В объятиях судьбы..

      «Месяц назад»       Вечеринка, наполненная смехом и музыкой, медленно подходила к концу. Лань Чжань, с задорной улыбкой, стоял рядом со своей девушкой, милой омегой по имени Мэй. Вокруг них царила атмосфера веселья, но их друг, пьяный как локомотив, не мог удержать себя на ногах и шатался в стороны, привнося в обстановку нотки хаоса.       — Эй, Лань Чжань! — захлебываясь от смеха, произнес Чжун, неуклюже приближаясь к ним, как будто его ноги были сделаны из теста. — Знаешь, что я тебе скажу? Ты — самый крутой альфа! Даже круче, чем тот парень в той дораме!       Лань Чжань хохочет, скрещивая руки на груди, его лицо расплывается в довольной улыбке, когда он наблюдает за попытками друга уравновесить себя и подхватывает того под плечо.       — Ты в своём уме, Чжун? — с поддразниванием спрашивает он, не удерживаясь от смеха. — Ты же, походу, выпил из запасов всего клуба!       — Но это не важно! — с искренним восторгом в голосе восклицает Чжун, словно открывая истину. — Важно, что ты давно не приводил свою девушку на такие вечеринки! И она тебя— фу, как ты можешь не гордиться такой красоткой?       Мэй, смущённо улыбаясь, продолжает поправлять одежду Чжуна, стараясь, чтобы он не выглядел слишком смешно, пока он не катится в такси.       — Важно то, что ты теперь наконец уедешь, чтобы не устроить мне штурм в туалете, — смеется Лань Чжань, помогая другу забраться в машину, почти подталкивая его сзади.       — Эй, не дразни меня! — с серьёзным видом отвечает Чжун, закатывая глаза. — Просто будь готов к тому, что как только я протрезвею, я приду за твоей девушкой!       — Попробуй только! — смеётся Лань Чжань, захлопывая дверь такси с громким хлопком. — Удачи с этим.       Такси трогается, и Лань Чжань поворачивается к Мэй, его глаза светятся от счастья.       — Ты выглядишь такой довольной, — говорит он, обнимая её за талию и притягивая ближе к себе.       — Ну, не каждый день можно послушать, как пьяный друг собирается вызвать у тебя жениховский бой, — подмигивает она, её глаза искрятся игривостью. — Знаешь, если бы он не говорил это в состоянии опьянения, я могла бы возразить.       Лань Чжань смеется и наклоняется к ней ближе, его дыхание становится чуть быстрее от волнения.       — Я не отпущу тебя, даже если он попытается. Ты моя, и я не позволю тебе от меня уйти.       Они смотрят друг другу в глаза, и в воздухе витает нежность и тепло. Затем, чувствуя пылкость момента, они страстно целуются, забывая о мире вокруг, о шуме вечеринки и о весёлых голосах друзей.       Но их поцелуй внезапно прерывается громким криком – плачем младенца, который раздаётся издалека.       — Что это было?! — Лань Чжань напрягся.       — Это… из мусорки?! — спрашивает Мэй, её голос полон замешательства.       Лань Чжань, не медля, хочет подойти и посмотреть, вдруг это кто-то пранкует, но и стоять просто так, и игнорировать, это не для него.       — Я пойду, посмотрю! — произносит он, его голос полон настойчивости и тревоги.       — Подожди, Лань Чжань, — останавливает его Мэй, её лицо искажено беспокойством. — Не стоит туда идти, лучше давай позвоним в полицию!       Но Лань Чжань, казалось, не слышит её, вырывает руку из её хватки и стремительно направляется к мусорке, его шаги уверенные и решительные.       — Мне нужно убедиться, что там всё в порядке!       Заглядывая в мусорку, он видит плачущего младенца, который дрожит от холода, а одеяльце, в котором он закутан, не спасает его от жестоких условий улицы. Младенец, его глаза полны страха и отчаяния, вызывает у Лань Чжане чувство безмерной жалости.       — Что за отморозок выкинул ребенка в мусорку?! — восклицает он, сердце его сжимается от боли.       С нежностью он аккуратно берёт новорождённого на руки, стараясь согреть его своим теплом, оберегая от холода. В этот момент его девушка Мэй, не в восторге от всего происходящего, подбегает ближе.       — Оставь его там, где он лежал! Это же не наше дело, пусть полиция с этим разбирается! — в лёгкой панике произносит Мэй.       Лань Чжань был в шоке от её слов, его взгляд полон недоумения.       — А если бы это был наш ребенок, ты так же бы оставила его?!       — Причем тут наш? У нас его даже нет. Я просто не хочу проблем! — отвечает она.       — То есть помогать — это проблема?! — зашипел альфа, его голос полон гнева, а руки крепче обнимают младенца. — Здесь нельзя оставаться долго, иначе малыш может умереть от холода! Как он только продержался столько и выжил?!       — Ну, отнеси его в полицию, пусть сами разбираются! — произносит она, отводя взгляд.       — Не ожидал я, что ты такая эгоистка... — Лань Чжань смотрел на неё с недоумением и болью в голосе, не понимая, как можно быть равнодушной к судьбе этого беззащитного существа.       Он вновь смотрит на младенца, который слабо хрипит, и, собравшись с силами, решает, что не оставит это чудо в беде.       Лань Чжань нежно прижимал младенца к себе, его сердце колотилось от волнения и тревоги. Он оглянулся на Мэй, которая, несмотря на своё недовольство, следовала за ним, не в силах оставить его одного.       — Мы должны срочно ехать в больницу, — произнес он, его голос был полон решимости. — Малышу нужна помощь.       Мэй, несмотря на свои сомнения, кивнула. Они вскоре поймали такси, и в дороге Лань Чжань не отрывал взгляда от младенца, который всё ещё дрожал в его объятиях. Он осторожно укутывал его в одеяльце, стараясь создать хоть какое-то тепло.       — Ты ведь не собираешься оставить его, правда? — тихо спросила Мэй, её голос был полон неуверенности.       — Конечно, нет, — уверенно ответил Лань Чжань, глядя ей в глаза. — Мы поможем ему, как сможем. Это не просто ребёнок, это жизнь.       Когда они прибыли в больницу, Лань Чжань быстро вышел из такси, крепко держа младенца на руках. Он направился к входу, а Мэй следовала за ним, её мысли были полны противоречий.       Внутри больницы царила суета, люди спешили по коридорам, медсёстры и врачи перемещались с важными лицами. Лань Чжань подошёл к рецепции, где работала медсестра.       — Пожалуйста, нам срочно нужна помощь! — произнёс он, его голос дрожал от волнения. — У нас младенец, он был брошен в мусорку и замёрз!       Медсестра быстро взглянула на них, её лицо стало серьёзным.       — Подождите здесь, я сейчас позову врача, — сказала она, и вскоре исчезла в коридоре.       Через несколько минут на помощь пришёл Лань Сичэнь, старший брат Лань Чжаня, который работал в этой больнице. Он был одет в белый медицинский халат и выглядел сосредоточенным.       — Лань Чжань? — спросил он, заметив своего брата с младенцем на руках. — Что случилось?       — Сичэнь, помоги! Мы нашли этого малыша в мусорке, он дрожит от холода, — произнёс Лань Чжань, передавая младенца брату. — Он нуждается в немедленной помощи!       Лань Сичэнь быстро осмотрел ребёнка, его опытный взгляд сразу заметил, что младенец был в бедственном состоянии.       — Быстро, за мной! — скомандовал он, ведя их к ближайшей палате. — Мэй, ты можешь помочь мне с одеялом? Нам нужно его согреть!       Мэй, собравшись с силами, вскоре нашла одеяло и передала его Сичэня. Он быстро укутал малыша, и Лань Чжань, наблюдая за действиями брата, чувствовал, как его сердце наполняется надеждой.       — Всё будет хорошо, — шептал он младенцу, прижимая его к себе. — Мы позаботимся о тебе.       Сичэнь, сосредоточенный на работе, начал проверять температуру и состояние младенца, его лицо оставалось серьезным.       — У него гипотермия, но если мы быстро согреем его и дадим необходимую помощь, всё будет в порядке, — произнёс он, оборачиваясь к брату. — Лань Чжань, ты сделал правильный шаг, что привёл его сюда.       — Спасибо, Сичэнь! — с благодарностью ответил Лань Чжань, его голос был полон облегчения. — Я не мог просто оставить его в той мусорке.       В этот момент младенец, почувствовав тепло и заботу, начал успокаиваться, его плач стал тише. Лань Чжань с облегчением вздохнул, чувствуя, как его сердце наполняется надеждой.       — Мэй, — обратился он к своей девушке, — я знаю, что это непросто, но мы можем сделать что-то хорошее для этого малыша.       Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло понимание.       — Я понимаю, — тихо сказала она, — ты прав. Зря я так..я..я просто перепугалась       Лань Чжань молча смотрел на неё и не ожидал, что она может пройти мимо тех, кто может нуждаться в помощи, хотя это её право, но всё же он недоумевал, насколько мир погряз в пучине эгоизма.       Сичэнь, закончив осмотр, посмотрел на них обоих.       — Я позабочусь о нём, но нам нужно будет решить, что делать дальше. Возможно, стоит обратиться в социальные службы, чтобы они нашли ему новую семью, — произнёс он, глядя на брата.       Лань Чжань кивнул, понимая, что это действительно лучший выход для младенца.       — Да, давайте сделаем так. И всё же мне хотелось бы знать, кто мог так поступить с невинным дитём...       Лань Чжань с облегчением покинул больницу и вдохнул полной грудью холодный воздух, так что легкие моментально озарило холодом. Дрожь в руках постепенно утихомирилась, и он посмотрел на свои руки. В них он недавно держал малыша, которого спас. Воспоминания о том моменте, когда он впервые прижал к себе это беззащитное существо, всё ещё сверкали в его сознании, и он чувствовал, как его сердце наполняется гордостью за сделанный выбор.       Внезапно к нему тихонечко подкралась Мэй и обняла со спины, её теплые руки придавали ему уверенности.       — Прости... — прошептала она, её голос был полон раскаяния.       — За что? — недоуменно спросил Лань Чжань, чуть наклонив голову.       — За то, что хотела оставить ребёнка в мусорке...       — Тебе не передо мной нужно извиняться, а перед тем малышом. Он был совершенно беззащитным, маленьким, ничего не понимающим, которого бросили родители как какую-то вещь!       Мэй замялась, глядя на него с тревогой.       — Но ты так смотрел на этого младенца, будто хотел оставить его...       — Если бы и хотел, то что? — спросил Лань Чжань, его голос был спокойным, но в нём звучала нотка упрёка.       Мэй отпустила его из своих объятий и повернула альфу к себе, её глаза искрились от недоумения.       — Ты ведь не серьёзно?!       — Не серьёзно, просто хотел увидеть, как ты отреагируешь. Ты так сильно не любишь детей?       — Я просто... не знаю, как это всё воспринимать, — ответила Мэй, её голос стал тише. — Это слишком неожиданно. Я просто не понимаю таких людей, которые так сильно хотят помочь другим..       Лань Чжань вздохнул, чувствуя, как его собственные мысли становятся тяжелыми. Его собственные чувства были смешанными. Он был разочарован тем, что она не смогла увидеть важность того, что произошло, и ему противна мысль, что она будет тем человеком который пройдет мимо.       — Я просто хотел помочь, — произнёс он, его голос был полон искренности. — Я не могу пройти мимо, когда кто-то нуждается в помощи. Это не только о нас, Мэй. Это о том, как мы можем изменить чью-то жизнь к лучшему.       Она кивнула, но Лань Чжань заметил, что в её глазах по-прежнему было замешательство. Он чувствовал, как между ними возникла пропасть, и ему было больно это осознавать.       — Я понимаю, что это не твоя сильная сторона, — сказал он, стараясь не звучать упрекающим. — Но я не могу изменить то, что произошло. Я просто не могу остаться равнодушным.       Внезапно на небе разразился гром, и первые капли дождя начали падать на землю. Лань Чжань посмотрел вверх, чувствуя, как холодные капли касаются его лица. Он стал собираться с мыслями, и дождь казался отражением его внутреннего состояния — смятения и волнения.       — Я, наверное, пойду домой, — произнёс он, его голос стал тихим. — Мне нужно немного времени, чтобы всё обдумать.       — Лань Чжань, подожди! — Мэй попыталась его остановить, но он уже начал удаляться.       Он шел по мокрым тротуарам, его мысли были полны разочарования и недоумения. С каждым шагом его сердце сжималось от ощущения предательства — не столько со стороны Мэй, сколько от самой ситуации. Она была не готова к переменам, и он не знал, как это исправить.       — Может, я слишком ожидал от неё? — думал он, его шаги становились всё более неуверенными. — А может, это я не готов к тому, что у нас есть шанс изменить жизнь кого-то, и это так пугает?       Вдруг, как будто из ниоткуда, мимо него пронесся человек в медицинском халате, который с безумным выражением лица бежал куда-то, не обращая внимания на окружающий мир. Не успев понять, что происходит, Лань Чжань чуть не упал на землю, едва удержав равновесие.       — Эй! Ты куда так несёшься? Ты вообще смотри, куда бежишь! Мы тут не на марафоне! — крикнул Лань Чжань, но тот лишь рассеянно бросил взгляд, будто не слышал его.       Но тот, казалось, даже не заметил его гнева, продолжая мчаться дальше, как будто был одержим. Лань Чжань только покачал головой, недоумевая от такой бесцеремонности.       — Чёрт, что с ним не так? — пробормотал он, наблюдая, как этот человек исчезает за поворотом.       Забив на сумашедшего человека, альфа посмотрел на небо, и его собственные мысли стали ещё более запутанными.       — Я не могу продолжать так, — подумал он, чувство одиночества накатывало. — Нужно взять паузу и разобраться в себе.       Словно в ответ на его мысли, дождь усилился, и он ускорил шаги, направляясь к своему дому, оставляя за спиной шум, а также всё то, что его так беспокоило.