Gray zone

Изящная беседка возвышалась среди моря цветов. Прекрасного моря, чья пестрая поверхность волновалась от каждого дуновения ветра. Белоснежная беседка, расположенная в самом центре, была подобна большой птичьей клетке, но пташкам не о чем было тревожиться - дверца не то, что была открыта, но вовсе отсутствовала. Внутри красовался столь же белоснежный столик. Две девичьи фигуры занимали единственные сидячие места вокруг него. Сестры похожие как две капли воды играли в шахматы. Старшая выигрывала, младшая не испытывала огорчения в преддверии скорого поражения. Задорный смех звучал над цветочным полем. Как опытный стратег Фокалорс оценила свои возможности, прикинула лучшие шаги оппонента, и вот она - прямая дорога к победе. Фурина явно не соперница своей близняшке, но она уже давно привыкла к поражениям от старшей и не находила повода для удивления или разочарования. Стабильность, постоянство, некое ощущение опоры под ногами, неизменности. Как приятно, снова оказаться с сестрой. Даже если она рассердится, вновь начнет поучать. Фурина светилась от счастья, улыбка не сходила с лица. Ведь старшая де Фонтейн найдет решение любых проблем, сможет уберечь их маленькую семью от всех штормов. Не помня своих тревог, младшая из сестер упивалась мнимым покоем. Фокалорс сделала свой ход: черный офицер поставил под удар белого короля. Старшая расплылась в улыбке, губы ее зашевелились, но все беззвучно. -Я не слышу тебя. - удивленно отозвалась Фурина, с нарастающей тревогой ловя сестрину руку. Но пальцы не достигли цели. Меж сестрами будто возникла неведомая преграда, незримая, непреодолимая. Фурина сперва ткнувшись в препятствие кончиками пальцев, с удивлением округлила глаза, и уже всей ладонью прижимаясь к препятствию, проверяя на прочность. -Фокалорс! Фокалорс, что это?! - девушка подскочила на ноги, но больше сдвинуться с места не могла. Ноги перестали слушаться, завязли будто в болотной гуще. - Фокалорс, помоги! Улыбка так и не сходила с губ старшей сестры, но взгляд пустел, терял осмысленность. И вот девушка уже походила больше на куклу, чем на живого человека. Но вдруг, одномоментно, пустые очи марионетки нашли глаза Фурины. -Прости, сестричка. В этот раз ты сама по себе. Не жди спасения - скрежещущим, нечеловеческим голосом отозвалась кукла бывшая недавно Фокалорс и рассыпалась горсткой песка. Ужас, что поселился в сердце Фурины с началом метаморфоз сестры, достиг апогея. Внезапно раздался стук. Нечто тяжелое ударилось о дерево. Звук повторился. Еще раз. И еще раз. Паузы между ударами все больше сокращались. Грозное, пугающее предзнаменование. Под один из ударов трещинами изошлась прекрасная беседка, под следующий на голову оставшейся в одиночестве Фурины посыпались фрагменты крыши. Третий удар и вся беседка осыпалась прямо на несчастную, чей крик застрял в горле.

***

Фурина проснулась в той же позе, в какой и задремала. От положения полусидячего немилосердно затекли, онемели ноги. Подчиняться хозяйке они впредь не желали, откликались жестокой болью, колкими ощущениями. Как порой обыденно воспринимается собственное тело. Каждый вдох, каждый жест, движение, шаг - любой человек совершает эти действия не задумываясь, но стоит лишь малости выйти из строя, так сразу становится очевидно, насколько отлаженным, но в то же время путанным механизмом является человеческое тело. Для Фурины было большим удивлением, что даже не опираясь на ноги, она задействует множество принадлежащих им мышц при попытке сесть ровно. Рассветные отблески солнца заглянули в комнату. В неудобной позе девушка провела всю ночь, а теперь потуга принять более ровное положение провалилась крахом. Фурина повалилась в постель со стоном. Ей оставалось только ждать, пока кровообращение в ногах восстановится. Тем временем удары сменились руганью. Кажется, Криспин пришел в себя и ныне растрачивает силы, ища способ освободиться. -Чертовы Фатуи! Будьте вы прокляты! - изрыгал гневные речи юноша, в бессилии пиная прочную дверь. Многие события прошедшего дня ускользнули от него, но осмыслив свое положение, дозорный без труда восполнил очевидные моменты. Мальчишка добежал до точки сбора, а там его ждали старшие товарищи. Очевидно, те самые, что вырубили Криспина и взяли в плен. И теперь он узник. Явно не просто так. Явно чего-то от него потребуют. Информации? Выкупа? Хотя он нищ как церковная мышь. Или используют как разменную монету? Что же потребуют за него? Каких преступников захочет обратно мерзкая организация этих беспринципных монстров? Одни только мысли вызывали приступ дикой ярости. Юноша пинал мебель, тряс оконную решетку - все без толку. Последней отчаянной попыткой побега стало намерение проломить дверь табуретом. Табурет оказался довольно прочным и до своей героической гибели выдержал множество ударов. Дверь, однако, оказалась еще прочнее. Пинок был еще худшей идеей - отшибленная конечность разрывалась от боли. Поскуливая Криспин допрыгал до постели и завалился на бок, баюкая отбитую часть. *** Шум по ту сторону двери не стихал еще какое-то время. Фурина сочла за благо отмалчиваться еще с полчаса после наступившего затишья. Чувство вины больно обожгло. Теперь девушка со всей ясностью поняла, что лучшим выбором было бежать со всех ног к лагерю, к сестре. Доложить обо всем. Пускай Фокалорс, узнав о пропаже Криспина, больше никуда бы ее не пустила. Но сидеть в своей комнатушке уж явно было бы большей радостью, чем быть пленницей и ждать, покуда о ней вспомнит та пугающая особа. Все же пора взять себя в руки. Криспину наверное не менее страшно чем ей самой, а потому самое время дать знать ему о своем присутствии и повиниться. Девушка поднялась на пришедшие в норму ноги и тяжело вздохнула, подходя к окну. Ухватившись за железные прутья решетки, встала на цыпочки, прижимаясь сильнее лицом к холодному металлу. -Криспин! - робко позвала Фурина. - Криспин, это я! Твоя напарница... Звать пришлось долго. Дозорный долго отказывался верить своему слуху. Он ведь был уверен, глупышка Фурина не смогла бы последовать за ним через лес. Ее голос в таком месте - лишь наваждение, порождение воспаленного ума. Но голос не умолкал и волей-неволей привлекал к своему источнику. Хромая юноша подошел к двери, рост позволил ему выглянуть, не прилагая лишних усилий. -Фурина... - Криспин обомлел, узнавая лицо в сходном проеме двери напротив. - Как же ты... Нет! Ты должна была... вернуться в лагерь... Уверенный в себе обычно, дозорный совсем раскис. Надежды, что его хватились сразу, истаяли подобно утренней поволоке тумана. Дозорные обычно уходили утром на весь день или же с вечера до утра. Смена караула происходила с сумерками, но долгое затишье на границе привело к полной безалаберности. Нередко бывало, что отряд вернувшихся, уходил отдыхать без отчета, даже не показываясь на глаза сменщикам. Или смена уходила в дозор, никого не дождавшись или значительно припоздав. А потому... Отдых, поздний подъем. Друзей, которых бы он навещал, или которые беспокоились о нем, не было. Криспин проклинал свою нелюдимость. Его не хватятся раньше чем через неделю! Лишь тогда наступит его следующая смена. Хотя... Здесь Фурина! Быть может глава Фокалорс обеспокоится о судьбе своей сестры скорее. Быть может даже сегодня старшая сестра захочет проверить непутевую младшую. Быстрый взгляд на окно. Солнце только встало. Возможно через несколько часов будет поднята тревога, но разброд и шатание в лагере приведут к тому, что активная фаза поисков начнется близ полудня. Криспин лбом уперся в дверь. -Как ты? Та ужасная женщина должно быть побила тебя до бессознания. - неловко пролепетала Фурина. - Когда я подоспела, ты лежал в траве. -Расскажешь подробнее? - с некоторым интересом отозвался юноша. Не то, чтобы разговор был нужен, но хоть как-то отвлечься он поможет. Обрадованная девушка пустилась в многословные описания. История вышла неожиданно долгой за малым количеством сути. Все как любила Фурина. Криспину же было интересно только описание Арлекино. Он долго перебирал в памяти все, что знал о важных шишках Фатуи, но никого подобного не припомнил. *** Разговор не заладился и сошел на нет, когда иссяк фонтан красноречия Фурины. Стоять на цыпочках долгое время оказалось невыносимо. Поняв, что ответа на ее речь не будет, девушка отошла вглубь комнаты, запоздало изучая, осматриваясь. Простая кровать, деревянный стол, стул. На столе кувшин, таз с водой. Фурина поспешила умыться. А после поддавшись нелепому порыву влезла на стол с ногами и выглянула в окно. С ее стороны домишко укрывала старая яблоня. Ее ветви спускались прямиком к окошку, едва не заглядывали в комнату, но при том и не закрывали целиком обзор. Поодаль виднелось поле. Диковатое, заброшенное. Укрытое густой порослью. Отчего-то поле манило, тянуло окунуться в зелень, забыться в мягкости травы. На миг Фурина уверилась, будто вырвись она из своей клетки, нырни в эту поросль - все ее проблемы как рукой снимет. Девушка зажмурила глаза - долой детские глупости. Она уже давно повзрослела. Тихий стук в дверь разогнал ее мысли. Торопливо, неловко спустившись со стола узница метнулась к дверному окошку, с любопытством выглядывая. Голубые девичьи глаза на мгновение встретились с мальчишескими серыми. Худощавый паренек тут же вперил взгляд в пол и глухо прошелестел: -Я принес завтрак. Приказ Отца. И правда. В руках мальчишки был поднос с двумя мисками, ломтиками хлеба, парой стаканов воды и парой ложек. Одной рукой удерживая манящую ароматом ношу, второй беловолосый паренек открыл окошко в двери и ловко просунул туда миску с рагу. Фурина послушно приняла кушанье, хлеб, воду. И дверца быстро закрылась. Признаться, живот у девушки немилосердно урчал, ведь со вчерашнего дня она вкусила только утренний омлет. Пленница сглотнула слюну и поспешила к столу. В шаге остановилась и быстро вернулась к двери. -Спасибо! - Фурина расплылась в улыбке. Теперь все было правильно, и она торопилась трапезничать. Мальчишка удивленно посмотрел ей вслед, открыл и закрыл рот, не зная, что ответить. Тряхнув головой от лишних волнений, он постучал в дверь напротив, но Криспин не желал отвечать надзирателю. Когда открылось окошко и через него проникла миска, дозорный среагировал. Он метнулся, ловя детскую руку, но встретил только деревянную миску. Рагу, которое так пленило ароматом Фурину, было с пылу с жару. Мальчишка среагировал молниеносно: отдернул руку, и миска отправилась в полет, перевернулась в воздухе и щедро обдала обжигающей порцией конечность Криспина. Тот взвыл от боли, спешно стряхивая горячее, густое варево. Окошко в двери захлопнулось. Фремине тяжело дыша, вжался спиной в противоположную дверь и сполз по ней на пол, проливая воду из стакана на синюю курточку. Потрясение было велико, мальчонку била крупная дрожь. И почему только отправили его... Другой бы справился лучше, а его дело чинить механизмы да поднимать диковинки с глубины. С людьми слишком трудно. Фурина тем временем торопливо вкушала кушанье, счастливо жмурясь после каждой ложки. Ломтик хлеба исчез в два укуса, теперь оставалось только обжигаться, ведь есть медленнее было просто невозможно. Потом нужно будет поболтать с Криспином, что по его мнению может сравниться с этим деликатесом. А вдруг удастся угадать рецепт?! Короткий крик заставил подпрыгнуть, уронить ложку в миску. Девушка узнала голос напарника и поспешила узнать, в чем дело. Обзор был мал. То и дело подпрыгивая на месте, удалось увидеть мальчишку разносчика сжавшегося под ее дверью. -Эй? Ты поранился? - нелепо кривя лицо, Фурина силилась выглянуть далее. Мальчик пошевелился, поднялся, испуганно занимая место в центре коридора. Ответа на вопрос не следовало. Разносчик еды отряхивал одежду, собирал то, что не отдал буйному узнику. Сквозь прутья решетки девушка приметила влагу на одежде и спешно начала проверять содержимое своих карманов. Помнится прошлым утром она клала носовой платок, собираясь в первый дозор. А вот и он! -Возьми! Не бойся, возьми! - увещевала девушка, протолкнув лоскут светлой ткани в проем. -Поверь, я ничего плохого не желаю. Лоскут светился по другую сторону двери от хозяйки на всю длину. Доказывая свою искренность, бывшая патрульная удерживала ткань двумя пальцами и приветливо улыбалась. Паренек мельком глянул в глаза девушке и, сделав несмелый шаг, взялся за платок, принимая его, утирая влагу с одежды и рук. -Спасибо. - едва слышно сказал он.