Переворот мира – К чёрту преграды!

— Это треш!       Юй Шу, совсем не сдерживаясь, добежала до небольшой полянки, скрытой высокими деревьями. Здесь, в незаметном месте, они устроили своё маленькое убежище, в которое убегали от других людей, обязанностей и правил.       Лань Ху оторвала взгляд от книги и подняла глаза на подругу, пытавшуюся отдышаться от долгого бега. Видимо, произошло что–то невиданное, раз у девушки взор яростью сверкал. А ведь разозлить Юй Шу практически невозможно — она отличалась более мягким характером, могла простить, что угодно уже через семь минут (Лань Ху засекала время и могла с лёгкостью подтвердить сие заявление). Да и вообще, девушка даже обижаться не умела, слишком отходчивый человек, божественного характера юная дева. — Что произошло? — А вот Лань Ху, наоборот, отличалась вспыльчивым темпераментом и дьявольской мстительностью, и, если её обидят — она не простит никогда и никого. До конца жизни будет помнить и проклинать, что в мыслях, что вслух — от всей своей широкой и щедрой души. — Терпеть не могу, когда вы общаетесь на этом языке, — Вклинился в их диалог третий голос. — О, А–Чэн, и ты тут, — Перешла на китайский Юй Шу, заметив лежащего на траве паренька. Он в ответ фыркнул, крутя в пальцах соломинку.       Тогда, пять лет назад, когда подруги встретились в первый раз, они действительно пошли искать будущего Непревзойдённого. Нашли они его маленьким девятилетним ребёнком, переглянулись и решили подождать.       Как бы Юй Шу не было жаль ребёнка, Лань Ху была права — Хуа Чэн должен был спрыгнуть с крыши, чтобы его поймал Се Лянь, а то как же появится та прекрасная и завораживающая любовь? Правильно, никак, поэтому Юй Шу смирилась.       Ну а потом, когда «судьбоносный» прыжок был осуществлён, упрямую Юй Шу со своим «не хочу чтобы он страдал» было не остановить. Впрочем, тогда и Лань Ху уже не сопротивлялась, и обе, вооружившись смелостью, чистой одеждой и заправившись тонной наглости и нахальства, вытащили Хуа Чэна из самого ужасного района столицы, притащив его в купальню.       Сначала тот отпихивался, чуть ли не шипел и зло смотрел на более сильных (так как они хотя бы питались регулярно) девочек, а потом смирился — в конце–то концов, даже будущий Непревзойдённый не в силах устоять перед двумя упрямыми девушками, связанными одной целью и стремглав несущимися по намеченному ими же пути. Поняв, что ему помогают и ни на что не претендуют, он, сначала осторожно, а потом уже без страха начал им доверять.       У них была совсем небольшая разница в возрасте — Хуа Чэн был младше их всего на три года, но из–за отсутствия питания и плохого качества жизни казался ребёнком не меньше шести лет, настолько он был маленьким и худеньким (даже у Лань Ху, которая детей терпеть не могла, сердце кровью обблевалось, когда она увидела сильно выступающие рёбра А–Чэна). Впрочем, Лань Ху и Юй Шу это исправили, таская парню еду и оплачивая за него комнату на постоялом дворе из своих собственных сбережений, которые им выделялись отцами и матерями на так называемые «карманные расходы».       Парню это не нравилось до сих пор, но его никто не спрашивал.       Они следили за жизнью будущего Демона настолько бдительно, что, оглядываясь назад, они осознали, что проводили с ним много времени каждый день. Поэтому был уже не удивителен тот факт, что в их тайном месте спокойно лежит на траве Хуа Чэн.       А уж как они ему имя давали — это была отдельная история. Когда однажды одна из них сказала, мол, будешь теперь не Хун–Хун–эр, а Хуа Чэн, он чуть встрепенулся, словно маленький воробушек, облив их водой с ног до головы, ибо в этот момент они пытались его в очередной раз отмыть от помойной вони, что не отмылась в прошлые разы (либо он опять куда–то залез, лиходей проклятый). На вполне резонный вопрос: «А почему именно такие имя и фамилия?» они ответили, что он потом сам им за это спасибо скажет. В общем, девушки дарование такого имени объяснили своим базовым и излюбленным «потому что».       Вот так и прошли эти пять лет. Лань Ху и Юй Шу встречались чуть ли ни каждый день, их семьи были только рады дружбе между девушками, ведь даже через подобную дружбу связи политические внутри государства крепчали, а Хуа Чэн проводил с ними время больше, чем с собственной семьёй, и каждый раз чуть ли не пел оды Наследному принцу.       Только вот Се Лянь эти оды не слышал, а Юй Шу и Лань Ху знали их все наизусть не только заранее, но и уже не раз и не два их услышав от влюблённого по самое небалуйся парнишки. — А мы тебе говорили, чтобы ты выучил этот язык, — Повернула к мальчику голову Лань Ху, отвечая на брошенную им претензию, что он порой не понимает, что они говорят. Естественно, они же говорят друг с другом наедине исключительно на русском.       Сначала они и при Хуа Чэне говорили только на китайском, но потом махнули рукой и перестали перед ним скрываться. Во–первых, они были уверены, что тот никому не расскажет, характер не тот. Во–вторых, им просто надоело сдерживаться при мальчике, ибо они не хотели забывать родную речь, которую чудом умудрились сохранить.       В–третьих, Хуа Чэн оказался очень умным и сразу заподозрил что–то неладное. В конце концов, эти двое отчего–то искали и нашли именно его, а не какого–то другого несчастного и живущего в бедности. В общем, будущий Непревзойдённый, глядя на девушек, в один вечер просто заставил из расколоться. На это повлияло несколько факторов: их нежелание скрывать от него, понимание, что могут потерять с трудом добытое доверие, если не расскажут, ну и взгляд будущего Демона, который заставлял волосы дыбом становиться. И в итоге, Хуа Чэн стал единственным, кто знал про их секрет и перерождение.       Узнав, он поверг обеих в шок. Они ожидали удивления, непринятия, кучу вопросов, а досталось им лаконичное: «А, ну теперь понятно». — Вы мне написали алфавит, много правил произношения, какие–то падежи и склонения. И всё это заняло более двадцати свитков, а после снилось мне в кошмарах, — Послышалось в ответ. Верно, в какой–то момент они решили научить Хуа Чэна говорить и писать на русском. У того получалось плохо. По крайней мере, по его словам, потому что с девушками он разговаривал исключительно на китайском, каждый раз отбиваясь от их предложений поговорить на русском. — Давайте вы потом разберётесь, кто и какой язык учит? — Перебила их Юй Шу, — У меня проблема! — Какая? — Уточнила А–Ху. — Меня выдают замуж за второго сына господина Ян!       Лань Ху поперхнулась воздухом и в её глазах ясно читалась жалость. — Это за того самого, у которого живот размером с арбуз? — Поднял бровь Хуа Чэн. — Именно! — Мне его очень жаль, — Протянула Лань Ху, внимательно глядя на подругу, — Ты же ему яд подольёшь в первую брачную ночь, причём не в напиток, а прямо в глотку, и флакон сожрать заставишь, чтобы его убил, если и не яд, то осколки стекла, чтобы уж наверняка.       Юй Шу бросила на подругу испепеляющий взгляд, а Хуа Чэн захохотал. — Иди ты к черту! — Не сдержалась Юй Шу. — Уж лучше сама им стану, — Покачала головой в ответ Лань Ху, — А вот как избежать брака надо подумать. А–Чэн, есть предложения? — Предлагаю сбросить его в реку, а будет всплывать, то подержим под водой, пока не перестанет дёргаться, — Пожал плечами Хуа Чэн.       Девушки резко повернули к нему головы, переглянулись и снова посмотрели на изучающего облака Хуа Чэна (какое небо голубое, ага). — Что? — Спросил он их, заметив их взгляды. — Он сейчас на русском говорил? — Прошептала Юй Шу, — Или у меня галлюцинации? — Хуа Чэн… — Недовольно процедила сквозь зубы Лань Ху, прожигая взглядом парнишку. — Да? — Он лукаво улыбнулся и девушки сразу поняли, что он уже очень давно прекрасно понимает, о чём они болтают на своём языке. — Ты, что, выучил всё–таки русский?! — У А–Шу дёрнулось нижнее веко. — Ага, — Довольно фыркнул он, следя за реакцией. — И всё это время прикидывался, что ты его не знаешь? — Вкрадчиво спросила А–Ху. — Ага, — Ещё довольнее ответил он. — А–Чэн! — В один голос воскликнули девушки. — М? — Ты нормальный? — Возмущённо задала риторический вопрос дева Юй, но он решил ответить на него. — Дай–ка подумать, — Парень сделал вид, что задумался, — Уверен, что нет. Нормальный бы вас не выдержал. — Это всё твоя вина, — Ткнула пальцем в подругу Юй Шу. — Почему опять я?! — Возмутилась та в ответ. — Так сбрасывать неугодного жениха в реку мы будем или нет? — Прервал их Хуа Чэн и сделал он это зря, ведь на нём скрестились две пары злобных взглядов.       Закончилось всё тем, что будущий Демон ранга Непревзойдённый еле улепётывал на полной скорости от двух юных девушек, которые жаждали пустить ему кровь (и которым было бриллиантово на их дорогие ханьфу в пол), ибо за всего несколько минут он умудрился довести их до ручки.

***

      А вот свадьбы так и не случилось, к большому счастью Юй Шу. Её жених слёг с лихорадкой и его не стало через месяц (и Слава всем возможным Богам!). Девушка, однако, очень сомневалась, что лихорадка была вызвана естественным путём, но промолчала и решила не спрашивать у названных сестры и брата подробности.       Она не хотела знать.       Только вот незадача… Не только она засомневалась в естественной смерти молодого господина Ян и началось расследование, которое длилось несколько месяцев. Возможно, они всё–таки и нашли бы виновного, если бы не случилось то, что заставило абсолютно всех забыть про смерть молодого господина.       В столице Сяньлэ, после беспорядков, связанных с недовольными жителями Юнъани и возвращением с Небес Наследного принца, вспыхнула эпидемия, которую после назовут поветрием ликов.       Хуа Чэн присоединился к армии Сяньлэ, сражаясь за своего принца, а Лань Ху и Юй Шу оказались запертыми в собственных домах ради их же безопасности. Только вот обе девушки знали, что стены и закрытые окна не спасут от эпидемии, и не видели смысла сидеть безвылазно в комнатах.       Они знали, что очень скоро их жизнь изменится, но не знали, как именно. Умирать от старости обе не собирались и у Лань Ху давно уже был план: она собиралась стать Демоном. Юй Шу знала, что она им станет наверняка со своим характером, однако девушка не знала, что станет с ней.       Решив, что стезя Демона не для неё, она пыталась с помощью медитаций создать Золотое ядро, понятия не имея, как именно это делать. Поэтому, когда все вокруг на улицах прятались со страхом, она через окно перелезла во внутренний двор, а потом сиганула через забор, наплевав на всё воспитание и длинное ханьфу.       Все вокруг знали, где сейчас находится принц, поэтому она без проблем нашла место собраний Се Ляня, Фэн Синя и Му Цина. В этот раз она лезла через окно уже внутрь помещения. Тихо скрывшись возле стены, она принялась ждать. Ожидала она недолго: через пятнадцать минут в комнате оказалась неразлучная троица, из которой двое постоянно спорили. — Кхем, — Откашлялась девушка, привлекая к себе внимание, — Прошу прощения, что отвлекаю, но вы не могли бы дать мне совет, как заставить советника дать мне парочку уроков, а то я умирать совсем не хочу. Или как самой вознестись, у вас же опыт есть.       О, что потом произошло Юй Шу вспоминала со смехом. Фэн Синь схватился за лук, крутясь из стороны в сторону, Му Цин вытащил меч, а Се Лянь нахмурился, но после очень медленно и спокойно произнес: — Если вы намерены вознестись, то необходимо совершить необычное деяние или идти путем амбициозного совершенствования. Учитывая тот факт, что у вас сформировано сильное Золотое ядро, вы можете вознестись в любой момент, дева Юй.       Фэн Синь медленно опустил лук, Му Цин вернул меч в ножны, а Се Лянь молча смотрел на девушку, которая слегка приоткрыла рот: — Вы, что, меня знаете? — Трудно не знать вторую молодую госпожу семьи Юй, которая пробралась в Священный Королевский Павильон, чтобы посмотреть свитки. — Упс… — Выдала Юй Шу, — Я думала, меня никто не видел. — Там был я, и я вас заметил. — И никому не сказали? — А надо было? — Не особо, — Покачала головой Юй Шу, — Спасибо за совет. Вы не против, если я выйду через дверь? — Ни капли, так, наверное, вам будет удобнее, — Се Лянь указал ей на дверь. — Благодарю, — Поклонилась Юй Шу и двинулась к двери. Уже выходя из комнаты, она вдруг остановилась, послала всё к черту и обернулась, — Кстати, поветрие не трогает тех, кто хотя бы раз убивал.       Заявив это, она скрылась в темноте коридора, а потом и на улице, оставляя в комнате ошарашенного Се Ляня и двух его компаньонов, которые обернулись к принцу с вопросительными взглядами. Тот только вздохнул и подтвердил слова девы Юй. «Как она узнала?» — Пронеслась в голове принца важная мысль, но вскоре она исчезла под натиском проблем.       И вернётся к этой мысли Бог в Короне Из Цветов ещё нескоро.

***

— Ты сделала что?! — Закричала во весь голос Лань Ху, услышав рассказ Юй Шу. — Ты говорила с принцем?! — Вторил ей второй удивлённый голос. — А можно не кричать? — Закатила глаза Юй Шу, — У меня, в общем, есть выбор: или вознестись, чтобы не подхватить поветрие ликов, или убить человека. — Не меняй тему! Как тебе вообще в голову пришло пробраться к принцу?! — А вот это меня как раз не удивляет, — Фыркнул Хуа Чэн, — Она у нас спокойная, рассудительная, но один раз может выдать такое, что век помнить будут. — Согласна! — Заявила торжественно А–Ху.       Юй Шу показала им обоим язык и сделала вид, что обиделась, сложив руки на груди, обдумывая как рассчитать время, чтобы больше тренироваться. Лань Ху и Хуа Чэн переглянулись и одновременно закатили глаза, заметив задумчивое и напряжённое от мыслей лицо Юй Шу. Они–то были уверены, что та вознесется.       Не в её характере Демоном быть, а то ещё прослывёт самым добрым Демоном, который людям помогает, вот же умора будет. Весь Нижний Мир ржать до колик в животе будет, а Верхний разобьёт себе лицо ладонью, ибо фейспалмы — штука мощная, лица разбивает в кровь, особенно когда их делаешь часто и от всей своей души.