Где мои демоны?

Они падали. Если честно, это было чертовски очевидно: подбитый во время космической битвы звездолет оказался притянут гравитацией планеты, и отказавшие двигатели не смогли снова набрать высоту. Длинный горящий хвост обломков в сочетании с естественным трением воздуха превратили этот неуправляемый кусок металла в метеорит, который падал прямо на лишенный щитов город. Непредусмотрительность джедаев, коварный план врагов, случайное стечение обстоятельств — Оби-Ван мог предложить множество правдоподобных объяснений для отчета, который им придется писать после миссии, но никак не мог повлиять на свершившийся факт: они, черт возьми, падали. Они падали куда-то в центр жилой зоны города с населением в полмиллиарда существ, и единственное, что они могли сделать, — это лишь немного замедлить падение и скорректировать курс, отклоняя корабль в сторону окраин. В иной ситуации Оби-Ван предложил бы трусливое бегство — да, не по-джедайски, да, жизнь мастера была для него важнее собственной чести и жизни тоже, — однако все ближайшие спасательные капсулы оказались неисправны, а до дальних они просто не сумели бы добежать. Нет, слово «трусливый» в их случае выглядело лишним — «тактическое отступление» звучало как более подходящий вариант, — хотя что толку теперь переливать из пустого в порожнее. — Садись в кресло второго пилота, — приказал Энакин, телекинезом расчистив путь от остатков разрубленных дроидов. — Поможешь мне смягчить падение. — Да, мастер, — откликнулся Оби-Ван и, убрав на пояс световой меч, торопливо занял место. Оби-Ван помнил, каким великолепным пилотом был его мастер. Сам он не мечтал даже близко сравниться с Энакином в виртуозности управления кораблями, пусть сдал свои летные экзамены на отлично и числился в десятке лучших выпускников, — Энакин просто и незатейливо раздавливал талантом всех соперников, и Оби-Ван мог только надеяться поддерживать темп учителя и не оставаться при этом далеко позади. Громоздкая панель управления звездолетом была переполнена кнопками и рычажками, однако, к счастью, большую часть работы выполнял бортовой компьютер и от пилотов не требовалось контролировать абсолютно все процессы. Оби-Ван отключил лишнее, что потребляло быстро иссякающую энергию, выкрутил носовые щиты на максимум и проверил показатели суматошно мигающих датчиков. Если коротко: все было очень, очень плохо. — Два резервных двигателя по левой стороне успели перезапуститься, один по правой стороне вот-вот вернется в строй, остальные полностью или практически полностью отказали, — отрапортовал он. Баланс разломанного пополам звездолета оставлял желать лучшего, на три едва работающих двигателя они могли положиться с большой опаской, однако, увы, других вариантов никто из них предложить не мог — даже Сила, исходи она хоть от трижды Избранного или группы мастеров-джедаев, не была способна остановить падение настолько тяжелой конструкции. — Принято, — подтвердил полученную информацию Энакин и опустился в соседнее кресло, принимаясь перенастраивать управление под себя. — Угроза взрыва основного реактора? — Десять процентов и медленно снижается. Похоже, ремонтные дроиды успешно потушили основные очаги пожара. — Слишком резкое столкновение с поверхностью все равно отправит нас прямиком в объятия Великой Силы — с фейерверком или без него. Оби-Ван пожал плечами. Здесь ему нечего было противопоставить словам мастера, но внезапный пессимизм Энакина все же удивил его. Покосившись краем глаза на мастера и увидев предельную сосредоточенность на его лице, Оби-Ван решил оставить лишние комментарии при себе. Не хватало еще случайно сказанной вслух глупостью оформить им внеплановую путевку на тот свет. Наконец Энакин закончил анализировать траекторию падения звездолета и выстроил оптимальный маршрут для экстренного приземления. Оби-Ван видел по карте, что на пути оказалось несколько пустых недостроенных небоскребов, но в их случае здания окажутся скорее буфером, чем сколько-нибудь серьезным препятствием. Впрочем, с его точки зрения, это была достаточно хорошая идея, чтобы попытаться воплотить ее в жизнь. — Правый резервный двигатель восстановил мощность, — отчитался Оби-Ван. Энакин взглянул на показания датчиков и тихо выругался. — Его все равно не хватит, чтобы исправить ситуацию. Нужен более резкий наклон влево. Что еще можно подключить из оставшегося? — Я могу вручную активировать еще два двигателя, но они продержатся максимум полминуты, — мгновенно ответил Оби-Ван, словно заранее зная, о чем его спросит мастер. — И при перегреве они взорвутся вместе с единственным рабочим. — Этого достаточно. Подготовься и запускай по моей команде! Оби-Ван разблокировал ручное управление и торопливо защелкал кнопками на виртуальной клавиатуре. Поверхность земли становилась все ближе, многочисленные датчики и экраны отображали стремительное снижение высоты, а текущий курс звездолета мало-помалу отклонялся от выстроенного Энакином — при таком движении они должны были врезаться в левый край жилого района меньше чем через пять минут. Оби-Ван почувствовал, как сердце испуганно подскочило почти к самому горлу и по спине потек холодный пот. Когда до критической точки расхождения маршрутов осталось совсем чуть-чуть, Энакин закричал: — Сейчас! Оби-Ван дернул за рычаг экстренного запуска, едва не вырвав его с приборной панели из-за чрезмерно приложенной силы, и услышал, как где-то с правой стороны к шуму и треску разрушающегося звездолета добавился рев пары умирающих двигателей. Скорость падения тут же увеличилась, и Энакин крепче сжал штурвал, контролируя направление полета. По изогнутой траектории пройдя через три некогда изящных — или планировавшихся такими — небоскреба и разрушая всякую надежду будущих квартирантов заселиться в новый дом, звездолет врезался в обширный пустырь через пару километров от жилой зоны. К счастью, щиты выдержали, кабину пилота не разорвало на части вместе с расположившимися в ней джедаями, а несколько локальных очагов пожара не превратилось в цепочку стремительных взрывов, оставив всех участников незапланированного падения практически целыми и невредимыми. Они сделали это. Оби-Ван разжал дрожащие пальцы и выдохнул, откидываясь на спинку кресла. Уровень адреналина в крови зашкаливал, сердце стучало так громко, что заглушало даже мысли, и все тело было напряжено как туго натянутая струна. Повернувшись в сторону Энакина, Оби-Ван разлепил пересохшие губы и спросил: — Мастер? — он и сам не до конца понимал, что имел в виду своим вопросом. Может быть, хотел узнать, в порядке ли его учитель, или искал подтверждения, что все их злоключения наконец закончились. Или между строк подразумевалось что-то еще, что-то более серьезное и глубокое — сейчас это на самом деле не имело никакого значения. Энакин посмотрел на падавана в ответ и, протянув руку, мягко коснулся его предплечья в жесте ободрения. — Я живой, — сказал Энакин. — И ты тоже. Такое странное косноязычие было нехарактерно для его мастера, но и сам Оби-Ван тоже чувствовал значительный упадок сил. Космический бой, диверсия и приключение на падающем звездолете вымотали его до предела, поэтому он не стал подшучивать над желанием Энакина обойтись как можно меньшим количеством слов. Он улыбнулся. — Это хорошо. — Оби-Ван сжал руку мастера в ответ, через ткань джедайской робы ощущая приятное тепло чужого тела. — Это очень хорошо...