В объятиях судьбы..

      Лань Чжань проснулся рано утром, когда первые лучи солнца пробрались сквозь занавески и нежно коснулись его лица. Настроение колебалось между волнением и легкой паникой, словно два противоборствующих чувства боролись за его внимание. Он вскочил с кровати, и, не дождавшись, пока его глаза привыкнут к свету, поплёлся в ванную, словно в поисках утешения и ясности. Время летело, и встреча с Вэй Усянем приближалась, как неотвратимый шторм, который ждал, чтобы обрушиться на него.       Лань Чжань едва не споткнулся о собственные тапочки, когда нырнул под струи теплой воды душа. Мокрая вода, стекающая с его тела, быстро привела его в чувство. Он намылил волосы, чистил зубы, а в голове крутились мысли о том, что же надеть. Сердце колотилось быстрее, когда он представлял, как встретится с тем самым омегой, о котором думал каждую свободную минуту.       Стоя перед шкафом с одеждой, Лань Чжань растерялся. В голове возникали образы: строгая рубашка, изысканный свитер, легкая футболка — каждый выбор словно тянул его в разные стороны. Он чувствовал, как давление нарастает с каждой секундой, но в этот момент в проёме появился Сычжуй. Сын, сложив руки на груди, взглянул на отца с приподнятой бровью и легкой улыбкой.       — Пап, ты как долго планируешь стоять в одних трусах? Это на тебя не похоже, — произнес он с недоумением.       Лань Чжань обернулся, осознав, что действительно забыл про одежду, и расхохотался, несмотря на неловкость.       — Хм… Я же просто пытаюсь выбрать, что надеть! — попытался объясниться он, чувствуя, как смущение начинает уступать место веселью.       — Ого, выбор жизни и смерти? — усмехнулся Сычжуй, скрестив руки. — Или ты просто думаешь, что трусы — это новый модный тренд?       — Может быть, ты пока не понимаешь, но это вовсе не так просто. Это как… Как… — Лань Чжань пытался найти подходящее сравнение. — Как выбрать между различными судьбами!       — Судьба в дверях, пап! Ты можешь вышвырнуть свои трусы и прямо так пойти на встречу, — засмеялся Сычжуй. — Вдруг это станет твоей коронной фишкой?       — Ты такой остроумный, что у тебя, похоже, есть возможность стать идеальным комиком! — с притворным раздражением ответил Лань Чжань, вздыхая и прикидывая, как можно выбраться из этого неловкого момента.       — Да ладно, не парься! Надень хотя бы что-то, что не заставит меня прятаться от друзей! — с улыбкой добавил Сычжуй, и оба они рассмеялись.       Скоро Лань Чжань, наконец, выбрав первую попавшуюся рубашку, почувствовал, как уверенность начала возвращаться.       — Эта пойдет?       — Пойдет. Идеально! Если ты собираешься блеснуть своей личной харизмой… Но дублонов на ручках, чтобы снова не дразниться, — подшутил Сычжуй, всячески поддерживая отца.       Лань Чжань снова усмехнулся, быстро накинув рубашку и готовясь к встрече, которая обещала быть значимой.       — Ты давай, мелкий, тоже собирайся. Отвезу тебя к дяде! — крикнул он, когда, наконец, оделся и почувствовал себя более уверенно.       — Да иду я, иду… — недовольно протянул Сычжуй, явно задерживаясь, чтобы послушать, не собьется ли папа с толку опять.       Слышалось легкое цоканье, когда Сычжуй пытался найти свои носки, которые, как всегда, исчезли в таинственных просторах их дома.       — Сычжуй! Ты перестал следить за сокровищами носочной вселенной? Или они снова взяли ключи от твоей комнаты? — подшучивал над ним Лань Чжань, наблюдая, как сын, копаясь в груде вещей на полу, находит одну носку, а вторую теряет в другую сторону.       Сычжуй с трудом поднял голову, на лице его сияла смешанная радость и презрение.       — А ты уверен, что на этой планете носки вообще существуют? Я начинаю думать, что это обманка!       — Худшее, что ты можешь сделать, — это начать верить в альтернативный мир носков. Можешь быть спокоен, они ждут тебя! Просто отдохни и верни их из другого измерения! — ответил Лань Чжань.       Спустя, наверное, пятнадцать или двадцать минут, они наконец выбежали на улицу, и Лань Чжань бросил взгляд на часы. Он заметил, что уже немного запаздывает. Садясь в машину, он почувствовал, как волнение нарастает.       — Пап, я чувствую себя новобранцем на старте олимпийских игр! — восторженно произнес Сычжуй, застегивая ремень безопасности.       — Ну, тогда постарайся не подвести нашу команду, — серьезно-смешно ответил Лань Чжань, заводя машину.       Однако, как на зло, они вскоре застряли в пробке. Лань Чжань ненавидел это чувство: минуты казались часами, а волнение о предстоящей встрече лишь усиливалось. Он начал проклинать обстоятельства, которые помешали ему вовремя добраться до места.       — Папа, как думаешь, на дяде тоже такой хаос? — спросил Сычжуй, пытаясь развеселить атмосферу.       — Вряд ли. Возможно, ему удалось всего этого избежать, — ответил Лань Чжань, стараясь сохранить спокойствие, а вот другие водители так сильно ворчали, что ему хотелось к ним присоединиться.       Когда пробка наконец прекратилась, они подъехали к месту назначения, но в этот момент, как назло, подбежал друг Чжун, который, увидев их, решил задержать Лань Чжань своим непрекращающимся потоком слов. Чжун был известен своим болтливым характером, и Лань Чжань, хотя и рад видеть друга, почувствовал, как его терпение начинает иссякать.       — Как ты тут? Как дела? Ты слышал о новых событиях? — засыпал он вопросами, совершенно не замечая, что Лань Чжань нервничает.       — Да, Чжун, всё хорошо, — пытался ответить Лань Чжань, но его мысли были заняты только тем, что он опаздывает на встречу.       Наконец, они вырвались от болтуна Чжуна, и Лань Чжань, облегченно вздохнув, направился в сторону больницы. Яркие стены и характерный запах дезинфицирующих средств создавали настороженную атмосферу. Они подошли к двери кабинета Лань Сиченя, и Лань Чжань, подтянув рукава рубашки, стараясь выглядеть уверенно, спросил Сычжуя:       — Готов?       — Да, конечно! — с энтузиазмом ответил Сычжуй и, не дождавшись ответа, толкнул дверь.       Внутри их встретила улыбка Лань Сиченя, который радостно воскликнул:       — Эй, кто-то решил заглянуть! Как я рад вас видеть!       Сычжуй тут же бросился к дяде и крепко обнял его. Лань Чжань, наблюдая за этой сценой, почувствовал, как в его сердце разливается тепло.       — Дядя! Я соскучился! — произнес Сычжуй с искренней радостью.       — Я тоже, мелкий! — усмехнулся Лань Сичень, обнимая племянника. — Что новенького? Как дела в школе? Уже нашел себе пару в классе?       Сычжуй с недоумением взглянул на дядю:       — Дядя, мне всего семь лет! Какую пару?       Лань Чжань не удержался от улыбки, видя, как Сычжуй искренне недоумевает, и в этот момент почувствовал, как его волнение немного утихает.       — А кто же тогда будет твоей первой любовью? — подколол его Лань Сичень, внимательно рассматривая племянника.       — А может, дядя сам подберет тебе кандидатуру! — подмигнул Лань Чжань, и они все вместе рассмеялись.       Но вдруг Лань Чжань вспомнил о Вэй Усяне. Его сердце забилось быстрее, и ему как можно скорее хотелось побежать.       — Ты ведь присмотришь за Сычжуем, пока я буду на важной встрече, — осторожно начал он, но не стал конкретно говорить, с кем собирается встретиться.       — Конечно, — тут же согласился Сичень.       — Супер…       — У папы свидание… — тут же выпалил Сычжуй, скрывая свой смешок.       Внезапно Лань Чжань расправил плечи, услышав слова своего маленького поганца.       — Неправда!       — О, Лань Чжань, неужели?! — с восторгом произнёс Лань Сичень, забавляясь реакцией брата. — И кто же она, мне даже любопытно…       Лань Чжань почувствовал, как его лицо заливает жар, и он быстро попытался отклонить этот разговор:       — Это просто встреча! — резко ответил он, осознавая, что его лицо цветет от смущения.       Но Сычжуй, как всегда, не упустил возможности подколоть папу:       — Ага, а уши-то у тебя как подогретые! — воскликнул он, весело тыкая пальцем в отца.       Лань Чжань, покачав головой, решил, что лучше уйти от этой темы.       — Удачи, пап! — весело подмигнул ему Сычжуй, оглядываясь на папу с озорной улыбкой.

***

             Когда он наконец-то вошел в кафе, его взгляд сразу же упал на того, кто сидел у окна. Вэй Усянь выглядел просто великолепно в своем свитере, с растрепанными волосами, которые мягко обрамляли его лицо. Лань Чжань почувствовал, как внутри него зажглось что-то теплое и нежное. «До чего же он милый».       Он сделал шаг вперед, и на губах заиграла улыбка.       — Привет, Вэй Усянь! Извини за задержку, пробка была ужасной, — начал Лань Чжань, садясь за стол. — Ничего ведь, если я перешел на ты?       — Привет. Ничего, так даже удобнее, — ответил Вэй Усянь, слегка улыбаясь.       Лань Чжань заметил, как лицо омеги чуть покраснело, и это заставило его сердце забиться быстрее. Он решил, что это хороший знак.       — Знаешь, я думал, ты мог бы выбрать что-то другое для встречи, а не идти на поводу моего выбора. Например, этот свитер тебе очень идет! — сказал он, не желая упустить шанс сделать комплимент.       — Спасибо! Я просто хотел быть комфортным, да и кафе очень уютное, — ответил Вэй Усянь, и в его голосе послышалась легкая неловкость.       — Комфорт важен, особенно в такие моменты, — продолжал Лань Чжань, стараясь разрядить атмосферу. — Я вот тоже пытался выбрать между строгой рубашкой и чем-то более расслабленным. В итоге остановился на этом. Надеюсь, не очень наделал ошибок.       — Нет-нет, всё в порядке, — Вэй Усянь засмеялся, — ты выглядишь прекрасно.       Лань Чжань почувствовал, как его щеки слегка покраснели.       — Это приятно слышать. Знаешь, я тут подумал, может, мы могли бы поговорить о чем-то легком? Например, о том, что ты любишь делать в свободное время? — предложил он, стараясь перевести разговор на более непринужденную тему.       — О, я люблю читать! Особенно фэнтези. Это помогает мне отвлечься от повседневной рутины, — ответил Вэй Усянь, его глаза загорелись.       — Фэнтези? Это здорово! Я тоже иногда читаю, но в последнее время у меня не хватает времени. Что можешь посоветовать из твоих любимых книг? — спросил Лань Чжань, искренне заинтересовавшись.       — Ну, я бы порекомендовал «Сумеречную трилогию». Она очень увлекательная! — сказал Вэй Усянь с энтузиазмом.       Лань Чжань кивнул, уже представляя, как будет читать эту книгу, думая о Вэй Усяне.       — Звучит интересно. Я запомню! — ответил он.       — А ты чем увлекаешься? — спросил Вэй Усянь, наклонившись к нему.       — Я люблю рисовать, хотя последнее время тоже не хватает на это времени. Но, по правде говоря, я рисую в основном, когда нервничаю. Это помогает мне успокаиваться, — признался Лань Чжань.       — Это замечательно! Я бы с удовольствием посмотрел на твои работы, — с искренним интересом сказал Вэй Усянь.       Лань Чжань почувствовал, как его сердце наполнилось теплом.       — Уверен, что возможно тебе понравится. Надо будет как-нибудь показать, — ответил он, улыбаясь. — А ещё хотел извиниться за мои шутки со шпионством.       — Что ты… тебе не нужно извиняться, я ведь всё-таки следил за тобой, и мне до сих пор за это стыдно, — признался он.       — И всё же мне интересно, почему? Неужели из-за того, что я такой красивый?! — подколол его Лань Чжань.       — Всё не так! — буркнул омега, — Ты снова начал!       — Но как удержаться?       — Как-нибудь. Воздержись от своих шуток. Всё ведь шло так хорошо…       — Хорошо-хорошо, постараюсь воздержаться от шуток…       Разговор продолжался, и время летело незаметно. Каждый новый вопрос, каждый ответ были как маленькие шаги к сближению. Лань Чжань чувствовал, как расслабляется, и его волнение постепенно уходит. Вэй Усянь оказался не только милым, но и интересным собеседником, что делало их встречу еще более особенной.

***

      После того как они завершили свой кофе, Лань Чжань и Вэй Усянь вышли из кафе, и теплый солнечный свет окутал их, создавая приятную атмосферу для прогулки. Они медленно двигались по улице, наслаждаясь легким ветерком, который приносил свежесть и аромат цветов. Разговор легко тек, словно вода в ручье, и Лань Чжань удивлялся, насколько много у них общего.       — Знаешь, я всегда думал, что рисование — это больше хобби для одиночек, — начал он, оглядываясь на Вэй Усяня, который слушал его с искренним интересом. — Но ты стал преподавателем рисования…       — Да, именно так! — согласился Вэй Усянь, его глаза светились. — Когда я рисую, я погружаюсь в свой мир, и все тревоги просто растворяются. А ты что обычно рисуешь?       — В основном пейзажи и портреты. Но иногда у меня бывают эксперименты, когда я просто беру кисть и позволяю эмоциям вести меня, — ответил Лань Чжань, улыбаясь от удовольствия, что нашел понимание в словах собеседника.       Они продолжали обмениваться историями и интересами, рассказывали о своих любимых книгах и фильмах, смеясь и подшучивая друг над другом. Улыбки не сходили с их лиц, а разговор был полон легкости и непринужденности.       — А знаешь, что меня всегда умиляло в Сычжуе? — произнёс Лань Чжань, вспоминая своего сына. — Он всегда находит способ поднять мне настроение, даже когда я в подавленном состоянии. Его простые шутки и искренние улыбки способны разогнать любые облака.       — Он действительно забавный! — весело ответил Вэй Усянь. — У вас с ним очень хорошая связь. Я думаю, что это очень важно.       Лань Чжань кивнул, чувствуя гордость за своего сына. Они продолжали говорить о Сычжуе, вспоминая забавные моменты, когда он выскакивал с неожиданными вопросами или устраивал маленькие спектакли. Каждый их разговор только сближался, и Лань Чжань чувствовал, как между ними образуется особая связь.       Вдруг, когда они проходили мимо небольшого парка, их внимание привлекла знакомая фигура. Это был Чжун, который гулял неподалеку вместе с Мэй, его бывшей девушкой. Лань Чжань почувствовал, как неловкость охватывает его, когда он увидел их. Неожиданная встреча была для него полной неожиданностью.       — Эй, Лань Чжань! — воскликнул Чжун, — Как дела?       — Привет, Чжун… — ответил Лань Чжань, стараясь сохранить спокойствие, но в его голосе ощущалась легкая дрожь. Вэй Усянь стоял рядом, и Лань Чжань почувствовал, как его напряжение передается и ему.       — Неплохо, — ответила Мэй, ее голос звучал дружелюбно, но в то же время Лань Чжань чувствовал, что между ними проскользнула неловкость. — Мы просто прогуливаемся. Кстати знакомьтесь, это Вэй Усянь.       — Приятно познакомиться, — Чжун протягивает руку омеге и тот в ответ её пожимает.       — Взаимно, — Усянь неловко улыбается и когда омега протянул руку к Мэй, та лишь его проигнорировала.       Заметив это, Лань Чжань слегка нахмурился и заслонил собой Вэй Усяня.       — Как у тебя с работой? — спросил Чжун, явно не замечая неловкости. — Слышал, у тебя появились какие-то интересные проекты.       Лань Чжань, стараясь быть вежливым, начал отвечать, но его мысли путались. В то время как его взгляд случайно встретился с Мэй, он вспомнил все те моменты, которые они провели вместе, и это добавляло ещё больше неуверенности в его слова.       — Да, немного… — начал он, но не успел закончить, как почувствовал, что разговор заходит в тупик.       Вэй Усянь, заметив неловкость, решил вмешаться:       — Знаете, у меня на самом деле появились дела, — сказал он, слегка смутившись. — Надо идти, но было приятно с вами пообщаться.       Лань Чжань посмотрел на него с недоумением, но понимал, что это был хороший способ избежать дальнейших неловких моментов.       — Спасибо за встречу, Вэй Усянь, — сказал он, стараясь не выглядеть слишком расстроенным. — Давай увидимся снова.       — Конечно, — ответил Вэй Усянь, и его глаза светились доброй улыбкой.       С этими словами он попрощался и, развернувшись, ушёл в сторону, оставляя Лань Чжання с Чжуном и Мэй. Лань Чжань чувствовал, как неловкость всё ещё витает в воздухе, и, стараясь вернуть разговор в более привычное русло, произнес:       — Так, как у вас дела?       Но в глубине души он понимал, что это не просто встреча, а момент, когда его прошлое и настоящее столкнулись, и он не знал, как с этим справиться.       Мэй, взглянув на Лань Чжня, вдруг сказала:       — Лань Чжань, может, нам стоит поговорить наедине? Я хочу обсудить кое-что важное.       Лань Чжань, почувствовав, как в его груди закипает недовольство.       — Нет, Мэй, я не думаю, что это хорошая идея, — альфа сразу же наотрез отказался и пытался выглядеть максимально спокойным.       Но Чжун, заметив нарастающее напряжение, вмешался:       — Эй, ребята, подождите! Вам действительно стоит поговорить. Столько лет прошло, а вы всё равно как кошка с собакой. Дайте себе шанс разобраться.       С этими словами Чжун быстро попрощался и ушёл, оставив Лань Чжня и Мэй наедине. Мэй посмотрела на Лань Чжня, и он, чувствуя себя неуютно, попытался отвлечься.       — Прогуляемся? — предложила она, слегка смущаясь.       — Мгм, — коротко ответил альфа, стараясь не показать, как ему некомфортно.       — Как ты? — спросила она, и в её голосе звучала искренность.       — Как ты видишь, всё в порядке… — отрезал он, чувствуя, как напряжение постепенно нарастает.       — Понятно… — произнесла Мэй, её голос звучал глухо.       — Ну а ты как? — спросил он, стараясь поддержать разговор.       — Всё хорошо, хотя не стану врать, всё плохо… — призналась она, ее взгляд стал более серьезным.       — И чего так?! — он не удержался от вопроса, его голос звучал резко.       — Знаешь, иногда я вспоминаю, как было раньше, — начала Мэй, не скрывая намёков в своих словах. — О том, что мы могли бы быть вместе…       Лань Чжань ощутил, как его сердце забилось быстрее, но он не собирался сдаваться:       — Ты сама решила поставить между нами точку, да и я не жалею, что не побежал за тобой в тот день.       Мэй замерла, ее глаза наполнились сожалением. Она глубоко вздохнула, пытаясь подобрать слова.       — Я знаю, что тогда поступила неправильно, — произнесла она, искренне извиняясь. — Мне очень жаль, за все те слова, что я сказала. Я была не в себе от твоего выбора.       — Ты говорила то о чем думала, и я тебя за это не осуждаю, — перебил Лань Чжань, его голос звучал более мягко, но все еще с оттенком боли.       Мэй опустила взгляд, словно ей было стыдно.       — Я понимаю, и я не оправдываю свои действия. Просто… иногда кажется, что жизнь заставляет нас делать выбор, который мы не хотим. Я не хотела причинить тебе боль.       — Всё нормально, это ведь уже всё в прошлом, — тихо произнес Лань Чжань.       — Как поживает Сычжуй? — спросила Мэй, глядя на Лань Чжаня с надеждой.       Лань Чжань, сдерживая раздражение, ответил:       — А вот это уже тебя не касается. Мне уже пора идти. Пока.       Он не желал говорить о прошлом, которое было для него закрытой страницей. Внутри него зародилось чувство легкого облегчения. Он знал, что их разговор не приведет ни к чему хорошему, и ему не хотелось снова погружаться в те воспоминания.       Мысли Лань Чжаня метались, оставляя за собой лишь тусклый след. Он не испытывал к Мэй ничего, кроме разочарования. Время, которое они провели вместе, стало частью его прошлого, и он смирился с тем, что их пути разошлись. Он не злился на неё — это был её выбор, и он принял его.       Сейчас его сердце переполняли другие чувства. Он был счастлив от собственных решений, ведь у него есть Сычжуй — его замечательный сын. Да, иногда мальчик доводил его до седых волос своими выходками, но в этом была своя прелесть. Каждый момент, проведённый с ним, приносил радость и смех, и Лань Чжань не мог представить свою жизнь без этого.       Мысли о Вэй Усяне снова заполнили его разум, и он почувствовал, как в груди забилось теплое волнение. Это было такое чувство, которого он давно не испытывал. Он быстро достал телефон и набрал номер Вэй Усяня.       — Привет!       — Привет! Как ты? — отозвался голос омеги, и в нём слышалось лёгкое удивление.       — Всё в порядке. Я только что вышел из встречи и… Хотел бы поговорить с тобой, — сказал Лань Чжань, стараясь звучать уверенно.       — Конечно! Что-то случилось? — спросил Вэй Усянь, и в его голосе послышалась забота.       — Нет-нет, ничего такого. Просто… Мне очень понравилась наша встреча. Я хотел бы продолжить общение, если ты не против, — ответил Лань Чжань, чувствуя, как на душе становится легче.       — Я тоже был рад встрече, — сказал Вэй Усянь, и Лань Чжань уловил в его голосе искреннюю радость. — Ты действительно интересный собеседник. Не только шутить умеешь…       — Хех, спасибо, это много для меня значит. Может, встретимся снова? — предложил он, чувствуя, как его сердце забилось быстрее.       — У меня завтра работа, — ответил Вэй Усянь.       — А как насчет того, чтобы встретиться после твоей работы? Я как раз заеду за Сычжуем, — предложил Лань Чжань, надеясь, что это сработает.       — Звучит отлично! Тогда договорились, — согласился Вэй Усянь, и в его голосе зазвучала радость.       — Отлично! Жду с нетерпением, — сказал Лань Чжань, чувствуя, как его настроение поднимается ещё выше.       — Я тоже! До встречи, Лань Чжань! — ответил Вэй Усянь.       Лань Чжань положил телефон в карман и, улыбаясь, направился пешком домой. Теперь у него было что-то, чего он действительно хотел.