Wellspring

      The word’s on the street and it’s on the news,       I’m not gonna teach him how to dance with you.       He’s got two left feet and he bites my moves.       I’m not gonna teach him how to…       Dance, dance, dance, dance!!!       Ния       Иногда Ния злилась на то, что Ву никогда ничего не рассказывал ей или команде, когда речь заходила об Истинном потенциале Мастеров Стихий. Ву ушёл без предупреждения, и это раздражало её больше всего. Каждый из ребят в команде делал всё, что мог, а с исчезновением Ллойда они начали готовиться изо всех сил, чтобы стать мастерами своего тела и разума.       Ния изо всех сил старалась помочь каждому из них в том, в чём они нуждались, будь то подготовка к испытаниям или помощь в выявлении сильных и слабых сторон в бою. Каждый день, наблюдая за тренировками ребят и их сражениями с манекенами, созданными Джеем, она задавалась вопросом, что же мешает каждому из них достичь Истинного потенциала. Казалось, что с каждым днём она узнаёт что-то новое обо всём.       Дни этой недели проходили примерно так:       Во-первых, в первый день, после того как Ву отправился в свой путь, Ния узнала о масштабах того, против чего они сражаются: Великий Поглотитель. Чтобы победить это существо, им нужны были новые артефакты. То, что им нужно было найти, и как можно скорее: четыре серебряных клинка. Они играли ключевую роль в освобождении гигантской змеи. Разговор с её братом в её комнате на корабле об этом и об истории павшего брата Ву, Лорда Гармадона, был коротким и ясным.       — Значит, Гармадон был укушен Великим Поглотителем, когда забирал меч Ву за стенами монастыря, что породило в нём зло и отвратило его от Мастера Ву. Они были совсем детьми, а этот зверь будет расти, пока продолжает поглощать всё на своём пути.       — Кай? Ты уверен, что это всё, что он сказал? — задумчиво спросила Ния, скрестив руки на груди.       — Да. Поглотитель был запечатан в том самом месте, где ты спасла нас на днях. В городе Уроборус. Нам нужно найти их, Ния. Он может уничтожить всё ещё до того, как пророчество вообще начнёт сбываться. Я подумал, что мы могли бы сначала поспрашивать в деревне Джаманакай. Есть другие идеи?       Она провела рукой по губам, затем задумчиво потёрла подбородок, поджав губы и нахмурив брови. Через мгновение она озвучила единственную пришедшую в голову мысль:       — Мы могли бы развесить листовки? Нам всё равно нужно будет закупиться припасами в деревне, так что это может быть хорошим началом, чтобы разузнать что-нибудь у местных. Завоевать их доверие.       — Мне нравится идея, но не уверен, как на это отреагируют остальные. Им сейчас нужно что-то посложнее.       — Какая разница? Чем раньше мы начнём поиски, тем меньше времени останется у Пайтора на то, чтобы найти потерянные клинки.       — Коул говорит, что нам нужен всего один, без всех четырёх у него всё равно нет шансов.       Ния впечатлённо кивнула.       — Да, он прав. Тогда чем скорее мы одолеем Гармадона, тем быстрее всё это закончится, и мы будем свободны.       — Или же я одолею.       Она раздражённо вздохнула.       — Кай, я знаю, ты хочешь стать этим «легендарным Зелёным Ниндзя», которому суждено «победить Лорда Тьмы и принести мир в царство»… Но после всего, что случилось с Сэнсэем и его братом, мне даже немного жаль его.       — Как трогательно, Ния, — усмехнулся Кай саркастично, в его голосе проскользнула злость, — но когда я увижу его в следующий раз, будь то пророчество или нет, он получит хорошую взбучку. Никто не может похищать мою сестру и оставаться безнаказанным.       — Ох, это глупо, — вздохнул Зейн, держа стопку листовок рядом с Джеем. Тот прикреплял одну к ближайшему телефонному столбу. Ния заметила в нём непривычную для него самосознательность.       — У тебя есть идеи получше? Я знаю, это может быть немного утомительно, но, по-моему, это отличная мысль, — ответил Коул, глядя в сторону Нии и Кая. Но она знала, что улыбка, сопровождавшая этот комплимент, предназначалась только ей. После всех насмешек она даже на мгновение ссутулилась, подумывая, что, возможно, стоило прислушаться к Каю и придумать что-то более дельное… но эта улыбка её приободрила. Она улыбнулась в ответ.       — Эй, может, Сэнсэй хочет позвать на помощь Самурая? — раздражённо пробормотал Джей.       Её улыбка слегка померкла, когда он снова упомянул Самурая — да ещё и с таким презрением. Как и во всех отношениях между братьями и сёстрами, она почувствовала, что Кай хочет его перебить.       — Самурая? Наверняка она… — он снова начал заикаться, по рассеянности допустив очередную ошибку, чуть ли не раскрывая их тайну. Ния закатила глаза и подавила желание спрятать лицо в ладони. — То есть, он тоже занят поисками клинков.       — Эй, вы ведёте себя как-то нервно. Эм, всё в порядке? Ния, ты выглядишь так, будто хочешь улететь, — поддразнил её Коул, пытаясь вытянуть из Кая хоть что-то. Она видела этот хитрый блеск в его глазах сквозь капюшон костюма.       Джей обернулся и вопросительно посмотрел на неё из-за спины Зейна, но она отвернулась. Она осталась на месте, когда Кай попытался шагнуть вперёд, будто собираясь её защитить, но не успел — она уже загородила ему путь, мешая подойти к Коулу.       — Всё в порядке. На сто процентов! Мы ничего не скрываем. — Кай протиснулся между ними, бросая на Коула недоумённый взгляд, и догнал Джея, который следовал за Зейном дальше по дороге, чтобы развесить листовки.       Прежде чем Коул успел пойти за ними, Ния подошла к нему сзади и предупреждающе толкнула в плечо.       — Ты хоть понимаешь, что могло случиться? Джей мог всё узнать, а его всё ещё раздражает, кто такой Самурай. Ты играешь со мной в опасную игру, Брукстоун, — с вызовом прошептала она.       — Расслабься, я просто подшучивал над тобой, — так же тихо ответил Коул. — И потом, мне нравится смотреть, как Кай изворачивается. Ты же помнишь, о чём мы говорили несколько дней назад, да? Я знаю, что Джей и остальные нормально отнесутся к этому. Чего ты боишься?       — В отличие от тебя, я ничего не боюсь, я просто проявляю осторожность. — Коул фыркнул на её слова, но она тут же добавила короткий и тихий ответ: — Не тебе говорить об этом, у нас обоих есть секреты, которыми пора бы поделиться с остальными, правда?       — Твой секрет намного круче, он довольно прост и понятен. Мой немного сложнее, и кто знает, что подумают другие?       — Ага, конечно, мистер Лицемер, используете мои слова против меня. Я на это не куплюсь, — прошептала Ния, придвигаясь ближе к его лицу. — Ты. Первый, — добавила она, дважды тыкнув его в грудь для акцента.       Коул ответил всем своим телом, подался вперёд и с ухмылкой произнёс прямо ей в лицо:       — Ни за что в жизни, сестра.       На секунду Ния растерялась, а его близость обдала её лицо жаром. Если бы она сегодня надела шлем, её очки наверняка бы запотели. Вспомнив тот самый разговор в своей комнате и то, что она сказала ему, повторив слова Сэнсэя «брат точит брата», Ния расстроилась из-за того, на что намекал Коул. Она была его другом, но действительно ли он видел в ней именно это? Просто ещё одна из его «братьев», как Кай, с которым можно пререкаться?       Прежде чем она успела спросить его об этом, откуда-то спереди раздался крик владельца магазина. Они оба подошли к Зейну, который безучастно смотрел в небо, заворожённо наблюдая за птицей, пролетавшей над головой. Все листовки, которые он держал в руках, валялись на земле.       Кай извинился первым и поклонился.       — Прошу прощения! Наш друг иногда… витает в облаках.       — Он разбросал повсюду бумажки! — сказал мужчина, указывая на задумчивого ниндзя.       — Мы всё уберём, извините, — сказал ему Коул, помогая Каю собрать бумажки.       Джей положил руку на плечо Зейна и слегка встряхнул его, пытаясь привести в чувство:       — Зейн, да что с тобой? Эй! Это Сокол!       Остальные ниндзя тут же прекратили свои дела и подняли головы.       — Каждый раз, когда мы следуем за ним, происходит что-то хорошее!       — Ния! Возвращайся на корабль и жди от нас вестей, — крикнул Кай, прежде чем рвануть вперёд. Коул и Джей, оглянувшись на Нию с виноватым видом, поспешили за ним.       — Но куда вы собираетесь? А как же листовки? — громко окликнула их Ния, но мальчишки убегали всё дальше и дальше. — Эй, ребята!       Очевидно, той сообразительности, которая была у Кая в тот день, хватило ненадолго, потому что все они снова кинулись за Зейном, гоняющимся за соколом, вместо того чтобы закончить начатое. Она вздохнула, опустив лицо в ладони, а затем посмотрела на разбросанные по улице листки бумаги и медленно наклонилась, чтобы поднять их. Наперекор желанию брата, она решила закончить эту работу сама. Она уже привыкла к этому. Похоже, я снова осталась одна. Как обычно.       Затем Ния прошлась по городу, расклеивая листовки одну за другой и заходя в каждый магазин, но так и не смогла получить никакой информации. Когда она вернулась на пустой корабль поздно вечером, ей хотелось сразу многого, но после целого дня хождения по домам она слишком устала. Единственное, чего ей хотелось, — это плюхнуться на диван и уставиться в потолок, но даже это не решало проблему, которую назойливо внушала ей пустота, делая её одиночество ещё более невыносимым.       Она хотела расспросить Ву о затруднительном положении и найти хоть какую-то поддержку. Она скучала по голосу Ллойда, по его беготне по деревянным палубам корабля. Ей хотелось получить горячий братский совет, может быть, пару шуток из быстрых, как молния, уст, горячего ужина или… просто поговорить ночью под шум ветра и сияние звёзд. То, чего она втайне жаждала больше всего остального.

***

      В солнечный полдень второго дня, когда ниндзя вернулись, произошло кое-что, чему Ния бы не поверила, если бы не увидела своими глазами. Ей не довелось лицезреть, как Зейн осознал то, что было названо Истинным потенциалом ниндзя. Из того, что она увидела, когда они все вернулись из своего последнего приключения, она поняла, к чему приводит осознание своих недостатков и превращение в нового человека. Это было видно по его лицу: умиротворённость, ясность, новый взгляд на мир. Как будто его заменили другим человеком. Или, в случае Зейна, другим роботом.       Оглядываясь назад, можно сказать, что это имело смысл: расчётливая сосредоточенность и стремление к выполнению задания, полное отсутствие склонности к отвлечению, способность задерживать дыхание под водой на безумно долгое время… Всё это имело смысл. Слишком большой смысл, и вся команда с этим согласилась. Ния должна была увидеть всё своими глазами.       — Теперь ты можешь управлять им? Лёд просто появляется из твоих рук, потому что ты так хочешь? — спросила она в замешательстве.       — Подтверждаю, — ответил Зейн, и вокруг его ладоней образовалось гладкое облачко льда. Кристаллизованные хлопья, появившиеся внутри, звучали как звон колокольчиков на санях зимой, но были маленькими и почти беззвучными, как мерцание звёзд. — Сэнсэй был прав. Сердце стало ключом к моему потенциалу. Я также обрёл все утраченные воспоминания. Теперь я знаю, откуда пришёл, кто я такой, и это сделало меня намного сильнее.       Ния положила руку ему на плечо.       — Я так рада за тебя, Зейн.       — Спасибо, Ния, — сказал он ей в ответ, поклонившись, затем опустил руки, и лёд погас мягким мерцанием, а снежные хлопья медленно осели на палубу.       — И всё это одним щелчком! Невероятно… — сказал Джей, проходя вперёд и занимая место рядом с Нией, перед Зейном. — Чего бы я только не отдал, чтобы узнать у твоего отца, как сделать ниндроида.       Ния отпустила Зейна и разразилась смехом.       — Ниндроид? Кто придумал это название?       — Я, разумеется, — заявил Джей с лёгким театральным поклоном.       — Отлично звучит.       — Благодарю, моя дорогая. Я здесь всю неделю.       — Не сомневаюсь в этом, — сказала она, прежде чем снова повернуться к Зейну. — И это всё? Неужели всё было так просто, Зейн?       — Мне просто нужно было принять то, что сдерживало меня. Это оказалось всем, чего я когда-либо хотел. Думаю, когда Сэнсэй сказал, что мы должны следовать зову сердца, он имел в виду не метафору, а то, что мы действительно должны сделать, чтобы раскрыть свой Истинный потенциал.       — Теперь остаётся вопрос — что делать нам? — спросил Кай, указывая на троих ещё не просветлённых.       Когда Ния посмотрела на Кая, он пожал плечами и выглядел по-настоящему растерянным, не обращаясь ни к кому в частности, что было для него привычным. Но для Нии настоящая картина раскрывалась в языке тела, который проявился между Джеем и Коулом. Она умела читать их, как открытую книгу. Слева от неё Джей смотрел на неё щенячьими глазами с полуулыбкой, нервно опуская взгляд вниз и поднимая обратно, краснея, но ни разу не встретившись с ней глазами, отчаянно избегая её лица.       Справа же Коул выглядел болезненно. Белый и зелёный цвета переливались на его коже, а в его полуприкрытых глазах блестела влага, которой она никогда раньше не видела. После того, что она узнала из его истории, её охватила настоящая жалость: Ния чувствовала, как Коул погружается в деревянные доски корабля от сожалений и откровений. Но вместо того, чтобы избегать её взгляда, казалось, что его глаза плывут и впиваются в неё. Его взгляд искал ответы в её глазах.       Она знала, какие мысли приходят в голову им обоим, и это был лишь вопрос времени.       После тихой ночи в своей комнате на третий день Ния решила заняться скелетом Фангпайра. Она приобрела его на окраине Роковой пустыни у жителей деревни Джаманакай. У него был тот самый яд, который она нашла у горожан и отдала Самураю через неделю после того, как у них украли Ллойда. Работа займёт несколько часов, но она сможет изучить яд и его действие, чтобы понять, как победить врага.       Она не хотела, чтобы то, что случилось с родителями Джея, случилось с кем-то ещё. Несмотря на исчезновение Ву и все работы, которые ей пришлось проделать с костюмом, кораблём и исследованиями, предложенными Коулом, всё было завершено, и она наконец была готова.

***

      На пятый день Ния решила сделать для ребят презентацию о том, что узнала о яде Фангпайра на скелете, разложенном на столе, но была отвлечена жестоким розыгрышем своего брата. Ей не следовало требовать так много от них, учитывая, сколько у них было забот. Всё, что им нужно было сделать, — это просто сидеть и слушать. Однако единственным, кто внимательно следил за её рассказом, был Джей. Она увидела его выпученные глаза через стол от Коула, который рисовал в своём альбоме, а Зейн и Кай пытались сдержать смех. Она не понимала, почему, пока не вдохнула поглубже, повернувшись в сторону Джея.       Её горло начало сжиматься, нос мгновенно забился и защипал. Это было невыносимо. Кай заставил его надушиться, чтобы подшутить над Джеем и, вероятно, держать его как можно дальше от Нии, убив двух зайцев одним выстрелом. Что ж, рано или поздно это должно было случиться. Старшие братья-защитники, да? Всё закончилось тем, что Джей наконец пригласил её на свидание, и, что неудивительно для неё самой, она согласилась.       Джей назвал её красивой, несмотря на пот, покраснение и другие выделения на её лице. Это было непривычно, но беспрецедентно и приятно. Затем она отправилась искать Пайтора, пока духи, которыми надушился Джей, окончательно её не свалили. Она безуспешно пыталась найти серпентина во время патрулирования, пока на её коммуникаторе не зазвучал сигнал тревоги, который указывал точное местоположение змея: парк развлечений «Мега Монстр». Он появился в парке вместе с остальными серпентинами, чтобы найти первый из четырёх серебряных клинков. Он нашёл один.       Только не в мою смену.       Свидание должно было быть простым: скромный ужин, но в последний момент его перенесли в парк развлечений «Мега Монстр». Это было удачей для Нии, и она решила убить двух зайцев одним выстрелом. Когда планы были окончательно составлены, и у неё появилось время переодеться и спрятать оборудование в сумочку, она и Джей прибыли вместе, идя под руку, нарядные и готовые провести вечер.       К сожалению, она обнаружила, что Коул был абсолютно прав. Прислушиваться к советам Коула было легко, потому что они всегда оказывались верными, но ей хотелось, чтобы он не был прав насчёт Джея. Он лгал почти всё время, но так же поступала и она. По крайней мере, в её глазах его ложь выглядела мило. Нервозность постоянно проявлялась на нём, как краска на лице.       Ния скрывалась под личностью Самурая Икс, отказываясь быть частью мальчишеского клуба, но всё равно хотела произвести на него впечатление. Их объединяло нечто общее: создание механизмов, изобретения и при этом уничтожение злодеев. У неё была своя правда, и неважно, было ли это Истинным потенциалом или нет.       Но Джей вёл себя особенно странно, ткань периодически оборачивалась вокруг его шеи, скрывая всё больше и больше кожи. Впрочем, Ния почти ничего не замечала. Он говорил со скоростью мили в минуту, а её взгляд постоянно возвращался к коммуникатору на запястье.       — Знаешь, даже в раннем детстве было ясно, что я рождён для приключений.       — Правда?       Пайтор был рядом, она могла бы пресечь это всё прямо сейчас, но решила сосредоточиться на том, что было перед ней: двух чудовищных бургерах, приготовленных для неё и её спутника.       — Я был первым, кто получил значок скаута за лучший узел. Я никогда не боялся пробовать смелые блюда, — сказал он, указывая на гигантские бургеры, доверху наполненные карнавальной едой. Это был его выбор, и она согласилась.       Ния решила периодически следить за Пайтором на протяжении всего свидания. Она молилась, чтобы сигнал, который он подал, привлёк внимание Кая, Зейна и Коула, оставшихся на корабле. Скрываясь за гигантской порцией еды, она снова взглянула вниз, надеясь, что команда уже в пути… или хотя бы вот-вот будет.       — Однажды я сделал крылья из фольги и… Всё хорошо?       Нию прервал вопрос Джея.       — Ты… как будто не здесь.       — Э-э, да, — сказала она, а затем начала придумывать способ объясниться, соображая на ходу. — Здесь такие большие порции, а мы зачем-то взяли две…       — Хех, забавно. Так вот… этот Самурай…       Ния подняла голову от волнения, очень желая услышать, что Джей скажет о её тайной личности. На её взгляд, он слишком резко сменил тему, но это было то, чего она ждала с нетерпением.       — …Да уж, выскочка, и всё. Просто наглый хвастун. Если хочешь знать, без своего экзокостюма он ни на что не способен!       — Оу… — Ния ненавидела то, как грустно это прозвучало, но надеялась, что это поможет ему услышать правду. Разочарование было слишком явным. — Правда?       — Да. Что на свете может сравниться с парой старых добрых кулаков? Согласна? — Он кокетливо приподнял брови, глядя на неё из-под своего шарфа.       Она ответила улыбкой, но натянутой.       — Да. Конечно.       Его слова были подобны удару острого ножа в живот. Неважно, сколько усилий она вкладывала в то, чтобы впечатлить его в тени, — он, похоже, всегда воспринимал окружающих как соперников, как и другие. Может, он просто пытается произвести впечатление? Затем она вспомнила, как Джей однажды привязал себя к рельсам, чтобы привлечь внимание Самурая и выиграть спор.       — Знаешь, кое-кто однажды с-с-сказал мне… — Джей рассмотрел своё отражение в обратной стороне ложки, выглядя чем-то шокированным.       — Джей? Что с тобой?       — Да, э-э… Извини, я отойду на минутку. Ния. Я вернус-с-сь, мне нужно в туалет.       Он убежал в ванную и некоторое время не возвращался.       Чтобы скоротать время, Ния постукивала ногой по деревянному полу под столом. Минуты, которые она с нетерпением ждала, постепенно превратились в час. Постоянный, теперь уже приглушённый звуковой сигнал в её коммуникаторе не давал ей покоя, в то время как ужас перед Пайтором, сеющим хаос среди жителей Ниндзяго в нескольких шагах от неё, разъедал её всё больше и больше. Она взглянула на длинную очередь, ведущую в туалеты в дальнем конце зала, и с последним унылым вздохом, означающим, что день, которого она так долго ждала, окончательно был потерян для неё, сделала другой выбор.       — Прости, Джей. Долг зовёт.       Ния встала, но не раньше, чем достала из кошелька оставшиеся деньги, которые должна была отдать за ужин, и выскользнула за дверь ресторана. Обогнув здание, она достала из сумки уменьшенную версию своего шлема. Нажав кнопку на левой стороне, она развернула его в полную форму. Готовясь надеть его на голову, она откинула волосы с лица, чтобы было удобнее, и шлем сел как влитой. Пару нажатий на кнопки на запястье — и её боевой костюм устремился к ней. Она ждала.       Когда он прибыл с эффектным появлением, Ния запрыгнула в открытый люк, готовая заставить Пайтора пожалеть о том, что он когда-либо ступил на территорию парка. Она затаилась в засаде, ожидая, когда Пайтор или кто-то ещё покажется рядом, и он появился из-за поворота на одном из тёмных аттракционов со своей армией. Она поняла это по тому, как граждане в страхе выбегали прочь. В юности она уже бывала в парке, и этот аттракцион никогда не был страшным. «Может быть, для детей, но не для меня», — думала она.       Прячась за зданием, она старалась не издавать ни звука, чтобы застать их врасплох. Ния увидела безошибочно узнаваемый образ маленького серебряного клинка в форме клыка, который генерал Анакондраев поднял в воздух среди своих приспешников. Первый Острозуб. Все серпентины толпами покидали аттракцион и радовались успеху своего лидера. Ния поклялась остановить это сейчас, жестоко и быстро разрушить их торжество раз и навсегда.       Она быстро составила план в голове и рванулась вперёд, на её лице расплылась широкая, почти садистская улыбка. Включив ускорители, Ния резко рванула к Пайтору и с помощью механической руки выхватила клинок из его лап.       Она услышала панические крики генерала и его приспешников в сторону Самурая, укравшего их добычу.       — Держите его!       Она рассмеялась и попыталась сделать это тихо, но безуспешно. Она была уже на полпути к свободе, готовясь взмыть в небо над колесом обозрения и вернуться на корабль. Всё кончено. Всё кончено! После того как она нажала на кнопку, чтобы улететь, она оторвалась от земли, но внутри костюма загорелись красные огни. Ния падала, быстро и жёстко, и то, чего она боялась, стало правдой.       «Неисправность двигателя!»       В своём огромном боевом роботе она попыталась встать и убежать, но Ния была медлительна и находилась в меньшинстве. Они быстро нагоняли её, в то время как она неуклюже удалялась. Через мгновение или два она почувствовала тяжесть нескольких серпентинов, прикреплённых к её ногам, и споткнулась. Ния повернулась и попыталась оттолкнуться руками за спиной, чтобы снова встать прямо, но это было бесполезно. Она была поймана в ловушку под грудой змей, которые удерживали её на земле.       Пайтор со своей огромной силой и некоторой помощью отодвинул крышку люка, обнажив находящегося внутри человека, и маниакально расхохотался.       — Наконец! Таинственный воин попал в плен!       Краем глаза она заметила коричнево-оранжевое пятно, которым, как она догадалась, был один из Констриктаев, который разжал механическую руку её костюма, чтобы выхватить украденный Острозуб. Она услышала удивлённые возгласы негодяев, когда Пайтор сорвал шлем с её головы.       — Или мне следует сказать «таинственная девчонка»? Кто же теперь спасёт тебя, а? — спросил Пайтор со злобной ухмылкой и свирепым взглядом. Ния стиснула зубы от паники и ярости. — Нагружайте её, парни! Я точно знаю, что делать с этой воровкой.       Один за другим серпентины хаотичной процессией подступали всё ближе и вытаскивали её из неподвижного костюма. Они тащили её вперёд, и как Ния ни старалась, ей не удавалось вырваться из миллиона чешуйчатых рук, хватающих и тянущих её за конечности. Они добрались до американских горок, единственных в парке, которые находились на ремонте, и Пайтор попросил нескольких серпентинов сломать ворота и найти любую верёвку или цепи. Они впихнули её на переднее сиденье ближайшей вагонетки и опутали её тело длинной цепью.       Кто-то позади неё решил включить американские горки, и где-то вверху, в небе, в пределах видимости, зажглось карикатурно большое огненное кольцо. Оно открыло просвет между рельсами, где, как она знала, и будет её конечный пункт. Падение и смерть. Никакого выхода.       — Тебе это с рук не сойдёт! — закричала Ния, всё ещё безуспешно пытаясь освободиться.       — О, мне уже сошло! Не рассчитывай на этих имбецилов в цветных пижамах. Не знаю, что это за «Истинный потенциал», о котором они всё время бредили, но что бы это ни было, его не хватило, чтобы заполучить Острозуб, — сказал Пайтор, покачивая серебряным лезвием перед её лицом, смакуя момент. — И его уж точно не хватит, чтобы спасти тебя сейчас. Так что же остаётся делать, кроме как кричать о помощи, а? Ну же, могу я услышать хотя бы один перед тем, как уйду? Это было бы весьма захватывающе.       Как только он закончил свой монолог, прошипев в последний раз своим раздвоенным языком, Ния вспомнила, каково это — быть скованной верёвками, которыми Лорд Тьмы держал её в плену в Храме Огня. Пленница. Связанная. Несущаяся прямо в пламя, беспомощная и одинокая. Она извивалась и дёргалась, пытаясь вырваться, в то время как ухмылка Пайтора становилась всё шире в предвкушении. Но в отличие от того раза, когда она надеялась, что её развяжут и она окажется на твёрдой земле, сейчас её ждало лишь небо, без помощи, без ответов и без выхода.       В её мыслях был только он. Не брат, не Зейн, не даже Коул. Ей хотелось того, чего она была лишена весь этот день, — покоя, беззаботности, смеха от влюблённой души. Она закричала о помощи. Сделала то, чего она не делала уже очень давно.       — Джей! На помощь!       — До встречи, красотка, — Пайтор ухмыльнулся, нависая над ней в кресле вагонетки. Он хлопнул по её борту, и Ния дёрнулась от неожиданности. — За мной, друзья!       Змей крикнул что-то другим змеям, и они рассмеялись вместе с ним, спеша скрыться из виду. Она кричала несколько минут, умоляя хоть о чём-то, что могло бы вытащить её отсюда, пока аттракцион не начал с рёвом оживать и двигаться вперёд.       Её молитвы были услышаны, когда тележка, пыхтя, проехала по рельсам и кто-то, полностью закутанный в одежду с головы до ног, забрался в неё. По узору шарфа она сразу поняла, кто это.       — Что с тобой с-с-случилось? — спросил Джей, подбираясь к ней и держась за борт тележки, пока вагонетка поднималась на первый подъём.       — Это всё Пайтор. Он привязал меня к рельсам, чтобы… отвлечь! Нам нужно поторопиться! Пока мы не добрались до этого кольца.       — Этот негодяй! Где? Какое кольцо?       — Там!       Джей посмотрел вперёд, на конец рельсов, и его глаза расширились, словно две луны.       — Э-э-э… Мы должны вытащить тебя отс-с-сюда.       Он тут же принялся трясти и разрывать цепи, удерживающие её в вагонетке. Ния, охваченная любопытством, пока цепи так и не поддавались, осмотрела его. После непрекращающегося грохота она начала искать причину, по которой он был полностью закутан в одежду, и увидела нечто ужасное. Хвост, торчащий у него из-за спины.       — Джей, подожди. Тебя укусили? Дай, я сниму твой шарф. — Она попыталась дотянуться и схватить его.       — Лучше не с-с-стоит… — он вздохнул, понимая, что скрываться больше нет смысла. — Да. Это из-за с-с-скелета, которого я видел сегодня утром. Я уколол руку об его клык. Я с-с-собирался тебе сказать, но не хотел портить наше с-с-свидание.       Ния почувствовала, как румянец заливает её щёки, а улыбка становится шире.       — О, это мило.       Но тут же она в ужасе уставилась на рельсы, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Она судорожно искала хоть какую-то идею, пока паника не взяла верх. Вдруг ей вспомнились слова Джея за столиком.       — Джей? Разве ты не получил скаутский значок за узлы? Ты мог бы…       Он выглядел подавленным, перебивая её прежде, чем она успела договорить:       — Да, насчёт этого, я придумал это. Я просто хотел произвес-с-сти на тебя впечатление. Я никогда не был с-с-скаутом.       — Что? — Почувствовав, как вагонетка достигла самой высокой точки, перед неизбежным падением вниз, она закричала: — Держись!       — Что? Ты что-то придумала?       Она бы рассмеялась, если бы не была так напугана.       — Нет, держись!       Джей забрался на сиденье рядом с ней, и вот, наконец, медленный подъём закончился. Они полетели вниз с парой пронзительных визгов, а бешеный поток ветра заслонял Нии обзор, безжалостно развевая её волосы. Она услышала резкий свист чего-то, пронёсшегося рядом, и, обернувшись к Джею, увидела, что всё его лицо покрыто чешуёй тошнотворного зелёного цвета. Однажды она уже видела такое на его родителях, и цвет подходил ему так же, как и им. Не подходил.       — А-а-а! Не сссмотри на меня! Я монс-с-стр, — сказал Джей, пряча лицо от её взгляда.       — Ты не монстр, ты всё ещё тот же Джей.       — Послушай, мы должны позвать С-с-самурая! О, где же он, когда так нужен? — Джей посмотрел вниз с пассажирского сиденья и закричал что есть силы: — С-с-самурай! Сюда! С-с-скорее!       Поездка была забыта. Ему нужно было знать, что никто не придёт.       — Джей?       — В чём дело, Ния?       — Правда в том, что… Я тоже не была честна с тобой.       Она не смогла взглянуть ему в лицо.       — Что? О чём ты?       — Джей, я… я… — Ния подавила свой страх и повернулась к нему. — Я и есть Самурай.       — Ты и есть С-с-самурай?!       Когда их вагонетка неслась к финалу этой поездки, Ния подбирала слова, как будто это мог быть её последний шанс их сказать.       — Джей… — она сглотнула. — Если случится что-то ужасное, я хочу, чтобы ты знал, что тебе не нужен одеколон и тебе не нужно притворяться тем, кем ты не являешься. Потому что ты мне нравишься больше всего, когда ты — это просто ты.       Ния запечатлела поцелуй на его щеке, заставив его сердце забиться быстрее, а действие яда Фангпайра исчезло.       — Что бы ни случилось дальше, просто помни, что ты — лучший ты.       В конце концов, всё, что им было нужно, — это прощение и понимание, а также небольшой подъём боевого духа. Как будто просто ещё один химический процесс, похожий на исчезновение змеиных черт, которые однажды исказили лица его родителей, Джей встал в вагонетке и буквально — и фигурально — превратился в того, кем должен был стать.       Было страшно и прекрасно видеть, как Джей становится единым целым со своими силами. Милый и добрый человек, которого она знала, исчез, но лишь для того, чтобы возродиться как нечто более великое. Бело-голубые молнии пробегали по его телу, а вокруг него сияло ослепительное электрическое свечение. Ния в шоке приоткрыла рот.       — Что происходит?! — воскликнула она.       — МОЙ ИСТИННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ!       И затем он взлетел (взлетел!), приземлившись на переднюю часть вагонетки. Благодаря своей внутренней силе он остановил его прямо на ходу с раздирающим уши скрежетом. Когда проявление силы закончилось и Джею больше не о чём было беспокоиться, свет рассеялся, и он рухнул бесформенной кучей на тележку, не в силах больше двигаться, задыхаясь.       Ния, несмотря на стягивающие её цепи, потянулась вперёд и обняла его, с трудом перетащив на сиденье рядом с собой. Они оба вздохнули с облегчением, оказавшись в успокаивающем присутствии друг друга. Больше никаких секретов, никакой лжи, только головы на плечах друг друга и наслаждение тем, что они остались живы.

***

      — Что ж, меня ты провела. Я представить не мог, что ты Самурай, — сказал Зейн с удивлением и похвалой, когда они собрались их маленькой командой, чтобы обсудить события этого дня и новое открытие за воротами парка.       Коул шагнул вперёд, на его лице появилась лёгкая улыбка, но его приподнятое настроение постепенно угасало в его словах.       — Хотел бы я, чтобы у меня была такая сестра, как ты.       И вот опять. Сестра. Такая сестра, как я? Она ненавидела это. У Нии побежали мурашки по коже, когда она мысленно умоляла его снова улыбнуться, но она скрыла это за своей собственной улыбкой, которую он слабо, но ответно отразил.       — Вообще-то это я был первым, кто раскрыл её тайну, а мы условились, что тот, кто её узнает, тому и будет суждено стать Зелёным Ниндзя, а? Кому суждено победить Лорда Гармадона, м-м? — сказал Кай, и так же предсказуемо, как восход солнца на небе утром, все они по-своему осудили его слова.       — Знаете, что я понял сегодня? Какую бы тайну ты ни скрывал, неважно, змея ты или Самурай, главное — быть самим собой, — сказал Джей, приобняв Нию за талию, но тут же ослабив объятие, давая ей больше пространства       — Да, это мило, — вмешался Коул, скрестив руки на груди и глядя куда угодно, только не перед собой. — А знаете, что понял я? Первый Острозуб теперь у серпентинов.       — Зато мы стали сильнее. Когда мы все откроем свой Истинный потенциал, Пайтору не победить, — подбадривая, произнёс с новой, почти светящейся изнутри уверенностью Зейн.       — И мы поняли это сами, без Сэнсэя. Неплохо для четырёх ниндзя…       Ния ударила Джея по плечу так мягко, как только могла, но про себя подумала: «Я что, пустое место?»       — …и Самурая, — добавил он.       — Интересно, чем сейчас занят Сэнсэй? — спросил Кай у группы. Ния не могла ему ответить, как и все остальные.       Коул повернулся к нему и вмешался первым, нарушив молчание:       — Надеюсь, мы скоро узнаем, где он, и разберёмся с этим раз и навсегда. Пора возвращаться на корабль. С меня хватит «развлечений» на сегодня, — сказал он, проходя между ней и Джеем обратно на корабль.       Коул повернул голову к её лицу, чтобы одарить её ещё одной слабой улыбкой, которая, как заметила Ния краем глаза, почти сразу исчезла, как только он отвернулся.       Что с ним происходит?

***

      Позже той ночью, когда она поднималась наверх, тот же самый восторг, который она испытала среди облаков, среди электрических разрядов в небе на американских горках, ощущался и на земле. Никогда в жизни ей не хотелось скакать от радости так, как в этот момент. Воздух был чист от всех тайн, и успокаивающая прохлада новой любви, которая существовала на борту корабля, пришвартованного всё ещё недалеко от того места, где они впервые открыли друг другу свои чувства.       Он попросил её стать его девушкой в вагонетке, их спасение было неминуемо. И она с радостью, без раздумий, согласилась.       После нескольких часов, проведённых за починкой робота, которого Пайтор и его армия серпентинов разрушили, чтобы заманить её в ловушку, она проголодалась, что обычно приводило к приступам раздражения и злости. Джей сказал ей быть осторожной, и её тронуло то, что он так заботится о ней. Он был таким внимательным и таким же счастливым, как и она. Она пропустила ужин тем вечером, и ей просто нужно было хоть что-то съесть, чтобы продержаться ещё пару часов перед сном. Еда в парке была порцией, которой бы хватило на целую стаю драконов, не говоря уже об одном человеке. Поднимаясь по лестнице на палубу, она всё ближе и ближе приближалась к кухне, а во рту у неё уже текли слюнки при мысли о чём-нибудь сладком, что можно было бы съесть.       Как только она достигла двери на вершине лестницы и уже собиралась сжать дверную ручку в тисках своей хватки, дверь распахнулась без её участия и оттолкнула её назад, прямо к перилам справа. Ния шагнула вперёд, готовая дать отпор тому, кто оказался на другом конце коридора и сбил её с ног в тот момент, когда она была так голодна. От падения с лестницы её удержала крепкая рука, схватившая за предплечье и притянувшая к себе. Ния дрожала, но не от страха, а от тихого, глухого раздражения, когда обхватила его за талию, чтобы удержаться на ногах. Однако это чувство утихло, стоило ей сделать глубокий вдох — она уловила знакомый сладкий аромат, а на её плече начали покалывать крошки.       Она догадалась, что это был Коул, ещё до того, как он заговорил.       — Ния? Ты в порядке? Прости.       Она покачала головой и начала выпрямляться.       — Всё нормально, Коул. Всё в порядке.       Ния всё ещё держала его за ткань и попыталась медленно отстраниться, но вдруг замерла, оглядывая его с ног до головы. Вместо пижамы, в которой она привыкла его видеть ночью, на нём были мешковатые спортивные штаны. Заметив это, она прищурилась.       — Что это за наряд? Обычно это я сижу за работой, жгу полуночное масло и всё такое, но ты куда собрался?       Коул медленно отступил в сторону коридора, стряхивая крошки с толстовки и освобождаясь от её хватки.       — Мне нужно… Мне нужно побыть одному.       — Я не видела тебя весь день. — Она обратила внимание на крошки и, сделав шаг вперёд, принялась медленно, по одной, стряхивать их с его толстовки. — Вижу, пошёл перекусить.       — Да. Это, э-э, заставляет меня чувствовать себя лучше, — неуверенно произнёс Коул. С каждой стряхнутой крошкой он начинал постепенно отступать вниз, но не отходил от неё настолько далеко, чтобы не позволить ей продолжить убирать остатки его десерта.       — Чувствовать себя лучше, а? Ты в порядке? Хочешь обсудить это во время тренировки? Мы можем протестировать новые манекены, которые Джей смастерил на палубе. Пригласим его посмотреть, как они работают?       Коул начал запинаться и быстрее вытирать крошки с толстовки, а когда закончил, скрестил руки на груди. Все крошки исчезли, когда он ответил ей двумя ступеньками ниже.       — Нет. То есть… да. То есть, я в порядке. Просто иду вниз спать, — он прочистил горло и поднёс кулак к лицу, чтобы заглушить кашель. — Ты, э-э, ещё не тестировала их с ним?       Ния сунула руку в карман и ухватилась за перила, чтобы сохранить равновесие.       — Нет. Мне пришлось заняться ремонтом реактивного ранца моего робота, — она раздражённо вздохнула и отвела взгляд. — Его разбили, когда Пайтор и его приспешники пытались заполучить Острозуб.       Ния улыбнулась своим воспоминаниям о катании на американских горках.       — Но, по крайней мере, это привело к чему-то хорошему сегодня.       — К чему?       — Джей и его Истинный потенциал… и то, что благодаря этому я теперь его девушка, — сказала Ния, смущённо пожимая плечами и игриво теребя перила правой рукой. Когда их взгляды встретились, она заметила, что его глаза слегка расширились.       Коул на мгновение опустил взгляд в никуда, а затем снова посмотрел на неё.       — Ну что ж… Хех. Это было быстро.       — Думаю, мы оба немного торопимся, но мы уже давно испытываем друг к другу такие чувства. Уверена, ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой.       — Да. Ещё бы, я знаю. — Он вытер руки о штаны и едва заметно улыбнулся. — И подумать только, что ты всё это время была частью его Истинного потенциала?       Коул замолчал на мгновение.       — Он, э-э… он действительно счастливчик.       — Ты скоро найдёшь его. Ты же знаешь.       — Найду что? — спросил Коул, и она оценила его ответ как наполовину любопытный, наполовину раздражённый. Странно. Ния была искренне озадачена.       — Свой Истинный потенциал. Только пообещай, что не станешь таким же, как Кай.       — Озлобленным и отчаявшимся? Я? Никогда, — сказал Коул с лёгкой натянутостью в голосе.       Ния тихо рассмеялась над его замечанием. Кай в последнее время ведёт себя очень похоже. В воздухе повисла тишина, но не из-за неловкости, а потому, что она считала, что больше не о чём говорить.       — Ладно, Коул. Пойду подышу свежим воздухом, перекушу что-нибудь.       Коул неловко двинулся дальше, к низу лестницы, его рука то сжимала перила, то скользила по ним справа.       — Конечно. Увидимся.       Затем в спешке, как показалось Нии, развернулся и быстрым шагом направился вниз по лестнице и в коридор.       Она тоже начала поворачиваться, открывая дверь наружу на верхней площадке лестницы. Ния повернула голову через плечо, её рука промахнулась мимо дверной ручки. Она скрестила руки за спиной и облокотилась на дверь, мягко окликнув его:       — Эй… Коул?       Он остановился у подножия лестницы, в коридоре.       — Да? — спросил Коул, его взгляд был полон надежды.       — Есть предложения?       Эта надежда растаяла, когда он предложил свой вариант.       — Торт — лучший выбор, но, конечно, это всегда мой ответ.       Затем Коул отошёл назад и исчез из поля её зрения.       Как только он ушёл, Ния открыла дверь и прошла на кухню, где неожиданно для себя застала Кая. Она засомневалась, стоит ли ей вообще сюда идти, или лучше просто вернуться к работе. Он был один в комнате, а остальные ребята, включая её нового парня, ушли. И, судя по поведению Коула, он хотел снова оказаться как можно дальше от всех. Ния оглянулась на дверь лестничного пролёта, собираясь повернуть в другую сторону, но её желудок заурчал, требуя внимания, и она прошла вперёд.       Она помахала Каю в дверях и направилась к холодильнику.       — Привет, Кай.       — Привет, сестрица!       — Что делаешь?       — Хотел перекусить и поиграть во что-нибудь перед сном.       — Я тоже. А где остальные? Они ничего не говорили мне, когда я ушла к себе. Они тебя ждут? — спросила Ния, прислонившись к дверце холодильника.       — Джей и Зейн уже легли спать. Думаю, у всех нас был долгий день, — ответил Кай, полностью погрузившись в холодильник и копаясь в нём.       — Да уж, не спорю.       Задумавшись об этом на мгновение, Ния почувствовала, что её веки действительно отяжелели, но она решила не обращать на это внимания.       Кай передал ей кусок торта из холодильника, и Ния на мгновение просто смотрела на него. Она подумала о Коуле, взволнованном и отстранённом наверху лестницы.       — Кай?       — Да?       — Ты не замечал, что Коул ведёт себя странно? С ним сегодня что-то случилось? Я только что встретила его в коридоре, и он показался мне немного отстранённым. Ну, ещё более отстранённым и замкнутым, чем обычно.       Она откусила кусочек и, смакуя его, тут же замурлыкала от удовольствия. Коул снова оказался прав.       — Не совсем. — Кай взял кусочек торта для себя и откусил, продолжая говорить с набитым ртом: — Он всегда тренировался, когда был в напряжении, подальше от всех остальных. Коул часто так делал ещё до того, как ты к нам присоединилась.       Когда Ния отошла, Кай закрыл дверцу холодильника и, проглотив кусок, продолжил:       — Обычно Коула заботило только выполнение задания. Он же у нас фактический лидер. Но я бы хотел, чтобы мы пришли за вами чуть раньше. Кажется, вам нужна была помощь не меньше, чем нам. Он сосредоточился на Острозубе и больше ни на чём. На неудачу, думаю, он сегодня не рассчитывал.       — Почему вы не вернулись за нами после того, как нашли и потеряли Острозуб?       Ния подняла кусочек торта к губам, собираясь откусить.       — О, это была идея Коула.       Она почти полностью забыла о десерте.       — Что?       — Ага. Коул просто сказал: «Давайте просто оставим этих двух влюблённых пташек в покое», — ответил Кай, цитируя слова Коула, невероятно похожие на то, как они всегда звучали.       Он повторил действия Коула, и она с удивлением обнаружила, что он скопировал то, что Коул всегда делал, когда был недоволен своими поступками: говорил низким, похожим на скрежет голосом, недовольно морща переносицу.       — После этого он особо ничего не говорил.       — Неужели он… действительно так сказал?       — Я довольно хорош, да. Читаю его, как открытую книгу.       — Точно, — саркастически согласилась она, как и подобает младшей сестре. Ния не хотела снова лезть не в своё дело, ей просто хотелось доесть перекус и уйти. Отвлечься. Вернуться к некоему подобию безопасной и нормальной жизни. Она зевнула, и теперь скрыть усталость от брата уже не получилось.       — Ты, наверное, устала. Сестрёнка, отдохни, ты слишком много работаешь. Сколько ты уже не спишь?       — Не убивай меня и не начинай вести себя слишком заботливо, но… с пяти утра? — Кай поморщился и попытался заговорить прежде, чем она закончила. — Ну, кто-то же должен был рассказать вам всё об этих змеях и спасти ваши задницы.       — Ну, похоже, спасать пришлось Джею, — сказал он, набивая рот последним кусочком торта и ухмыляясь во время жевания.       Ния мечтательно вздохнула, но тут же спохватилась, поймав на себе его взгляд.       — Что?       Она поднесла торт к лицу, надеясь избежать этой части разговора.       — Так, эм… — Кай замялся, подошёл ближе и посмотрел ей прямо в глаза. — Кто для тебя Джей?       — Ну, мы встречаемся.       Он скрестил руки на груди и хмыкнул, отводя взгляд, явно сдаваясь.       — Правда? Так быстро?       Точно так же сказал Коул.       — Мы — единственные люди, которые нас интересуют. Я уже давно это чувствую.       После этого Кай бросил на неё взгляд, который буквально кричал о «чрезмерно заботливом брате». Это был один из тех взглядов, с которыми она была слишком хорошо знакома.       — Зачем ходить вокруг да около, если мы оба этого хотим?       Кай напрягся и прислонился к закрытому холодильнику.       — Я просто… — он вздохнул. — Хотел убедиться, что ты знаешь, что делаешь.       — Я могу сама о себе позаботиться, знаешь ли, — сказала она, доедая ночной перекус.       — Знаю, знаю. Но я не об этом.       Она должна была спросить его. Прояснить ситуацию.       — Он тебе не нравится, да?       — Пф-ф. Я никогда… не говорил этого, — с лёгким смешком произнёс Кай, защищаясь и поднимая руки, будто его поймали на каком-то преступлении.       — То есть тот розыгрыш, что ты устроил ему сегодня утром, и твои слова о том, что мне стоит быть с ним осторожнее, — это просто смеха ради? Это не так уж и смешно.       — Ну… Он не всегда был моим… любимым человеком в комнате. И я знаю его дольше, чем ты.       — Ты знаешь его столько же, сколько и я. Что в нём такого плохого, кроме того, что тебе не нравится, что он слишком много болтает?       — Буквально первое, что он сказал, когда узнал, что мы спасаем тебя, было: «Подожди. Мы спасаем девушку? Она горячая?» и «Ей нравится синий цвет?» — Кай указал на себя, изображая, что Джей мог бы решить, что она любит синий, просто потому что сам его носит.       Она проигнорировала его пренебрежение.       — Это не делает его таким уж ужасным человеком, из-за которого мы с тобой не можем найти в нём что-то хорошее. Он милый, он забавный, он добр ко мне, и он мне нравится. Ты мало что можешь сделать, чтобы переубедить меня.       — Я просто говорю, чтобы ты была осторожна. Он был резок с Самураем Икс как никто другой, до того как стало известно, что именно ты им и являешься. Я знаю, что ты можешь «постоять за себя», а он нашёл свой Истинный потенциал с тобой и в ваших отношениях или что-то типа того… — Кай оторвался от двери холодильника и положил руку ей на плечо, пристально глядя в глаза, чтобы донести свою мысль. — Я был в таких отношениях, как эти, больше, чем ты, и по моему опыту, те, в которых говорят слишком много комплиментов, всегда имеют гораздо меньше смысла. Я твой брат, и я знаю, что раздражаю тебя, но я действительно хочу для тебя только лучшего.       — Я знаю. Не сомневаюсь в этом.       Молчание. Пристальные взгляды. Ния отстранилась, убрав его руку со своего плеча, и затем сказала:       — Что ж, если всё, что ты говоришь, правда, ты узнаешь об этом первым.       — И я буду рядом с тобой, когда это…       — Если.       — Если это произойдёт. Я буду рядом, если это произойдёт. — Кай кивнул, показывая, что понял. Она ответила ему тем же. Он двинулся прочь. — Я пойду в комнату с телевизором, немного расслаблюсь. Не присоединишься?       Она задумалась на мгновение, прежде чем почувствовала, что веки сами собой закрывают глаза.       — Нет, я пойду спать. Ты прав, я слишком долго не спала. Спокойной ночи, Кай. Увидимся завтра.       Она быстро вышла за дверь, не желая больше ничего слышать от брата. Спускаясь вниз по лестнице в коридор, ведущий к её комнате, Ния что-то тихо бурчала себе под нос. Чтобы быть осторожнее, чем в прошлый раз, когда она пыталась подняться по ступеням, она спускалась медленнее, чем обычно. Однако чем больше она думала о разговоре с Каем, тем меньше заботилась о том, насколько громко звучат её шаги. Как он смеет?       То, что заставило её остановиться на полпути вниз, было серией ворчаний, почти болезненных. Ния попыталась ускориться, но боялась того, что будет за лестницей, поэтому просто шла естественным шагом, пытаясь уловить источник звука впереди. Пригнувшись, она на цыпочках двинулась вперёд по деревянному полу, осторожная, словно мышь.       Чем ближе она подходила к следующей двери справа, завернув за угол, тем громче и всё более знакомым становились эти звуки. Это был Коул, и его сопровождал звук металла, тихо бьющегося о другой металл. Она продолжила идти к двери спортзала — звуки, подобные этим, часто доносились именно оттуда.       Мешковатая серая толстовка, покрывавшая его торс, тёмно-серого цвета, как она полагала, от пота, вызванного напряжённой работой, небрежно лежала на оборудовании в другом конце комнаты, как будто её бросили. Лёжа на полу, Коул с лёгкостью поднимал и опускал гигантскую штангу. Ния удивилась тому, каким расстроенным он выглядел, как сердито хмурил брови от напряжения.       Коул всегда носил одежду, которая на самом деле не подходила ему по размеру. Свободная пижамная рубашка, мешковатая толстовка с капюшоном, ги, которое никогда не обтягивало его слишком плотно, и такая же свободная толстовка, которая теперь валялась в другом конце комнаты. Когда всё это было снято с его торса, она увидела плоды его усилий по борьбе с постоянным потреблением сладостей и, как буднично выразился Кай, со стрессом.       При виде этого зрелища Ния сжала деревянную дверную раму в тисках, кончики пальцев впились в дерево. Жалость и укол незнакомого разочарования пронизывали её до костей, когда она смотрела, как он напрягается под тяжестью штанги. Словно по сигналу, Коул, установив её на стойку, сел и посмотрел в зеркало, висевшее в левой части комнаты.       Он слегка дрожал и тяжело дышал. Его грудь резко вздымалась и опускалась. Он запрокинул голову назад, чтобы убрать мокрые от пота волосы с лица, а затем обеими руками медленно откинул их ещё дальше, закидывая руки за голову и вытягиваясь всем телом. Закрыв глаза, он выдохнул с облегчением. Его плечи сдвинулись, и всё под ними пришло в движение, как вода, бегущая по камням.       Уставшие глаза Нии больше не хотели закрываться. Её руки ещё сильнее впились в дерево.       Коул опустил руки и начал развязывать ткань, обмотанную вокруг его ладоней. Его дрожь и прерывистое дыхание постепенно утихали, но ненадолго. Развязывая ткань, он вдруг остановился и посмотрел на себя. Ния видела в этом взгляде что-то болезненно далёкое, как будто он смотрел сквозь зеркало, куда-то за пределы корабля, в другой мир. После нескольких секунд нарастающего напряжения он разозлился на то, что увидел, разорвал ткань, которая была у него на руке, скомкал её в комок, а затем встал и швырнул его себе в лицо в зеркале.       Ния едва не ахнула, почти выдавая своё присутствие, но вовремя закрыла рот ладонью. Гнев на его лице постепенно угас, когда он понял, насколько бессмысленным был этот бросок. Он сел, удручённый, обхватил голову руками, затем сжал свои чёрные волосы в кулаках. С его губ сорвался тихий стон — жалкий, измученный, как у раненого зверя. Приглушённые всхлипывания Коула были единственным звуком в зале. Увидев это, Ния попятилась, каким-то образом понимая, что её присутствие не принесёт ему облегчения, и медленно направилась по коридору к своей комнате. Она ушла с тяжёлым чувством страха в сердце.       Похоже, ему действительно нужно побыть одному. Нам нужно найти его Истинный потенциал, и как можно скорее.

***

      На шестой день — день, который Ния наверняка запомнит надолго, — Коул наконец рассказал им о своём прошлом. Оказалось, что ей даже не пришлось стараться после того, что она увидела прошлой ночью. Сначала он рассказал об отце, затем об истории своей семьи, а потом о своей жизни до того, как попал в монастырь из-за печальных обстоятельств. Ния испытала огромное облегчение. Конечно, это был секрет, который они делили только друг с другом, но всё равно это было облегчением. Обещание есть обещание, и она хотела отплатить ему тем же.       Когда он закончил объяснение, никто из ребят не стал шутить или смеяться. Все они были согласны с планом, который Коул придумает, чтобы заполучить следующий Острозуб. Клинок, о котором шла речь, он узнал по нескольким фотографиям из своих фотоальбомов, которые показал остальным членам команды. Теперь он превратился в трофей, присвоенный всемирно известным исследователем «Великим Клатчем Пауэрсом». Человек, известный своими смелыми исследовательскими подвигами и бестселлерами о Ниндзяго. Победа в шоу «Таланты Ниндзяго» была единственным способом получить приз, к большому огорчению и волнению ребят, особенно Коула.       — Вот что мы сделаем. Зейн, Кай, нам нужно полностью ознакомиться с историей «Талантов Ниндзяго». Я присоединюсь к вам, а обо всём, чего мы не знаем, мы спросим у папы, когда приедем, — сказал Коул команде, взяв на себя руководство собранием во главе стола. Он очень серьёзно относился к своей сегодняшней роли.       Зейн и Кай одобрительно кивнули ему.       — Джей, мне нужно, чтобы ты приготовил коммуникатор, чтобы мы могли следить за кораблём, пока будем в городе, — сказал Коул, глядя в их с Джеем сторону на другом конце стола. — Ладно. А теперь, Ния. — Он посмотрел на неё. — Ты останешься здесь и попытаешься связаться с Ву, если или когда он вернётся.       — И это всё? Я ничем не могу помочь тебе или Джею? — Она почувствовала руку Джея на своём плече, но это не успокоило её настолько, чтобы не возразить против плана Коула.       — Нет, Ния, дело не в этом. Я подумал о том, что ты ещё кое-что можешь сделать для нас, пока мы будем заниматься исследованиями. Мне нужно что-то, похожее на футляр для инструментов. Плоское, длинное и не вызывающее подозрений. Подозрения папы — это то, чего мы не хотим и не можем себе позволить.       — Я уверена, что смогу что-нибудь придумать. У меня есть немного металла, кожи и обрезков ткани. — Затем она спросила его с большой осторожностью: — Но, Коул, тебе не кажется, что прятать это оружие от твоего отца… немного чересчур?       — Нет, это необходимо. Мы должны держать их в безопасном месте, со мной и рядом с командой. Это также очень поможет скрыть их от глаз Гармадона, если он вернётся к нам без предупреждения.       Он переключил своё внимание на ребят.       — Нам нужно помешать Пайтору. Всё, что нам нужно, — это один клинок. Кай, Джей, Зейн, мы говорим с моим отцом об этом трофее, едем на соревнования, получаем его, а потом сбегаем.       — Но…       — Все готовы и поняли свои задачи?       Громкое «Да!» вразнобой от каждого ниндзя заставило Коула кивнуть и решительно ударить ладонью по столу.       — Отлично. Тогда за работу.       Коул вышел из комнаты, и толпа вокруг стола рассеялась, каждый направился в свою сторону. Джей позволил себе быстро обнять Нию сбоку, прежде чем уйти, оставив её за столом в полном одиночестве.

***

      После добрых трёх часов работы футляр для инструментов был готов. Ния была им очень довольна. Золотое оружие приносили по одному, чтобы не использовать их все сразу и не столкнуться с последствиями. Последнее существо, которое это сделало, исчезло, и она не собиралась рисковать. Она использовала множество ненужных петель от сломанных дверей, которые больше нельзя было починить, остатки кожи с сиденья Самурая Икс, а также мелкие детали, которые напоминали Коулу о доме и семье. Всё это он понесёт с собой, когда встретится с отцом после многих лет разлуки.       Она как можно дольше оттягивала момент, чтобы сказать ему, что всё готово. Мысль о том, что она сделала вещь, скрывающую его истинное «я» от собственного отца, пусть и по личным причинам, вызывала у неё глубокое беспокойство. Ей казалось, что все эти усилия, направленные на то, чтобы вытащить его из скорлупы, были напрасны. Но Острозуб — шанс спасти мир от Великого Поглотителя — был выше любых скрытых мотивов, поэтому она всё равно продолжала работать.       Почти через четыре часа она наконец решилась позвать Коула в свою комнату. Всё Золотое оружие было разложено на её кровати в ожидании его возвращения, чтобы вместе с ним проверить размеры перед отправкой на задание. Она нашла этот предлог, чтобы побыть с ним наедине перед его уходом. Последний шанс. Последняя попытка.       Коул быстрым шагом вошёл в комнату в мешковатой серой толстовке с капюшоном и джинсах, чтобы не замёрзнуть. Ния, вероятно, догадалась, что он просто хотел поскорее с этим покончить.       — Эй, Ния. Мы готовы к выходу. Так, это оно?       — Ага. Это оно.       — Выглядит отлично. — Он начал с Нунчаков Молнии, Сюрикенов Льда, затем Меча Огня и по очереди положил поместил их в углубления на тканевом покрывале. Коул издал довольный звук. — Да, похоже, всё идеально помещается. Спасибо.       — Отлично. Я надеялась, что это устроит тебя.       Коул повернулся и посмотрел ей в глаза с улыбкой, которую Ния давно не видела на его лице.       — Ну, у тебя глаз на детали, и, честно говоря, я знал, что ты никогда не подведёшь в таком деле.       — Приятно слышать.       Ния подумала о боли, которую увидела в тренажёрном зале, о боли в его глазах, когда Зейн раскрыл свой Истинный потенциал, и о том, как раздражённо он ушёл обратно на корабль в тот день у ворот парка развлечений. Она должна была что-то сказать. Пришло время сорвать пластырь с раны.       — Так… Ты ведь собираешься рассказать ему, да?       Его кривая улыбка медленно угасла, а взгляд переместился с неё куда-то вдаль.       — Нет.       — Почему?       — Есть вещи поважнее, чем мои… как ты их назвала? «Проблемы с отцом»? — Коул одновременно отвернулся и от неё, и от самого разговора. Он сказал это так язвительно, что Ния не могла не вспомнить их разговор возле Рокки. Она действительно так сказала… Как всё было просто, и как давно это казалось.       Ния попыталась оправдаться:       — Ты же знаешь, что я не имела в виду ничего такого.       Коул вздохнул, сдерживая что-то внутри, и склонился над чемоданом, который она сделала для миссии. Он положил обе руки на его верхнюю часть, готовясь закрыть.       — Знаю.       — Ты ведь понимаешь, что это может значить для тебя, правда, Коул? Это может быть тем самым, что поможет раскрыть твой Истинный потенциал.       Он вздохнул и остановился, чтобы положить в футляр последнее оружие стихий — свою Косу Землетрясений. Еще более раздражённым тоном Коул сказал:       — К сожалению, я прекрасно понимаю.       — Что тебя останавливает? Посмотри, что случилось с Зейном. Со мной и Джеем.       Он замер на мгновение, его спина напряглась, словно доска.       — Я просто… просто не могу, Ния.       — Почему? — Ния шагнула ближе, решив не давать ему простора для отступления, если он вдруг обернётся. — Это было так просто для Джея и Зейна! Для тебя это может быть так же, если ты хотя бы попробуешь.       — Я не могу! — закричал он, возвышаясь над ней. — Для меня это нечто большее! Дело не только в том, чтобы усвоить урок и не лгать тебе о себе, потому что—…       Ния была потрясена его криком и немного отступила от удивления. Заметив это, Коул замешкался и на мгновение задержал взгляд на её лице и широко раскрытых глазах. Он воздержался от того, чтобы повысить голос ещё громче, и продолжил более спокойно.       — Я… уже этого не делаю. И это далеко не так просто, как щелчок пальцами. Дело не только в том, чтобы рассказать ему, где я на самом деле был все эти годы. А это были годы, Ния. Годы плохих воспоминаний. Годы усталости и пустоты. Никакой цели. Но теперь она у меня есть. Это может спасти весь наш мир. Только поэтому я сегодня встречаюсь с отцом. Я расспрошу его о конкурсе, получу Острозуб, спасу всех и уберусь оттуда к чёртовой матери.       — Ты действительно веришь, что это и есть твоя истинная цель? Твой Истинный потенциал?       — Да. И это… — Ния была потрясена, заметив блеск слёз на его глазах, — это всё, на что мне остаётся надеяться.       Она не могла поверить, что услышала это из уст Коула.       — А теперь, если позволишь, Ния, нам нужно забрать кубок Клинка.       Он отвернулся, взял крышку кейса, в котором хранились все четыре вида оружия, захлопнул его и защёлкнул петли, чтобы надёжнее зафиксировать. Как только он это сделал, он прошёл мимо неё, даже не заметив её хмурого взгляда. Как будто её не существовало. Это разозлило её ещё больше.       — И ты действительно думаешь, что воровство — это всё, что тебе осталось? А как же всё то, что дал и чему научил тебя Ву? Всё, что привело тебя сюда? К нам?       — Всё это здесь, на корабле. И, Ния, мне больше нечего терять.       Коул держался за деревянный дверной косяк, отвечая ей тем же, что и раньше, затем вышел и захлопнул дверь.       Ния вспомнила, как в последний раз он вот так же стоял у её двери, давая совет, который помог ей начать жить иначе. И сразу же после того, как он отказался принять теперь её совет, Ния почувствовала себя в своей комнате более одинокой, чем когда-либо прежде.

***

      Как только команда покинула корабль, Ния попыталась найти на нём что-нибудь, что не вызвало бы у неё беспокойства.       Она знала, что у неё впереди ещё не один час, и, как только она пришвартовала корабль за пределами родного города Коула, Ния снова попыталась связаться с Ву. Вместо мелодичного старого голоса своего мастера она слышала только всё новые и новые помехи. После долгих попыток связаться она в конце концов не выдержала и сдалась.       Где бы он ни был, он, скорее всего, не вернётся, чтобы в ближайшее время поделиться мудростью или найти способ утешить Коула. Неудача была не тем вариантом, на который она рассчитывала или которого хотела, поэтому следующие два часа она не пыталась чинить связь и даже не возилась с роботом. Ей хотелось что-нибудь ударить. Потренироваться. Так что именно этим она и занялась.       Ния нашла утешение в вещах, которые действительно работали вокруг неё. Она сразу же почувствовала себя спокойнее под шум технологий Джея, которые он установил на корабле. Каждый из пяти манекенов, установленных на палубе, с жужжанием оживал по нажатию кнопки. Со щелчком и лёгким подпрыгиванием они поворачивались и поднимались из пола, вставая в боевые позиции. Я просто протестирую этих малышей на себе. Она встала в центр окруживших её механических противников и начала атаковать. Без колебаний, без пощады.       Ния перепрыгивала через мечи, проскальзывала под пиками и булавами. Она тренировалась с яростью, о существовании которой даже не подозревала. Манекены бросали в неё тренировочные снаряды, стараясь удержать её на расстоянии своими взмахами вверх и вниз. Она преодолевала препятствия с лёгкостью. Как будто это делала мышечная память. В голове промелькнула мысль о первой полосе препятствий в монастыре. Почти то же самое — переход от одного манекена к другому, но только без бонуса в виде балансирования на столбах, что придавало полосе агрессивный характер. Без них ей оставалось лишь снова и снова использовать уклонение, которому её научил Коул в ту самую первую ночь.       Она перепрыгивала через низкие качели и подныривала под высокие, как её учили. Несмотря на то, что качели подбрасывали её из стороны в сторону, это не представляло особого труда. После всей этой однообразности её охватила ярость. Ния кричала, но ни на кого конкретно. Ну… это была ложь. Мысли о её сожалениях и несбывшихся надеждах наслаивались друг на друга в её голове и перемешивались с её движениями внутри круга роботов.       Вместо того чтобы постоянно уворачиваться и петлять, Ния разрубала предметы, которые были сделаны так, чтобы не причинить ей реального вреда. Ей удалось по очереди обезвредить оружие каждого из манекенов. Один убрал меч, другой спрятал булаву за спину, а остальные последовали его примеру после её атак. Когда она закончила, сработал защитный механизм, и, как и было запрограммировано, они втянулись обратно в пол.       Ния осталась одна на теперь уже пустой палубе, с растрёпанными волосами, учащённым и тяжёлым дыханием, едва удерживаясь на согнутых коленях от оставшейся кинетической энергии. Дневной воздух гулко отдавался в ушах, когда она буквально и мысленно оказалась окружена пустотой и ничем. В ней закипал гнев по отношению к тому, что казалось призраками. Она отказывалась возвращаться в своё «счастливое место», игнорировала все усвоенные уроки, которые могли бы помочь ей обуздать этот гнев, и быстро перебирала возможные варианты.       Ния побежала, не пошла, чтобы собрать свой сломанный реактивный ранец для путешествия. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.       В конце концов, решение снова направить корабль в сторону Моря Песка оказалось лёгким, хоть и немного предсказуемым. Если она и могла найти что-то, что избавит её от боли, то только там, где ей было комфортнее всего и где её ничто не отвлекало. Пещера. Чтобы немного поработать.       Ния пришвартовала корабль в выбранном месте так, чтобы его не было видно, — в горном массиве за Пещерами Эхо. Она направилась ко входу под большим черепом, расположенным в конце грозного скелета, приютившегося между двумя скальными образованиями. Она нажала на кнопку с правой стороны, там, где раньше были рёбра, но перед этим посмотрела по сторонам. Всё было чисто, и череп приподнялся, приглашая её внутрь.       Первым местом, куда Ния направилась в пещере, был её костюм. Именно туда из недр корабля она принесла остатки того, что когда-то было реактивным ранцем её боевого робота. Её пугала мысль о том, что он может понадобиться в любую минуту, и она не собиралась рисковать. Она разложила все свои инструменты и принялась за работу.       То, что она искала, оказалось скрыто под металлическими гигантами, созданными её собственными руками, и это сработало. Ния провела часы, о которых нисколько не жалела, закручивая и настраивая гайки и винты, необходимые для завершения её проекта. Позже в тот же день, в середине работы над последними штрихами, Ния услышала звуковой сигнал коммуникатора на своём запястье и, нажав кнопку, ответила:       — Алло?       — Привет, Ния. Это Джей! Просто хотел узнать, как дела у моей замечательной девушки!       Она улыбнулась и мечтательно вздохнула при слове «девушка». Похоже, новизна первого парня ещё не потеряла своей прелести.       — У меня всё хорошо, просто вношу несколько изменений в свой костюм Самурая. Мне пришлось ещё немного починить реактивный ранец после всей этой передряги с серпентинами в парке развлечений «Мега Монстр».       — Ещё раз, прости за это, Ния.       — Всё уже в прошлом. — Ния пожала плечами и оторвалась от работы, которой занималась, прислонившись к задней части ног робота, сосредотачиваясь на разговоре. — Как там всё в родном городе Коула? Всё ли так, как ты от него ожидал?       — Танцы? Нет. Его отец и их отношения? Теперь всё более-менее становится понятным. Кажется, я узнал о нём больше, просто гуляя по его дому, чем если бы расспрашивал его напрямую.       — Правда? А что с его отцом? Коул уже рассказал ему правду?       — М-м… И да, и нет.       — Что значит «и да, и нет»?       — Он как бы придумывает всё на ходу. В основном он сказал правду. Он живёт с нами, получает информацию о конкурсе «Таланты Ниндзяго» и о том, как получить приз. Но до конца Коул ещё не дошёл.       — А вы не пытались достучаться до него?       — Насколько это было возможно. Но сейчас я не думаю, что что-то сможет его переубедить. Извини.       Ния вытерла выступивший на лбу пот.       — Наверное, ты прав, Джей. Я тоже пыталась с ним поговорить, прежде чем вы ушли. Я несколько недель пыталась убедить его сказать хоть что-нибудь.       — Подожди… — Он замолчал на линии на несколько секунд. — Ты знала об этом раньше? Почему ты не сказала нам?       Ния вздохнула и схватилась за прохладный металл ноги позади себя.       — Это была история, которую он сам должен был рассказать. Он… — Ния вздрогнула, покачала головой и не дала себе сказать ничего больше. Теперь всё это было в прошлом. — Он сделал бы то же самое для меня. В любом случае, суть в том, что Коул должен признаться в этом как можно скорее. Это может его сломать. Я просто не хочу, чтобы он пострадал.       Несколько мгновений Джей не отвечал ей, и Ния на секунду остановилась, прислушиваясь к фоновому шуму на его стороне коммуникатора.       — Джей? Джей?       Она прошла через всю комнату, подальше от робота, чтобы проверить, действительно ли сигнал на её запястье достаточно сильный, чтобы работать. Ния подумала о пропавшем Ву, вспомнила помехи, когда пыталась связаться с ним, и разозлилась, причём не только на себя — она ненавидела неудачи, а за этот день их было уже достаточно.       — Ну, Ния… — сказал Джей по коммуникатору после паузы, длившейся ещё несколько секунд. Его нерешительность не вселяла в неё никакой надежды. — Он кое-что сказал, но тут же замял, как только упомянул об этом.       Теперь она стояла посреди пещеры, окружённая машинами, которыми гордилась, но все они меркли в сравнении с одной-единственной мыслью.       — Расскажи. Что он сказал?       — Это было что-то про танцевальное движение. Тройной тигриный батман? Его отец сказал нам, что это было одно из самых сложных танцевальных движений в истории Ниндзяго. Коул сказал, что ему было семь лет и всё прошло не очень хорошо.       — Подробности? — тихо спросила она.       — Он сказал, что это было во время представления, он упал лицом вниз перед всеми и подвёл свой квартет. Похоже, он и его отец очень тяжело это восприняли.       Это бессмыслица. Не может быть, чтобы только какое-то танцевальные движения заставляло его держаться так отстранённо. Должно быть что-то ещё. Должно быть…       — Что-то ещё? Что было у него дома?       — Ну, здесь много трофеев и фотографий группы отца Коула «Королевские Кузнецы». Есть несколько, но не очень много фотографий Коула с отцом и его ма—…       Ния услышала приглушённый шум голосов, раздававшийся далеко от телефона, который он использовал для связи с ней.       — Уже иду, Коул! Я иду, — прокричал Джей издалека и затем продолжил на обычной громкости. — Прости, Ния. Мне нужно идти.       — Что? Почему? — Он не ответил ей. — Джей? Почему Коул зовёт тебя?       — У нас впереди всего несколько выступлений, и Коул хочет ещё немного порепетировать перед выходом на сцену. Прямой эфир и всё такое. Мы будем выступать под названием группы отца Коула: «Королевские Кузнецы».       — Прямой эфир? Когда, Джей? Когда?!       — Не переживай, скажу. Всё начнётся в четыре на девятом канале. Увидимся на той стороне, моя дорогая.       Она покраснела, но лишь на короткое мгновение. Лишь на мгновение.       — Хорошо, удачи. Я буду смотреть. Пока, — сказала она, вешая трубку.       Ния посмотрела на часы: было уже почти четыре. Она побежала обратно к своему роботу, собрала вещи и выскочила за дверь, чтобы вернуться на корабль. Она чувствовала, что ей понадобится место поудобнее для того, что случится дальше.

***

      Когда Ния вернулась на корабль, она начала лихорадочно переключать каналы, нажимая на кнопку так, будто ей нужно было срочно потушить пламя. Её не интересовали цифры на пульте, ей нужно было найти всего один канал, где показывали выступление. Когда ей наконец удалось отыскать нужную программу, она села на диван, едва на экране промелькнул первый кадр соревнования.       Это продолжалось всего несколько секунд, прежде чем канал переключился на серию неинтересных и нудных рекламных роликов. Ни один из них не был новым или интересным, и это заставило Нию нервно постукивать ногой. Она сидела на самом краю подушки, расставив ноги и наклонившись вперёд. Если бы это был любой другой день, когда она смотрела телевизор одна, то можно было бы подумать, что она полностью поглощена спортом или слезливой мелодрамой, которую ей нравилось смотреть в компании Джея.       Когда канал наконец решил возобновить показ шоу, на сцене зажглись огни: жонглёры допевали последние такты под бодрую песню. Женщина на сцене завершила номер сальто, подбрасывая три мяча в воздух и ловя их ногами       Для Нии, которая видела и делала так много тренировок, чтобы поддерживать своё тело в идеальной форме и побеждать любых злодеев, с которыми она могла бы столкнуться, это было невероятно впечатляюще. Она почувствовала, как пот струйкой стекает по лбу. Ния размышляла о том, что если бы кто-то другой мог выступить достаточно впечатляюще, чтобы победить ребят, у которых до сих пор не было опыта танцев в группе, кроме Коула, победить Пайтора и серпентинов было бы сложнее.       Если Коул действительно собирался украсть трофей и у них не получится, дело могло обернуться гораздо сложнее, чем ей хотелось бы. Она не хотела, чтобы он зашёл слишком далеко и в итоге потянул за собой команду. Ей снова захотелось ударить по чему-нибудь. Рука, которая не держала пульт, вцепилась в ткань дивана рядом с ней.       То, что Ния увидела дальше, заставило её чуть не разорвать шов, который она сжимала мёртвой хваткой. Камера показала нечто такое, что заставило её отшатнуться. Борода, которую он носил, ничего не скрывала и говорила обо всём. Даже клоун не смог бы так ловко провернуть этот трюк, но Ния всё равно испытывала страх. Это был Пайтор Пи Чамсворт во всей своей красе, и он поставил пятёрку за впечатляющее выступление, в то время как остальные поставили несколько солидных семерок. 18 баллов из 30 — это слишком мало. Даже для такого злодея, как Пайтор.       Ей казалось, что ожидание выступления «Королевских Кузнецов» длилось вечность. Выступления были более чем посредственными. Там были акробаты, певцы и танцоры, но, более того, средние оценки были правильными и даже лучше, чем она могла бы им дать. Особенно Пайтор, который никогда не ставил больше шести баллов. Но ни один из них не был так плох, как серпентины, которые поднялись на сцену. Сам вид их приводил её в ярость и заставлял скрежетать зубами от злости. Она пожалела, что её не было рядом, чтобы справиться с желанием встать и насмехаться, как безумная, и освистывать так называемых «Траблмейкеров».       Все они начали визгливо петь:

Мой яд покорит оке—…

      Ния поморщилась и тут же нажала кнопку отключения звука на пульте. Её палец всё ещё мягко вдавливался в резину, готовясь нажать ещё раз, когда мерзость для её ушей прекратится. Казалось бы, серпентины в своей отчаянной попытке могли бы хотя бы попытаться получше? Да?       Когда всё закончилось, камера переключилась на судей, и она снова мягко нажала на резиновую кнопку. Невозможно было ошибиться, кто поставил 10 баллов этому ужасному выступлению — не кто иной, как высокий фиолетовый громила, возвышавшийся над остальными судьями. Великий Анакондрай с десяткой на карточке в руках радостно повернулся к камере. Шестёрки, которые были у судей, перевернулись в девятки, а генерал змей свирепо ухмыльнулся в их сторону.       28 баллов из 30. Самый высокий результат за вечер.       Даже если бы Коул передумал сбегать, с Пайтором у них не было бы ни единого шанса, как бы хорошо ни танцевал Коул или другие ниндзя.       Она рассеянно постукивала по пульту, и её мучительные мысли немного улеглись, когда на экране снова появился диктор — мужчина с копной светлых волос, рассыпавшихся по лицу. Он был одет в ослепительный костюм, его невероятно гладкая кожа и блестящие глаза были его самыми характерными чертами — преимущество знаменитости, как она догадалась, — и начал торжественно объявлять следующий номер.       — Наш следующий номер, который выйдет на сцену сегодня вечером, последний, но не менее важный, «Королевски-и-и-ие-е Кузне-е-е-е… — диктор схватился за ухо, услышав что-то из другого места. — Э-э, минутку. Произошла замена. Мы приглашаем на нашу сцену «Гармонию Кружитцу»!       Ния не могла в это поверить. Что-то должно было измениться. «Королевские Кузнецы» превратились в «Гармонию Кружитцу»? Это название связано не только с новой жизнью Коула, но и с жизнью, которую он теперь делил со своими братьями по кружитцу. Что это было — её совет, приход Коула в себя или то, что случилось с ним и его отцом? Что бы это ни было, оно сработало. Ния вскочила со своего места, как лань в свете фар, широко раскрытыми глазами прильнув к экрану.       Она начала шептать, будто самой себе, повторяя снова и снова, умоляя вселенную показать их всех.       Давайте, ребята… выходите… ты можешь сделать это, Коул… ты можешь сделать это.       Камера по-прежнему показывала на экране пустую сцену. Ничего не происходило. Пайтор, сидевший за судейским столом, широко улыбался, сверкая белыми клыками в свете прожекторов. После долгих двух минут ожидания это наконец произошло. Диктор во всём своём великолепии снова вышел на сцену.       — Приветствуем «Гармонию Кружитцу»!       По-прежнему ничего. Ния наклонилась ещё ближе к краю дивана, её пальцы сжали ткань, почти вминая подушку.       — Ну же… Ну же, ребята… Ну же, Коул… Где же вы?       Камеры показали, как фальшивый судья с пурпурной чешуёй повернулся к остальным за столом, заговорил без микрофона, встал и направился куда-то в другое место. Ния могла только догадываться, не отправился ли он за Кубком Клинка, чтобы отправить за ним свою змеиную армию. Время для Нии замедлилось, пульт от телевизора дрожал в её руке, когда она сжимала его в гневе. Она начала терять терпение. Достаточно было того, что у него есть Ллойд и один из Острозубов.       Затем быстро, как удар хлыста, снова появился диктор, держащий в ухе наушник и произносящий в очередной раз с пышным торжеством.       — Дамы и господа! «Гармония Кружитцу»!       И тут же любимая песня ребят, «The Weekend Whip», зазвучала из динамиков, и один за другим все ниндзя вышли на сцену и повернулись к зрителям, как по команде, попав в лучи прожекторов. Это было поразительно. Каждый из них занял свою позицию в хореографии, изображая свои собственные торнадо кружитцу. У Кая — потрясающий красный, у Джея и Зейна — блестящий, соответственно, синий и белый, а у Коула — тёмно-коричневый с лёгкими искорками оранжевого.       Ния не могла поверить своим глазам. Вся команда двигалась в полной синхронности, и хотя у каждого были свои уникальные движения, их стили, подобно им самим, идеально сочетались между собой и с музыкой. Они выкладывались на полную, и Ния почувствовала, как её сердце наполняется гордостью. Она с тоской подумала: «Если бы только Мастер Ву мог видеть их сейчас».       Её радость начала угасать при виде серпентинов, ворвавшихся на сцену и шипящих от злости и мести. Ния в ярости выпустила пульт, который упал на пол. Она сжала руки в кулаки, кончики пальцев вдавились в ладони. Она выкрикивала имена ниндзя, наблюдая за тем, как им удаётся победить хулиганов, танцуя и дуэлируя с этими змеями на сцене. Огни танцевали вместе с ними. Каждый их удар, каждый пинок она повторяла в воздухе, словно сражалась вместе с ними, в восторге и возбуждении вскрикивая на телевизор.       Какое-то время она не сводила глаз с Джея, даже не подозревая, что он способен на такие вещи, но всё изменилось, когда камера начала следовать за Коулом, несущимся со всей скоростью вперёд на трех Констриктаев, стремительно приближающихся к нему.       Ния затаила дыхание. Он приготовился перепрыгнуть через первого, но не успел, так как наступил ему на голову ногой. Воспользовавшись импульсом, Коул сделал кувырок вперёд, и его кулак столкнулся с головой второго. В завершение он снова сделал кувырок вперёд, ударив головой третью змею, и Ния уже была в шоке, когда Коул приземлился в финальной позе.       Он не только позировал перед камерой, но и смотрел прямо в объектив. Было невероятно непривычно видеть его таким уверенным в себе, и эта уверенность выглядела так же искренне, как и его взгляд. Его улыбка была скрыта маской ниндзя, но её было ясно видно через окна его души.       Подождите. Что это?       Он издал низкий, почти звериный рык, похожий на тигриный, и протянул руку к аудитории, кокетливо изогнув левую бровь. Знакомый жар окрасил щёки Нии. Влажно. Магма после землетрясения.       — У него получилось! Тройной тигриный батман! Он сделал невозможное! — закричал диктор, выходя на сцену и полностью останавливая выступление.       — Он сделал это! Он сделал это! Ура!!!       Ния так громко вскрикнула в пустой комнате, что сама удивилась, как корабль не зашатался, а деревянный пол не дал трещину под её прыжками. Она затряслась от восторга, когда камера запечатлела всех четверых ниндзя на экране. Кай крепко обнял Коула и прижался к его груди, Зейн выглядел невероятно гордым, а Джей толкнул его локтем и подмигнул.       Ямочки на её лице были так хорошо заметны, что выражали полное восхищение, но это всё исчезло, когда камера снова переключилась на стол судьи. В этот момент Ния в безумном исступлении упала на колени и вцепилась в стенки телевизора.       Подождите! Нет-нет-нет-нет-нет. Нет!       Она увидела две карты с десяткой в руках других судей, и Пайтор, великий генерал Анакондрай, с которого в этот момент исчезла его угрожающая ухмылка, поставил ноль.       «Ноль! Неприемлемо», — подумала Ния, когда телевизор снова задрожал под её руками.       Когда она почти ослепла от ярости, вызванной происходящим, из горла Анакондрая высунулась рука, да, рука с ручкой. Она нарисовала единицу перед нулём. Чтобы убедиться, что ей это не померещилось, Ния отпустила обе стороны телевизора и потёрла глаза. Идеальная цифра 30. Всё было готово, и она испустила измученный вздох с плотно сжатыми губами, закрытыми глазами, прижавшись лбом к холодному экрану. Затем Ния встала и направила корабль прочь от своей пещеры, в сторону гор родного города Коула.

***

      Она получила сообщение по коммуникатору на своём запястье, что они вернутся на корабль ближе к концу дня. Ния знала о присутствии всех, кто находился под палубой, находясь в корпусе корабля, и рёв золотого глайдера Зейна, предположительно поднимавшего остальных ниндзя на палубу. Она всё ещё работала над своим проектом по исправлению систем управления роботом. Почти готовая убрать его на ночь, Ния была слишком занята, взбегая по ступенькам снизу, чтобы присоединиться к празднованию.       Ния слышала, как они поднимаются по ступенькам, ведущим в рубку, где находился штурвал, и поднялась на второй этаж, чтобы встретить их. Обойдя нос корабля с нижней палубы, она поднялась по лестнице на балкон и увидела спину Зейна в белой толстовке с капюшоном, когда он проходил через дверь. Подойдя ближе и заглянув в комнату, чтобы поприветствовать ребят, она насчитала только троих из четырёх, которые что-то бормотали себе под нос и оглядывались по сторонам. Кай нёс чемодан, который она приготовила для Коула в дорогу.       Охваченная любопытством, Ния обернулась и, подойдя к перилам балкона, тихо отступила назад, чтобы безошибочно разглядеть силуэт Коула. Его руки были скрещены на груди, ладони свисали с борта корабля, волосы свободно падали на глаза от лёгкого ветерка, и на нём всё ещё была та одежда, в которой она видела его в последний раз: мешковатая чёрная толстовка и джинсы. Она не знала, сколько прошло часов, но была удивлена, увидев перед собой заходящее солнце, которое придавало ему новое сияние и умиротворённое выражение на лице. Она уже дважды видела это лицо раньше. Это означало только одно. Я была права. Ния начала медленно спускаться по ступенькам, чтобы поприветствовать его.       — Ния?! Ты здесь? — услышала она за спиной голос Джея.       Вздрогнув от неожиданности, она оглянулась и, повернувшись к команде, поприветствовала их:       — Привет, ребята!       — Привет, Ния. Мы искали тебя. Думали, ты будешь ждать нас здесь. — Кай положил чемодан с оружием на стол, и все собрались в центре комнаты. Он поставил чемодан на стол с недовольным стуком — Кай явно устал и был чем-то расстроен.       — Привет! — сказал Зейн, поднимая руку в приветственном жесте.       — Поздравляю с победой, «Гармония Кружитцу»! — Ния оглядела комнату, заметив отсутствие того, ради чего они приехали в родной город Коула. — Где Острозуб? Разве вы не получили трофей? Вы же выиграли, почему его здесь нет?       В ответ они неловко переглянулись, а Джей и Кай смущённо потерли руки.       — Когда мы выходили и встречали отца Коула за кулисами после выступления, чтобы Коул извинился, Пайтор и серпентины, поглощённые жаждой мести, одержали над нами верх, — ответил за них на её вопрос Зейн.       — Коул извинился перед своим отцом? Это здорово! Что ещё произошло?       Ния почувствовала, что Джей воодушевился рассказом о краже клинка, и он заговорил, чтобы прервать Зейна и продолжить самому:       — Они извинились друг перед другом, и Пайтор с другого конца зала послал двух Констриктаев за Коулом и мистером Брукстоуном, а затем — бум! — и ящики, стоявшие рядом с перилами, разлетелись в стороны, а затем с потолка посыпались все сценические прожекторы и чуть не раздавили их обоих.       — Коул успел добраться до отца до того, как всё обрушилось, а когда пыль рассеялась, Пайтор исчез, — сказал Кай.       — С ними обоими всё в порядке? — спросила Ния, искренне напуганная и несколько шокированная перспективой того, что все придут на корабль в хорошем настроении после таких ужасных событий. — Так вот почему Коул там один? Но он не выглядел расстроенным.       — Коул обнаружил свой Истинный потенциал. Он стал совершенно неуязвимым, и весь ряд огней был поднят им и отброшен в сторону, как будто они ничего не весили. Ты была права, Ния. Его отношения с отцом. Это был ключ, то, что ему было нужно, чтобы достичь этого.       После слов Кая, произнесённых им почти поверженным тоном, и всех его действий с тех пор, как она вошла в дверь, внутри Нии что-то щёлкнуло, словно она соединила последний кусочек пазла.       — Кай, я знаю, ты хочешь стать этим «Легендарным Зелёным Ниндзя», который, как говорят, «победит Лорда Тьмы и принесёт мир в королевство»… Но после всего, что случилось с Сэнсэем и его братом, мне даже немного жаль его.       — Как мило, Ния, — усмехнулся Кай саркастически, в его голосе проскользнула злость, — но когда я увижу его в следующий раз, будь то пророчество или нет, он получит хорошую взбучку. Никто не может похищать мою сестру и оставаться безнаказанным.       Она сделала себе пометку спросить его об этом позже…       — Что ж, я рада, что ничего не случилось. Я рада, что вы все в безопасности и что Пайтор не стал задерживаться, чтобы сделать что-нибудь ещё, — сказала Ния.       — После новых способностей Коула и нашего великолепного выступления неудивительно, что они не вернулись и не довели дело до конца, — сказал ей Джей, подходя к ней и гордо выпячивая грудь, как павлин.       — То, что вы все сделали, было потрясающе, я такого от вас не ожидала.       — Спасибо, моя дорогая, — сказал Джей, наклоняясь, чтобы чмокнуть её в щёку. — Но на самом деле ты должна поздравлять Коула.       Кай со вздохом присоединился к комплиментам Джея и почесал в затылке.       — Если бы он не исполнил этот тройной тигриный батман и не набрал больше очков, у нас бы вообще ничего не получилось.       — И, как он и говорил, всё, что нам нужно, — это всего лишь один клинок. Тогда Пайтор будет бессилен, а Поглотитель никогда не будет освобождён, — добавил Зейн.       — Надеюсь, мы сможем. Мы даже не знаем, где искать третий или четвёртый, а если Пайтор был там в то же время, что и мы, то у него должны быть способы найти их обоих, — с надеждой ответила Ния.       — Есть какие-нибудь новости от Ву, Ния? — спросил Кай, встревая в разговор и полностью его игнорируя.       — К сожалению, нет. Сегодня на корабле было тихо. Я пыталась связаться с ним, но всё, что я услышала, — это помехи. Может быть, получится завтра.       — Если там всё ещё будут помехи, то, уверен, я смогу как-нибудь исправить их. Хочешь, займёмся этим вместе? — предложил Джей.       — Хорошо. Тогда сразу после того, как я закончу с реактивным ранцем моего костюма.       — Отлично. Я займусь кое-чем сейчас, а потом посмотрим вечером перед ужином. Зейн? Ты всё ещё готовишь?       — Если вы всё ещё хотите, чтобы я это сделал, тогда решено. Не думаю, что Коул будет против.       — Я уверен, что он съест любую еду, которую ты ему дашь, Зейн, — со смехом сказал Кай. — Я собираюсь немного отдохнуть в комнате с телевизором. У меня просто ноги отваливаются, я не знаю, как Коул справлялся с этим столько лет. Джей, ты идёшь?       — Я возьму инструменты и займусь сигналом. Увидимся позже, я скажу вам, если будут какие-то успехи.       — Хорошо, Джей, — ответила Ния и отослала его восвояси, а Джей и Зейн пошли через коридор в противоположную сторону.       Она похлопала Кая по плечу и отвела его обратно в комнату.       — Кай, подождёшь секунду? Мне нужно с тобой поговорить.       — Конечно, сестрица, что такое? — он облокотился на ближайший край стола, скрывая свой явный гнев и кипящую зависть.       — Со мной всё в порядке, а вот с тобой что-то не так. Поговорим?       Кай встал и выпрямился, сжав руки в кулаки ниже пояса. В данный момент ему не удавалось спрятать их за спину.       — Это из-за того, что ты сказал мне недавно? Из-за Гармадона?       — Я просто хочу, чтобы все знали, с кем имеют дело. Я стал ниндзя, чтобы защищать тебя, но в последнее время я как-то не очень-то и защищал.       — Я уже давно не нуждаюсь в защите. Ты же видел, как-то большое ведро с болтами носилось по Ниндзяго и надирало серпентинам хвосты. Кай, это была я, ты же знаешь.       Он не очень хорошо воспринял шутку.       — Пайтор и серпентины схватили тебя, а меня не было рядом. Ллойд всё ещё в плену, Ву находится неизвестно где, Пайтор и эти змеи на свободе, а Гармадон исчез. Я не могу избавиться от ощущения, что, не знаю, всё, что я делаю, просто бесполезно.       — Кай, мы всё ещё здесь. Ты видел Коула, Джея и Зейна, то, как они пребывают в мире с самими собой, их лица и тот истинный покой, который приходит вместе с этим; их потенциал. Может быть, Зелёный Ниндзя — это не то, чем тебе суждено стать.       — Ния, я последний оставшийся. Так что я стану Зелёным Ниндзя. Это моя судьба. Я это чувствую. Это буду я. Я тебе обещаю.       — Ты правда не собираешься сдаваться, да?       — Да. — Кай вздохнул, готовясь к монологу, который, как знала Ния, становился всё более неизбежным. — Сегодня я видел, как сильно изменился Коул. Он столкнулся с тем, что держал в себе так долго — со своей яростью, гневом. Я чувствовал это столько раз, что не счесть, думая о том, как уберечь тебя. Быть братом, нет, защитником, которым я мог бы стать, если бы мне дали шанс. Я знаю, что быть Зелёным Ниндзя — это мой шанс.       — Ладно, Кай. Хорошо. — Она смотрела, как он собирается уходить, но решила немного развеять тревогу, которую вызвала у неё его речь. — Кстати, а с Коулом точно всё в порядке после всего этого? Я немного волновалась после разговора с ним. У меня было нехорошее предчувствие перед вашим уходом.       — Может, тебе стоит поговорить с ним? — предложил он, отступая к задней двери с лёгкой улыбкой. — Думаю, тебе будет полезно побыть рядом с ним, когда он стал немного счастливее. Может, он даже покажет тебе парочку своих новых движений?       Кай вышел из рубки управления с понимающей улыбкой и, пройдя через арку двери, щёлкнул пальцами, прежде чем улыбка исчезла с его лица.       Ние захотелось немного посидеть за столом, размышляя над эмоциональным потрясением этой недели, которое терзало её сердце. Она почти подтянула стул и сделала это, обхватив голову руками и глубоко дыша. Гнев, разочарование и поиск ответов друг в друге были ничем иным, как утомительными, но Ния пошла вперёд, не сводя глаз с двери, которая вела к Коулу снаружи.       Выйдя в сумерки, она обнаружила его там, где и видела в прошлый раз. Он был всё так же спокоен, его руки по-прежнему свисали через край корабля, а волосы слегка развевались на ветру. Ния хотела многого, всего того, что, по ее мнению, было полезно для её души. Ещё одно извинение, может быть, даже объятий, но это она могла получить от любого другого человека на корабле. В тот момент ей больше всего хотелось просто прыгнуть вниз по лестнице и получить ещё что-нибудь хорошее.       Ей было интересно узнать о сегодняшних событиях, и после недели, которая, как она знала, была тяжёлой для всех, она хотела знать правду. Она собиралась вытянуть её из него. Несмотря ни на что.