Краткий список советов, не работающих при встрече с иллюзионистом

      Когда Мукуро открыл дверь, лестницу на три части разделила широкая полоса света. Тьма по краям скрадывала щербины и лежавшие на ступенях мелкие камни.       Мукуро спускался медленно, позволяя звукам отдельных шагов драматично разноситься по небольшой комнате. Вообще, внизу оказалось не так уж и плохо — воздух там был прохладнее и суше, чем на верхних этажах; не хватало разве что окон. Если эти помещения годились для постоянного проживания — вероятнее, правда, от него в них стало бы душно, — то их давно следовало отвести под летние спальни.       Совесть от этих размышлений уютно свернулась в клубок.       Уже на последних ступенях, когда Кёя поднял взгляд, Мукуро сковал его лианами, особенное внимание уделив сломанной руке — чтобы она точно осталась неподвижной.       Опустившись с ним рядом на корточки, он произнёс:       — Надеюсь, ты не успел заскучать без меня. Лично я думал о тебе всё прошедшее время.       Мукуро провёл по щеке Кёи ладонью — и резко отдёрнул её, избегая укуса. Покачав головой, он не менее покровительственно, чем трогал его лицо, похлопал Кёю по рёбрам — и положил ладони на его колени, развёл их. Лианы тоже пришли в движение.       Расчистив пространство, между его ног Мукуро сел на колени — в неаккуратное подобие сейдзы, чью опасность он навсегда запомнил после одной неудачной партии в го, — и ещё до того, как приступил к делу, осознал, насколько же неудобно было раздевать человека, который не помогал себя раздевать.       Мукуро без особых проблем расстегнул брюки, а вот приспустить их — оказалось труднее, и здесь он удовлетворился минимальным результатом. Ещё хуже дело пошло с бельём, и если бы член у Кёи не стоял, его бы, может, и не получилось бы вытащить.       — Было бы проще, если ты бы убрал лианы, — подсказал Кёя.       — Я ещё не сошёл с ума, — слегка раздражённо напомнил Мукуро. — Поэтому я беспокоюсь о своей безопасности.       — Как знаешь.       Лианы на время всё же пришлось ослабить. Кое-как Мукуро приподнял бёдра Кёи, сдвинул бельё ниже, снова вернул на место иллюзию — и только тогда достал презерватив для орального секса и раскатал его. Организовать в текущих условиях душ, чтобы смыть пот после боя, у него бы точно не вышло.       Мукуро лёг прямо на пол, согнутой рукой опёрся на бедро Кёи, наклонился к обтянутому латексом члену и облизал губы.       — Может, хотя бы после этого я смогу выбросить тебя из головы…       Он был слишком адекватен, чтобы затея, на которую он вынужденно согласился, его возбуждала, но всё-таки мысль о том, что они достигли грани — всё, ничего более извращённого не существовало, Кёя без шуток сломал руку и решил это использовать — немного его будоражила.       Доведя Кёю до оргазма, Мукуро дал ему секунд десять на то, чтобы прийти в себя, и спросил:       — Теперь-то ты обратишься за медицинской помощью?!

***

             Несколько раз Кёя назвал сломанную кость не особо важной, но всё-таки опирался на энгаву он только здоровой рукой, и это радовало. С него бы сталось.       На обращение по имени Кёя повернул голову, и Мукуро продолжил:       — Выходит, ты уже в день нашей первой встречи мечтал, чтобы я сделал тебе минет?       Кёя снисходительно улыбнулся, и по его виду Мукуро подумал, что он точно ничего не расскажет, но Кёя повернулся спиной к закату, и смотреть ему в глаза стало удобнее.       — Нет. Я представлял это уже потом.       — Мы с тобой очень похожи, — усмехнулся Мукуро — и нахмурился, когда Кёя поставил ладонь на его бедро. Пускай и едва надавив. — Ты можешь не напрягать эту руку?       — Нет. То, как тебя это бесит, веселее всего.       Мукуро постарался сделать самое равнодушное на свете лицо — но ему помешала улыбка.