Фигуры из осколков

      — Господин, мы могли бы поговорить наедине? — заглянув в кабинет Намджуна, спросил Ямазаки.       — Конечно. Юнги, ты свободен, — строго проговорил Намджун, откладывая бумаги в сторону.       Дождавшись, пока Мин покинет кабинет, якудза плотно закрыл за ним дверь и, подойдя к столу босса, встал прямо напротив него.       — Как обстоят дела с Кимом? — поинтересовался Намджун. — Ты нашел его?       — Мы обшарили весь Сеул, но его нигде нет, — нахмурившись, ответил якудза. — Он не снимал деньги, не звонил ни в больницу, ни молодому господину, он даже на улицу не выходил. Мои люди рассредоточены по всему городу. Как только он выйдет из укрытия, мы тут же его схватим.       — Так не бывает, ему нужно за что-то жить, — покачал головой Намджун, мысленно гадая, куда мог подеваться его сынок. — Проверяли его телефон?       — Конечно, он оставил свой мобильный в раздевалке телохранителей.       — Сокджина проверили?       — Да, он с ним не контактирует. Но по просьбе господина Чимина приглядывает за его дочкой.       — Какие мысли, догадки по этому поводу у тебя есть? — заметно напрягся Намджун. Беда, однако.       — Вариантов всего два, — немного помедлив, произнёс Ямазаки. — Первый: он нашел, где спрятаться, и запасся всем необходимым ещё до операции. В таком случае до выписки господина он не объявится. Второй: ему кто-то помогает. Я проверил всех его коллег, никто с ним в дружеских отношениях замечен не был. Друзей в Сеуле у него тоже нет. Ответ очевиден.       — Значит, ждем выписки, — задумчиво выдохнул Намджун.       — Его дочку выписывают через шесть дней. То есть на все про все у них есть чуть меньше пяти дней. Ким не глуп и понимает, что, если Вы заберёте ребенка, ему её уже никто не отдаст. Да и не факт, что девочка останется жива. Он этого не допустит.       — Я понял, — скривился Намджун. — Можешь идти.       — Как только что-то узнаю, сразу же доложу Вам, — поклонился якудза и покинул кабинет.       Намджун был немного удивлен тому, как ловко его сыночек и любовник все спланировали. План действительно был неплох. Зря он недооценивал их. Но и он не глуп. Если немного подумать, любой хитроумный план можно легко разгадать и предугадать следующий ход противника. Что будет дальше, он уже знал. Вернувшись из больницы, Чимин сто процентов станет послушным и ласковым. Тот всеми силами будет стараться отвлечь на себя его внимание. А в это время Тэхён попытается забрать ребёнка и уехать из страны. Вполне действенная комбинация, но его милый Чимин-и явно не брал в расчёт Ямазаки и его парней.       Намджун не планировал сразу рассказывать Чимину о том, что его план давно уже стал всеобщим достоянием. Зачем сознательно лишать себя ласки и нежности от обычно совершенно фригидного любовника? О других вариантах развития дальнейших событий он даже и не думал. Времени у закадычных дружков было слишком мало для того, чтобы хорошо продумать и реализовать более сложную схему. Они явно будут действовать по обстоятельствам. И это ему на руку.       Предвкушая предстоящие любовные утехи, Намджун, пребывая в прекрасном расположении духа, направился в офис «KimGroup». Сегодня у него было назначено несколько важных встреч, и они сулили компании нехилую прибыль. Этим прекрасным днём ему явно везло как никогда!

***

      Сопроводив босса до места встречи и оставив с ним несколько телохранителей, Юнги отправился в больницу, дабы сменить Чонгука. Довольно быстро добравшись до нужного места, он ловко припарковал свой автомобиль на больничной парковке и поднялся в отделение.       — Чонгук, можешь идти на курсы, — подойдя к другу, проговорил Юнги.       — Спасибо, это повышение квалификации из меня все соки выпило, — пожаловался Чонгук, мысленно уже раз пять сменив профессию. — Во сколько мне сегодня заступать в ночную смену?       — В ночную сегодня я и Хёнджун. После курсов иди домой, — улыбнулся Юнги.       — Ты собираешь выстоять и мою, и свою смену? — нахмурился Чонгук. — Юнги, давай я выйду в ночную, тебе нужно больше отдыхать.       — Всё хорошо, не беспокойся, — отмахнулся Юнги. — Завтра молодого господина выпишут, и мы все будем отдыхать.       — Уверен? — с сомнением спросил Чонгук.       — Да, иди уже, — похлопав друга по плечу, проговорил Юнги.       — Ладно, до завтра, — нехотя согласился Чонгук.       Кинув быстрый взгляд в сторону своего «дневного» напарника, Юнги невольно напрягся. Этот кадр был тем ещё гадом. Все знали, что он доносит Намджуну обо всем, что происходит среди телохранителей. Знать-то знали, а выжить всё равно не смогли. Протекция босса — это не шутки. Мысленно пожелав себе удачи, он тут же попытался придать своему лицу более безразличное выражение — рядом с гиеной в человеческом обличии расслабляется лишь дурак.       На удивление рабочий день прошел относительно спокойно. Чимин выходил из палаты всего один раз — проведать дочку Тэхёна. Всё остальное время того пичкали уколами и капельницами. После такой убойной дозы медикаментов сил на то, чтобы капризничать или ругаться, у «молодого господина» просто не было.       Ровно в семь вечера в отделение зашел Хёнджун. Подойдя к телохранителям, он бодрым голосом произнес:       — Добрый вечер, я готов принять смену. А где мой напарник?       — Я с тобой, — немного устало произнес Юнги.       — А, ты уже отпустил одного телохранителя, — сделал вывод Хёнджун.       — Нет, я подменяю Чонгука. Днем все были на объектах, пришлось заступать мне.       — Чего на вечер никого не перекинул? — поинтересовался дальний родич гиен.       — Кого? Новичка? Думаешь, он справится с нашей головной болью? Не хочу вместо сна ловить по всему городу детку босса, — показательно скривился Юнги.       — Разумно. Я пойду, — кивнул мужчина.       — До завтра, — произнес Юнги, прекрасно зная, что уже через пять минут Намджун узнает о том, что он назвал Чимина «головной болью».       Пожав плечами, Хёнджун занял своё место и, не говоря больше ни слова, принялся разгадывать кроссворд. Едва оказавшись в новом коллективе, он сразу же сообразил, с кем следует дружить, а кого обходить стороной. Юнги был как раз из тех, с кем выгодно быть рядом. Того уважали коллеги и ценил работодатель, иметь на работе такого «друга» — весьма приятный бонус.       Заметив интерес своего потенциального друга к хозяйскому мальчику, Хёнджун немного удивился. Обычно люди, подобные Юнги, очень сдержаны в своих эмоциях, а тут такие страстные взгляды. Это было странно. Но зацикливаться на этом он не собирался. Прекрасно видя, как ведёт себя Мин на глазах у других телохранителей, он понял, что проблем из-за симпатии у того не будет. А значит, нужно закрыть глаза и притвориться, что ничего не заметил. Молчание — золото, недаром же так говорят.       Сам же Юнги упрямо отгонял от себя все мысли о Чимине. Пусть ему и до абсурда хотелось увидеть Пака, немного поговорить с тем, узнать, все ли хорошо, подбодрить как-то. Но… нельзя. Совершенно точно нельзя. Переходя от одного босса к другому, он всегда славился своим самообладанием, но в последнее время оно все чаще начало подводить его. Не выдержав тишины и собственных внутренних метаний, он резко поднялся на ноги и, игнорируя удивлённый взгляд Хёнджуна, постучался в дверь палаты. Кто идиот? Он идиот.       — Да, — раздалось с той стороны.       Отворив дверь и войдя к Чимину, Юнги тихонько спросил:       — Господин, не хотите прогуляться?       — Мне можно уже выходить? — удивленно поинтересовался Чимин.       — Нет, эта прогулка будет нашим секретом, — шёпотом произнес Юнги. Секретом? Браво, Юнги, ты не идиот, а имбецил!       — Секретом? — с недоверием переспросил Чимин. — Где подвох?       — Его нет, если босс узнает — мне влетит, — честно ответил Юнги, всеми фибрами своей души чувствуя, как тревожный звоночек над его головой принимает форму церковного колокола и начинает громко звенеть. Настолько громко, что по всей округе слышно. Может даже и до Намджуна звук долетает…       — Зачем тогда рискуешь? — пуще прежнего нахмурился Чимин, совершенно не понимая мотивов телохранителя.       — Вы очень бледны, немного воздуха Вам не помешает.       — Уговорил, — немного помедлив, проговорил Чимин. — Пошли.       Быстро встав с постели и надев больничные тапочки, Чимин, боясь того, что Юнги может передумать, резво направился к лифту. Либо пан, либо пропал.       — Юнги, тебе жить надоело? — игнорируя присутствие Чимина, прошипел Хёнджун, всерьёз усомнившись в адекватности Мина. — Его запретили выпускать.       — Никто не узнает, — отмахнулся Юнги, заходя следом за Чимином в лифт.       Оказавшись во дворе, Чимин, радостно улыбнувшись мимолетному чувству свободы, уселся на траву под большим ветвистым деревом и, наслаждаясь едва слышным шуршанием листвы, позволил себе немного расслабиться. Хорошо-то как. Хорошо и до одури странно. Юнги нарушил приказ Намджуна. Почему? Неужели он выглядит настолько жалким? Или же… это какая-то новая уловка его благоверного? Хм. А ведь вполне возможно. Мин — шавка Намджуна. Изображая «заботу», тот вполне себе может преследовать цель узнать местонахождение Тэхёна. Умно, однако. До чего же хорошо, что он ничего не знает.       — Завтра Вас выписывают, Сокджин готовит целый праздник, — присев рядом с Чимином, проговорил Юнги.       — Он неисправим, — хмыкнул Чимин. — Каждый раз одно и тоже.       — Представляете, он заставил Чонгука залезть на яблоню и нарвать ему спелых яблок. При этом всё время повторял: «Будешь падать, не подави фрукты».       — А Гук что? — засмеявшись, спросил Чимин, умело делая вид, что всё хорошо.       — Ответил весьма красочно: «Не дождёшься, старый пень».       — Сокджин его не убил?       — Нет, грушей в лоб пульнул, отобрал яблоки и ушел в дом.       — Гук легко отделался!       — Согласен, в арсенале Сокджина была спелая вишня, а Гук в белой рубашке ходил.       — Ты так жесток, Мин Юнги! — хохотнул Чимин.       — Вы каждую неделю пытаете охрану двумя часами оперного воя, и меня ещё называете жестоким? — приподнял бровь Юнги.       — Я так соскучился по театру. Только выйду из больницы — сразу схожу на спектакль, — мурлыкнул Чимин, мечтательно закрыв глаза.       — Эм… — замялся Юнги, не зная, как сказать Чимину о том, что ему не только из палаты выходить нельзя…       Заметив замешательство телохранителя, Чимин без слов всё понял. Он ожидал такой реакции от Намджуна, но всё же смел надеяться на то, что так далеко тот не зайдет. Так наивно, если честно…       — Значит, выходить из дома мне тоже нельзя, — задумчиво произнес Чимин. — Ты поэтому меня сегодня выпустил? Пожалел?       — Может, господин ещё передумает.       — Нет, Юнги, не передумает.       — Я могу Вам чем-то помочь?       — Можешь, — неожиданно холодно произнес Чимин. — Уговори Намджуна дать мне работу в «Kim Group». Это мне очень поможет.       — Молодой господин…       — Что, не можешь? — перебил Юнги Чимин. — Я и не сомневался. Пошли, я замёрз.       Резко поднявшись, Чимин, не говоря ни слова, тут же взял курс на своё отделение. Хватит с него на сегодня новостей.       Тенью следуя за Чимином, Юнги неожиданно ясно понимал всё. Понимал и страдал на пару со своим «молодым господином».       Что ж, если эта работа поможет Чимину избежать неволи, то так тому и быть, он попробует уговорить Намджуна. И будь что будет.