God's gift

      Во дворе имениях Господина Бан Чана с первыми лучами солнца уже вовсю работали. Слуги ходили по поручениям. Поварихи готовили, служанки стирали и убирали везде.       Воздух сегодня был влажный, словно дождь настанет совсем скоро. Кто-то даже надел свои тёплые куртки. Суровая будет осень, думалось у многих на уме.       Феликс пришёл на кухню, чтобы забрать завтрак для Чонина. Женщины аккуратно положили всё на деревянный, круглый поднос и личный слуга ушёл с ним в руках.       Подходя к нужным дверям, парень ощущал странное предчувствие. Но стараясь не обращать на свою голову никакого внимания, он поставил поднос и тихо постучался. — Чонин, завтрак. — Но никто не ответил. Феликс нахмурился и отодвинул двери. Внутри никого. — Может, он в господских покоях…       Подняв обратно поднос, юноша развернулся. Мимо проходила пожилая служанка. — А где Чонин? — Осторожно спросил Феликс. — Он ещё не выходил. — Женщина непонимающе посмотрела на него. — Ты же личный слуга его, должен знать. — В покоях молодого господина тоже нет? — Удивлённо спросил Феликс. На что служанка покачала головой.       Парень непонимающе потёр ладонью свою шею. Как будто исчез…       

***

      Молодой господин сидел на окне и смотрел на персиковое дерево в саду его имения. Лепестки уже почти не розовые и многие опали. Очень красивое дерево. Летом был хороший урожай. А как этот фрукт любил Чан, не описать словами.       Мужчина всё ещё чувствовал некий осадок после вчерашней пощёчины от него же самого. Он не хотел признавать, что чувствует вину, нет. Но всё же маленькое волнение в груди чувствовалось.       Он не поворачиваясь строгим голосом сказал слуге около выхода из его комнаты: — Пусть принесут завтрак для Чонина сюда, и его позови, даже если пререкаться вновь будет.       Мужчина кивнул и спешно вышел. Спустя недолгое время, он вернулся вместе с Феликсом. Они казались очень взволнованными и испуганными: — Молодой господин, юноши нет. — Проглотив ком, сказал слуга. — Что значит «нет»? — Повернул свой взгляд на них. В глазах появилась злость и непонимание. — Что. Значит. «Нет»?!       Мужчина резко встал со своего места и быстрым шагом направился в сторону комнаты Яна. Пусто. — Немедленно найдите! — Прокричал Бан с безумными глазами. Ему хотелось разорвать всех, метать вокруг все свои хвандо и кинжалы. Он уничтожит всё секундно, если сейчас-же не увидел парня перед собой.       Феликс боялся до ужаса. Чан повернулся и нашёл его глазами. В эту секунду, казалось, Ли хотел рыдать от страха. Господин быстрым шагом оказался возле него и сильно ударил тыльной стороной по его щеке. Слуга упал на деревянный пол. Углы глаз намочились от скорейших слёз, было нестерпимо больно. Ещё и чрезмерно жгло место удара, не от шлепка. От огня. — Прошу, мой господин… — Прошептал Феликс. — Тебе было велено следить за ним. Ты и с этим не справился. Пора назначить тебе порку. Ты расслабился. — Мрачно и низко говорил мужчина. — Нет, умоляю, мой господин… — В слезах просил парень. Рассердившись пуще, Бан ударил его ещё раз по другой щеке. Мокрые капли с глаз упали на пол, намокая дерево. — Тебя нужно хорошенько наказать, чтобы ты поразмыслил о своей плохой службе. Завтра же назначу тебе двадцать ударов кнутами.       

***

      Бан просидел весь день на ступеньках своего дома перед воротами. Может, он в какую-то секунду придёт? Откроет эту большую дверь и сделает шаг во двор имения Чана, а камень, что так тяжело лежит внутри Бана испортиться наконец.       И как по случаю чуда, ворота действительно отперлись, но зашёл вовсе не Чонин. Еще утром Бан сразу же отправил четверых слуг искать парня, и сейчас вошли именно они. — Я сказал не возвращаться без него! — Громко рявкнул мужчина, подскочив на ноги. Его глаза горели от ярости. Казалось, что они сверкали красным огнём, а может это и не было общей галлюцинацией. — Простите нас, молодой господин, мы не смогли найти. — Все четверо отпустили глаза, безмолвно молясь внутри о пощаде.       Чан не думал, когда проходил большими шагами через них. Не думал, когда вышел из своего имения. Не желал думать, когда шёл куда-то. Куда надо, куда он должен был идти…

***

      Чонин был удивлён с того, как щека горела даже спустя сутки. Кожа уже не была красной, конечно, но внутри словно остался ожог. Прикасаться было больно, хотя внешних повреждений не было. Удивительная сила. Непроходимая и болезненная.       Парень уже целый день шёл по лесу, пытаясь выйти хоть куда-нибудь. Есть и спать хотелось донельзя. Появился холод, что проникал сквозь лёгкую рубашку. Уже начинало темнеть. Надо было найти ночлег, любой и как можно скорее.       Ян шёл по засохшим листьям и палкам. Они слышно скрипели при каждом шаге. Внезапно, сзади послышался такой-же звук, а спине стало жарко. Так резко, что казалось кожа сзади начнёт горечь, а кости расплавятся. В груди стало жечь. Словно воздух вокруг него был одним лишь огнём. Невыносимо больно. — Нет… — Чонин не хотел разворачиваться. Не желал верить, что его нашли. Что это был он. — Больно… Мне больно… — Тихо шептал парень.       Жар только усилился. С жутким криком Чонин упал на колени. Одна палка впилась ему в бедро, добавляя боли. По всему телу словно появлялись ожоги. Но это был лишь обман. Была одна боль, до ужаса сильная. Казалось ему, что сейчас просто сожжётся весь и за мгновение.       Он был слаб. Тело не могло никак защититься. Сил не хватало даже ползти. По щекам текли слёзы, а на одной стороне так и вовсе обжигали своей мокротой. Ему очень больно…       Чонин чувствовал как перестаёт понимать что-либо. Он прикрыл глаза и потерялся в своём сознании, падая на холодные засохшие листья.