Trade Offer

День уже клонился к вечеру, когда двое здорово утомившихся путников оказались у ворот Белобога. Среброгривые стражи сперва не желали пропускать весьма сомнительных людей, а затем, стоило представиться, извинились и тут же предложили помощь. Блэйда и Дань Хэна провели прямиком в Административный район и оставили у двери отеля Гете. Повышенное внимание несколько обескураживало, но возражать они не стали, и очень скоро получили отдельную комнату. Блэйда весьма привлекала возможность наконец принять душ. Все это время, находясь в пути, он пробыл в порванной одежде и с замотанной шарфом грудью, а от спекшейся крови давно слиплись волосы и досаждала неприятная корка на коже, как и давным-давно ставший привычным металлический запах. В пути они мало говорили, каждый думал о своем, и едва оказались в номере, как Блэйд отправился в душ на добрые полчаса. Дань Хэн в это время заказал ужин. Между ними воцарился такой странный, такой причудливый мир, но слишком очевидным было, что это последняя вспышка перед финалом. Вторая команда успешно выполнила задание, не потребовалась даже их помощь. Настроение Дань Хэна значительно улучшилось, он успокоился, но стал более тихим, чем обычно, и ничего не говорил без надобности. Блэйд молча всматривался в его прямую спину, пока они шли по снежному полю, но также не начинал разговор. После тихого покоя минувшей ночи такое поведение казалось бессмысленным, и это вызывало подозрения о том, что его пока еще сокомандник что-то скрывает. Едва покинув душ, Блэйд связался с Кафкой. Ее ответы были короткими и однозначными. Все действительно завершено, и раз им не удалось обнаружить опасную личность, а вторая команда успешно завершила свою миссию, им больше ничего не остается, кроме как вернуться. Наверняка Дань Хэн обсудил то же самое с Келусом и остальными. Больше нет причин даже оставаться здесь на ночь, только привести себя в порядок. Им нужно лишь попрощаться. И он стоял посреди комнаты, держа в руке телефон, и дожидался, пока Дань Хэн вернется из душа. Собственные эмоции неудобно царапали, и он с досадой узнавал их суть. Недовольство… разочарование. Мысль, что это «как обычно». Чего он ждал от Пожирателя Луны? Точнее, чего он от него хотел? Извинений? В них нет никакого смысла. Задушевных бесед? Это глупо. Может быть, немного зависимости… трогательной заботы. Всего того, что Дань Хэн дал ему прошлой ночью. Легкое, невесомое, осторожное тепло, от которого в груди делается горячо и больно. Все завершалось неправильно, но ни сил, ни причин что-то менять у Блэйда не было. Пока он лишь наблюдал, оценивал и делал выводы исходя из той информации, которой обладал. В номер постучали, и пару секунд спустя внесли поднос с легким ужином на двоих. Аппетитно запахло чем-то непривычным — Блэйд не слишком интересовался высокой кухней Белобога. А когда он затворил дверь и отнес поднос на стол, взгляд его приковало нечто необычное. Дань Хэн все еще находился в душе, но в комнате он оставил свою куртку. Она была небрежно брошена на стул, и только сейчас Блэйд заметил, что из кармана ее что-то выпало. Небольшая металлическая пластина с краями, словно специально загнутыми так, чтобы отражать свет. Не заметить ее было очень сложно. Он поднял табличку, осмотрел ее. И секунду спустя лицо его изменилось, а губы сжались в плотную линию. Что ж… он угадал. Пожиратель Луны в самом деле скрыл от него нечто важное. Что с этим делать, он решил почти сразу. *** Горячая вода должна была расслабить напряженные мышцы и избавить от тревожных мыслей, но что-то получалось совсем наоборот. Дань Хэн снова и снова смывал с волос и кожи въевшийся запах чужой крови, а он все чудился ему, пробуждая новые и новые причины ощущать свою вину. «Я мог бы ему рассказать, — мелькнуло в мыслях, и тут же стало понятно, насколько они бессмысленные. — Но это только помешало бы. Мы больше не одна команда, рассказать мне нужно Келусу». Впрочем, от осознания, что все уже завершено, делалось не менее горько. «Я не хочу этого… но ни единой причины что-либо изменить у меня нет. С самого начала мы оба делали то, что должны, и сейчас продолжаем». Понимание собственных желаний вызывало волнение. Вероятно, причиной было то, что произошло минувшей ночью. Чувство вины и желание ее загладить, непонятная, тревожная потребность защитить и помочь, а потом накрывшее с головой чувство, которое ударило, словно огромной мягкой подушкой: быть с ним рядом приятно. Держаться так близко, касаясь, осязая, делая для него что-то и совсем при этом не волнуясь. Так странно и тепло, словно все это время он в подобном нуждался, но даже сам не подозревал. Больше того — Дань Хэн не чувствовал, что Блэйд испытывает к нему какую-то антипатию сейчас. Он обнимал в ответ… он так спокойно держал руку на его талии. «Мы еще увидимся рано или поздно, — сказал себе Дань Хэн, неторопливо промокая волосы полотенцем, — тогда, вероятно, получится в этом разобраться. Сейчас нет времени. Возможно, опасность для Белобога еще никуда не делась. Тот, кто настолько силен, вряд ли окажется доволен тем исходом, который он получил». Эта мысль успокоила, более того, она предполагала, что и у Дань Хэна будет время разобраться в своих чувствах и мыслях. Прошлому никуда не деться, и оно вынуждало быть осторожным. Потому, когда он наконец вышел из душа, то постарался держаться нейтрально, насколько мог. Они вдвоем поужинали, затем выпили отдельно принесенный чай, спокойно обсудили события, участниками которых стали. Вывод напрашивался очевидный: это финал. — Я уже поговорил с Кафкой, — подтвердил его мысли Блэйд, — она заявила о завершении операции с осколком Стелларона. Дань Хэн кивнул и вернул чашку на блюдечко. Сам факт того, что они мирно сидели за столом и пили чай, после всего, что пережили, после недавней смерти Блэйда, казался нереалистичным. И тем не менее, именно это происходило. — Я понял, — ответил он. — Келус сказал то же. На этом наше сотрудничество завершается. Он ожидал, что Блэйд тут же ответит что-нибудь утвердительное, но он молча смотрел на него, и от этого взгляда по спине пробежали мурашки. Неужели что-то упустил? Но уже пару секунд спустя Блэйд в самом деле кивнул. — Верно. Что-то незаметно треснуло, разломалось, и следующие несколько минут он молча наблюдал за тем, как Блэйд собирается. Он переоделся в принесенные в отель вещи, накинул на плечи пальто, знакомо сжал в руке меч. Когда повернулся к Дань Хэну, взгляд алых глаз казался печальным… или ему показалось? — Удачи, — коротко проговорил Дань Хэн. — Тебе тоже. Взгляд на его лице задержался, в горле сам собой возник горький комок, и Дань Хэн отвернул голову. Потом… все потом. Ему нет причин затягивать эту сцену. А несколько минут спустя, когда Блэйд уже ушел и наверняка даже покинул Административный район, Дань Хэн написал сообщение Келусу. «Я в отеле Гете в Белобоге. Один, Блэйд уже ушел. И мне нужно поговорить с тобой. Это важно и касается бала, который скоро будет проводиться в городе».