«Ты мне не нужен»

Минхо вернулся домой с головокружительным ощущением ожидания. Сердце билось в унисон с его мыслями о Джисоне, и, открыв дверцу шкафа, он начал быстро упаковывать чемодан. Внутри него бушевали эмоции: радость от того, что Чан позволил ему увидеть Джисона, и одновременно страх, который не отпускал его. Каждое движение Минхо было быстрым, почти автоматическим: он бросал в чемодан вещи, которые кажутся ему необходимыми — одежду, туалетные принадлежности, немного денег. Но чем быстрее он работал, тем больше усиливался ком в горле. Он не мог поверить, что через короткое время снова увидит своего возлюбленного. Каждая вещь, которую он упаковывал, напоминала ему о Джисоне — о его улыбке, о том, как они смеялись вместе, о том, как тепло он обнимал его. Три недели и несколько дней без Джисона казались бесконечно долгими. Минхо чувствовал себя потерянным, его дни были серыми и безжизненными. Он любил Джисона так сильно, что мысли о том, что они могут никогда не быть вместе, сжимали его сердце в ледяные тиски. Каждый день, проведённый вдали от него, был мучительным, и теперь, когда у него появилась возможность вернуть своего любимого, он не мог не радоваться. Но вскоре радость начала сменяться волнением. Что, если Джисон не захочет его видеть? Мысль об этом сводила Минхо с ума. Он снова остановился, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Как Джисон отреагирует на него? Как он сможет перенести всё то, что произошло? Минхо вспомнил о болезни Джисона, и тревога снова накрыла его. Он знал, что для Джисона это состояние означало, что он может не понять своих чувств, не знать, как правильно реагировать. Минхо бросил взгляд на своё отражение в зеркале. Он выглядел уставшим, с темными кругами под глазами, которые выдавали бессонные ночи. Он провел рукой по лицу, ощущая, как щетина колется о кожу. В глубине души он боялся, что может увидеть в глазах Джисона холод, отторжение. Минхо знал, что эти мысли были лишь порождением его страха, но их было трудно игнорировать. Как бы то ни было, он не мог позволить себе отступить. Он решил, что, что бы ни случилось, он никогда не отпустит Джисона. Минхо был готов бороться за них обоих, за их любовь, за возможность быть вместе. Эти мысли придавали ему сил, и он снова взялся за чемодан, продолжая собирать вещи. Ночь наступила быстро, но Минхо спал прерывисто, каждую минуту просыпаясь от мельчения тревожных мыслей. Он ворочался на кровати, под одеялом было слишком жарко, но холод пронизывал его душу. Ожидание встречи с Джисоном наполняло его страхом и надеждой одновременно. Время тянулось бесконечно, и он не мог дождаться утра. Когда рано утром раздался звук его телефона, Минхо резко сел в постели, ощущая, как адреналин пробуждает его от полудремы. Это было сообщение от Феликса.  "Наш рейс в Малайзию в 9 утра, так что к полудню мы уже будем там". Эти слова моментально заставили его сердце забиться быстрее. — Малайзия, — прошептал Минхо, чувствуя, как радость снова охватывает его. Он бросился к окну, раздвинул занавески и посмотрел на улицу. Утренний свет заливал всё вокруг, а на горизонте поднималось солнце. Он сделал глубокий вдох, ощущая, как свежий воздух наполняет его легкие. Минхо быстро собрался, стараясь не упустить ни одной детали. Он положил в чемодан несколько мелочей, которые могли бы напомнить ему о доме. Он думал о том, что Джисон, возможно, чувствует себя потерянным, и ему нужно будет что-то знакомое и комфортное. Когда Минхо наконец вышел из дома, он ощутил, как сердце переполняется надеждой. Он знал, что впереди их ждёт много трудностей, но сейчас, в этот момент, он был готов ко всему. Чан ждал его у машины, и, когда Минхо сел на пассажирское сиденье, он почувствовал, как волнение накатывает снова, но на этот раз это было другое волнение — это было волнение от предвкушения. — Ты готов? — спросил Чан, его голос звучал уверенно. Минхо кивнул, сжимая в руках чемодан. — Да, я готов. Я просто хочу увидеть его. Чан улыбнулся, и это немного успокоило Минхо. Они выехали на дорогу, и Минхо смотрел в окно, наблюдая за мимо проносящимися пейзажами. Внутри него бушевали эмоции — радость, тревога, страх, но в глубине души он знал, что готов к этому шагу. Он собирался сделать всё возможное, чтобы вернуть Джисона в свою жизнь.

***

Поездка в аэропорт прошла быстро, хотя Минхо, Чан и Феликс всё равно немного нервничали. Минхо чувствовал, как его сердце колотится в ожидании встречи с Джисоном. Каждый раз, когда они останавливались на светофоре, он бросал взгляды на часы, как будто это могло ускорить время. В голове у него крутились мысли о том, что он скажет, как объяснит всё, что произошло. Когда они подошли к стойке регистрации, проверка документов прошла быстро, и вскоре они уже были на борту самолёта, готовые к вылету в Малайзию. Минхо пытался сосредоточиться, но тревога и ожидание переполняли его. Он всё ещё не мог поверить, что вот-вот увидит Джисона. После взлёта Минхо не удержался и обратился к Чану, который сидел рядом. — Почему Малайзия? — спросил он, стараясь скрыть волнение в голосе. Чан немного удивлённо посмотрел на Минхо, молчаливо взвешивая ответ. Минхо почувствовал, как его щеки немного покраснели от стыда за свой вопрос. Через несколько секунд Чан, наконец, заговорил: — Вы с Джисоном точно были парой? И теперь ты не знаешь, почему он выбрал Малайзию? Минхо, осознавая свою неосведомлённость, опустил глаза. Он знал, что Джисон имеет родителей в Малайзии, но не знал подробностей. — Я знаю, что его родители там, но больше... — начал он, но затем замер, осознавая, что его знания о Джисоне были поверхностными. Чан посмотрел на Минхо, и в его глазах мелькнула искорка понимания. Он начал рассказывать: — Джисон провёл своё детство в Малайзии. Его родители там ведут семейный туристический бизнес. Минхо кивнул, представляя себе, как это могло выглядеть. Он всегда думал о Джисоне как о человеке, который стремится к своей мечте, но не задумывался о том, что могло быть в его прошлом. — Джисон должен был унаследовать этот бизнес, — продолжал Чан. — Но когда ему исполнилось 14, он выбрал музыку. Мать Джисона не обрадовалась такому решению. Словно в его рассказе звучала нота печали, и Минхо почувствовал, как его сердце сжимается. Он представлял себе, как Джисон, молоденький и полон надежд, стоял перед родителями, пытаясь объяснить, почему он хочет идти по другому пути. — Джисон хотел попробовать заниматься музыкой, — продолжал Чан. — Он начал дома и понял, что это его. Но когда пришло время поступать в университет, он объявил родителям, что подал заявление в университет в Корее. Минхо слушал, не в силах отвести взгляд от Чана. Он чувствовал, как его сердце наполняется сочувствием к Джисону, к его борьбе за мечты и свободу. — Его мать, недовольная решением Джисона, поставила ему ультиматум. После учебы он должен был вернуться в Малайзию. Минхо не мог поверить, что его любимый человек столкнулся с такой жестокой дилеммой. Он видел, как Чан на секунду замер, собираясь с мыслями. — Джисон согласился, но после окончания учёбы не вернулся к родителям. Он остался в Корее, — произнёс Чан с некоторой горечью. Минхо почувствовал, как в груди у него разливается тепло. Он восхищался тем, как Джисон боролся за свою мечту, но одновременно его охватывало чувство вины. Он не знал о прошлом Джисона и теперь чувствовал, как этот пробел давит на него. Чан внимательно посмотрел на Минхо, и в этой секунде между ними возникла невидимая связь. Минхо ощутил, как волнение нарастает, и в его голосе зазвучала тихая тревога. — Чан, — начал он, — ты не говоришь это просто так, верно? Чан глубоко вздохнул. — Джисон остался в Корее только ради тебя, — произнёс он серьёзно, и эти слова пронзили Минхо, как острый нож. Минхо замер, не веря своим ушам. Он ощутил, как мир вокруг него замедляется. Эти слова эхом звучали в его голове, и он не знал, как на них реагировать. Все чувства смешались в одно: счастье, любовь, вина и страх. — Он... он остался ради меня? — с трудом выговорил Минхо, его голос дрожал. Чан кивнул, его глаза были полны понимания. — Да. Он выбрал свою жизнь здесь, и это было не просто. Но теперь, когда его больше ничего не удерживает в Корее, он решил вернуться домой. Минхо почувствовал, как слёзы подступают к глазам. Он никогда не осознавал, насколько сильно Джисон был привязан к нему, насколько много он сделал ради их отношений. Это было слишком для него — груз, который было трудно перенести. — Я не знал, — произнёс он, голос его дрожал. — Я никогда не хотел, чтобы он страдал из-за меня. Чан посмотрел на Минхо с пониманием. — Я знаю, что ты этого не хотел, но сейчас важно, чтобы ты был рядом с ним. Он нуждается в тебе, даже если не может выразить это словами. Минхо почувствовал, как его сердце наполнилось решимостью. Он знал, что должен сделать всё возможное, чтобы помочь Джисону, чтобы он не пожалел о своём выборе остаться в Корее. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы поддержать его, — сказал Минхо, его голос был полон решимости. — Я не оставлю его, даже если это будет сложно. Чан кивнул, и в его глазах Минхо увидел поддержку и понимание. Они продолжали разговор, но мысли Минхо были уже только о Джисоне. Он был полон решимости сделать всё, чтобы вернуть его и показать, как он его любит. Время в самолете пролетело незаметно. Минхо чувствовал, как его сердце наполняется надеждой и волнением. Впереди его ждал Джисон, и это ожидание становилось всё более невыносимым. Но теперь у Минхо было понимание, о котором он не знал прежде.

***

Когда самолёт приземлился в аэропорту Малайзии, Минхо сразу ощутил резкую перемену в климате. Тёплый, влажный воздух обнял его, как лёгкое одеяло, но он был не таким, как в Корее. В Малайзии лето царит круглый год: солнце ярко светит, а высокая влажность делает атмосферу чуть тяжёлой. Минхо сделал глубокий вдох, вдыхая запах тропиков — сладковатый, немного пряный, смешанный с ароматом цветов и зелени. Это было нечто новое и захватывающее. Путь от аэропорта до дома Джисона занял почти два часа. Они выехали на шоссе, и Минхо, прижавшись к окну, начал с интересом рассматривать окрестности. Дорога была широкой, с множеством полос, обрамлённых пальмами и густыми деревьями. По обеим сторонам располагались яркие магазины и уютные кафе, где местные жители отдыхали, наслаждаясь холодными напитками. Минхо заметил, как много людей на улицах, и все они выглядели счастливыми и расслабленными. Флора здесь была разнообразной и пышной: экзотические растения с крупными листьями и яркими цветами создавали настоящий тропический рай. Вдоль дороги росли деревья, укрытые зелёными лианами, а вдали виднелись горы, покрытые густым лесом. Минхо чувствовал, как его сердце наполняется предвкушением и волнующей тревогой. Он все ещё не мог поверить, что вот-вот увидит Джисона. Наконец, они прибыли к дому семьи Хан. Это было большое здание в современном стиле, с чистыми линиями и панорамными окнами, отражающими яркое солнце. Два этажа, огромная территория с ухоженным парком и небольшим озером придавали дому величественный вид. Всё это было огорожено высоким забором, что создавало ощущение уединения и защищенности. Когда они вошли во двор, Минхо замер, поражённый увиденным. Вокруг него раскинулась роскошь, о которой он никогда не мечтал. Зелёные газоны, ухоженные цветники, дорожки, выложенные плиткой, и, наконец, маленькое озеро с лилиями и уточками, плавающими по поверхности. Это было не похоже на дом простых людей; здесь царила атмосфера богатства и изысканности. — Джисон не говорил мне, что он из такой семьи, — тихо произнёс Минхо, глядя на всё это великолепие. Он почувствовал, как его отношение к Джисону меняется. Несмотря на то, что он сам не был богатым, он никогда не считал деньги определяющим фактором для счастья. Но теперь, когда он увидел, откуда родом Джисон, его уважение к нему только возросло. — Да, его семья довольно состоятельная, — подтвердил Чан, выходя из машины. — Но, несмотря на это, Джисон не похож на типичных детей богатых родителей. Он всегда был скромным и целеустремлённым. Минхо посмотрел на Чана, ощущая, как в нём пробуждается восхищение. Он понимал, что богатство не всегда делает человека эгоистичным или высокомерным. Джисон стал для него ещё более привлекательным — тем, кто сумел вырваться из этой среды, выбрать свой путь, следовать своим мечтам. Они поднялись к двери, и Минхо почувствовал, как его сердце забилось чаще. Он знал, что сейчас всё изменится. Он снова увидит Джисона, своего любимого, который так долго был вне его жизни. Чан открыл дверь, и они вошли внутрь. Интерьер был современным и стильным, с яркими акцентами и уютными уголками. Везде были большие окна, и солнечный свет заполнял пространство, создавая тёплую и гостеприимную атмосферу. Минхо чувствовал, как его волнение нарастает — он хотел встретиться с Джисоном, обнять его и сказать, как сильно он его любит. — Ты готов? — тихо спросил Чан, глядя на Минхо. Минхо кивнул, но в его глазах читалась неуверенность. Он не знал, как Джисон отреагирует на его появление, как примет его после всего, что произошло. Эти мысли терзали его, но он знал одно: он не собирался отступать. — Мы с тобой, — сказал Феликс, положив руку на плечо Минхо. — Всё будет хорошо. Минхо вдохнул, стараясь успокоить своё сердце. Он знал, что должен быть сильным, что Джисон нуждается в нём. В этом новом, красивом, но всё же немного пугающем месте он чувствовал, как его любовь и решимость поддерживают его. Они прошли по дому, и Минхо вновь наполнился уважением к Джисону. Он понимал, что каждый предмет здесь, каждая деталь отражает не только материальное состояние, но и жизнь, которую Джисон выбрал, свои страсти и мечты. Когда они вошли в гостиную, Минхо был поражён её интерьером. Просторная комната была оформлена в светлых тонах, создавая атмосферу лёгкости и уюта. Большие окна пропускали много солнечного света, который играл на белоснежных стенах, отражаясь от мягких, нейтральных оттенков мебели. На полу лежал светлый паркет, а в углу уютно стояли несколько зелёных растений, придавая комнате живую нотку. В центре гостиной располагался большой диван с мягкими подушками, выполненный в сером цвете. Рядом с ним находился небольшой стеклянный столик, на котором стояла книга и чашка с остатками кофе. Всё вокруг выглядело стильно и современно, каждую деталь продумали до мелочей. Но Минхо не мог оторвать взгляд от фигуры Джисона, который сидел на диване и что-то писал на планшете. Он выглядел так маленьким и уязвимым в этом огромном пространстве, и Минхо почувствовал, как его сердце замирает. Всё вокруг будто остановилось. Он не мог поверить, что вот он — наконец-то в одном помещении со своим любимым. В этот момент все страхи и переживания растворились, уступив место только любви и тоске по Джисону. Слёзы наворачивались на глаза Минхо, когда он увидел, что с Джисоном всё в порядке. Он выглядел здоровым, но, в то же время, что-то в его выражении лица заставляло Минхо чувствовать боль и беспокойство. Джисон был в наушниках, сосредоточенный на своей работе, и не слышал, как его друзья стоят в двери, наблюдая за ним. Минхо, поглощённый своими мыслями и чувствами, вдруг вернулся в реальность, когда заметил, как к ним приближается женщина. Она была пожилой, с добрым лицом и мягкими чертами. Её длинные, слегка седые волосы были аккуратно собраны в пучок, а на ней был простой, но элегантный костюм. Лицо женщины излучало заботу и мудрость, а в глазах читалась теплотой, которая могла бы утешить кого угодно. — Молодой господин Чан, — приветливо произнесла она, когда подошла ближе. — вы вернулись! Чан кивнул и представил Минхо и Феликса. — Это Минхо, пареньДжисона, и Феликс, мой будущий муж — сказал он, указывая на них. Женщина посмотрела на Минхо с интересом, но её взгляд вскоре вернулся к Джисону. Она глубоко вздохнула, а затем, словно вспоминая что-то грустное, произнесла: — Джисон чувствует себя не лучшим образом, — её голос был полон сострадания. — Сегодня он утром был у психиатра, и... Чан напряжённо вслушивался, ожидая дальнейших новостей. — Он живёт по часам, — продолжила дама. — Всё остальное, к сожалению, без изменений. Минхо, услышав эти слова, почувствовал, как сердце снова сжалось от боли. Он не мог поверить, что Джисон до сих пор находится в таком состоянии. Все его страхи вернулись с новой силой. Как он может помочь, если Джисон не чувствует себя лучше? Ситуация казалась безнадёжной, и это вызывало в Минхо глубокое чувство вины. Дама повернулась к Джисону и с нежностью посмотрела на него. Минхо заметил, как её лицо смягчилось, когда она взглянула на любимого. Она явно заботилась о нём, и в этом было что-то утешительное. Чан поблагодарил даму за заботу и, слегка вздохнув, направился к дивану, где сидел Джисон. Минхо с Феликсом остались стоять на месте, наполняясь ожиданием. Атмосфера в комнате была натянутой, словно струна, готовая лопнуть в любой момент. Джисон, заметив движение, поднял голову. Его глаза встретились с Чановыми, но в них не было привычного тепла. Джисон снял наушники, и в этот момент Минхо почувствовал, как его сердце замерло. Он ожидал, что увидит своего любимого, но вместо этого перед ним стоял человек, который, казалось, потерял связь с миром. Чан, пытаясь развеять напряжение, мягко улыбнулся Джисону и спросил: — Как ты провел день? Ответ Джисона был коротким и безэмоциональным: — Нормально. В этот момент Минхо почувствовал, как внутри него что-то сломалось. Он ожидал, что Джисон увидит его, что в его глазах зажжется хоть искорка радости, но вместо этого он просто остался чужим. Чан, заметив молчание, повернулся к Минхо и Феликсу, его взгляд передавал спокойствие и уверенность, но Минхо знал, что это лишь маска. Джисон следил за движением Чана, затем повторил его жест, переводя взгляд на Минхо и Феликса. Минхо вгляделся в глаза Джисона, и его сердце забилось быстрее, но это не было радостное волнение — скорее, это была боль и страх. Джисон смотрел на них всего три секунды, но в этот короткий миг Минхо почувствовал, что время остановилось. — Это Минхо, — начал Чан, его голос звучал ровно, как будто он объяснял что-то простое и незначительное. — Он здесь, чтобы… поддержать тебя. Каждое слово Чана звучало для Минхо, как гром среди ясного неба. Он понимал, что это важный момент, но чувства, которые охватили его, мешали ему сосредоточиться. Минхо продолжал стоять, парализованный страхом, отступая на шаг назад в своих мыслях. Он не был уверен, сможет ли Джисон вспомнить, каким они были прежде. Джисон не реагировал. Его лицо оставалось безразличным, как будто он был на другой планете. В Минхо возникло ощущение, что Джисон — это не тот парень, которого он любил, а лишь тень. Эта мысль пронзила его, как нож. — Джисон… — начал Минхо, но слова застряли у него в горле. Он не знал, как выразить свои чувства, как объяснить, что он все еще здесь, что он все еще любит его. Джисон, казалось, не слышал его, или не хотел слышать. Чан заметил напряжение в воздухе и, сменив тон, сказал: — Я знаю, что это трудно, но Минхо здесь, чтобы помочь. Мы все хотим, чтобы ты чувствовал себя лучше. Но Джисон только кивнул, не показывая никаких эмоций. Минхо не выдержал — боль внутри него нарастала, как волна, готовая накрыть с головой. Он почувствовал, как его глаза наполняются слезами, но сдержал их. Он не хотел показаться слабым. Минхо стоял, как вкопанный, пытаясь прочитать мысли Джисона, его пустые глаза были как дверь, закрытая на замок. Минхо знал, что этот замок можно открыть, но как? Как вернуть их к тому времени, когда они смеялись и не боялись будущего? — Джисон, я… — снова попытался заговорить Минхо, но на этот раз Чан прервал его. — Дай ему время, Минхо. Это не просто. Минхо кивнул, но внутри него бушевал ураган. Он понимал, что это не будет легким путем. Джисон нуждался в помощи, но также нуждался в его любви. А как можно любить, когда тот, кого ты любишь, смотрит на тебя, как на незнакомца? Минхо закрыл глаза, пытаясь собрать мысли. Он должен был быть сильным. Он должен был помочь Джисону выбраться из этого темного туннеля, где тот застрял по винеМинхо. Внутренний конфликт разрывал его на части. Минхо все еще любил Джисона, но сейчас он чувствовал себя беспомощным и отчаявшимся. Он не знал, как подойти к нему, как снова завоевать его сердце. Все, что он мог сделать — это ждать, надеяться и молиться, что однажды они снова станут теми, кто были прежде. Чан, видя, как Минхо паниковал, взял ситуацию под контроль. Его уверенный голос звучал в тишине, нарушая напряжение: — Джисон-и, Минхо хотел с тобой поговорить. Эти слова заставили Минхо немного успокоиться. Чан, ободряюще посмотрев на него, подозвал ближе. Минхо, словно пробуждаясь от кошмара, глубоко вздохнул и шагнул вперед. Он колебался, но затем встал на одно колено рядом с Джисоном, решив, что это единственный способ выразить свои чувства. Минхо смотрел в глаза Джисону с теплом и нежностью. Он вспомнил, как именно так они смотрели друг на друга раньше, когда все было иначе. Но сейчас он видел лишь пустоту и равнодушие, и это было похоже на удар в сердце. Каждое мгновение казалось вечностью, и в глазах Джисона не было той привычной искорки, что когда-то согревала Минхо. — Привет, Джисон-и, — тихо произнес он, стараясь улыбнуться. Эта улыбка была для него настоящим испытанием, но он знал, что должен пытаться. Джисон, казалось, изучал его жест, его глаза были непроницаемыми, и Минхо почувствовал, как внутри него нарастает боль. Неужели он действительно стал чужим для человека, которого любил так сильно? Это равнодушие было невыносимым. — Я скучал по тебе, — произнес Минхо, стараясь вложить в эти слова всю свою искренность. — Я здесь, чтобы поддержать тебя. Все, что произошло той ночью... это была ошибка. Я понимаю, что причинил тебе боль, и мне очень жаль солнце. Каждое слово давалось с трудом, но он говорил, потому что это было необходимо. Минхо хотел, чтобы Джисон понял: он здесь не для того, чтобы его осуждать, а чтобы помочь. Джисон, услышав его слова, медленно посмотрел на Чана, как будто искал одобрения или понимания. Его взгляд говорил о том, что он не был уверен, как реагировать, и это угнетало Минхо. Он чувствовал, что эти секунды могут стать решающими. Чан заметил это, и его голос снова раздался, полон заботы: — Джисон-и, Минхо искренне хочет помочь. Он понимает, что…сделал, и…он здесь, чтобы исправить это. Джисон сидел в полной растерянности, его взгляд скользил по лицам Чана и Минхо, и он не знал, как ему действовать. Чан смотрел на него с поддержкой, но на лице Джисона не было никаких эмоций — лишь холодная пустота. Это безразличие пронзило Минхо, вызвав в нем горечь и беспокойство. Минхо наблюдал за Джисоном с глубокой печалью и жалостью. Он чувствовал, как его сердце сжимается, когда пытался уловить хоть какую-то реакцию любимого. Внутри него разгоралась паника, когда его взгляд упал на запястья Джисона. Перевязанные участки, затянувшиеся бинтами, словно кричали о боли, которую он не мог игнорировать. В этот момент Минхо был ошеломлён. Он замер, его мир перевернулся. Невероятная боль охватила его, когда он осознал, что это он стал причиной страданий Джисона. Мысль о том, что Джисон предпринял попытку самоубийство, из-за его эгоизма, разрывала его изнутри. Каждый удар сердца напоминал ему о его бездействии и последствиях, которые оно принесло. Минхо ощутил, как его грудь сжимается от вины. Он не мог поверить, что довёл Джисона до такой крайности. Эмоции, которые бурлили внутри, были невыносимыми — страх, сожаление, беспомощность. Он был на грани потери самого важного человека в своей жизни, и это понимание убивало его медленно и мучительно. Слёзы наворачивались на глаза, но Минхо не мог позволить себе плакать. Вместо этого он смотрел на Джисона с такой глубокой печалью, что эта эмоция словно окутала их обоих, создавая вокруг них атмосферу безмолвного отчаяния. Он понимал, что необходимо что-то изменить, но слова застряли у него в горле. Он просто хотел, чтобы Джисон знал, как сильно он его любит, и что готов бороться за него, даже если это требовало от него невиданных усилий.

***