Гардения

      Обычный день. Такой же, как и остальные. Кацуки слегка повременил с новыми отношениями, да и Каору вроде нормально к нему относился. Кацуки не мог жаловаться в своем случае на что-то, потому что жаловаться мог только его новый парень. Они не ходили на свидания, просто переписывались и пару раз встречались не в подтексте свидания.       Вроде все нормально, так почему сердце так болит? Прямо колит, вот даже не понятно, почему. Кацуки с каждым новым сообщением Каору понимал, что ему не нравится. Смешно до усрачки, потому что именно Бакуго хотел отношений с кем угодно.       Теперь не с кем угодно.       Может, Каору? Последний шанс Кацуки даст ему, чтобы он его заинтересовал так же, как и продавец в цветочном магазине. Не получится — значит не то, что надо блондину.       Бакуго подошел к магазину, у дверей которого виднелась грузовая машина. Блондину уже не понравился факт того, что спокойного дня и встречи с Тодороки не будет. Печально.       Блять, ты шел за букетом, а не к Шото. Иди дальше.       Кацуки пропихивается между машиной и носящимися двумя мужчинами, наконец попадая внутрь. Шото опять не видно. Кацуки махает грузчикам, которые таскают и таскают ящики с горшками цветов, пакеты семян и тяжелые упаковки удобрения. Еще какой-то большой декор, арка что ли. И даже не одна.       Что, твою мать, происходит? Бакуго садится на диванчик, как давно он тут не был. Тепло, мягко и удобно, мешают только стуки ботинок о кафель и вечное шуршание, перекрывающее музыку. И снова, как в тот раз с Ду… Деку. Вот. Да, как в тот раз, ему жутко не нравится, что в этом магазине находится кто-то, кроме Шото.       — Тодороки, куда арку? — самый большой грузчик опускает прутья, окрашенные в зеленый, на кафель и вытирает пот рукой. И правда, сегодня жаркий день.       Ответа нет с минуту. После Шото выбегает из подсобки, подбегая к грузчику и говоря:       — Их в тот, — парень указывает в левый угол за стойкой, — Аккуратно только! Там ранункулюс! — такой эмоциональный, Бакуго впервые его такого видит.       Тодороки берет из рук второго блондинистого грузчика коробку цветов, вглядываясь в бутоны. Будто следит, что с ними ничего не произошло при транспортировке. Тащит коробку в подсобку, а Кацуки усмехается. Коробку тащит, а тот горшок не смог.       Беготня. Кацуки видит сплошную беготню непонятно по какой причине. Выяснить очень хочется. Тодороки так и не замечает блондина. Грузчики уезжают, выгрузив весь товар, а Шото продолжает носиться под уже более четко слышимую музыку. Звонит его телефон, Шото поднимает трубку и прижимает ухо к плечу, зажимая между ними телефон.       — Ало? Мидория?.. — блять, чертов Деку, нахуй ты ему звонишь, он занят, — …немного. Вам сколько арок нужно?.. — во время этого он тащит корзину с гортензиями на стол и громко ставит ее, начиная ловко вытаскивать оттуда уже нарезанные цветы для букетов. Подрывается и откладывает это дело, таща еще корзину с большим количеством маленьких ваз, — …Сколько будет столов?.. — через пару секунд вытаскивает 10 баночек, убирая корзину, — …В смысле не делать подарок?.. — останавливается и слегка хмурится, а после начинает делать заготовки букетов, — …Это моя работа, а подарок личный должен быть от меня как от друга… — еще сильнее хмурится, а после расслабляется настолько резко, что у Бакуго легкая непонятная улыбка на лицо лезет, — …Изуку, ты сейчас не занят?... А вот я занят… — Бакуго припоминает, что у этого Деку свадьба с некой… Забыл. Ладно, похрен, — Да, выбери себе костюм получше, костюм твоего отца ужасен. Все, пока. — Тодороки аккуратно откладывает цветы и заканчивает звонок, запихивая телефон в карман фартука.       Вытирает лоб и заправляет челку за ухо, потому что та мешает обзору. Думает, надо состричь. Выдыхает и задирает голову, как к Богу обращается.       — Боже. — Шото тихо забормотал какие-то слова, вероятно, молитву.       — Ага. Что за праздник? — наконец Бакуго подает голос, показывая, что сидит тут и ждет. Ждет правда непонятно чего, но ждет.       — Ой, — Шото отрывается от молитвы и смотрит на сидящего блондина, — Здравствуйте, чем могу быть полезен?       — Ничем, пока ничем. — Кацуки махает рукой, — Работай.       — Ладно. — кажется, Шото хочет поспорить, но слово покупателя — закон, поэтому парень послушно продолжает делать свою работу.       Беготня прекращается, вот и знакомый, медленный и спокойный Тодороки носит себе на стол украшения и каждые пять минут ставит букеты с гортензиями в ящик, заполняя его. Кацуки смотрит за работой парня, почти забывая, что ему нужно на встречу. За секунду вспоминает название цветов, их которых должен состоять букет, еще пять минут сидит и смотрит, как Шото заканчивает с букетами в вазочках. Продавец уходит в подсобку, унося ящик с композициями внутрь. Кацуки в это время подходит к прилавку и смотрит на арку. Свадьба, костюм, столы, он что, делает декорации к свадьбе того мужчины?       — Сделаешь букет из гербер? — Бакуго делает заказ, сам не понимая, почему он так спокоен в этом заведении.       Точнее, рядом с этим человеком.       Но это уже формальность.       — А, так всё-таки у вас начались нормальные отношения? — Шото только выходит из подсобки, как снова уходит туда за цветами.       — Да, ты был прав. — больно говорить такое, потому что Кацуки расстроен. Он не хочет идти на свидание с Каору, вот вообще.       Шото молчалив. Не хочет говорить ничего? Ну ладно, Бакуго просто посмотрит на его работу. Но Кацуки нужны его разговоры, его треп, нужен он, привычный и знакомый. Это все сраный Деку, выбил нормального Шото из колеи, теперь Бакуго пожинай плоды. Где его Тодороки?       Продавец молча делает букет, сосредоточившись на своих мыслях. По нему видно, как он активно думает, шестеренки крутятся в его мозгу и скрипят. Видно, у него много работы, раз заказ такой большой.       — Ты какой-то молчаливый. Что это был за кипиш? — Кацуки не может сидеть в молчании, ему нужно поговорить с Шото, иначе день будет окончательно испорчен.       — У друга свадьба, они заказали много декораций с цветами. Очако очень любит растения. — Тодороки в обычной спокойной манере отвечает, но не продолжает говорить. Бесит, продолжи же, ну!       — А это? — палец тыкает в угол, где стоят прутья. Он клешнями вытягивает разговор из продавца-флориста.       Блондин надеется, что Шото не противно от странной несвойственной ему навязчивости.       — Арки, нужно будет обвить их дельфиниумами и цинниями, сделать букет из протеи для невесты, подготовить гвоздику и там на месте развесить, еще и от себя букет сделать… — Шото не отрывался от работы, быстро конструируя букет из гербер.       — Много. Может, помочь? — Бакуго неосознанно искал поводы для большего контакта.       Он предлагал помочь? Блять, теперь верните ему старого Бакуго.       — Нет, у вас вообще-то встреча. — Шото закрепляет обертку и подходит к кассе, пробивая заказ. Напоминает вовсе не со злостью в голосе, а с некой… Заботой? Даже будучи сейчас напряжённым, он все еще с трепетом относится к покупателям и своим детям-цветочкам.       Бакуго хочет остаться еще. В целом, кто ему мешает? Каору подождет, а вот работа Шото — нет. Кацуки оплачивает букет, забирает его и снова устраивается поудобнее на диванах. Тодороки с легкой усмешкой смотрит на покупателя, возвращаясь к работе.       Достает прутья арки, расставляя ее посередине здания и закрепляя на полу. Тащит циннии, белую ткань, синие ленточки и еще кучу барахла, которое должно превратиться в свадебную арку. Бакуго почему-то уверен на все сто процентов, что красота это будет неописуемая. Захотелось увидеть итог, только вряд ли Бакуго его застанет. Тодороки начинает с верха, встав на стул и начав украшать прутья. Закрепляет все клеем и проверяет на прочность. Ему таких арок надо сделать еще две, и от собственной ноши тяжело. Радует только пришедшая в три раза выше зарплата буквально сегодня утром, потому флорист изо всех сил старается ради друга и своего удовольствия.       Бакуго смотрит на часы. До их назначенной с Каору встречи осталось десять минут, а Каору обычно приходит туда на пять минут раньше. Кацуки привык сдерживать свои обещания, поэтому нехотя встает с дивана, следя за тем, чтобы букет не испортился и не помялся. Как-то незаметно букет стал не только дитем Шото, но и Бакуго прочувствовал ту самую осторожность в действиях Тодороки.       — Уже уходите? — Шото поворачивается в сторону вставшего блондина, сделав грустную мордашку, — Удачи вам. Только… — Бакуго стоит и смотрит наверх, — Не делайте поспешных решений.       — Конечно, — говорит блондин с таким сарказмом, но внутри реально слушается и решает обдумать все.       Возможное расставание с Каору откладывается и вылетает из списка срочных дел. Тодороки махает ему свободной рукой, мелко улыбаясь на прощание.       Кацуки выходит из магазина с чувством опустошения и недостатка какого-то фрагмента в душе. Какого? Это он разберётся. А сейчас свидание, сосредоточься на нем. Пожалуйста. Встреча была такой быстрой и сумбурной, не как в прошлые разы. Почему нельзя сделать все, как раньше?       Какой пессимистичный ход мыслей, где старый Бакуго? Там же, где и спит старый Тодороки.