Кто хочет быть с пенсионером?

Как только раздались выстрелы, я понял - пора валить, чем дальше, тем лучше. Сигма куда-то затерялся, но так как выстрел был один, значит он не находился рядом с Фицджеральдом, сам должен был всё услышать и слиться.

***

Я старался не торопиться и не топать, в целом сохранять душевное спокойствие. Я думал о смерти Скотта. И кому взбрело в голову пристрелить этого малого? Может быть, этот парень был отличным финансистом, не спорю. Он быстро раскручивал разные темки, знал куда вложиться, а где лучше скопить. Но босса криминала я в нём не видел никогда. Слишком уж доверчивый был, не умел смотреть правде в глаза. Фицджеральд избегал кровавых расправ, не был ни на одной стрелке и жил в мире розовых поней, несмотря на то, что весь капитал собрал исключительно обманом. Максимум Скотта - продажа наркотиков. Всю техническую часть именно по этой причине исполнял я. И я понимал, что охотников за моей буйной головой уже немало, так они ещё множатся в геометрической прогрессии. Американец же как будто осознал себя бессмертным. В здании, где находился его офис, было критично мало охраны. Лично я, если бы владел хоть частью его денег, сильно позаботился бы об этом.

***

Плутая по бесконечным коридорам, я понял, что в итоге заблудился. Здание было спроектировано трёхлетним мальчиком аутистом, не иначе. Коридоры, лестницы и лифты на каждом этаже были расположены по-разному. Случись тут пожар, все бы сдохли, тупо не найдя эвакуационный выход. В данный момент это было моим преимуществом и моим недостатком. С одной стороны, найти меня тут будет нелегко, с другой, каков процент, что я не столкнусь с киллером нос к носу на очередном повороте?

***

Выстрелов больше не было слышно. Вообще ничего больше не было слышно. Этаж пустовал, и казалось, что я метаюсь в этом лабиринте в полном одиночестве. Конечно, жутковато. Я тщательно напрягал свой слух, так что в конце мне стало мерещиться, что я действительно что-то услышал. Самое удивительное, я и с Сигмой не столкнулся. Пацан не подавал никаких признаков жизни. А может уже и свалил, паршивец. Звонить не отважился, хрен его знает, до чего можно дорваться. Убийство (а я был уверен, что это убийство) само по себе выглядело очень странно. Киллеру намного удобнее и безопаснее стрелять из соседнего здания, нежели пытаться проникнуть сюда. Ломая голову над этим вопросом, я всё ещё не достигнул лестницы. Что за хрень? Да как ориентироваться на этом этаже?! Я здесь был или нет, уже не помню. В какой-то момент я просто остановился и стоял неподвижно минут пять. Постепенно начинал вести себя всё более расслабленно, ибо киллер уже должен был благополучно смыться.

***

Но вернуться в кабинет к Фицджеральду я тоже не мог. Я представлял, каким будет его труп. И отчего-то мне не хотелось его видеть. Наверное, я подсознательно боялся оставить какие-то следы на месте преступления. Хотя смерть Скотта скорее всего не будут расследовать, наоборот, в органах только порадуются, что этот шарлатан скончался.

***

Я попятился спиной назад. Надо вызвать охрану на этаж. Сейчас зайду в любой кабинет и с любого телефона вызову. Всё же, смерть коллеги привела меня в лёгкий ступор, вот почему я не сделал этого ранее. Только я сделал один шаг назад, как затылком почувствовал нечто холодное и металлическое. Сердце резко скакнуло в груди. Не поворачивался и не дышал, молча ждал продолжения. Либо меня прихлопнут на месте, либо произойдёт что-то ещё. Это самое "что-то" действительно произошло. За спиной я услышал голос, слишком знакомый голос. Это был тот человек, с которым я делил свою квартиру на протяжении последних двух с половиной лет. Это был Сигма. – Ты не ушёл? Это странно. – А ты меня не отпустишь? Меня сейчас не волновали вопросы по типу: "ах, зачем ты это сделал?", "ох, почему ты так со мной?". Мне не нужна причина, если через секунду меня может благополучно не стать. – Не знаю, нет, наверное. Слишком долго я это планировал, чтобы вот так просто.. – Тю, так это не спонтанно? - я даже присвистнул. – Нет. Что тебя удивляет? Что я умею держать пистолет и убивать при помощи него? - в голосе зазвучала непривычная желчь. – Признаться, да. Чего тебе не хватает Сигма? Я ведь всё тебе дал, что мог. Здесь он замолчал на какое-то время, будто пробовал мои слова на вкус. Пистолет уже не был приставлен к затылку вплотную, но убежать всё равно не представлялось возможным. Он был начеку. Я прекрасно знал, что может сделать Сигма в той или иной ситуации. Как оказалось, мои армейские уроки для него не прошли мимо. Я сам научил его всему, при помощи чего он спокойно может меня сейчас замочить. Все мои приёмы и уловки были ему знакомы, он мог их заблокировать или, как минимум, почувствовать, что я собираюсь сделать. Единственное, что я себе позволил, прислониться к стене и сесть. Это его не разозлило. Наконец Сигма продолжил: – Охрана сюда придёт нескоро, но точно придёт. Чёртов Фицджеральд подготовился к своей смерти. Я точно не понял его слов, но не переспросил. Скотт тоже меня сегодня удивляет, получается. Видимо, всё же вложился в охрану, но доверчивость ему изменила. Конечно, он не мог испугаться Сигмы. Даже я ещё не совсем привык и не боялся. – Ты чего-то от меня хочешь, верно? Если бы это не был шантаж, ты бы просто меня пристрелил. А так, тянешь время во вред себе. – Да, я кое-что от тебя хочу. Мне уже не заполучить этого, но хоть позлорадствовать смогу. Сигма вдруг опустил пистолет и сел рядом со мной. Минут пять мы смотрели друг другу в глаза. За это время я понял, либо он сошёл с ума, либо всегда был помешанный. Глаза Сигмы просто светились удовольствием. Как будто именно сейчас происходит то, что было целью его жизни. Здоровые люди так не смотрят. Клянусь, ещё минута в таком положении, и я насрал бы под себя. Как бы дебильно это не звучало, но даже вражеская армия не пугала меня в своё время так, как сейчас один несчастный карапуз. Я понимал причину этого испуга: непонимание, что Сигма сделает дальше, какой шаг предпримет. Этот маленький ублюдок надо мной смеётся! Я не знал, как заставить его наконец-то раскрыть свою харю. Время шло, обещанной охраны нет, Сигма молчит и делает мне дырку во лбу глазами. Я понимаю, что могу вырвать пистолет и прострелить ему башку, но почему-то не делаю этого. – Хочешь, я тебе расскажу, в чём дело? И ты меня послушаешь. Хоть раз меня послушаешь.