Gray zone

Любимица театралов Петрикора волновалась будто новичок впервые ступивший на театральные подмостки. Сегодня на нее смотрит важнейший зритель. Лишь ей одной посвящает свое выступление Фурина. Актриса металась как никогда прежде, то ища глазами заветное место в зале, то запрещая себе бросать лишний взгляд и отвлекаться. Сегодня премьера. Де Фонтейн обязана блистать будто в последний раз, так сильно хотелось девушке впечатлить свою любимую. Награда известна. "Я хочу поцеловать тебя, Фурина." Как трудно было отказать Арлекино в просьбе. Но актриса, мечтавшая снова оказаться в объятиях возлюбленной, не сомневалась - она позабудет свою роль, позабудет и вовсе прийти на собственное выступление, лишь бы продлить минуты долгожданного счастья. Занавес пал. Фурина прижималась к стене, промакивая платочком выступившую на лбу испарину. В глазах режиссера читался неприкрытый восторг. Она справилась идеально. Осталось узнать мнение строжайшего критика. Вместе с коллегами де Фонтейн устремилась обратно на сцену. Не самая ее любимая часть выступления, но бесконечно важная - поклоны. Однако, сегодня все иначе. Сегодня Фурина пружинящим шагом возвращается принести дань уважение зрителям. Одному зрителю. Синие очи быстро нашли нужную фигуру, лишь ей адресован поклон примы. "Ты видишь, любимая?" - лучезарно улыбалась Фурина, приседая в изящном па. Но на глаза Арлекино попало и другое. Как не кстати Невиллет решил вернуть любезность. Девушка трепетала в волнении, боясь разозлись главу дома Очага. Арлекино слишком тревожна, слишком легко срывается в гнев, но Фурина в себе уверена. Больше чем, когда-либо. В этот раз она сможет все исправить. Только бы... На несколько мгновений девушка выпустила из поля зрения фигуру любимой, и Арлекино исчезла без следа. Сколько не метались глаза актрисы по залу, женщины было не видно. Куда же ты? Где же? Фурина тщетно металась по театру в поисках Арлекино. Обошла на несколько раз доступные зрителям помещения, забежала и в гримерку, в слепой надежде, что ее могут ждать там. Лишь спустя час девушка признала - Фатуи ушла. Зло куснув губу, актриса бессильно заламывала руки. Ревнует? Неужели она ревнует? Не глядя девушка схватила пальто и умчалась прочь из театра. Она со всех ног бежала к Буфф д'эте, часто ловя губами холодных воздух, спотыкаясь и падая. Сильно приложившись коленом о присыпанный снегом камень, Фурина всхлипнула. Почему Арлекино так спешит? Почему никогда не ждет объяснений?

***

- Вон! - резкий и громкий тон. Не просьба, не требование - приказ прозвучал из кабинета Отца. Лини и Фремине проводившие Фурину до двери отступали, растерянно хмурясь. Линетт выглядела растерянной. Прежде их покровитель не отличался такой суровостью к домашним. - Идите. - ободряюще улыбнулась Фурина. - Я поговорю с ней. - Фурина... - начал Лини, не зная какими словами выразить тревогу. - Ты уверена?.. - Да. - поразительно твердо прозвучал ответ актрисы. Она больше не испытывает страха перед Арлекино. Дети растерянно кивнули, принимая решительный настрой подруги. Впервые они увидели в ней не ту неуклюжую добрую девушку, с которой познакомились летом, но взрослого человека. В полном смысле этого слова Когда троица скрылась за углом коридора, Фурина толкнула дверь. Не заперто. - Уходи. - с порога девушка напоролась на злой взгляд темных глаз. Фурина не ответила, но притворила за собой дверь и двинулась вперед, меря шагами путь до рабочего стола. Смелости не убыло, но все же девушка не искала встречи с темными очами любимой еще раз. Злость, обида и осуждение, которые она уже увидела, причинили боль. Де Фонтейн не знала, чем заслужила такое отношение, не хотела даже угадывать. Тонкие пальцы прошлись по краю широкого стола, замирая на уголке ближайшем к владельцу. - Мое выступление было так дурно? - слабо приподнялись уголки губ актрисы. Синие очи замерли на чужом колене, не желая подняться выше. - Нет. - глухим и потерянным прозвучал голос Арлекино. Девушка все же подняла глаза, подаваясь ближе. Какое угрюмое выражение лица. И все же ответ был честным. - Из-за Невиллета? Злишься, что он поцеловал меня? Он... - В своем праве. - процедила Арлекино, отклоняясь дальше от девушки. - Уходи. Я не желаю тебя видеть. - А я пришла выполнить твою просьбу... - робко улыбнулась девушка. Затаив дыхание она потянула руку к лицу женщины. Арлекино больше не отвечала. Фурине вспомнились давнишнее уроки фехтования от вида того, как напрягается сильное тело. В том было больше угрозы. Девушка уверилась в том, что не уйдет без ответов. Темная ладонь больно сжала тонкие пальцы, через мгновение отталкивая девичью руку. - Арли! - крикнула девушка, вопреки желанию хозяйки особняка, бросившись вперед. - Я не уйду. Ни за что не уйду. Не оставлю тебя снова. Фурина обняла женщину за плечи, прижалась сильно, как могла. Надеясь, успокоить хоть самую малость. - В чем дело, скажи мне? - Глупый вопрос, Фурина. Ты же сама прислала приглашение. - наконец отозвалась Арлекино. - Приглашение?.. - растерянно отстранилась девушка, проследив за указующим взглядом темных глаз. Фурина повернулась к столу, осматривая все, что лежало поблизости. Конверт. Свадебное приглашение. Да, Фокалорс вручила ей такое же. Фокалорс... Девушка торопливо схватила листок, вчитываясь в его содержимое. Ну конечно! Как же иначе?! Неопределенно хмыкнув актриса разорвала листок раз, еще раз. Столько раз пока не осталась горстка обрывков. - Сестрица Фокалорс виртуозно подделывает чужой почерк. Если бы Каллас и герцог знали, сколько распоряжений и приказов она отдала от их имени. - криво усмехнулась девушка обращая взгляд на Фатуи. Арлекино недоверчиво щурила глаза, тяжело дышала, не желая снова поддаться надежде. - Так ты?.. - Невиллет мой друг, не больше. - утвердительно кивнула Фурина и пользуясь замешательством любимой уверенно обосновалась на ее коленях. - Я люблю тебя. Только тебя. Арлекино подавалась ближе. Темные ладони пришли в движение, накрыли талию девушки, поднялись выше по спине, притянули ближе. "Вот так, Арли." - Фурина прикрыла глаза, отдавая себя чужой власти. Не прошло секунды, как Арлекино впилась в нежные уста актрисы поцелуем. Девушка согласно отвечала, запуская пальцы в белые волосы любимой. Она подрагивала, ласково прихватывала чужие губы своими, приняла требовательный язык, сдавленно постанывая. Арлекино не церемонилась, запуская руки под одежду, разрывая мешающую ткань. Чем дольше длился поцелуй, тем сильнее дрожала актриса, льнула ближе, спуская ладони ниже, поглаживая сильную спину. Девушка отчаянно всхлипнула, когда Арлекино сильно отклонив ее назад, отстранялась. - Арли, Арли... - Фурина прижала ладони к лицу женщины, обращая взгляд полный мольбы. - Еще, Арли... Я хочу больше... - Как скажешь. - улыбка Арлекино была многообещающей. Какими влажными и жаждущими стали глаза актрисы. - Сними одежду. И сядь на стол. Волна возбуждения схлынула, оставляя растерянную девушку содрогаться в чужих руках. Прежде таких требований она не получала. И все же Фурина зашла слишком далеко, чтобы отступать. Актриса потупила очи и заливаясь краской, неловко потянула ткань с плеч. Она чувствовала себя такой неуклюжей, угловатой, не стоящей пристального, восхищенного взгляда, которым одаряла ее Арлекино. Когда ненужные вещи скопились у ног, Фурина замерла тяжело вздыхая. Кажется вечность назад она легко вошла в кабинет кипящей гневом возлюбленной, а сейчас трясется не в силах с собой совладать. Темные ладони бережно оглаживали живот, избавили от белья, подхватили, помогая присесть на столешницу. Девушка ахнула, благодарно заглядывая в глаза женщины. - Будь тише. - ласково шепнула Арлекино, приникая губами к острым коленям, а после нежно разводя их в стороны. Девушка тяжело дышала, угадывая, что будет дальше. Но женщина медлила, ласково гладила бедра, пока девушка не взмолилась снова. Актриса ахнула и спешно зажала рукой рот, когда губы любимой прижались к самому нежному местечку. Отчаянный крик рвался из груди на каждое касание языка. Дрожащей и бессильной Фурина пала на спину. Ладонь Арлекино огладила щеку, отняла руку ото рта, губы любимой казались слаще лучшего десерта.

***

Актриса пришла в себя в мягкой постели. Слабое тело не хотело слушаться. Девушка растерянно моргала, вспоминая, что в прошлый раз осознавала себя в ином месте. - Проснулась? - ласковый шепот раздался близ уха. Арлекино была совсем рядом и уже обнимала, нежно прижимаясь губами к шее. Фурина блаженно откинулась на спину, притягивая женщину ближе, принуждая лечь сверху. Девушка вовлекала любимую в новый поцелуй. - Ты ведь просила... - прерывисто шепнула де Фонтейн, останавливая ладони на чужих плечах. - Да... - Арлекино улыбнулась, поглаживая мягкие локоны девушки. - И попрошу еще. Переезжай в Буфф д'эте. Фурина растерянно приоткрыла рот, но сказать ничего не успела. Много требовательнее ласкала девушку Фатуи, накрывая ее уста своими. Де Фонтейн чертыхнулась, пытаясь все же дать свой ответ, но ее тело атаковали, грубо вторгшиеся пальцы, заставляя снова выгибаться, стонать. - Не выпущу тебя из спальни, пока не согласишься. - ласково шептала Арлекино. В синих глазах появилась искра протеста, Фурина дерзко закусила губу, то ли бунтуя, то ли провоцируя на продолжение. Прошло мало времени прежде чем актриса забилась в исступлении, на радость любимой в голос выкрикивая: - Да! Да! - Какая умница. - усмехнулась довольная собой Арлекино, прижимая к себе задыхающуюся возлюбленную.

***

- Ты все перепутал, глупый братец! - Линетт явно сердилась. Трое старших детей стояли перед домом, что был вдвое ниже и много меньше соседних. Лини растерянно сверял адрес с записки и тем, что был указан на доме. Ошибки быть не могло. Тем более, что адрес дан Отцом лично. Но... - Фурина же не может жить в такой развалине... - с сомнением протянул Фремине. - Отец сама написала адрес! - сердито отозвался фокусник. - Да не может такого быть! - с не меньшим гневом крикнула его сестра. - Фурина не может здесь жить! Она ведь... Девушка не досказала, но мальчишки поняли и без слов. Она ведь подарила им такие дорогие подарки, которые теперь отчаянно жгли владельцев. Фремине прижал руку груди - в нагрудном кармане курточки паренек хранил драгоценный фуляр с инструментами, достойными настоящего мастера. Лини и Линетт поежились. Их накидки кололись будто утыканные иголками. Подростки обещали в мыслях многократно отплатить своей благодетельнице. - Она и правда живет здесь... - Как невежливо обсуждать чужой дом за спиной владельца! - звонкий голос актрисы вывел троицу из ступора. Подпрыгнувшие на месте подростки, пристыженно прятали глаза. Фремине и вовсе отошел в сторону, неловко бормоча извинения. - Отец сказала помочь тебе с переездом. - первым очнулся Лини. - Извини. Мы... мы думали, ты живешь иначе. Девушка неопределенно хмыкнула, отпирая дверь родной обители. Любимый прежде домишко показался вдруг совсем маленьким, даже тесным. Грустная улыбка замерла на губах де Фонтейн. Старшая сестра уже покинула отчий дом, теперь настала и ее очередь. Девушка собиралась без спешки. Вещей у нее было не слишком много, помощи пока не требовалось, трое друзей с любопытством осматривались. Фурина опустошила тумбу от всех скопившихся в ней мелочей и рывком задвинула ящик. Раздался странный звук. Будто нечто тяжелое прокатилось по дереву. Растерянно хлопнув глазами, де Фонтейн снова потянула на себя ящик. Старый, давно позабытый перстень выкатился на свет. Фурина рассмеялась, поднимая свое сокровище. Папин перстень. Она утаила его от сестры, когда Фокалорс хотела избавиться от наследия родителей, оправдываясь нуждой. Твердо стояла на своем, едва старшая обнаружила потерю. Кажется, пора снова поспорить с Фокалорс. Фурина должна сама угомонить сестру. Девушка спрятала свое сокровище в кармашке брюк, вспоминая слова Арлекино.

***

- Твоя сестра?.. Хм.. - Ты ведь не тронешь ее? Она носит дитя... - с мольбой в голосе шептала Фурина, боясь ответа. - Не трону. - устало усмехнулась женщина. - Я не могу. Непонимание в глазах Фурины очень позабавило женщину. Она выдержала паузу прежде чем дать ответ. Все же признавать свои слабости было неприятно. - Она смотрит на меня твоими глазами, говорит твоим голосом. Я не могу. И не хочу. Жаль, что вы близнецы... - протянула Арлекино, отворачиваясь от де Фонтейн. - Но все же мое терпение имеет границы.

***

Фурина долго топталась перед домом герцога. Так долго, что хозяин сам вышел ее приветствовать. - Фурина, что хотела? - взволнованное лицо девушки было очень красноречиво, и мужчина перешел к делу сразу. - Поговорить с сестрой. - недовольно хмуря брови, призналась актриса. - Заходи. Она в своей комнате, копается в книгах. - хмыкнул Ризли, распахивая перед гостьей дверь. Фурина кивнула охотнику, без слов благодаря за понимание и отсутствие лишних вопросов. Легко скользнула по знакомому коридору и поднялась по лестнице. Толкнула дверь. - Привет, сестренка. - Фокалорс растянулась на диване, держа книгу над головой. На сестру она не смотрела, угадывая свой триумф. Расчет был не дурен. Арлекино должна была оттолкнуть актрису достаточно сильно, жестоко, чтобы их связь оборвалась. И явно как день - младшая пришла искать утешения. Так пусть рассказывает сама. - Не рань больше тех, кто мне дорог. - тихо сказала Фурина, оставшись на пороге. Фоклорс обратила на нее ошарашенный и даже испуганный взгляд. В пальцах актрисы крутилась маленькая блестящая безделушка. Старшей сестре пришлось долго всматриваться, чтобы узнать предемет. - Помнишь? Я хочу отдать его Арлекино и провести с ней всю свою жизнь. - Будь здесь родители, они ни за что не одобрили твои глупые выходки! - сердито процедила Фокалорс, присаживаясь на диване и не глядя отбрасывая книгу. Та кувыркнувшись в воздухе, страницами вниз шмякнулась на пол. - И никто не одобрит! Хочешь, чтобы на тебя смотрели как на прокаженную? Или как на полоумную? О чем ты вообще думала, связываясь с Фатуи! - О том, что я люблю ее. - спокойно отвечала Фурина. Какими пустыми теперь казались слова сестры. А ведь прежде крики и гнев старшей сильно ранили и пугали, заставляли отступать. - Она тебя бросила! И бросит снова! К кому тогда побежишь? А? - зло прищуренные глаза главы охотников сверлили актрису. И все же Арлекино не права. Пусть и сестры, они совсем не похожи. - Ты вынудила Арлекино уехать. И ты прислала то гадкое приглашение. А теперь... - Фурина перевела дыхание и готовилась дать окончательный ответ. - Теперь я буду жить с ней. Перееду в Буфф д'эте. Ты можешь пользоваться всеми своими уловками, строить любые козни. Но если прогонишь Фатуи из Петрикора, то и мы с тобой больше не встретимся. Фурина вышла, закрыв за собой дверь. Она не хотела слушать возмущение сестры и первой закончила разговор. Герцог стоял в коридоре, своего интереса он не скрывал. - Не дурно. Но не вовремя. - с некоторым осуждением отметил мужчина. Вмешиваться он не считал нужным, оставаясь при мнении, что это дело касательно только самих сестер. - Да. Стоило поговорить с ней раньше. Арлекино чуть не потеряла контроль над своим пламенем из-за ее проказ. - с некоторой грустью отметила девушка. Герцог хмурил брови, скрещивая на груди руки. В мыслях он представлял масштаб возможного пожарища, что могло охватить город. - Если Фокалорс будет дурно, я помогу. Она все же моя сестра. - рассеянно улыбнулась Фурина, прощаясь с Ризли.

***

Свою награду за решимость девушка взымала, обосновавшись на коленях грозного прежде, а ныне бессильного Отца. - Ум... Фурина... - рассеянно бормотала Арлекино, придерживая девушку в объятиях. - Ты увлекаешься... - Не... нет... - девушка жадно осыпала лицо любимой поцелуями, игнорировала любые протесты. - Я скучала... Арлекино засмеялась, легко пощекотав хулиганку, а после стиснув руками хрупкую девушку, почти до хруста костей. - Ой! Ой! - писк и возня стали моментальным ответом. Фурина послушно опустила голову на плечо женщины, замирая в куда как более осторожных объятиях. - А я ведь ничего тебе не подарила... - Сдается мне, ты и так поиздержалась, балуя детей. - усмехнулась Арлекино, ласково потрепав мягкие волосы девушки, которая стремительно заливалась краской. - Так ты знаешь... - Было сложно не догадаться. - скупой ответ Отца будто завершал обсуждение этой темы. - И все таки. - Фурина быстро сунула руку в кармашек, и пряча от внимательных темных глаз ценность, немного отстранилась. - У меня не многое есть, но... Я сохранила папин перстень. В детстве мечтала, что отдам его любимому человеку. Ты примешь подарок?.. Он не слишком ценный, но... Искренними, взволнованными были синие очи. Фурина затаила дыхание, раскрывая ладонь перед любимой. Перстень действительно казался старым, потемневшим от времени, и явно имел ценность лишь символическую. - Приму. - Арлекино смотрела лишь на девушку, подбадривая теплой улыбкой. - Я люблю тебя. - Я знаю. - счастливо потупив глаза, Фурина нашла чужую ладонь, одевая свой дар на темный палец. Кольцо пришлось в пору.