Фальшивые бездельники

В городе А снег выпадал нечасто, но влажный зимний воздух всё равно пробирался под свитер. Се Юй отложил ручку, на его плечи все ещё была накинута кофта Хэ Чжао. Подняв на него взгляд, он сказал с лёгкой улыбкой: — И это всё? — и не дожидаясь ответа, непринужденно произнес: — Гэ. Пару дней назад он слегка простыл: после прошлой игры в баскетбол, вспотев насквозь, он разделся до одной тонкой футболки, проведя потом пол-урока под продуваемым ветром. Поэтому голос сейчас звучал хрипловато, с ноткой ленцы. Одно это небрежно брошенное «гэ» едва не выбило Хэ Чжао из колеи.¹ ¹ – У слова 勾 здесь так же имеется и оттенок перевода «соблазнять», «возбуждать» Спрятав половину лица в ладони, он откинулся на спинку стула и тихо вздохнул: — И кто тут ещё кого наказывает? Было уже довольно поздно. Массируя виски, Се Юй собирался встать и уйти, но не успел сделать и пары шагов, как Хэ Чжао крепко схватил его за запястье. — Не уходи. Останься сегодня. Остановившись, Се Юй не стал вырывать руку, позволяя ему держать себя. — «Назовешь меня «гэ» – и я сразу отпущу тебя». Интересно, какой же идиот это сказал? — И правда, что за идиот. — ...

×××

В до этого ярко освещённом общежитии отключили электричество. Внизу с фонариком ходил охранник, разрезая темноту лучом света, проникающим время от времени в окно. Кровать была слишком узкой для двоих. Сняв свитер, Се Юй лег, практически прижимаясь к Хэ Чжао, и неловко пошевелил ногой, через ткань штанов касаясь чужой лодыжки. Хэ Чжао втянул сквозь зубы воздух, тихо предупреждая: — Не дергайся. Се Юй открыл глаза и повернул к нему голову. Они и раньше иногда оставались друг у друга. Когда наступало время отбоя, они говорили, что пора уходить, но потом ещё долго не возвращались к себе. А бывало, что собирались разойтись, но в итоге никуда так и не уходили, оставаясь ночевать. Хотя к вопросам проживания администрация относилась лояльно и всегда шла навстречу ученикам – для смены комнаты достаточно было подать заявление и подождать для его одобрения три дня, – у Се Юя и Хэ Чжао была особая ситуация. Раньше их останавливали лежащие у каждого в комнате стопки пособий и сборников для подготовки к экзаменам. Они даже думали: если съедемся, неужели придется вставать посреди ночи и заниматься? Теперь же этой проблемы больше не было, и у них снова появились мысли о совместном проживании. Однако, получив их заявление, Бешеная псина чуть с ума не сошел от злости. — Ещё чего удумали? — прикрикнул он, ударяя по столу. — Собираетесь днями напролет до ночи в игры рубиться? Думаете, я не знаю таких, как вы? Уж поверьте, я такого навидался! Хэ Чжао попытался оправдаться: — Вообще-то мы собирались серьезно за учебу взяться... Бешеная псина тут же швырнул заявление в мусорку. — Не неси чушь. Даже не мечтаете, этот вопрос не обсуждается. Быстро на урок пошли! На утро после сна на одной кровати у Се Юя болело все тело. Мало было этого, так его ещё разбудило утреннее объявление Бешеной псины. Раздраженный до невозможности, он чуть не спихнул Хэ Чжао с кровати ногой. Домашней работы было настолько много, что Вань Да с остальными пришли в школу сразу после открытия ворот и сейчас сидели в классе, обсуждая ее за завтраком. Списывая домашку, Вань Да услышал звук открывающейся двери и сначала вздохнул с облегчением, увидев вошедшего. Но затем вдруг замер и, не сводя глаз с Се Юя, сказал с половинкой ютяо во рту: — Доброе утро, Юй-гэ... Ты чего? Поясница болит? Се Юй был не в настроении, так ещё и голова немного кружилась. Направляясь к своей парте, он лишь коротко ответил: — Нет. — Эй, стой! — вернувшись к списыванию, Вань Да увидел, что Ло Вэньцян уже перелистнул на следующую страницу сборника по математике Лю Цуньхао. — Я не закончил ещё, подожди немного. Они продолжили тихо списывать. Вань Да настолько сосредоточенно это делал, что даже головы не поднимал, когда тянулся за завтраком. Ло Вэньцян в какой-то момент не выдержал: — Может, хватит уже мои баоцзы лопать? Проглотив, Вань Да сказал: — А я-то думаю, че не так: я же вроде баоцзы с говядиной брал... Хэ Чжао, набирающий с кулера воду, рассмеялся, услышав их разговор. А затем вдруг вспомнил прошлый урок физкультуры и спросил: — Кстати, вы в тот раз чего до девочек докопались? Вань Да замер, даже перестав жевать. Списывающий Ло Вэньцян тоже остановился, и они переглянулись между собой. — ... Парочка их класса была известна уже на всю школу, и как бы они не пытались разрулить ситуацию, ничего не помогало. В тот же день, когда они перехватили тех девушек возле площадки, на школьном форуме появился новый пост: «Парни из третьего говорят, что Се Юй и Хэ Чжао просто хорошие братаны. Кто вообще поверит в это?». А комментарии под ним почти все сводились к одному: «На воре и шапка горит»,² слышали про такое?», «Не верю», «Только идиоты поверят». ² – В оригинале идиома 此地无银三百两 – «Здесь не закопаны 300 лянов серебра»; означает, что человек, пытающийся скрыть что-то очевидное, своими действиями только сильнее себя выдаёт Постов было настолько много, что они не успевали отвечать на комментарии даже со своими тремя аккаунтами. Хэ Чжао спросил это между делом, но заметив их странную реакцию, всучил Се Юю в руки стакан с горячей водой и сказал: — Судя по вашим лицам, что-то случилось? — Н-н-ничего не случилось! — из-за нервов у Ло Вэньцяна даже язык начал заплетаться. А Вань Да, раз Лю Цуньхао здесь не было, решил свалить все на него: — Э-это... Просто Хао-цзы же раньше в студсовете был, у девочек к нему дела какие-то были. Облегчённо выдохнув, Ло Вэньцян незаметно показал ему большой палец, одними губами шепча: — Молорик. Звучало это вполне логично, и Хэ Чжао не стал больше ничего спрашивать. Се Юй в это время так и держал стакан горячей воды. Часть рук была спрятана в рукавах, а высунутая слегка покраснела от холода. Касаясь пальцами стенок стакана, он спросил: — Зачем мне это? — Можешь быть к себе повнимательнее? — вздохнул Хэ Чжао. — Не понимаешь, что заболел? Попробуй ещё раз раздеться на баскетболе. Се Юй последние пару дней и правда неважно себя чувствовал, но не придавал этому значения, списывая на обычную простуду и лёгкое недомогание. Но после слов Хэ Чжао он даже застыл на мгновение, все ещё держа стакан с горячей водой. В глазах Чжоу Далэя Се Юй был человеком, который даже с температурой может, прихватив палку, пойти драться с ним за компанию. Однажды госпожа Гу велела ему выпить жаропонижающее и сразу лечь спать. Не знающий о его состоянии Далэй постучал тогда к нему: — Айда на стрелу. Тот придурок с соседей улицы... А когда всё закончилось, он ещё и радостно сказал: — Погнали ко мне, пропустим пару рюмок. Отбросив палку, Се Юй отказался. Голос его звучал до ужаса хриплым. И только тогда Чжоу Далэй заметил его состояние и, потрогав его лоб, понял, что у него сильный жар. Не то чтобы в этом было что-то особенное. Но именно к таким мелочам, на которые Се Юй сам обычно не обращает внимания, кто-то другой относился со всей серьёзностью и принимал близко к сердцу. Руки понемногу согревались. Се Юй даже не заметил, как вместе с разливающимся теплом постепенно улеглось и его раздражение. В классе сидело уже больше половины учеников: одни списывали домашку, а кто не списывал, не могли удержаться, чтобы не сверить ответы и заодно исправить решение пары задач. Хэ Чжао спохватился, только когда Сюй Цинцин начала собирать домашку. — Чжао-гэ, опять ничего не сделал, — уже привычно сказала он, стоя рядом со стопкой работ в руках и наблюдая за ним. — Все целые тесты сдают, а ты половину только. Тебе уже проще, как Юй-гэ, вообще ничего не сдавать... Ты как вообще заполняешь всё? Тут даже начала задания нет. Ты ответы наугад, что ли, выбираешь? Под рукой Хэ Чжао лежала с трудом найденная в парте половина варианта теста. И даже если текст был на не пойми куда девшейся другой половине листа, отвечать на вопросы ему это не мешало. — К внутренним ощущениям прислушиваюсь, — ответил Хэ Чжао. — Если чувствую, что правильно – значит, правильно. — ...А я чувствую, что тебе конец, — сказала Сюй Цинцин. — Учитель английского тебе по шее надаёт.

×××

После бесчисленных пробников наконец начались итоговые экзамены. На полной ресторанов улице рядом со школой висело разнообразное множество баннеров. Пользуясь экзаменационным периодом, ресторанчик «Дом Чжуанюаня» снова с размахом запустил акцию «Скидка 20%»: «А вот и конец семестра! Горячо поздравляем учеников Второй школы с началом экзаменов. В честь этого всем учащимся скидка 20% на всё меню!». — ... — Когда-нибудь я точно разнесу этих Чжуанюаней. Совсем обнаглели. — Экзамены, конечно, тот ещё геморр, но зато потом можно спокойно наслаждаться каникулами, — говорил Лю Цуньхао, руководя расстановкой парт и стульев. — Если так мыслить, разве не легче становится? Се Юю нужно было передвинуть свои стул и парту к левому ряду. Но пройдя несколько шагов, он заметил впереди девушку, с трудом пытающуюся передвинуть свою парту. Парта была тяжёлой из-за набитого книгами и всякими материалами ящика. Она кое-как тянула её, мешая другим. Сидящий в конце первого ряда Хэ Чжао крутил между пальцами единственную взятую на экзамен ручку и смотрел, как его маленький друг помогает девушке с партой и стулом. Хотя внешне Се Юй выглядел как обычно, стоило лишь взглянуть на него в такую холодную погоду, и температура вокруг как будто падала ещё на несколько градусов. Девушка даже подумала, что Се Юй ей помогает, только потому что его раздражает ее медлительность. — Сюда? — спросил тот, остановившись. — Да-да, спасибо. Наблюдающий за этим Хэ Чжао не удержался и улыбнулся уголком губ. Сев на свое место, Се Юй заметил пристальный взгляд Хэ Чжао. И ладно бы, если просто смотрел, так он же ещё и лыбится сидит. — Ты больной? — одними губами спросил Се Юй. Экзамены длились три дня. В каждой аудитории, кроме одной, царило напряжение. В пристанище двоечников были всё те же знакомые лица. И хоть попытки списать для получения высоких баллов были бесполезны – ведь Бешеная псина все равно урежет их, – уже закалённые ребята выглядели невозмутимо и просто спокойно болтали и смеялись. Однако были и те, кто всё-таки переживал за свои оценки. До прихода учителя один из таких вышел вперёд, обращаясь к остальным: — От этих экзаменов зависит, сможем ли мы нормально встретить Новый год. Хоть мы и волочимся последними в рейтинге параллели, мы не можем терять надежду. Если объединим наши усилия, если соберём всю нашу мудрость вместе и распространим ее по каждому уголку класса... Эти ребятки, называющие списывание «передачей мудрости», ничего так и не добились. Даже если бы шпаргалки летали по всей аудитории, толку от этого было бы ноль – уровень знаний у всех все равно примерно одинаковый. Се Юй посмотрел на работу Хэ Чжао. За несколько экзаменов он и правда незаметно поднял баллы по всем предметам.