Жизнь в тени брата

Эрис и Рубин вместе сидели на траве посреди ночи, звёзды сияли всё так же ярко, их было много, действительно много. Казалось, что не небо заполнено звёздами, а наоборот: среди огромного скопления звёзд находятся редкие участки неба. А луна была полная, большая и невероятно красивая. Первая опиралась назад руками, одна из которых была на руке Рубина, голова была задрана наверх, а ноги прямыми, болтаясь из стороны в сторону в носках. Второй же принял задумчивую сгорбившуюся позу, явно о чём-то размышляя: обе ноги были согнуты в коленях, но одна была внешней боковой стороной на земле, а другая стояла прямо, на неё опиралась рука, а на руку – подбородок вместе с головой. Рядом горел уже привычный магический костёр, что не потрескивал дровами, ведь поддерживался исключительно магией Рубина. – Знаешь… Я всё ещё злюсь на тебя… – несмотря на свои слова, девочка крепче сжала руку своего спутника. – Но я ловлю тебя на слове… Раз обещал купить… – Эрис не готова была произнести «кольцо», ещё нет. – То покупай… – Я обещал подарить, а не купить… – заметил Рубин, сместив взгляд на Эрис, слегка повернув голову. – И я своё обещание выполню, но сейчас лучше о еде побеспокойся… – спокойно сказал мальчик, в который раз уже сверяясь по звёздам и определяя стороны света. – Мы сейчас на ровной местности… И продовольствие здесь нам взять неоткуда… – А разве мы найдём в ближайшее время людей… – Эрис посмотрела на мальчика, наклонив голову в бок. – Мы же теперь на свободе… – сказала она, словно лес, из которого они вышли, – клетка. – Не совсем… – начал объяснять Рубин. – Поселения людей в основном вблизи великого торгового пути от столицы Асуры – Арса – до восточного порта, а мы от него в нескольких неделях пути, если мы в нужном месте. – То есть… Мы никого не встретим… – разочарованно спросила Эрис, убрав руки, она легла на траву, подогреваемую Рубином, скрестив ноги и положив руки за голову. – В ближайший месяц точно… – заключил Рубин, оперев свободную руку назад, он посмотрел в ночное небо. – Лес по отношению к нам находится на западе, значит, всё это время мы шли на восток… Но он огромен, поэтому точно сказать, где мы, всё ещё нельзя… Будем двигаться на северо-восток: если снова упрёмся в этот же лес, то нам не повезло, и мы на юге; выйдем к горной гряде королевских драконов – если на севере, исход тоже плохой; если мы всё же дойдём до обычных лесов, то мы на юго-востоке… И… – Рубин бы определённо сказал «чёрт» или другое слово посерьёзней, если бы знал такие или был бы менее вежливым. – Если мы сейчас на северо-западе, то впереди только поля, где мы просто умрём с голоду, прежде чем дойдём куда-то… Резкие слова Рубина, то как он произнёс это с некой обречённостью, слегка напугали девочку. Она не хотела умирать здесь, не посреди холмов и зеленых полей, пока они оба медленно теряют силы от голода. Умирают ни от монстров, а просто от банального недостатка пищи. Девочка сжала руку мальчика ещё сильнее, причиняя ему боль, но Рубин не отреагировал. Эрис желала комфорта, а он был единственным, кто мог ей его дать, поэтому и цеплялась за него изо всех сил. Затем она притянула мальчика к себе, принимая лежачее положение на их цветочной кровати и обнимая его, она обвила руки вокруг спины мальчика, плотно прижимая его к себе. «Подними пожалуйста купол…» - тихий шепот, не приказ и даже не просьба, а мольба донеслась со стороны Эрис. Желание оказаться внутри каменной конструкции, в единственном безопасном месте, с того момента как они сюда попали было подавляющим. А необходимость обнять единственного человека, что был все это время рядом и заботился о ней, даже спас ей жизнь, было единственным о чём Эрис могла думать. Ответа от Рубина всё ещё не последовало, вместо слов, он просто выполнил то, о чём его просили. Костёр потух, как только земляное убежище было сформировано. Тело Эрис, всё ещё тряслось, но не так сильно. Ведь теперь на её груди лежал маленький мальчик, что обнимал её в ответ, а его щека была прижата чуть ниже её груди, до него доносился слабый, едва уловимый звук её сердцебиения, что постепенно приходило в норму, успокаиваясь. Было абсолютно темно, Эрис даже не заметала, как её глаза закрылись, разницы не было. Как всегда, такое бывает, обычно не замечаешь, когда засыпаешь, вот и Эрис в какой-то момент перестала ощущать прикосновения Рубина и провалилась в сон. *** – То есть я всё же изначально была права, когда говорила, что хочу выйти на юго-востоке? – игриво спросила Эрис. На плече она несла двух кроликов за их ноги. Шли они посреди обычного леса: больше ни тебе гигантских деревьев, ни беспросветной тьмы – нет. Только приятная полутень да зелень, что над головой, что под ногами, да ещё и живности опасной меньше. – Да… Так бы нам пришлось охотиться в великом лесу, запастись кучей припасов, и даже так не факт, что мы бы смогли дойти до какого-либо населённого пункта, – спокойно объяснил Рубин. – Не мог раньше сказать? – игриво спросила Эрис, кружась вокруг него, она весело улыбалась и не сводила с него глаз, наклонившись к мальчику. – Я бы тогда притворилась, что всё знаю! – Зачем? – непонимающе поинтересовался Рубин. – Да просто так… Чтобы смешно было, – Эрис выдохнула, принявшись идти нормально. – Знаешь, иногда ты дурак в плохом смысле… – назвала его так Эрис, и впервые за несколько месяцев оригинальное значение слова и то, что она подразумевала, почти совпадало. – Так каков план? Будем перебираться между этими лесами, пока не выйдем к людям? – Не совсем… Надо будет сделать запасы недели на две, на всякий случай, и держать их постоянно, чтобы к случаю, когда выйдем к полям снова, был провиант. – Поняла! – Эрис прижала ладонь ко лбу, сформировав кепку, она начала осматриваться по сторонам. – И куда мы теперь? Просто пойдём на север, пока не дойдём до людей или великого торгового пути? – Эрис выдохнула, опустив руки, голос её звучал как-то печально. – Да, а что? – Рубин повернул голову к Эрис. – Не хочешь? – Конечно, хочу… – взгляд Эрис опустился вместе с головой, а сама она перестала идти. – Просто… Когда у меня ещё будет шанс попутешествовать или увидеть мир? – грустно спросила девочка то ли у себя, то ли у Рубина. – Ведь когда я вырасту, я стану главой семьи и выйду замуж, – кролики из руки Эрис упали на землю. – И даже, скорее всего, не буду любить своего мужа… – сказав это, девочка выпустила горький смешок. – Мне придётся вынашивать его детей… – рука поселилась на животе и слишком сильно сжала белую тренировочную рубашку. – А если проиграю войну за власть, то моих собственных сыновей заберут, прямо как моих братьев у матушки… – Эрис подняла взгляд на мальчика, на кончиках её глаз уже сияли слёзы. – Что мне делать, Рубин? – умоляющим тоном спросила Эрис, надеясь на чудо. – … – Рот Рубина открылся, но слов из него не последовало. Наполовину повернувшись к ней, мальчик не знал, что сказать. Что-то никогда не менялось: как при первой встрече он не знал, что сказать. Он стоял и смотрел на неё, пытался увидеть её, действительно понять. Но просто стоять было нельзя. Поэтому он сделал шаг, а затем второй, третий и четвёртый, пока не дошёл до неё и не обнял девочку, превосходящую его ростом. – Я не знаю… – прошептал он, крепче сцепив руки вокруг её спины, напрягая свои мышцы до предела, он хотел взять её напряжение себе. – Я… Я знаю, что ты не знаешь… – прошептала Эрис, обернув свои руки вокруг его головы в ответ, она вдавила его голову себе в грудь. Первая слеза упала на светлую макушку Рубина. – Я тоже не знаю, что мне делать… Никто, наверное, не знает, даже Рудеус. – хватка Рубина инстинктивно затянулась при упоминании брата. Но сейчас страдать по этому поводу не хотелось, всё что хотел Рубин, это успокоить Эрис. Всё новые и новые слёзы текли по её лицу, что она спрятала в волосах мальчика. – И… И тогда… даже фехтование уйдёт на второй план… – плакала Эрис. – А я так его люблю… Это единственное, что у меня получается! И… И магию… Магию тоже люблю, благодаря тебе люблю и тебя… – Эрис прижала к себе Рубина всей своей силой, но не той силой, что разбивала валуны голыми руками, не той силой, что позволяла соперничать с мастерами продвинутой ступени меча любой ступени, совсем не той. Она прижала его к себе силой ранимой и маленькой девочки, силой дворянки, что никогда не была леди, той, кто умеет бояться и плакать, той, кто заботилась о нём и о ком заботился он, силой той Эрис Бореас Грейрат, что знал только Рубин Нотус Грейрат. Тот, кто был её спасителем с момента, как они попали сюда, тот, кто был её учителем магии, тот, чьи редкие шутки заставляли её искренне смеяться и улыбаться, как когда он заставил её сбросить себе водяной шар на лицо или когда дал название их озеру, тот, кого она почти потеряла из-за монстров. – Давай убежим… – тихо прошептал Рубин, его ладонь разглаживала несуществующие складки на её кожаном нагруднике, что покрывал лишь грудь. Она не чувствовала его прикосновения, тепла его руки, но сам жест был настолько нежным, что казалось, материал ему не помеха. – Мой отец тоже убежал из дома… а потом женился на маме, и родились мы с братиком и Айша с Норн… – Ты уже рассказывал… – слабо прошептала девочка, после пары секунд молчания почему-то начав успокаиваться. Мысль о побеге, даже в отрыве от того, что они даже ещё не вернулись домой, звучала дико, но так притягательно. Ни тебе брака по расчёту, ни тебе скучных уроков, ни тебе скучной бумажной работы. – Меня будут искать… – отговаривала Эрис то ли себя, то ли его, хотя знала, что матушка и батюшка вместе с дедушкой, наверное, будут скучать, но если Эрис пришлет им весточку, то они обязательно поймут и будут счастливы. Да и всё это звучало как типичная история из тех романов, что постоянно читала матушка, про девушек, что уезжали в приторно сладких концовках вместе со своим принцем в далекие края. Эрис никогда не хотела себе «принца», она всегда любила делать всё сама, конечно, кроме тех случаев, когда ей помогал дедушка, но почему-то, даже несмотря на всё это и отвращение к этим нереалистичным концовкам таких книжек, которое она сама не понимала, ведь была слишком мала, чтобы сформировать конкретные причины, но побег с Рубином казался самой естественной и логичной вещью в мире. Её побег и её голубоглазый «принц» были другими, они были реальными. – Дурак, – не понимала она, ему ли или себе говорит, возможно, обоим. – Все будут считать тебя злым драконом, что похитил принцессу… – Я готов быть плохим для тебя… – уверенно заявил он шёпотом, словно это был секрет, который не должен был знать остальной мир, нет, словно она была всем его миром. И он действительно имел это в виду, он действительно был готов пойти против своих убеждений, причинить боль себе, лишь бы защитить её. Прямо как с Сильфи и Рокси. – И защищу тебя, если кто-то будет тебя искать… Почему-то именно эти слова вновь выбили Эрис из колеи и заставили снова заплакать. Слезами горячими, но не горькими, а благодарными. И сквозь них она видела чётче, чем когда-либо: она увидела перед собой её драгоценный камушек, её Рубин. И поэтому она позволила себе прижать нежный поцелуй к его волосам, позволила своим губам коснуться его кожи, нажав ими сильнее, позволила себе поверить, что это просто случайность и она на самом деле не хотела целовать его макушку, что она не заметила, как её губы задержались там слишком долго, не заметила, как она затем опустила на место поцелуя свою щёку, полностью расслабляясь. И если потом она будет краснеть как помидор и стыдиться, желая умереть поскорее, она уже приготовила для себя оправдание, что сделала это лишь потому, что хотела его так отблагодарить. Ведь кому не нравится, когда его целует красивая девочка? Рудеусу бы точно понравилось, и он точно начал бы распускать руки. Но Рубин не был таким, он так же нежно гладил её спину, крепко обнимая, словно готов защитить от всего зла в мире, и готов был защитить ее точно не за красоту. Так же быстро, как и появились мысли о старшем из двух братьев, так же быстро они и исчезли. Сейчас разум Эрис был сфокусирован на другом Грейрате, том, что нежно обнимал её и успокаивал. И на секунду девочка позволила всей боли и печали, что, казалось, только нарастали, как приливная волна от цунами, забыться. – Хватит обещать так много… – прошептала она, вытирая слёзы, не выпуская его из своих объятий. – Потому что я действительно заставлю тебя выполнить их все… – но звучало это не как угроза, а как благодарность и даже отсутствие веры, что такое возможно. – Дурак… – прошептала Эрис, подняв голову, она нежно погладила место, где её губы прикоснулись к мальчику. – И не отпускай меня пока, хорошо? Рубин не ответил, лишь обнял её крепче и нежнее. *** Вечером дети сидели в куполе после ужина. Они были вплотную друг к другу, как обычно соприкасаясь боками и бёдрами, рассматривая карту центрального континента на каменной табличке, что Рубин нарисовал по памяти с помощью магии. Наибольшая детализация была у того пути, что им предстояло пройти до дома. – Итак… – Эрис была немного рассеянной, одна её рука была согнута в локте, подпирая подбородок, но пальцы то и дело касались губ с невероятной нежностью, так, что прикосновение почти не ощущалось, а её щеки каждый раз вспыхивали малиной. – Мы примерно здесь, да? – спросила Эрис, указывая пальцем другой руки на часть юго-восточного конца области густых лесов. Её взгляд то и дело мерцал к Рубину, задерживаясь от нескольких мгновений до целых секунд. И если взгляд мальчика пересекался с её, то она сразу же ретировалась, придумывая новый вопрос или оправдание, порой совсем бредовые. – Да, – спокойно и коротко ответил Рубин. За это время он обучил её географии от нечего делать. – Давай зайдём в королевство Дракона-Короля, а? – нежно попросила Эрис, переместив палец правее на большой круг, что обозначал столицу данного государства. – Там же штаб-квартира стиля Бога Севера! – Эрис нежно улыбнулась, повернувшись лицом к Рубину, в этот раз не смущаясь, ведь ей действительно было интересно побывать там. – Придётся сделать крюк… – сказал Рубин, но, взглянув на лицо девочки, тяжело выдохнул. – Ну да ладно… Почему бы и нет… Всё-таки город большой, вдруг к тому моменту, как мы туда доберёмся, там появится информация о том, что перенесло нас сюда… – Ага-ага… – отвлечённо кивала Эрис, даже не слыша причину, по которой Рубин согласился. – А потом! Потом… – она светящимися глазами, в которых были видны звёзды, что сейчас были снаружи, подняла палец наверх. – Пойдём к океану! ДА! К океану! Рудеус сказал, что он солёный! Ты пил солёную воду?! Я нет, но хочу! Как думаешь, почему воду из океана никто не продаёт? Может, она похожа на минеральную?! Я пару раз пила, но обычная вкуснее, но минеральная почему-то дороже! А вообще, я люблю сок… из яблок! Да, из яблок! И из груши чуть-чуть! Ягодный совсем не нравится, хотя сами ягоды люблю! Чернику, например… Хотя все ягоды люблю, землянику и смородину не очень, а вот остальные да! И кстати, насчёт сока, хоть он и вкусный, после тренировки ничего лучше прохладной воды нет! Люблю, когда создаёшь ледяные кружки с водой, причём такие прохладные! И ванну тоже, тёплую и прохладную! Но это смотря как… Вечером горячая, а после тренировки можно в такую, слегка-слегка обычную, охладить её, расслабиться и прямо обновиться, выходя уже новым и свежим человеком! – Рубин просто мирно улыбнулся, потому что это был мир, настоящий и спокойный. То, как Эрис весело и задорно рассказывает обо всём и сразу, было так расслабляюще и приятно. Он чувствовал себя счастливым. Может, даже из-за того, что сама Эрис была счастлива. И, продолжая слушать её, он положил ей голову на плечо. – Эй… Ты… Ты чего? – спросила девочка, её голос неожиданно стал звонким на секунду, чтобы затем начать быстро снижать тембр и затихать. – Ничего… Просто продолжай… – нежно прошептал Рубин. Его руки опали на скрещенные колени, он скорректировал позу, чтобы было удобнее опираться на девочку. – Угх… побить бы тебя за такое! – несерьёзно сказала Эрис, борясь с приступом румяных щёк. – Но ты такой дурак, что тебя, даже если побить, ты не поймёшь! Вот как ты такой постоянно ведёшь себя невозмутимо! Ты меня удивлять не перестаёшь, знаешь, тебе больше не стиль бога воды подходит, которым ты постоянно пользуешься, а севера, то-то в твоей книжке больше всего про это написано приёмов! Хотя их самих по себе много, некоторые «северяне» даже не с мечом сражаются! Точнее, не совсем, например, рапира там или скимитар, это как бы всё ещё мечи, но не совсем, я вот считаю, что это не те мечи, под которых создавались три великих стиля! Хотя вон есть те, кто даже не с помощью разновидностей меча сражаются, но продолжают называть себя учениками школы стиля Бога Севера! Вот я думаю, что они просто воины! Хотя сам стиль интересный, но мне больше бог меча нравится! И вообще… *** – Эй, Руби, не спишь ещё…? – тихо спросила Эрис, ближе потянув мальчика в свои объятия. – Неа… – сонно ответил Рубин. Скорее всего, он был близок к тому, чтобы заснуть, но слова девочки взбодрили его. – Слушай… – Эрис помялась пару секунд, прежде чем снова начать говорить. – Ты же говорил про побег и всё ту ерунду пару дней назад… – спросила она, прижимая его голову до упора в свою грудь, потому что боялась, что он даже в темноте увидит, как она краснеет. – Ну так вот… – продолжила она, даже не давая ему ответить. – Я решила, что пойду с тобой в магический университет Раноа… – прошептала она, собрав всю свою мужественность в кулак, что, несмотря на это, сейчас гладил волосы мальчика, словно это нежнейший шёлк. – Хочешь пойти туда вместе со мной, братиком и Сильфи? – спокойно спросил Рубин, зевая, он вжался в её объятия крепче, пытаясь найти более удобную позицию для сна. – Я не говорю сейчас о Рудеусе и той девке! – почти нормальным по громкости голосом сказала Эрис, что в их ночном шепчущем разговоре приравнивалось к крику. – В общем, пойду обучаться туда с тобой и, ладно, с Рудеусом… И тогда… Когда обучение кончится, я могу «пропасть» и больше не вернуться домой… А ты, как обещал, со мной… Хорошо? – голос её был полон надежды на то, что он согласится и скажет да. Ведь даже несмотря на то, сколько раз мальчик показывал свою последовательность в словах, что перетекали в действие, в животе Эрис было необъяснимое сомнение и печаль от возможного отказа. – Да, конечно… – слова мальчика хоть и были сонными, может даже показаться, что необдуманными, но Эрис чувствовала, что это не так, чувствовала, что Рубин сдержит обещание. – Или может… – «Может, если ты подаришь мне кольцо, то мне не придётся выходить за человека, что мне противен», – подумала Эрис, но мысль так и не озвучила. «И вообще, между нами ничего такого, просто он удобный… В смысле, он может за меня работу лорда делать и вообще смогу с ним магией и мечом заниматься!» – сама себя успокаивала Эрис. – Забудь в общем! Согласен, значит согласен, спи давай! – Эрис развернулась, но затем сразу же взяла руку Рубина и обернула вокруг своего бока, держа его запястье в мёртвой, но нежной хватке. Рубин не понял, зачем его разбудили, не дали ничего толком сказать, а затем снова приказали спать, будто он в чём-то виноват. Но он был слишком усталым, чтобы задавать вопросы, поэтому прижался к Эрис поближе и почти сразу заснул, в то время как девочка задремала только под утро, когда последние остатки румянца покинули её лицо, уши и шею.