Секреты сердец

      Драко сглотнул, стараясь скрыть внезапное волнение. Предложение прозвучало как-то двусмысленно. Он не мог отрицать, что его влекла Гермиона, но он боялся спугнуть её, раскрывая свои чувства и истинные намерения.       Каким бы холодным и расчетливым слизеринцем он не был в жизни, каким бы не казался наглым и упертым засранцем в глазах других, рядом с ней Драко становился самой лучшей версией себя. В какой-то степени не гадёнышем и мудаком, а зайчиком и медвежонком.       Гермиона слегка покраснела, но не отвела взгляда. В её глазах мелькнуло удивление, а затем легкий азарт.       — Ты уверен? — спросила она тихо. — Это займёт много времени, и работа предстоит обширная. Тебе придётся много трудиться, если мы оба хотим получить в итоге удовлетворение от работы.       — Уверен, — ответил он. — У меня сейчас достаточно свободного времени, и, признаться, мне наскучило сидеть в Отделе Тайн. К тому же, мне интересно узнать больше о твоей работе. Пойдём?       Гермиона встала из-за стола и произнесла:       — Тогда я предлагаю не терять времени.       Никто не обратил на них внимания. Они вышли из столовой и быстро оказались в холле возле лифтов, где весьма удачно никого не было, кроме как летающих самолетиков.       Драко почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он шагнул ближе, сокращая расстояние между ними до минимума. В воздухе повисло напряжение, ощутимое как скопление магии. Двери открылись, они зашли в лифт.       — Зачем доходить до кабинета, когда можно начать уже сейчас? — прошептал он, наклоняясь к ней.       Его взгляд скользнул по её губам, и он не смог удержаться от того, чтобы коснуться их своими. Поцелуй был легким, почти невесомым, но в нём чувствовалась скрытая страсть. Гермиона ответила несдержанно, а Драко углубил поцелуй, наслаждаясь каждым мгновением. Время замерло, пока они были заняты друг другом.       Когда двери лифта открылись, они еле оторвались друг от друга. Гермиона поправила волосы и провела рукой по лицу, пытаясь скрыть эмоции. Им кто-то может встретиться в коридорах Министерства. Драко взял её за руку и потянул к её кабинету.       Их молчание было наполнено предвкушением.       В кабинете Гермионы царил творческий беспорядок. Книги, свитки и пергаменты были разбросаны по столу. Драко огляделся, а Гермиона закрыла дверь и повернулась к нему.       — Что ж, приступим к работе, — сказала она, но в её голосе звучала игривость. Она подошла к нему и снова поцеловала, на этот раз более страстно и уверенно.       Работать никто, конечно же, не собирался.       Драко одной рукой снес со стола все предметы, не желая больше ждать. Ждал столько лет, зачем тянуть ещё столько же? Посадил Гермиону на стол и вжал руки в её бедра, скомкав ткань юбки. Плевать на планы с мэнором и красивыми простынями. У него официальное разрешение от Министра магии делать всё, что ему хочется.       А хочется ему Гермиону Грейнджер. Здесь. Сейчас. Прямо на столе.       Гермиона застонала в поцелуй, чувствуя, как по телу разливается жар. Она обвила ногами его талию, притягивая ещё ближе. Драко отвечал на её страсть с жадностью, его руки с нетерпением хватали её тело. Юбка задралась, обнажая кружевную подвязку чулка, и Драко не удержался от того, чтобы коснуться нежной кожи бедра и потянул вниз.       Он оторвался от её губ и прошептал:       — Ты сводишь меня с ума, Гермиона. Ты знаешь это?       Она улыбнулась, её глаза блестели от возбуждения.       — Знаю, — ответила она, проведя пальцами по его щеке. — И мне это нравится. Ты даже не представляешь, насколько.       — Расскажешь?       — Покажу.       Драко снова несдержанно прильнул к её губам, целуя её так, словно они вот-вот оба задохнуться. Он чувствовал, как её руки скользят под его мантию, расстегивая пуговицы рубашки. Требовательно и так возбуждающе. Он отстранился, чтобы снять её рубашку, любуясь тем, как её грудь вздымается под тонким кружевом бюстгальтера.       — Ты прекрасна, — прошептал он, прежде чем снова впиться своими губами в её.       Его пальцы ловко расстегнули крючок, и бюстгальтер упал на пол, обнажая грудь. Драко не заставил себя долго ждать, нежно обхватывая грудь руками, лаская языком и бесконечно целуя. Гермиона издала тихий стон, запрокинув голову назад, позволяя ему делать с ней всё, что он пожелает.       Оба будут гореть в своей страсти и любви.       Он спустился ниже, осыпая поцелуями её живот, ощущая, как она вся расчувствовалась, как все нервы распалились под его прикосновениями. Его рука задрала юбку на уровень живота. Он поцеловал её бедро, наслаждаясь её тихим стоном. Ему нравилось контролировать её, видеть, как она теряет голову от его ласк.       Гермиона чувствовала, как её тело горит от желания. Она уже не могла сдерживать себя, пальцы судорожно сжимали его волосы. Ей нужен был он, прямо сейчас. Она потянула его к себе, шепча:       — Драко, пожалуйста…       Он оторвался от неё, его глаза горели страстью. Ни капли серого холода. Он быстро снял с себя мантию и рубашку, бросая их на пол. Гермиона залюбовалась им, а сердце разогналось со скоростью последней модели самой скоростной метлы от предвкушения.       Драко смотрел на неё с желанием. Он знал, что они оба этого хотят.       — Ты знаешь, что я безумно влюблен в тебя?       Гермиона присела на край стола и, тяжело дыша, облизывала припухлые губы.       — Драко… — прошептала она, и в её голосе звучало предостережение, смешанное с надеждой. — Что с нами будет?       — Наплевать, — грубо и безумно сексуально сказал он, делая шаг вперед и упираясь руками по обе стороны от девушки, заключая в ловушку между собой и столом. Говорит в миллиметре от её губ: — Мне плевать на правила, на предрассудки. Мне плевать на все и всех, кроме тебя. Ты будешь счастлива со мной, поверь. Больше ни с кем не сможешь быть такой любимой и счастливой.       Гермиона прикрыла глаза, наслаждаясь ощущением его близости и тепла. Запах его духов, древесный и пряный, дурманил разум. Она подняла руки и коснулась его щеки. Его кожа была горячей.       — Ты мне тоже нравишься, Драко. Я сойду с ума с тобой…       — И я тоже. Это будет лучшее в нашей жизни.       Снова поцеловал — это был самый нежный и страстный поцелуй, который они когда-либо испытывали.       Они остались вдвоем в мире, далеком от реальности. Их личный идеальный мир.       Несколько часов полного безумия. К вечеру Гермиона лежала на полу на мантии Драко, прямо на груди самого Драко и не переставала улыбаться. Его пальцы нежно перебирали непослушные кудрявые пряди волос.       Только они. Двое. Обнаженные души, наконец-то нашедшие друг друга.       — Я люблю тебя, Гермиона, — прошептал он с таким трепетом, что у неё перехватило дыхание.       — И я тебя, Драко, — ответила она, прижимаясь к нему ещё ближе.       Гермиона подняла голову, заглядывая в его серые глаза, в которых плескался целый океан, что казался ей давно теплым, родным и её. Она видела в них отражение своего счастья, своей свободы, своей новой, только что рожденной реальности. Гермиона прикоснулась пальцами к его щеке, очерчивая линию скулы. Никуда не хотелось идти. Лежать на полу кабинета целую вечность, вдвоём, с ним, с Драко.       — Тебе надо прибраться тут и пойти домой, собрать вещи, — сказал Драко, аккуратно целуя её в лоб.       — Какие вещи? — лениво спросила Гермиона, находясь в полном наслаждении.       — Ты завтра переезжаешь ко мне и это не обсуждается.       Переехать к нему? Мысль об этом казалась невероятной, почти нереальной, но в то же время такой желанной.       — Ты серьёзно? — спросила она.              — Более чем, Гермиона. Я хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро, засыпать в твоих объятиях каждую ночь. Я хочу делить с тобой всё.       Гермиона зарылась лицом в его плечо, вдыхая опьяняющий запах — смесь свежести и чего-то неуловимо мужского, такого родного и успокаивающего.       — Тогда мне пора собираться, — прошептала она, отстраняясь от него. — У меня много вещей… и книг. — У меня дома целый этаж занимает библиотека. Ещё одна деталь.       Драко нашел свои брюки на другом конце кабинета и достал заветную коробку. Он вернулся к ней, держа в руках небольшой бархатный куб темно-красного цвета. Хотел взять темно-зеленого, но купил такого цвета. Ей он подходил больше. Гермиона удивленно вскинула брови, вопросительно глядя на него.       Терпение, как и здравый смысл, закончились. Он однозначно спятил.       Гермиона сидела на согнутых коленях на полу, а он стоял перед ней в полный рост, открывая коробочку на уровне её карих глаз с расширенными зрачками. Внутри, на подушечке из белого шелка, находилось кольцо. Неприлично большой рубин с россыпью бриллиантов. Он казался слишком ярким, ослепляющим, слишком роскошным для неё, но одновременно — невероятно красивым.       — Гермиона, — начал он, его голос слегка дрожал от волнения, — ты изменила мою жизнь, хоть и не знаешь толком об этом. Благодаря тебе я стараюсь быть лучше, добрее. Я люблю тебя больше, чем могу выразить словами. Наверное, мне не хватит и жизни, чтобы доказать тебе свою любовь, но мне бы очень этого хотелось. Возможно, я тороплю события, но в моей семье принято жениться на любимых женщинах. Ты станешь моей женой?       Драко смотрел на обнаженную Гермиону сверху вниз и мысленно желал только одного: чтобы она согласилась. Приворот сработал как надо, и, кажется, довел до безумия его, а не Гермиону. Её Драко довел до экстаза, причём несколько раз.       Гермиона застыла, не веря своим глазам и ушам. Мысли путались, но одна орала в голове громче остальных: «Соглашайся, ты же постоянно думаешь о нём и любишь. Это самый лучший мужчина в твоей жизни, после отца».       — Да, — прошептала она, — да, конечно!       Драко облегченно выдохнул, надел кольцо на её палец, наслаждаясь зрелищем: голая любимая Гермиона, помеченная кольцом. Они крепко обнялись. Так и стояли несколько минут. Полностью счастливые.       Он хотел заполучить её целиком и полностью — он этого и добился. Малфои всегда получают то, чего сильно жаждут. Навсегда и навечно.