Пат

      Сузуне Хорикита согласилась освободить аудиторию. Девушка руководствовалась следующими соображениями: если Арису что-то задумала, и как таковых последствий за «проигрыш» не ожидается, Аянокоджи вызов лучше принять. А что они вообще могут противопоставить, если Арису начнёт мстить всерьёз?       «Он прав. Класс не готов к прямой конфронтации, нужно потерпеть. Сейчас я уступлю. Но я обязательно стану сильнее, и тогда…»       Но к чему здесь шахматы? Очередная загадка. Она тоже её обязательно разгадает, но сейчас главный игрок, увы, другой.       — Аянокоджи, не соглашайся на всякие переигровки, форы, на слабо, желания! А лучше вообще сдайся при первом удобном случае! Сакаянаги что-то ужасное задумала.       «Её план гораздо проще, чем ты думаешь, Хорикита, но оставайся при своём мнении».       — Сдаться? Быстро и безопасно? И формально я ничего не нарушу. Вариант неплохой, но зачем нам статус кво, если ситуацию можно обернуть в нашу пользу. Доверься мне. Я не проиграю.       — Это… ты уверен?       «Поверь, что всё ради класса».       — Ты же попросту не сможешь выиграть! Она гроссмейстер! Одумайся, шансов нет!       — Кажется, кто-то считал так же на острове, — указал Аянокоджи на похожий сюжет, проверяя телефон. Новые приложения занимали большую часть памяти устройства. — «У нас нет шансов, мы не вычислим обладателей ключ-карт». Другие классы придерживались определённой стратегии. И на каком месте они оказались? Поверь мне.       «И не заглядывай дальше чем тебе предписано. У тебя, Сузуне Хорикита, к этому большой талант».       — Тебе помочь встать со стула, Хорикита-сан? — услышала девушка подначку заскучавшей Арису. Ей, похоже, прямо-таки не терпелось усесться за стол. — Переучилась? Протянуть руку помощи? Или справишься сама? В первый-то раз? Фу-фу-фу.       — Спокойно, Сузуне, спокойно, оно того не стоит! — приговаривала Хорикита про себя на потеху названной гостье. Поддержки от Аянокоджи не поступило — такое оно, равнодушие в чистом виде. Она явно лишняя, она не тянет. Но это только сейчас… она обязательно станет сильнее, оправдает ожидания! Непременно!       «Я верю тебе, но прошу, не натвори глупостей, Аянокоджи, не прыгай выше головы».

***

      — И когда назойливая помеха наконец плетётся позади, зная своё место… ты, наверное, недоумеваешь, как это мы будем играть без шахматной доски, и прочего? — собравшись с духом, спросила Сакаянаги. Для неё партия с этих слов уже стартовала, и начала она её бодро, с упреждающей атаки в лоб.       — Как понимаю, ты не принесла принадлежностей с собой? Понятно. Мне не показалось. Сомневаюсь, что и здесь получится что-то подходящее найти. Нехорошо получилось с Хорикитой.       — Не взяла. Я не таскаю тяжести. Предписание врача. Хорикита получила по заслугам. К счастью, есть у меня тут славные бегунки. — хихикнула девушка. — Рекомендую гарем свой также использовать. Так вот. С минуту на минуту они примчатся с совершенно новым комплектом шахмат. Я приказала. И кто окажется первым — тот… тот… а вот я ещё не решила. Может, у тебя есть предложения? Или хочешь пожаловаться на жестокую судьбу? Выбирай.       — Без понятия. Любой исход мне совершенно индифферентен. Скажу лишь, что у меня время расписано по минутам, — присмотрелся Киётака к часам на руке. — И, поскольку ты уже огласила условия, я дал согласие, уладил вопрос с площадкой, формат партии, прочие моменты задаю я, так? Тридцать минут плюс пятнадцать секунд, случайные. Задал. В таком случае приступим?       У девушки приподнялись брови.       «Ему не хватило, что я согласилась на Фишера? Нагло. Очень нагло. С другой стороны, если я выиграю его, с его же условиями… хм…»       — Ты верно понял. Длительность, цвет фигур. Вся кастомизация на твой выбор, можешь хоть правилами тысяча девятьсот семьдесят второго года руководствоваться, они тебе, впрочем, партию не сделают. Но к чему ты ведёшь, Аянокоджи Киётака? У нас нечем играть, место освободилось пораньше — я ожидала качания прав в исполнении Сузуне Хорикиты. Должна отдать должное: дрессировка впечатляющая. Не хочешь ничего обсуждать во время простоя — твоё право.       Киётака поставил на парту телефон, чем ненадолго загнал девушку в ступор.       — Я тут подумал, для разнообразия сыграем в 960 вариацию. Если же тебе знаком Stockfish, значит, почти наверняка на твоём смартфоне стоит сколько-то шахматных приложений. Ждать не придётся. Ты готова, или твои слова избирательны?       «Или по-другому, да или да».       Ловушка захлопнулась.       Сакаянаги моргнула пару раз для верности. На миг девушке подумалось, что ей послышалось, что её, такую великолепную, не посмели взять «на слабо», но она достаточно быстро адаптировалось к изменению правил.       — Конечно, вбей моё имя и фамилию. — неохотно выдала она. — Шахматы фишера? Значит, на ходу придётся ориентироваться. Креативненько. Книжки с заученными положениями уходят прочь, уступая место чутью и истинному мастерству. Символично. Предлагаешь играть на телефоне, где «мисклик» решает судьбы партий? Переигровки не жди. А что ты будешь делать, когда твоё WI-FI соединение оборвётся? Ответь мне, зачем ты урезаешь себе шансы на успех, Киётака Аянокоджи? Ты настолько безрассуден?       «Я хотела опробовать свой собственный, специально разработанный дебют. Но теперь это не представляется возможным. Кроме того, я чувствую, что этот переход своего рода западня, у него, вероятно, заготовлена парочка трюков. Но я дала слово, будь оно неладно. Я ничего не могу сделать! Мда, Хаято-Хаято, а мне только показалось, что ты начал быть хорошим псом, как ты забавно тявкал утром…»       — Я в своём уме.       — Что же, мне то что. Тебе же хуже. Большую часть партий я играю по сети. Ох, поняла теперь, — прыснула девушка. — Хотел добавить меня в друзья? Как мило и нелепо. Но стоили ли пятнадцать минут мимолётной славы пройденного пути?       «Хоть разбейтесь, но принесите СЕЙЧАС ЖЕ мне эту доску!» — виртуальная клавиатура едва поспевала за хозяйкой, Арису почти исчерпала все ресурсы оттягивания партии.       Киётака пожимал плечами в ответ. Он примерно догадывался о ходе мыслей оппонента.       «Если твои приспешники не чемпионы по забегу на короткие дистанции, с учётом предполагаемой очереди в ближайшем магазине у меня порядка четырёх-пяти минут. Уложусь за одну».       — Напомню, это ты инициатор встречи, — остудил Аянокоджи пыл Сакаянаги.       — Неважно! Тебе эта партия тоже нужна! — закашлявшаяся Арису продолжала гнуть свою линию. — «Киёпон_07»? Это твой никнейм? Мне просто много заявок присылают, знаешь, сбиваюсь со счёта.       — Ага. Я ещё не получил подтверждения. Проверь.       — Хориките подсказывай, не мне! Я просто задумалась. Какое нелепое коверканье имени, прости. И такой «винегрет» в моём френд-листе будет? Ничего получше придумать не мог?       Теперь Арису Сакаянаги ваш друг       — Пришло. Что-то не так? Мы можем продолжить?       «Сколько я смогу ещё выиграть времени? Если они успеют…»       — Ты же у нас страшно торопишься. Отвечая на твой вопрос: почти. Дай мне закончить. А на аватарке вместе с нашим серым кардиналом стоит… дай-ка подумать… Каруидзава Кей! Какое удивительное совпадение! Или мне её называть Аянокоджи Кей?       «Дурацкий ник? Есть такое. Однако Каруидзава считает иначе. Как бы то ни было, она потратила своё желание на подобную ерунду, особенное совместное селфи. Чтобы люди по всему земному шару знали, что я «её». Признаюсь, то был довольно полезный опыт для изучения. Но этот не менее интересен».       — Что ты имеешь в виду? В любом случае не думаю, что тебя подобное должно заботить. Кого-то дожидаешься?       — С чего бы…       «Если они успеют… но не исходит ли моё желание из страха? Разве как раз не в подобных играх только и можно узнать о том, что оппонент тебе и в подмётки не годится? Разве не этого я изначально хотела добиться?»              — Забей! Ладно. Сейчас отправлю приглашение. Ваш рейтинг сильно отличается. Рекомендуем начать игру с форы… — декламировала Сакаянаги предупреждение, выданное приложением. Кажется, она была сильно огорчена. — У меня есть предложение.       — Какое?       «Он средний игрок… он не тот, кем я его считала… всё зря? Но не уходить же? Будет похоже на побег. Я дам бой, раз на то уж пошло. Но чтобы было всё честно…»       — Поступим вот так. Я уступлю тебе пять очков. Можешь выбрать комбинацию фигур. Условия выигрыша остаются прежними. Но при проигрыше станешь моим носильщиком до конца года.       «Я должна получить соответствующую компенсацию, легко отделаться не получится…»       — Хорошая попытка и заманчивое предложение, но фора не запрограммирована в шахматах фишера у этой программы. Было бы проблемой, но справлюсь и без подачек. Числа могут вводить в заблуждение.       Сакаянаги фыркнула. Сделка не состоялась. Её последняя надежда на возвращение привычного размещения фигур была уничтожена.       — Да? А я и не знала, не приходило в голову. Какая жалость.       «Он очень странный. Отказаться от подарка, любезной поблажки… это оскорбление!»       Аянокоджи протянул руку — этого требовала одна из важнейших традиций шахматного общества. «Соперники прежде всего должны были выразить уважение друг к другу». Арису, впрочем, этикетом пренебрегла — Аянокоджи провёл пальцем по экрану, в специально отведённом месте отобразилась первая запись: d2-d4.       — Ты уже ведёшь на четыре десятых. Посмотрим, на сколько твоего запаса хватит. Кстати, переключение на любую другую вкладку это дисквалификация.       — Понятное дело. И не собирался.       «Я закончу эту партию за двадцать ходов. И этот инцидент будет исчерпан», — уверенности ей было не занимать.

***

             И за тридцать не получилось, к её удивлению. До какого-то момента силы противников оставались примерно равными, но Арису всё же смогла достаточно выгодно разменяться, и, имея на руках две проходные пешки на соседних линиях и слона, уже начинала откровенно забавляться.       — Ну вот и всё. Из поднадоевшего миттельшпиля переходим к окончанию.       Позиция Аянокоджи, надо сказать, была сложной, но не безнадёжной. Парень располагал тяжёлой фигурой, ладьёй. Проблема заключалась в следующем: король Киётаки находился на противоположном крае доски — он недавно поучаствовал в серии разменов. И хоть Аянокоджи тогда обезопасил фланг, две оставшиеся фигуры оказались разобщены, связка попросту не работала в полную силу.       Решение Арису было логичным — теперь-то одна из пешек точно прорвётся на поле превращения, и даже жертва качества не спасёт от мата. Победа медленная, но поучительная.       Девушка, облокотившись на спинку стула, смотрела в потолок с улыбкой до ушей.       «И его ты боялась, у тебя тряслись коленки?»       — Знаешь, я всегда считала, что истинный характер человека раскрывается за шахматным столом… — затянула Арису.

      Арису Сакаянаги была горазда на бравадные речи. И сейчас, когда девушка безоговорочно превзошла того, кто якобы «отыскал то, что укрылось от её зоркого взора», эта черта проявилась в полной мере.       Аянокоджи повёл плечами, мёртво пялясь в одну точку. И больше ничего.       «Да что опять-то блин!»       У неё всё под контролем, этот блеф для неё на один зуб.       — Я посчитала так, решив свою первую задачку из справочника для «продвинутых». Несколько задач автора, и я видела его насквозь без всяких биографий. И что у нас здесь? Тот, кто сидит в тени, не гнушается забрать лишнюю пешку? Это многое о тебе говорит. Например, что всё-таки тот ход выдумка, ты на него не способен с таким узким кругозором. Я разочарована.       «Надо привести контраргумент».       — Она не «лишняя». Абсолютно любой материал имеет свою цену. Шестерёнка механизма, отряд прикрытия войска, интерпретация не принципиальна. И когда с этой его частью покончено, я могу уделить внимание другим задачам. Ты же скована. Теперь твоя же фигура не даёт продвинуться проходной. Плохая организация.       — Что же, очень умно, Аянокоджи. Вновь ты пытаешься как-то замаскировать свои провалы. Да, мне придётся потратить ещё один ход на деблокирование своей пешки. Всё! Зато ты забрал одно очко! Но нужны ли трофеи мёртвому? Эх. То, куда тебя эта жажда наживы привела… заслуживает отдельной басни. Моя реакция, наверное, говорила, сама за себя, но неужели ты не заметил вилку? Неужели не увидел двойного удара? Ты был настолько ослеплён моим «зевком»? Приятного тут мало. Что же, поздравляю тебя, с блайндом. А сейчас я предлагаю тебе сдаться. Я не могу на это больше смотреть, — цокнула девушка. Она уже не видела смысла в продолжении переигровки. Избиение наглого противника, конечно, зрелище прекрасное само по себе, но Сакаянаги чувствовала, что это не «то», что достанется и ей при таком исходе. Ведь именно она себя и «накрутила» — и её ранят собственные ложные ожидания. Будет больно. Очень. Всплывут все бессонные ночи.       — Сдаваться? Ты увидела безоговорочную победу в этой позиции, Сакаянаги? — поинтересовался Аянокоджи. Он мог позволить разговоры — десять минут на часах против четырёх говорили о многом. — И что же ты здесь видишь?       — Ничего, кроме агонии. Не дошло ещё? Тебе покажется, наверное, невероятным. Но если есть то, чего ты не в состоянии увидеть, оно не перестаёт существовать. Конечно, существует классическая задача. Теоретически она описывает наше текущее положение. Оно, кстати, есть в любом околошахматном сборнике. Слон против ладьи. Позор для вторых, если не смогли «дожать». Рано или поздно… я проигрываю? Единственная стратегия для первых — прижаться к краю доски не своего цвета и «рубить флаг». Но присмотрись, наша задача другая, к «дано» прибавляется ферзь. И вау, оказывается, забрать ту «плохую» пешку на g-три не лучшая идея? Что-то пошло не так у нашего комбинатора? Пойми, мир не вращается вокруг тебя. Ты очень слаб, когда один. Ты ни-и-и-кто. Дошло? Придёт время, когда это раскроют другие. А пока живи. Умей принимать поражения. Прекращай полагаться на удачу. И, возможно, найдёшь в этой жизни себе место.       — Ты слишком зазнаёшься. — подметил парень, терпеливо выслушавший все советы. — Твоя внимательность падает катастрофически, когда ты увидела «изысканный исход». Всё уже посчитано, зачем перебирать варианты? Действительно. И, как и в прошлый раз, пойдя ты более безопасно, не играясь с соперником, конец заметно отличался бы. «Тот» ход бы не спас. — ладья послушно передвинулась на поле d8. Нет, не мат, даже не близко. Но так надо.       — Да мы полны решимости! Ты серьёзно поставил мне шах? Ещё при этом долго думал, хах. Я отойду, — рассмеялась Арису, не упустившая возможности лишний раз поглумиться над тем, кто даже после её комментариев до сих пор что-то там отчаянно «видит». — G-семь. Вынужденный ход. А дальше что? Ну, поставить шах мастеру тоже многого стоит, тут ты молодец, своей цели добился. И играешь ты на все две тысячи, если так подумать. Но серьёзно, достаточно мучений. Я тебя и так уже перехвалила. Прекращай брыкаться. Сдавайся.       «Финальный штрих».       — Кажется, что ничего не изменилось, что так я и должен был сходить вначале, но…       Но претворить свой план в жизнь Аянокоджи Киётаке было не суждено, и он затих. Нет, у парня не сорвался голос, в один момент экран его телефона предательски погас, начался обратный отсчёт до автоматического поражения. Действительно, шахматные онлайн приложения обрабатывают случаи вылета противника из игры. Аянокоджи же не выглядел удивлённым, ни один мускул не дрогнул на его лице, он не побежал хаотично искать зарядное устройство, он словно в один миг разом отказался от всех своих амбиций. Но не бред ли это, бросить всё, особенно в такой момент?       Арису не сразу осознала, что конец оказался гораздо ближе, чем она запланировала изначально. Столько сарказма не увидел свет!       — У тебя так называемый rage quit? — она предположила с огнём в глазах. — Добро пожаловать, «идеальный продукт». Хотя, какой ты идеальный после такого? Твоя программа дала сбой. Вывод?       «Хоть твоё лицо всё такое же, я дово…»       — Телефон разрядился, — прокомментировал заминку Киётака. Его данное обстоятельство совсем не заботило. И на проигравшего он не походил даже издалека. Словно ничего, кроме проигрыша, он не рассматривал, был к нему готов. — Не подумай, я и не думаю оправдываться. Обидно. Типа того. Похоже, это и правда судьба. Похоже, ты и правда сильнее. Похоже, ЭЛО это не просто набор сгенерированных цифр, — зачитал Киётака нудную скороговорку.       Актёрская игра оставляла желать лучшего, представление вышло несуразным и странным, а тем временем Аянокоджи невозмутимо сложил тетрадку и пенал в рюкзак.       — Мы закончили — я дал согласие на одну партию. Идеальный продукт? — с усилием выдохнул парень, его кулаки сжались. Против его воли. На сей раз он предпочёл оставить проникновение в свою личную жизнь безнаказанным. — Ты это обо мне? Я никогда себя с этим серийным номером не олицетворял. Что же, мне и правда пора. Темнеет. До встречи, Арису.       Прощание произошло столь стремительно, что Арису Сакаянаги не смогла вставить и слова! Ни рукопожатия, ни каких-то слезливых историй, шуток, обещаний. Ничего! Она поймала себя в какой-то момент на мысли, что собирается окликнуть парня, но всё же сдержалась. Так ведь не ведут себя победители. Что-то казалось Арису определённо неправильным в этой простой ситуации, но она не могла определить, что конкретно — победа то эта безусловная!       «К чему эта фальш про «обидно»? Ему всё равно. Его голос не дрожит. Эта партия продлилась час с лишним, он вложил в неё всего себя по идее, но ему всё равно! Как так? Тогда зачем делать вид, что ему есть до этого дело? Что происходит? Дежавю? Я опять ничего не понимаю».       — Должно быть, «Белая комната» учит эффектному уходу, учит пускать пыль в глаза, где бы ты не оказался. Что-то в этом есть. Ты проиграл, Киётака Аянокоджи, но ушёл с гордо поднятой головой. Красиво. Тоже умение. И что важнее — вопрос закрыт! Я отпустила тот случай. Фух. Безупречного хода не было. Он был выдуман с самого начала! Этих стариков действительно не поймёшь.       «Его проблема, что он не воспринимает критику — только его проблема».       — Анализ партии? — поступило на телефон девушки соответствующее предложение после зафиксированного «поражения» соперника. Обычная штука, одно из преимуществ платной подписки, больше пользы, чем вреда. — Почему нет? Хоть кто-то должен признать мои достижения. О, и нужно из друзей будет удалить этого самопровозглашенного гения, разумеется! Но это секундой позже.       Но на экране гаджета девушка увидела явно не то что так хотела. И вскоре её лицо приобрело совсем другие очертания.       — Два восклицательных знака? Белые сделали бриллиантовый ход? Мило, да, этого у меня не отнять, выходит само. Я слишком хороша? — Арису нервно усмехнулась. — Хм. Белые, хах, погодите-ка…? Но белыми играла не я, так что… эм, бриллиантовый ход сделал Аянокоджи? Когда? Показать! Что-что? Шах — бриллиантовый ход?       «Ты слишком зазнаёшься», — прогремело у девушки в ушах. Она замерла, розовые очки треснули.       — Да не, не может этого быть, — замотала она головой, противясь картинке. — Аналитика может ошибаться, всякие маты там в тридцать два хода откуда-то берутся же. А если и получилось, просто совпало! Да и не помогло бы! Просто продлил бы безнадёжную партию. Насколько? На ходов пять? Детальный разбор.       «Кажется, что ничего не изменилось…»       — Этим ходом ваш оппонент выводит вашего короля на одно из уязвимых полей, что обеспечивает ему возможный выход партии (при дальнейшей правильной игре) к пату засчёт выигранного темпа. Успешное продолжение: нападение на пешку, — твердила встроенная нейросеть.       «Что? Это не ошибка?» — Арису растерялась.       — Только не говорите, что…       «Что так я и должен был сходить вначале, но…»       Девушка схватилась за голову. Она прокрутила все возможные варианты событий (не без помощи современных технологий), и убедилась, что в каждом, несмотря ни на что, все её пешки будут ликвидированы. Рано или поздно. Жертва ладьи, впрочем, для Аянокоджи была строго обязательна. Она не проиграла бы, но и победы не добилась — наличия одного слона недостаточно, получается автоматическая ничья по причине нехватки материала.       — Я поняла. Тц. Случайность ли? Нет. Я не понимаю его. Не понимаю. Не понимаю… — шептала себе она под нос только ведомое ей заклинание, просматривая профиль недавнего оппонента. — Опять внезапный скачок «интеллекта». Это его обычный стиль игры? Да? Нет? Нет. Не понимаю. Мне не с чем сравнивать! Он не мог использовать шахматный движок! Я бы заметила! Думаю, я не обязана спрашивать разрешения, загляну быстренько в архив.       Киёпон_07. Рейтинг 1957. Последняя партия — сегодня. Прошлая — месяц назад. Количество партий — 20. Побед — 19. Поражений…       — Ты просто не успел ещё подняться! Но… если он карабкался с самого нуля и внезапно прекратил, в нуле поражений нет ничего странного. Я бы тоже выиграла всех низкорейтинговых оппонентов до одного. Хм. Случайность ли?       Арису пригляделась к приложенной информации, её заинтересовал один специфичный параметр.       — Аккуратность девяносто пять. Девяносто четыре. Девяносто семь. А в моей партии семьдесят. Чередование отличных ходов, средних и отвратительных. Только в моей партии. В остальных он беспощаден. В этот раз я уверена. Нет, ты не спёкся, ты специально! Вёл меня всю эту игру! Я попалась в ловушку. Я… эх, если бы я не ослабила свою бдительность в начале… ладно с этим… я… я признаю тебя, Аянокоджи Киётака! Но не думай, что на этом наша битва подошла к концу. Если ты подумал, что ничья… если ты подумал… этого будет достаточно… тц!       На громкие звуки сбежались «подручные» Сакаянаги, трусливо прятавшиеся за дверью.       — Ты ошибаешься! — отряхивая руку, желала доказать кому-то что-то девушка. Адресата послания не было рядом, он давно покинул комнату, его не удалось разглядеть из окна. А ведь совсем недавно они сидели по разные стороны стола, дышали одним воздухом. Для того кого-то это, безусловно, пройденный этап, но для неё…?       Подобные чувства Арису испытывала впервые. Примесь недоумения и шока, адреналина и ярости, чувства явно нетипичные для той, кто ещё вчера был на несколько шагов впереди планеты всей, она поняла, что была полностью разгромлена, и это осознание привело к поистине необычным последствиям. Её сердце забилось чаще. Нет, это не аритмия.       — С вами всё в порядке? — обеспокоено покосилась подоспевшая двоица на девушку, положившую правую руку на грудь. — Врача? — Две запакованные доски зашебуршали, и это стало последней каплей. Она занеиствовала.       — О-оставьте меня в покое! Во-о-он! — закричала Арису, кое-как сумев отвернуться в срок. Задачка была отнюдь не из простых, тело подчинялось девушке от силы только где-то наполовину. — Ах! Он гораздо интереснее, чем я себе воображала. И эти его игры… со мной… они… нечто.       «Он не ставил цели выбраться из западни, он изначально не хотел выиграть, всё это, чтобы…»       Сакаянаги, с трудом отдышавшись, всё же смогла спрятать свой заметный румянец за маской показательного негодования за опоздание. Она смогла утаить его от кого угодно, но, увы, только не от себя самой.       «Чтобы не выходить у меня из головы».