все смертные грехи

— Да не может он быть убийцей! — возмутился Тэл. — Он же вообще в это время был в другом месте, он не мог телепортироваться, в то время магия была неизвестна людям! — Но он мог подговорить слугу, чтобы тот ему придумал алиби! — спорил Вирен с азартом. — А может, слуга просто не понял, что это был не его господин, потому что он уже старый, мало ли, что ему там ночью привидится! — О-о, нет! — протянул Тэл тоном, который подразумевал «вот ты и попался». — Слуги знают все о своих господах, умеют их даже по походке отличить, а там написано, что старик — самый преданный слуга в мире. Нет, это точно какой-то персонаж, которого мы не подозреваем… — Или автору хотелось просто тебя посильнее запутать, а на самом деле ответ на поверхности. Разве, если этот слуга такой верный, он не солгал бы ради своего лорда? К тому же, он уже совсем старый дед, ему терять нечего, даже если его посадят… Тэл фыркнул и просто кинул в него легкой книжицой, подделкой под викторианский детективный роман, который они как раз обсуждали. Вирен поймал книгу, обмахнулся ей, как веером, и закатил глаза: ну да, прекрасный аргумент, дружище, продолжай в том же духе. Но Тэл устал препираться. Все равно это литература, а не настоящее дело, где были точные улики и возможность позадавать подозреваемым вопросы. В книге же все во власти автора… Растянувшись на кровати, Тэл смотрел в потолок. Кудрявые волосы разметались по подушке. Вирен не ожидал, что приглашение в гости настолько Тэла смутит, но он был непривычно тихим. Окажись он в комнатке Вирена в гвардейском замке тогда, когда они познакомились, Тэл наверняка посмеялся бы и назвал ее узкой конурой. Голые стены, деревянная мебель, полка с книгами… Однако заключение в одиночной камере явно заставило Тэла многие вещи пересмотреть. Он не верил гвардейцам, но доверял Вирену, поэтому согласился остаться после того, как Вирен выводил его «для дела»: потомственного маркиза обокрали в его собственном доме, они вместе допрашивали слуг. Тэл, чей отец часто занимался продажей камней, лучше понимал ценность той или иной пропажи. На самом деле Вирену просто не хотелось оставлять друга в одиночестве, когда у него из развлечений только книги. Конечно, он радовался, что теперь Тэл разделяет его увлечение литературой и они при встречах обсуждают прочитанное, но Вирен сознавал: это от безнадеги, от одиночества, от невозможности поговорить с кем-либо, кроме него или тюремных стражников — вот и приходилось общаться с книгами. Обычно болтливый и язвительный, Тэл стал задумчивее и тише. Да, Вирен знал, что наказание было заслуженным, как-никак Тэл убил демона, растерзал его, но также Вирен видел, что друг раскаивается в том, что не сумел контролировать магию. Всплески силы для юных колдунов — дело вовсе не удивительное, но мало у кого они бывают такими разрушительными. Ожидал ли Тэл, что на его руках окажется кровь? Он клялся на суде, что не планировал убийство. Теперь он мог искупить вину помощью Гвардии. — Раньше мне тоже бывало одиноко, — признался Вирен, когда молчание стало немного неловким. — В замке больше нет детей, если только кто-то из слуг не приводил своих на работу. Белка заглядывала, но редко, мы чаще виделись в школе. — И как ты развлекался? — Ну… читал книжки, как и ты. Обсуждал их потом с кем-нибудь из старших. Влад подсовывал мне русскую классику, хотя утверждает, что не поддерживает эксперименты на детях! Иронично, но в заключении Тэлу понравились детективы и всяческие книги про расследования и загадки. Вирен иногда шутил, что он так планирует следующее преступление, чтобы не попасться, но Тэл на это только закатывал светящиеся кошачьи глаза. — На кровати еще прыгал, — вспомнил Вирен. — Зачем? — Весело! Тэл посмотрел на него с сомнениями, хотел было приподняться, явно намереваясь проверить… Вирен знал это хитрое выражение лица. — Не-не, сейчас не надо! — испугался Вирен. — Габариты не те! Ладно еще кровать сломается, но вот рогами в потолок воткнуться… звучит как-то неприятно! Тэл, да погоди ты! Возможно, старая скрипучая кровать, на которой Вирен спал с детства, и не пережила бы сегодняшний день, однако послышался настойчивый стук в дверь. Тэл сразу же притих, сел на место, как будто застигнутый на месте преступления, а Вирен вздохнул и пошел открывать. На пороге стоял Ян — несколько усталый и растрепанный, наверняка опять работал в выходной. — Влад просил передать, чтобы ты не забыл об ужине, — сообщил Ян. Вирену казалось, что он знает план Влада: оторвать заработавшегося Яна от бесконечной бюрократии и очередного отчета, а заодно и проверить Вирена, который вполне мог увлечься каким-нибудь авантюрным романчиком, позабыв об ужине. Обеспокоенно заглянув через плечо Вирена, Ян нахмурился: — А это обязательно?.. — Слушай, мы в замке, тут больше гвардейцев, чем где-либо в Аду! — воскликнул Вирен. Честность требовала встать на защиту гостя, которого он сам убедил прийти. — Если вдруг что-то случится, мы сумеем справиться, на нашей стороне лучшие маги. А уж сбежать из-под носа Роты Смерти он точно не сможет, и я ему помогать не буду, правда, Тэл? — Правда, от тебя дождешься! К тому же… — Тэл постучал ногтями по оплетенному рунами ошейнику, который издал чистый, звонкий звук. Ошейник не позволял ему колдовать, но Вирену удавалось отвлекать друга, чтобы он не вспоминал о том, чего его лишили. — Ну да, хороший мальчик, — усмехнувшись, отмахнулся Ян. — Ладно, под твою ответственность, Вирен. Только про ужин не забывайте. Вирен слышал, как он сбегает вниз по лестнице. Тэл, когда он обернулся, уже вскочил, готовясь к дороге — транспортировке заключенного, иначе говоря. Вирен вздохнул. Сбежать от реальности было сложно, но здесь, в родных черных стенах, можно было ненадолго поверить, что он просто привел друга в гости. Неужели это было так много? — Останься на ужин, — предложил Вирен, лишь надеясь, что Тэл его послушает. — Там наверняка пирог сегодня! Шарлотка, с яблоками и клюквой. Леди Ишим обещала заехать… — Вам стряпает первая леди? — ошарашенно переспросил Тэл. — А где еще ей этим заниматься? Во Дворце полно кухарок, и они, говорят, обижаются, если их работу пытаются сделать. Леди Ишим прекрасно готовит! Вирен знал, что содержат Тэла в приличных условиях, что кормят нормально, но пресная еда едва ли могла сравниться со сдобным пирогом, внутри которого хрустящие кусочки яблока. Да-да, именно так Вирен собирался описывать десерт, пока друг не сдастся! Тэл мечтательно вздохнул. С робкой улыбкой, совсем не свойственной нахальному потомственному аристократу, которого Вирен знал, Тэл спустился с ним в столовую, заинтересованно принюхиваясь. Вирен всегда знал, что шарлотка сближает.