Gray zone

Дом Очага обычно спокойный, много более тихий чем любая иная обитель полная детворы, весь август наливался шумом, взволнованной возней, будто пчелиный улей, растревоженный каким-то сорванцом. День изо дня напряжение нарастало, скоро и вовсе казалось, будто сам воздух уплотнился как настоявшийся рождественский штоллен. От мала до велика сироты дома Очага были удивительно единодушны в своем настроении. Детишки собирались группками, много шушукались, замирая от нежелания делиться с кем-либо своей заветной тайной. Троица друзей Фурины не была исключением. Сама же Фурина все больше огорчалась. Все трое хранили от нее тайну. Лишь однажды Лини подошел к девушке и доверительно улыбнувшись, высказал просьбу: -Знаю, ты порядком задержалась у нас и, наверняка, соскучилась по своей сестре. Кровные узы ведь очень важны. Линетт вот без меня и дня провести не может. - нахальная усмешка и игривое подмигивание. Лини ведал каким обладает обаянием и частенько оным злоупотреблял. - Но я хочу попросить тебя задержаться еще самую малость. До конца этого месяца. Будет большое торжество! Выманив обещание у легковерной подруги, фокусник отшутился на все ее вопросы. "Конечно узнаешь!", "всему свое время". По окончанию разговора, когда довольный мальчишка убежал по своим "наиважнейшим" делам, Фурина кипела от возмущения и не ведала куда деть свое любопытство. Напряжение достигло апогея ровнехонько 21го числа. Весь особняк затих, обитатели его скрылись с глаз. Сколько бы не бродила по путанным коридорам гостья, так и не смогла найти не то, что своих друзей, но и вовсе ни души. Снедаемая беспокойством Фурина и сама не заметила как ноги привели ее к кабинету Арлекино. Девушка постучала. -Входите. - ответ не заставил ждать. Фурина привычно послушалась, отворила дверь и вошла в самую заветную обитель всего особняка. Арлекино сидела за своим столом вполоборота, не торопясь обращать свой взор на вошедшую. Ее до крайности занимал крупный паук, что невесть откуда взявшись уверенно держал путь по подоконнику. Солидного размера крестовик старательно перебирал лапками. Фурина не замечала прежде, чтобы внимание Арлекино было настолько приковано к чему-либо. -Прелестное создание. - донеслось до слуха девушки. Женщина замерла к своем кресле словно изваяние, будто ничего и не замечая, кроме предмета своего интереса. - Пауки - лучшие питомцы. Они никогда не нуждаются в твоем одобрении. Собственно, им и вовсе нет дела до людей. Даже если те мнят себя их хозяевами. Фурина сочла за благо промолчать. Своего мнения о пауках она не имела, их знакомство началось со сбора надоедливой паутины в уголках родного дома, а заканчивалось на сей момент воспоминанием о лесной пробежке, когда на лицо намоталось такое количество липких нитей, что и убрать их было трудностью. Девушка не рассматривала подобных созданий питомцами, но питала слабость к более крупным, готовым к общению компаньонам, таким как очаровательный пушистый кот Гидеон. -Тебя привело некое дело или же не знаешь чем себя занять? - без обиняков поинтересовалась Арлекино, наконец оторвавшись от созерцания бегущего паука. -А... Да. Дети ведут себя... необычно. Хотела узнать все ли в порядке? - растерявшись от прямого вопроса, не сразу сообразила с ответом гостья. -Думаю, они оценят твое беспокойство, Фурина. Но для него нет причин. В доме Очага планируется празднество. Но раз уж Лини, Линетт и Фремине не посвятили тебя, я не стану препятствовать их затее. - не колеблясь с ответом, говорила женщина. - Если беспокоит их отсутствие, ты можешь составить компанию мне. Допустим, в чаепитии. -Буду признательна. - быстро согласилась Фурина, признаваясь себе, что день проведенный в одиночестве тяготил. -Тогда прошу со мной. - Арлекино поднялась на ноги и скорым шагом направилась прочь из залитого светом кабинета. Она держала путь столовую, а Фурина послушно шла позади. Пока закипала вода, пока Арлекино точной мерой отсыпала заварку в чайник, Фурина много раз порывалась начать беседу, но никак не могла подобрать слова, найти лучшую тему. Из буфета вынырнул прекрасного вида десерт, очаровательная чайная пара появилась перед Фуриной, и чашка наполнилась янтарным, дурманящего аромата напитком. -Благодарю за то, что ты провела столько времени с детьми. Им идет на пользу общество. - Арлекино наполнила чаем и свою чашку и заняла место против собеседницы. -Они были очень добры ко мне. И вы тоже. - с некоторым смущением ответила гостья. - Надеюсь, мое присутствие не доставило лишних хлопот. Вы должно быть потратили много сил, обучая меня. -Ты не доставила хлопот. Линетт извлекла полезный урок, помогая тебе. - лицо укрытое бесстрастной маской привлекало взгляд девушки. -Но я говорю о вас... - вдруг сорвалось с губ Фурины. И правда. Арлекино никогда не говорила о себе, казалось и вовсе не обращала на себя внимания, обратив всю себя на обязательства перед подопечными. Ответный взгляд выражал искреннее удивление. Женщина воздержалась от ответа, с нарочитым интересом вперив взгляд в чай. Неясное, искаженное отражение в напитке покачивалось. Фурина же позволила себе пристальный изучающий взгляд на собеседницу. Черты лица Отца были тонкими, изящными, красивыми, притягательными. Обычное спокойствие прежде казалось равнодушием и даже пугало, сейчас же манило, располагало. Звание гостьи дало девушке неожиданные преимущества. Сдержанное и мягкое отношение главы дома чувствовалось в полной мере, как если бы девушка заняла настолько близкую, удобную позицию, что оппонент физически не сможет ни атаковать, ни уклониться. Но стоило ли злоупотреблять оказанной милостью? Фурина опустила глаза, оставляя в своем поле зрения темную кисть. Прежде она смущалась, терялась, ощущая интимное прикосновение на тренировке. Сейчас же вспыхнула от странного желания еще раз дотронуться до этих рук. Хотя возможность едва ли представится - Арлекино старательно держит дистанцию со всеми и Фурина не исключение. *** В день обещанного торжества Фурина наблюдала лишь прежнее затишье. Только теперь дети расхаживали с заговорчески-счастливыми лицами. Вечером она по приглашению пришла в большой зал, и глазам гостьи предстало удивительно зрелище. Огромные хлопушки в руках Лини и Фремине. Большой транспарант с неровной надписью: "С днем рождения Отца!". В комнате стоял огромный стол, а на нем громоздились многочисленные яства на радость детям. На видном месте расположились грубоватые на вид подмостки, то Лини подготовился к выступлению. Хлопушки грянули, осыпали восторженных детей конфетти. -Дом Очага! Мы начинаем праздник по случаю дня рождения Отца! - громко возвестил фокусник из центра своей самодельной сцены. Фурину не покидало странное ощущение. Что-то не в порядке. Неправильно. В своих раздумьях она заняла дальнее место на одном из стульев, что стояли в несколько рядов. Девушка не хотела мешать и закрывать младшим детям обзор. Лини начал свое выступление с малого. В ход пошли карты весь многочисленный арсенал этих фокусов был Фурине знаком, но как другие зрители она аплодировала и наслаждалась зрелищем. А вот и потрепанная шляпа на небольшом столике. Исчезают предметы, появляются птицы. Фокусник выдал некоторое волнение, когда произошла заминка, и голубь не сразу выпорхнул из своего пристанища. Линетт спасла положение, отвлекла на себя внимание, как полагается лучшей ассистентке. Самый зрелищный фокус - гвоздь программы, был оставлен напоследок. Фурина едва узнала тот большой ящик, над которым не так давно колдовали Фремине и Лини. Яркий, украшенный подручными средствами и замысловатым узором короб моментально завладел вниманием. Лини, удовлетворяя любопытство публики, раскрыл створки, демонстрируя пустое внутреннее пространство, а когда взволнованные зрители поутихли, снова закрыл. Дернул потайную ручку, короб завращался на своей подставке. -И так! Что же внутри?! - подстрекая любопытство детей вопрошал фокусник, останавливая вращение. - Важнейшее в доме Очага! Незаметным движением Лини привел в действие иной механизм. Даже Линетт и Фремине, хоть и были помощниками, тянули шеи от любопытства, как и все остальные теряясь в догадках, без чего же не может обойтись их обитель. Короб раскрылся, створки с хлопком пали, открывая глазам восторженных зрителей сокрытое. В центре стояла высокая статная фигура Отца. Маленькие зрители замерли, с удивлением, непониманием и даже легким испугом. Фурина же лишь в этот момент поняла, что смущало ее в течении всего празднества - отсутствие поздравляемой персоны. Девушка первой пришла в себя и поспешила наградить иллюзиониста заслуженными аплодисментами. К ней скоро присоединились Линетт и Фремине, а затем и остальные дети. В рядах зрителей прокатился неуверенный шепоток: действительно, дом Очага не сможет существовать без своего Отца. *** Довольные, уставшие дети разошлись по спальням ближе к полуночи. Праздник определенно удался. Фурина витала в облаках, не уследив за тем, в какой момент осталась наедине с именинницей. Арлекино с интересом поглядывала на гостью: та потешно хмурила брови, приводя свои мысли к единому знаменателю. -У вас и правда сегодня день рождения? - давая волю своему интересу, рискнула спросить Фурина. - Да. - губы Арлекино изогнулись в улыбке. - Но ведь день рождения - это день именинника... - Обычно да. Но я считаю свой день рождения прежде всего поводом устроить праздник детям. Неловкое молчание. Фурина не скрывала удивления, приправленного восхищением. Как преданна Арлекино своему приюту. Насколько эта женщина внимательна к своим подопечным. Насколько забыла о себе... С последней мыслью девушку кольнуло грустью. Должно быть это очень одинокая жизнь. -Не желаешь вина? - Арлекино стояла перед гостьей, предлагая бокал. Рубиновая жидкость покачнулась, поднялась малой волной и ударилась о прозрачную стенку. Такая манящая, что глаз не оторвать. -Спасибо. - отвечала Фурина. Принимая бокал, она задела удерживающие его пальцы. Какие теплые. Скрывая неясное смущение, девушка поспешила пригубить напиток. Терпкий вкус оказался удивительно приятен. Как удивительно приятно было и общество. Необременительная беседа зажурчала словно лесной ручей, слова удивительно легко срывались с губ Фурины. Какой свободной она себя ощущала. Радовалась улыбке Арлекино на ее беспечные россказни, прежде не вызывавшие у слушателей одобрения. Какой доброй, внимательной казалась собеседница. Арлекино осведомилась желает ли Фурина еще терпкого рубинового питья, а на согласие аккуратно плеснула в бокал добавки. Девушка невольно залюбовалась именинницей, сосредоточенной на напитке. Новый пригуб одарил неожиданным, но приятным головокружением, то опьянение подкрадывалось легким танцующим шагом, приглашало в сладкий дурман своих объятий. Фурина неожиданно осознала, как мало времени ей отпущено в этом прекрасном месте. Как не хотелось бы покидать его полной сожалений... *** Когда девушка проснулась, утро уже давно миновало. Недовольно завозившись в постели соня, не хотя открыла глаза. Кажется подушка была другой?.. Фурина откинулась на спину, всласть потянувшись. Тело не желало просыпаться, исправно снабжая мозг только ощущениями тепла и сонливой расслабленности. Разве у ее кровати был балдахин?.. Вопросы оставались без ответов - леность ума одержала победу. Как же не хочется вставать. Вот бы еще немного поваляться, подремать самую чуточку. -С пробуждением. - какой знакомый голос. Фурине потребовалось время, чтобы вспомнить. Кажется, таким был голос, что приветствовал перед тренировкой и поучал во время оной... Арлекино! Почему в ее спальне? В ее ли? Неожиданное приветствие взбодрило, заставило встряхнуться, осознать потревожившие ранее вопросы. Она же не в своей комнате! Девушка резко поднялась, таращаясь на главу дома. Арлекино стояла близ кровати, лишенная привычной строгости. Брюки, сорочка... а ведь она расстегнута. Едва скрывающая грудь, частично демонстрирующая тело. Какая белоснежная кожа. Пока девушка осматривала владелицу спальни и сама не заметила, как по ее собственному телу соскользнула мягкая, укрывавшая недавно ткань, и опала. Взгляд Арлекино изменился, стал заинтересованным, вожделеющим. К Фурине же едва вернулось осязание в полной мере. Она была нагой.