Gray zone

День принес волнения. Чтобы не говорила, чтобы не делала Фурина, с тех пор как покинула комнату Арлекино, ее мысли остались в пределах чужой спальни. Стоило закрыть глаза память услужливо подсовывала самые яркие, смущающие картины. Улыбка Арлекино, ласковый шепот на ухо, волнующие прикосновения. Лини с Линетт быстро заметили разительную перемену в своей подруге, но были тактичны, ведь по утру, придя с уборкой в зал, нашли бокалы, один с недопитым вином. Сообразительные близнецы пришли к очевидному выводу: Фурина много выпила и опростоволосилась перед Отцом. Спеша подтвердить свою теорию они нашли повод несколько раз попасться на глаза своему покровителю. Арлекино была на удивление благодушна, хоть и скоро нашла занятие непоседам. За видимым спокойствием на редкие мгновения проскальзывала тень улыбки. Близнецы терялись в догадках, чем закончился прошлый день, но досаждать Отцу больше не смели, что до Фурины... после пары осторожных вопросов она залилась краской и сбежала, пряча лицо в ладонях. -Определенно что-то натворила. - хмурясь сказала Линетт. Любопытство не давало ей покоя. А Лини, исчерпав запас своих идей, расхаживал с крайне глупым выражением лица, чем страшно сердил сестру. Фремине откололся от группы затейников, когда только прозвучала идея проследить за Отцом. Стеснительный паренек потер пальцами тщательно хранимый кулон, дар их покровителя, и шепнул: - Отец заботится о нас как никто. Следить за ним значит проявить неблагодарность. Тем более по такому поводу. Я против. - иногда он проявлял поразительную тведость характера.

***

Все светлое время суток терзаемая волнениями Фурина скрывалась даже от друзей. Их внимание и расспросы оказались невыносимы. В надежде отвлечься девушка хотела скоротать время за привычной тренировкой. Стоило лишь взять клинок в руки, будто во власти увязнув наваждения девушка слышала знакомый голос, утверждавший, что меч разительно отличается от букета и держать его в руке должно крепче. Только оставшись наедине с собой Фурина позволила себе счастливую улыбку. Прижимая ко лбу холодную сталь, она осела в траву. Водоворот эмоций, переживаний уносил ее прочь, не давая заняться ни одним из привычных дел. С трудом скоротав день, Фурина и сама не заметила каким образом оказалась перед дверью комнаты, в которой встретила утро. Только взявшись за дверную ручку, она поняла фатальность своей ошибки. Но побег оказался невозможен. - Что ты хотела? - голос Арлекино казался бархатным, пробирал до самых глубин. - Я-я... нет... просто... - Фурина терялась, даже не ведая как оправдаться, пока миновавшая ее плечо рука толкнула дверь в спальню. - Входи. - приглашение отозвалось дрожью в коленях. Воли ослушаться не хватило, девушка послушно скользнула в знакомую комнату. Арлекино с интересом и немалым удовольствием наблюдала за метаниями гостьи. Как неловко мнется с ноги на ногу, не смея ступить дальше порога. Псевдоучастливо женщина придержала за талию потешную скромницу, предлагая присесть на кровать. Арлекино предпочитала практичное убранство, а потому в спальне было лишь одно кресло, которое заняла хозяйка. Зрелище перед ней развернулось стоящее. Щеки девушки пылали, будто хотели навсегда остаться алыми. Сесть на кровать было сродни пытке, словно то не мягкая постель, но утыканное шипами пыточное ложе. Под давящим взглядом Арлекино сесть все же пришлось. Как на зло вспоминалось: совсем недавно она обнаженная лежала в этой самой постели и бесстыдно стонала. Невыносимо. Фурина снова закрыла лицо ладонями, не умея справиться с собой. - В чем дело? Тебе нездоровится? - мягкая речь Арлекино таила в себе насмешливые нотки. - Я... хотела поблагодарить... за утро. - пролепетала девушка, найдя будто бы уместную отговорку. -Только за утро? - шагов Фурина не услышала, но вопрос прозвучал совсем близко. Ее ладони настойчиво отводили в сторону, принуждая показать лицо. -Не только... - растерявшись согласилась девушка. От встречи с темно-алыми глазами ее собственные очи стали влажными, потерянными. - И за что же еще? - Арлекино во всю развлекалась, наблюдая за взволнованным "воробушком". Синие очи Фурины распахнулись шире. Ответ, к которому ее подталкивали, произнести невозможно. Арлекино мягко прикоснулась к красной щечке пальцами, позволяя оставить вопрос безответным. - Если это все, то тебе пора. - отметила женщина, отстраняясь. Арлекино расстегнула пиджак, скидывая стесняющее одеяние. Темные пальцы выудили из плена петель еще и пару пуговиц блузы, ослабляя ворот. Вечер - достойный повод расслабиться. Фурина же успела только подняться на ноги. - Или же ты хотела, что-то еще? Как только можно сказать вслух то, что так настойчиво вертелось в голове?! Порадовавшие утром слова Арлекино вечером оказались тяжкой ношей на плечах девушки. В ее голове пронеслась шальная мысль: может быть стоило выпить вина... для храбрости... Но как же? Ведь она и не собиралась сюда. Или же собиралась?.. - Арлекино - все же набралась смелости девушка. - я не могу выбросить из головы прошлую ночь. Мне не свойственно... Я не такая легкомысленная... - снова начала сбиваться под пристальным взглядом. - Мне было так хорошо с тобой. Может быть и для тебя случившееся больше чем досуг на одну ночь? Неужели смогла. Неужели такие постыдные слова слетели с ее губ. Но лучше уж сказать, чем жалеть о несказанном. Фурина отступила на шаг, тревожно закусив губу. Вот и все. Больше ничего она сделать не в силах. Только и может что ждать ответа. В глазах Арлекино явственно лучилось веселье. Она слишком залюбовалась расхрабрившейся гостьей, восхитилась таким порывом, но оттого упустила несколько мгновений. Фурина уже стояла у двери, хватаясь пальцами за спасительную ручку. Арлекино мягко поймала ее запястье, другой рукой отслеживая путь с девичьей талии до живота. - После такой речи, разве ты не хотела остаться? - пунцовое ушко получило первый поцелуй. Фурина едва осмысляла сказанное - ее не отвергли. Прилив счастья быстро канул под тяжестью смятения. Они уже были близки, но в этот раз так неловко, стыдно. Напряженное тело реагировало непроизвольными движениями на успокаивающие прикосновения. Арлекино будто бы и вовсе не обращала внимания, прижимаясь к ее шее то губами, то языком. Ее рука нарочито медленно забиралась за пояс шорт, будто призывая гостью еще раз проявить инициативу и самостоятельно справиться с застежкой. Фурина не спешила, тихо вздыхая. За что получила некое подобие предупреждения - Арлекино мягко прикусила кожу на шее. Как же приятно. Можно и увлечься таким "деликатесом". Стоило больших усилий остановиться, успокаивающе расцеловать наливающуюся цветом свежую отметину. Фурина пискнула, зажмурилась, когда ласка сменилась болью, и послушно расстегнула часть своей одежды, пропуская заждавшуюся ладонь дальше. Арлекино ласково шепнула уже входящее в привычку "умница". Удивительно действовала похвала на гостью, она расслабилась, прижалась спиной к женщине. Им нет нужды спешить, полагала Арлекино, мягкими, массирующими движениями подготавливая послушную партнершу. Уже не любовницу на одну ночь. Скоро Фурина слабо ахнула, шире расставляя ноги, в ответ на осторожное проникновение. Она уперлась лбом и рукой в дерево двери, другой же рукой ища поддержки Арлекино. Та же в свою очередь помня об особенности прошлого раза, действовала деликатно. Юную скромницу стоит убедить в правильности ее выбора, научить раскованности и без участия алкоголя. Когда пути назад уже не было, а распаленная Фурина едва слышно постанывала, в дверь постучали. Сердце девушки заметалось в вынужденной аритмии. В ужасе зажав себе рот ладонью, она вцепилась в руку Арлекино, что так старательно ее ласкала. К сожалению испуг не прошел даром. Фурина слишком сжалась, и ее лоно, обратившись капканом, не желало отпускать чужие пальцы. - Не бойся. - шептала Арлекино, успокаивающе целуя плечо. Слишком пугливый ей достался "зайчонок". -Отец, мы хотели спросить по поводу миссии. - по ту сторону двери звучал виновато-взволнованный голос Лини. Очевидно дети пренебрегли заданием, что получили ранее. И вот (быстрый взгляд на механические часы на прикроватной тумбе) за полчаса до отбоя они решили взяться за ум. Чтож выполнение задания в сжатые сроки тоже нужный навык. -Мне казалось, вы получили исчерпывающую информацию для планирования. - скупо отвечала Отец, отмечая про себя, что разговор заинтересовал и невольную участницу. Увы, то не для ушей Фурины, а потому... Девушка едва начала приходить в себя, позволила себе несколько раз полной грудью втянуть воздух, отнять от рта ладонь. Она ждала, что Арлекино позволит ей привести в порядок беспорядок в ее одежде, но больно закусила губу, паникуя - длинные пальцы женщины пришли в движение, сначала с малой амплитудой, все больше наращивали темп. Фурина боялась открыть рот, не без оснований считая, что собственный голос не будет ей подвластен. А ведь за дверью, кажется, был Лини... Он что-то говорил и даже получал ответы, но слова уплывали мимо сознания. "Остановись... не надо..." - единственное, что занимало мысли девушки. К сожалению Арлекино не внимала мысленным мольбам, но напротив доводила безвольное тело до исступления. Когда Фурина отчаялась удержать стоны, ей неожиданно пришла помощь - темная ладонь накрыла рот, успокоила властной хваткой. Ноги дрогнули, ослабли, перестали быть опорой, но Арлекино мягко придержала.

***

Фурина сердито хмурила брови. Она сидела на кровати главы дома, обнимая колени, сжавшись колючим обиженным комком. Как и ожидала Арлекино, их с Лини разговор миновал сознание девушки, как и Лини остался в неведении о происходящем в комнате. Конфуз был разрешен наилучшим образом. Теперь же оставалось успокоить обиженную любовницу. Арлекино села на край кровати с некоторой осторожностью. Фурина тщетно пыталась остановить ее гневным взглядом. -Прости, дорогая. - мягко обратилась женщина, прикасаясь к девичьей ноге, аккуратно поглаживая. -Ты... Ты!.. Жестокая и бесстыдная!.. - выкрикнула Фурина, пытаясь отодвинуться дальше. Уверенности в словах не было, только обида и звенящие слезы. - Почему ты не остановилась?! В одно резкое движение Арлекино поравнялась в обиженной страдалицей, покаянно прижимаясь губами к острому колену. Касание стало последней каплей. Девушка разрыдалась, забилась в слабых протестах, когда оказалась поймана в объятия. -Прости. И поверь, тебе ничего не угрожало. - успокаивающе поглаживала по спине и волосам Арлекино. Фурина, как оказалось, не умела долго таить обиды. Безболезненно ударив ладонями по плечам женщины, она скоро замерла в объятиях, тихо всхлипывая. Когда рыдания сошли на нет, Арлекино шепнула на ухо: - Чем я могу загладить вину перед моей дорогой Фуриной? Девушка замерла растерявшись от собственнического обращения. Она считала себя временной забавой для грозной Арлекино, но никак не ожидала ответной симпатии. Привычная к мирной, размеренной жизни Фурина привыкла наблюдать отношения, медленно набирающие обороты. В ее глазах симпатия должна была, как брошенное в землю семя, медленно пустить росток, что слабый и бледный пробьет себе дорогу через грузный слой почвы, а как наберет силу станет прекрасным цветком. Только мысли о том, что ей отпущено мало времени в доме Очага, принудили к излишней активности. Много иначе смотрела на мир Арлекино. Она не любила терять времени даром, презирала сомнения и колебания. Ее жизнь была полна тягот, тревог и опасностей. Промедление стоит жизни. Колебание ведет к опрометчивым поступкам. От того и принять свою симпатию к гостье не составило труда. -Твоей?.. - не веря шептала Фурина. - Да. Если ты, конечно, не возражаешь. - улыбка Арлекино была спокойной, уверенной, убедительной. - Не возражаю. - потупила глаза девушка. - И принимаю твои извинения... просто так... - Спасибо, моя Фурина. - раз обращение пришлось гостье по душе, им уместно пользоваться. Фурина не изменила своей импульсивности, тихо засмеявшись и заключая Арлекино в ответные объятия.

***

Предлагая Фурине более близкие отношения, Арлекино и не подозревала несколько будет сложно улучить время и скрыться из поля зрения вездесущей актрисы. Последняя, как оказалось, весьма освоилась в доме Очага. Отцу пришлось призвать весь свой многолетний опыт, чтобы вечером в назначенный час улизнуть с подвластных территорий и прийти на место встречи с Лини и Линетт. Дети возвратились с миссии, извещая о своем успехе. - Лагерь почти опустел. Почти всех призвали в Петрикор по приказу главы Фокалорс. - складно начал свой доклад Лини. - Тех, кто остался не известили о причинах сбора. Леди Фурина считается погибшей. Так доложил ее напарник. С возвращения его чествуют как героя. Говорят, его мучили в плену. - Линетт сердито фыркнула, пробормотав что-то на тему неуместного бахвальства. - Говорят, он совершил героический побег и убил нескольких воинов Фатуи, добыл карту наших территорий вплоть до аванпоста. Должно быть так в Сумеречном дворе называют дом Очага. - больше для себя добавил мальчик. - Весьма неплохо. - одобрительно отозвалась Арлекино. Лини замялся, взволнованно переглядываясь с Линетт. Дети давно и с тревогой ожидали того дня, когда новая подруга их покинет, запросится домой. Но как славно в их глазах развивались события. Червячок сомнения не дал Лини высказать свои чаянья, но сестра во время пришла на помощь. - Если леди Фурина считается погибшей, значит, ей больше некуда возвращаться. - по-детски наивные рассуждения сорвались с уст Линетт. - И может быть она захочет остаться? - робко продолжил Лини. - Ведь Фурина... Ей ведь хорошо с нами, в доме Очага. Отец не спешила с ответом. Маленькие подопечные превратились в дьяволят-искусителей, заговорив о том, что тревожило и ее мысли с недавних пор. В любом случае выбор останется за Фуриной. Хотя и не лишним будет поколебать ее намерения в свою пользу. Ведь дом - это прежде всего место, где тебя ждут.