We fell into sex in October

Эндрю привык брать под контроль. Это то, что помогало ему оставаться сосредоточенным и уверенным в том, что именно он владеет ситуацией. Он связывал ремнём запястья парня, с которым познакомился в колонии; тот экспериментировал так же, как и сам Эндрю. Он сковывал Роланда, который сам же достал где-то наручники и, без лишних слов и вопросов, предложил Эндрю. И всё шло, как надо. Но случился Нил. Нил, с которым получалось всё не как надо, однако, до пресловутых бабочек под рёбрами, правильно. С которым контроль будто казался слишком неуместным и мешающим. Эндрю чувствовал где-то на подкорке, что Нила нет нужды сдерживать. А одно лишь воспоминание об израненных запястьях, выжженных в памяти Эндрю калёным железом, только подкреплял эту мысль. С Нилом было спокойно настолько, что он перестал сжимать, и начал.. держаться. Переплести свои пальцы с чужими оказалось ничуть не хуже. Даже лучше. Уверенности точно придавало больше. Поэтому наручники надолго исчезли с пределов их спальни. До свадьбы Ники. Для Эндрю это было немного слишком, но едва ли он возражал. Всё таки, это был день Ники. Хоть кузен и без того всегда относился к этому миру с излишним энтузиазмом, таким счастливым, молчаливым и искренне влюблённым, Эндрю не видел Ники никогда. Он казался таким хрупким, и кажется боялся моргнуть, будто всё вокруг могло в миг исчезнуть. Эндрю видел, как крепко держался Ники за Эрика, как его лицо блестело от нанесённых теней и пролитых слёз. Когда Нил взял его за руку, огладив тыльную сторону ладони большим пальцем, у Эндрю что-то расслабилось в груди. Банкет и танцы прошли мимо Эндрю. Он рассматривал остальных, мимолётно прошёлся по Аарону, явно говорящему по телефону с его чирлидершей (не приехала из-за практики); обменялся незаметными кивками с Эриком (одного, но вдумчивого разговора с ним перед церемонией было более, чем достаточно); наконец нашёл глазами Нила, которого Ники заключил в крепкие объятия и что-то шепнул на ухо. Красный огонёк вспыхнул и погас. Судя по озадаченному, но всё ещё спокойному лицу Нила, ничего такого, из-за чего стоило бы переживать. Это то, что можно обсудить после свадьбы. Музыка эхом отдавалась в висках, даже когда они наконец вернулись в свой номер отеля; хоть Ники и приглашал их к себе, все понимали, что он захочет побыть с мужем наедине. Только когда руки Нила обернулись вокруг его талии, Эндрю наконец ощутил в полной мере, что этот бесконечно долгий, в чём-то радостный, вечер, они остались вдвоём. Дыхание Нила сперва ощущалось на затылке, затем на шее, пока он не повернулся к нему полностью, находя чужие губы. Поцелуи с Нилом, как и многое другое, стало тем, что уже не требовало жёстких ограничений. Нил не спрашивал вслух. Нил смотрел в глаза и двигался медленно, давая Эндрю возможность отступить и прервать его. Эндрю поддался навстречу поцелую, позволяя увлечь себя на кровать. Он скорее почувствовал, чем увидел, как Нил потянулся за чем-то в карман. — Надеюсь, что ты собираешься предложить мне массаж, иначе твоя затея – херня, - пробормотал он в губы Нила. — Прежде, чем отказаться, может посмотришь? Чёрт побери. Эндрю узнавал эти дьявольские нотки в его голосе. Приоткрыв один глаз, он взглянул на что-то блеснувшее в руке Нила. Твою мать, Ники. На пальцах Нил крутил пару пушистых нежно-розовых наручников. По лицу Джостен расползалась слишком бесстыдная, для того, что он делал, ухмылка. — Ты успел выпить, пока я не смотрел или заразился от моего кузена? — Понятия не имею, о чём ты, - Нил со смехом положил наручники рядом с головой Эндрю, — знаешь, а они очень подходят к твоим волосам. Эндрю знал, что не краснеет, но не мог отделаться от ощущения, что к щекам пришила вся кровь, что циркулировала по организму. — Точно заразился. Алкоголь так не берёт. Нил прыснул, уткнувшись лбом куда-то между плечом и ключицей Эндрю. Отхихикавшись вдоволь, бесы в голове Нила дёрнули его за язык снова. — Если не хочешь, я оболью их керосином и сожгу. Или подброшу кому-то из постояльцев, - Нил приподнялся, заглядывая ему в глаза и убирая прядь волос со лба, - Но если тебе интересно попробовать.. Он не продолжил, как всегда позволив Эндрю решать соглашаться или нет. Нил не стал бы настаивать или даже пытаться уговаривать, если бы понял, что эта идея напрягает или нервирует Эндрю. Как же Эндрю ненавидел его. — Эрик овдовеет при следующей моей встрече с Ники. Раздался негромкий щелчок и Эндрю протянул Нилу второе запястье. Теперь ухмылка сменилась искренней улыбкой, которая появлялась у Джостена всякий раз, когда Эндрю позволял ему чуточку больше, или доверял себя в чём-то новом. Эндрю хотелось стать юристом лишь для того, чтобы запретить ему это делать на законодательном уровне. Хотя, зная отношение Нила к законам.. Закончить мысль ему не позволило то, что Нил закрепил оба наручника к изголовью, и убедившись, что они не слишком жали, снова наклонился к губам Эндрю. Уже не робкий и неумелый, как в первые их разы, не успокаивающий, как пять минут назад, нет, сейчас поцелуй горел всем тем, что Эндрю никогда бы высказал вслух. То, что пробуждало желание глубоко внутри и заставляло их "ничто" рассыпаться в прах от своей лживой сути, и признать, что Нил был всем. Эндрю отвечал. Так же, как и всегда, он целовал Нила словно до сих пор не верил, не был убеждён на сто процентов, хотя на самом деле, это число давно перевалило за тысячу. Нил больше никогда не исчезнет. И с каждым вдохом, отражённым от губ Эндрю он доказывал это вновь и вновь, пока тот наконец не принимал его обещание. Слегка подёргав руками, Эндрю понял, что нет никакой паники, что мгновенно зарождалась под рёбрами и выплёскивалась в мольбы в далёком детстве, от любой невозможности пошевелиться. Поцелуи Нила давали иное, ощущались, как спокойствие, как дом. Даже то, как он спускался поцелуями с губ на шею, ключицы и ниже, расстёгивая одну пуговицу за другой, обнажая торс. Глаза его лихорадочно блестели сильнее, чем после любого алкоголя, щёки раскраснелись, пальцы замерли над ремнём. Во взгляде немой, но отчётливый вопрос. Эндрю разжал пальцы, призывно сгибая пальцы. Нил тут же протянул руку, сплетая их пальцы вместе, и наклонился, соприкасаясь своим лбом с его. Кожа Нила словно горела. — Да или нет? Вдох сорвался с губ, когда Нил коснулся кончиками пальцев вдоль рёбер, почти невесомо, пользуясь тем, насколько Эндрю открыт перед ним. Когда-нибудь, Нил достигнет двух тысяч и Эндрю будет ненавидеть сильнее, когда казалось бы, что сильнее уже нельзя. Эндрю сжал руку Нила в ответ. — С тобой всегда да.