Chords of possession (Аккорды одержимости)

Яркие огни танцевали и мерцали, освещая переполненный зал «Неон Лайт» калейдоскопом красок. Тела людей двигались в бешеном ритме с пульсирующей музыкой. Серые глаза Леви пронзительно следили за Мией, чьи огненно-рыжие волосы вихрем кружились вокруг неё, когда она танцевала среди незнакомцев. Аккерман сжал челюсть, его взгляд потемнел, став жёстким и угрожающим. В груди вспыхнуло знакомое, неприятное чувство — ревность, которая с каждой секундой разрасталась, заполняя его сознание. Звонкий и беззаботный смех Мии перекрывал гулкие басы, Леви сжал кулаки. «Блять, как она может не замечать этих похотливых взглядов вокруг?» Проталкиваясь сквозь толпу, его напряжённые мышцы будто струны натягивались с каждым шагом. Когда он подошёл ближе, их взгляды встретились, и улыбка Мии слегка дрогнула. — Что, чёрт возьми, ты делаешь? — голос Леви был низким и резким, едва слышимым на фоне музыки. Мия нахмурилась. — Я танцую, Леви. А на что это похоже? — Выглядит так, будто ты разыгрываешь представление для каждого озабоченного дебила в этом клубе, — он, раздражённо махнул рукой. — Я веселюсь с друзьями. Ты не имеешь права диктовать, с кем мне танцевать, —  глаза Мии сверкнули гневом. Сердце Леви заколотилось, смешанные чувства ревности и страха пронзили его. Он не мог потерять ее. Не из-за этих ёбаных придурков, которые совсем её не знали, а хотели просто трахнуть. — Твои «друзья»? — выдавил он с презрением. — Ты встретила их, блядь, пять минут назад! — И что с того? — Мия бросила вызов, голос стал громче. — Я имею право знакомиться с новыми людьми, Леви. Я имею право на жизнь, независящую от тебя. Эти слова больно укололи, подстёгивая неуверенность, которая терзала его. — Я пытаюсь защитить тебя, — прорычал он. Мия развела руки в отчаянии. — Защитить меня от чего? От жизни? От того, чтобы быть собой? — Ты не понимаешь, — начал Леви, но Мия перебила его. — Нет, это ты не понимаешь. Ты не можешь продолжать пытаться контролировать меня таким образом. Я не твоя собственность, Леви. Её слова ударили по нему, он словно физический почувствовал эту боль. Сука, разве она не видела, как сильно он заботится о ней? Как боится её потерять? — Я не пытаюсь контролировать тебя, — настаивал он, даже осознавая, что это ложь. — Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. — В безопасности? — Мия усмехнулась. — Или в изоляции? Признайся, Леви. Тебе невыносимо думать о том, что у меня есть независимость. Истина её слов пронзила его гнев, оставив его беззащитным и открытым. Но признаться в этом, казалось невозможным, словно потерять важную часть себя. Вместо этого он резко ответил: — Может, если бы ты вела себя как девушка в отношениях, мне бы не пришлось сходить с ума. Глаза Мии расширились, на её лице мелькнула обида, прежде чем она вновь обрела решимость. — Если отношения с тобой выглядят так, то, может быть, я вообще не хочу быть в отношениях. Слова повисли в воздухе, острые и опасные. Внутри Леви что-то надорвалось. Он резко дёрнул Мию на себе, его пальцы сжались вокруг руки девушки, как в тисках. — Ты не это имела в виду, — прошипел он, его голос был низким и дрожащим от сдерживаемой ярости. — Скажи это! Мия вскинула голову, на лице отразился шок, а её глаза наполнились страхом. Она попыталась вырваться, но хватка Леви лишь крепчала. — Леви, мне больно, — прошептала она, её голос дрожал. Пульсирующие огни клуба отбрасывали мелькающие тени, подчёркивая бурю эмоций на его лице. — Отпусти меня, — умоляла Мия, слёзы выступили на её глазах. — Пожалуйста, Леви. Это не ты. Мысли Леви метались в беспорядке. Он пытался подавить гнев и успокоится. — Мне нужна свобода, — продолжала Мия, её голос едва слышался на фоне гремящего баса. — Я не могу быть в клетке, Леви. Даже с тобой. Её слова прорезали пелену ревности. Медленно, словно пробуждаясь от транса, пальцы Леви разжались. Аккерман отшатнулся назад, его лицо стало маской сожаления и растущего осознания. — Мия, я... — начал он, но слова застряли в горле. Что он может сказать, чтобы всё исправить? Гремящая музыка стихла, превратившись в пульсацию, растворившуюся в оглушительной тишине между ними. Сердце Леви колотилось в груди, когда он наблюдал за Мией: её волосы растрепались, а глаза блестели от сдерживаемых слёз. Леви сделал шаг назад, его руки дрожали. — Прости, — тихо произнёс он, его обычная уверенность сменилась уязвимостью. — Чёрт, я... я не знаю, что на меня нашло. Мия обняла себя, создавая барьер между ними. В её взгляде читались боль и опасение. — Леви, это неправильно, — сказала она, её голос едва слышен на фоне вновь зазвучавшей музыки. Он провёл рукой по своим волосам, его мысли были в смятении. Как мог допустить, чтобы ревность настолько поглотила его? Осознание того, что он натворил, накрыло волной вины. — Ты права, — признал Леви, его слова были полны отчаянья. — Я позволил своей ревности... блять, Мия, она пожирает меня изнутри. Я так боюсь потерять тебя. Выражение Мии немного смягчилось, на её лице промелькнуло понимание. — Леви... — Нет, пожалуйста, — перебил он, подняв руку. — Я старался подавить твою свободу, это не справедливо. Ни по отношению к тебе, ни к нам. Пока он говорил, Леви видел внутреннюю борьбу в глазах Мии. Она слушала, но настороженность всё ещё оставалась. Как же он хотел протянуть руку и обнять её, пообещать, что этого больше не повторится, но понимал, что должен заслужить это право. Волосы Мии искрились в ярких огнях, когда она покачала головой, слёзы блестели на лице. — Леви, я... — её голос дрожал, наполненный эмоциями. — Я люблю тебя. Господи, я люблю тебя так сильно, что это больно. Но это... — она указала между ними, её рука тряслась. — Это не любовь, это ловушка, которая душит всё сильнее и сильнее. Сердце Леви сжалось, каждое её слово словно нож вонзалось в грудь. Он беспомощно смотрел, как Мия пытается продолжить, её непринуждённость угасала под тяжестью их токсичных отношений. — Я не могу быть с тем, кто пытается обрезать мне крылья, — сказала Мия, её голос становился всё более уверенным. — Каждый раз, когда я смеюсь с другом или танцую с незнакомцем, я вижу в твоих глазах этот взгляд. Как будто я предаю тебя, просто оставаясь собой. Леви сжал кулаки, вина наполняла его, растекаясь ядом по венам. Он хотел кричать, спорить, защищаться, но понимал, что она права. Взгляд Мии смягчился, излучая привычное тепло. — В отношениях нужно доверие, Леви. И свобода. Мы должны расти вместе, а не душить друг друга. Слова Мии пробили последние защитные барьеры Леви и ударили так, что ему стало тяжело дышать. Это было пробуждение, призыв к действию, призыв к переменам. Леви встретился с ней взглядом, в его глазах горела решимость. — Я изменюсь, Мия, — его голос был низким и напряжённым. — Клянусь тебе, я буду работать над этим. Над собой. Он осторожно сделал шаг вперёд, стараясь не подойти слишком близко. — Я не хочу тебя потерять. Не хочу потерять нас. Пожалуйста, просто... дай мне шанс это доказать. Мия всматривалась в его лицо, её выражение было полно надежды и сомнения. Леви задержал дыхание, понимая, что всё зависит от этого момента. Слёзы текли по щекам, когда она сделала глубокий вдох. — Леви, я... — она замялась, её голос задрожал. — Я тебя люблю, но мне кажется, что любви недостаточно прямо сейчас. Музыка, казалось, в очередной раз затихла, оставив лишь глухой ритм, а мир Леви, стремительно летел в пропасть. Он почувствовал, как пол под его ногами стал неустойчивым, а сердце готово было вырваться из груди. — Что ты имеешь в виду? — спросил он, его привычно властный голос едва слышен. Мия провела рукой по своим волосам и выдохнув сказала: — Я думаю, нам нужно немного времени, нужна пауза, нужно расстояние. Чтобы подумать. Чтобы понять, кто мы без... этой напряжённости, между нами. Челюсть Леви сжалась, сука, блять, как же это было больно, инстинкт удержать её любой ценой, бороться за неё рвался наружу. Но он подавил это чувство, вспомнив о своём обещании, данном всего минуту назад. — Как долго? — наконец произнёс он, сломленным голосом. — Не знаю, — призналась Мия, её взгляд скользнул к танцполу, где беззаботные тела двигались в унисон. — Пока мы не будем готовы. Пока не сможем полностью доверять друг другу. Леви медленно кивнул, тяжесть их решения легла ему на плечи. — Я понимаю, — сказал он, хотя слова ощущались как осколки стекла у него во рту. — Я сделаю всё, что нужно. Я не хочу потерять тебя. Уголки губ Мии изогнулись в грустной улыбке. — До встречи, Леви. Когда она развернулась и ушла, растворяясь в море неона и покачивающихся тел, Леви почувствовал, как часть его уходит вместе с ней. Наконец, он повернулся и пробился через толпу, отчаянно ища свежего воздуха. Прохладный ночной ветер ударил ему в лицо, но это ни на секунду не помогло остудить те эмоции, что терзали его внутри. Дождь начался как лёгкий туман, едва заметный на слезах Мии. По мере того как она отдалялась от клуба, капли становились всё тяжелее, словно отражая её эмоций. Мия запрокинула голову назад, позволяя дождю смешаться с её слезами. Её яркие рыжие волосы, теперь потемневшие от воды, прилипли к лицу и шее. Она закрыла глаза, чувствуя, как прохладные капли ласкают её кожу. — Свобода, — прошептала она себе, её голос дрожал. — Это ведь то, чего я хотела? С внезапным приливом энергии Мия закружилась, раскинув руки. Дождь окутал её, смывая остатки аромата клуба и удушающие воспоминания о споре с Леви. Когда она кружилась, из её уст вырвался горьковатый смех. На другом конце города Леви стоял на балконе своей высотки, не сводя взгляда с грозового неба. Огни внизу смазывались дождём, словно его мысли, которые вихрем кружились в голове. — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — с яростью прошептал он, сжав перила так, что побелели костяшки. – Как я мог так всё проебать?! Я должен всё исправить, должен, чёрт возьми! Как будто в ответ, вдали прогремел гром, отзываясь раскатами по всему городу. Леви и Мия, разделённые расстоянием, но объединённые усталостью и неопределённостью, оба посмотрели на обширное небо над ними. Ночная бездна, скрытая за завесой дождевых облаков, не несла ответов, лишь обещание долгого и трудного пути впереди.