Рыцарь и принцесса

— Я сделаю всё, что ты попросишь, Принцесса. Только скажи слово, и это твоё. — Ну хватит, Леон, — засмеялась Эшли от смущения и неловкости. — Тебя, кажется, уже понесло. Звук смеха звучал музыкой для ушей Кеннеди. Он слегка отстранился, ровно настолько, чтобы посмотреть на Эшли. Взгляд был мягким и тёплым. — Ты раскрываешь во мне сторону, о существовании которой я и не подозревал. Которая безнадежно предана тебе. — Такими темпами ты превратишься в моего щеночка. Леон приподнял бровь, легкая ухмылка тронула уголок его рта. Эта идея не показалась ему такой неловкой, как должна была бы. — Твой личный щенок, да? — уточнил с игривыми нотками. — Я не возражаю. — Господи Иисусе, — Эшли закинула голову назад, прикрыла глаза и протяжно застонала. Это была слишком соблазнительная картина. И максимально неловкая из-за таких желаний! Звуки, которые она издавала, были чертовски возбуждающими для Леона. И мысль о том, что она хочет такой власти над ним, невероятно возбуждала. — Чёрт возьми, Принцесса, — выдохнул хриплым голосом. — Если ты продолжишь издавать подобные звуки, то действительно превратишь меня в своего щенка. Эшли приоткрыла один глаз и посмотрела на него из-под руки, которую положила на лицо. — А ты прямо-таки этого добиваешься. Со стороны так послушать… Взгляд Кеннеди блуждал по лицу девушки. Он не мог отрицать, мысль о том, чтобы полностью принадлежать ей… привлекала. О чём он и сообщил: — Что я могу сказать? Мне нравится идея принадлежать тебе, доставлять тебе удовольствие, быть твоим преданным щенком. «А потом кусать плохих людей. А то и разрывать их на части» — подумала Эшли, но не успела высказать вслух. Звук ожившего радиоприемника был внезапным и нежеланным вмешательством. Леон издал низкий рык разочарования, когда потянулся, чтобы схватить устройство. — Надеюсь, это важно, — хрипло сказал он в динамик, в его голосе ясно слышалось раздражение. По ту сторону был Луис, удивлённый тёплому приветствию: — И я рад слышать тебя, амиго, — судя по голосу, он заулыбался. А следующее спросил хитрым тоном: — Я помешал чему-то важному с сеньоритой? — Можно и так сказать. Что у тебя? — О, я… облажался, — с виноватой улыбкой произнёс Луис, а после запричитал. — Спаси меня, мой сказочный принц. — Ага, я тебе устрою сказку, — пообещал Леон, всё ещё раздраженный прерванным моментом с Эшли. А новость Луиса означала, что он в дерьме и нужно немедленно выдвигаться. — Бегом. Я в бальном зале, и лекарство всё ещё со мной. Не опоздай на танец. Связь прервалась. Леон взглянул на Эшли, всё ещё раздражённый, но с решимостью на лице. — Что, тебя пригласили на бал? — Грэм нашла место для шуток. Подтягивая к себе ноги, она упёрлась локтем в колени, а кулаком подпирала щёку. — Теперь я ревную. Настроение Леона немного улучшилось, несмотря на обстоятельства. Он бросил на девушку игривый взгляд, глаза искрились весельем. — Обещаю, что буду смотреть только на тебя, — он придвинулся ближе, рука легла на бедро. — Кроме того, ты единственная принцесса, которая мне небезразлична. — Да, да. А ещё ты неплохо поднялся по лестнице иерархии. Из рыцаря в принцы. Леон засмеялся, его эго немного раздулось от того, что его назвали принцем. Наклонившись ближе, он понизил голос до низкого шепота: — Полагаю, теперь я должен соответствовать титулу, — рука скользнула выше по бедру. — Должен показать тебе, каким принцем я могу быть. — Нет уж, — Эшли перехватила руку и напустила на себя строгость. Посмотрела на него с прищуром. — Останешься моим рыцарем. Не люблю принцев. Леон усмехнулся, позабавленный суровым выражением лица. Он позволил удерживать свою руку на месте, но большой палец всё равно выводил ленивые узоры на внутренней стороне девичьего запястья. — Ты держишь меня в узде, Принцесса. Наверное, я просто твой вечный верный рыцарь в сияющих доспехах. — О-о, доспехи, — почти раздосадованно простонала Эшли, отстранившись. Пора было заканчивать с близостью, ведь их ждало дело. — Клянусь, когда-нибудь я действительно заставлю тебя облачиться в них. Я просто обязана это увидеть. Он снова рассмеялся. Сколько раз уже упоминались эти доспехи, он уже сам жаждал в них облачиться и увидеть яркие эмоции девушки. Но это будет позже. Предстоящая миссия требовала от них обоих сосредоточенности. Поправляя футболку на ходу, Леон на время оставил свою спутницу, его снаряжение находилось в смежной комнате. Эшли зря время не теряла, когда осталась одна, неспешно одевалась, приводя себя снова в божеский вид. Последний штрих — сумка, перекинутая через плечо, в которой лежало немного запасов и сокровища. Но и это было не всё. Когда она выглянула из прохода и увидела, что Леон всё ещё облачался в своё снаряжение, решила пошариться в их временном убежище в поисках чего-нибудь полезного. Вскоре сумка стала тяжелее, но это только радовало Эшли — чем больше полезного, тем лучше. Когда же она закончила, то встретилась с Леоном посреди комнаты. На губах играла довольная улыбка. — Я готова. Нашла много полезного и, не поверишь! — Грэм показала свой главный куш — гребень. Обычный гребень, но как же чертовски сильно он был необходим! — Теперь я могу не переживать по поводу своих волос. Преданность сбору принадлежностей, вплоть до поиска простой расчески для волос, была милой и впечатляющей. Леон покачал головой, на лице появилась кривая улыбка, когда он посмотрел на безвкусный аксессуар. — Никогда не думал, что доживу до дня, когда мы опустимся до празднования расчески для волос. Но я должен признать, что это лучше, чем ничего. — Эй! — сильно оскорбилась Эшли, услышав нечестные комментарии о гребне, и тому, что её посчитали добытчиком только одной этой вещи. — Вообще-то, я нашла ещё несколько патронов, лечебные травы и стрелы! Правда, не знаю, зачем нам стрелы, арбалета у тебя нет, но вдруг когда-нибудь понадобится! Или их можно продать. Леон поднял руки в притворной капитуляции, позабавленный реакцией на свой выпад. — Хорошо, хорошо, мне очень жаль. Ты не просто коллекционируешь приборы для волос, ты талантливый собиратель мусора. Мне следовало знать, что не стоит тебя недооценивать, — затем он чуть более внимательно осмотрел перечисленные выше вещи, особенное внимание уделив стрелам. — Ты права, они могли бы пригодиться для торговли. На крайний случай, использовать вместо ножа в случае непредвиденных ситуаций. — За «коллекционера мусора» так и хочется тебя покусать, — проворчала Эшли, скрещивая руки на груди. — О-о, ты всегда такая милая, когда сердишься, — Кеннеди ухмыльнулся, делая шаг ближе, и следующие слова проговорил низким, пробирающим до нутра, голосом: — Может, тебе стоит попробовать укусить меня. Посмотрим, что из этого получится. Не стоило брать на слабо. Когда Леон приблизился, Эшли этим воспользовалась — укусила за подбородок, от чего тот испуганно зарычал, почувствовав как зубы погрузились в кожу, совсем не нежничая. Однако боль быстро сменилась тёплым покалыванием, распространившимся по всему телу. Леон не успел отреагировать, как виновница вновь вспыхнувших в нём чувств упорхнула. Выражение лица мужчины сменилось с удивления на мрачное веселье. — Маленькая шалунья. Ты заплатишь за это позже! А Эшли старалась его не слушать, вернее, не вслушиваться в контекст. Но получалось плохо. От мыслей о мести Леона она почувствовала слабость в коленях. — Чёртов соблазнитель, — тихо буркнула себе под нос. Наблюдая, как девушка спешит к двери, Кеннеди самодовольно улыбнулся. Его слова подействовали, он это не видел по выражению лица, но чувствовал по напряжённой спине. Дав несколько секунд форы, он последовал за своей спутницей, его шаги были медленными и тихими. Эшли остановилась, когда дошла до лестницы, и игривое настроение резко схлынуло. По этой лестнице она бежала подальше от Леона. С этого места всё началось. В самой пристройке, когда кошмар закончился и Леон к ней пришёл, она почти чувствовала себя в безопасности. Это место словно отделило их от всех проблем и опасности. А теперь им снова предстояло погрузиться в суровую реальность. Подул неприятный холодный ветерок. Грэм передёрнула плечами и обняла себя. Леон заметил в ней эту перемену и медленно приблизился. Протянул ей руку, нежно провёл по предплечью, а затем крепко сжал её ладонь, переплетая пальцы. Голос был ласковым и успокаивающим: — Я здесь, Эш. Ей была нужна эта поддержка. Эти слова. Коротко кивнув, она сбросила с себя остатки неприятных, травмирующих воспоминаний, выпрямилась и тихо выдохнула. — Всё в порядке. Так, нам нужно идти вглубь сада, да? — Верно, — кивнул Леон. — Придётся зайти в этот лабиринт, чтобы выбраться. Когда для них открывалась новая локация — появлялись те, кто хотел их остановить. В основном это были люди, заражённые, но всё-таки люди. Однако в этот раз появился… какой-то зверь. Или звери, что ещё хуже. Они отчётливо слышали рычание. А самое страшное было в том, что из-за высокой растительности, тупиковых зон лабиринта и узких проходов, они совершенно не знали, когда и что выпрыгнет. — Немного жутковато. Леон коротко кивнул, согласный с комментарием. Он осматривал местность, держа руку на пистолете, прислушивался к любым признакам опасности. И когда услышал слабый звук рычания, доносящийся из лабиринта, его позвоночник напрягся. — Эшли, держись ближе ко мне. В такие моменты девушка слушалась беспрекословно. Ничто не заставило бы её отойти, даже на два шага назад. Слишком непредсказуемое место. Когда они увидели лестницу и проход, закрытый решётками, поняли, что это и есть выход. Осталось одно — отыскать способ открыть решётки. Рядом находилась вышка, на которую можно было взобраться по лестнице и осмотреть весь сад с высоты. — Может, забраться туда? — предложила Эшли. — Вдруг что-то заметим. — Попробовать стоит, — Леон убрал пистолет, присматриваясь. И прежде чем забраться, обернулся, осторожно взяв девушку за руку. Пожатие было крепким и успокаивающим. — Всё нормально? Подождёшь здесь? Эшли кивнула и напоследок сжала его пальцы. Рискованно, да и страшновато оставаться внизу, без защиты, даже на несколько секунд, учитывая то, что где-то в стороне раздавалось рычание, но у них не было другого выхода. Когда Леон забрался, его внимание привлёк рычаг. Чуйка подсказывала — это один из ключей для открытия решётки. Потянув рычаг вниз, он услышал радостный голос Эшли. — О, Леон, смотри, флаг опустился! И над решеткой тоже! Если опустим все три — решётка откроется. Ты так не думаешь? — Я склоняюсь к тому же варианту, — Леон спрыгнул на землю, не прибегая к спуску по лестнице. До того, как активировать рычаг, он осмотрел местность сверху и успел заметить расположение следующей вышки. — Давай завернём налево, там впереди будет следующий рычаг. — Окей, — Эшли кивнула. Чем дальше они пробирались, вглубь лабиринта, тем отчётливее слышали рычание. И вскоре поняли, кто были местными обитателями — чёрные, большие псы. Один такой вышел к ним навстречу и стал скалиться, готовясь наброситься. Эшли нервно улыбнулась. Это была какая-то странная шутка судьбы. Пару минут назад она называла Леона своим щеночком, а теперь их противниками стали собаки. Леон краем глаза заметил перемену в выражении лица своей спутницы. А чуть позже пришла догадка и он фыркнул с мрачной усмешкой. Он прицелился, готовый выстрелить в гончую. — Твоё слово, Принцесса. Кривая улыбка переросла в нервный смешок. — Давай, милый. Фас. Выстрел просвистел в воздухе. За первой собакой последовала вторая, буквально выскочившая из кустов, напрягая и пугая неожиданностью и сильной резвостью. Они выглядели жутко и однозначно были заражены. Но от того, как они скулили от боли, у Эшли сжималось сердце. Умом она понимала, что они опасны и их нужно пристрелить. Но… Выражение лица Леона было стоическим. Последняя пристреленная им собака издала болезненный визг и рухнула на землю. Её тело корчилось в агонии. Леон почувствовал, как рука Эшли напряглась, когда она сжала край его футболки. Реакция сострадания была очевидна, даже в опасной ситуации вид животного, испытывающего боль, действовало на девушку. — Они заражены, Эш. Это не обычные собаки. — Я знаю, знаю. Просто… — Эшли так и не смогла подобрать слов, только вздохнула, прикрыв на секунду глаза руками. Леон положил руку на плечо, успокаивающе сжимая. Он как никто другой понимал возникший внутренний конфликт, сам был на месте девушки в далёком прошлом. — Я знаю, что это нелегко. Но мы должны делать то, что необходимо, чтобы выжить. — Да, — кивнула Эшли, понемногу приходя в себя. — Да, ты прав, прости. Давай пойдём дальше. Вскоре второй рычаг был опущен, а с ним и второй флаг. Остался последний. С высоты новой вышки Леон разглядел местоположение. Когда они двинулись в нужную сторону, то наткнулись на клетку, в которой находилось две собаки. Отличало их от предыдущих то, что из спины торчала Плага. — Боже… Выражение лица Леона потемнело и он тихо выругался: — Да вы, блядь, издеваетесь? Клетка не выглядела надёжной, её поручни давно проржавели. Если они оставят всё как есть, возможно, будут в куда большей опасности, чем сейчас. Кеннеди посмотрел на собак в клетке, и сжал челюсти. — Леон? — Эшли осторожно спросила, то и дело поглядывая на рвущихся к ним собак. От их вида внутри всё замирало от страха. И коленки дрожали. — Ты их убьёшь, да? — Да, придётся. Ты можешь прикрыть меня, пока я открою клетку? — Что? — ошалела от вопроса Грэм и с ужасом просмотрела на него. — А через решётки никак? К ним опасно даже приближаться, не то что клетку открывать! — Через клетку попадать в движущиеся цели не так просто, а патроны не бесконечны, — Леон оставался спокойным и сосредоточенным. — Не волнуйся, я буду осторожен. Мне просто нужно, чтобы ты прикрывала мне спину, хорошо? — Каким образом? — Следи за всем, что может скрываться поблизости. Если что-нибудь увидишь, дай мне знать, и я с этим разберусь. Держись поближе к воротам и наблюдай, хорошо? Это была глупая идея, нет, откровенно тупая! — но Эшли не стала спорить. Когда дело касалось боя, Леон был главным. Он лучше знал, что делать. Грэм подчинилась и отошла на безопасное расстояние. Леон одобрительно кивнул. Глубоко вздохнув, он подошёл к ржавым воротам, держа пистолет наготове, и осторожно отпер замок. Петли громко заскрипели в тишине. Собаки, рыча и скалясь, буквально выпрыгнули на свободу. Леон приготовился к нападению, но даже он был поражен их скоростью и свирепостью. Одна из них быстро побежала в его сторону. А вторая учуяла другого человека. — Эшли! Девушка закричала от страха, её тело инстинктивно отклонилось в сторону. Гончая пролетела мимо цели. У Леона перехватило дыхание в груди, а после чуть не остановилось сердце, когда он стал свидетелем нападения гончей на свою спутницу. Слава Богу, у неё хватило сообразительности увернуться. Оглушительный выстрел разнесся в воздухе. Первая пуля угодила в череп собаки, мгновенно её умертвляя. А вторая в паразита, который, в отличие от носителя, сильнее цеплялся за жизнь. Всё это заняло буквально две секунды. И уже на третью Леон резко развернулся и выстрелил во вторую собаку. Но в неё патронов ушло больше. Не потому что промахнулся и сразу не угодил в голову. Причина была в злости. На гончую. На себя. Потому что он подверг Эшли опасности. Леон не мог сдержать волну гнева и разочарования, пробежавшие по венам. Он винил себя за то, что позволил своей Принцессе приблизиться к опасности. Ему вообще не следовало подвергать её такому риску. — Леон? — едва слышно позвала его Эшли. Она съехала по стенке прямо на землю и теперь смотрела на него снизу вверх. Ноги ослабели после случившегося. Кеннеди был выведен из транса при звуке слабого голоса, оглянулся, и выражение его лица потемнело. Он быстро преодолел расстояние между ними, присев на корточки. — С тобой всё в порядке? — Да вроде бы, — ответила Грэм, точно не уверенная в своих прогнозах. — Но, наверное, мне нужно две-три минуты. Леон сканировал её взглядом, ища любые видимые признаки травмы. Но Эшли была потрясена, а не физически ранена. Тогда он положил руку ей на плечо, прикосновение было нежным и заземляющим. — Не торопись. Грэм потянулась вперёд и уткнулась лбом в надёжное плечо. Инстинктивно Леон обнял её за спину, положив ладонь между лопаток. И напряжение в её теле стало постепенно спадать. — Ага. Так намного лучше. — Давай спустим последний флаг и уберёмся отсюда к чёртовой матери, — предложил Леон по истечению времени. Он всё ещё чувствовал свою вину и хотел бы дать больше времени, как и больше ласки, но им нужно было двигаться дальше. Никаких гончих на пути больше не встречалось. Однако появилась другая проблема. Чтобы добраться до последнего флажка, Эшли должна была держать рычаг, который открывал необходимую им дверь. Пришлось ненадолго разделиться. Тогда-то и закралось плохое предчувствие. Когда Леон активировал последний рычаг, флаг опустился и решётка начала подниматься, к ним пожаловали сектанты. — Леон! Они снова здесь! — Ну, конечно, — злобно оскалился Кеннеди, отследив сразу несколько человек. Они оказались весьма проворными, хорошо ориентируясь в лабиринте. Когда разделились и перешли на бег, для Леона это стало огромной проблемой. Как минимум двое уже бежали в сторону Эшли. — Нет! Отвалите! Грэм дёрнулась в сторону, когда сразу двое мужчин в балахоне оказались прямо перед её лицом. Сумев увернуться от рук одного, она не смогла сделать этого с другим. Тот грубо схватил её за руки, а после перекинул на своё плечо. — Отпусти! Пусти, придурок! Леон! Гнев в венах Леона угрожал выплеснуться наружу. Больше не теряя времени на обдумывание, тумблер в голове переключился, он спрыгнул с небольшого выступа и побежал по памяти в ту сторону, где находилась Эшли. Где она сопротивлялась грёбаным сектантам. Пока бежал, мысли были сосредоточены на единственной цели: добраться до Эшли как можно быстрее. Его не волновали опасности, которые могли таиться в тени. Всё, что имело значение, — добраться до своей Принцессы до того, как сектанты причинят ей ещё больший вред. Бежать по правильному маршруту помогали также ругательства Эшли, они были всё отчётливее, что говорило о верном направлении. И вот, Леон добрался до своей цели. Увидел знакомые ноги. И то, как к ним прикасались грязные лапы. Они лишь сильнее разожгли ярость. — Эй! Руки прочь! — проревел Кеннеди, подняв пистолет и прицелившись в мужчину в балахоне. Однако тот продолжил идти, будто и не видел угрозу в виде человека с оружием. Тогда Леон убрал пистолет и достал нож. Оказавшись сзади, она крепко ухватился за голову мужчины и с особым удовольствием вонзил лезвие ножа в горло. И когда тело начало падать, Леон подхватил девушку, не дав ей свалиться на землю, и крепко прижал к себе. Сердце бешено колотилось, адреналин всё ещё был на высоком уровне. — Леон… Голос, зовущий его по имени, был похож на тихий выдох. На мгновение Леон закрыл глаза, позволяя себе насладиться облегчением и радостью того, что Принцесса снова в безопасности, в его объятиях. — Всё в порядке, — прошептал он хриплым от волнения голосом. — Я держу тебя. Их воссоединение было прервано вторым сектантом. Тот шёл на небольшом расстоянии, а потому быстро вырулил из-за угла. Тело Леона напряглось, а глаза раздраженно сузились. Осторожно опуская Эшли на землю, он вышёл вперед, закрывая её собой, а затем снова достал нож. Двигаясь чётко и целенаправленно навстречу врагу, Леон дождался, когда тот замахнётся. Увернулся от крепкого удара и сделал тому подсёчку. Когда сектант упал на землю, Кеннеди наклонился к нему, вонзая лезвие в шею. Добираясь до расположения паразита. Со вторым трупом взгляд Леона ожесточился. Его разум быстро переключился обратно в «режим миссии». Они были далеки от того, чтобы выбраться из новой передряги. По его расчётам, — когда он был наверху и наблюдал, как враги разбегаются, — примерно четверо ещё гуляли по лабиринту. Если получится, они не наткнутся на них, а быстрее доберутся до открывшегося выхода. Леон взял Эшли за руку и молча повёл за собой. Его глаза сканировали местность повторно, не теряя бдительности в поисках любых признаков опасности. Каждый шаг был просчитан, разум сосредоточен исключительно на том, чтобы как можно быстрее добраться до выхода. Новый сектант появился словно из ниоткуда. Леон даже не потрудился достать свой пистолет, расправился с мужчиной ножом — острое лезвие быстро и жестоко оборвало чужую жизнь. После боя руки, шея и футболка были перепачканы кровью. Потребуется душ, чтобы смыть с себя всё это безобразие.