Рыцарь и принцесса

Пришло время возвращаться в суровую реальность. Пока Эшли поправляла тонкий свитер и застёгивала пуговицы на своём пиджаке, Леон уже закреплял ремни и проверял своё снаряжение. Он был полностью сосредоточен на своём деле и готовился к предстоящему путешествию. Серые глаза осматривали каждый предмет, проверяя, нет ли каких-либо неисправностей или повреждений. И всё это время стоял спиной к девушке, невольно заставляя её вспомнить недавние события: как цеплялась за эту спину, гладила, сжимала и даже царапала. Мотнув головой, Эшли отогнала ненужные сейчас мысли. Ухмылка появилась на губах Кеннеди, когда он почувствовал на себе пристальный взгляд. Наконец, он повернулся лицом к девушке. — Нравится? — Нет, — откровенно соврала Эшли, а затем, сев на кровать, принялась надевать обувь. Тем самым появилась хорошая причина не смотреть на самодовольное выражение лица. — Лгунья, — сказал Леон обвиняющим тоном и ухмылка его стала только ярче. — Всё это время ты бесстыдно пялилась на меня, — он сел на корточки перед своей спутницей, дразня её низким голосом. — Хватит, — несмотря на желание урвать ещё немного тепла, личного времени для двоих, Эшли не могла поступить так опрометчиво. Они не могли задержаться здесь дольше необходимо. — Нам пора, Леон. Леон видел серьёзность в словах и во взгляде девушки, признавая её правоту. Коротко вздыхая, мужчина кивнул. Его тон тоже стал более серьёзным. — Ты права. Впереди нас ждёт долгий путь. Открыв дверь, они войдут в эпицентр постоянного сражения. Замок ненормального карлика был во много раз опаснее и страшнее деревни. И охраны казалось намного больше, с более серьёзным снаряжением против них, незваных гостей. Леон внимательно следил за обстановкой, серые глаза быстро скользили по коридорам замка. Территорию патрулировали другие стражники, их шаги эхом разносились по коридору. Он положил твёрдую руку на плечо Эшли. Голос стал тихим и низким: — Держись поближе ко мне. И постарайся не шуметь. — Да, да, поняла, — шепотом ответила Эшли. Их шаги были медленными и размеренными. В воздухе сгустилось напряжение от присутствия опасности. Эшли взволнованно оглядывалась по сторонам, прижимая прохладные руки к груди. Леон же чувствовал, как волосы на затылке встают дыбом, его чувства были напряжены до предела. — Давай немного ускоримся. Смотри в оба, впереди точно будет больше охранников. — И опять их долбанные арбалеты, — тихо чертыхнулась Эшли. — В прошлый раз они чуть в тебя не попали. Воспоминание о схватке с лучниками всё ещё было свежо в памяти. Мужчина кивнул. — Они настоящая заноза в заднице. Поэтому нам нужно быть осторожными и избегать их, насколько это возможно. Возможно это только при одном случае — не привлекать внимание. Но, к сожалению, у проклятого хозяина замка везде были глаза и ушли. Он оказал своим гостям поистине тёплый приём. Навстречу к ним вышло шесть вооруженных сектантов. — Эш, назад! — громко приказал Леон, немедленно вступая в бой. Находиться на несколько шагов позади, но не убегать слишком далеко. Они уже обговаривали этот момент и выбрали оптимальное расстояние. Эшли всегда должна была находиться в зоне видимости Леона, и очень внимательно слушать его команды. Как, например, в ситуации, когда необходимо было кинуть гранату. Взрывающуюся или световую, не важно. Эшли не должна была попасть под удар. А ещё перед ней стояла важная задача — следить за тылом своего напарника. Чтобы никто не подошёл сзади и не ударил в спину. — Леон, сзади! — немедленно крикнула Грэм, заметив, как на агента стали замахиваться косой. В тот момент, когда Леон собирался вонзить свой нож в горло сектанта, он услышал настойчивое предупреждение. Тело двигалось инстинктивно, с быстрым разворотом он присел на одно колено и вскинул руки с пистолетом. Опасное лезвие просвистело над головой. Буквально секунда промедления — и он был бы мёртв. Эшли спасла его задницу. Точный выстрел в лоб — и кидающий косу с глухим хлопком упал на землю. Эшли следила за ходом сражения с нарастающим беспокойством. Леон определенно был профессионалом своего дела, его движения и видение боя со стороны казались безупречными. Но никто не застрахован от шальной стрелы или топора в спину. Поэтому она следила с особой настойчивостью. И совсем позабыла о собственной безопасности. Один из сектантов подкрался к ней сзади. — Нет! Отвали! Отправляя очередного любителя обнимашек в нокаут с разворотом ноги, Леон услышал знакомый крик и его сердце подскочило к горлу. Он развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть врага, приближающегося к девушке с целью схватить и унести к своему хозяину. — Эшли! Выстреливая в голову сектанту, который начал подниматься на ноги, и ещё одного, схватившего сзади за руки, перебрасывая через себя и быстро всаживая лезвие ножа ему в горло, Леон побежал в сторону Эшли. Та смогла оттолкнуть нападавшего и отшатнуться в сторону. Леон воспользовался преимуществом, оказался позади заражённого и свернул ему шею с характерным щелчком. Чувство удовлетворения охватило Кеннеди, когда он увидел, как тело безвольно упало перед ним. — Эш? Всё путём? — Спросил Леон, оказываясь рядом со своей спутницей. Его пристальный взгляд блуждал по её телу, ища какие-либо признаки травмы. — Я в норме, — кивнула Грэм, переживая неожиданное нападение. Сердце всё ещё бешено колотилось, а руки немного дрожали. Но это быстро пройдёт. Потихоньку, но она начинала привыкать к таким ситуациям. — А ты как? Леон облегчённо выдохнул, благодарный за то, что всё обошлось. Однако беспокойство в голосе Грэм не осталось для него незамеченным. — Всё нормально. Я бывал в ситуациях и похуже. Наступит день, и Эшли в подробностях расспросит о тех страшных моментах, что случались с Леоном ранее. Его история жизни богата на события. Шрамы на его теле были красноречивее любых слов. Но несмотря ни на что, он оставался очень чутким и добрым человеком. Умеющим сопереживать. И бороться до самого конца, не опуская руки. Пока никто не видел, Эшли подошла ближе, встала на цыпочки и быстро чмокнула его в губы. — Всё. Теперь пошли дальше. Сердце Леона пропустило удар в груди. Поцелуй, даже если он был кратким, неизменно вызывал в теле электрический разряд. — Осторожнее, Эш, — игриво предупредил. — Кто знает, как я отреагирую в следующий раз. — Это угроза или обещание? — в похожей манере задала вопрос Эшли, снова идя позади Леона. И когда он остановился, она врезалась в его спину. — Всё зависит от тебя, — оглянулся на свою спутницу через плечо, наслаждаясь подшучиванием друг над другом, даже посреди опасности. — Не отвлекайтесь, агент Кеннеди, ведите даму. Этот флирт был одновременно очаровательным и сводил с ума. — Как пожелаете, мэм.

***

Следующий перерыв, возможность перевести дух и немного отдохнуть, случился примерно через час. Леон высматривал через прицел винтовки усиленную охрану, что ждала их по ту сторону моста, как вдруг услышал странный, протяжный звук. — Вот блин… — раздосадованно простонала Эшли, хватаясь за свой живот. Несмотря на опасную обстановку вокруг, Леон не смог удержаться от тихого смеха. Звук урчания в животе наполнил воздух, полностью сдув напряжение, как воздушный шарик. — Что ж, похоже, кто-то проголодался, — поддразнил он, заканчивая с высматриванием целей. Винтовка была убрана за спину. — О, похоже, у нас тут Шерлок, — съязвила Эшли. Она ощущала неловкость из-за чересчур громкого звука. А если бы им снова пришлось незаметно перемещаться по замку? Рёв кита не остался бы незамеченным. Леон усмехнулся саркастическому ответу. Его глаза весело заблестели. Но даже он был вынужден признать, что был впечатлен уровнем децибел в желудке своей спутницы. — Эй, не беспокойся об этом, — мужчина полез в один из кармашков на поясе и вытащил протеиновый батончик. — Держи. До тех пор, пока мы не найдем что-нибудь более существенное, придётся довольствоваться этим. Найти что-то существенное довольно сложно. Но по крайней мере в замке отыскать свежую, пригодную для пищи, еду гораздо легче, чем в той же деревне. Эшли испытывала тошноту от одних лишь воспоминаний протухшей еды и сваренных потрохов животных. А может, то и не животные были… Снова отгоняя от себя ужасные мысли, она сделал первый укус. Протеинового батончика должно хватить на первое время. — Спасибо. — Без проблем, — сказал мягким и серьёзным тоном. Леон заметил изменение в поведении Эшли, как оно на мгновение омрачилось, и хотел спросить, всё ли в порядке, но решил не настаивать. Мало ли, ещё аппетит испортит. Ещё пару минут они позволили себе передохнуть, а после двинулись в путь. Теперь, когда было ясно, с каким радушием их будут принимать по ту сторону, они передвигались ещё осторожнее. И всё было нормально, они долгое время не встречали противников. Пока Эшли не скрутил приступ. Она уже испытывала такой ранее, и когда была одна, и после встречи с Леоном. Они всегда наступали неожиданно. В груди появилась знакомая тяжесть, а из лёгких стал рвался сильный кашель. Грэм прикрыла рот рукой. Услышав приглушенный кашель у себя за спиной, Леон немедленно повернулся. — Эшли? — Позвал он девушку обеспокоенным тоном, подходя ближе. — Ты в порядке? В ответ Грэм помотала головой. Всё хорошо. Вскоре это должно пройти… Но стало только хуже. Она отвернулась и согнулась от боли. Кашель рвался сильнее, горло сильно драло, а затем… Её руки задрожали, когда на ладонях появилась кровь, смешанная со слюной. — Чт-то? Опять?.. Глаза Кеннеди расширились от тревоги. Холодный ужас поселился в животе. Он взял руки девушки в свои, сжатие было твёрдым, но нежным. — Твою мать, — тихо выругался под нос. В такой ситуации он был бессилен. И это только сильнее злило. Высвобождая одну руку, всё ещё дрожащую, Эшли вытерла тыльной стороной губы, запачканные кровью. Возобновившихся симптомы поселили в её душе страх. Они очередной раз окунули в суровую, жуткую реальность — в их телах прогрессирует паразит. — Л-леон?.. Кеннеди чувствовал дрожь в руке девушки, страх в её голосе, и ужас в его животе превратился в тугой узел. Его хватка на тонкой руке усилилась, будто пытался предложить утешение и поддержку перед лицом жестокой реальности. — Всё в порядке, Эшли. Мы разберёмся с этим. Я здесь, с тобой. В ответ Грэм лишь кивнула. Ей сложно было говорить. Из-за страха внутренности скручивало. Так ещё тяжесть в груди усиливалась. Тяжело было сделать глубокий вздох. Леон это видел. И лихорадочно пытался придумать хоть что-нибудь, чтобы облегчить состояние. Его сердце болело за девушку, зная, какой напуганной и беспомощной она чувствует себя прямо сейчас. — Держись, принцесса. Мы справимся с этим. Просто… просто постарайся сохранять спокойствие, ладно? Дыши. Спокойно. Это был хороший совет — Эшли начала с дыхания. Под размеренный, нежный голос у неё хорошо получалось. Просто дышать. Медленно. Осторожно. Прикрыв глаза, она позволила тяжести момента улечься на обоих. Держалась за руку, которая всегда поддержит и не даст упасть. Чувствовала присутствие человека, который всегда защитит, укроет словно щит, и никому не даст в обиду. В груди стало разливаться чувство благодарности и нежности. А приступ потихоньку сходил. Эшли сильнее сжала пальцы Леона, а затем сделала небольшой шаг вперёд, чтобы осторожно прижаться к его груди. Леон глубоко выдохнул. Ощущение того, что в его объятьях искали утешения, всколыхнуло волну желания защитить. Он прижал к себе такого хрупкого… и такого храброго человечка. Эшли была настоящим бойцом, стойко терпя любые трудности и невзгоды. — Всё в порядке, — тембр его голоса был успокаивающим бальзамом посреди хаоса. — Я здесь. — Да. Ты здесь, — а вот голос Эшли звучал хрипло после кашля. Но она была благодарна уже тому, что могла нормально говорить. Отняв руку, на которой все ещё оставалась кровь, она, как думала, незаметно вытерла её от свой пиджак. Одним грязным пятном больше, одним меньше. Леон издал тихий, невеселый смешок, став свидетелем скрытия улик. — Ты как всегда находчивая, Принцесса. — Он медленно отстранился, ровно настолько, чтобы получше рассмотреть хорошенькое лицо, на котором недавно была гримаса боли. Серые глаза были полны беспокойства. Эшли слабо улыбнулась. — Приходится быть такой, пока мы выживаем. Я в порядке, Леон. Теперь мы можем идти дальше. Может, перед тем как перебраться через мост, мы сможем отыскать какую-нибудь шикарную графскую комнату, где будет уборная? Я готова убить за возможность хоть немного полежать в тёплой воде. — Да, горячая ванна сейчас звучит довольно фантастично, не так ли? — согласился Леон. Перемена настроения, которая сильно сбила градус напряжения, не могла не радовать. Он позволил себе немного больше, поэтому добавил с подмигиванием. — Если у нас будет достаточно времени, я, чур, присоединюсь к тебе в ванне. Эшли покраснела и очаровательно замялась от предложения, застигнутая врасплох. Но когда пришла в себя, тихо фыркнула, легонько хлопнула его по груди и пошла чуть впереди. На краткий миг они оказались не в зоне боевых действий, а просто мужчиной и женщиной, бесстыдно флиртующими. — Эй, не нужно стесняться, — окликнул свою спутницу Леон дразнящим тоном, и быстро догнал, идя в ногу рядом с ней. — Я просто высказываю предпочтения, вот и всё. — Как это непристойно с вашей стороны, агент Кеннеди, — наигранное ворчание сменилось таким же наигранным печальным вздохом. — И где мой прошлый, обходительный джентльмен, который один лишь намёк на флирт сворачивал? Да так мягко, боясь затронуть нежные, девичьи чувства. — Ты скучаешь по тому старому вежливому агенту? — Леон поддался ближе к макушке девушки и наклонился. В уголках его губ заиграла лукавая улыбка. — Тот, кто никогда не переходил черту и не делал неподобающих предложений? — Есть такое, — Эшли не стала отрицать. Свои руки она завела за спину и снова легко улыбнулась. — Он был очень милым, знаешь? Мужчина покачал головой в веселом недоверии. Его глаза сияли тёплой привязанностью, которую он испытывал к своей спутнице, несмотря ни на что. — Значит, ты предпочитаешь вежливых джентльменов? — Отважный, храбрый рыцарь, не боящийся сражаться с ордой врагов. При этом робкий и чувственный по отношению к даме, — Эшли описала своё первое впечатление о Леоне. Именно таким он был в их первую встречу. — Да. Мне это нравилось. Описываемый первоначальный характер был удивительно точным. Леон вспомнил, как они впервые встретились, как он был настороже, вежлив и осторожен по отношению к дочке президента. При воспоминании мужчина шумно усмехнулся. — Итак, ты говоришь, что влюбилась в троп «рыцаря в сияющих доспехах»? — Без доспехов, — поправила Эшли. Но она не отрицала своей влюбленности. — Но было бы круто облачить тебя в доспехи. Пару рыцарей нам уже встречались. Леон приподнял бровь, игривая ухмылка расплылась по его лицу. — Думаешь, я бы напустил на себя рыцарский вид? Никогда не думал о себе с такой точки зрения, но, полагаю, я мог бы попробовать, если бы ты этого захотела. — Тогда и оружие придётся сменить. Хм, — Эшли призадумалась. А после выдала, щёлкая пальцами. — Точно. В этом замке и мечи были. Ты умеешь обращаться с мечом, Леон? — Ну, вообще-то, — его тон стал немного серьёзнее, но всё ещё с оттенком веселья, — я довольно много тренировался с мечами и шпагами, когда учился в академии. Прошло много времени, но я почти уверен, что ещё могу размахивать им, не ставя себя в неловкое положение. — Ого, — восхищённо протянула девушка и посмотрела на своего героя-рыцаря. — Ты крут! Услышанная похвала была приятна. На лице Леона отразилась смесь гордости и веселья. Он не привык, чтобы его называли «крутым» за что-то вроде владения мечом, но не мог не чувствовать некоторого самодовольства по этому поводу. — Ах, ну, это просто небольшая практика, — скромно добавил он. — Но я ценю комплимент, Принцесса. Не каждый день твой рыцарь в сияющих доспехах получает такую высокую оценку. — Я слышу намёк на желание больше получать похвалы? Леон ухмыльнулся в ответ. А когда снова наклонился в сторону девушки, глаза озорно заблестели. — Может быть, мне просто нравится слышать, какой я потрясающий, от самой красивой женщины. Шаг замедлился. А через пару секунд Эшли и вовсе остановилась, тем самым заставив остановиться и Леона. Вокруг ни единой души. То, как беззаботно они общались и флиртовали друг с другом пробудило желание. Безумное. Ведь здесь почти невозможно нормально укрыться. Эшли стала озиралась по сторонам, нашла первую попавшуюся дверь, взяла Леона за руку и потянула за собой. Небольшая комната, заваленная старой мебелью. Столик, на ней пишущая машинка. Рядом софа. Сойдёт. Леон не сопротивлялся и всё это время молчал. Но его мысли лихорадочно соображали. Он знал, что произойдёт, и волна предвкушения, смешанного с возбуждением, прошла через него. Позволив себя усадить на софу, он громко выдохнул. Глаза были прикованы к девичьей фигуре. А когда Эшли забралась на него сверху, из горла вырвался низкий, одобрительный звук. Его руки немедленно легли на нежные, обтянутые зелёной тканью юбки, бёдра. — Мой храбрый рыцарь, — тихо, благоговейно, зашептала Эшли, дрожа от волнения и такой неожиданной решимости взять дело в свои руки. Обнимая сильные плечи, она чувствовала под пальцами твёрдые мышцы, от которых перехватывало дыхание. Прильнула к груди мужчины. Губы нежно коснулись его щеки. — Я хочу дать тебе награду. — О, правда? — вопрос прозвучал низким, хрипловатым голосом. — И какую награду ты задумала для своего рыцаря, Принцесса? — Себя? — в вопросительной форме ответила Эшли с тихим смешком. А затем прижала голову мужчины к своей груди. — Я сделаю всё, что ты захочешь. — Черт… — выдохнул он, голос охрип от желания. Прижатый лицом к пышной груди, Леон глубоко и жарко дышал на неё, с удовлетворением отмечая, как дрожит Эшли и её кожа покрывается мурашками. — Ты не представляешь, как сильно я хочу тебя прямо сейчас. Услышанное признание сбило ритм сердца. Эшли прикусила собственные губы. Ей хватало и горячего дыхания на груди, и сильных рук на бёдрах, которые, порой, переходили на ягодицы. А теперь и слова, яркая демонстрация чужого желания. Она была желанна в глазах прекрасного, сильного мужчины. Хватка усилилась. А затем она ответила возбуждающим шёпотом: — Так возьми меня. От услышанных слов кровь мужчины закипела. С низким рычанием, он поднял руки выше, задирая сразу и тонкий свитер и пиджак. Открывая вид на нежную, светлую кожу. — Боже, ты опасна, — пробормотал Леон хриплым от желания голосом. Открытый, подрагивающий животик приглашал начать именно с него. Для этого Эшли пришлось немного съехать на его бёдрах и хорошенько прогнуться в спине. Крепкие руки не давали ей упасть. Они надёжно удерживали на месте. И Эшли цеплялась за них, снова начиная кусать губы от удовольствия. Леон был слишком жаден, с характерными звуками целовал кожу, всасывал её и покусывал, не оставляя для девушки место сомнениям в собственной привлекательности. — Леон… Тихий жалостливый голос лишь добавил масла в огонь. Леон грубо задрал одежду, ещё сильнее, открывая вид на грудь, и снова уткнулся в неё лицом. Нос угодил в ложбинку, откуда исходил острый, терпкий запах девушки. В паху заныло от сладкого возбуждения. — М-м, Принцесса. Ты понятия не имеешь, насколько привлекательна в моих глазах. Как сильно я желаю попробовать тебя на вкус. В ответ Эшли издала низкий стон желания. Её тело давно пылало. Уже тех прикосновений и поцелуев, что она получала от мужчины, казалось, недостаточно. Она эгоистично жаждала большего. Поэтому снова оказалась ближе, прижалась грудью к груди Леона и вцепилась в его ремни за спиной. — Не будем раздеваться. Просто… освободим всё нужное, да? От услышанных слов и нетерпеливых рук на одежде, Леон почувствовал, как его собственное тело вспыхнуло обжигающим жаром. Его пристальный взгляд встретился со взглядом девушки. Глаза были полны голода. — Да. Мы не можем позволить себе много времени. Ровно столько, чтобы получить то, что нам нужно. Юбка была задрана, а нижнее белье немного сбито на бок. От холодка Эшли покрылась мурашками. До её слуха долетел резкий выдох. Леон смотрел на неё, там, внизу, и Эшли сжимала внутренние стенки от острого приступа желания. Ей так нравилось чувствовать горячий, голодный взгляд своего рыцаря. Его пальцы инстинктивно потянулись, чтобы обвести контуры половых губ, прикосновение было нежным и собственническим. — Блять, — в восхищении выдохнул Леон, не в силах сдержать грубое слово. — Ты чертовски красива, Принцесса. Тело сотрясала сладкая дрожь. Эшли кусала собственные губы, сильно цеплялась за крепкие плечи и держала глаза закрытыми. Так ощущения только усиливались. А Леон наслаждался её отзывчивостью, её желанием, сильная влажность не давала в этом усомниться, звуком ответных стонов, разжигающих его собственное желание. Два пальца вскоре оказались внутри. Эшли коротко всхлипнула, сильнее сжимая плечи Леона. — Позволь мне услышать тебя, Принцесса, — страстно пробормотал он, голос сочился желанием. — Не сдерживайся. Я хочу слышать каждый твой звук. Какие именно звуки, не стоило спрашивать. Эшли знала, что ему нравится слушать и её голос, и то, что издаёт… её нижняя часть. Девушка стонала и поскуливала, услаждая слух своего рыцаря. Её рвение и возбуждение толкали его к краю, его собственный голод рос с каждой секундой. Прикосновения Леона становились всё более откровенными. Пальцы свободно помещались внутри. Чавкающие звуки начинали сводить с ума. — Леон, — Эшли позвала тихо, умоляюще, и посмотрела в его глаза. — Давай, сделай это. Я готова. — Ты уверена? — Глаза Леона встретились с глазами Эшли, полные необузданного желания и щемящей потребности. — Уверена, — коротко кивнула Грэм, а затем быстро поцеловала в губы своего рыцаря. — Не сдерживайся. Волна облегчения захлестнула Кеннеди, когда он услышал подтверждение в готовности, и простое прикосновение мягких, нежных губ разожгло в нем огонь. Его лоб прижался ко лбу девушки. Он издал низкое, гортанное рычание. — Ты сводишь меня с ума, — грубо пробормотал Леон, высвобождая собственную плоть. И издал утробный звук, когда соприкоснулся самым кончиком к влажности между ног девушки. Жар и плотность, которую Эшли почувствовала, было таким сильным, что сбилось дыхание. Леон взял ситуацию в свои руки, его тело подалось вперед. Губы слились в пламенном, страстном поцелуе. Сильные руки сжали бёдра, помогая раскачиваться, прочувствовать каждой клеточкой точку их единения. Эшли дрожала и задыхалась не столько от простреливающего наслаждения, сколько от животных повадок Леона. Его рычания. Тяжёлого, голодного взгляда. Крепкой, собственнической хватки. — Я не убегу. Леон чувствовал необузданную потребность и вожделение. Его глаза потемнели, разум был полностью поглощён первобытным желанием заявить права на девушку, сидящую на нём. — Да, — руки продолжали направлять. — Ты моя, Принцесса. Моя. — Твоя, — задыхаясь, продолжая плавно раскачиваться и чувствовать его внутри себя, Эшли подтвердила притязания на себя. Леон почувствовал прилив собственничества и удовлетворения. Его разум и сердце наполнились яростной, защищающей привязанностью к своей Принцессе. Движения становились более настойчивыми, прикосновения более грубыми. — Ты чертовски права, — выдохнул Леон и прижался губами к чувствительному местечку, прямо под подбородком, целуя крепко и всасывая кожу. — Я не позволю никому другому овладеть тобой. — Что, даже коснуться? Эшли понимала, что её провокация может обернуться сильной жаждой и ревностью. Но, Боги, как она желала увидеть и почувствовать эту ревность! И получила желаемое. Глубокое, первобытное рычание зародилось в груди мужчины. Его тело напряглось от смеси собственничества и растущего гнева. Он усилил хватку на бёдрах Эшли и ускорился. Стал направлять жёстче и грубее. Глаза прожигали острым, напряжённым взглядом девушку, которая, раскрасневшаяся, крепко жмурилась и сильно затыкала себе рот рукой. — Никто не прикоснётся к тебе. Никто не посмотрит на тебя. Ты принадлежишь мне, понимаешь? — в тоне Кеннеди появились опасные нотки. — Ты моя, Принцесса. Это напомнило… С какой холодной яростью Леон расправлялся с теми, кто пытался подобраться к Эшли, нанести ей вред, поднять и утащить от него прочь. Каждый случай наполнял его разум смесью гнева и беспокойства. Уже тогда это была не просто миссия. — Боже, Леон… — Грэм несдержанно простонала его имя и снова прижалась к его лбу своим. — Просто будь со мной всегда. Не дай меня забрать. — Не дам. Я не отпущу тебя, — сказал хриплым от яростной решимости голосом. — Я никогда никому не позволю забрать тебя у меня, Принцесса. Ты моя, и я собираюсь оберегать тебя. Всегда. Несмотря ни на что.

***

Всё закончилось, но они продолжали оставаться в той же позе. Эшли сидела сверху и приводила прерывистое, затруднённое дыхание в порядок. Внизу всё было влажно. Хотелось воспользоваться хотя бы салфетками. — Теперь нам точно нужна комната с уборной. Леон был удивительно тихим, его тело продолжало гудеть от остаточного желания. Но когда он услышал комментарий Эшли, тихо рассмеялся. Его руки лениво выводили узоры на её, не скрытых одеждой, боках. — Да. Кровать и душ сейчас звучат чертовски хорошо. — Тогда пошли искать. Эшли стала подниматься на ноги, в которых так до конца и не сошла сладостная дрожь. Немного пошатнулась, но вовремя схватилась за подставленную руку. Во взгляде Леона промелькнуло волнение, но быстро сошло, уступая место игривости. Не говоря ни слова, он собственнически обнял девушку за талию. — Осторожнее, Принцесса. Ты всё ещё немного нетвердо стоишь на ногах. — И кто же в этом виноват? Это был риторический вопрос. Пока Грэм стояла так близко, а её храбрый, и порой очень наглый, рыцарь сидел, была возможность посмотреть на него сверху вниз. Погладить по голове. Ласково отвести рваную чёлку, что часто прикрывала один глаз, в сторону. Леон откинул голову назад, наслаждаясь ощущением мягких пальцев, перебирающих его волосы. Глаза были полуприкрыты, когда он посмотрел на свою спутницу. — И правда, кто же это был? Полагаю, я должен взять на себя ответственность за то, что у тебя такие слабые и шаткие ноги? — Возьмёшь на себя ответственность — и я вообще ходить не смогу. Эшли дёрнула прядь волос и Леон слегка поморщился, издав тихое ворчание. Но едва заметная ухмылка выдавала, что ему нравится поддразнивание. — Осторожнее, Принцесса. Ты же не хочешь, чтобы я дал твоим ногам ещё один повод подогнуться? — Вот о чём я и говорю. Эшли мягко отстранилась, поправила нижнее бельё, юбку, а также сбитый свитер и пиджак. Последнее, что она стала поправлять — волосы. Которые и без того были в беспорядке. — Блин, хоть бы расчёска была с собой. Эй, Леон? В твоих супер крутых карманах случайно не завалялся какой-нибудь драгоценный гребень? — Гребень? В моих карманах? — он невозмутимо посмотрел на девушку, приподняв бровь. — Ты что, думаешь, я тайный поставщик красоты на стороне? В ответ Грэм закатила глаза. — Ты — тайный охотник за сокровищами. Тащишь, как ворона, всякие блестящие вещи, а потом продаешь торговцу в обмен на припасы. Вот я и спросила о драгоценном гребне. Леон засмеялся, услышав творческое описание своего мародёрства. — Тайный охотник за сокровищами, да? Звучит, как новый карьерный путь, которым я мог бы заняться. Может, в следующий раз начну находить для тебя блестящие подарки в своих карманах. — О, от тебя требуется всего лишь гребень, шампунь и чистая одежда. Буду очень благодарна. — Понял, — кивнул Леон, всё ещё продолжая веселиться. — Ещё что-нибудь понадобится, пока я роюсь в карманах, Ваше высочество? — Горячий ужин при свечах, ванну с благоухающими маслами и массаж ног. — Эшли скрестила руки на груди, вызывающе улыбаясь. — Ну что? Отыщется желаемое в чудо-карманах, а, мой доблестный рыцарь? Леон издал низкое, удивлённое фырканье. — У тебя неплохой список требуемого, Принцесса. — Если мы и правда выполним хотя бы второй пункт, я засну счастливой. Организм, услышав «спать», стал бунтовать. Эшли ощутила сильную усталость и не сдержала зевок. Рукой прикрыла свой широко раскрытый рот. Леон, заметив её состояние, теперь уже нежно улыбнулся и погладил по голове. — Давай сначала сосредоточимся на поиске комнаты с кроватью и ванной. А потом посмотрим, что ещё мы можем вычеркнуть из твоего списка. Например, ужин. Пусть не горячий, пойдёт и холодный, только бы нормально поесть.