь, с ним. Всего пять минут назад он чувствовал себя ничтожным, но теперь — у него выросли крылья. Сотни воинов окружили Анджи и его друзей, и повели к переднему флангу. — Приветствую его высочество, великого принца Адарийской империи, — Анджи со всей учтивостью поклонился, а вместе с ним сели на колено Бастиан, Джек и капитаны. — Королевство Вернес в военном положении и под угрозой вторжения соседей. В это тяжелое время я, принц Анджело Флик, вместе со своими верными рыцарями откликнулся на зов империи и клянусь достойно сражаться на этой земле, чтобы ни ждало нас впереди — победа или смерть. Глаза принца на секунду расширились, но потом в них зажегся теплый огонек. «Тебе очень повезло с друзьями, моя помидорная принцесса…» — Анджело Флик, империя не забудет твоей храбрости, — произнес Атанариз и перевел взгляд на Бастиана и Джека, — и доблести твоих рыцарей. — Это все, безусловно, чудесно! — высказался Эрик. — Но как мы будем воевать? Летать я пока не научился. На той стороне пропасти началось странное, зловещее шевеление. Демоны восторженно приветствовали кого-то, размахивая своим оружием. Затем, словно яркое пятно заходящего солнца, возник красный силуэт воина в черных доспехах. Он взлетел высоко вверх и щелкнул пальцами. Казалось, ничего не произошло. Но внезапно несколько всадников, вместе со своими конями, словно марионетки, рванулись ввысь, а их тела разлетелись кровавыми всполохами. Лишь оголенные кости, лишенные плоти, посыпались вниз, гремя, словно зловещие погремушки. Вся кровь, капля за каплей, собралась в воздухе, закружилась смертоносным вихрем, превращаясь в алую сферу. Сфера озарилась ярким светом и растеклась по воздуху, словно бархатное алое полотно, мостом раскинувшись над пропастью. Радостный вой и вопли демонов прокатились по полю. Воины Империи замерли. Их взгляды, полные ужаса, скользили по полупрозрачному кровавому полотну. Уж не уйдет ли оно прямо из-под ног во время боя?! Как же сражаться с таким страхом? И разве только что этот демон не уничтожил их товарищей лишь одним щелчком пальцев?! Но не успел страх поглотить их. Невидимый поток тепла пронесся по рядам — и каждого воина окружил голубоватый свет. Святая аура вспыхнула вокруг них, защищая их от тьмы. Теперь любая темная магия рассеется при соприкосновении с ней. — Это что… что происходит? — выдохнул кто-то с замиранием сердца. — Не может быть… — прошептали другие, все как один обращая взоры к наследному принцу. Потоки маны вокруг него закручивались, качались, волнами распространяясь во все стороны. Он продолжал сидеть на коне гордо и непоколебимо. — А ты занятный! — расхохотался демон. — Посмотрим, надолго ли тебя хватит! Буцефал, покрытый тяжелой броней, вздернул голову. Его ноздри раздулись, а из пасти вырвался воинственный рык. Глаза Риза вспыхнули нетерпением. «Наконец! Путь открыт!» Под судорожное биение сердец, с замиранием дыхания, под общее удивление, Риз сделал первый шаг. Он твердо ступил на кровавую пелену. Даже демоны перестали вопить и махать клинками, изумленно уставившись на храброго принца. Ловэтт поднялась на обзорную башню — и зрелище, раскрывшееся перед ней, буквально выбило почву из-под ног. Она пошатнулась, едва не рухнув вниз, но крепкие руки Амадэя вовремя подхватили ее. Юноша встал рядом, обняв ее за плечи, прижимая к себе, будто защищая от всего того ужаса, что простирался за стенами крепости. Ловэтт накрыла его ладонь своей, а вторую прижала к груди. *Sonyan — League of legends — Call И вот война готова разгореться снова, словно неутолимое пламя, поглощая все живое на своем пути. Сколько еще душ исчезнет в этом аду? Неужели те, кто пал на прошлом поле брани, умерли напрасно? Сколько еще должно пролиться крови, чтобы оборвался этот бесконечный круг ненависти и страданий? Хрустальный проникновенный голос Ловэтт разлился по пустоши, отголосками достигая марширующих воинов. Буду снова молитву павшим петь с сердцем разбитым Прежде, чем сейчас уйти. Пламя нес непрерывно Встанем в новом порыве Время выйти на призыв К славе взмыв иль пав в обрыв Все в крепости — и даже воины за ее стенами — подхватили знакомый мотив. Кто-то тихо напевал его сквозь стиснутые зубы, кто-то мычал под нос, а солдаты в строю невольно отбивали ритм топотом ног. Эта мелодия незримо пронеслась над полем битвы, наполняя сердца странной, упрямой решимостью. Ради павших на поле и забытых героев Встанем в новом порыве Время выйти на призыв Ради павших на поле и забытых героев Встанем в новом порыве К славе взмыв иль пав в обрыв Риз возвел вверх свой черный меч, призывая к бою. В этот момент небо загрохотало. Король демонов раскинул руки, насылая грозу. Черные тучи заволокли небосвод. Шквальный ветер рвал знамена. А затем… черный дождь обрушился прямо на крепость. «Гра-а-а!» — пронзительный крик разорвал небеса. — Виверны! — закричал Алистар. — Укрепить щит! «В первую атаку их было пятнадцать… и уже тогда мы едва уцелели! — в ужасе думал Алистар. — Но теперь…» В небе кружили десятки тысяч теней с кожистыми крыльями. Левиана подняла посох, отряд магов за спиной начал шептать заклинание. Из магической печати, что вспыхнула над башнями, выстрелил сноп света. Яркие лучи пробились сквозь хмурое полотно, открыв чистое синее небо. Сторона же демонов осталась под темной завесой туч. Виверн стало отчетливо видно. Они облепили защитный барьер, полностью закрывая солнечный свет. Их когти разрывали, царапали и кусали его. Маги обстреливали их заклинаниями, но меньше их не становилось. Либо сражаться, либо поддерживать барьер — Левиана стиснула свой посох. Выпустив мощный залп, она убила по крайней мере десяток тварей, однако новые тут же заняли их место. «Если я вложу всю свою силу — щит исчезнет… Но если промедлю — нас разорвут…» Щит начал трещать. Тонкие линии, словно паутина, расползались по куполу, готовому вот-вот рухнуть. — Всем назад. Левиана удивленно обернулась. Увидев герцога Фирса, император и советники тут же забежали в зал. Его глаза светились холодным белым светом, волосы развевались, будто пламя, а вокруг тела вздымалась серебристая аура. Неукротимые потоки маны начали быстро вращаться вокруг него, а затем взмыли ввысь. Барьер вокруг крепости засиял изнутри. Ослепительный свет вырвался из трещин, а через секунду раздался мощный взрыв. Ударная волна пронеслась над пропастью. Даже Абраксас отлетел в сторону, глядя вниз с изумлением. — Что за… — не поверил он своим глазам. Воины в страхе обернулись к крепости. — Это… крепость рухнула?! Но через мгновение их лица изменились. Шок, изумление, невыразимая смесь облегчения и восторга застыла в их глазах. Бастиан выронил меч из рук, Анджи раскрыл рот от удивления. Крепость стояла незыблемо, а щит вокруг нее мерцал еще ярче. Однако этот щит… Ловэтт осторожно высвободилась из объятий Амадэя. Но стоило ей увидеть купол, как глаза мгновенно наполнились слезами. — Сестра… Ловэтт медленно выпрямилась. Ее рука потянулась вверх. Ради павших на поле и забытых героев Встанем в новом порыве Точно выйдем на призыв… Способность герцога — защитная магия, но мана, что влила в него Ровена, оставила свой отпечаток. Возникший над крепостью щит не только защитил людей, но и уничтожил всех монстров, что коснулись его. А выглядел он… как живое воплощение Ровены. Сотканный из света и облаков, образ девочки с длинными серебристыми волосами, будто обнимал сверкающий купол над крепостью. Длинные серебристые пряди переливались радугой в солнечных лучах и укрывали купол, как вуаль. Девочка склонила голову, глаза закрыты — будто просто уснула за столом после очередных лекций с Николасом. Такой ее образ запечатлелся в сердце герцога. Момент, когда его дочь вдруг изменилась. Девятилетняя Ровена. Ради павших на поле… Сбросим мы оковы, рок свой ждать готовы Вместе выйдем на призыв Выйдем на призыв К славе взмыв иль пав в обрыв Синие как безлунная ночь, глаза Риза широко распахнулись. Казалось, Ровена всегда отражается в них, даже если ее нет рядом. И… она единственная, кто способен с легкостью разрушить его ледяную, непоколебимую броню. Рука, сжимавшая черный меч, дрогнула и начала опускаться... Но воины, все как один, с безмолвной решимостью подняли мечи вверх. Почти десять тысяч клинков сверкали, отражая мягкое сияние защитного купола. Теперь настала их очередь поддержать принца. Бастиан поднял меч с земли и уверенно вскинул его над головой. Клинки Анджи и Джека взметнулись в воздух следом. Они переглянулись и молча кивнули друг другу. Разве здесь нужны слова? Выбора лишь два: пасть в бездну к самому дьяволу или разорвать этого дьявола на части. И теперь, когда их близкие под надежной защитой, они смогут сражаться в полную силу. Они ни за что не сдадутся. Каждый поднятый вверх клинок словно говорил это. Он давал клятву. Абраксас раздраженно цокнул языком. — Значит, не боитесь? Видимо вы не до конца осознаете весь ужас происходящего. Что ж, я покажу вам. Повинуясь приказу, демоны начали движение вперед. Красный барьер исчез под чернотой этого бесчисленного воинства. Риз медленно развернулся, его клинок теперь устремился прямо на короля демонов. Он пришпорил коня и сорвался с места. Воины, бросив громогласный клич, словно лавина побежали на врагов. Анджи, Бастиан и Джек кричали что есть сил, мчась в самую гущу сражения. Каждый взмах алмазного меча искажал пространство вокруг себя. Объединив силы с мечом, Риз отбрасывал десятки демонов с пути, испепеляя их одним касанием. С флангов в бой вступили всадники, отрезая отдельные отряды врагов и загоняя их в ловушки. Лучники мгновенно расстреливали их. Маги расчерчивали небо письменами, бросая на демонов мощные заклинания, что били по площади. Но казалось, орды чудовищ нескончаемы. Один из рыцарей упал с коня. Под ним — бесконечная пропасть, а впереди — кровожадные чудовища. Вокруг крики, кровопролитие, невыносимая жестокость. Он бессильно закричал, когда демон замахнулся на него мечом, но внезапно рогатая туша свалилась к его ногам. Анджи, используя призрачную походку, быстро и незаметно обезвреживал самых опасных демонов. Бастиан подбежал к рыцарю и помог ему подняться. — Вставай, приятель! Мы еще не закончили! Рыцарь, тяжело дыша, отряхнулся и хлопнул себя по щекам. Рано сдаваться! И вновь ринулся в атаку. Демоны превосходили силой простого воина и к тому же давили числом. Они легко разрывали на части тела, ломали доспехи, отрывали головы и упивались кровью. Абраксас, паря над полем битвы, громогласно смеялся, упиваясь своим превосходством. Риз видел его вдалеке и всеми силами прорывался к нему. Синее пламя охватило лезвие, и черный меч загудел от неистовой мощи. Амадэй крепче сжал ладонь Ловэтт. Она, как и многие в крепости, со слезами на глазах следила за развернувшейся над пропастью бойней.
