«История одной девушки и ее прекрасной и глупой найденной семьи»

После полутора дней пути они наконец вошли в деревню, где должен был находиться дракон. Кайла сделала всё необходимые расчеты, чтобы не дать дракону уничтожить всю деревню и встретить свой якобы милосердный конец. «Кайла щёлкнула языком, размышляя о драконе и ситуации с семьей Стэнов. Ханс вздрогнул, услышав звук несоответствия от юной мисс. Он догнал Чхве Хана, который дежурил возле кареты юной госпожи, и притянул его к себе: «Юная госпожа, мы с Чхве Ханом пойдем найдем гостиницу. Пожалуйста, подождите немного» В этот момент карета остановилась, пока они смотрели на карту или пытались найти кого-нибудь, чтобы спросить дорогу. Кайла просто кивнула на слова Ханса и наблюдала, как дворецкий тащит Чхве Хана, который с тоской оглядывался по сторонам. Эта деревня напомнил ему деревню Харрис. Кайла слегка нахмурилась, оперлась локтем на окно и, положив подбородок на руку, наблюдала за ними. «Чхве Хан» «Да?» Чхве Хан посмотрел на нее с любопытством. Кайла отметила явно подавленное настроение собеседника и снова прищелкнула языком. «Чхве Хан вздохнул, и на его лице появилась обычная невинная улыбка. Мечник подошел к ней и поклонился, мягкие глаза смотрели на Кайлу. «Да, миледи. Я сейчас вернусь». Кайла отвернулась, как бы раздосадованная, улыбка Чхве Хана расширилась, и он вместе с Хансом зашагал обратно к деревне. Кайла бросила на него боковой взгляд, довольная тем, что тот больше сосредоточен на настоящем. Удовлетворение Кайлы было быстро проигнорировано видом кареты, мчащейся в их сторону. Неприятное предчувствие заполнило желудок Кайлы. Желудок Кайлы оказался прав, когда на дороге перед каретой, которая, казалось, не сбавляла скорости, внезапно упал пожилой мужчина. Чхве Хан бросился к карете, чтобы спасти старика. Кайла с расширенными от паники глазами наблюдала, как Чхве Хан подхватил старика и вышел из кареты. Карета остановилась, и Кайла посмотрела на большой кроваво-красный флаг с такой же красной змеей. Это был флаг семьи Стэн. Кайла уперлась лбом в ладонь, но вскоре собралась выйти из кареты — очевидно, ей придется вмешаться в эту ситуацию. Именно это с ней и происходило, потому что она находилась рядом с главным героем. Как только она открыла дверь кареты, то заметила, что Рон и Камилла наблюдают за ней. Служанка, приставленная графиней, не теряла времени даром, приводя в порядок ее внешний вид (путешествие в карете с многочисленными снами сделало ее волосы неухоженными, а платье — неподобающим для обозрения). «Юная леди, вы направляетесь в ту сторону?» — спросил дворецкий, держа в руках плащ для защиты от холода, который накинула Камилла. «Если не я, то кто?» Рон и вице-капитан последовали за ней. Оба мужчины окружили её, словно ожидая натиска многочисленных врагов. Кайла даже не взглянула на них, продолжая идти бодрым шагом, а Камилла посмотрела на распущенные волосы леди и вздохнула. *** Венион Стэн был сегодня в лучшем расположении духа, чем старик и простолюдин, вставшие у него на пути, но он не мог ничего поделать с хорошим настроением, которое ему дарили визиты к дракону. Поэтому он просто наблюдал, как его лакей спорит с простолюдином, раздумывая, убить их обоих и уйти или не обращать на них внимания. Разумеется, в этот момент из кареты вышла госпожа Кайла Хенитьюз. Если вы хотите узнать, какова была репутация и статус Кайлы Хенитьюз среди дворян, вы будете в замешательстве. Хотя её репутация была невысокой из-за слухов о её пристрастии к алкоголю и обычаях, неподобающих дворянке, тот факт, что она была фавориткой, предполагаемой жемчужиной семьи, сделал её чрезвычайно популярной кандидаткой в жены среди дворян. Женитьба на ней должна была обеспечить богатство и процветание на территории, где почти не было врагов. Помогало и то, что она была известна в обществе как красавица. Сам Венион никогда не встречал её, она отказывалась посещать светские мероприятия, и он никогда не считал нужным встретиться с ней на территории Хенитьюз. Поэтому её вид потряс его до глубины души. Длинные рыжие волосы развевались на ночном ветру, холодные медовые глаза смотрели на них с безразличием, лицо было маленьким, а розовые губы были сложены в вежливую улыбку. Молодая дворянка была одета в простое бледно-розовое платье, которое, должно быть, было выбрано из-за его удобства для путешествий, а вокруг её плеч был накинут плащ, защищающий от холода. Венион с интересом наблюдал, как ветер мягко шевелит платье и плащ, обрисовывая изгибы тела собеседницы. От молодой женщины веяло невинностью и в то же время чувственностью. Венион никогда не отказывал себе в желаниях, будь то деньги, женщины или дракон в качестве игрушки, он всегда их получал. Кайла Хенитьюз, даже не заметив его, заговорила с простолюдином, вероятно, её собакой. Вместо того чтобы рассердиться на этот грубый жест, как он обычно делал, Венион почувствовал радость от идеи поиграть с духом. Поэтому он открыто наблюдал за молодой дворянкой, не обращая внимания на сердитые взгляды окружающих. *** Возможно, все это был план, чтобы заставить ее выйти. Кайла наблюдала, как лакей Вениона встал позади маркиза-наследника, не сказав ему ни слова. Гордый дворянин наверняка хотел поиграть с тем, кто принадлежал к роду Хенитьюзов. Кайла положила руку на напряженное плечо Чхве Хана и почувствовала, как мышцы под её рукой напряглись, а затем расслабились. «Прекрати» «Но!» Чхве Хан широко раскрыл глаза, и Кайла поняла, что он злится, и сжала его руку, пытаясь успокоить. Кайла и сама была зла, но она также знала, что сейчас не время реагировать так, как это всегда делал Чхвн Хан. Она посмотрела на старика, которого поддерживал Чхве Хан. Даже сама жертва не могла разозлиться, ведь у неё не было никого, кто мог бы поддержать ее действия, как мечник. «Они могли бы использовать другой способ, могли бы замедлиться. Но они решили этого не делать и могли причинить кому-то вред» Кайла надавила на руку Чхве Хана, словно пытаясь подтолкнуть его к тому, чтобы он успокоился. Чхве Хан уставился на неё, его глаза пробежались по спокойному лицу Кайлы и медленно расслабились. Когда он окончательно успокоился, Кайла наконец заметила Вениона: красивые светлые волосы, легкая улыбка на губах. Идеально отглаженная одежда без единой морщинки. Сапоги без единой потертости. Однако внимание Кайлы привлекло небольшое количество красного цвета на кончике белой рубашки Вениона. «Немного крови, должно быть, капнуло на него, когда он с удовольствием наблюдал за пытками Черного Дракона». Безумный ублюдок. Этот Венион Стэн был тем, кто наслаждался едой, наблюдая за тем, как мучитель хлещет Черного дракона, пока тот не покрывается кровью. «Приятно познакомиться. Вы из дома графа Хенитьюз?» «Да. Рада познакомиться с вами, молодой господин Венион Стэн». Как и ожидалось, собеседник знал Кайлу. Венион был не из тех, кто легко добился положения наследника. Проблема была в том, что он был немного грубоват. «Мм...» Венион Стэн был из тех, кто может мягко улыбаться, ничего не чувствуя, поэтому Кайла не придала особого значения его улыбке и тому, что его глаза, казалось, были сосредоточены на ней. «У меня не было причин приезжать в ваши края, и я только слышал истории, но я слышал, что в семье графа был кто-то, кто был свободным духом, обладающей богатой красотой и не похожим на благородного.» Венион улыбнулся, наблюдая за Кайлой. Это был очень раздраженный взгляд, как будто он пытался что-то начать. «Я слышал, что молодой господин Басен Хенитьюз с прошлого года участвует во всех дворянских собраниях. Жаль, если бы не это, мы бы смогли узнать друг друга раньше». «Зачем спрашивать о том, что и так известно?» У Кайлы не было таланта к подобным светским беседам. Поэтому она лучезарно улыбнулась, подперев щеку рукой, и почтительно ответила. «Да. Собственно говоря, я и есть та самая дрянь.» Мусор. Как только это слово прозвучало из уст Кайлы лично, лакей Вениона вздрогнул. Трое мужчин за спиной Кейла вздрогнули, и невидимый Кайлой Чхве Хан сделал шаг вперед, его грозные глаза устремились на другого дворянина, готовые сразиться, если тот скажет что-нибудь неуважительное. «Наверное, одна из самых дрянных из всех дрянней». Уголок рта Вениона приподнялся. Выражение его лица говорило о том, что он никогда раньше не видел такого сумасшедшего, но Кайле было все равно. Кайла осуждала его, отталкивая от себя этого типичного злодея из всех романов, и молча стоял, глядя друг на друга. Все вокруг начали проявлять беспокойство. Лакей Вениона смотрел то в заинтересованные глаза хозяина, то в холодные глаза другой дворянки и мысленно сетовал на своего хлопотливого господина. Сначала дракон, а теперь он хочет взять себе в питомцы еще одну дворянку. «Неожиданное препятствие отняло у меня время. Но это было довольно хорошее событие, в конце концов, у него был шанс встретиться с вами, юная мисс Кайла Хенитьюз», — глаза Вениона оставили Кайлу, чтобы посмотреть на неожиданное препятствие, которое все еще находилось рядом с Чхве Ханом и не могло поднять взгляд, — «хотя, похоже, вам следует научить своего подчиненного четко различать, кому я разрешаю пересекать эту дорогу и землю, а также людей, которые могут заставить их остановиться». Хотя его тон был вежливым, презрение ко всем людям перед ним не было скрыто. Кайла безучастно наблюдала за происходящим: этого следовало ожидать от сына маркиза, дочь графа была в его глазах никем. Она похожа на лающую собаку, с отвращением подумала Кайла. Не успел Венион продолжить, как старик упал на колени и уперся руками в дорогу: «Мои... мои извинения», — глаза Чхве Хана дрогнули, когда он увидел, как старик извиняется в такой унизительной манере. Кайла скорее почувствовала, чем услышала вздох Чхве Хана, который пытался сдержать свой гнев. Зная, что для того, чтобы прикончить Вениона, ему не хватало лишь мгновения гнева, Кайла решила покончить с этой неприятной ситуацией сейчас, а не тогда, когда придется избавляться от тела другого. «Молодой мастер Венион, — прервала Кайла его самолюбование, — ты закончил?» «На самом деле, я закончил», — поднял бровь тот. Кайла повернулась, не отвечая, и присела так низко, что испачкал и плащ, и одежду. Он заглянул в глаза старику, пытаясь успокоить его настолько, чтобы покончить с ситуацией прямо сейчас. «Старик», он казался, был крайне удивлен действиями Кайлы, его голос дрожал: «Да?» «Где здесь бар?» — непринужденно спросила Кайла. «Простите?» «Где я могу получить вкусный алкоголь? Как вы уже слышали, я никудышная. Я не чувствую себя бодрой по утрам, если не выпью чего-нибудь. Мне нужно выпить, чтобы завтра был еще один замечательный день. Так что...» Непринужденное поведение Кайлы помогло старику расслабиться, и Кайла попросила Чхве Хана помочь ему поднять старика; Не обращая внимания на замешательство собеседника, Кайла повернулась и протянула руку Вениону: «Рада была познакомиться с вами сегодня, молодой мастер Венион». Кайла воспользовалась тем, что, как известно, отсутствие манер на прощание не требовало рукопожатия, а положено было бы поклониться; но сама мысль о том, что Венион будет недоволен тем, что коснулся руки простолюдина... Не стоит говорить, что Кайла не обладала чувством юмора. Однако, вопреки ее надеждам на короткое прощание, другой дворянин лишь озорно улыбнулся, зажал руку в перчатке и вложил в нее поцелуй, более долгий, чем следовало. Позади Кайлы все, кроме старика, напряглись: руки лежали на оружии, а взгляды были устремлены в одну точку. Улыбка Рона была добродушной, но глаза холодными; Чхве Хан давно утратил улыбку, и в его мече появился блеск; из всех них Ханс был одним из самых тихих, но то, как ненормально он держал взгляд на соприкасающихся руках, свидетельствовало о чем-то другом. Кайла ничего не заметила, но она сама почувствовала, как по позвоночнику пробежала дрожь. Как можно незаметнее она выдернула свою руку из казавшейся железной хватки другого и поборола желание причинить боль стоящему перед ней мужчине. Она напомнила себе, что не может нападать на неофициального преемника маркиза. Венион увидел отвращение в медовых глазах и только усмехнулся: «В следующий раз, когда встретимся, пойдем перекусим». Он не обиделся на явный отказ от ее поцелуя, поэтому той же рукой взял один из рыжих локонов и притянул его к губам, наслаждаясь ароматом. Одна рука Кайлы сжалась в гневе, а другая манила остановить возможное нападение тех, кто находился рядом с ней. «Не думаю, что мы оценим то же самое, но, конечно», — улыбка Кайлы исчезла, и, не дожидаясь больше ни мгновения, она повернулась спиной к Вениону и жестом указала на остальных. Кайла не обратила внимания ни на дрожащие от гнева руки, ни на то, как побледнела ее кожа. Все это было признаками сильного гнева, настолько сильного, что Кайла сама решила уйти, не рискуя совершить что-то неподобающее вроде убийства. Прежде чем войти в свою карету, которую по-прежнему сопровождали трое рыцарей, она обернулась и увидела, что Венион смотрит на нее с улыбкой, которая пыталась казаться дружелюбной, но в основном была тошнотворной, и маркиз вежливо поклонился. С отвращением Кайла закончила забираться в карету. Усевшись, она вздохнула и позволила гневу утихнуть, а затем заговорила. «Ганс, подойди к старику и убедись, что он не ранен, если найдешь повреждения, отведи его к врачу; дай ему понять, что нет необходимости везти нас в трактир. Если он здоров, отвезите его домой». Ханс поклонился и согласился, он всё ещё был напряжен, но ослабил бдительность, когда увидел, что госпожа под защитой. «Чхве Хан, ты поедешь со мной в карете или рядом с моей каретой, тебе нужно успокоиться», — Кайла посмотрела на Чхве Хана, который все еще был напряжен, его взгляд был устремлен на карету другого дворянина, которая уже начала движение. «Половина дворян такие, это не то, что нам должно нравиться, но если мы нападем на этого дворянина, это только создаст проблемы для графства». Кайла не верила, что Чхве Хан сдержит желание причинить вред тому, кто ему неприятен, ведь именно так произошло их знакомство. Чхве Хан колебался, его взгляд, казалось, разрывался между тем, чтобы успокоиться или сделать одну из своих обычных атак. Он посмотрел на невозмутимую Кайлу и вздохнул: «Да, миледи», — и быстро сел рядом с тем, кто вел карету. Увидев, что самый беспокойный человек исчез из виду, Кайла позволила себе прислониться головой к дивану, её усталость была очевидна. «Юная мисс», — тон Рона был таким же вежливым, как и всегда, и никто не знал, откуда он достал носовой платок. «Рон?» Кайла позволила мужчине спокойно махнуть рукой. С той же улыбкой, что и всегда, он аккуратно, но тщательно вытер всю руку, которая соприкасалась с Венионом. «Она грязная», — был ответ на невысказанный вопрос Кайлы. Они стояли так несколько мгновений, причем Рон вытирал руку дамы так, словно касался самого страшного мусора. Свободной рукой Кайла спрятала улыбку: «Она грязная», — наконец подтвердила она, и в её голосе послышался смех. Слуги и стражники вокруг молча согласились.