Кинктябрь 2024

В спальне приглушённый свет, из-за чего углы комнаты теряются в наслоении теней, но всё, что волнует Авантюрина, это лежащий на простынях Веритас. Немного издевательски усмехающийся Веритас, который чувствует себя вполне вольготно после того, как нагло напросился помочь Авантюрину с подготовкой в ванной, потому что ему нужно было "контролировать процесс от и до, чтобы не пожалеть о своём согласии после". В итоге о его согласии жалел пока что только Авантюрин, который исключительно усилием воли сдерживался от того, чтобы прикрыть пах подушкой. Когда он изъявил доктору своё желание сесть на его нос, он ожидал, что тот смутится и будет до последнего отнекиваться, но Веритас лишь философски пожал плечами, соглашаясь. Ему следовало бы догадаться, что это согласие будет стоить столько, что Авантюрин бы всерьёз задумался над практичностью такого вложения. Но он не подумал, поэтому сидит сейчас у головы ухмыляющегося Веритаса, пламенея скулами под его внимательным взглядом. Член предательски дёргается, а на головке выступает капля смазки, и Авантюрин чувствует нехарактерную для себя волну смущения. Ну в самом деле, подумаешь, разрыдался в душе, пока кончал от массажа простаты. С кем, в самом деле, не бывает. Зато мечта объездить этот шикарный нос наконец-то сбудется, и у него будет законное право спамить Топаз восторженными сообщениями в личку, пока она не заблокирует его до следующего месяца. - Ну, уже передумал? - вроде как спокойно уточняет доктор, но Авантюрину то прекрасно видно, какие откормленные черти пляшут в глазах любовника. Чёрт бы побрал этого всесторонне развитого гения, лишает его основой части удовольствия своей опытностью и невозмутимостью, а ведь на работе ведёт себя как девственник с недотрахом. - Ещё чего, - шипит Авантюрин словно рассерженный кот - только что волосы дыбом не встают, и подползает ближе, чтобы перекинуть через чужую голову ногу. И разумеется, он перекидывает не ту, которую собирался, оказываясь к доктору спиной, пока его руки от неожиданности упираются в плотные грудные мышцы. Менять положение теперь будет ужасно неловко, и Авантюрин не отказывает себе в удовольствии помять руками чужую грудь, пока его самого подхватывают под бёдра, придерживая одной рукой. Второй Доктор потирает и так расслабленное колечко мышц, почти сразу проникая двумя внутрь, чтобы снова надавить на и так натёртую простату. Авантюрин издаёт тихий писк. - Док?! Прекрати! Мы не об этом договаривались! - практически взвизгивает блондин, инстинктивно подрываясь, чтобы отодвинуться от издевательской ласки, но его придерживают, не позволяя отстраниться. - Мне нужно удостовериться,что мы всё тщательно промыли, - тёплое дыхание, обдувающее самые интимные места, заставляя Авантюрина напрячься ещё сильнее, но теперь от удовольствия, которое тоненькими иголочками начало впиваться в позвоночник. Он немного выгнулся, чувствуя, как теплом согревает мошонку, и шумно выдохнул одновременно с Веритасом, который решил таким образом его подразнить. - Да ты же уже удостоооооо... - запоздало начинает возмущаться Авантюрин, но внезапная влажная полоса слюны, проведённая горячим языком от поджавшихся яичек до копчика, заставляет его потерять нить начатой мысли, а руки, опирающиеся на чужой пресс, подводят, подгибаясь. Со следующим прикосновением Авантюрин со стоном падает, потому что на дрожащих руках ему не удержаться, и требовательно хнычет, когда его внезапно подтаскивают выше. Кончик языка упирается в сжимающееся колечко мышц, и внезапно в светлую головушку приходит мысль, что объездить собираются его. Последующие действия учёного только подтверждают его подозрения: Авантюрин не может ни о чём толком думать, когда его ритмично трахают горячим языком, жарко дыша в промежность. Язык даже не достаёт до раздразнённой простаты, но ощущений все равно много настолько, что у Авантюрина перед глазами плывёт от слёз, скапливающихся в уголках глаз. До Веритаса он никогда не плакал во время секса. До - когда растягивал себя в ванной, заранее заботясь о собственном, если не комфорте, то хотя бы здоровье, или после, когда оставался один в той же ванной или на влажных простынях, неприятно липнущих к запачканому телу. Однако прямо сейчас из-за разницы в росте, он хрипло дышит Веритасу в пупок, туда же роняя редкие слезинки, срывающиеся с ресниц, и которые он старается быстро слизать языком, пока перед глазами слегка покачивается головка члена. Авантюрин следит за ней, зачарованный мерным ритмом того, как в него проникают снизу, усиленно лаская, и без задней мысли тянется к чувствительной коже приоткрытым ртом. Поймать на язык и втянуть в рот получается только самую головку - ниже он просто не дотягивается, его и так подтягивают выше, возвращая на чужое лицо, но Авантюрин решает, что и с этим можно кое-что сделать, и начинает медленно вылизывать головку, задевая крайнюю плоть. Веритас под ним тихо гудит, что, вероятно, является стоном удовольствия. Во всяком случае, Авантюрин это интерпретирует именно так и удваивает усилия, посасывая головку и втягивая щёки, чтобы создать вакуум. Он так увлекается этим, что даже не замечает, в какой момент собственный член начинает ныть без внимания, пачкая смазкой чужую грудь, а к языку добавляются пальцы. Он выпускает изо рта член Веритаса, только чтобы с дрожащим стоном кончить от того, что ему снова бессовестно массируют простату.