Серое на чёрном

       - Ааааа!!       - Господи Боже, что случилось?!       - Я упаааа..!!       - Молли! Где Молли?! Хилл!! Господи, миссис Хилл, что происходит?!       - Мааам!!       - Да сейчас!! Ну как невовремя-то!       На освещенной закатным солнцем и припорошенной снегом лужайке стоит, захлёбываясь в рыданиях, маленький мальчик. Похоже на то, что он только что играл в саду и, не удержавшись, свалился в оставшуюся по сле недавней оттепели глубокую лужу прямо возле скамейки. Светло-голубые штанишки стали коричневыми, как и до недавнего времени белоснежная сорочка. Ребенок невероятно расстроен произошедшим и теперь ему не остается ничего другого, кроме как отчаянно заливаться слезами. Вокруг уже хлопочет отвлекшаяся на что-то няня и прибежавшая из особняка домоправительница. В отдалении, словно бы не способная решить, что именно предпринять, в нерешительности застыла красивая светловолосая женщина. Она кажется ещё совсем молодой, почти юной. На миловидном лице вспыхивают пятна румянца, светло-карие глаза полны беспокойства и растерянности. Она одновременно хочет подбежать к плачущему ребенку, но не может оторвать взгляд от виднеющейся вдалеке арки, выходящей на дорогу.       Где-то раздается лошадиное ржание, и вот уже слышится стук копыт. Лязг сбруи. Чьи-то голоса.       На лице обеспокоенной женщины расцветает улыбка.       - Луи…       - Мааааам!       Мальчик уже практически задыхается от плача. Он так хотел поехать с мамой вместе, так хотел, чтобы отец посадил его в седло и разрешил проехать немного верхом! Так хотел хотя бы чуть-чуть погулять с ними обоими…       - Хилл, приведите его в порядок, пока нас не будет.       - Мааам, я хочу с вааами!       - Нет, Грей, я же сказала, что ты остаешься дома.       - Маааам!       - Молли, заберите ребенка, переоденьте и займите перед сном! Я вернусь к утру.       - Да, госпожа, конечно! Так, мистер, пойдемте-ка переодеваться! Посмотрите, на кого вы похожи! Не хватало ещё, чтобы ваш отец застал вас в таком виде!       Мальчик обреченно наблюдает, как где-то на границе участка появляются двое всадников и тот, что оказывается ближе к ограде, спрыгивает с коня, сразу же обнимая подбежавшую к нему женщину. Они о чем-то коротко разговаривают, после чего мужчина помогает своей спутнице сесть верхом, вспрыгивает обратно в седло и, сильнее прижимая к груди свою Вечную Любовь, рысью удаляется прочь, сопровождаемый верным белобрысым побратимом.       Она вернется под утро, как и обещала, но он будет спать и больше живой мать не увидит. Когда он проснется, то сможет рассмотреть лишь нутро пыльного мешка, а много позже – странного ребенка с огромными глазами пурпурно-лилового цвета. И оживающий от воли этого самого ребенка особняк, в котором маленький Исток будет играть в свои «живые» игрушки, расправляясь с теми так же равнодушно, как любой ребенок разделывается с отыгравшими свои роли деревянными фигурками. Вот только игрушки до следующей игры лягут в коробку, а обреченные на окончательную гибель бессмертные найдут свое последнее пристанище в бесконечном замке-лабиринте Тзимитцу, спрятанном за фасадом маленького полуразрушенного дома на одном из бесчисленных островов на западе Англии.       Он попробует его остановить.       Он попробует спасти хотя бы тех двоих.       И будет отброшен к стене какой-то нечеловеческой силой, раздраженно отмахивающейся от назойливой маленькой мухи.       «Сиди и не рыпайся!» — вот то последнее, что он услышит в своей старой, обыденно-нормальной, насколько это возможно для сына короля вампиров, жизни.       «Всё будет хорошо» — вот то первое, что он почувствует в своей новой, ставшей абсурдно-нелепой жизни. И холодные, обагренные липкой, нестерпимо-горячей кровью руки.                     - И ты хочешь … черт, я не знаю, как это называется, Кэт!       - Да ладно, это же хот-дог!       - Великий Каин, это не было похоже на … сосиску!       - А что это, по-твоему, было?!       - Тебе озвучить?!       Оленёнок натуральным образом захрюкал, потому как смеяться по-человечески она была уже не способна.       Шёл второй час их импровизированной тренировки, но следовало признать, что в деле определения эмоций, чувств, а тем паче слов и конкретных мыслей, продвинулись они откровенно не сильно далеко. Рочестер начал сильно подозревать, что все его предыдущие успехи во-многом обеспечивались значительным уровнем эмоционального напряжения Кэтрин и, одновременно, характером окружавшей девушку обстановки. То есть если Оленёнку и впрямь что-то угрожало, если Смит по-настоящему пугалась или злилась, её эмоции и мысли считывались Греем легко и достаточно точно. Но вот если девушка пыталась передать какое-то послание будучи спокойной и расслабленной, у Грея перед внутренним взором стоял только туман.       Несмотря на все неудачи, Кэтрин была довольна результатами их занятий, в первую очередь по той причине, что только сосредотачиваясь на деле, её вампир демонстрировал хоть какую-то радость. В иное время всё было совершенно иначе. В последние недели Смит обратила внимание, что чем холоднее становилось за окном и чем меньше времени оставалось до Йоля, тем хуже делалось настроение у младшего Рочестера. Принц всё чаще впадал в какое-то мрачное уныние, перемежающееся редкими вспышками раздражения, которые, несмотря на его искренние старания, скрыть не получалось. Девушка уже было даже заподозрила, что чем-то вызвала недовольства каинита: мало ли, надоела, наскучила или разочаровала поклонника книжной романтики. Но вместо того, чтобы лишний раз разгонять собственную тревогу или уже самой впадать в депрессию, маленькая поклонница Юнга предпочла аккуратно расспросить о подмеченных ею переменах самого Грея.       Вначале он всё отрицал. Потом отмалчивался. Пару раз практически зло прошипел что-то в духе «Тебе кажется!», но, мгновенно опомнившись, просил прощения за свой резкий тон. Вот только по части настойчивости Оленёнок не сильно отстал от него самого.              Накануне впервые пошёл снег, быстро переросший в первую в сезоне метель. Кэтрин отложила в сторону книгу, в которую нырнула пару часов назад, и несколько минут просто любовалась заметаемым снегом пейзажем, открывавшимся из ближайшего к оттоманке окна. Поднявшись, девушка сладко потянулась, одновременно ища глазами с самого обеда куда-то подевавшегося принца. Увы, Грея в комнате не оказалось и, постояв в одиночестве с минуту, Смит приступила к вечернему ритуалу отхода ко сну. Она уже успела привыкнуть, что каинит или сопровождал её в ванную с самого начала, или присоединялся немного погодя. Сейчас же Кэтрин провела под теплыми струями вдвое больше необходимого ей времени, но Рочестер так и не появился. Закончив мытье, Оленёнок тщательно вытерся и неспешно направился в спальню, но, увы, их кровать оказалась пустой. Засыпать ей предлагалось в одиночестве.       «Грей, что случилось, правда? Я тебя чем-то обидела или дело в чем-то другом? Если ты не расскажешь, я не смогу исправить свою ошибку, если допустила таковую. А если дело совершенно не во мне, то, возможно, я смогу тебе как-то помочь? В любом случае, если захочешь поделиться, я рядом».       Смит проснулась под тихий шелест наметаемого вьюгой на оконное стекло снега. Половина кровати слева от девушки всё также пустовала и не было похоже, чтобы кто-то наведывался в спальню ночью.       Пустая кровать, пустые комнаты, пустое кресло напротив нее за столом во время завтрака. Впервые умиротворяющая тишина резиденции начала давить.       Скрип досок паркета.       - Салли, скажите пожалуйста, - Смит дождалась, пока молчаливая горничная поставит на стол хотя бы раскаленный кофейник, - а Грей в доме или отъехал куда-нибу…       - Сэр Рочестер в резиденции.       Оленёнок только молча кивнул. Она уже успела понять, что по какой-то неведомой ей причине совершенно не нравится никому из прислуги, кроме, пожалуй, экономки Хилл, но и та скорее воспринимает маленькую смертную как очередную пару ушей, готовую внимать многочисленным рассказам главной смотрительницы резиденции. Вот только рассказы эти сильно отдавали сказочностью даже на общем фантастически-мистическом фоне.       Ладно, зайдем с другого края.       - Скажите, а старейшина Константин тоже на месте?       - Да.       - Если он вдруг не занят, нельзя ли его как-то позвать?       Кэтрин заметила раздраженно-презрительный взгляд, вскользь брошенный в её сторону, но всё-таки прямо отправить надоедливую девчонку в одиночестве шататься по дому в поисках Вриенния горничная не решилась. На мгновение зажмурилась, словно о чем-то сильно задумавшись, и, тут же выпрямившись, принялась как ни в чем не бывало поправлять посуду на столе.       - КЭТ!       Дверь в комнату для завтрака ударилась о стену с такой силой, что бедная яичница не удержалась на вилке и с характерным звуком шлёпнулась обратно в тарелку.       Старейшина Константин находу поправлял не до конца застегнутую рубашку, вопросительно взирая на растерянную девушку и как-то подозрительно попятившуюся прислугу.       - Так, что случилось?       Кэтрин хлопнула густо накрашенными ресницами.        - Ничего, старейшина Константин, просто хотела спросить у вас кое-что, если не отвлекаю, конечно…       - Тьфу ты… В следующий раз не пугай так, Оленёнок, и зайди ко мне в комнаты – я тебя не сожру. А ты, - Вриенний коротко рыкнул, - пошла вон! С тобой я ещё поговорю отдельно.       - Я это, если отвлекаю…       - Да нет же, - вампир подтащил кресло и, дождавшись, когда прислуга исчезнет из комнаты, уселся напротив Кэт, - всё нормально. Эта тупая Салли зачем-то передала мне, что, мол, ты срочно хочешь меня видеть. Мало ли, решил я, вдруг тебе там плохо стало или ещё что…       - Да нет, всё в порядке, - девушка облегченно рассмеялась и постаралась вернуться к прерванному завтраку, - хотела спросить, если вы знаете, а где Грей?       - Где? – Вриенний, кажется, удивился вопросу, - в доме, где же ещё. А что, он куда-то из своих комнат делся что ли?       - Ну, он уже второй день практически не заглядывает в свои покои, вот я и решила, что, может, он занят чем-то или … или это я его чем-то обидела и он теперь…       - Понятно.       Вриенний облокотился о столешницу, отведя ставший внезапно серьезным взгляд в сторону.       - Он тебе про Йоль, я так понимаю, ничего не рассказал, да?       - Про Йоль? – память Смит сразу же оживила разговор почти двухмесячной давности, - ну, он сказал, что у вас его активно празднуют, что это время работы, совещаний…       - Совещания, работа – это всё хуйня собачья, Кэт. Он тебе, кроме этого, ничего не говорил?       - Неет…       - А … а ты знаешь, что … млять, вот зараза … не уверен, что я тебе это рассказывать должен… да ещё вот так… Гхм. Но раз уж так … так … ты знаешь, как Грей оказался проклят?       Смит с трудом проглотила вставшую поперек горла яичницу.       - Он рассказал мне легенду про корону и про проклятие, которое её сопровождает. И сказал, что, возможно, это проклятие виновно в его … состоянии.       - И только?       - И что это оно, возможно, также виновно и в гибели его мамы.       Старейшина задумчиво подпер голову рукой.       - Ещё Грей рассказывал про второе проклятие, - Смит окончательно отложила приборы и, опустив голову, принялась вспоминать подробности своих кратких разговоров на эту тему с принцем, - проклятие Вечной Любви…       - Мда, есть такая хуежбань…       - Я так поняла, что, скорее всего, именно из-за этого проклятия и погибла его мама, а сэр Людвиг Рочестер иногда … ведет себя странно.       - Из-за какого именно из двух проклятий погибла Джейн, уже совершенно не важно. А вот то, что у моего брата съехала крыша – это правда и, честно тебе скажу, мне глубоко похуй, корона в том виновата, или эта провинциальная любительница розочек. Вот только имеем мы то, что имеем. И окончательно всё полетело к хуям собачьим именно накануне Йоля. Вот в такой вот, - Вриенний кивнул в сторону заносимого снегом окна, - зимний денёк.       Собеседники ненадолго замолчали, и в повисшей в комнате тишине было отчетливо слышно только завывание усиливающейся метели за окном, да ход странных часов на стене.       — Это повторяется из года в год, - Константин, кажется, вздохнул, - с наступлением зимних месяцев настроение Грея вечно ухудшается, он начинает постоянно на всех огрызаться, требовать, чтобы его оставили в покое, а сам, тем временем, погружается в один и тот же кошмар, который преследует его с того дня, когда ему было шесть. Сейчас, правда, ему хватило ума свалить от тебя подальше, чтобы лишний раз не нервировать, - и то хорошо.       — Значит, дело не во мне…       - Да не в тебе, что ты! Ты тут вообще ни при чем. Но когда он начинает психовать, выносить его трудновато даже мне, что уж говорить про … дам. Вот он, видать, и решил спрятаться от тебя временно. Ты это, не переживай, после Йоля парень отойдет и через месяц где-то станет поспокойнее. А пока вот так, да. Блять … Как же это всё заебало, если бы ты знала…       - Старейшина Константин, а что случилось во время самого Йоля? Раз до кошмаров дело дошло.       - Во время Йоля… Во время Йоля случился штурм замка Тзимитцу. Знаешь, кто такие Тзимитцу?       - Ну, это вроде как один из кланов вампиров…       - Да, верно, один из кланов. Тзимитцу – это воплощение хтонической, дикой силы вампиров, один из самых мрачных и, что греха таить, отталкивающих аспектов крови Каина. Они больше всех остальных связаны с Хаосом. С возрастом такие вампиры почти перестают напоминать людей – они подобны сгусткам ожившей плоти, подчиняющейся Крови и Воле. Их внешний вид отталкивает, их разум бывает сильно поврежден, но мертвая плоть и бессмертная кровь подчиняются им. Я видел Тзимитцу в бою, видел созданных ими тварей и, знаешь, даже спустя сотни лет меня передёргивает от одной мысли о том, что это тоже, кхм, вампиры, навроде меня или Марго. Так вот… время от времени они пытаются влезть в устоявшийся порядок вещей, взять верх над остальными кланами и смертными. Так было семь веков назад, так случилось и за два века до настоящего дня. В последний раз им удалось неплохо нас потрепать: шутка ли, четыре клана были полностью уничтожены! Ещё три понесли такие потери, что вот только-только, считай, оправились, а наш клан, хоть численно почти не пострадал, лишился главного – короля и его мозгов, что – ёбанный Людвиг надеюсь, ты меня сейчас слышишь, брат! – сделало нас едва ли не посмешищем в мире бессмертных. Совет балансирует на грани раскола, каждый сел со своим микро-кланом в обнимку и старательно изображает царя горы, а всякие пидорасы спят и видят, как бы побольнее нас цапнуть или вытворить ещё какую хуйню!..       - … так всё же, - Кэтрин мягко, но настойчиво попыталась вернуть мысли Вриенния в нужное ей русло, — значит, эти Тзимитцу что-то там хотели, покушались …эээ… на власть… другие кланы им объявили войну и вроде как выиграли?.. Но причем здесь Грей?       Белобрысый каинит снова замолчал. Облизал длинные клыки, точно раздумывая, стоит ли рассказывать подробности девчонке, которая в резиденции-то с месяц только обитает. Впрочем…       - Чтобы вынудить нас вступить в войну, заставить Людвига воспользоваться своим правом обязать лояльные короне кланы участвовать в штурме, они захватили то единственное, чем он по-настоящему дорожил.       Кэтрин сглотнула.       - Джейн?..       - Да, Джейн. А, заодно, прихватили и мальчишку, полагая, видимо, что два заложника всяко будут лучше, чем один. Вот только она в плену долго не провела – почти сразу погибла.       - Но почему?!       - А ты думаешь, я знаю? – Вриенний горько усмехнулся, - я столько пытался воссоздать события тех дней, столько сил на это угробил, но ничего это, Кэт, не дало. Когда Вольтури более-менее оклемались, они едва ли не весь обитаемый мир вверх дном перевернули, но ничего не нашли. Да, похитили. Да, девчонка умерла, хотя на теле ни ран, ни следов не было. И возродить её к вечной жизни даже брат не смог. А Грей с того дня вот такой: два шага сделает и падает без сил на пол. Мы надеялись, что после полного Обращения это пройдёт, но где там. Теперь он теряет и силы, и запасы крови. Ещё и психует по этому поводу вечно.       - И сделать с этим ничего нельзя …       - Ну, как тебе сказать… - Константин хмыкнул, - наверное, когда корона сменит хозяина, его проклятие исчезнет, но не могу сказать, чтобы я этой смены очень уж ждал, сама понимаешь, почему. Возможно, есть и иные пути. По крайней мере, когда-то два темных мага утверждали, что проблема проще, чем мы думаем, но Людвиг, сукин сын, умудрился так, блядь, «радушно» тех принять и напиздеть магам столько всего «приятного», что те колдуны чудом только ещё парочку проклятий нам на память не оставили. Потом три ученика этих магов, известные - если вдруг тебе это название где попадётся - как «Лондонская Троица», утверждали, что это, мол, мы тут огород нагородили со своими проклятиями, и проще всё решается. И даже, якобы, можно старшему Рочестеру голову не отрывать для этого. Но, епть, попиздели и ушли, два говнюка и сука. А Грей вбил себе в башку после этого, что непременно должен какие-то там свои магические таланты развивать. Хер знает, причем здесь это, как оно поможет… Ай!..       Кэтрин задумчиво вертела в руке пустую чашку с остатками кофейной гущи. Было очевидно, что скучающий старейшина не прочь время от времени поболтать, а, следовательно, возможность нужно использовать на полную. Что ж, похоже, мир бессмертных скрывает куда как больше тайн, чем девушка вначале даже предположить могла!       - В общем, да, Кэт, всё это такая ху…       Внезапно Константин замер. Сощурил глаза, точно силясь что-то разобрать или расслышать. Резко вскочил с кресла и, рявкнув нечто в духе «сидитут!» в мгновение ока испарился из комнаты.       Смит оставалось только допивать кофе в одиночестве.              Шум нарастал. Уже отчетливо слышался переходящий на крик низкий голос, эхом отражающийся от высоких стен кабинета Морли. Правда, пока вроде бы без признаков истерики…       «Каждый год одно и тоже».       Вриенний влетел в кабинет Марго ровно в ту секунду, когда пребывающий едва ли не в бешенстве Грей практически был готов разнести старейшине если не голову, то как минимум её компьютер.       - … Я СКАЗАЛ НЕТ!!       - Ваше Высочество, это невозможно, Вам следует принять…       - Я ЗАЕБАЛСЯ «ПРИНИМАТЬ»!! ОНА СПЕЦИАЛЬНО ЭТО ДЕЛАЕТ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ?! СПЕЦИАЛЬНО!!       - Не вижу ни малейшей причины старейшине Аде что-то делать специально.       - ЛЖЁШЬ!!       Алые глаза Грея полыхали демонической яростью, буквально прожигая сухонькую вампиршу насквозь. У Морли же не дрогнула ни одна ресница.       - Старейшина Ада …       - СТАРАЯ БЛЯДЬ СО СВОИМ БЛЯДСКИМ СБРОДОМ!! ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ЛИ, ЗАЧЕМ ОНА ИХ ТАЩИТ СЮДА?!       - Ваше Высочество, я ещё раз прошу Вас…       - Что тут, мать вашу, происходит?! – Константин приблизился к Грею как раз тогда, когда разъяренный принц уже опасно нависал над злосчастным монитором, - Грей, ебаный ты нахуй! ГРЕЙ! А ну отойди!! Ты совсем что ли сбрендил?!       Сына короля буквально трясло от гнева. Саданул когтями по краю стола, оставив на массивной столешнице глубокие борозды, но всё же отошёл от бедной оргтехники, принявшись расхаживать взад-вперед по комнате.       - Так, что тут у вас произошло-то? – Константин недоуменно переводил взгляд с названной сестры на воспитанника и обратно, - ор выше гор…       - Ада… - Грей сложил руки за спиной и задрал голову к отделанному деревянными панелями потолку, - старая сука Ада…       - Ну старая, ну сука, - Вриенний всё ещё не до конца понимал, что вызвало столь бурную реакцию, - чем тебе мамаша в этот раз не угодила?       - Эта тварь прислала письмо, - Грей резко кивнул в сторону вороха бумаг на столе Марго, - пишет, что приедет на Совет.       - Ну, логично.       - Угу. Со всеми своими сучками в комплекте!       - Ааа, так вот оно что, - старейшина едва не засмеялся в голос, но мгновенно прикусил язык, заметив вновь полыхнувшие алым глаза принца, - её право определять, с кем она прибудет в резиденцию, Грей.       - Она же делает это специально, - Рочестер зажмурился, очевидно, борясь с вновь подкатывающим приступом истерики, - она специально, намеренно тащит сюда всех своих девок! Она знает, что я буду не один. Знает, что Кэт смертная, Кон. Она специально, блядь, это делает!       - Грей, серьезно, ты что-то нагнетаешь, - беловолосый вампир присел на край безвинно пострадавшего предмета мебели, - откуда … ладно, положим, про Кэтрин она в курсе, но причем здесь её дочки?! Они что, смертных никогда не видели, что ли?       - Она мне мстит. Они все мне мстят …       - Бля, Грей, не преувеличивай!       - НИХУЯ Я НЕ ПРЕУВЕЛИЧИВАЮ!! – Рочестер заорал так резко, что задребезжали стекла, - только хер она у меня посмеет даже подойти к Кэт! Меня пусть сколько угодно ненавидят, но если хотя бы попробуют … пусть только попробуют что-то там сделать Кэт …       - Грееей, ты бредишь!..       - … пусть только попробуют! Если она хоть немного испугается, если почувствует страх или неловкость… Меня пусть унижают сколько влезет, но если только рыпнутся к ней… Кон, я тебе обещаю …       - … парень, остынь!..       - … я тебе клянусь … Я разорву Аду там же. И её, и всех её четырех блядей на привязи!..       - … да остынь ты!!       - Как Юдита тогда сказала, а? Я «переходящее знамя», да? – принц резко возник прямо перед лицом не ожидавшего от него такой прыти старейшины, - так вот, Кон…       Грей приблизился к Вриеннию вплотную, наклонившись к всё ещё сидящему на столе вампиру.       - Я тебя предупреждаю, Константин. Тебя и всех остальных через тебя, - длинные клыки угрожающе блеснули в темноте кабинета, - если хоть что-то случится с Кэт, если её не то что пальцем, если её хотя бы словом заденут – я изничтожу их всех на месте, обещаю. И будет это охуительно важная польская шмара, ебнувшийся грек или ... какой-нибудь твой названный брат – МНЕ-ВСЁ-РАВНО.       Не давая наставнику опомниться, принц небрежным жестом схватил всё ещё сиротливо стоящую у стола коляску за спинку и, не говоря более ничего, вышел из кабинета, волоча свой проклятый «трон» словно то была тележка с продуктами.       В кабинете старейшины Маргарет вновь стало тихо.       Первым нарушил тишину Вриенний.       - И что это мать твою такое было?..       Марго скромно улыбнулась, вновь опускаясь в кресло и возвращаясь к прерванной работе.       - Сестра?       - Что?       - Я вообще-то вопрос задал.       - А мне показалось, что ты задал его мирозданию, - Морли хмыкнула.       - Эй, Марго, да хорош! Ты-то хоть не начинай!       - …       - Сестрааааа…       - Я работаю.       - Блядь! – Константин слез наконец со стола и подошел к Маргарет сбоку, - тебя что, совсем вот это всё не волнует?!       - По-моему, всё весьма неплохо.       - Неплохо?!       - Именно, - Марго на минуту отвлеклась от чтения очередной электронной корреспонденции, - полагаю, с этого дня можно официально считать ваши с Греем поездки во Фростдезерт не бестолковой тратой времени и бензина.       С этими словами старейшина вернулась к работе, позволив побратиму самостоятельно разбираться со смыслом сказанного ею.       - Кхм… Ладно, посмотрим, - Вриенний как-то тоскливо вздохнул, - я только опасаюсь, не Вечная ли это Любовь…       - Не думаю, - «бухгалтерша» отрицательно покачала головой, - но, если сомневаешься, спроси Марка, точнее него тебе никто не ответит.       — Это мысль, - Кон кивнул, - и это … Слушай, он тут как раненный лев долго до моего появления метался?       - Полчаса как, полагаю. Разбирал почту – у нас ожидается аншлаг, брат.       - Радость-то какая, - Вриенний небрежно пролистал пару-тройку ближайших к нему распечатанных писем, - чего это народ решил массово приехать? То никого не дозовешься, то грозятся нагрянуть целыми кланами.       - Не знаю. Но, будь добр, проследи за хотя бы за прислугой. Ты же их отбирал.       - Ну да, ну да, я, - Константин поморщился, - кстати, эт самое… Хотел спросить … ээ… тут это, концерт будет…       - Что?       - Концерт, - старейшина как-то странно усмехнулся, - ну, там … музыка… Веселье. Это … После Йоля! Новый год, все дела.       - И что?       - Ну, можно было бы сходить…       - Рождественский вечер? В какой филармонии?       - Да нет же! Концерт! Ну это … музыка … современная … Смертные веселятся, я тут подумал, нас бы там тоже было не особо видно … смертных много и…       - Я работаю.       - А. Ясно. Да. Ясно-понятно. Просто я тут подумал …       - Мой дорогой брат, ты успел понабраться привычек мисс Смит слишком много думать? – Морли сощурила алые глаза, - не занимайся ерундой и не отвлекай меня, если тебе почему-то некуда себя пристроить.       - Понял… Угу, понял, Марго…       Константин вздохнул и нехотя поплелся прочь из кабинета названной сестры.       «Вечно одно и тоже».              Дребезжание волочащейся по коврам металлической коляски противно резало слух, но принц упрямо тащил ненавистную железяку вверх по ступеням. Достигнув последнего этажа, не глядя распахнул знакомую дверь, прошел в центр пустой комнаты, отшвырнув по пути свою ношу куда-то в угол, да так и застыл, невидящим взглядом уперевшись в белое марево за окном.       Как же там тихо …              — Это из-за него! Мы сдохнем здесь из-за него!!       - Никто не сдохнет, если ты заткнешься и прекратишь истерику!       - ВОЙЦЕХ!       - Что это, Мастер?..       - Мастер, оно же не может быть живым?!       - Видишь, брат, я умею не только убивать…       - А из тебя бы получился хороший берсерк!       - Беги!       - Прошу… Если ты можешь – спаси их…              - Всё будет хорошо.              Грей задрал голову к потолку. Хор голосов в его сознании не стихал уже два столетия. Иногда он как будто бы становился тише, но стоило Королю Дикой Охоты оседлать своего демонического жеребца, стоило Ему взвиться в небо, рассекая пространство и время вместе со своей проклятой свитой – всё. С этого момента и до конца йольских дней в сознании сына короля каинитов не смолкали отчаянные крики. Вопли ужаса. Предсмертные хрипы. Это только считается, что вампиры, будучи мертвыми единожды, не боятся второй смерти. Чушь! Рочестер прекрасно знал, как могут визжать от страха бессмертные, как могут захлебываться кровью, пытаясь выбраться из проклятого лабиринта, сжираемые заживо адскими тварями, призванными или созданными мастерами Тзимитцу. Как могут рыдать, роняя кровавые слезы на пол, сотканный из не живой и не мертвой одновременно плоти, силясь найти путь к спасению, но оказываясь разорванными, изничтоженными невидимой силой, источаемой маленьким худосочным мальчиком с жиденькими светлыми волосами и огромными глазами пурпурно-лилового цвета…              - Смотри, смотри, как покатилась! Ахах! Вот глупая, там же ничего нет! Дурочка!              Истоку было весело. Будь он простым ребенком, наверняка бы с упоением отрывал мухам крылышки или же надувал лягушек. Но в его распоряжении оказались почти сотня вампиров, никогда ранее не сталкивавшиеся с такой мощью. Что их клыки и когти против Живой Магии?..       А потом всё резко стихнет. И даже скрежещущий голос над самым ухом, что шептал, рычал, издевался. Даже этот голос исчезнет, успев напоследок только что-то удивленно пророкотать.       «Что это было?»       Принцу иногда чудилось, что он каким-то образом расслышал те слова, обращенные даже не к нему. Что-то там такое было, но вот что?       «Всё будет хорошо».       Вот эти слова он помнил четко. Как и ощущение сильных рук, обнимающих его. Липнущая к одежде горячая кровь. Много крови. Когда он очнется, то увидит, что вся его одежда, лежащая рядом на стуле, окажется буквально залита ею, но на нем самом не будет никаких ран, кроме единственного синяка на виске, которым он приложился об угол стоявшей в комнате Истока тумбы. А потом он попробует вскочить с кровати, как делал всегда…              - Сраный ублюдок…       Грей продолжал смотреть на заносимый снегом сад, уже слыша доносящиеся из коридора тихие шаги. Надо бы уйти, нечего ей…              Теплые ладони обхватили его со спины за талию. Смит ничего не говорила и ничего не спрашивала, только молча обнимала своего принца, прижимаясь щекой к мятой ткани черной рубашки. До чего у неё тонкие пальцы… Такие слабые, такие нежные… И такие … обнаженные?       - Ты уже завтракала, Кэт?       - Да, где-то полчаса назад.       - … Ты извини, что не составил тебе компанию…       - Ничего страшного. Как ты?       Принц накрыл ладони девушки своими.       - Нормально. Не обращай внимания на меня, это всё мелочи. Не скучаешь?       - Нет. Да и Константин заглянул ко мне утром.       Грей едва заметно дернулся.       - Я так понимаю, он тебе уже что-то наплёл.       - Очень мало. Про Тзимитцу и штурм замка. Про тебя … и …       - Понятно, - вампир раздраженно прикусил губу, - если что, это всё правда. Я до сих пор вижу не то во снах, не то в трансе эту грёбанную комнату. Слышу голоса обреченных каинитов. Слышу смех Истока, которому, блядь, было весело! Весело убивать этих … смешно бегающих человечков, мечущихся в агонии по созданному его сознанием лабиринту. Ему, блядь, было весело! И я сраный нытик, который никак не может это всё забыть и жить дальше, не может просто, блядь, всё забыть! … Я просто бессмертное недоразумение, вот кто я, Оленёнок!       - Неправда.       Грей наклонил голову, поворачивая корпус, и тут же встретился с удивительно-твердым взглядом смертной. Смит продолжала крепко удерживать своего вампира в объятиях, точно запрещая тому вырываться и сбегать.       - А кто я, по-твоему, Кэт?       - Ты Грей Людвиг Джейн Рочестер, - Кэт не мигая смотрела в становящиеся алыми глаза бессмертного, - ты мой принц, который имеет право на то, чтобы ошибаться, быть слабым или неидеальным – как в прошлом, так и сейчас. Но это не делает тебя «бессмертным недоразумением», Грей!       - И всё-таки я так хочу забыть те дни…       - Некоторые вещи нельзя забыть, - Кэтрин снова прижалась к вампиру, скользя щекой по широкой, скрытой рубашкой, груди, - хотя и очень хочется. Но мы можем извлечь уроки даже из самых страшных событий в нашей жизни, принять случившееся и двигаться дальше, вооруженные новым знанием и опытом. Как по мне, это если и не излечит боль, то, хотя бы, снизит её остроту.       Вампир задумчиво продолжал гладить девушку по плечу. Ему очень не хотелось начинать этот разговор, втягивать любимого Оленёнка в собственное болото, которое он же сам иначе как «сраным пиздостраданием» не полагал. Но вот она стоит рядом, вот она обнимает его, что-то говорит, ободряет. И почему ему рядом с ней делается так спокойно? Так … уверенно? Но самые тёмные дни ещё впереди…       - Скажи, Кэт… Скажи, что ты думаешь о том, чтобы присутствовать со мной в дни Совета?       Смит приподняла голову.       - Я не против. Что мне нужно будет делать?       - Ничего особенного: сопровождать меня, стоять рядом во время встречи гостей и на балу. Возможно, сходить со мной и на сам Совет, но это часов на три-пять, не меньше.       - Ничего не имею против. Но ты ведь и раньше говорил о том, что мне нужно будет там присутствовать, разве нет? Когда сказал, что хочешь меня там с кем-то познакомить.       - Я и сейчас хочу тебя с ними познакомить: Владислав, Мина, Пикуль, Маркус, Александра… Но я не думал, что гостей будет настолько много! И это ещё не все ответили! Черт, такое чувство, будто бы все старейшины разом вдруг вспомнили, что у них вообще-то есть не самые маленькие по численности кланы в подчинении! И теперь тащат всех – от телохранителя до кухарки!       - Ты чего-то боишься из-за того, что я человек?       - И из-за этого тоже, но даже будь ты новорожденной…       - Или ты бы не хотел, чтобы я там с кем-то встречалась?       - Ещё как бы не хотел, - вампир оскалился, - сомневаюсь, что та же Ядзита прётся сюда ради бала и возможности полюбоваться на Максимилиана с Вильгельмом.       - И зачем же она едет по-твоему?       - Она едет затем, чтобы … чтобы укусить меня при первой возможности.       - Зачем же ей это делать? – Кэтрин недоуменно сдвинула брови, решив, что речь идет про реальный укус. Но ведь вампиры кровь друг друга вроде как не пьют…       - Чтобы унизить, Кэт. Меня лично или меня через тебя.       - Оу, - Смит отцепилась от талии бессмертного, — это, я так понимаю, твоя …       - Угу. Бывшая девушка. И их будет четыре.       - Ммм, кажется, теперь я начинаю понимать, что такого неприятного находят вампиры в бессмертии …       Принц немного помолчал, но затем всё же слабо улыбнулся.       - Я не заставляю тебя, любовь моя. У меня есть подозрения, что вечер обещает быть напряженным и откровенно тягостным. Не хочешь – не иди, ты вполне можешь побыть в моих комнатах, и никто тебя здесь не побеспокоит.       - И всё же я, пожалуй, пойду, мой принц. Надеюсь, прямо посреди тронного зала меня не сожрут, а остального я как-то не сильно боюсь. Как и толпы твоих бывших девушек.       - Их там будет минимум эти четверо и ещё их мать, - Грей мотнул полуседой головой, - не удивлюсь, если они приготовили какую-нибудь гадость.       - Бессмертные существа возрастом в несколько столетий готовят «гадости» друг другу, а тем более своему принцу? – девушка с сомнением сощурилась.       - Обязательно. Хоть какое-то развлечение на этой плесневелой ярмарке тщеславия.       - Ну что ж, будет занятно на такое полюбоваться!       - Ты мой маленький неунывающий Оленёнок, Кэт, - Грей вновь прижал Смит к себе, с удивлением отмечая, что рядом с ней его настроение каким-то магическим образом мало-помалу улучшалось, - чем мне загладить свою вину за пропущенный завтрак и свое отсутствие в постели ночью?       - Дай-ка подумать. Пожалуй, я извиню тебя, если мы сейчас с тобой выйдем на прогулку, что скажешь?       - Не замерзнешь? – принц скептически взглянул на заметаемый снегом пейзаж за окном.       - Оденусь потеплее. Что-то мне подсказывает, что там красиво.       - Очень, - Грей выдохнул, вспоминая, когда в последний раз и вправду гулял в снегопад. Никогда?..       - Пойдем, переоденемся!       - Пойдем…       Одним движением принц подхватил свою любимую на руки, молча прошествовав с ней до шкафов в своих комнатах.       «Я.Хочу.Так.»       Он намеренно не замечал встревоженных взглядов, периодически бросаемых Кэтрин на его кажущуюся непринужденной походку. Разумеется, ему пришлось захватить порцию крови с собой, сунув ту в объемный внутренний карман пиджака, а ещё одну осушить заранее, не доходя до дверей резиденции. Конечно же, ему потребовалось пару раз остановиться, опираясь на толстые стволы старых деревьев, которые он лично застал ещё совсем крохотными, тоненькими веточками-палочками, посаженными незадолго до окончания строительства дома. Его безостановочно потрясывало, но каинит упрямо сжимал крепкие челюсти, впервые по-настоящему не желая подчиняться.       «Я.Хочу.Так.»              И всё же что-то удивительное должно было произойти. Неспроста же списки гостей, обычно относительно короткие и предсказуемые, в этот раз начинали напоминать телефонный справочник.       — Вот фигли Виктору потребовалось тащить Крэйвена? Ему одной Селин мало? Сууука, он еще и своего «боевого нигера» тащит, ну ты подумай!       - Брат, это вообще-то называется «расизм».       - «Расизм» — это не любить негра за то, что тот негр. А «боевой нигер» Крэйвена сначала тупой ушлёпок, а затем уже негр. Хотя на фоне самого Крэйвена…       - Кон, ты только не вздумай с Виктором своими «философскими рассуждениями» делиться – боюсь, он может тебя неправильно понять.       - Ой, да ладно, всё он прекрасно понимает! И потом, Селин он с собой берёт, как и Амелию, – две боевые единицы есть, нафиг ему этот сброд-то?       - Вопрос не по адресу, - Грей лениво отбросил очередной конверт к его распотрошённым собратьям, - меня лично больше волнует Орси.       - И что тебе до него?       - То, что вот его-то я как раз очень не хочу наблюдать.       - Он как бы возглавляет «Вегу».       - Он как бы конченный ублюдок, Кон. Жадный, высокомерный, конченный ублюдок.       — Ну это ты сейчас половине гостей характеристику выдал. Увы, из песни слов не выкинешь, а Орси - из им же созданного предприятия.       - Напомни, нам он зачем?       - Затем, что нельзя разбрасываться гостями, у которых денег хватает купить пару оружейных производств, а численность сотрудников вполне позволяет назвать их «скромную» фирму полноценным кланом.       - Орси доиграется, Кон.       - Рано или поздно все доиграются.       - Он доиграется очень скоро.       - С чего ты так решил?       - Просто зн…       -ИДИ-НАХУЙ!       Грей захохотал, растирая когтистыми пальцами лицо. Физически он, разумеется, не устал, но с каждым днем список гостей неумолимо рос, и сын короля начал по-настоящему беспокоиться о столь нетипичном ажиотаже, сложившемся вокруг ежегодного собрания. Ну не его же новая смертная девушка так привлекла каинитов!       - Так-так, Вольтури будут почти полным составом… Ты проинструктировал Кэтрин на этот счёт?       - Да, немного рассказал ей про Суд.       - Немного! Так, Кэт, проверка: ну-ка, кого тебе надо искать и возле кого, если что, тереться?!       - Надо найти самого высокого и не отходить от него ни на шаг, - Оленёнок театрально захлопал ресницами, расплывшись в самой добродушной и самой придурковатой улыбке, которую только смог изобразить. Грей прыснул и тут же приобнял стоящую рядом с его коляской девушку за талию, поглаживая Смит по бедру ладонью. Настроение у наследника проклятой короны было на удивление благодушным.       - Отлично! А к кому подходить точно не надо?       - Ни к кому, - Кэтрин вновь улыбнулась, - ни к блондину, ни к темноволосому коротышке в перчатках.       - Ну, блондину хватит одного взгляда в твою сторону, чтобы ты опрометью бросилась прочь! А вот коротышка, паскуда, бывает страсть каким обаятельным! Но – запомни намертво! – ни единому его слову не верь и вообще прикинься умственно отсталой! Можешь слюну пустить и отползти куда-нить в сторонку!       Кэтрин спрятала лицо в ладонях, пытаясь унять приступ гомерического смеха. Вриенний умел смешить, даже не особенно стараясь это делать, а уж если изначально того и хотел…       - Я только надеюсь, вы трое не ляпните ничего из озвученного здесь никому из гостей, - голос поглощенной работой «бухгалтерши» отдавал арктическим холодом, - боюсь, жертвы вашего остроумия могут не оценить такой «юмор».       - Не переживай, Марго, мы будем сама степенность! – Константин показательно одёрнул ворот накрахмаленной черной рубашки и, подмигнув встретившейся с ним взглядом Кэтрин, прикусил высунутый наполовину язык, одновременно наклонив вбок голову.       - Идиот, - старейшина Маргарет только презрительно фыркнула.       - Александра обещает быть, отлично! – Грей пробежал глазами длинное письмо, по традиции щедро сдобренное комплементами, извинениями и уточнениями – Пикуль будет с супругой, что тоже великолепно, учитывая наличие Селин.       - Интересно, викторовская «валькирия» хоть раз улыбнется?       - Делай ставки, я что-то сомневаюсь. Не в её стиле. Так, Екатерина с целым кланом… Великий Каин, она всех новорожденных что ли привезёт?!       - А кого ей из древних-то брать, окромя Вильхема с Максимусом?! Всё, нет больше никого! Остальные в лучшем случае твои ровесники. И, прямо скажем, не то, чтобы очень уж примечательные.       - Кстати, о примечательных. Мы кого выставляем?       - Грей, не забывай, Совет при короле – это и есть клан. И все обещали приехать.       - Даже Вильгельм с Микаэлем?       - Даже Вилле и Мик. И даже – ты не поверишь! – Квен!       - Квентилий что есть, что нет, однохуйственно, - Рочестер небрежно вытряхнул из конверта очередной бледно-розовый лист бумаги, испещренный чернильными завитушками, - а вот Ирэн могла и дома остаться.       - Да конечно! Она же почти собрала свой клан, так что жди подкатов и нытья на тему «я-уже-большая-девочка-дайте-мне-старейшину»!       - И давно бы её старейшиной сделали, будь у неё побольше мозгов.       - Ну, не на того ставку сделала, что поделаешь!       - Ага, проклятый принц ей не зашёл, думала, с Квентилием будет проще. Дура.       - С Квеном и правда проще. Сидит, молчит, не отсвечивает. Идиллия!       - Ну и какой с него после этого толк?       — Вот именно, что никакого. А, вот это тебе, держи.       - Владислав, - Грей вскрыл плотный конверт из темно-бежевой бумаги, - всё стандартно: страшно рад, почтет за честь, обязательно будет. Мина будет с ним.       - Ну вот, ещё одна смертная – хоть Оленёнку скучно не будет.       - Не думаю, что мне там будет скучно, - Кэтрин с любопытством осмотрела короткое письмо, написанное идеальным каллиграфическим почерком, не уступавшим по сложности почерку принца, - в крайнем случае, буду просто наблюдать за гостями.       - Наблюдать – это хорошо, конечно, Кэт, но ты не забывай, что тебе ещё встречать этих самых гостей, раскланиваться со всем этим бессмертным бомондом, отвечать на бесконечные однотипные вопросы и, возможно, танцевать. Не много, конечно, но один танец точно бы надо.       - Танец?.. – Смит застыла с протянутой в сторону пачки конвертов рукой, - там надо будет танцевать?..       - С середины ночи после самого Совета бал – традиция ещё хер знает с каких времен, а что? – Вриенний поднял взгляд на растерявшуюся девушку.       - Эм, черт… - Кэтрин нервно дернула плечом, - проблема. Я не умею танцевать.       - Да ладно, там полонез в начале – его хватит! Это ж даже я сплясать смогу.       Глаза бедной Смит от испуга увеличились вдвое.       - Кэт, ты когда-нибудь раньше танцевала? – Рочестер нахмурился и, увидев отчаянное мотание головой, кивнул, - если нет, можешь не участвовать. Обойдутся.       - Собравшиеся, может быть, и обойдутся, - Марго подала голос из-за горы макулатуры - а вот брат может и настоять.       Два вампира и смертная затихли. Вриенний кашлянул.       - Грей, у тебя меньше месяца.       - Я?!       - А кто?! Твоя девушка – ты и учи! Ну хочешь, я пообжиматься с ней могу! Или Лио вон поручим!       - ЯсамеёнаучупошёлЛионахуй, - Грей натурально зашипел от негодования.       - Ладно-ладно. Оставим Лио в покое и поручим охрану – хватит ему экскурсии по дому водить, надо и чем-то более серьезным заниматься. Мерри отвечает за снабжение кровью, бокалами, полотенцами, подушками и прочей хератенью, работает в связке с Хилл. Оркестр и бал за Петрой – она три года подряд хорошо себя в этом деле показывает, пусть продолжает дальше, я считаю. Трансфер и парковку отдаём по традиции Даниэлю, это даже не обсуждается. Что ещё?       - Приведение в порядок резиденции и декор?       - Хилл. Ииии… Кэт, ты вроде хотела быть полезной?       - Очень!       — Вот, будешь на подхвате у Хилл. Посмотреть, кто что заказал или не заказал, встречать доставку, распихивать по исполнителям.       - Без проблем, сделаю! У меня только есть сомнения в том, что меня кто-то станет слушать…       - … не станет слушать, скажи мне или Грею, и мы тут же надерём уши этим дармоедкам. Ишь ты, возмечтали курицы о соколином полёте! Лучше бы бокалы полировали с таким усердием, с каким за свободными старпёрами гоняются!       - К слову о «старпёрах» - Луций своих баб, надеюсь, не притащит?       - Кто его знает, Грей, но я бы на адекватность проконсула не рассчитывал.       - Хоть бы они были одеты, а не как в позапрошлый раз. Учитывая тот факт, что отец это безобразие вообще проигнорировал.       - В этот раз будет Виктор, а он, насколько я помню, довольно консервативных взглядов, и вряд ли будет в восторге от бегающих вокруг голозадых девиц в одних, кхм, серьгах с браслетами.       - Ну и что? Виктор всего лишь старейшина и глава клана, а Луций побратим короля. Увы.       - Ммм, не Совет, а шабаш какой-то!       - Я только надеюсь, что всё обойдется без крупных происшествий. Не удивлюсь, если снова дойдет до переругиваний и мелких стычек, но, главное, чтобы в целом всё было тихо, и никто никого бы не поубивал ненароком.       - Будем надеяться парень, будем надеяться…                     В один из дней, сверяя находу накладные на прибывшие из прачечной шторы, Кэтрин едва не влетела с разбегу в скромно стоящего у лестницы мужчину. Отпрыгнув от неожиданности в сторону и принявшись тут же извиняться, девушка с удивлением заметила, что её не состоявшаяся бессмертная жертва не то, что не возмущена такой оплошности, но и вовсе выглядит предельно равнодушной к произошедшему. Невысокий бледный мужчина имел довольно приятную, хотя и не особенно выразительную внешность: коротко стриженные прилизанные светлые волосы, гладко выбритое лицо с глубокими морщинами и совершенно пустые бледно-голубые глаза. Тонкие губы не демонстрировали ни улыбки, ни оскала – только предельную тоску.       Решение, хоть и не особенно сейчас нужное, созрело мгновенно.       «ГРЕЙ!»       Смит пролепетала ещё буквально два-три извинения, когда услышала низкий голос за своей спиной.       - Старейшина Квентилий?       Унылый вампир попытался изобразить нечто вроде воодушевления, но получилась только очередная скорбная гримаса.       - Рад видеть тебя, Грей, - ни малейшего намёка на радость, - я тут так, проезжал мимо…       - Ну что вы, член Совета Квентилий, я очень рад, что вы посетили нас! Вы к отцу?       - Да я даже не знаю, - каинит отвел взгляд, - думал, может, с Константином побеседовать…       - Кон в доме, позвать?       - Да я и не знаю… Впрочем, позови, да… Слушай, ты же вроде хорошо общаешься с Владиславом? Который младший…       - Да, общаюсь, - Грей успел отправить телепатическое сообщение наставнику и теперь улавливал четкие отзвуки чертыханий в своем сознании – Квена Вриенний прилично недолюбливал, - он как раз планирует быть на Совете.       - Да-да, как обычно. Я это, просто интересуюсь, а готов ли брат его звать после произошедшего?       - Произошедшего? - Грей так и замер в коляске, почти машинально обменявшись недоуменным взглядом с Кэт, - а что случилось?       - А ты не знаешь? Ну, вчера вече…       - Квен, какая встреча! Что это ты, решил вылезти из своего уютного болотца и почтить нас своим присутствием?!       Старейшина Константин шёл к застывшей у лестницы компании со стороны кабинета Морли и по всем признакам выходило, что его только что отвлекли от какого-то невероятно важного дела. А он отвлекаться не хотел.       Снова улыбка-гримаса.       - Да я вот тут мимо проезжал, брат…       - … и у тебя спустило колесо, да?! – Кон наконец-то приблизился к побратиму и тут же хлопнул того по плечу с такой силой, что готовящийся отмечать третье тысячелетие вампир едва не грохнулся на пол.       - Всё шутишь… - Квентилий покачал головой, - я это, ненадолго. Ехал мимо и решил вот узнать у Грея, не слышно ли чего про Владислава?       - Ты про сына князя что ли?       - Ну да. Даже интересно стало, он хоть как-то это объяснил или что…       - Что объяснил? Ты про что сейчас? – Вриенний приподнял бровь, переводя вопросительный взгляд на принца и девушку, но те только пожали плечами.       - Вы что, новости не смотрите? – Квентилий даже улыбнулся, правда, как-то удивительно мерзотно-гаденько, - по всем каналам трубят!       - Не смотрю телевизор, он мозги разжижает, - Константин насупился, - можешь вкратце рассказать?       - Да там непонятно, конечно, всё, но, в общем, дело такое: вчера вечером выставка в Нью-Йорке сгорела, всю ночь тушили, сейчас только-только завалы разбирать начали.       - Ну и чо?       - Так выставка была посвящена как раз старому князю!       - И чо, я тебя спрашиваю?! Ему каждую неделю какую выставку или фильм посвящают – «спасибо» всяким писакам – и что с того?       - Там жертвы вроде даже есть…       - Блядь, Квен, ты на зимнем солнце перегрелся что ли?! Какая связь с графом?!       - Выставка, говорят, была ооочень … про-во-ка-ционная, брат! – член совета Квентилий уже в полной мере заулыбался, но скромно наблюдавшей со стороны за развернувшимся диалогом Кэтрин почудилось в этой улыбке нечто заискивающе-крысиное. Вриенний же с каждой секундой делался всё мрачнее, - в общем, посмотри новости, может, стоит всё же вызвать графа на ковёр – хихи! – пусть объяснится…       - Старейшина Квентилий! – со стороны входа послышался голос Мерри, - мы закончили, принимайте!       - Ой, хорошо, сейчас! – названный брат короля столь же быстро вернулся к прежнему уныло-тоскливому состоянию, в котором пребывал изначально, - пора, брат, надо ехать, тут это …       - Ты машину задарма заезжал помыть, да? – Константин упер кулаки в бока, нависнув над скукожившимся побратимом, - автомойки в округе позакрывали?!       - Да я это, так … я это, брат… В общем, до встречи на Совете! И тебе всего хорошего, Грей…       Рочестер предпочел на спешные прощания не отвечать. Двое каинитов и смертная дождались, пока сгорбленная фигура наконец-то скроется из вида (и из зоны внутреннего ощущения вампиров заодно) и только тогда молча уставились друг на друга.       - Какой ещё пожар?       - Первый раз слышу, - Грей пожал плечами, - я как-то телевизор тоже не особо смотрю.       - И не до газет сегодня было, - Вриенний уже нащупывал внутренним взором кого из клана. Почти все сегодня были заняты, не до новостей было.       - Салли! А ну подойти сюда!       Нагруженная стопкой каких-то полотенец горничная вздрогнула, но мгновенно подбежала к Кону.       - Ты новости вчера вечером-сегодня утром смотрела?       Горничная поёжилась, не решаясь сразу ответить.       - Ой, да брось, вы вечно торчите у этого ящика, стоит только Хилл отвернуться! Так смотрела, говори?!       - Смотрела…       - Было в новостях про какой-то пожар?       - Вы про пожар на выставке? – Салли растерянно моргнула, - было такое. Там всё утро только про него по всем каналам и рассказывают.       - А что в том пожаре такого особенного? Первый раз в истории что-то полыхает как будто.       - Ну, там выставка какая-то была, людей много собралось. А вчера поздно вечером, вскоре после открытия, она и загорелась… Всю ночь не могли потушить, передавали.       - Что за выставка, где - сказали?       - Какой-то музей современного искусства, новая площадка… Там ангары старые, вот! Сказали, поэтому такая площадь большая – рядом склады были, огонь перекинулся по крышам… А выставка …       - Ну? Про вампиров что-то?       - Что? Нет, не про вампиров! Она вообще какая-то историческая! Там ещё вроде ученые выступать должны были. Ой, не запомнила…       - То есть никакого графа Дракулы там не было упомянуто?       - Ой, не помню… Нет, там было про … А! Про султана! Султана и какого-то князя, вот! Какая-то любовная история ещё…       - БРЫСЬ!       Салли от неожиданности подпрыгнула на месте и в секунду испарилась, оставив на память о себе только тонкий аромат стирального порошка.       - Что ещё за «любовная история»? – Грей недоверчиво скосил взгляд на мрачного старейшину, - снова чья-то больная фантазия?       - Больная-то да, но фантазия ли… Блядь, и Владислава не хочется по этому поводу дёргать – чувствую, ему уже некоторые личности с утра телефон обрывают.       - Ты про что хоть, Кон?       - … Пошлите-ка, дети, приобщимся к цивилизации! Телевизор, мать его, посмотрим! И это, Кэт, сгоняй пока за свежей газетой к Марго. Сестра такой фигней даже интересоваться не станет, а я вот поинтересуюсь, пожалуй…       Через час троица восседала в главной гостиной, куда Лионеллом в срочном порядке был притащен громоздкий телевизионный ящик. Газетные сообщения уже были всеми прочитаны, а подходивший к концу очередной выпуск новостей лишь немного дополнял общую картину.       - По-моему, смешно даже звонить Владу по такому поводу, - Грей задумчиво вертел в ладони массивный пульт, - иначе получается, что мы всерьез поверили в то, что он лично или с помощью кого-то вздумал уничтожить выставку, посвященную не особенно приятному факту из семейной биографии. Чушь собачья!       Вриенний постучал когтями по поручню кресла.       - Или ты считаешь, что Владислав и правда может иметь к этому отношение?       - Я так не считаю, - беловолосый покачал головой, - я знаю Владислава дольше, чем ты, но не помню, чтобы он хоть раз творил какую-либо хуйню. Кроме этой истории с его нынешней женой, но да не будем об этом. Да и то! Не, херь какая-то.       - Если рассуждать логически, - Грей сцепил пальцы в замок и принялся перечислять, - у нас есть сгоревшая выставка, организованная неким фондом поддержки молодых историков-исследователей. Так? Так. Выставка ещё до открытия вызвала ажиотаж, отчего на неё притащилось немереное количество народа, включая всяких - как там их, Кэт? – готов, но тут как раз причину следует искать в банальной ошибке: люди решили, что идут глазеть на картинки и слушать рассказы про графа Дракулу, вампиров и прочую нечисть, а им сунули скучные околоисторические слухи про любовную связь брата князя и султана, в почетном плену у которого оба брата провели почти все детство и юность. Опять же, никаких подтверждений тому нет, только «якобы одна бабка сказала, один евнух подсмотрел».       - Вот здесь ты ошибаешься, Грей. Это не слухи.       Младший Рочестер кашлянул, но тут же вновь покачал головой.       - Даже если это правда. Ну было и было. Брата князя сколько в живых нет? Лет четыреста? Сам князь, конечно, мог бы и оскорбиться таким раскопкам в нижнем белье своего клана, но он же спит и ему, прямо скажем, не до каких-то там студентов-историков.       - А плакаты были красивые, - Кэтрин со вздохом перелистнула разворот газеты, где красовались несколько цветных изображений с момента открытия выставки. На плотной глянцевой бумаге можно было разглядеть два портрета – исторический портрет властителя турок, и осовремененный, явно приукрашенный портрет младшего брата князя Валахии. И если о красоте султана говорить было сложно – парадные портреты тех лет плохо передавали истинную внешность изображенного, то с портрета княжича на мир глядел удивительной красоты юноша с тонкими, почти женственными чертами лица. И была ли любовная связь между правителями на самом деле или же это не более, чем дошедшие с тех времен слухи, определенные вопросы внешность князя Раду у жителей двадцатого века вызывала.       - Лично я не вижу в этой выставке ничего оскорбительного – просто исследование одного отдельно взятого исторического события. Да, резонанс эта история, безусловно, вызывает, но уж точно не такой силы, чтобы тот же Владислав пришел в бешенство и с канистрой с бензином наперевес ринулся поджигать выставочные пространства.       - Соглашусь, - Вриенний откинулся головой на спинку кожаного кресла, - не его урове…       Вибрация мобильного телефона в кармане пиджака выдернула Константина из расслабленного состояния. Достал «трубку», включил аппарат, открыл прилетевшее сообщение.       - Кон?..       - … А ты спрашиваешь, нахуя нам Орси. Орси нам нахуй не нужен, а вот «веговские» нам нужны. На!       Грей взял протягиваемый ему телефон. Взглянул на экран. Сглотнул несуществующую слюну.       «Снова такие же следы, Кон».       «Я хрен знает, что это».       «Смертные не дают работать, их ищейки уже всё прочесали».       «Только это не кольца, а дорожки».       «Ну знаешь, как в лесу или в поле на траве».       Вриенний вырвал у принца телефон из рук и принялся быстро набирать сообщение. Рочестер смог только краем глаза читать текст.       «Спасибо! Я тебе должен».       «Не подходите туда больше».       «Выберись на Совет с Орси. Поговорим».       - Великий Каин, давно я так не хотел кого-нибудь переманить к себе в клан! Начинаю понимать Аро!       Грей с Кэтрин только недоуменно переглянулись.              До Йоля оставалось меньше двух недель.