Я тебе не враг

Лежащий на печи маг не просыпается долго. Антон подходил к нему несколько раз, обеспокоенный слишком тихим дыханием, прислушивался, один раз поднёс к лицу ладонь, однако теплые потоки воздуха, пусть и слишком редкие для того, чтобы это было нормально, его успокоили. В продуваемой всеми ветрами деревянной избе промозгло даже на излете лета, а уж в этих местах - особенно. Нелегкая таскает их с Арсением из города в город, из деревни в посёлок, из села в крохотное поселение. Работы хватает везде: кто-то слёзно просит заговорить курятник от посягательств лисы, где-то лютуют ожившие покойники, одну деревеньку затерроризировал проснувшийся после многолетней спячки дракон - мелкий, размером с Арсову пятнистую Белку, но до того юркий и неуловимый, что Арсению пришлось потратить на его поимку и вразумление весь резерв. - Зато он теперь проспит ещё лет семьдесят, - развёл руками он, прежде чем окончательно побледнеть и осесть на враз ослабевших ногах. Антону пришлось снимать с себя всю одежду, заталкивать её под рубаху Арсения и оборачиваться прямо здесь, между неподвижно спящим драконом и обморочным магом. Утренний свежий воздух бодрил не хуже проруби в морозное зимнее утро, а Антоново тихое незлое слово растворилось среди мелодичного птичьего пения. Сегодня снаружи стелется мягкое одеяло тумана. Антон, ежась, выскальзывает наружу и проверяет лошадей - Белка радостно тычется ему в плечо тёплой мордой, а Орешек флегматично дёргает хвостом, собирая чутким губами былинки травы - мол, чего надо. - Ничего, - вздыхает Антон, обходит дозором их маленькое жилище и возвращается обратно в избу. Его встречает усталый, но ясный взгляд светлых глаз и кривоватая тёплая улыбка. - Очнулся, - констатирует Антон, ловко забираясь на печь к Арсению. - Козёл, а, какой козёл, и за что ты мне только такой достался. То недовольно кряхтит, потесненный, и уворачивается от поцелуя: - Я не умытый, - бормочет он в сторону. - Антон, ну!.. Антон ловит его заросшее щетиной лицо между ладонями и удерживает, чтобы крепко прижаться губами к белесому шраму на щеке. Арсений улыбается и сжимает его бок горячими пальцами.