crystal

Приплыли. В голове моментально скапливаются вопросы, на которых нет ответов. Что ей делать? Кажется, что самое худшее, что она могла сделать — уже сделала. Она ранила человека, который неизвестно каким образом оказался позади её мишени. И стал ею сам. Заслужил он пулю, или нет? Связан ли он с теми людьми, которые, по всей видимости, ведут на неё охоту? Какого черта он здесь делает и кто он такой? Пустая ваза, что стоит на тумбочке между кроватью и окном, попадает под горячую руку разъяренной, растерянной девушки. Она успевает сообразить, каким образом ей поступить правильнее, чтобы не попасть снова в лапы тяжелого ублюдка, который её чуть не задушил. Сам же он растерялся не меньше, чем она. Он не ожидал, что она будет стрелять. И встать не успевает, как эта ваза успешно разбивается об его голову. Саша надеется только на то, что он потерял сознание хотя бы на несколько минут. Убедившись, что он в глубоком сне, со страхом, застывшим в её карих, бешенных глазах, оборачивается на хрипы белобрысого. С её носа ручьем льется кровь. На правом виске ссадина и будущая гематома. Но сейчас совсем не об этом нужно думать. Случилось нечто ужасное, и хочется лишь избежать печальных последствий. — Ты больная сука. — хрипло выдавливает из себя блондин, держа руку на животе. — Я не собирался тебя убивать. Я хотел его отвлечь. Его голос раздавался то над ухом, то как будто издалека. Онемевшими от страха руками она прячет пистолет и кидается к нему. По коже пробегает озноб, а голова кружится так сильно, что она едва не падает на него. Багровое пятно крови медленно расползается по полу, и она непроизвольно зажимает рукой рот, осознав неизбежное. С ужасом она смотрит на рану на мужском теле, вспоминая практику по оказанию первой помощи. Единственным её спасением было лишь ощущение того, что он сможет её понять, хоть её поступок непростительный. Она не имела никакого права стрелять. Она стреляла в того, кто пытался ей помочь. Она чуть не убила того, кто её спас. Пожалел ли он том, что решил вмешаться в этот беспредел? Безусловно. Она винит себя. Ненавидит. На какое-то мгновение перед ее глазами возникают четкие черты его лица, но Саша быстро закрывает глаза. Боится. Слишком пугающим и жестким кажется ей лицо парня. Он смотрит на нее так, будто пытается уничтожить одним лишь взглядом. Она совершила непоправимую ошибку. В одно мгновение уверенно расстегивает кожаный ремень на его брюках. — Ты хочешь продемонстрировать мне сейчас свои профессиональные навыки? — рычит парень. Приподнимает голову, морщится от боли. — Что ты делаешь? Вызывай скорую. — орёт. — Нужно перетянуть. — поясняет Саша, вытягивая ремень. Она старается не паниковать, но сама находится в почти бессознательном состоянии. — За две минуты крови набежала лужа. Одной рукой плотно прижимается к ранению, а второй дотягивается до чистого полотенца. Задирает вверх его футболку, затягивает ремень под грудью и прикладывает полотенце. Оно тут же напитывается кровью. Обе её руки в крови, как и его. На животе успевает разглядеть набитые 1996. Вероятно, что у него и его друга выбиты их год рождения. Двадцать восемь лет. — Не занимайся хуйней. — выдавливает он и болезненно морщится, когда Саша подкладывает подушку под его спину, облокачивая о стену. — Позови Артёма. Быстро. Он все сильнее скрипит зубами, сжимая их с невероятной силой. До Саши постепенно доходит, что никто даже не пытается придти на звук выстрела. Неужели здесь всем наплевать на то, что происходит? Доходит до нужной двери мало ли живой. Равнодушно и бессильно стучит ногой по двери, боясь задействовать свои руки, с которых даже не удосужилась смыть кровь. Ей не пришлось долго томиться у двери, Артём открыл довольно быстро, не заставив её стучать громко и настырно. — Пойдем со мной, пожалуйста, ты очень нужен. — она испуганно тянет шатена за футболку, не дав ему переобуть тапочки. — Что происходит? Почему ты в крови? — вытаращил глаз, разглядывает пятна крови, которые поселились на его футболке. — Все потом объясню, ты не мне нужен, а своему другу. — Ты какая-то темная лошадка. — ворчит Артём, поспешно шаркая за девчонкой. — Что с ним? Объясни, блять, хоть что-нибудь. — Я не хотела. Это случайность. — сдерживая слезы вопит Саша, когда они вместе достигают двери её проклятого номера, в котором один с пулевым ранением, а второй без сознания, возможно даже с черепно мозговой травмой, но его дальнейшая судьба её мало волнует. Испуганно указывает пальцем на блондина и закрывает лицо руками, в попытке скрыть эти чертовы слезы. — Что? — Артём бегает вокруг, не понимая, с какой стороны подобраться к другу. — Что. — больше никаких слов не находится. — Глеб, что происходит? Не отключайся. — бьет его по щекам. Переживает несомненно. Глеб молчит. Ему капля за каплей становится тяжело говорить. Артём злобно смотрит на Сашу, не понимает, что здесь произошло. Не знает, что творится в симпатичной, но безмозглой голове. И не ждёт ли его такая участь? — Это ты? Или этот? — кивает в сторону парня, лежащего в другом углу номера без сознания. Хорошо бы его связать, или прицепить наручниками, чтобы не сбежал, если очнется. Но все внимание уделяется парню по имени Глеб. Это она узнала только сейчас. — Я. — она виновато опускает голову вниз, все еще пряча от парня слезы. — Послушай. — падает на коленки рядом с Глебом. — Я не хотела, клянусь. Не хотела в тебя стрелять. — слезы текут ручьем. Держит его руки в своих и он слегка шевелит пальцем. — Это он должен сейчас страдать от мучительной боли. — она указывает дрожащим пальцем на проклятого парня, который все так же неподвижно лежит на полу. — Вызовите врача, я, блять, не хочу умирать. — выдавливает из себя с трудом. — А ты в суде объяснишься. Может будешь понимать, что пистолет это нихуя не игрушка. — Ты не умираешь. — орет Артём, поднимая Сашу. Прижимает к груди. Крепко. Пытается успокоить. — Я звоню уже. — Холодно. — хрипя шепчет Глеб. — Очень холодно. В его глазах читается лишь боль и боязнь за свою жизнь. Он сильный. Держится. Пытается глубоко дышать. Хватается рукой за живот, но Саша не дает, придерживая обе руки. — Не трогай меня своими блядскими руками. — грозно цедит сквозь зубы. Грубо, но у него есть основания на эту грубость. — Держись, Глеб, пожалуйста. — взволнованно просит Артём. Блондин почему-то пытается смеяться, но снова скалится. Боль отдается по всему телу слишком сильно. Саша чувствует, как его трясет. стягивает с кровати одеяло и накидывает на него. Прижимается ближе вопреки его рычаний. Его голова укладывается на её плечо и зеленые глаза закрываются. Сколько времени прошло в ожидании скорой помощи, не знал никто, но они уложились в короткие сроки. Ковалев, решивший вдруг объявиться, до их приезда успел нацепить наручники на нападавшего на Сашу, который постепенно стал приходить в себя, и увести его в неизвестном направлении. Она не успела рассказать о том, что случилось. Глеба погрузили в реанимобиль быстро, по началу отказывая и Саше и Артему ехать с ними. Но настырному шатену все же удалось добиться своего, а Саша так и не добилась разрешения. Проводила лишь взглядом машину скорой помощи. О еще одном участнике произошедшего быстро позабылось, и Саша вспомнила о нём уже по пути в номер. Заходить туда было жутко. Повсюду кровь и напоминание о её грубой ошибке. Картина случившегося отрывками промелькнула перед глазами. Она стоит на пороге номера Ковалева. Молчит. И он молчит, боится спрашивать. На объяснения у неё уже не хватает сил. Саша падает на его кровать, зарываясь лицом в подушку. Больше всего её мучало то, что по её вине случилась трагедия. — Королькова, мать твою, я места себе не нахожу. Расскажи, что случилось. — все же решается заговорить Ваня. Она выдыхает, вытирая слезы. Сказать все равно придется. От этого не убежать. Да и смысла нет. Она стреляла. Она должна понести за это соответствующее наказание. — Я чуть не убила человека, Ковалев. — теперь она уже рыдает навзрыд, пытаясь рвать волосы на голове. Так проще справиться с жестью, которая творится в ней. — Это ты стреляла? — зрачки его глаз расширяются. — Кто он? Узнала? — с трудом пытается справиться с нервами, наполняя водкой рюмку. — Это неважно. Важно то, что этот парень никак не связан с этими ублюдками. Он хотел помочь мне. А тот, кого ты утащил, пытался меня прикончить, требуя фамилию того, кто меня подослал. — Твою мать. — бьет кулаком в стену. — Саш, я надеюсь, ты когда-нибудь сможешь меня простить. Я должен был это предотвратить. — Должен был. — ее голос лишен эмоций. Она опустошена. — Но ты был слишком занят. Ковалев, я очень устала и хочу спать. — Спи. Я никуда не уйду. Буду здесь. Как только её уставшие глаза закрылись, в голову закралась мысль о том, что нужно ехать в больницу и молить прощение у Глеба. Иначе ей эта история не даст спокойной жизни. Неизвестность её пугала. Куда его увезли и довезли ли живым? Страх. Ничего кроме страха она не чувствует. Единственный выход — звонить Алине. Короткие гудки и слышится напряженный голос брюнетки. — Сашенька, я уже в курсе событий. Еду к ним больницу. Ты как? Цела? — Да, я в порядке. — Саша поднимается с кровати, игнорируя заинтересованный взгляд Ковалева. — Скажи номер больницы, я должна с ним поговорить. — Он в реанимации, сегодня к нему точно никого не пустят. Оставайся в отеле и будь осторожна, прошу тебя. — голос Алины отводит от нее мысли о том, что теперь она для всех враг. — Мы вернемся из больницы и встретимся в баре, договорились? Я тебе позвоню. Как только сбросился звонок, Саша вновь роняет больную голову на подушку, ничего не собираясь объяснять Ковалеву. На руках засохшая кровь и волосы, так же запачканные кровью спутались и слиплись, но это волнует ее меньше всего. Желание пойти в душ сильное, но обезвоженность сильнее. Ей предстоит нелегкий разговор с другом потерпевшего парня и волнения сводит желудок. Сквозь беспокойный сон она отчетливо слышит разговора Ковалева по телефону, исходя из которого ясно — мудака, напавшего на неё, уже доставили в отдел и ведется допрос. Это не может не радовать её, ведь это случилось с ее помощью. Звонок от Алины поступил в без пятнадцати девять вечера. В больницу Глеба увезли в семь. Почти два этих часа кажутся ей самыми мучительными в её жизни. — Мы ждём тебя в баре через дорогу. Артём не хочет возвращаться в отель. — говорит Алина и Саша немедленно начинает приводить себя в порядок.

***

Она вспоминает обращенный на нее взгляд Артёма, полный гнева, когда тот увидел Глеба. И если он ее уже ненавидит, она готова это принять. Принять на себя все обвинения в её адрес и всплеск негативных эмоций. — Присаживайся. — на её удивление Артём встречает её без агрессии, но разглядывает с ужасом и подозрением во взгляде. Недоверчивостью и осторожностью. Отодвигает стул, пустующий рядом с ним. — Выпить хочешь? Ей хочется пить. Смочить пересохшее горло. И она предпочла что-нибудь покрепче, чем вода. Кивает головой, давая согласие на аперитив. — Я закажу тебе что-нибудь не слишком крепкое. — ладонь Алины касается её плеча и она делает вид, что не слушает их предстоящий разговор, обращаясь к симпатичному бармену. — А теперь вы вдвоём. — Артём поочередно смотрит на девушек, желая слышать лишь правду. — Объясните, какого хуя вообще происходит? Я так и думал, что вы ввязались в какую-то ебатню. — подвигает Саше бокал с напитком красного цвета. Запах неприятный. Напоминает лекарства, или какие-то травы. Но на вкус приятнее. — Почему ты стреляла? — продолжает Артём. — Ты ведь не в Глеба стреляла. — не спрашивает, а утверждает. Саша делает уверенный глоток, не отводя взгляд от Артёма. — Алина не имеет к этому никакого отношения. Это я ввязалась в неприятности и меня едва ли не задушил тот парень, что лежал в моем номере без сознания. Я пыталась защититься. Но по неосторожности выстрелила в Глеба. Тот ублюдок ловко увернулся. — Что за неприятности? Саша не может вот так сейчас все рассказать. Дело не закрыто и говорит об этом она не в праве. — Я не могу всё рассказать. Тебе важно знать лишь то, что я не намеренно это сделала и твой друг незаслуженно получил эту чертову пулю. А дальше уже разберется полиция. — нервно сглатывает. — Я готова понести наказание, но я должна вымолить у него прощение, чтобы это не мучало меня всю жизнь. Артём ничего не говорит, молча смотрит на неё, а затем просит бармена повторить напитки. Сегодняшний вечер знатно всколыхнул ее нервную систему. Она смело и уже охотно заливает в себя очередной коктейль, запивает простой водой и просит сигарету. Плевать, что она никогда не курила. Сейчас ей хочется именно этого. Артём идёт с ней на улицу. Ему нужно поговорить с ней наедине. — Скажу, как есть. — он пытается утешить её. Кладет руку на плечо. Подкуривает ей сигарету. Она не успевает сделать затяжку, закашливается, но не оставляет попытки продолжить курить. — Глеб не самый добродушный человек. И мне искренне жаль, что ты попала в такую историю. Тебе стоит с ним поговорить. Я знаю, что он не будет настаивать на том, чтобы тебя сгноили в тюрьме. Приди к нему, когда он будет в состоянии тебя выслушать. Может не захочет слушать, но ты настаивай. А я постараюсь тебе помочь и тоже поговорю с ним. — Зачем тебе это в этом путаться? — Я верю тебе. Алина верит тебе. И портить тебе жизнь будет неправильно. Каждый может оступиться, но и далеко не каждый может заслужить прощение. Завтра позвонит его врач и скажет, в каком он состоянии. Если можно будет к нему, поедем вместе. — на её симпатичном лице мгновенно отобразилось облегчение и Артём улыбается, берет её замерзшую ладонь в свою. — Всё будет хорошо, только завязывай ты с этим гиблым делом. Артём впрямь уверен, что Саша занимается эскортом, но есть доля сомнения. Не похожа она на эскортницу. — Это первый и последний раз. — уверяет его Саша. И она не врет. Больше никогда и ни при каких обстоятельствах она не пойдёт на это. Да и с работой в полиции придется распрощаться, как бы ей этого не хотелось. Её уволят безоговорочно. — Пойдем, холодно. — шатен отпускает её руку и пропускает войти в заведение первой. — Сейчас просто постарайся забыть об этом. У барной стойки застыла Алина с зеленым напитком в руке. Похоже, она решила испробовать сегодня все существующие напитки. Рядом бокал на высокой ножке с тем же напитком, что Саша уже пила. Беспокойный взгляд брюнетки блуждает по ним. — Все хорошо? — Алина растягивает пухлые губы в улыбке. — Я начала думать, что вы меня бросили. — Мы просто поговорили, ты ничего не думай. — оправдывается Саша, ожидая ревности. — Брось ты. — усмехается Алина, взмахнув длинным хвостом. — Ты ему понравилась, но меня это не беспокоит. — Он ведь не просто твой клиент, я права? — Саша убеждена, что эти двое состоят в любовных отношениях. — Ладно. — брюнетка передает Саше бокал. — Я ранее была связана с эскортом.В прошлом году. — ее глаза наполнились грустью. — Меня поперли с работы и мне нужны были большие суммы. Знакомая предложила мне заработать «легкие» деньги и вот как сложилось. Но это действительно было один раз и я больше этим не занималась. Только сейчас, потому что хочу провести свое расследование. — девушка замолчала на какое-то время о чем-то задумавшись. Сказано было не все и Саша терпеливо ждала продолжения. — Той знакомой была Маша Соколова. Откровения Алины потрясли Королькову, но больше как сотрудника полиции, поскольку по-хорошему ей необходимо сообщить об этом следователю. И эти откровения повисли камнем на шее и стали тянуть вниз, не давая поднять голову. Все, что за два дня ей пришлось увидеть, услышать и пережить, казалось дешевым детективом, которые крутят по телевизору. — И Артём никакой не клиент. — продолжила Алина. — Мы любовники. О тебе он ничего не знает, я не рассказала. И о моем расследовании тоже. — Не зря я усомнилась, что он не просто твой клиент. — Это твоя работа, сомневаться во всем сказанном. — улыбается Алина. — Артём очень хороший человек, поверь, он поможет. А я вижу, что он хочет помочь. И между нами лишь взаимовыгодные отношения. — брюнетка взмахивает ресницами, бегло осматривает Артёма и её аккуратные брови выгибаются. — Просто слушай, что он говорит тебе и делай так. Не ошибешься. Вот, кого точно ничего не беспокоит. Сообщение от Ковалева стирает спокойствие с ее лица.

Капитан сообщил, что мы можем ехать домой. Дуй в отель, собирайся, я отвезу тебя.

— Мне нужно ехать домой. Спасибо вам за всё. Сообщите, как будет что-то известно о состоянии Глеба. — Береги себя. — Алина обнимает Сашу, как родную сестру. — Я обязательно позвоню. — До встречи. — Артём машет рукой и Саша скрывается за дверью.

***

Быстро собрав свои вещи, с огромной радостью покидает отель и садится в черную Ауди Ковалева. — Тебе завтра нужно явиться в отдел до обеда. — осторожно говорит Ковалев, заводя машину. — Но есть и хорошая новость, дело скоро будет закрыто. Руслана Исакова приняли вместе с его поддельниками. Она не может радоваться успеху , когда вокруг неё творится такое дерьмо. — Меня посадят, Ковалев. Мне уже плевать. Рада была помочь следствию. — его голова касается холодного стекла и глаза закрываются.

***

Даже в собственной квартире она не обретает покоя. Все напоминает о том, что она пережила. Два дня. Ей хватило двух дней, чтобы возненавидеть свою работу и себя саму. За свою неосторожность, за свою глупость и неопытность. Все вокруг давит на неё с невероятной силой, заставляя страдать от головной боли. Мысль о том, что она могла убить человека заставляет её просыпаться ночью в холодном поту.