Прекрасный пустой взгляд

— Как твоё самочувствие, милая? — ласковым голосом спросила украинка. — Доктора говорят, что ты уже идёшь на поправку. Но Беларусь не отвечала. Она с задумчивым взглядом смотрела в окно, за которым летали воробьи и синички. Натянутая улыбка Украины скривилась. Она подошла к окну, смотря на улицу. Около больницы шло много городов Беларуси. Они с тревогой и грустью смотрели в окно, где была оплата Республики. Конечно же, они волновались за Наташеньку. — Почему ты здесь? — слабо прохрипела белоруска. — Ась? — с удивлением спросила Оля. — О! Я — — Иди к Ване. — хрипела Беларусь. — Он сейчас нуждается в тебе больше, чем я. Иди. Её полностью уставший и разбитый взгляд говорил о многом. И по опухшим глазам украинка могла с точностью сказать, что младшая сестра плакала. Взгляд Украины тут же изменился. Он стал более острее, но не утратил своей нежности. Она подошла к сестре, села на край кровати и взяла её руки в свои. Наташа с тяжестью подняла взгляд на сестру. — Наташа. — с уверенностью начала Оля. — Я понимаю твои эмоции. — Понимаешь? — белоруска нервно хмыкнула. — Ты, когда ни будь убивала воплощения? Из-за меня пострадал Ваня… — Ты же его знаешь. Он сможет с этим справится, и я уверена, что он поймёт тебя. — Ты, наверное, шутишь… Ты хотя-бы понимаешь, о чем я говорю, Оля! — Да. — спокойно ответила украинка. — И если ты хочешь, чтобы я тебя начала «ругать» за солёное. То я не буду. — она выдохнул, прикрывая глаза. — Не мне тебя осуждать, Наташенька. Думаю… Я бы сделала тоже самое. — Врешь. — рычала белоруска. — Тебе бы не хватило духа. Дальше они сидели в тишине. Оля с пониманием относилась к нервному срыву сестры. Позже пришёл и СНГ. Без каких-либо слов, он начал собирать вещи Беларуси. На вопрос Наташи, что с Ваней. Тот ответил, что русского забрали на его территорию, как и паруса. За последнего, Наташа меньше всего волновалась.

--------------------------------------------------------------------------------------------------

Вечером…

--------------------------------------------------------------------------------------------------

«Ты сделала всё, что хотела.»

«Так почему ты жалеешь о содеянном?»

— Я не хотела, чтобы Россия пострадал. — жалостливо прохрипела Беларусь, пряча лицо в подушку. Она постоянно вздрагивала, когда по её спине проходилась грубая ладонь СНГ. — Всё будет хорошо, мацi. — своим спокойным и грустным голосом, сказала мужчина. — Иван Брагинский и не такое переживал. Сейчас, тебе главное держаться. Наташа хныкнула. — Я НЕ ХОТЕЛА! Я НЕ ДУМАЛА, ЧТО ВСЁ К ЭТОМУ ПРИВЕДЁТ! Я НЕ ХОТЕЛА…чтобы он почувствовал то, что я чувствовала, когда меня сжигали… СНГ отрицательно помотал головой. — Ты не знала, что к этому всё приведёт. Твой разум затмила месть, маці. Наташа замолчала. Она продолжала вздрагивать, когда её гладил по спине СНГ. Но всё же усталость и нервный срыв взяли своё и Беларусь уснула.

***

— Почему ты не доглядел? Позволил ей это сделать! — буркнул Минск, буравя СНГ взглядом. Тот отвечал ему тем же, но взгляд был намного мягче. — Я хотел, чтобы ей стало легче. — он нахмурился. — Лечение ей не помогало — — Потому что она отказывалась! Она не лечилась! — возмущался Минск. — Сколько раз мы пытались её положить в больницу! Но не получалось! НИКТО НЕ СМОГ! И ВОТ К ЧЕМУ ЭТО ПРИВЕЛО! СНГ выдохнул. — Я знаю, Сашка, знаю… — Нас теперь будет весь мир призирать! Наше воплощение государства убила другое воплощение! — Гилберт даже не государство. Он и не воплощение народа. Он просто человек. — со всей холодностью в голосе, ответил Василь. — Я разберусь с этим. Ты главное сейчас следи за маці, она очень разбита. Минск кивнул, нервно потрепав себе волосы. — Спасибо, что ты всегда с ней рядом, Василь. Без тебя… Она бы не смогла это всё пережить. СНГ усмехнулся и развернувшись, направился к выходу из дома на последок сказав: «Она бы не справилась без вас.» Минск так и остался стоять по среди комнаты, слушая входящие шаги СНГ и как захлопывается дверь. Она бы не справилась без них… Как же горьки были эти слова.

***

— Ты уверена, что тебе нужно работать? — встревоженно спросил Минск. Беларусь невозмутимо кивнула, собирая папки с документами. — Новость о смерти Гилберта быстро дойдёт и до лидеров всех стран. Поэтому, нам нужно с Александром Григорьевичем разработать план по дальнейшим действиям. Минск нервно почесал затылок, продолжая наблюдать за нервным перемещениями Беларуси. — Я лидер Федерации? — спросил мужчина, явно пытаясь зашифровать имя Брагинского. Наташа пожала плечами. — Мне плевать. Пусть думают, что хотят. Я отомстила за вас и себя. — Но! — хотел возразить столица, но тут же заткнулся, отводя взгляд. — Я понял. Буду ждать тебя у машины. Наташа проследила за столицей. В её глазах виднелась боль и пустота. Вот и всё… Для неё жизнь закончилась… Она снова одна! Все от неё отвернулись! ОСТАВИЛИ! Даже её любимый братик… Пустые глаза, посмотрели на кольцо на пальце. На нем всё также оставался флаг России. — Вот и всё… — прохрипела Наташа, смотря в зеркало, что висело на двери шкафчика. — Я сделала всё, что хотела… В зеркале она увидела полностью разбитую девушку. Туп, что она довольно редко наносила на глаза, полностью поплыл. Её и так бледная кожа, стала более зелёного оттенка. А глаза… — Я ведь этого хотела? — она стала сильнее сдавливать кулаки. — Я… Я ведь хотела отомстить Гилберт! Я… Я ведь… Она уже всё сделала. Но кто же мог поверить, что Пруссия действительно был связан с землями России. С Калининградом… Хотя это же немыслимо! Где прошлое воплощение ГДР, а где Калининград! Что за пиздец происходит с воплощениями! Но самое страшное, ей было плевать… Плевать на Гилберта. А почему она должна вообще его любить? Он её мучала, мучал её народ. Единственное, о чем она жалела, это то, что она навредила России. Она не хотела, чтобы он пострадал. Чтобы он вообще чувствовал боль! Особенно… Когда сжигают заживо… — П-Прости, Ваня… — прохныкала Наташа. — Прости… Я… Не хотела делать тебе больно! Я… Она упала на пол, заливаясь слезами. Всё… ОНА ВСЁ ПОТЕРЯЛА! ОНА СДЕЛАЛА БОЛЬНО ВАНЕ! Но она не хотела этого… Не хотела… Так зачем она нужна здесь? Если… Если все вокруг страдают.

***

Минск, как и обещал завес Наташу на их общую работу. Девушка была очень подавленная, хотя и желала6вид, что всё хорошо. А веди он чувствовал её состояние. Доведя до её кабинета он не стал её провожать. Надеясь, что она туда зайдёт. Да и не хотел он как-то лесть к ней. Знал же… Сейчас ей нужно побыть одной. Но он сделал ошибку. Вероятно, из-за которой потом и будет жалеть. Он даже не заметил, как Наташа сделала вид, что открывает свой кабинет, следя за уходящей столицей. Оставляет ключ в замке, разворачивается и уходит в сторону выхода из здания. Сегодня, у неё были другие планы на свою жизнь.

----------------------------------------------------------------------------------------------------

Прошло 2 часа

----------------------------------------------------------------------------------------------------

Пока Минск проводил совещание с районным центрами. Сами же областные центры, как всегда, были загружены работа и трудились в поте лица. Все они сидели в гробовом молчание, и лишь звук барабан по клавиатуре мешало данному процессу. И всё бы так и дальше продолжалось, если бы всё не прервал крик Марты. — ААААААА!!! — завопила Могилев, хватаясь за голову. — ЧТО НАТАЛЬЯ ВООБЩЕ ОТ НАС ХОЧЕТ! — Спокойнее Могилев. — с усмешкой сказала Гродно, выползая из стопок бумаг. — Ты же знаешь Наташу. — ДА! И ПОЭТОМУ Я ЕЕ НЕ ПОНИМАЮ! — продолжала возмущается город. — Могилев, хватит тудой сюдой хадзіць! — бурчала Гомель. — Ты же знаешь Беларусь. Не первый век живём. Она всегда выдает нам задания, после которых ЧЕРТ НОГУ СЛОМИТЬ! — ХВАТИТ! — вспылила уже Витебск, смотря на двух девушек. На неё смотрели все. В том числе и пацаны. Вика нервно хихикнула, потирая шею. — Если хотите, можете сходить перекусить. А то мы тут с дуреем, пока будем ждать Сашку. Гродно хмыкнул вставая с места. Он поднялся, из-за чего его кости хрустнули. — Викуся права. — поддержал западный город — Пошли кушать. А то мы тут все перегрыземся. — Гродно! — воскликнул Брест. Гродно с непониманием смотрел на Брест, а позади девочки уже стояли около двери. — Я забыл карту. Заплатишь за меня? — Конечно! — усмехнулся мужчина. — Пицца с ветчиной и латте? Мужчина кивнул расплываясь в улыбке. Они уже много лет знали друг друга. Естественно, что и знали предпочтения друг друга в еде. Но их маленькую милую беседу прервал разъярённый СНГ. Показавшись сразу в дверном проёме. — Т-Товарищь СНГ? — удивлённо спросила Гомель. — Где Беларусь?! — выпалил содружество, игнорируя вопрос в свою сторону. Он лишь отлучился на два часа, а Беларусь уже умудрилась пропасть! Так она ещё и блокировала собственный поиск, из-за чего СНГ, а тем более Минск не могли даже понять, где она! Все пять городов с непониманием переглянулись. Кто-то стал нервно отступать, отводя взгляд, лишь бы не смотреть на желтые глаза СНГ. Залитые чистой ненавистью и злобой. — А что с не- — И ВЫ ЕЩЁ РАБОТАЕТЕ В КГБ! — закричал СНГ уже заводясь. Могилев и Гомель тут же прижались к друг другу, а Витебск спряталась за спиной Гродно. И прежде чем СНГ начнёт более грубый допрос, Брест, как раз вступился в непонятную ситуацию. — Она на кладбище захоронений. — спокойным голосом сказала южный город Беларуси. Василь ничего не ответил, он развернулся и собирался уже уходить. Если бы его не схватила Витебск. — Что случилось Василь! Что с Наташей! — взволновано спросила та. — Если вы меня остановите, я вас поубиваю тут всех! — прорычал мужчина, и Витебск тут же убрала свою руку смотря, как содружество исчезает за дверью. Витебск с удивлением смотрела на то место, где раньше был мужчина. И прежде чем ею завладеет паника, она почувствовала на своих плевах, руки Гродно. — Ты в порядке? — ласково спросил тот на ушко. Витебск кивнула, прижимаясь к парню ещё сильнее. — И что это было? — встревожилась Гомель. — Неужели Наташка снова в проблемах. — Должны ли мы вызвать милицию? — прошептала Могилев. Все нервно переглянулись. — Нет. — разнесся на всю комнату голос Минска. В дверном проёме, теперь уже вместо СНГ, стоял Минск. Он был явно чем-то недоволен. Возможно из-за стычки с СНГ, а может… — Это не наше дело. — Что с Наташей, Минск! — взволновано выпалила Могилев. — Всё хорошо. — холодно ответил столица. — Это не наша проблема. СНГ должен помочь ей.

***

Помочь… Кто ей мог сейчас помочь! Она же… Она стала монстром! ОНА ПЕРЕШЛА ЧЕРТУ! Черту… После которой никто никогда не будет считать её нормальной. Нормальной страной… Но почему же всё так несправедливо! Почему все простили Гилберта, только потому что он был заперт на долгие годы в СССР! И только потому… Что его мучали! НО И ОНА БЫЛА ИЗМУЧАНА ИМ! Но сейчас… Конечно им было выгодно выставить её в ужасном свете. Хотя она сделала всё правильно! ОНА ОТОМСТИЛА ЗА СВОЙ НАРОД! Но почему… Почему же её любимый Ваня не помог ей! Почему он её ударил! — Почему? — прохрипела она, какой уже раз глотая сопли. Она сидела недалеко от входа на кладбище сожжённых деревень. Ближе она физически не могла подойти, поэтому и прижалась к дереву. — Я ведь сделала всё правильно! Так почему от меня отвернулся Ваня! Почему… — Я не хотела… Не хотела… НЕ ХАЦЕЛА! ВА ЎСІМ ВІНАВАТЫ ГІЛБЕРТ БАЙЛЬШМИДТ! ГЭТЫ ЧОРТАЎ НАЦЫСТ! ЁН… — она упала на снег. Лицу тут же стало холодно от снега. Он неприятно щекотал её лицо, а глаза щипались от слёз.

«Это я во всём виновата.»

Она усмехнулась от такой мысли. Кого бы она не винила. Это она виновата… Это она пригласила Гилберта на свою территорию. Это был её план. Это она виновата в поджоге России и его ненависти к ней. Она не заслуживала его любви… Она не заслуживала Ваню. Кто захочет встречаться с убийцей? Особенно с убийцей воплощения. Из последних сил, она попыталась встать на ноги. Вокруг становилось намного жарче, чем раньше. И через секунду она поняла почему. Духи… Они придерживали её тело. А уже в самом кладбище стояли духи её деревень. По лицу проскользнула нервная улыбка. «Спасибо, мамочка.» — шептали призрачные голоса. — «Теперь ты пришла к нам?» — Да… — она выдохнула, делая первый шаг вперёд. — Я-Я… Я пришла к вам, как и обещала. Ещё шаг, ещё, ещё и ещё… Что-то тёплое и красное стало течь с её носа. Ах… Кровь. Но она не обращала на это внимание. Шаг, шаг, шаг. Вот она уже приблизилась к воротам. И вот… Она упала. Её ноги стали очень ватными, она не могла ходить. Но могла ползти. — В-Вы рады? Р-Рады… Ч-что…- её горло полностью залилось кровью, а температура тела становилось невыносимо горячей. — Я отомстила за вас! Я-Я- Она с шоком посмотрела на свои ладони. Они стали покрываться чёрным налётом… А ещё…

«Спасибо тебе, мамочка.»

Это были последние слова, что услышала Наташа. Перед тем, как её тело загорелось пламенем…

***

Она и не помнила, как её кто-то схватил за шиворот, швырнул её обратно к деревьям, да с такой силой, что она сломала шею. Но перед этим, покувыркавшись несколько километров. После, она ничего не помнила. Отдалённо она чувствовала, как чья-то рука кидает на её лицо снег. Возможно, что потушить образовавшийся огонь. Со всем остатком сил, она попыталась открыть глаза. И тут же в шоке их распознать. Её пустые глаза смотрят в замешательстве на того, кто потревожил её… Попытку вернутся к своим сгоревшим деревням. Силуэт юыл весьма размытым, но она смогла увидеть давно забывшийся в памяти образ. У неё перехватило дыхание. Перед ней был СССР. Она сразу подумала, что это призрак! Но глаза были такими живыми и… Прикосновения тоже. Мужчина нахмурился смотря в её глаза. А она видела в глазах напротив жёлтый свет… Гнев. Такой знакомый… Гнев. — КАКОГО ЧЕРТА, МАЦІ! — рявкнул мужчина, и Наташа узнала голос. Это ж… Василь. — В-Вася? — прохрипела она, откашлявшись. Мужчина наклонился к ней ближе, сокращая между ними расстояние. Наташа даже не вздрогнула, она не боялась, она просто… Была удивлена. Удивлена увидеть СР, таким… — К-Как давно? — сдавлено спросила она. Она почувствовала, что её кто-то гладит по лицу. Конечно же это была рука Васи. Но это не отменяло того, что она видела в нём СССР. А СНГ же был не глуп, сразу понял, на что она намекает. Она разочарованно усмехнулся. — С рождения. — прохрипел он. И встав с места, потянул с собой и Беларусь. Та шаталась от боли, всё ещё чувствуя, что её тело горит. Но тёплые и большие руки СНГ, тут же её удержали. — Как??! — задавлено спросила она. На что Василь ответил мягкой улыбкой. — Думаешь, что смерть и рождение в тот же день, на нового союза никак бы не повлияло? — он усмехнулся, смотря на её удивлённо лицо. — Вы убили меня, а потом я родился вновь. Уже в этом теле. Она помогала головой, одной рукой держась за голову, а другой за рубашку СНГ. — Н-Но… Такое же… Невозможно. СНГ слабо улыбнулся. Подняв маму в свадебное реверансе, чем её шокировав, он направился прочь от кладбища. — Многое невозможно в нашем мире. Но есть же аномалии. Она всё ещё с удивлением смотрела на СНГ, не веря, что перед ней был Серёжа… Ну… Ну не могла она в это поверить. — Д-Докажи, что ты Серёжа! — срываясь на крик приказала Наташа. А СНГ только сильнее расплылся в улыбке. И Наташе больше не нужно было доказательств. Конечно… Лишь он… Лишь он мог так беззаботно улыбаться! И никак Россия! Ведь за его улыбкой всегда чувствовался холод! Он скрывал свои эмоции! А СССР… Нет, уже СНГ… Был другим. Улыбка всегда была лёгкой и непринуждённой. Будто он всем видом показывая, что дружелюбен. Но дружил он только с родителями. А сейчас, только с ней. — Получается… Ты всё это время. — она всхлипнула. Аккуратно перешагнув через корень дерево, СНГ всё также улыбался ей. Он нежно поцеловал её в лоб. — Я всегда был, есть и буду с тобой маці. Она всё ещё в замешательстве смотрела на сына. А потом глаза начинали бегать по лесу, а руки держались за плечи содружества. — Н-Но… Я теперь одна! Р-Россия расторгнул брак! КОТОРЫЙ Я ТАК ХОТЕЛА! Он… Меня ненавидит! — Заключи со мной брак. Наташа тут же выпала из колеи. И Василь мог с уверенностью сказал, что сейчас окончательно сломал Наташе мозг. Что ему очень понравилось. — Я ведь тоже люблю тебя не меньше. — промурлыкал мужчина, перешагивая уже поваленное дерево. Наташа тут же загорелась красным от такого представления. — Н-Нет! М-МЫ ЖЕ СЕМЬЯ! ТЫ МОЙ СЫН! — парировала она, в ответ получив невинную улыбку. Она что-то проворчала, утыкая в шею сына. До дома они шли молча. Наташа чувствовала, как что-то странное пытается ворваться ей в голову, в тело. Она заворчала, тыкнув СНГ по носу с предупреждением: «Хватит, СР!» На что тот снова улыбнулся. Блин, мама его, как всегда ловила на этим. А ведь он хотел помочь. Забрать часть её безумия себе, чтобы облегчить её состояние. Но она не хотела. Не потому что этим гордилась, нет. Она просто знала, какого это. Быть безумной. И она не очень то и хотела такую судьбу сыну. Но СНГ с ней спорил, борясь с попыткой как-то ворваться той в голову. Союзы способны на многое. А также помогать республикам, что были в их составе. Чаще забирая у тех болячки. Наташа нахмурилась. А ведь то, что СНГ так быстро оказался на кладбище было… Не удивительно. Хоть она и пыталась скрыть своё местоположение, от жучки и «поисковиков» союзов. Он всё равно чувствовал, что она страдает. И проследовал за ней. А когда почувствовал, что тело будто горит, спас её. Она ещё сильнее нахмурилась. Союзы… Ох. Они же способны выбирать, за какой республикой следить. За чьим состоянием… Она злобно посмотрела на сына. Тот также посмотрел на неё, но более спокойным взглядом. Василь Арловский. А ведь у него был выбор сменить фамилию. — Почему ты не сменил фамилию? — отстранённо спросила она, смотря на проезжающие машины. — Смысл. — на выдохе ответил СНГ. — Снова брать фамилию «Брагарненко» нет, спасибо не надо. Она усмехнулась, слабо поглаживая его щетину. И как это… Её никогда не смущало сходство маленько СССР и СНГ. Она просто скинула объяснение на то, что возможно у СНГ просто остались воспоминания старшего сына. А то, что он называл её «Маці», как и СССР, объяснялось Минском. Тот просто рассказал ему об этом. Но с самого рождения СНГ, в нем была душа СССР. И… О Господи… Насколько ему было тяжело, когда она сравнивал его с Серёжей! Она с интересом посмотрела на сына. Тот со спокойным выражением лица, вышел на тропинку, ведущую в город. И напряжение сейчас витал в воздухе. — Если бы я… Не пыталась покончить собой. Ты бы не выдал свою тайну? — сквозь зубы, прохрипела она. СНГ кивнул, обратив на неё вниманием. — Не думаю, что кто-то поймёт правильно. Перерождение союза в теле другого союза. Так ещё и коммуниста. Она фыркнула. — Верно. Но почему ты отказался от Оли и Вани? — Потому что единственная, родная мне страна- это ты. — прорычал мужчина и сердце Наташи будто упало в пропасть. Она ведь… Убила его! Почему он считает её своей матерью? — Н-Но… Я же убила тебя! Я… — Ты снова меня вырастила, одна. Когда Иван Брагинский и Ольга Черненко где-то прохлаждались. — сдержанно ответил СНГ. — У них… Были проблемы после твоей смерти. — А у тебя нет? Она сжала губы и отвела взгляд в сторону. Он был прав… Ох, ей так хотелось, чтобы ничего… Ничего не менялось. Не рушилось. — Я… Я всё разрушила. — Беларусь задрожала срываясь на крик и слезы. Но в ответ за такие слова, получила укус по носу. Она отстранилась, с возмущение смотря на сына. А тот на это смотрел спокойно, даже где-то насмехаясь над ней. И вот, они добрались до их совместного дома. — Я рядом, маці. И теперь ты не одна. — уверил он её. И она верила. Правда верила. Но она не хотела, чтобы СНГ ей доверял… Из-за неё все страдают, все умирают… — Н-Но… В-Ваня… Старший брат. — Я разберусь. — прорычал мужчина ставя её на крыльцо. — Ты главное не вздумай вскрывать вену. А то пристрелю. Последние слова были настолько серьёзными. Но Наташа не могла не сострить. — А яиц хватит? А? От оскалиной улыбки на лице мужчины. Наташа захотела спрятаться под землю и превратится в картошку. Теперь все карты были разложены. Василь раскрыл ей всю правду о себе. Осталось это последней только переварить и всё. Когда голова мужчины скрылась за калиткой, она с ужасом поняла истину. Ещё, когда СНГ родился, казалось, что у него совсем не детский взгляд. А будто у взрослого мужчины. Прожившего самые страшные времена. Теперь же… Всё стало ещё более понятно. — О, боже… — прохрипела она, хватаясь за голову. Сколько раз она говорила СНГ, что скучает по СССР??! Было ли ему больно от этих слов? Было ли… Ему противно слышать, каждый раз, что она очень его любила. А потом убила. Сама… Что он думал каждый раз, когда видел её истерики! Когда она плакала по двум умершим детям?! Как она… Хотела вернуть союз. Перед глазами пробегает все моменты, когда он её поддерживал. Если СР и злился на неё когда-то, то точно не сейчас. Он с самого детства был с ней. Он… Он ведь даже не сменил фамилию! Оставив мамину. Арловский. Он всеми силам пытался отстранится от других государств в его составе. И обращался к ним, сугубо официально. Она не понимала почему… А сейчас. Она вздрогнула от осознания. СНГ, нет СР. Всё помнил. Каждый день своей прошлой жизни. И сейчас, он делал всё чтобы не повторить. В прошлом он был привязан ко всем членам своей семьи. Но они его предали. А сейчас, он наоборот стал холоден с ними. Выбрав себе в матери только Республику Беларусь. Ту… Которая его убила. Она чуть-чуть подпрыгнула, когда пришло уведомление на телефон. Судорожно достав телефон, она застыла. Почему первой мыслей было то, что ей написала её брат. Но он уже неделю её игнорировал. А написал ей… «Не думай о плохом, маці.» «Я никогда не злился на тебя за свою прошлую смерть. Потому что видел, как ты сожалеешь.» «Я люблю тебя»

СНГ

Наташа наспех вытерла слезы. Естественно… Он чувствовал её боль. Возможно намного сильнее, чем она могла себе представить. «Куда ты поехал? »

Республика Беларусь

«В Москву.»

СНГ

«Зачем??!!» «Ты поехал к Ване??!»

Республика Беларусь

«Думаю нам нужно поговорить с ним. Ведь так бросать жену.»

СНГ

Она взглянула на своё кольцо. Оно всё ещё было у неё на пальце и на его середине виднелся российский флаг. Она сжала губы, понимая, что Ваня снял кольцо демонстративно перед всеми. И даже не собирался отдать обратно. «Только не подеритесь там…»

Республика Беларусь

«Если только этот ^J^ не станет тебя оскорблять.»

СНГ

Она усмехнулась увидев смайлик, что будто был похож на старшего брата. «Будь аккуратен. »

Республика Беларусь

Так и закончился её новый день.

---------------------------------------------------------------------------------------------

Следующий день.

---------------------------------------------------------------------------------------------

— НАТАША! МИЛЕНЬКАЯ МОЯ, ЧТО С ТОБОЙ??! Беларусь прорычала, хватаясь за подушку. Кто ещё вздумал к ней прийти??! Но не успела она обложить благим матом незваного гостя, как в её комнату ворвался литовец. — НАТАША! — закричал мужчина. Он быстро подбежал к Наташе, стягивая с её одеяла. Но вместо криков любви, он получил ногой в живот. — КАКОГО ХРЕНА ТЫ МЕНЯ БУДЕШЬ ТАК РАНО, ЛИТВА! Торис что-то прокряхтел, хвастаясь за живот. Вот тебе и доброе утро.

***

Цель визита Литвы, было именно самочувствие Натальи. Он как-то проехал то, что она чуть не прибила себя вчера. А может в принципе из-за слов самого Германии. — Германия снова поднял вопрос о введение против тебя санкций. — с горечью в голосе начал литовец. — И все страны ЕС одобрили это. — Я и не удивлена. — усмехнулась Беларусь. — Людвиг не простит мне смерть брата. — Гилберт жив. Тот, маленький огонёк надежды на смерть её мучителя, снова погас. И глаза, стали ещё более пустыми чем раньше, что конечно не могло не встревожить литовца. — Не вышло значит… — Наташенька… — начал было литовец, но Беларусь сразу же заткнул ему рот. — Спасибо, Тори. Но я как-то и без твоего сюсюканья справлюсь. — она хитро улыбнулась. — И тем более, был бы ты на моей стороне, то сразу же попытался отменить санкции. Тот энтузиазм Литвы, в попытках успокоить свою любимую, сразу же погас. Он слабо кивнул. — Я… Ты же знаешь, что я не могу пройти против правительства. — Слабак ты. И Торис был согласен. Он давно уже не та личность, что шла в бой, как во времена ВКЛ. Как тот, кто отстаивал свою независимость. Нет… Он стал слабаком. Так и ещё с идиотизмом и верой в светлое будущее рвался в ЕС. А сейчас то, что? Что он может сделать? А ведь он обещал своей Наташеньке… Быть на ее стороне. — Я помогу тебе, чем смогу любимая. — он аккуратно дотронулся до рук Беларуси, холодных, как он подметил. Но она сразу же разорвала контакт, хитро улыбаясь. — Як гавораць беларусы: «Жонку бяры не на год, а на век.» — прорычала она. — Ты даже этого не сдержал, Торис Лауринайтис. — А Брагинский справился! — возмутился литовец. — Нет. — холодно сказала белоруска. — Как и я. Но после на её лице появилась слабая улыбка. — Так что. Или домой Торис. Я cама справлюсь. — Я- — Tau liepė eiti namo, Thoris. Торис и Наташа тут же повернулись в сторону голоса. В дверном проёме, облокотившись об косяк, стоял СНГ. — Nebandyk mano kantrybės.— прорычал он. Литовец кинул быстрый взгляд на Беларусь, в надежде, что она что-то скажет. Но она лишь поддержала предложение парня. — Иди Торис. Не хочу тебя вышвыривать на границу. Мужчина кивнул. — Ar galiu tai padaryti paskutinį kartą? — Нет. — она нахмурилась. — Уходи. Литва разочаровано кивнул. И быстрым шагом выбежал из комнаты. СНГ внимательно проследил за убегающим литовца. — Последний раз? — усмехнулся СНГ. — Он имел в виду последний поцелуй? — Да. — раздражённо ответила белоруска, но тут же успокоилась, смотря на сына. — Что сказал Ваня? Василь улыбнулся, своей самой нежной улыбкой. Наташа с непониманием смотрела на сына, а тот лишь продолжал ей улыбаться. — Сейчас он сам тебе всё расскажет. — отступив в сторону, позади него показался и сам Иван Брагинский. — Привет, Нат. — виновато прошептал русский.