Фальшивые бездельники

— Эй, Цзе-гэ! Отправившись ранним утром в столовую, Вань Да увидел Шэнь Цзе, поднимающегося по лестнице и держащего в руке пакетик со стаканом соевого молока и баоцзы. Впервые эти двое встретились в экзаменационной аудитории, где сдружились благодаря сверке своих ответов. Хоть общались они не так уж и часто, каждая их встреча сопровождалась ощущением необъяснимой родственной связи. — Всезнайка? — услышав чужой голос, поднимающийся на третий этаж Шэнь Цзе остановился. — А чего это ты в общаге? К Чжао-гэ идёшь? — Угу. Припомнив, как учителя обычно взрываются от злости из-за отсутствия Хэ Чжао на утренних уроках, Вань Да с пониманием заметил: — Чжао-гэ попросил разбудить его? Насколько помню, ему тяжело просыпаться по утрам. — Товарищ Всезнайка, за кого ты его принимаешь? По-твоему он похож на человека, который будет просить других проделать весь путь до его комнаты, только чтобы он на уроки не опоздал? Ты слишком высокого о нём мнения. — Да уж... — Кстати, ваш новый классный... довольно неплохой. — Учитель Тан? — Да, точно, учитель Тан. Классу 2-3 пришлось пережить совместные невзгоды в виде смены классного руководителя. При подаче петиции ими всеми двигало ярое чувство справедливости, так что теперь, когда их классным стал Тан Сэнь, на душе у всех стало легче. — Старина Тан – очень хороший человек, — улыбнулся Вань Да. — М-м, никогда ещё не встречал такого, как он. Тан Сэнь вызвал Хэ Чжао к себе не только для долгой профилактической беседы, но и для того, чтобы попытаться понять его чувства и узнать о нем больше. И чтобы хоть как-то ему помочь, он даже позвал к себе Шэнь Цзе. Вызов в кабинет чужого классного руководителя был для того впервые. Придя к нему, от нервозности он даже выпил две чашки горячего чая и только потом растерянно представился: — Учитель, я из класса 2-8. — Знаю-знаю, — добродушно улыбнулся Тан Сэнь. — Мне очень нравится мой класс: все одноклассники в хороших отношениях, да и учителя всегда нам помогают. Я очень счастлив учиться именно в этом классе и менять его в настоящее время не собираюсь, — Шэнь Цзе казалось, что учитель Тан как-то странно на него смотрит и подумал, а не пытается ли тот заманить его к себе. А в итоге-то оказалось, что Тан Сэнь вызвал его в надежде, что тот сможет помочь Хэ Чжао. — Я узнал, что ты один из немногих, кто с ним близок. Думаю, в глубине души он и сам хочет посещать уроки, но из-за нехватки дисциплины ему тяжело просыпаться. Извини, что прошу об этом, но не мог бы ты каждый день приходить и будить его? Я правда буду очень благодарен. — ... Шэнь Цзе был немного сбит с толку, но все же ответил: — Конечно-конечно, я все сделаю. — Я знаю, что у вас, молодых людей, богатая ночная жизнь. И хочу понять, в какие игры сейчас играет молодёжь. Ты, случаем, не знаешь, во что в последнее время играл Хэ Чжао? — А во что в последнее время играл Чжао-гэ? — спросил Вань Да. — Как-то даже неловко об этом говорить, — размахивающий до этого своим пакетиком Шэнь Цзе вдруг остановился, на лице появилось несчитываемое выражение. — Чу... Чудо Никки¹. ¹ – Чудо Никки (Miracle Nikki/奇迹暖暖) – игра-переодевалка, по которой ещё есть и манга — ...Чё? Сам не понимая зачем, но Вань Да поднимался наверх вслед за Шэнь Цзе. К моменту, как он это осознал, они уже стояли перед комнатой Хэ Чжао. Сегодняшняя задача Шэнь Цзе состояла в том, чтобы вытащить Чжао-гэ из постели. Ещё в день переезда Хэ Чжао в общежитие Шэнь Цзе выпросил у него запасной ключ, чтобы было где поваляться во время прогулов уроков. Так что открыть дверь не составило труда. — Чжао-гэ, позволь мне снять с тебя печать! Кровать может заманить в ловушку тело, но душу ей точно не заполучить. Вставай давай... — Шэнь Цзе вдруг резко замолчал. — Спит до сих пор? Встряхни разок-другой, да и всё, — Вань Да выглянул из-за его плеча и от увиденного потерял дар речи. — ...Можешь ударить меня? — Ты... ты тоже ударь меня. Кровати в общажных комнатах были односпальными, так что более чем одному человеку в них было тесновато. Температура кондиционера была низкой, поэтому, как только дверь открылась, в комнату хлынул поток прохладного воздуха. На руке спящего на кровати Хэ Чжао покоилась голова Се Юя, повернутого спиной к двери, из-за чего казалось, что он находится в его объятиях. Большая часть одеяла укрывала именно его, а Хэ Чжао достался лишь небольшой краешек. Половину лицу Се Юя закрывали волосы, из-под которых виднелись лишь нос и подбородок. Вероятно, услышав сквозь сон шум, он нахмурился и инстинктивно зарылся глубже в одеяло, разбудив при этом Хэ Чжао. Перед глазами Шэнь Цзе предстала картина того, как его друг, непринужденно подняв руку, которую Се Юй использовал в качестве подушки, опустил ему на затылок и запустил в волосы пальцы, шепча: — ...Не ёрзай. Вань Да наконец пришел в себя и, не зная что дельного сказать, лишь произнес: — Невероятно... — Может, это не то, о чем мы думаем? — Шэнь Цзе наконец закрыл дверь и сел вместе с Вань Да на одну из ступенек, поставив рядом уже никому не нужное соевое молоко. Оба впали в глубокие раздумья. — Нет, мы точно не о том подумали. — А Чжао-гэ обычно разрешает тебе в своей постели лежать? — Ни за что и никогда. Если без его разрешения лягу, он меня в асфальт закатает. — ... Какое-то время они сидели в тишине, каждый всё ещё переваривающий увиденное. — Тяжела однако твоя ноша, братишка. Но ты это, держись давай, а мне на урок пора, — сочувствующе похлопав Шэнь Цзе по плечу, Вань Да тут же испарился. Из-за чуткого сна Се Юй сразу же проснулся от постороннего шума. Но глаза открывать не спешил, желая ещё немного поваляться, однако когда всё-таки разлепил веки, первое, что увидел – это кадык Хэ Чжао. Шэнь Цзе же все ещё сидел на лестнице, не в силах не думать о лежащих в комнате двух парнях. Из этой самой комнаты внезапно раздался глухой удар, а затем громкий голос его Чжао-гэ: — Блять! Уроки всегда начинались с утреннего чтения под контролем Тан Сэня², но Хэ Чжао уже опоздал более чем на десять минут. ² – В Китае перед первым уроком практикуется утреннее чтение книг под контролем учителя — Ты можешь идти быстрее? — к моменту, как они спустились на первый этаж, поддерживающий Хэ Чжао Се Юй уже растерял всё своё терпение. Держа в руках соевое молоко, тот риторически спросил: — Ну а кто в этом виноват? Только-только открыв глаза и увидев перед собой Хэ Чжао, Се Юй сразу же столкнул его с кровати, и тот ударился правой лодыжкой прямо о стул. Они уже почти дошли до класса, как вдруг увидели у класса ждущего Тан Сэню, расхаживающего туда-сюда с чем-то в руке. Совсем немного не допив соевого молока, Хэ Чжао поднял руку, прицелился и кинул стаканчик в мусорную корзину. Описав красивую дугу, тот попал точно в цель, разнося по коридору глухой удар. — Сейчас по шее нам давать будут, — улыбнулся он. — Прости, но тебе придется со мной постоять. Се Юй сам не знал почему, но чем больше он общался с Хэ Чжао, тем сильнее ему казалось, что это вечно улыбающееся лицо по большей части было маской. Сейчас вот, допустим, тот не выглядел таким уж счастливым. Хэ Чжао думал, что Тан Сэнь будет им выговор делать, однако тот остановил находящийся в руке секундомер и похлопал его по плечу. — Тридцать минут и двадцать шесть секунд. По сравнению со вчерашним днём большой прогресс, Хэ Чжао. — ...Что? — недоумевал тот. Убрав секундомер в карман, учитель Тан спросил: — Что с ногой? Быстро иди в медпункт, пусть осмотрят. Не успел Хэ Чжао хоть как-то отреагировать, как Тан Сэнь уже наклонился, чтобы рассмотреть его лодыжку, и с беспокойством в голосе произнес: — Се Юй, заходи в класс. Я пока в медпункт его отведу. Отношение Се Юя к учителю Тан тут же улучшилось в разы. Он уже собирался согласиться, как Хэ Чжао вдруг сказал: — Сегодня он до конца должен нести за меня ответственность. — ...Надо было тебе и вторую ногу сломать.

×××

Прочитав половину стиха, Лю Цуньхао остановился, наклонился к Вань Да и прошептал ему на ухо: — Скажи же, травма у Чжао-гэ прям как настоящая? Каждый раз при опоздании у Хэ Чжао наготове была хоть одна отмазка, поэтому весь класс уже понял, что никакой травмы ноги у него и не было. [Ассистент учителя английского – Сюй Цинцин]: Оправдание Чжао-гэ в этот раз хоть правдоподобно звучит [Староста – Лю Цуньхао]: Помните, он в начале учебного года заставил Шэнь Цзе сказать, что у него с желудком проблемы? Шэнь Цзе до сих пор бегает с Чжао-гэ в медпункт за лекарствами [Физкульт-староста – Ло Вэньцян]: Зачем? [Староста – Лю Цуньхао]: Чжао-гэ говорит, что раз уж начали, то надо до последнего играть. А то в следующий раз точно не поверят [Ассистент учителя английского – Сюй Цинцин]: ... Убрав телефон вглубь парты, Лю Цуньхао вдруг заметил, что сидящий рядом Вань Да, этот король сплетен, ничего по поводу «травмы» Хэ Чжао не сказал, молча уставившись в одну точку пустым взглядом. — Чего это сегодня с тобой? — Да увидел кое-что... Из парты Вань Да всё раздавалась и раздавалась вибрация телефона. Однако сообщения были не из их группового чата, а от каких-то девушек, которых он даже не знал. Кто бы мог подумать, что после семнадцати лет одиночества и его будут окружать девчонки. «Дай номер Хэ Чжао. Обещаю, я не скажу, что получила его от тебя» «Мы знаем друг друга столько лет, а ты не можешь помочь? Я написала Се Юю любовное письмо, можешь передать ему?» «Да че ты так долго?! Вы же друзья?! Самим нам точно не приблизиться к Хэ Чжао, счастье твоих сестриц только в твоих руках» «У Хэ Чжао есть девушка? Какие ему вообще нравятся?» От текущих непрерывным потоком сообщений у Вань Да даже начала раскалываться голова. «Да хватит! Им двоим вообще могут не нравиться девушки!!», — мысленно прикрикнул он.

×××

Медпункт. Со школьным медбратом Хэ Чжао был знаком настолько хорошо, что они даже называли друг друга по имени. Тот, одетый в белый халат, сидел за столом и выписывал рецепт. — Ну а сегодня-то у тебя что? — мужчина поднял голову, смотря на навалившегося на Се Юя парня. — Доброе утро, Лу-гэ. Се Юй подвёл Хэ Чжао к койке и помог ему сесть. Рядом стоящий Тан Сэнь выглядел очень обеспокоенным. — Доктор Лу, взгляните, пожалуйста, на его лодыжку. Кажется, всё серьёзно. Думаете, лучше просто лекарство выписать или всё-таки стоит в больницу сходить? Доктор Лу мог казаться мягким и тактичным человеком, однако шутки с ним были плохи. На ежедневной основе бессчётное количество учеников притворялись больными, лишь бы прогулять уроки, и если бы доктор Лу был таким же, как и его внешность, медпункт бы ломился от этих несчастных прогульщиков. Дописав рецепт, он аккуратно отложил его вместе с ручкой и встал. — Не волнуйтесь. Сейчас дети, особенно этот ваш Хэ Чжао, просто прит- — мужчина присел на корточки и, взяв лодыжку Хэ Чжао, не стал договаривать до конца. К счастью, кость не была задета, так что доктор Лу просто приложил для уменьшения отека холодный компресс и распылил на лодыжку «Юньнань Байяо»³. ³ – Спрей (и порошок) «Юньнань Байяо» (云南白药) используется при всех видах травм любой степени тяжести (порезах, огнестрельных ранениях, ушибах, синяках) и кровотечениях — Небольшое растяжение. Несколько дней отдыха – и всё нормально будет. Только никаких физических нагрузок. Если будут какие-нибудь осложнения или дискомфорт, обязательно сюда приходи. И впредь осторожнее будь. Если так и продолжишь в драки ввязываться, скоро вообще калекой станешь.

×××

Стоило Хэ Чжао только переступить порог кабинета, как весь класс приковал к его ноге глаза. Лю Цуньхао слегка перегнулся через свою парту и внимательно начал оглядывать чужую лодыжку. — ...А травма-то как настоящая. Тут как тут нарисовался физкульт-староста Ло Вэньцян, желающий присоединиться к разговору. Как человек, активно занимающийся спортом, он был хорошо знаком с распространенными травмами, так что с первого взгляда мог сказать: — Она и есть настоящая. Староста, он правда растянул лодыжку. Недавно, когда они играли на физре в баскетбол, у Ло Вэньцяна возникло желание создать команду. И хоть никаких соревнований не предстояло, его пылающее любовью к спорту сердце всё равно не могло не трепетать при мысли об этом. Изначально первым, кого он собирался пригласить, был Хэ Чжао. Жаль только, что из-за растянутой лодыжки тот теперь не сможет поучаствовать. — А, реально, что-ли? Что случилось? Подошедшая Сюй Цинцин попросила сдать домашнюю работу по английскому. Протянув ей свой листок, Хэ Чжао ответил Лю Цуньхао: — У моего соседушки спроси. — Я пнул его. Прости, — с пустым выражением лица только и сказал Се Юй. — Ты реально домашку сделал? — удивлённо спросила Сюй Цинцин, забирая из рук Хэ Чжао листок. — М-м. В этот раз со всей серьёзностью к ней подошёл. А когда я становлюсь серьезным, даже я себя боюсь. Так что правильность ответов гарантирована, — с важным видом сказал тот. Сюй Цинцин мельком пробежалась глазами по листу, затем перевернула его, смотря ответы на вопросы по тексту: — ... Насколько она помнит суть вопросов, ни один из этих ответов и близко не был правильным. Но что-то по этому поводу она боялась сказать, беспокоясь, что эти слова ударят по уверенности Хэ Чжао, и уже собиралась похвалить его, как услышала вдруг голос Се Юя: — Ага, «гарантирована». Лучше уж пустой лист сдать, чем это. «Точно, точно», — чуть ли не зааплодировала Сюй Цинцин. Доктор Лу выписал Хэ Чжао освобождение от физры, поэтому Ло Вэньцян попросил его остаться в классе и отдохнуть. Отдыхом же для Хэ Чжао был сон. Улегшись на парту и зарывшись лицом в руки, он задремал. С какого ракурса на него ни погляди, а виден будет один лишь затылок. Хоть сегодня он и был в выглаженной школьной форме, при взгляде на него в голове появлялось одно-единственное «неряха». Из-за шума в коридоре не получилось нормально поспать, и он, вытянув вдоль парты руку, отвернулся, меняя положение.

×××

— Боже, Хэ Чжао и Се Юй... Вот что с ними делать? — вздохнул учитель английского, набирающий в учительской воду у кулера. — В домашней работе идентичные ошибки. Не знаю даже, кто у кого списал... И какой вообще смысл делать это? Все равно ни одного правильного ответа. Сидящий за своим столом учитель математики проверял работы их же класса. Не считая «Се Юй», написанное на обложке тетради красивым и аккуратным почерком, ее содержание просто ужасало. Нахмурившись, мужчина покачал головой: — Как он с такими оценками поступил вообще? Даже не может решить то, что в средней школе проходят. Другой, более опытный учитель посоветовал: — Ну, хотя бы проблем не создают. В этом семестре даже стали лучше себя вести. Видимо, посадить их вместе было правильным решением. А вот насчёт оценок... Думаю, пока не стоит от них много требовать. Посмотрите на старину Тана – спокоен, как удав. Хоть Тан Сэнь, переведшийся из престижной школы, и преподавал уже добрых двадцать лет, о нём они мало что знали. Единственное, что было известно, – это что он был старым другом завуча Цзян, с которым они дружат более десяти лет. Завуч Цзян был человеком маниакальным, Тан Сэнь же, обладающий спокойным и добрым нравом, был полной его противоположностью. Опустив голову, Тан Чэнь втыкал в телефон, не слыша их. И только когда учитель позвал его во второй раз, он поднял взгляд и неловко сказал: — А, что? Извините, не слышал вас. — Что делаете? — налив себе воду, учитель английского, проходя мимо, вдруг наклонился и взглянул в его телефон. — ...Играете? На экране была изображена мультяшная, с длинными развевающимися волосами девочка, одетая в платье, а рядом с ней – список самой разнообразной одежды. Тан Сэнь сразу же свернул приложение и вернулся на главный экран, не зная, как всё это объяснить. — А-а... это... К счастью, учитель английского лишь мельком взглянул на экран и внимательно рассмотреть ничего не успел. В дверь постучал староста одного из классов, попросив у него разрешение забрать проверенные тетради, и тот отвернулся, тут же позабыв об увиденном. — Восьмой класс же? Я проверил всё, вон на том столе лежат. Только там работы трёх классов, смотри не перепутай.

×××

На физкультуре они, как и обычно, играли в баскетбол. Девушки им почти никогда не занимались, поэтому, когда мяч летел в их сторону, они даже не пытались его поймать, садясь вместо этого на корточки и закрывая лицо руками. Учитель просто отвёл их в сторонку, чтобы они позанимались чем-нибудь другим. Так и им будет лучше, и играющим в баскетбол парням. Сюй Цинцин же не волновало, прилетит ли ей мячом, и, совсем немного позанимавшись с одноклассницами, убежала играть в баскетбол. — Цян-Цян, слышала, вашей команде игроков не хватает, — подошла она к ребятам, похлопывая по мячу. — Как насчёт меня? Могу я присоединиться? Ло Вэньцян практиковал броски в корзину, из-за чего его загорелые мышцы проступали ещё сильнее, делая его похожим на бодибилдера. Подпрыгнув и забросив мяч, он вытер со лба пот и сказал: — Цин-цзе, ты серьезно? Се Юй же в это время, прислонившись к сетчатому ограждению баскетбольной площадки, сидел в тени дерева с наушником в ухе и слушал песню. Внезапно он вдруг поднял руку, убавляя громкость. Музыка становилась всё тише, пока и вовсе не стихла. — Очень даже, — ответила Сюй Цинцин. — Только подумай, что будет, когда наша команда примет участие в соревнованиях- — не успела она закончить, как подбежавший к ней Вань Да забрал у нее мяч и со смехом отбежал подальше: — Если такое случится, наш класс точно на последнем месте будет, — сказав это, он вдруг врезался в Лю Цуньхао, выбивая из его рук мяч. — А ну-ка иди сюда! Знаешь, как долго я готовился бросить этот несчастный трехочковый?! — взорвался тот. Наблюдающий за ними Се Юй вдруг почувствовал холодное прикосновение к щеке и, обернувшись, увидел стоящего рядом Хэ Чжао, который не знай когда прихромал к нему с двумя бутылками ледяной персиковой газировки. — Маленький друг⁴, — Хэ Чжао сунул одну из них Се Юю. Бутылка, покрытая конденсатом, тут же слегка намочила его руку. — Другие дети ушли в баскетбол играть. А ты чего здесь один сидишь? ⁴ – 小朋友 [xiǎopéngyou] – дословно «маленький друг». Так часто обращаются к детям Вань Да увидел Хэ Чжао, но, всё ещё преследуемый Сюй Цинцин и Лю Цуньхао, мог лишь издалека крикнуть: — Чжао-гэ, ты зачем спустился? — Своего красивенького соседа увидеть. При этих словах Вань Да споткнулся и чуть не упал. Стоило Хэ Чжао открыть бутылку, как из нее повалил пар с ароматом персика: — Скучно как-то в классе. Да и девочки в коридоре болтали громко, не получилось уснуть. — Ну так они пришли на тебя посмотреть, — вдруг подал голос Се Юй. — Зачем им на меня смотреть?.. До сих пор не могу понять. Вань Да недавно то же самое сказал. О травме Хэ Чжао знала уже вся школа. А первогодки, слишком уж волнующиеся о нем, из-за этого не могли даже сосредоточиться на уроках. — А что, по-твоему, они каждый день в коридоре делают? Хэ Чжао откинул голову назад, делая глоток освежающего напитка. — Мне-то откуда знать? Пейзажом любуются? От солнца витамин D получают? — ... Такое чувство, будто его эмоциональный интеллект был на уровне страдающего аутизмом... Задумавшись на мгновение об этом, Се Юй ткнул Хэ Чжао мокрой из-за конденсата бутылкой: — Эй, инвалидик, ты встречался с кем-нибудь? Хэ Чжао уже наблюдал за развернувшейся на баскетбольной площадке игрой. Не считая Ло Вэньцяна, остальные играли, откровенно говоря, херовенько, чем только и делали, что создавали проблем. Однако Хэ Чжао всё равно не скупился на похвалу: — Хороший бросок! Хао-цзы, ты прям змейка⁵ настоящая. ⁵ – В оригинале сленг 蛇皮走位 [shépí zǒuwèi], где 蛇皮 – змеиная кожа, а 走位 – перемещение/сдвиг. То есть, в данной случае игрок уклоняется от других змейкой Обернувшись, Лю Цуньхао показал ему большой палец, излучая невероятную уверенность в себе. Хэ Чжао почувствовал на локте холодок и только тогда отреагировал на вопрос Се Юя: — Я всего-то лодыжку растянул, а уже инвалидом стал, что ли? — буркнул он. — По правде говоря, — положив руку Се Юю на плечо, парень хвастливо указал на железную ограду площадки, — бывших твоего гэ можно выстроить в ряд от этого ограждения до самого «Золотого списка» и обратно. И слова не сказав, Се Юй просто плеснул ему в лицо газировкой. — Да я же пошутил! — Хэ Чжао прикоснулся к лицу, чувствуя на нем влагу. — ...Маленький друг, ну и характер у тебя, конечно.

×××

После физкультуры работы по английскому Хэ Чжао и Се Юя уже были вывешены на доске. Рядом висела работа Сюй Цинцин с лучшим в классе результатом – ее сто двадцать баллов наглядно показывали огроменнную разницу между ней и этими двумя. В кабинет потихоньку один за другим возвращались ученики. Подошедший к доске Лю Цуньхао встал в ступор, долгое время не в силах вымолвить ни слова. — Вы двое... вы двое... зачем вы друг у друга списали?! — наконец смог выдавить он. Из всех, у кого могли бы списать, они решили выбрать друг друга, прекрасно зная, какой будет результат?! — Потому что я верю в своего соседа, — сидящий за последней партой Хэ Чжао к доске находился очень близко. Он повернулся к ней, расставив по обе стороны от спинки стула свои длинные ноги, привлекая внимание. — А он верит в меня. И снова Лю Цуньхао не знал, что и сказать. Вытерев со лба пот, он смог произнести только: — Смелые вы однако. На самом деле, выполнять работу точь-в-точь, как у Хэ Чжао, Се Юй не собирался. Однако после вчерашнего он понял, насколько же тот тупенький. И тогда до него наконец дошло, почему на первом году, несмотря на все свои усилия оказаться на последнем по школе месте, получать у него удавалось только предпоследнее. Потому что последнее получал Хэ Чжао. Именно поэтому при ответе на вопросы Се Юй намеренно избегал правильных, решив, что так сможет обойти Хэ Чжао и занять на ежемесячном экзамене первое место. Первое место с конца.

×××

По мере приближения экзаменов Вань Да и остальные перестали рассказывать на вечерней самоподготовке всякие страшилки, предпочтя сосредоточиться на учёбе. Патрулирующий школу завуч Цзян как-то зашёл к ним и при виде их усердия приятно удивился. А это, на минуточку, было огромной редкостью. — Неплохо-неплохо, хвалю. Вот так и продолжайте. Очень хорошо, что вы начали к учебе ответственно относиться. Так все ученики и должны делать. Практически сразу за ним зашёл только поужинавший Тан Сэнь, держащий в руке, несмотря на жаркое лето, стакан горячей воды. — Старина Тан, ты как раз вовремя, у меня к тебе разговор есть, — сказал завуч Цзян, направляясь на выход из класса. Тан Сэнь поставил свой стакан на кафедру и вышел вслед за мужчиной. — Вы тоже заметили, что Бешеная псина стал слишком часто захаживать? — спросил Вань Да, параллельно решая задачу по математике. — Наш старина Тан и Бешеная псина хорошие друзья ведь. Настолько хорошие, что даже могли бы носить одну пару брюк на двоих. На парте Хэ Чжао были разложены учебник с тетрадкой, а сам он, засунув руки под неё, играл в телефон. Хоть учителя обычно и не смели их контролировать, завуч Цзян, возомнивший себя самым опытным⁶, был исключением. Он вечно орал на учеников, и иногда даже казалось, что в любой момент может просто взять и начать с ними драться. И возможные последствия его совсем не пугали. В молодости он, наверное, был всеми помыкающим безжалостным тираном. ⁶ – В оригинале идиома 姜还是老的辣[jiāng háishì lǎode là] – дословно «старый имбирь всё же острее», образно – «пожилые имеют много опыта». То есть чем старше человек, тем он мудрее, так что его надо слушаться. Можно ещё заметить, что 姜 [jiāng] (имбирь) и фамилия завуча Цзяна (тот же иероглиф) одинаковы, так что здесь острота имбиря ассоциируется с остротой мужчины Поэтому всякий раз, когда тот приходил к ним, Хэ Чжао и Се Юй, хоть и неохотно, но делали вид, что учатся вместе с остальными. — Бешеная псина, — Се Юй бросил в него ручку, напоминая, что в коридоре за окном стоит завуч Цзян, который запросто может увидеть телефон Хэ Чжао. — Прикрой меня, — тот даже не поднял голову. — У меня тут важный уровень, не могу отвлекаться. Люблю тебя. — Возьми последние два слова обратно. — М-м? — Отвратно звучит. Се Юй вдруг понял, что ручку, которую он кинул в Хэ Чжао, была его единственной, и потянулся, чтобы вернуть ее. И случайно увидел экран его телефона. Се Юй уж было думал, что Хэ Чжао завязал с этой своей переодевалкой: в последнее время он не заставал его за ней, да и тот ведь даже уговаривал его сыграть с ним в стрелялки. Вот он и предположил, что переодевалки в кругу маленьких девочек популярностью больше не пользовались. Немного поболтав со стариной Тан, завуч Цзян ушел проверять другие классы. Хэ Чжао сразу же достал телефон и теперь спокойненько себе играл, никого не опасаясь. На экране была изображена мультяшная длинноволосая девушка в платьице с цветочным принтом и с румянцем на щеках, стоящая под деревом и сложившая руки в молитве. Постепенно экран потемнел, и на нем одна за другой появились строки: «Завтра... у меня с ним свидание...» «Придет ли он?» «Понравится ли ему мое печенье с цветами вишни?» Се Юй: — ... Вань Да всё продолжал говорить, что уделает всех на экзамене и что пусть к нему никто не подходит и не мешает. Однако, не решив задачу даже наполовину, он заскучал и, прикусив ручку, начал глазеть по сторонам, пока взгляд его не упал на две прижатые друг к другу головы. Хэ Чжао положил на затылок Се Юя руку, слегка согнув все пять пальцев и притягивая ближе к себе – и не ясно, намеренно это было или нет. Они были настолько близко, что слов было не разобрать. — Почему он не пришел на свидание? — Хэ Чжао был на грани срыва. — Вот же мудак. Сам же вчера говорил, что придет. Наша шкала привязанности была заполнена на максимум! Се Юй смотрел на девушку, горько плачущую под дождем, не зная, как реагировать. — Это он написал? — спросил Се Юй, заметив в правом нижнем углу маленькую красную точку. — Этот властный гендиректор сказал, что у него в компании что-то случилось, поэтому может опоздать немного. И там было три варианта ответа. — И что ты выбрал? — Се Юй, кажется, уже начал что-то подозревать. — Конечно же я сделал ему выговор. — ...Ты больной? — от услышанного у Се Юя даже голова разболелась. — Да кто тогда с тобой на свидание пойдет? — Ну и какой из него после этого мужчина? Не идти со мной на свидание только из-за этого? Мразь он недоделанная, а не властный директор, — выругался Хэ Чжао, но всё равно протянул Се Юю телефон. — Тогда что мне дальше делать... Блять, уровень привязанности этого обмудка к «Нежной малышке» стал отрицательным. — Извинись перед обмудком, — постучал Се Юй пальцем по экрану. Хэ Чжао: — ... — Извинись, — отодвинул он телефон. — Ещё хочешь добиться любви этого обмудка? — ...Да блять. Какое-то время Хэ Чжао колебался, не торопясь принимать решение. Однако вскоре скрепя сердце написал: «Прости за сегодняшнее, мне правда очень жаль», чувствуя себя полностью униженным. — Если эта негодница Хэ Си посмеет найти себе такого парня, я их обоих на месте же прикончу. Пусть даже не думает об этом. Что вообще сейчас у девочек со вкусом?

×××

Близились выходные. За исключением тех, кому из-за слишком дальнего расстояния неудобно было ездить к родным, большинство живущих в общежитии учеников начали собираться домой. Родители постоянно беспокоились, что их дети плохо питаются, поэтому уговаривали на выходных приезжать к ним. По окончании вечерней самоподготовки Се Юю позвонила Гу Сюэлань: — Ты приедешь домой? Парень стоял в темном коридоре, слыша позади себя голоса Вань Да и Хэ Чжао и скрип двигающихся стульев. — Чжао-гэ, не хочешь к нашей баскетбольной команде присоединиться? Мы охеренные. — Вот если бы я так хвастался, то всё логично бы было, но из твоих уст это даже звучит смешно. Взять того же Лю Цуньхао. У него игра просто отвратительная, но сказать-то я ему об этом не мог. — ...Но ты ведь похвалил его! — Ну логично же, что я просто соврал. Се Юй же в это время слегка улыбнулся и ответил: — Не знаю, посмотрим. — Но ты уже сколько недель не приезжал, — Гу Сюэлань едва слышно вздохнула. Се Юй на несколько секунд задумался, пытаясь придумать причину, которую все родители в мире были бы рады услышать, а затем сказал: — Скоро экзамены, мне готовиться надо. В этом семестре его успеваемость была довольно неплохой. Никаких проблем он не доставлял, и их новый классный, учитель Тан, даже заверил Гу Сюэлань, что её сын хорошо себя ведёт, так что она может не беспокоиться. Стоило Се Юю сказать причину, как мать поняла, что ей и нечего возразить. — Что ж, тогда хорошенько подготовься и после экзаменов обязательно приезжай. Приготовлю тебе всё, что захочешь. Школьная еда не сравнится с домашней... Издав несколько «м-м» и ещё немного с ней поболтав, Се Юй повесил трубку. Хэ Чжао уже собрал свои вещи и, подойдя к нему сзади, потрепал по голове, взлохмачивая волосы. — Маленький друг, поедешь домой? У обычно сурово выглядящего Се Юя были на удивление мягкие волосы – настолько мягкие, что Хэ Чжао не смог удержаться и потрепал их ещё пару раз. — Инвалидик, — вдруг сказал тот, — не слишком ли часто ты пользуешься свободой, которую я тебе даю? Увидев, что Се Юй собирается пустить в ход кулаки, Хэ Чжао быстренько увернулся. — Ну всё-всё, успокойся. Гармония приносит изобилие, не нервничай ты так. Собравший вещи Вань Да слишком торопился вернуться к себе в комнату, поэтому ушел без них. Хэ Чжао и Се Юй же неторопливо вышли из здания школы, и только спустя долгое время первый сказал: — Я тоже не поеду домой. Уличные фонари отбрасывали на землю длинные тени их фигур. — А зачем здесь оставаться-то? - спросил Се Юй. — Неужто хочешь проверить эффективность народного экзорцизма? На мгновение Хэ Чжао ошеломлённо замер, затем подумал, что бы такое ответить, но в итоге ничего так и не придумал. Почесав затылок, он вдруг рассмеялся: — Да, хочу проверить. Спустя ещё какое-то расстояние Се Юй внезапно спросил: — Хэ Си – это сестра твоя? — Ах, эта девчонка... — после этих слов Хэ Чжао ненадолго замолчал, уставившись на фонарь. — Должен ли я похвастаться, насколько у меня красивая сестра и как она на меня похожа? Хотя, на самом деле, я не уверен. Мы уже много лет не виделись. Но она наверняка очень красивая. Говорят же, с возрастом девочки сильно меняются. В детстве вот она стремненькой такой была и круглой, как мячик. Говорил всё это Хэ Чжао непринужденно, но Се Юй чувствовал, что что-то не так, однако задавать вопросы было как-то неудобно. Таким же невозмутимым голосом тот продолжил: — Они в разводе. Хэ Си с мамой живёт. — Мило. — Что? — Хэ Чжао повернул к нему голову. — Я про имя сестры. — А как же я? Разве в такой ситуации не стоит и мне комплимент сделать? Се Юй вошёл в здание общежития, не горя желанием продолжать с ним разговор: — Тебе-то? Размечтался, вали давай отсюда.

×××

Домой на выходные не поехал и Вань Да. Причина была такая же, как и у Се Юя, однако правдоподобность его оправдания явно была выше, чем у него. — Боже, ну серьезно... У меня мама так готовит, что пальчики оближешь. Дома ещё и компьютер есть с офигенными играми, — жаловался тот Лю Цуньхао, улегшись головой на парту. — Когда приезжаю, кажется, будто я снова на летних каникулах. И из-за этого не могу себя контролировать: мне только и хочется, что есть да в игры играть. Вот как в таком случае тратить это драгоценное время на какую-то учёбу? Лю Цуньхао толкнул его локтем, как бы говоря заткнуться. Вань Да встал со стола, огляделся, а затем снова лег. — Да че ты? Нет же учителя... Да даже если бы и был, мне вообще всё равно. Не боюсь я их. Учителя, может, и не было, зато был великий и ужасный комитет-староста. Сюэ Сишэн был у них известной фигурой, – как любимец учителей и выдающаяся в глазах одноклассников личность, не пользоваться благосклонностью он просто не мог. Ещё в первый день учёбы он сказал: «Надеюсь, мы все поладим и сможем вместе усердно учиться и самосовершенствоваться». На его парте всегда было полным-полно стикеров со всякими формулами, словарными словами и конструкциями предложений. С сидящими на переносице очками с толстой оправой Сюэ Сишэн вошёл в класс, неся стопку домашних заданий. Проходящая мимо Сюй Цинцин вдруг остановилась, поражённая его внешним видом: — Комитет-староста, ну и круги у тебя под глазами... Шаги парня были какими-то медлительными, а сам он выглядел немного уставшим. Поправив очки, он сказал: — Всё в порядке, я могу продолжать учиться. Удачи на экзаменах, одноклассница Сюй Цинцин. Та и не знала, что сказать, и просто ответила: — Хорошо... И тебе удачи. — Бешеная псина часто говорит: «Учиться надо всю жизнь, до последнего дыхания». Думаю, как раз таки наш комитет-староста и является идеальным последователем этой цитаты. — Я и не знал, что круги под глазами могут быть настолько тёмными, — ошеломлённо произнес Вань Да. — Доброе утро, — только переступив порог класса, поприветствовал их Хэ Чжао. Сегодня он на удивление не опоздал, придя вместе с Се Юем. — Доброе, доброе. — На что смотрите? — парень подошёл к ним и наклонился, держа одну руку на лямке закинутого на плечо рюкзака. — На темные круги комитет-старосты. — Ужас какой, и правда темные, — тоже удивился Хэ Чжао. Се Юй уже собирался сесть на своё место и улечься спать, но тот, даже не обернувшись, схватил его за запястье и притянул к себе. — Старина Се, смотри-ка. Думаешь, как долго он не спал? Се Юй кинул секундный взгляд на Сюэ Сишэна, потягивающего чашку кофе и запоминающего английские слова, и сразу же его отвел. Чьи-то там темные круги его не интересовали – сейчас ему хотелось лишь выспаться. Стряхнув руку Хэ Чжао, он сел на своё место. Смотря на «панду», Хэ Чжао, мыслящий не как обычный человек, пришел к подобному выводу: — Может, он их нарисовал? Я в детстве так делал, чтобы мама думала, что я усердно учусь. — Думаешь, в этом мире есть ещё тебе подобные? — усмехнулся Се Юй. — Ой, ты меня так хвалишь, что я даже как-то немного стесняюсь. «Ну и где ты, блять,здесь похвалу увидел?»,⁷ — подумал про себя Се Юй. ⁷ – В оригинале 奶奶个腿 [nǎinai gè tuǐ]– «твою бабушку» или «бабку твою за ногу». Используется в злости, гневе, фрустрации Не уловивший в его словах сарказм Хэ Чжао бесстыдно продолжил: — Твой Чжао-гэ – единственный в своем роде. — Точно-точно, — захлопал в ладоши Вань Да. Лю Цуньхао последовал его примеру: — Самый охеренный. Так как первым уроком была математика, учитель, ссылаясь на утреннюю бодрость учеников, попросил их выучить все необходимые формулы. А сам, сев за стол, принялся за проверку домашней работы. Се Юй же улёгся головой на парту и задремал. Сквозь окно проникали солнечные лучи. Он нахмурился, всё ещё находясь в полусонном состоянии. Но вскоре этот раздражающий, тревожущий его сон свет исчез. — Внимательно просмотрите вчерашнюю домашнюю работу и исправьте ошибки, на которые я указал. Надо во время с ними разбираться, а то накапливаться будут. Если не понимаете, попросите помощи у меня или у одноклассников. Как закончите, подойдите ко мне... Не ждите, пока я сам вас найду. А то получите у меня, — договорив, учитель снова уткнулся в тетради. В классе стояла тишина. Слышны были лишь тихие звуки перелистывания страниц и голоса из других кабинетов. Поставив локоть на стол, Хэ Чжао держал над лицом Се Юя тетрадь, закрывая его от солнечного света. Крепко спящий парень даже и не подозревал, что кто-то заслонял его от солнца. — Ах, как может существовать такой замечательный сосед по парте, как я? — как только рука устала, Хэ Чжао переложил тетрадь в другую, продолжая тихо бормотать: — ...Даже меня это растрогало.