PAPILIO

Когда тебя ведут в неизвестное место, ощущение обычно начинается с легкого беспокойства, которое медленно разрастается внутри, как тонкий туман, окутывающий мысли. Ты ловишь себя на том, что становишься внимательнее к мельчайшим деталям вокруг — звукам шагов, шороху одежды, едва уловимым движениям людей рядом. Возникает странная смесь ожидания и тревоги. Ты не знаешь, что впереди — это как стоять на пороге комнаты с закрытой дверью. Все вокруг становится ярче. Не в хорошем смысле, а в тревожном. Например, свет фонаря кажется ослепительным, чьи-то голоса — слишком громкими. Запахи в воздухе приобретают резкость, а каждый звук будто резонирует в голове. Иногда ты чувствуешь себя лишним, как будто это место не предназначено для тебя. Тебе остается только двигаться вперед, следовать за теми, кто ведет. Это немного облегчает ситуацию, потому что не нужно принимать решения. Именно так чувствует себя Юнги, смотря на огромное здание впереди. Название клуба — «Пуссиподиум» пульсировало яркими неоновыми огнями, которые переливались всеми оттенками розового и синего, когда они подошли к нему. Вокруг заведения царила оживленная атмосфера: толпы людей, стоящих в очереди, громкий бас музыки, вибрирующий через землю, и световые голограммы, приглашавшие внутрь. Само здание выглядело как храм: гладкие металлические стены, испещренные лазерными узорами, и массивные двери, которые открывались, словно пасть хищника. Уже на пороге Чонгук начал слегка пританцовывать, поймав ритм музыки, которая рвалась наружу изнутри. — Чувствуете? Это место буквально дышит весельем! — радостно воскликнул он. Намджун, который всегда был не прочь повеселиться, тут же подхватил его настрой. Он начал качаться в такт музыке, напевая что-то под нос, хотя слов, перекрытых басами, было не разобрать. Юнги просто молчал. — О, это то, что надо после всей этой беготни! На их фоне Юнги выглядел неуместно. Его взгляд метался по окружающей толпе: полураздетые женщины, которые двигались с идеальной синхронностью, уже подвыпившие мужчины, которые не сдерживали своего ярого жаргона. — Мы… точно должны сюда заходить? — сомнительно пробормотал блондин, чувствуя себя все более неловко. — Расслабься, это же будет весело! — махнул рукой Чонгук, почти пританцовывая на месте. — Давай, Юнги-хен, это твоя первая вечеринка. Надо начать ее с размахом! Юнги скептически посмотрел на них, но все же молча двинулся за товарищами внутрь, чувствуя, как музыка становится все громче и пробирается будто под кожу. Внутри клуб оказался еще более хаотичным и живым, чем снаружи. Огромный зал был залит мягким неоновым светом, который переливался из розового в синий, затем в зеленый. На потолке висели массивные экраны, показывающие абстрактные голографические изображения, которые, казалось, двигались в такт музыке. Посреди зала, на вращающемся подиуме, танцевала стройная фигура, вся в сверкающих хромированных пластинах. Это была сплошная груда пластика. Андроиды в последнее время стали куда популярнее. Их глянцевые пластиковые тела отражали неоновый свет, а лица, хоть и детализированные, не могли скрыть своей искусственности. От них веяло холодной, механической красотой. — Ух ты, — выдохнул Намджун, а глаза его заблестели. — Это не просто сценическая модель! Что-то новенькое. Чонгук только рассмеялся, ухватив его за плечо: — Добро пожаловать в кибербудущее, дружище. Юнги не разделял их энтузиазма. Его внимание привлекли двое мужчин у барной стойки. Они явно перебрали: один, шатаясь, держал в руках пустой стакан, другой размахивал кулаками. Их крики сливались с шумом зала, но по лицам было понятно, что дело идет к драке. — Вот чего я не понимаю, — пробормотал Юнги себе под нос. — Зачем приходить сюда, если ты заканчиваешь так? Чонгук, заметив его недоумение, обернулся: — Это же часть атмосферы! Клубы — это не только танцы. Это хаос, эмоции, буря! Тем временем, рядом с барной стойкой мелькнули еще две танцовщицы-андроиды: их лица были идеально симметричными, глаза светились мягким голубым светом, а движения поражали точностью. Они игнорировали пьяных мужчин, продолжая свое шоу, как будто драка вовсе не существовала. — Ну что, парни? — Чонгук взмахнул рукой, указывая на бар. — Начнем с напитков или сразу танцы? — Напитки, — устало сказал Юнги, нервно оглядывая зал. — Мне нужно что-то, чтобы это пережить. — Вот это настрой! — воскликнул Намджун, подмигнув Чонгуку. — Юнги-хён, сегодня ты нас удивишь, я чувствую! Под их дружный смех они направились к бару, где уже витала атмосфера киберразврата и непредсказуемости.

***

Узкие, заваленные мусором улицы, где на каждом шагу пахло сыростью и машинным маслом. Небо над головой переливалось оттенками грязного зеленого и тусклого розового света — наследие бесконечных неоновых вывесок и рекламных голограмм, отбрасывавших мрачные тени на тротуары. Периодически раздавались звуки капающей воды: после недавнего дождя крыши протекали, наполняя улицы лужами, сверкавшими в свете неона. Вонён, укутанная в черный плащ, шла с напряженным выражением лица. Она поправила капюшон, пытаясь скрыть раздражение, но не успела сделать и двух шагов, как ее ботинок громко шлепнул в очередную лужу. Взгляд девушки мгновенно потемнел, а губы скривились. — Сука! Вот почему нас закинуло именно сюда?! — громко воскликнула она, чуть не срываясь на крик. — Нельзя была отправить в более приемлемое место, а не в этот гниющий район. Рядом с ней Хосок захохотал, не упустив шанса поддеть. — Потому что нужно под ноги смотреть! Ду-у-у-ра. — Он нарочно протянул буквы, с ухмылкой глядя на ее реакцию. Вонён резко остановилась, сверкнув глазами в его сторону. — Заткнись, нелюдь, иначе я сейчас не в лужу наступлю, а прямо тебе на ногу! — Ой-ой, какая злая! — продолжал он, притворно подняв руки. — Ты же не захочешь испортить мои любимые ботинки, правда? — Еще как захочу! Позади них Джиён, не обращая внимания на спор, с любопытством разглядывала окрестности. Ее взгляд цеплялся за странные лавки вдоль улиц: старик-кибернетик, чинивший руку андроида, магазинчик с красными фонарями, где продавали подозрительные банки с жидкостью, и бродячий торговец, расставивший на полу прямо на улице свои товары — запчасти, драгоценности, а местами и то, что подозрительно напоминало оружие и… человеческие органы. — Здесь так странно… — сказала она почти шепотом, будто боялась потревожить эту чуждую атмосферу. — Никогда не видела ничего подобного. — Привыкай, детка, — бросил Хосок, скользнув взглядом на одного из продавцов. — Такие места полны сюрпризов. И лучше не трогай то, что не хочешь покупать. Джиён посмотрела на него исподлобья, но промолчала. Позади всех Минджэ шел медленно и молча, глядя себе под ноги. Он ни разу не поднял головы, будто старался быть как можно незаметнее. И только Тэхён сохранял полное спокойствие. Он шел чуть впереди остальных, руки спрятаны в карманах длинного пальто. Его взгляд был устремлен вверх, на небо. Неоновые огни отражались в его спокойных глазах, словно он был выше всей этой суеты. — Кажется, прошел дождь, — произнес он безэмоционально, нарушая на мгновение шум шагов и всплесков воды. — Да уж, догадался, — буркнула Вонён, поднимая полы плаща, чтобы не замочить их. — Еще бы сказал, что небо над нами ненастоящее, я бы вообще упала в обморок. Тэхён никак не отреагировал на ее сарказм, лишь тихо усмехнулся сам себе. — А можно мне напомнить, зачем мы вообще премся в эту дыру? — не выдержала Джиён, оглядывая продавца, который в ее сторону как раз одобрительно кивнул. — Затем, чтобы закончить спор, — с усмешкой ответил Хосок, глядя на Вонён. — Кто кого первым прибьет. — Я тебя на кусочки разорву. — Давайте сейчас без этого, — низким голосом проговорил Тэхён, пытаясь тем самым усмирить этих двоих. — Мы же не хотим, чтобы наш босс был нами недоволен? Как бы мы сильно ненавидели друг друга, но нам придется смириться с этим и работать сообща, — он облегченно выдохнул, когда не услышал никаких возражений. — Кто-нибудь знает, куда нужно идти? — Я что, навигатор? — Вонён возмутилась. — Откройте сканер и посмотрите. — Да нашему незрячему даже навигатор не поможет, — Джиён слегка посмеялась. — Он же нихера не видит. Тэхён лишь закусил губу и сжал кулаки в карманах. Это его явно задело, хотя за всю свою жизнь он уже к этому привык. Сначала это звучало как насмешка, как будто каждый, кто произносил это слово, стремился лишний раз напомнить ему о его недостатке. Но со временем он начал воспринимать его по-другому — как имя, которое стало частью его сущности. Оно больше не ранило, не вызывало гнев или обиду. «Да, я не вижу, но я не безнадежен», — думал он. Его слух был острым, как лезвие, улавливая даже самые тихие звуки в шумном мире. Шорохи, голоса, движение воздуха — все это создавало сложную картину, которая рисовалась в его сознании. Его обоняние и осязание стали чуткими и проницательными. Легкий запах озона говорил ему о приближающейся буре, а вибрация пола под ногами могла предупредить о незваном госте за несколько секунд до его появления. Отсутствие одного чувства — это не конец. Это всего лишь приглашение раскрыть другие. Тэхён научился жить в этом мраке. Было даже лучше ничего не видеть. Не видеть этот гнилой город, бездушных людей, которые стали все больше походить на ходячий пластик и металл. Не видеть всю эту жестокость, которая стремительно поглощает каждое все еще живое существо. Скоро в мире значение слова «спокойствие» окончательно забудется, как и многие другие. Но об этом и думать больше не хотелось. Со временем ты привыкаешь к тому, что больше не осталось того лучика света, доброты и любви. Это забывается со временем, в каком мире ты живешь.

***

Сладкий запах дорогого алкоголя смешивался с легкой горечью табака, а в воздухе витали оттенки синтетических ароматов, которые заставляют вскружить голову. Полумрак разрезали неоновые вспышки, окрашивая толпу в разные оттенки. Люди и андроиды двигались в одном ритме под тяжелые басы музыки. Роботы-официанты на антигравитационных подставках бесшумно проскальзывали между танцующими, разнося напитки в стеклянных шарах, подсвеченных изнутри. На сцене с вращающимся подиумом полуголые андроиды-танцовщицы исполняли сложные акробатические трюки, сверкая идеальными металлическими телами, которые выглядели как произведения искусства. Юнги сидел вместе с Намджуном и Чонгуком за низким столиком в уютном полукруглом диване, покрытым материалом, напоминающим искусственную кожу, переливающуюся в неоновом свете. Перед ними стояли яркие, дымящиеся коктейли и шоты, которые они выпивали один за другим. Музыка гремела, а вокруг танцующие все так же веселились, будто мир за пределами клуба не существовал. Голова кружится, басы бьют под самой кожей, а алкоголь заставляет разум окончательно затуманиться. Чонгук, с покрасневшим лицом и немного заплетающимся языком, заговорил, оперевшись локтями на стол: — А вы вообще знаете, как я попал в «Ривер»? Намджун, покачивая стакан с недопитым коктейлем, ухмыльнулся: — Опять история про то, как ты всех впечатлил своей крутостью? — Ага, впечатлил так, что чуть не сдох, — коротко усмехнулся Чонгук. — Это было два года назад. И ничего крутого в этом не было. Просто одна большая ошибка. Юнги чуть наклонился вперед, заинтересованный переменой в тоне Чонгука. — Что за ошибка? Чонгук провел рукой по лицу, как будто пытаясь стереть воспоминания. — Я использовал свои силы. Не там и не тогда, когда надо. Это была хуйня, на первый взгляд. Один парень из моего района, которого я считал другом… подставил меня. — Как? — Юнги был удивлен. — Как только я использовал свои способности, он испугался. Верне, я не знаю, был ли это обычный страх на самом деле, но… по близости никого кроме него не было. Я отвлекся, устроив пожар, а после я слышу их. Этот визг, этот механический скрежет и раздражающий голос: «Опасность! Опасность!». И среди всего этого спокойно стоял тот человек, которого я считал чуть ли не братом. — Он тебя сдал? — голос Юнги прозвучал неожиданно глухо. — Подставил. Я еле успел сбежать. Репрессоры гнались за мной несколько часов. Все это время я метался по заброшенным кварталам, даже не зная, куда идти. Он замолчал, а потом тихо добавил: — Они бы меня нашли, если бы не госпожа Суён. Юнги поднял брови. — Суён? Она была там? — Случайность. Она оказалась рядом и вмешалась, когда я был уже в тупике. Один из репрессоров меня поймал, а я не мог ничего сделать. Я был измотан, испуган, готов сдаться. Но появилась она. Как чертов спаситель. Вытащила меня из лап этого ублюдка и на своем тантрексе унесла нас подальше. Юнги медленно кивнул, размышляя. — И с тех пор ты с ней? — Да. Она стала мне кем-то вроде наставника. Но как только я вступил на порог корабля, там я уже встретил Чимина, Кихуна и Сэрон. Они меня приняли, хотя тогда я думал, что не заслуживаю этого. — Почему ты так думаешь? — мягко спросил Намджун. Чонгук сжал кулаки, взгляд его стал мрачным. — Потому что я привел их к себе. Репрессоры уничтожили мой район через пару дней после того, как я сбежал. Всех. Даже тех, кто был ни при чем. Юнги и Намджун переглянулись. Чонгук сидел с опущенной головой, напряженно стискивая стакан. — Сейчас ты здесь, — сказал Намджун тихо. — И ты борешься. Это главное. — Ты сказал… что устроил пожар, когда использовал свои силы, — Юнги вновь обращается к Чонгуку, смотря на него в ожидании дальнейшего ответа. — Что у тебя за способности? Намджун как-то странно поджал губы и Юнги это заметил, но не обратил на это должного внимания. Чонгук, опустив голову, лениво вращал стакан с остатками алкоголя, словно собираясь с мыслями. Его взгляд затуманился, и по выражению лица стало ясно, что он вновь возвращается к событиям, которые, вероятно, хотел бы забыть. — Это случилось, когда мне было семь. Мы жили в старом многоэтажном доме, не самом лучшем месте, но для нас с мамой это был дом. В тот день я нашел у соседей что-то вроде зажигалки, но не обычной, а та, что стреляла пламенем. Тогда я понятия не имел, как с этим обращаться, но мне показалось, что это весело. Я хотел просто посмотреть, что будет, если поднести ее к шторам. Думал, загорится чуть-чуть, потом потухнет. — Он коротко хмыкнул, но в этом звуке не было ничего смешного. — Только пламя стало разрастаться. Быстро. Я испугался, начал кричать, пытался руками затушить, но от этого становилось только хуже. Юнги хмуро смотрел на него, а Намджун замер, внимательно слушая. — Огонь захватил всю комнату за считаные минуты. Я помню, как пытался выбраться, как звал маму. Она выбежала ко мне из кухни, вся в дыму, обняла и вытолкнула меня на лестницу. Но сама… она… — Чонгук запнулся, проглотил ком в горле и потер глаза рукой, будто хотел стереть воспоминания. — Она вернулась в квартиру, чтобы взять документы и фотографии. Глупые фотографии. Пожарные пытались ее вытащить, но было поздно. К тому времени весь дом полыхал, а дым стелился по всему району, окутывая город. Этот пожар уничтожил все, что я знал. Мою маму. Наш дом. Людей, которых я видел каждый день. Многие погибли, просто потому что я хотел поиграть с огнем. В воздухе повисла напряженная тишина. Чонгук сделал большой глоток, пытаясь унять дрожь в голосе. — После этого меня определили в сиротский приют. Я не мог спать. Каждый раз, когда закрывал глаза, я видел пламя, слышал крики. Я винил себя за все. Каждый день. И я клялся, что больше никогда не допущу подобного. Он глубоко вдохнул, слегка выпрямился и потер запястья, словно вспоминая, как в тот момент его тело вдруг изменилось. — Прошло время, и однажды… я почувствовал это. Странное тепло, которое как будто исходило изнутри. Сначала это были слабые вспышки, едва заметные. Но потом я понял, что могу управлять огнем. Тот самый огонь, который забрал у меня все, теперь стал частью меня. Я могу контролировать его, но огонь… Он как зверь. Его невозможно приручить до конца.

***

Подземелье было душным, вонючим и отвратительно темным. Звуки шагов разносились глухим эхом по туннелям. Запах гниения и сырости словно впивался в кожу, вызывая непреодолимое отвращение. — Меня сейчас стошнит, — с явной тошнотой проговорила Вонён, возмущаясь на каждом шагу. — Заткнулась бы ты уже, а то слишком много шума от тебя, — Минджэ в этот раз не стал молчать. — Вы только посмотрите, кто пасть свою открыл! Псина начала лаять, когда хозяина рядом нет, — девчонка рассмеялась. А парень не сдержался, мимолетно схватил ее и, с громким звуком, который разнесло эхом, прижал к кирпичной стене. Та даже не вздрогнула, ее ледяному нраву можно было позавидовать. — Ты себе стала слишком многое позволять, — прошипел он ей, а улыбка на ее лице тут же сменилась хмуростью. — Не думай, что ты тут главнее всех. Еще одно слово и я, даже не задумываясь, убью тебя раньше, чем это сделает кто-нибудь другой. Ее карие глаза были настолько темными, что казались пустыми. Но в этих глазах промелькнуло странное и яркое свечение. Этот взгляд… от него веяло холодом, бесстрашием и полным эгоизмом. Как можно было бы напугать такую девчонку, как она? Как?! Было ли это возможно? Но стоило только задуматься об этом, та не растерялась и тут же одним движением свободной руки достала маленький нож и взмахнула им прямо перед лицом задумавшегося парня. Но и тот не был дураком, его реакция была заметна, такая же быстрая, как и у нее. Он отпрянул назад, в его глазах промелькнул этот стальной оттенок и, из ближайшего металла создав себе ответное оружие, отразил мимолетную атаку девушки, не позволив ей себя задеть. Это создало характерный звук соприкасающихся лезвий, который эхом раздался по туннелю. — Вряд ли ты сможешь убить меня, — с ядовитой холодностью произнесла Вонён, все еще держа свой нож перед собой. — Но попытаться можешь. — Эй, — вякнул им Хосок, призывая прекратить, — завязывайте играть в свои игры. Еще успеете показать свои способности друг другу. — Кажись нашли мы нашего торгаша, — с улыбкой проговорила Джиён. Когда группа ворвалась в «лавку», продавец — тощий, грязный, с трясущимися руками, — отшатнулся и попытался спрятаться за прилавком. — Кто вы такие?! — испуганно выкрикнул он. Но Хосок в два шага пересек пространство, схватил его за шкирку и швырнул на пол. — Не надо, не трогайте меня! Я ничего не сделал! — захныкал продавец, но это лишь вызвало усмешку у Хосока. — Ничего не сделал? — его голос был низким, как у зверя перед прыжком. Он наклонился, схватил его за воротник и грубо встряхнул. — Где украденный синктесан, ты, жалкая продажная дворняжка? Продавец задергал ногами, пытаясь вырваться. — У меня был всего один образец! Один! Но я его уже отдал! Отдал трем парням два часа назад! У меня больше его нет, честно! Отпустите меня! Джиён злобно щурилась, а ее губы скривились в презрительной усмешке. — Ты думаешь, мы тебе поверим? А ну выкладывай все, пока мы не сделали хуже. Тэхён стоял чуть в стороне, лениво прислонившись к стене, но его взгляд был холодным и настороженным. Хосок швырнул мужчину обратно на пол, а Вонён поставила ногу ему на грудь, надавив ровно настолько, чтобы тот захрипел. — Мы не шутим, — зловеще произнесла Вонён, наклоняясь ближе. — Ты, ебанная канализационная крыса, лучше говори правду. — Я сказал все! Отдал трем парням! У меня больше его нет! Они мне угрожали! — Кому, блять, он мог понадобиться? — задала вопрос розоволосая, которая ничего не понимала. — И правда, — Хосок задумался, — кому мог понадобиться наша субстанция… — Может, эти парни были из «Ривер»? — Если они из Ривера, то все сходится, — сказал Тэхён. — Те любители срывать поставки синтексана. Вонён проигнорировала всех. Она снова наклонилась, сдавливая подбородок продавца своими тонкими, но стальными пальцами. — Эти трое. Среди них был парень с синими волосами и фиолетовыми глазами? Продавец замотал головой, как испуганное животное. — Нет! Нет! Не было такого! Они… Они другие! Один был блондин, второй пепельный… А третий, который больше угрожал… Он… Он похож на кролика! У него зубы такие, передние… выпирают! Тэхён громко фыркнул, будто не удержав смеха. — Кролик, как же. — А этот тип хоть что-нибудь внятное сказал? — Джиён указала взглядом на продавца, который, подобно пойманной крысе, нервно сжался. — Сказал, — лениво протянул Хосок, поигрывая ножом, который он вдруг откуда-то достал. — Но говорить это, похоже, пришлось мне зубами выбивать. Правда, этот бедолага оказался более сговорчивым, чем ожидалось. Продавец резко вскинул голову. — Я все сказал! Честно! — его голос дрожал, как и руки, прижимающие к груди какие-то потрепанные бумаги. — Они ушли совсем недавно! Направились в сторону клуба «Пуссиподиум»! Это… это все, что я знаю! — Ты даже не пытался сопротивляться, — съязвила Вонён, вскинув подбородок. — Где твоя гордость, крыса? — Гордость? — продавец жалко рассмеялся, отчаянно качая головой. — У меня есть только жизнь. И, судя по вам, даже она долго не продлится… Вонен выпрямилась и сняла ногу с его груди. — Очень прозорливо, — холодно ответил Тэхён, стоя в тени. Он словно не обращал внимания на происходящее, но его слова все равно ударили точнее, чем Хосок с его ножом. — Пуссиподиум, значит? — задумчиво протянула Джиён. — Ну, хоть одно место, куда я пойду с удовольствием. — Уверена? — фыркнул Хосок. — Для тебя там явно ничего не найдется. Ты же у нас мисс «не трогайте меня грязными руками». — Лучше грязные руки, чем твоя грязная душа, — отрезала она, прищурившись. — Довольно, — Тэхён одним движением перехватил взгляд Джиён и обвел всю группу холодными глазами. — Мы идем в клуб. Давайте не устраивать балаган, пока не доберемся. — А с ним что делать? — Джиён кивнула на продавца. — Как что? — Хосок ухмыльнулся. — Крыса свое дело сделала. Она нам больше не нужна. Продавец начал лихорадочно трясти головой, его взгляд метался от одного к другому, и он наконец упал на колени. — Прошу! Умоляю! Я все рассказал! Не убивайте меня! Я… я могу быть полезным! — Жалкий, — бросил Минджэ, все это время молчавший и хмуро наблюдавший. — Полезным? — усмехнулась Вонён. — Разве что в качестве удобрения. — Хватит, — Тэхён медленно подошел ближе, его ботинки глухо отстукивали по бетонному полу. Он взглянул на продавца сверху вниз, словно решал, что с ним делать. Секунды тянулись долго, но в конце концов Тэхён махнул рукой. — Мы тратим на него время. Пусть живет, пока сам не свалится в свои же канавы. — Что? — возмутилась Вонён. — Мы просто так отпустим этого жалкого крысенка? — Да, — Тэхён развернулся. — Потому что у нас есть дело поважнее. — Вот же ты какой мягкотелый… — пробормотала она, но все же повернулась вслед за ним. Хосок вновь склонил голову к продавцу и улыбнулся ему — не радостно, а почти хищно. — Знаешь, иногда крысы живут слишком долго. Но тебе, братан, повезло. Это тебе за то, что подкинул нам более крупный подгон. Но ты слишком не расслабляйся, вряд ли с тобой мы еще закончили. Вонён, не оглядываясь, махнула рукой. — Пошли уже, нам пора. Продавец, едва не рыдая, рухнул на пол, пока тени растворялись в полумраке. Густая, влажная сырость и удушливый запах плесени чесал нос. Тусклый свет от редких ламп, закрепленных вдоль стен, вырывал из мрака очертания силуэтов. Тэхён замыкал шествие, как всегда, оставаясь в стороне от напряженных разговоров, которые велись в передних рядах. Его слух фиксировал каждое слово, каждую эмоцию, проскальзывающую в голосах. Но его мысли были сосредоточены на другом. Рядом с ним шла Вонён, укутанная в свой черный плащ. Тэхён повернул голову к ее стороне, прислушиваясь к легкому шороху ткани и звуку ее шагов. — Ты странная, знаешь? — наконец произнес он тихо, так, чтобы их не услышали другие. — Что это был за вопрос? Про парня с синими волосами. Вонён замерла на мгновение, а Тэхён уловил, как ее дыхание на мгновение стало более частым. Легкий звук шлепка резиновой подошвы по мокрой земле — она на секунду сбилась с шага. Ее лицо оставалось в тени, но он почувствовал перемену в ее настроении. Она не ответила сразу. Ее молчание наполнило воздух тонким напряжением, которое казалось почти осязаемым. Но парень не торопил. Он был терпелив, как всегда. Наконец девчонка резко подняла к нему голову. — Это не твое дело. С этими словами она ускорила шаг, оставляя Тэхёна позади. Он остался стоять на месте на несколько секунд, прислушиваясь к тому, как ее шаги затихают впереди. Он знал, что за этими словами скрывается нечто большее. Вонён могла играть в холодную и отстраненную, но он не пропустил того, как мелькнула тень боли или тревоги в ее голосе. — Интересно, кто ты на самом деле, Пак Вонён, — тихо произнес он себе под нос, прежде чем двинуться дальше. Он не спешил, позволяя остальным уйти немного вперед. В этой паузе он обдумывал все: и ее реакцию, и то, что она пыталась скрыть.

***

Перебор с алкоголем ощущается как странная смесь эйфории и полного раздрая. Голова кажется тяжелой, как будто она наполнена свинцом, но мысли скачут от одной к другой, без какой-либо логики. Все вокруг начинает двоиться, а неоновые огни клуба превращаются в бесконечную разноцветную мишуру, которая мелькает перед глазами, словно калейдоскоп. Тело становится каким-то чужим: ноги ватные, руки словно потеряли чувствительность. При этом в груди тлеет странное тепло, которое будто расползается по всему телу, а на языке ощущается острый привкус выпитого алкоголя. Живот скручивает легкой тошнотой, но веселье почему-то не отпускает. Ты то и дело пытаешься рассмеяться, хотя даже не помнишь, что тебя развеселило. Смешно все: от странной формы бокала до того, как кто-то роняет лед на пол. На столе царил полный хаос. Пустые бутылки валялись вперемешку с опрокинутыми бокалами, льдинками и какими-то липкими остатками коктейлей. Юнги, распластавшись прямо на столешнице, выглядел так, словно был готов раствориться в алкоголе. Его щеку покалывал осколок льда, но он не обращал на это никакого внимания, едва шевеля губами. — Это… было хорошо… — пробормотал он, как будто разговаривал сам с собой. Намджун сидел рядом, облокотившись на спинку дивана. Его глаза едва держались открытыми, а улыбка была широкой и слегка глуповатой. Он беззвучно смеялся, тряся головой, словно в голове крутилась какая-то невидимая смешная сцена. — Юнги… — Намджун покачал его за плечо. — Бро… ты посмотри на Чонгука… Мин слегка приподнял голову, его светлые волосы спутались и падали на глаза. — Что… опять? Он что, подрался с андроидом? — проговорил он, невнятно растягивая слова. — Хуже! — хохотнул Намджун. Он ткнул пальцем в сторону танцпола. — Смотри, кто его спутница! Юнги с трудом повернул голову и увидел Чонгука, который танцевал в центре танцпола с девушкой-андроидом. Андроид был выполнен в ярко выраженном стиле «футуристическая роскошь»: серебристое, почти зеркальное белье подчеркивало ее стройные формы. Верх состоял из миниатюрного металлического корсета, украшенного светящимися неоновыми линиями, которые переливались в такт музыке. На ногах — высокие ботфорты из черного лака с хромированными вставками. Ее движения были плавными и идеально отточенными, но на контрасте с ней Чонгук, дико размахивающий руками и ногами в попытках танцевать, выглядел как потерявший равновесие робот. — Он что… пытается обнять ее?! — захлебываясь от смеха, выкрикнул сероволосый, указав пальцем на Чонгука, который действительно пытался ухватиться за руку андроида. Девушка-робот, казалось, совершенно не реагировала, продолжая двигаться в ритме музыки. Юнги фыркнул, отодвигая в сторону опустевший бокал: — Он точно сошел с ума. Чонгук, тем временем, повернулся к ним, заметив их взгляд, и помахал рукой: — Эй! Ребят, она… она сказала, что я красивый! — Она ничего не говорила! — выкрикнул Юнги, изо всех сил стараясь держать лицо серьезным, но в итоге разразился смехом. — Это детали! — громко ответил Чонгук и снова завертелся в каком-то пьяном подобии танца, чуть не упав в объятия своей партнерши-андроида. Намджун, в итоге свалившись на бок, продолжал смеяться до слез: — Знаешь, Юнги… Я думал, мы здесь просто выпьем… но это… это спектакль. Боже, благослови алкоголь! Юнги, улыбаясь, снова уткнулся лицом в стол: — Спектакль… Да, только кто из нас зритель? Чонгук, шатаясь, наконец, оторвался от танцпола и, пошатываясь, направился к их столику. По дороге он ухватил что-то с чужого стола — какую-то странную, светящуюся бутылку с напитком, который явно не предназначался для людей. Его щеки пылали, глаза блестели, а улыбка расползлась до ушей. Он выглядел так, будто только что выиграл лотерею. — Это что, ребята, коктейль богов? — Чонгук, спотыкаясь, плюхнулся на диван рядом с Юнги, который лишь слегка поднял голову, чтобы посмотреть на него, прежде чем снова рухнуть лицом в стол. — Да что ты вообще пьешь? — пробормотал Намджун, силясь сфокусировать взгляд на бутылке. — Это похоже на… на какую-то… батарейную жидкость? — Я теперь энергайзер! — гордо заявил Чонгук и сделал большой глоток. Буквально через пару секунд он замер. Лицо его исказилось, словно он только что укусил лимон с перцем. — О, черт… — простонал он, и его глаза расширились. — Это… Это как будто кислота и мятный холодец одновременно! Сероволосый взвыл от смеха и едва не скатился с дивана. — Ты что, пил масло для андроидов? — Зато я буду блестеть, — хрипло выдавил Чонгук, вытягивая бутылку в сторону. Но тут его внимание привлекла стена напротив, где блестящий неоновый экран демонстрировал рекламу какого-то модного импланта. — Смотрите, смотрите! — закричал он, подскакивая и указывая пальцем на экран. — Они вставляют людям дополнительные пальцы! Это что, чтобы больше показывать «лайков»?! Намджун уже просто катался от смеха, а Юнги, не выдержав, приподнялся, чтобы оценить этот «шедевр». — Чонгук, — хрипло пробормотал он, — ты точно не выживешь до утра. И тут Чонгук, все еще держась за бутылку, попытался сделать танцевальный шаг, но запутался в собственных ногах и рухнул обратно на диван, чуть не сбив блондина с ног. — Ну, как минимум до дивана дотянул, — констатировал Намджун, поднимая бокал и хихикая. — О, да! Вот это я понимаю! Джиён засияла, как ребенок в парке аттракционов. Она захлопала в ладоши и начала слегка пританцовывать на месте, осматривая клуб, в который они зашли. Ее взгляд скользил по полуголым андроидам-девушкам, которые крутились вокруг стальных шестов, сверкая искусственным пластиком и металлическими деталями, как живые игрушки. — Слушайте, а тут совсем неплохо, — добавила она. — Может, нам почаще такие миссии давать? — Сказала та, кто даже не знает, что мы тут ищем, — ухмыльнулся Хосок, засунув руки в карманы. Он выглядел совершенно спокойным, будто это место не доставляло ему никакого дискомфорта. — Ну хоть кто-то тут может расслабиться, — фыркнула Вонён, морщась от увиденного. Ее взгляд упал на одну из андроидов, которая делала грациозный пируэт на танцполе, блестя своим минимальным серебристым нарядом. — Это просто… мерзость. — Что ты ожидала? Библиотеку? — подколол Хосок. — Здесь даже андроиды веселятся больше, чем ты. — Заткнись, — Вонён одарила его ледяным взглядом и резко отвернулась, глядя, как очередной пьяный мужчина рухнул на колени перед одним из роботов, выкрикивая нечто невнятное. — Тут сплошное сборище животных, которые еще не вымерли, к сожалению. — Такими темпами скоро и человечества не останется, — высказался тихо Тэхён. Минджэ все это время молча брел за всеми, уставившись вниз. Его длинная челка скрывала лицо, и он казался почти прозрачным на фоне яркого света и хаоса вокруг. Тэхён, напротив, выглядел напряженным. Он слегка замедлил шаг, нахмурившись, когда поток музыки и крики стали слишком громкими. Он попытался идти ближе к Вонён, чтобы не отстать, но неожиданно столкнулся с каким-то мужчиной у входа. — Ты, что, слепой? — грубо бросил тот, смерив Тэхёна взглядом. Не дождавшись ответа, мужчина махнул рукой и пошел дальше, явно в раздражении. — Да, именно, — тихо пробормотал Тэхён, не оборачиваясь. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глубине души он почувствовал, как раздражение нарастает. — Ты как там? — спросил Хосок, глянув на него через плечо. — Нормально, — коротко ответил Тэхён, с трудом подавляя желание заткнуть уши. Вряд ли Чон Хосоку вообще было дело до него. — Ха! Как же я ненавижу такие места, — продолжала ворчать Вонён, с отвращением глядя на танцующих андроидов. — Почему нас не отправили в место, где хотя бы пахнет нормально? — Потому что босс хочет, чтобы мы повеселились, — съязвил Хосок, глядя на нее. — Или хотя бы ты научилась улыбаться. — Мы вообще не для этого пришли, дятел тупорылый! — Перестаньте, вы двое, — сказала Джиён, отвлекаясь от танца. — Хоть раз попробуйте просто… расслабиться. Живем один раз! — Если бы тут не пахло, как в мусорной свалке с алкоголем, я бы, может, и попыталась, — буркнула девчонка. — Как тебя, такую мелкую дрянь, вообще пропустили, — задумался Хосок, поправляя свои белокурые волосы назад. — Мне вообще-то есть восемнадцать. Группа постепенно углублялась в толпу, лавируя между танцующими андроидами, пьяными посетителями и барменами, жонглирующими светящимися стаканами. Атмосфера клуба казалась душной, почти клаустрофобичной. — Ну что, — сказал Хосок, чуть наклоняясь к Тэхёну. — Ты хоть что-нибудь слышишь? Тэхён сосредоточился, закрыв глаза. Он различал не только музыку, но и разговоры вокруг, приглушённые и хаотичные, как пчелиный улей. — Слабо, — тихо ответил он, напрягая слух. — Я плохо ориентируюсь в таком шуме. — Вперед, значит, — произнёс Хосок, оглядывая остальных. — И, пожалуйста, постарайтесь не выглядеть, как будто мы тут для зачистки. — Постараюсь, но не обещаю, — отозвалась Вонён, на секунду улыбнувшись сквозь злость. Они продвигались вперед через густую толпу танцующих людей. Вонён так и продолжила морщить нос, глядя на андроидов в откровенных нарядах, танцующих у шестов, и на пьяных мужчин, почти теряющих рассудок от обилия алкоголя и удовольствий. Минджэ, шедший чуть позади всех с опущенной головой, неожиданно для всех наконец-то заговорил: — А где розоволосая? Слова заставили всех остановиться. Хосок нахмурился и начал озираться по сторонам, быстро осматривая толпу. Никто из команды не заметил, как Джиён исчезла. Тэхён, наклонив голову в сторону, прислушивался к звукам вокруг, пока Вонён недовольно пробурчала: — Отлично, еще и эту потеряли. Но прежде чем паника успела набрать обороты, Хосок указал куда-то в сторону, громко рассмеявшись. — А вот она, — с усмешкой произнес он. Взгляды всей команды устремились туда, куда он показывал. На небольшом подиуме, где обычно вращались андроиды-танцовщицы, выделяясь среди неоновых огней и блестящего пластика, Джиён вовсю танцевала у шеста. Она ловко отжала его у одной из механических девушек, а теперь, обхватив его ногой, исполняла что-то, напоминающее стриптиз, в такт зажигательной музыке. В какой-то момент она даже грациозно тряхнула бедрами, заставив восхищенно вздохнуть несколько мужчин, окруживших подиум. — Это вообще что такое?! — удивленно выдохнула Вонён, вытаращив глаза. Хосок, широко улыбаясь, медленно направился к подиуму, за ним пошли и остальные, кто с интересом, кто с явным раздражением. — Ах ты маленькая розоволосая шлюха, — почти ласково произнес он с ухмылкой, глядя на Джиён. — Так вот какая ты на самом деле. Та, не останавливаясь, прокрутилась вокруг шеста и демонстративно показала ему средний палец. — Иди к черту, — весело выкрикнула она. Вонён вспыхнула от злости, складывая руки на груди и нахмурив брови. — Завязывай! — крикнула она. — У нас дело. Прекращай вести себя как дешевая проститутка! Джиён, явно не смутившись, подмигнула Вонён и, соскочив с подиума, весело произнесла: — Вообще-то, я и была проституткой. До тех пор, пока мою работу не заняла одна из этих пластиковых секс-кукол. Хосок расхохотался громче прежнего, хлопнув себя по бедрам. — Да уж, ну и команда, — протянул он, отгоняя смех. — Ты хоть предупреди в следующий раз, если решишь устроить шоу. — Может, пойдем уже? — спокойно, но твердо сказал Минджэ, продолжая идти дальше. Они продолжили идти дальше, останавливаясь на каждом шагу из-за непредсказуемости движения танцующих людей. Хосок шел впереди, прокладывая путь, когда вдруг буквально врезался в кого-то. — Эй, погоди! — возмущенно пробормотал парень с ярко-черными растрепанными волосами и пьяным лицом, который был, по сути, ничем примечательным, если бы не его слегка звериные манеры. Его шаги были неуверенными, а рубашка застегнута неправильно. — Уважение к старшим, пацан! — с притворным раздражением заявил Хосок, чуть отстранившись. Чонгук, с трудом фокусируя взгляд на незнакомце, вдруг рассмеялся. — Старший? Да ты мне как старший брат в колхозе — тот же раздолбай, только в штанах. — Что ты сказал?! — Хосок шагнул ближе, нарочито нахмурившись. Вонён закатила глаза, уже догадываясь, что сейчас начнется. — Я сказал… — Чонгук вдруг замолчал, задумчиво нахмурившись. — А что я сказал? Минджэ, стоявший чуть позади, тихо хихикнул, прикрыв рот рукой. — Ладно, давайте просто обойдем, — попытался вмешаться Тэхён, дергая Хосока за рукав. Но тут Вонён, не выдержав, резко повернулась к парню: — Может, ты освободишь дорогу, а? — Может, ты научишься быть вежливой? — парировал Чонгук, чуть пошатываясь, но на удивление уверенно держа оборону. Девочнка нахмурилась, но все же обошла пьяного в хлам парня, специально толкнув того плечом. — Ну и пожалуйста! — в пьяном угаре вырикнул напоследок Чонгук, разворачиваясь в сторону барной стойки. — Господи, какой идиот, — прошипела про себя Вонён. — Как по мне, он симпатичный, — на выдохе произнесла Джиён рядом. — У него милые зубки. Вдруг Хосок, с легкой ухмылкой на губах, заметил что-то впереди. За длинным диваном, утопающем в приглушенном свете, сидели два парня. Один с яркими, почти золотыми волосами, другой — с пепельной прической. Оба разложились, как будто застигнутые музыкой и алкоголем на полпути между пробуждением и сном. — О, кажись, это они, — пробормотал Хосок, кидая взгляд на своих товарищей. — Блондин и пепельный… Джиён не смогла скрыть удивления, почти вскинув брови: — Да ну! И правда. Эти два парацетомола очень похожи. — Но где третий? — Вонён насмешливо оглядела помещение, разглядывая танцующих и пьяных. — Как его там торгаш назвал? Тэхён, сложив руки на груди, тихо проговорил: — Кролик. — Вот-вот! Он самый. А эти двое, — кивнул Хосок, указывая на блондина и пепельного. Джиён внезапно замерла, будто что-то осенило, а ее лицо приняло задумчивое выражение. — Тот парень… Он был похож на кролика… — тихо проговорила она, немного прищурившись, словно вспоминая детали. — С сорока градусным алкоголем в крови! — и она хихикнула, не скрывая забавы от собственной догадки. Хосок, стоявший рядом, тут же напрягся. Он резко повернул голову, его взгляд зацепился за толпу, просканировал зал в поисках того самого наглого паршивца. Через мгновение его лицо прояснилось. — Вот он! — прошептал он с ухмылкой, взгляд скользнул в сторону барной стойки. Там, покачиваясь на ногах, словно в такт невидимой музыке, стоял тот самый парень. Его лицо покраснело, глаза блестели от алкоголя, а сам он, широко расставив ноги, держался за край стойки, пытаясь не упасть. Он что-то громко требовал у бармена, то ли очередной коктейль, то ли стакан воды, но при этом выглядел так, будто в любой момент мог рухнуть на пол. Хосок усмехнулся: — Ну и видок у этого «кролика». Настоящий профессионал. — Может, он с первого взгляда и не опасен, но, — Джиён покачала головой, — нас предупреждали. Не стоит недооценивать «Ривер». — Пойдем за ним? — спросила Вонён, сложив руки на груди, но не спуская глаз с барной стойки. Хосок мотнул головой: — Нет. Сначала разберемся с теми двумя, а потом вернемся за этим. — Он кивнул на диван, где блондин и пепельный все еще пьяно валялись. — Пусть пока доупивается. — Ну что ж, — усмехнулась Джиён, — он от нас все равно никуда не денется. Команда продолжила идти к дивану, оставив «кролика» временно в покое. Первым шагнул вперед Хосок, его уверенная осанка и ледяной взгляд сразу бросились в глаза. За его спиной, чуть поодаль, остановились остальные. Джиён прикрыла рот ладонью, пытаясь скрыть усмешку, Тэхён стоял спокойно, а Вонён уже недовольно закатила глаза, предчувствуя неизбежный конфликт. — Добрый вечер, джентльмены, — с легкой усмешкой начал Хосок, чуть наклонив голову. — Не хотим вас тревожить, но у нас есть пара вопросов. Будьте добры, пройдите с нами. Это ненадолго. Намджун, все еще пребывающий под действием алкоголя, приподнял голову и посмотрел на Хосока. Его взгляд сначала был туманным, но потом в нем зажглась искорка дерзости. — А зачем? — протянул он, ухмыляясь. — И чего это вас так много? Для пары вопросов это немного перебор, не находите? Юнги, сидевший рядом, выдохнул и потер виски, пытаясь вернуть себе хоть какую-то ясность мыслей. Он чувствовал, что эти люди перед ними — не случайные посетители клуба, но пока не понимал, чего от них хотят. Хосок едва заметно поджал губы, его правая рука сжалась в кулак. Он почувствовал, как кровь начинает приливать к вискам, а тело, закаленное множеством схваток, отзывалось на внутренний зов. Он ждал этой возможности — настоящей схватки с достойными противниками, которая могла принести ему не только адреналин, но и долгожданное чувство удовлетворения. Его наскучили постоянные ссоры в своей команде, выматывающие и раздражающие. Но теперь все могло измениться. — «Эти двое», — подумал он, смотря на пепельного парня и блондина. — «Они выглядят интересными. Особенно этот блондин. От него исходит какая-то необъяснимая энергия. Хотелось бы проверить, на что они способны». — Мы просто хотим поговорить, — с натянутой доброжелательностью ответил он, но в голосе уже чувствовался ледяной оттенок. — Давайте обойдёмся без лишнего шума. Намджун хмыкнул, проводя рукой по своему лицу, а потом, прищурившись, указал на белокурого парня: — А ты что, самый главный? Вижу, ты один все за всех решаешь. А ваши остальные что, мебель? Юнги почувствовал, как атмосфера вокруг начала сгущаться. Даже в его нетрезвом состоянии становилось очевидным, что эти люди — не простые посетители клуба. Особенно парень с белыми волосами. В его взгляде была искра, мимолетное, но слишком явное выражение желания драки. Юнги выпрямился, постаравшись сесть ровнее. Его брови сошлись на переносице, а в глазах загорелась смесь настороженности и вызова. — Кто вы такие? — тихо спросил он, пытаясь придать голосу твердость. Хосок усмехнулся. Эта сцена его забавляла. Он наклонился ближе, чтобы их голоса не заглушила музыка, и с легкой ухмылкой произнес: — Мы те, кого вам лучше не злить. Вопрос последний: пойдете сами, или мне придется объяснить доступнее? Юнги и Намджун напряглись почти одновременно, будто ощущая невидимый сигнал опасности. Их тела словно инстинктивно готовились к чему-то худшему. Головокружение от выпитого алкоголя медленно уходило, уступая место неприятному чувству тревоги, которое прокатывалось по спине ледяной волной. Каждый из незнакомцев выглядел… не так, как обычные посетители клуба. Они не принадлежали этому месту, их движение, выправка и даже выражения лиц были чересчур точными, хищными, словно у охотников, которые уже загнали добычу в угол. Особенно выделялся тот, с белыми волосами. Его ухмылка была неестественно спокойной, но в глазах пылала искра чего-то опасного — как у хищника, который наслаждается тем, как его жертва постепенно осознает безвыходность положения. Остальные стояли позади него, как тени, холодные, отстраненные. Юнги, как и Намджун, не знал, чего хотят эти люди, но их напряженные взгляды и угрожающий тон голоса говорили одно — они не уйдут без того, за чем пришли. — Так... кто вы такие? — напряженно проговорил Намджун, хмуря брови. Розоволосая девушка, стоящая чуть сбоку, с каким-то лукавым весельем хлопнула в ладоши. — О, это же наш дорогой мистер Печенька! — проговорила она, словно обращалась к давнему знакомому. Намджун сначала не понял, что она имела в виду, но потом, сообразив, что это относится к нему, широко распахнул глаза от шока. — Печенька?! — выпалил он, глядя на нее так, будто она только что оскорбила всю его родословную. — Да, да, Печенька, — с веселой насмешкой продолжила она, махнув рукой. — Потому что ты такой… хрупкий, как раздавленный крекер. — Поверь, мистер Печенька, — добавила она с игривой ухмылкой, делая шаг вперед, — мы те, кто от вас и живого кусочка не оставит. Юнги, услышав это прозвище, вдруг фыркнул, пытаясь сдержать смех, но лишь замаскировал его под кашель. Намджун же уставился на розоволосую, будто пытался прожечь ее взглядом. — Ты шутишь? — напряженно проговорил он, сжав кулаки. — Нет, конечно, — она одарила его самой невинной улыбкой, а затем ее лицо вновь приняло угрожающий вид. — Так что давайте решим: вы идете сами, или нам придётся тащить вас по частям? Чонгук вышел из толпы с подносом, уставленным бокалами, которые звонко постукивали друг о друга при его нетвердой походке. Его взгляд остановился на странной сцене: у их стола собрался целый отряд незнакомцев, каждый из которых выглядел так, будто способен снести полкомнаты одним движением. — Что тут происходит? — пробормотал он, чуть покачнувшись. Слова повисли в воздухе. Все члены компании мгновенно обернулись к нему, и их взгляды прожгли, как лазер. Чонгук застыл на месте, разглядев знакомые лица. Его лицо сменилось с беспечного на тревожное, а в горле застряла неловкая пауза. — А… — выдавил он, чувствуя, как пот проступает на лбу. — Гук! Этих людей кто-то послал за нами! — взревел Намджун, вскакивая со своего места, словно зверь, пойманный в капкан. Рядом Юнги тоже резко поднялся, схватив за край стола, чтобы удержать равновесие. Чонгук, услышав это, словно протрезвел в одно мгновение. Его голова лихорадочно заработала. Перед ним стояли те самые люди, с которыми он чуть не подрался. Если они действительно пришли за ними, то медлить нельзя. Решение пришло спонтанно, почти инстинктивно. Он крепко сжал поднос и с размаху метнул его в ближайшего незнакомца. Поднос пролетел в воздухе, словно метеорит, а бокалы с алкоголем разлетелись, оставляя за собой яркую дугу брызг. — Что за?! — взревел Хосок, когда осколки стекла осыпали его лицо и руки, оставляя мелкие, но болезненные порезы. Его громкий крик перекрыл даже музыку. — Твою мать, блять! — завопила Джиён, отшатнувшись от волны алкоголя, залившего ее одежду, а лицо исказилось от боли, когда осколки врезались в кожу. Все остальные тоже метнулись в стороны, инстинктивно закрывая лица руками. Клуб погрузился в хаос: кто-то из окружающих гостей закричал, другие начали пятиться прочь, словно опасаясь попасть в разборки. — БЕЖИМ! — крикнул Намджун, хватаясь за плечо Юнги. Он сорвался с места, таща за собой друга. Они метнулись в сторону, толкая плечами пьяных танцующих, которые недоуменно оглядывались. Чонгук рванул за ними, его сердце бешено колотилось. Толпа качалась, словно море, но он чувствовал на себе напряженные взгляды тех, кто еще не оправился от внезапной атаки. За спиной послышался злобный крик того белокурого парня: — ХВАТАЙТЕ ИХ! Но пьяные тела в толпе стали их щитом. Взбешенные преследователи пытались пробиться сквозь танцующих, но времени у них оказалось достаточно, чтобы скрыться за ближайшим углом, где клубный свет становился тусклее, а музыка не так оглушала уши. В клубе начался настоящий хаос. Посетители, которых буквально разметали трое беглецов, вскрикивали и спотыкались, проливая напитки и сбивая друг друга с ног. Они отчаянно пробивались через танцующую толпу, толкая людей локтями и плечами, чтобы проложить себе путь к выходу. Музыка, свет, крики и запах алкоголя смешались в головокружительную какофонию, но адреналин подстегивал их двигаться дальше. — ЭЙ! СТОЯТЬ! — раздавались позади злобные голоса странной компании, а шум шагов указывал, что те явно не собирались отставать. — Извините! Пропустите! — выдавил Намджун, толкая очередного человека в сторону. Его лицо было пунцовым от напряжения, а ноги уже начинали подкашиваться от усталости. — Блять, это похуже фильма ужасов! — воскликнул Чонгук, чуть не сбив девушку с подносом. Бокалы с напитками разлетелись в стороны, добавляя к общей неразберихе. Когда они, наконец, добрались до двери, Чонгук почти с разбега врезался в пару, стоявшую у входа. Те вскрикнули от неожиданности. — Куда вы прете?! — возмущенно выкрикнул мужчина, но троица уже не слушала. Они выскочили на улицу, оставив позади клубный грохот и суматоху. Прохладный ночной воздух резко ударил в лицо и это было спасением для их перегревшихся голов. Они продолжили бежать, лавируя между прохожими и сбивая случайных зевак. Несколько человек выкрикивали недовольства, но они не останавливались. — Кто это были? — выдавил Чонгук, продолжая бежать куда-то вперед. Его глаза широко раскрылись, а адреналин бурлил в крови, словно лавовое жерло вулкана. — Они нам угрожали, — отозвался Юнги, стараясь не отставать. — Мы не поняли, кто они такие, — продолжил Намджун, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Он оглянулся, убеждаясь, что преследователей не видно. — Но одно я знаю точно: они не обычные люди. — Не обычные люди? — Чонгук с недоверием посмотрел на друга. Его брови приподнялись, а губы скривились в легкой усмешке. — Хочешь сказать, что они такие же, как мы? Намджун задумался, медленно кивая. — У них была странная аура. Не могу точно сказать, что они такие же, как мы, — он на секунду задумался, словно вспоминая ощущения, которые испытал в их присутствии, — но они явно нас для чего-то искали. — Я тоже это заметил, — коротко добавил Юнги, бросив взгляд на Чонгука. Чонгук выдохнул, проведя рукой по лицу, затем с досадной улыбкой пробормотал: — Что ж, кажется, у нас огромные проблемы.