пытали день морили ночь

***

Сегодня ночь для Руслана будет самой ожидаемой за весь год. Он с нетерпеливым взглядом наблюдает, как возле большого костра собираются люди со всей деревни, каждый с цветком или берёзовой веткой, шепчут молитвы и кидают в пламя, пытливым взором наблюдая как огонь охватывает и сжигает. Ивана Купала, всё таки. Руслан всегда к этой ночи относился с трепетом, ждал как ничто другое, ведь что веселее у народа может быть, когда все вместе собираются, под луной в реке купаются да после стариков слушают, которые на истории не скупились, а девицы после полуночи по лесу гуляют, надеясь отыскать ту самую разрыв-траву, что необычайной силой обладает. Тушенцов в эту могучую зелень не верил, зато наблюдать каждый год за возвратившимся печальными девушками ему не надоедало, даже веселило, а вот матушка вечно ему подзатыльники отвешивала и шипела, мол, чем зубы скалить лучше бы утешил красавиц, невесту наконец подобрал себе. Парень только отмахивается каждый раз, сдалась ему семейная жизнь так рано? И самому неплохо, особенно в такую-то ночь. Только вот какую-то потустороннюю жуть наводит на Руслана парень с повязкой на глазах. В их деревню он пришел лет пять назад, только до сих пор никто даже имени его не знает, да и подходить побаиваются - незнакомец всегда с отрешённым видом, ходит с накидкой шёлковой и к людям сам не приближается. Старики любили приплетать его ко всем бедам в селении, корова у кого-то издохла - Слепой постарался, урожай не вышел - Слепой виновен, болезни в доме - Слепой снова беснует. Руслан не верил особо в эти россказни, но иногда задумывался, что последние пять лет в деревне и правда не всё гладко стало, да только виноват ли обычный человек? Однако заговаривать с этим странным парнем Рус тоже не решался.

***

Вдоволь накупавшись в тёплой спокойной реке, Руслан сидел возле костра, вполуха слушая старческий голос и не сводя глаз со Слепого. Тот всегда приходил на деревенские празднества, находясь в стороне от народа и молча стоял так, изредка поглядывая в чернь леса. Кроме Руслана на него никто не глядел, через силу игнорируя, а Тушенцов каждый раз голову ломал, пытаясь разгадать незнакомца, но тот словно каменел на всю ночь. - Его видите? - седой дед украдкой кивнул в сторону Слепого, не смотря на него, - Он свою повязку снимает, когда хочет беды навлечь. Руслан резко переводит взгляд на старика и вслушивается, а рядом дети жмутся друг к другу, когда седой заводит одновременно пугающую и завораживающую тему. - Вы его без повязки видели? - молодая девушка шёпотом спрашивает, сразу голову опуская, а старик кивает, снова понизив голос: - В тот год, когда жена моя умерла, я его из окна видел. Стоял под забором, лица под капюшоном не видать, а в руках лоскут шёлковый. Я тогда от страха обомлел, а жена через день захворала. Не к добру он у нас появился, я вам скажу. Вокруг костра согласно загудели, и тут же испуганно отпрянули, когда пламя внезапно взвилось с треском вверх и тут же вернулось как было. Тянущая тишина повисла на минуту, и Руслан, едва дыша, вновь перевел свой взгляд на тёмную фигуру у дерева. Тот стоял неподвижно, даже не глядя на людей. - Вот что, девочки, - немолодая женщина хлопнула в ладоши, стремясь преломить пугающее затишье, - Луна уже высоко, разрыв-трава долго не ждёт! Девушки, опомнившись, радостно хихикают и наперегонки бегут к густым деревьям чуть поодаль, и почти сразу же скрываются за ними, лишь колокольчики смеха напоминали о них. Тушенцов облегчённо выдыхает, вновь обращая внимание на незнакомца, однако от того осталась только примятая трава, и небольшой блеск шёлка от накидки, которую в последний момент успел увидеть Руслан перед тем, как Слепой скрылся за деревьями. Парень ошарашенно рот приоткрывает, не успевая даже вздохнуть, как сзади взволнованный голос мужской слышится: - Видали?! Как девчонки ушли, так он тоже смылся. Уж навряд ли за цветочками пошёл... - Я за ним пойду, посмотрю, чтобы к девушкам не подходил! - сразу вскакивает Тушенцов, и, слыша одобряющие выкрики, со всех ног бежит туда, где исчез незнакомец.

***

Вот уже непонятно сколько времени Руслан бродит по лесу, в темноте отчаивась увидеть чёрную одежду Слепого. Часто слышит тонкое женское хихикание где-то рядом, пару раз натыкался на девушек, которые ходили парами и смущенно поднимали на него взгляд, шутя, что жених нашёлся. Рус лишь неловко улыбался и шёл дальше, ведь больше девиц его сейчас интересовал загадочный парень, исчезнувший так же внезапно, как и появился. - Не мог же он сквозь землю провалиться, - бормотал он, босыми ногами ступая по мокрой от ночной росы траве. Луна светила ярко, однако недостаточно, и Тушенцов уже подумывал возвращаться. С девушками всё хорошо, а Слепой.. Чёрт его поймёшь. - Такому не обучен. Голос сзади заставляет вздрогнуть, и Руслан, поскользнувшись, падает с размаху на землю, сразу же оборачиваясь. - Нашёлся.. - Тушенцов неосознанно тянет глупую улыбку, через секунду спохватываясь и вставая, попутно стряхивая прилипшую к штанам траву. А после замирает. Перед ним парень с повязкой на глазах стоит, на губах ни тени улыбки, и Руслан чувствует себя невероятно странно. Слепой ни к кому никогда не подходил, и тем более не заговаривал. Рус панически сглатывает, не зная, что делать. - Ты пока падал, язык откусил? - голос у Слепого как тот же шёлк - бархатный, глубокий такой, что Рус мурашки по рукам чувствует, - Зачем за мной пошёл? Или как эти хохотушки, жениха побежал рыскать? И Руслан теряется еще больше, когда губы Слепого тянутся в усмешке. Тушенцов скорее в бессмертие поверит, чем в то, что отшельник улыбаться умеет. А улыбка у него красивая, немного бесовская, и Руслан ощущает, как в животе что-то скручивается, то ли от страха, то ли от желания видеть его ухмылку всегда. - Я.. Нет.. - Тушенцов, неловко переминаясь, губы прикусывает, решая, рассказать или нет, - Меня попросили за девушками присмотреть.. Ты ушёл одновременно с ними, вот родители и волновались. - Прям таки попросили? - рот Слепого приоткрывается, рисуя полноценную улыбку, а Руслан чувствует себя всё глупее: - Господи, хорошо, я сам за тобой пошёл, но и одновременно за девушками приглядывал, - Рус кидает злобный взгляд, понимая, что только что его заставили во всем сознаться как нашкодившего мальца, и бесится ещё больше, когда Слепой коротко хохочет. - Вот ты каков, значит, - облизнув губы, незнакомец медленными шагами уходит в другую сторону. Руслан, оторопев, пару секунд стоит столбом, а после бросается за ним: - Ты куда? - Мне тебе отчитываться теперь? - бросает Слепой холодно через плечо, ничуть не замедляясь, а Рус смущенно идёт у него за спиной, не осмеливаясь встать с ним рядом: - Вовсе нет.. Ты обиделся, что я за тобой пошёл, что ли? - Слепой лишь неопределённо хмыкает, и Тушенцов рассчитывает это за "да", - Мне просто интересно было, что ты там делаешь... Ты ведь всегда такой.. Странный.. А ещё, когда о тебе говорили, у нас костёр чуть не спалил всех.. - Мне твои оправдания не интересны, можешь бежать дальше в воду нырять, - Слепой резко оборачивается и с оскалом приближает лицо к лицу Руслана, который, оторопев, часто моргает, пока его губы обдаёт горячее дыхание Слепого. Но в голове Тушенцова лишь одна мысль - это его шанс узнать всё. Поэтому он лишь поднимает взгляд на полоску ткани, скрывающую глаза и заставляет голос не дрожать: - Я хочу знать всё. Слепой лишь снова хмыкает: - И что же это твоё «всё»? - Как тебя зовут? - Данила. Тушенцов от неожиданности рот раскрывает. Он ожидал любого: Слепой его проигнорирует, разозлится, молча уйдет, убьёт уж на худой конец. Ожидал всего, но не обычного ответа. - Ч.. Чего? - Ты на ухо больной или на голову? - фыркает Данила и снова бредёт вперёд, и Руслан, путаясь в ногах, вновь бежит за ним: - Чего ты вечно злишься, я просто не ожидал, что ты так просто ответишь, - Тушенцов всё же выравнивается со Слепым в шаге и заглядывает ему в лицо, однако то остаётся каменным: - Ну как же "так просто", сейчас, погоди, я тебе еще станцую. - Почему ты такой.. Непонятный? - пропустив колкость мимо ушей, снова хватается за разговор Руслан, пока они идут всё дальше в лес. - А ты почему такой любопытный? - в голосе Дани слышна очередная насмешка, и Тушенцов снова начинает злиться: - Я-то самый обыкновенный! Не про меня же чёрт знает что в деревне говорят и подойти бояться! И не я на гуляниях одиноко берёзу подпираю, а потом пропадаю! - Какой ты молодец, парнишка! - с деланным восхищением оборачивается на него Данила со змеящейся ухмылкой. Руслан психует всё больше и хватает Слепого за плечи, заставляя остановится и поднять на него голову: - Отвечай, кто ты? - Данила. - Опять двадцать пять! - Руслан орёт, уже не стесняясь, пока Данила преспокойно снова шагает дальше, и Тушенцову снова приходится в беге его останавливать, крепко сжимая накидку на плечах в пальцах, - Данила, ты меня выводить начинаешь. Слепой напротив его лица лишь фыркает, однако уйти не пытается. - Расскажи мне, кто ты такой, почему всегда один, почему одежда такая странная, почему глаза скрываешь, почему неприятности происходят? - Руслан тараторит, злобно раздувая ноздри, обещая себе ударить Даню, если тот еще раз позволит себе над ним насмехаться. Однако чужой язык, проскользнувший между губами, мигом сбивает с него настрой. - Зачем тебе всё это знать, Руслан? Тушенцов замирает, припоминая, когда он успел представиться Слепому, но тут же отбрасывает эти мысли: - Если бы ты знал, сколько я над этим думаю.. - Я не кидался чужие интересы удовлетворять. - Если бы ты мне всё рассказал, я бы смог объяснить деревне, что ты самый обычный, - Тушенцов с жаром торопится высказаться, боясь, что всё скоро кончится, - Я бы им рассказал.. И тебя бы больше не боялись и не проклинали! - А ты уверен в этом? - Руслан непонимающе поднимает брови, - Уверен, что самый обычный? - Разве нет? Не чёрт же ты какой, - Руслан, замявшись, наконец-то отпускает плечи Данилы, и смятая под пальцами ткань некрасиво заламывается, однако сам Даня не спешит отстраниться: - Ну, уж не чёрт явно, - Слепой вновь настолько близко, что Тушенцов дышать не смеет, - А был бы чертом, ты бы не такой смелый тут бегал, а? Руслан только рот успевает открыть, как в сотый раз за сегодня ощущает что его сердце остановилось. Данила целует резко, с напором, кусается и не даёт отстраниться, пока Руслан не понимает совершенно ничего, позволяя длинному языку властно касаться своего собственного. Теперь уже пальцы Слепого болезненно давят на плечи, впечатывая ткань рубахи в кожу и покалывая ногтями, обжигая и морозя одновременно. Тушенцов глаза закатывает от того, насколько ему нравится. Нравится, как Даня нижнюю губу цепляет клыками и тянет на себя, нравится его тяжелое дыхание, нравятся собственные рваные вдохи и щекотка где-то внутри. Он не скрывает разочарования в глазах, когда Данила отстраняется, облизнув и без того мокрые губы. Руслан словно через шёлковый лоскут на себе чувствует пытливый взгляд, от которого колени сводит, а по спине колет электричество, и глаза боится отвести, лишь рот кривит, когда его толкают в грудь, заставляя спиной прижаться к ближайшему дереву. Данила снова вплотную, к руслановой шее льнёт и тонкую кожу легко лижет, отчего Тушенцов сглатывает и жмурится, когда шёлк с капюшона накидки ему щёку холодит. - Я так погляжу, ты не особо.. разговаривать любишь, - находит в себе силы проскулить Руслан, когда на шее чувствует первый укус, тут же ощущая, как зализывают отпечаток зубов. В ответ лишь хриплый смешок и рука, легко поглаживающая бедро. - Верно заметил, - Данила чуть голову поднимает, оставляя эфемерный поцелуй на линии челюсти, - Вести диалоги мне не по нраву. Однако нам обоим нравится нечто определённое.. Руслан уже готов в голос застонать, когда длинные пальцы пробегаются по животу под рубахой, каждым касанием заставляя гореть всё больше, как тот праздничный костёр. - Хотя я могу и остановиться, и тогда мы поболтаем, а? - Данила делает шаг назад, заводя руки за спину и растягивая губы в очередной такой улыбке, что Руслан, дрожа всем телом, умоляет себя прямо здесь душу Богу не отдавать: - Не нужно.. - кора дерева неприятно царапает спину, редкий ветерок холодит разгорячённое лицо, и Тушенцов мысленно благодарит Данилу, снова прижавшегося к нему, иначе долго он бы сам не простоял. Где-то в свободных штанах затерялись последние разумные мысли. - Я рад, что ты избавил меня от обязанности языком чесать, - Слепой хмыкает и вновь губы парня терзает, слизывая неровное дыхание и тихие полустоны, а руку под пояс штанов пропуская. Ветер шумит громче, шуршит верхушками деревьев и словно пытается скрыть несдержанный громкий вскрик Руслана, когда он чувствует холодные пальцы на давно стоящем члене. В ушах толчками глушит кровь, воздуха не хватает катастрофически, а Данина рука только обхватила и пару раз провела по длине, размазывая влажность. Руслан в исступлении вжимается в ствол дерева, не зная, куда себя деть, пока Данила дрочит ему размеренно и с хлюпащими звуками. Тушенцов может лишь кусать губы и стонать, совершенно не думая о своей громкости, да и в целом странном положении, когда разводит ноги чуть шире, позволяя Даниле полностью его разбивать. Он руками цепляется за плечи Слепого, а тот и не думает останавливаться, лишь большим пальцем по головке кружит, от чего Тушенцова снова неосознанно потряхивает. Руслан думает, что если сейчас он умрёт от возбуждения, то ни о чем жалеть не будет, ведь прямо здесь происходит совершенное безумие - человек, которому в деревне приписали статус душегуба, сейчас ему дрочит настолько крышесносно, что Рус готов себя лично порезать, чтобы внутри ощущения освободить, только бы так сильно не взрывались и не заставляли позорно выстанывать мольбы дать ему больше. И Данила слушает, ускоряя темп. У Руслана сквозь туман из похоти в голове проскальзывает давнее желание, и он, не давая себе времени передумать, запускает руки вглубь капюшона Слепого, за затылком мгновенно дрожащими пальцами находя шёлковый кончик узла, и дёргает. Повязка бесшумно скользит вниз, спадая с лица на влажную траву. Руслан боится ослепнуть. В темноте ночи на него в упор смотрят глаза, светящиеся болотной зеленью так, словно на них лунный свет как лучи солнца падает. Руслан дышать перестает, а теперь уже полностью открытое лицо Данилы выглядит невероятно хищным, когда тот уголок губ тянет в ухмылке. - Как.. - Тушенцов давится своими же словами, когда, не дав ему закончить вопрос, Данила вновь сжимает его член через штаны, заставляя льняную ткань темнеть. - Давай ты запомнишь, что я не трачу время на болтовню, и тогда тебе не придётся в одиночку ладошкой в кустах работать. Руслан не знает, возможно ли простому смертному подвергаться такому напору эмоций, но ему уже всё равно. Кончить хочется так, что он кожу с себя содрать готов, лишь бы эти яркие глаза не переставали смотреть на него, а холодные длинные пальцы не смели останавливаться. Руслан пытается собрать слова в предложение, но выходит лишь бессвязное бормотание и рваное дыхание. Но Данила и не думает вслушиваться в невнятный скулёж, делая всё так, как ему захочется. Вновь пробирается под резинку штанов и делает несколько медленных движений по длине, а когда Руслан начал толкаться ему в сжатую руку, Слепой рывком вытаскивает её и слегка хлопает парня по щеке, с улыбкой слушая ошарашенное мычание. - У тебя штаны из льна.. - задумчиво смотрит на ткань Данила, а после хитро сверкает взглядом, внезапно вгрызаясь в истерзанные припухшие губы Руслана, заставляя того задушенно простонать прямо в рот. Рус уверен, что сейчас Данила - его персональный демон, который здесь с целью свести его с ума, иначе он не может описать контраст между животными поцелуями и уже двумя руками, бесстыдно ползающими по его заднице. Даня кожу царапает и гладит, сжимает бёдра и снова пальцами член окольцовывает, надрачивая до исступления быстро, а у Руслана уже на лопатках живого места нет, всю кожу расцарапал о колкую кору. Однако в следующий момент он вскрикивает и затылком бьётся о ствол дерева, когда Слепой головку члена прижимает к грубой сетчатой ткани штанов и пару раз растирает свободной рукой. Тушенцов едва смаргивает выступившие слёзы и рот раскрывает, позволяя вырваться томному задушенному стону, пока вжимается всем телом в осточертевшее дерево. Данила не останавливается ни на секунду, продолжая одной рукой грязно и влажно дрочить, чуть сжимая член, а второй прижимать к раздразнённой чувствительной головке жёсткую ткань, заставляя соприкасаться без пауз, мучительно ощущать контрастную текстуру и не давая отстраниться, а сам Даня с губ сжирает звонкие, ломкие стоны. Даня едва удерживает Руслана, когда тот срывается в долгожданный оргазм и выгибается, втягивая живот и не реагируя на солёные капельки слёз, прижигающие нижнюю губу. В глазах у Руслана полная темнота, кровь в ушах глушит всё вокруг, он слышит лишь собственное судорожное дыхание. И тут же хрипит, когда руки Данилы, только что нежно приглаживающие его взъерошенные волосы, смыкаются на его горле, не позволяя сделать вдох необходимого воздуха. Руслан из последних сил бьётся, пытаясь оторвать от себя цепкие пальцы, но у Данилы силы словно втрое прибавилось, когда он встряхивает еле двигающегося Руслана. Парень сильно прикладывается затылком, ощущая, как на разгорячённую кожу спины струится ещё более обжигающая кровь, пропитывая рубаху. Перед глазами тянется белесая пелена, лёгкие невыносимо раздирает от недостатка воздуха, а Данила вновь сверкает злыми зелёными льдинками, скаля зубы и сжимая с каждой секундой руки всё сильнее. Руслан в последний раз смотрит мутным взором на болотную глубину в глазах напротив и слышит хруст собственной шеи. Данила плечи разминает, выпуская мёртвое тело и наблюдая, как оно мешком валится на корни дерева и блестящую траву. Подбирает лежащую неподалёку шёлковую повязку, привычным жестом вновь скрывает за ней глаза и отряхивает накидку, избавляясь от приставшей щепки коры. Прислушивается, втягивает воздух, убеждаясь, что рядом больше никого, и неспешными шагами следует в самую густую часть леса, туда, куда люди из деревни никогда не ходят. И всё же на мгновение останавливается, чуть оборачиваясь через плечо и хмыкает: - И всё же, мне до ужаса не нравится разговаривать с людьми. Глубокая ночь скрывает чёрную накидку, позволяя ей полностью раствориться среди таких же чёрных деревьев, окончательно скрывая недавние события в ночь на Ивана Купала. Наутро люди найдут в лесу молодого парня, так рвавшегося накануне в лес, а после похорон обнаружат пустующий полуразваленный дом Слепого, но даже так сквозь года в деревне будут ходить жуткие истории о парне, снимающем повязку лишь тогда, когда случаются несчастья.