Серое на чёрном

      - Ну, «спасибо», Аро, ещё два с половиной часа до бала… - принц с раздражением взглянул на часы, надеясь, что стрелки хотя бы немного ускорят свой ход. Но нет, время как ползло улиткой, так и продолжало это делать, точно намекая каиниту, что ему, вообще-то, есть, чем заняться.       Сам Мастер бодрым сайгаком ускакал куда-то в сторону распушивших перья членов Совета, образовавших своего рода кружок по демонстрации отутюженных костюмов и сверкающих бриллиантами во всех местах спутниц. И хотя Грей и напряг зрение вкупе с внутренним чутьем, знакомой пышной прически среди собравшихся не обнаружил. Видимо, Фрикка, хоть и демонстративно плюнула на приказы Рочестера, лично попадаться тому на глаза всё же опасалась. Грей хотя и крайне редко, но всё же был способен возмущаться, а Квентилий мог запросто оказаться откровенно никакой защитой даже от излишне самоуверенных новорожденных. Кинет одну и поминай как звали.       В сторону оставшихся втроем принца, графа и Кэт – Аро сразу утащил Маркуса к его клану, предпочитая не оставлять главного прокурора один-на-один с гостями излишне долгое время – уже двигалась стройная фигура в бордовом вечернем платье. Грей расплылся в улыбке, вновь здороваясь со склонившейся к нему Миной и, аккуратно приобняв жену друга, успел-таки мимоходом подумать о том, что предложение Кэтрин он всё-таки должен сделать как-то более обстоятельно, чем когда-то сделал своей избраннице Владислав. Но вот скреплять этот союз он также доверит только одному бессмертному в целом мире.       - Рада, что вы наконец-то решили присоединиться к гостям!       - Неужели ты скучала в столь приятной компании? – Владислав положил руку на талию супруги, не особенно скромно притянув любимую поближе к себе.       - Увы, наш дорогой Пикуль слишком занят с Йормунгандом, Александра с головой ушла в работу, а вы увели с собой единственного старейшину, кто готов тратить время на какую-то жалкую смертную.       - Неужели никто не составил тебе компанию, любовь моя?!       - Увы-увы. Старейшина Маргарет в другом конце зала, Виктору я не представлена, а остальные мои знакомые оказались невероятно заняты.       - Я виноват перед тобой, дорогая. В следующий раз обязательно возьму тебя в наш уютный шахматный клуб, к тому же, там есть, на что посмотреть! Его Высочество не соврал – мисс Смит прекрасно играет, к полной неожиданности для Маркуса.       - Надеюсь, Марк быстро оправится от этого открытия, - Мина вновь улыбнулась, - в любом случае, в зале его ждут менее приятные «открытия».       - Кайус никого ещё не обезглавил? - Грей оскалил клыки, - что-то он с самого начала вечера не в духе.       - Не знаю, мой принц, но по крайней мере все присутствующие в зале пока целы. Но, должна сказать, члены Совета выглядят крайне … воодушевленными. И мне всё хотелось уточнить у тебя, с чем это может быть связано?       - Без понятия, - Грей зачем-то взял Кэтрин за руку, по примеру Владислава притянув поближе к себе, - все и вправду сильно, гм, радостные.       - Я вот думаю, не воспользоваться ли нам некоторым смещением интереса публики, - Владислав, сощурившись, внимательно изучал спавший ажиотаж вокруг Йормунганда, - полагаю, у нас получится добраться до Виктора без потерь.       - Давай пробовать, - Грей улыбнулся, - оставим дам в тылу и пойдем на штурм.       - Штурм поддерживаю, Ваше Высочество!       С этими словами граф кивнул принцу и, отпустив жену, направился к намеченной цели. Грей лишь немного отстал от друга, успев аккуратно подтолкнуть любимую к Мине – стой с ней, мол, и не переживай.       - Рада наконец с вами познакомиться, - Мина протянула испуганно озирающемуся по сторонам Оленёнку ладонь, которую та нервно пожала, - Грей был краток, описывая вас.       - Надеюсь, уже я вас не разочарую после столь краткого представления, - Кэтрин вновь напряжно хихикнула.       Она не знала, как именно следует обращаться к Мине.       Госпожа Мина?       Леди Мина?       Госпожа Дракула?       А её мужа как называть?       «Здравствуйте, вы жена графа Дракула? Он о вас упоминал, как раз в тот момент, когда я пыталась не продуть партию в шахматы королевскому судье!»       У Оленёнка в очередной раз затряслись коленки.       - Можете звать меня Миной, - женщина вновь ласково кивнула юной подруге принца, - Как вы бы хотели, чтобы к вам обращались?       - Кэт, можно просто Кэт, - Смит непроизвольно потерла ладонью розовеющие щеки, - и можно на «ты», мне не так уж много лет.       - Тогда Кэтрин, хорошо?       - Дд-да, Кэтрин… Кэт… Как ва.. тебе.. будет угодно..?       - Ко мне также можно обращаться на «ты», я не обижусь. Ну-с, Кэт, как тебе первый в твоей жизни Совет?       - Довольно … забавно, - Оленёнок нервно заломил пальцы, - хотя, конечно, я надеялась, что не буду так сильно нервничать.       - И что тебя больше всего пугает? Кроме того, что ты, как и я, смертная среди сотни представителей высшей нежити.       - Сказать честно, это меня как раз почему-то не особенно беспокоит. А вот то, что впереди танцы, в которых я ровным счетом ничего не смыслю, - вот это меня и правда заставляет нервничать.       - Ты раньше мало танцевала?       - Мало! Я вообще не танцевала никогда, так, дергалась под музыку на дискотеках… Кажется, я сейчас опозорюсь по полной и Грея заодно подставлю…       - Думаю, Грей переживет…       - …но это же ужасно! Он должен достойно выглядеть, а тут я со своими заплетающимися ногами, отсутствием слуха, чувства ритма и хоть каких-то навыков! Я так боюсь его подвести, госпожа Мина, просто чудовищно боюсь!       Тараторя последние слова, Кэтрин невольно отвернулась от супруги графа, зачем-то бестолково шаря по собравшейся публике взглядом. И всмотрись она в лицо Мины в тот самый момент, заметила бы довольную улыбку, играющую на губах нестареющей смертной.       - Полагаю, всё пройдет хорошо, - Дракула постаралась хотя бы словесно поддержать свою новую подругу, - поверь, никто не ждет от тебя чудес, а слухи и сплетни поползут в любом случае – без них местное общество в принципе не способно существовать.       Кэтрин немного помолчала, успокаиваясь.       - Скажит.. скажи, Мина, а правда тебе приходилось когда-то стоять в паре с сэром Людвигом?       - О, Грей вспомнил о том танце?       - Нет, это не Грей о нём вспомнил, а Лио, а тому рассказал, по всей видимости, старейшина Константин.       - Да, было такое, - женщина кивнула, - во время своего первого Совета меня пригласил составить ему пару в открывающем танце Его Величество, а затем, без перерыва, мы танцевали вальс. Эти два танца мне потом дорого обошлись.       - Правда? Чем же?       - Сплетнями! - Мина рассмеялась, - чуть ли не целый век за моей спиной шептались относительно того, в каких отношениях я состою со старшим Рочестером и настолько длинные и ветвистые рога у моего мужа.       - И всё же я не до конца понимаю, что такого удивительного в том, что Его Величество составил вам пару в танце?       - Удивительным оказалось то, что Людвиг решил танцевать со мной на следующий год после гибели жены. И это был первый раз, когда короля видели проявляющим хотя бы какие-то человеческие эмоции.       - Интересно, почему же он принял такое решение …       - Точно сказать тебе не могу, но вообще-то это Грей его попросил.       - То есть «попросил»?       - Сказал отцу, что я очень красивая и милая, и что ему очень бы хотелось посмотреть, как я танцую, - Мина кивнула, не то вспоминая тот вечер, не то подбадривая всё ещё нервничающую Кэтрин, - когда я едва ли не случайно встретила одинокого мальчика, сидящего на подоконнике одного из окон резиденции, я и подумать не могла, что разговариваю с принцем каинитов. Мы немного поболтали, пока Владислав улаживал очередные дела со своими знакомыми, а когда начался бал, Грей, со свойственной всем детям непосредственностью, принялся нахваливать меня королю – вот и результат.       - Боги, надеюсь меня-то сэр Людвиг не потащит танцевать… То-то будет фиаско!       - Вряд ли. Но что бы ни случилось, ничего не бойся, Кэтрин. Бессмертные - по крайней мере самые достойные из них - презирают малодушие и робость.       Девушка покорно опустила голову.       - Скажите, Мина …       - Можно на «ты».       - … д-да … Скажи, Мина, а вы когда-нибудь видели дракона?       Нестареющая жена графа Дракула застыла в явном недоумении.       - Дракона? Ты имеешь ввиду потомка рода или …       - Нет, я имею ввиду настоящего дракона. В чешуе и с крыльями.       - Прости, но, боюсь, дракона я никогда не встречала. Я видела применяющих магию чародеев, видела впадающих в Безумие вампиров и даже призрака мне как-то довелось лицезреть. Но дракона … Увы, но нет.       - Граф сказал, что его отец верит в драконов.       - Оу, так вот оно что, - женщина взяла Оленёнка за руку, делая очередную попытку подбодрить, - мне никогда не доводилось разговаривать с князем – он спит и, теоретически, его сознание недоступно для смертных – но Владислав когда-то упоминал, что взгляды его отца на мир и действительность весьма, если можно так выразиться, необычны. Но почему ты об этом спрашиваешь?       - Да так, вскользь затронули эту тему сегодня во время игры, - Кэт предпочла аккуратно обойти истинную причину своего любопытства, - вот мне и стало интересно, вдруг кто-то реально встречал драконов.       - Это очень сильно вряд ли. Но, при случае, спроси князя сама. Кто знает, вдруг тебе он ответит?       - Спросить? Это как?       - Очень просто, - Мина уже заприметила машущего ей рукой издали мужа и ненавязчиво потянула Смит за собой, - когда соберетесь посетить нас – Грей, кстати, обещает уже который год к нам заехать – обязательно при случае спустись в усыпальницу вместе с Рочестером. Ни Владу, ни Грею, насколько мне известно, князь не отвечает, но вдруг он ответит тебе?.. А пока ты раздумываешь, пойдем познакомимся с Виктором - нас, похоже, уже ждут.       Кэтрин безропотно последовала за новой подругой, которая, то ли по привычке, то ли специально, вынудила взять себя под руку и таким тандемом прошествовать к дальнему углу зала, где обосновался древний клан.       - О, а вот и наши красавицы! – стоящий рядом с Владиславом полноватый Пикуль отсалютовал дамам бокалом с кровью, - право, этот дом всегда привлекал одаренных красотой и благородством, но в этом году это что-то феноменальное!       - Старейшина Виктор, - Дракула слегка наклонил голову в сторону присевших в реверансе супруги и подруги принца, - хочу представить вам мою жену Мину.       - Рад знакомству, госпожа Мина, - Виктор склонил голову в ответном поклоне, - мы с вашим мужем знакомы уже очень давно, и я рад, что младший сын князя наконец-то остепенился.       - Мина единственная женщина, которая способна выносить мой характер во всех его проявлениях, - Влад подошел к жене, обнимая её за талию, - за столько лет я убедился в этом сполна.       - Рад за тебя, Владислав. Уверен, твой отец рад уж никак не меньше моего.       - Надеюсь, что так, Виктор. Жаль, я не могу спросить его об этом, не то, что разбудить.       - Увы, тот факт, что я сам провел два столетия во сне, не позволяет мне утверждать, что теперь-то я знаю, как из него возвращаться. Как я тебе уже говорил, Селин использовала самый простой способ, и он сработал. У тебя же, как я понял, всё несколько сложнее.       - Я перепробовал с десяток техник, но ничего не получается. Не то отец и вправду так глубоко спит, не то намеренно не хочет возвращаться в эту реальность.       - Не думаю, что он специально тебе не отвечает. Когда мы общались с ним в последний раз, князь выглядел предельно уставшим, и я прекрасно понимаю его тогдашнее желание погрузиться в глубокий сон – ни мыслей, ни чувств, ничего. Боюсь только, не случилось ли так, что он не рассчитал свои силы.       - В любом случае буду пробовать дальше. Как и с поисками брата. Два века стерегу саркофаг, два века изображаю ищейку. Ещё немного и, чего доброго, залаю.       - Не теряй оптимизма, мой мальчик, - Виктор коротко улыбнулся, почувствовав в речах графа горечь, - я знаю силу твоего характера. Задавшись целью, ты сможешь дойти до конца.       - Благодарю, старейшина Виктор.       Глава Йормунганда чуть сощурился, как бы невзначай изучая скромно стоящую рядом с четой Дракула девушку.       - Когда-то очень давно мне довелось бывать на свадьбах бессмертных. И я надеюсь, Каин ещё одарит меня милостью вновь пережить подобное, - с этими словами старейшина точно случайно качнул головой в сторону стоящего рядом Грея и уже куда выразительнее посмотрел на изображающую неусыпную телохранительницу дочь. Селин тут же скривила губы.       - О, какое прекрасное желание, мой господин! – всё это время молча слушавшая диалог мужчин госпожа Пикуль буквально подпрыгнула на месте от переполнявшей её радости, - уверена, Прародитель смилуется над нами всеми! Я просто жду не дождусь, когда буду провожать мою дорогую девочку под венец! Но! Селин, ты должна выбрать самого достойного мужа из всех возможных! Ни в коем случае не соглашайся на меньшее! У тебя вдоволь времени, так что не спеши, подумай, но всенепременно это должен быть благородный муж, красивый, умный и достойный, способный ещё больше возвысить клан Ко… Йормунанда!       И без того холодное выражение красивого лица приемной дочери Виктора приняло откровенно презрительный характер.       - Согласен с Элоизой! Не засиживайся, Селин, что ты! Такая красавица должна как можно быстрее порадовать отца! Или, может быть, наш принц откроет череду радостных событий?       Грей от столь прямого выпада опешил. Бросил взгляд на мгновенно сделавшуюся бордовой Кэтрин, как-то неловко опустил голову и вроде бы даже скривил губы, не то что-то бормоча, не то только пытаясь.       - Полагаю, будет лучше не торопить события и позволить молодым самим решать, когда и с кем связывать свою Вечность, - Владислав поспешил свернуть сомнительную с точки зрения тактичности тему, - кстати, хотел спросить, старейшина Виктор, что за слухи относительно объявившихся в ваших краях оборотней? Или очередные россказни от наших «друзей»-румын?       - Пока проверяем. Не уверен, что это правда, конечно, но и списывать всё на пустую болтовню этих недобитков считаю недальновидным.       Разговор плавно перетёк в новое русло. Кэтрин продолжала стоять напротив принца, не зная, вправе ли она обогнуть играющую желваками от гнева Селин и бодро нашептывающую той что-то в ухо Элоизу, чьи тела полностью перегородили проход к Грею. Сам младший Рочестер точно над чем-то крепко задумался, уперев взгляд в пол.              Неужели он только сейчас понял, что я ему вообще-то не ровня?! Неужели случайное замечание друзей относительно возможности свадьбы отрезвило моего принца и теперь он пытается понять, как аккуратно избавиться от безродной школьницы, не вызвав очередной волны насмешек в свой адрес?! Всего лишь нищая девчонка семнадцати лет отроду, которую притащили на собрание высшей нежити, с чего-то решив, будто бы кому-то есть до неё …       «…до тебя … дело?! … Ты и впрямь ему не ровня.»       Чушь!       «Ты просто тощая нищая девчонка …»       Он так не считает!       «… приманившая зачарованного принца своей глупостью…»       Грей так не думает! Я знаю, он так не считает!       «…и молодой пиз…»       Нет!       Я знаю его!              Смит машинально потёрла висок пальцами.       - Оу, просим нас простить, господа, но у несчастных смертных есть некоторые потребности! До бала остается все меньше времени и пора немного перекусить, как ты считаешь, Кэт? Уверена, ты тоже проголодалась! Мы пойдем выпьем кофе и вскоре к вам вернемся! Посплетничаем заодно, да, дорогая?! – Мина в секунду схватила странно побледневшую девушку за руку и буквально потащила в сторону дальних окон под общее недоумение их компании. Бросив единственный взгляд на мужа и принца, коротко добавила, - и будьте аккуратнее, господа, не наступите кошке на хвост.       - Хвост?.. Кошке? – Пикуль только пожал плечами, выражая искреннее непонимание.       - … Кошке, - Грей повторил слова Мины чувствуя, как холодеет что-то внутри. Проследил за удаляющимися фигурами вдалеке, мгновенно подобрался и вслед за таким же резко изменившимся в лице Дракула принялся шарить по залу взглядом, а внутренним взором – по всем собравшимся на территории резиденции.       «Марк!!»              - Нам два кофе и что-нибудь перекусить, - Мина помогла Кэтрин присесть боком на широкий подоконник точно на скамью, - тебе с сахаром?       - А? А, нт. Черный, без скливо..к и схар…       Оленёнок старательно массировал виски пальцами, пытаясь сосредоточиться. Мысли в голове прыгали, точно кто-то посторонний внезапно выхватил гигантские ножницы и тут же нарезал обычно ровные и последовательные линии из идей, слов и букв в какое-то бессмысленное конфетти. Наверное, так обычные люди ощущают утро после веселой попойки, вот только Кэтрин даже глотка вина за весь вечер не сделала, что же это?!       - Ты как? – Дракула погладила бледную руку девушки, - не замерзла? Ты вся холодная!       - Нет… нет, вроде всё хорошо, - Оленёнок несколько раз моргнул, возвращая контроль над телом и сознанием, - что это было?       - Не знаю, милая, я в таких вещах не разбираюсь, - Мина обеспокоенно вздохнула, - но что я совершенно точно знаю, так это то, что если рядом появилась фамильяр Джулиана, дело плохо.       - Фами-кто?       - Фамильяр. Это его дух-помощник в образе черной кошки. Когда-то мы провели с Кроули прилично времени вместе, так что было время познакомиться с Немейн.       Кэт сразу вспомнила черную кошку с кроваво-красными глазами, что встречала её в колдовском доме.       - Но я никакой кошки не видела…       - Похоже, Джулиан сказал ей показаться только мне, - Мина покачала головой, - он очень рисковал, отправляя сюда фамильяра – это могут расценить как попытку слежки или вторжения и тогда у Кроули будут проблемы. Надеюсь, его силы возросли с нашей последней встречи, и он знает, что делает.       - Ваш кофе, дамы, - рядом с присевшими на подоконник женщинами появился Мерри с подносом, - так, сэндвичи, немного …ээ… шоколада, конфеты вот. Знаю, Кэт, ты не любишь сладкое, но вдруг захочется!       - Спасибо, Мерри.       - Это, с вами всё хорошо?       - Да, всё отлично, не переживай, - Кэт уже бодрее улыбнулась, - я что-то не рассчитала силы. Сейчас подкреплюсь и готова танцевать!       - Ну тогда давайте, не буду вам мешать. Сам, это, переоденусь что ли …       - Иди, Мерри, всё правда хорошо!       Кэт махнула подозрительно посматривающему на них вампиру и принялась за сэндвич.       - Голова прошла?       Девушка замерла на половине укуса. Быстро проглотила ещё горячий хлеб с ломтиками ветчины и салата и сразу же сделала глоток кофе.       - Да. Но откуда вы знаете, что у меня заболела голова?       - Она у тебя не заболела. Ты попала под силу внушения.       - Откуда..?       - Я когда-то также попалась, - Мина грустно улыбнулась, - и у меня, наверное, был такой же растерянный взгляд и уж точно такая же мешанина из мыслей в голове, как и у тебя сейчас. Влад ведь не сразу поверил, что я хочу быть с ним по собственной воле и вначале применил воздействие, полагая, что иначе я сбегу в ту же секунду, когда узнаю, кто он на самом деле. И решил поступить так, как поступал всегда до того дня – получить желаемое силой.       - Как … почему же он изменил свое решение?       - Он сказал, что мой остекленевший взор ужаснул его. К тому моменту, когда он решился на такое, я ему нравилась уже в достаточной мере, чтобы пожелать стать ещё ближе ко мне, но, одновременно, он стал опасаться причинить мне боль. И в конце концов он принял решение оставить выбор за мной: уйти от него или же остаться.       - И вы решили остаться…       - Да. И ни мгновения не пожалела. Наш путь не был усеян розами, Кэт. Мы многое отдали за возможность быть вместе. Но если бы мне вновь пришлось выбирать, я бы не изменила ни одного принятого решения. Я бы также разорвала помолвку со своим женихом, я бы также встала между разъяренной толпой охотников и раненным вампиром. Я бы также нажала на спусковой крючок ружья, обрывая жизнь того, кого когда-то, как я думала, любила. Я бы вновь выбрала принесение клятв в маленькой каюте плывущего в сторону Нового Света корабля, где из свидетелей был один лишь опальный черный маг, а вместо святого отца – бывший священник и каинитский еретик. Ты молодец, что нашла в себе силы сопротивляться, что бы там кто ни пытался тебе внушить. Я уверена, Грей ценит твою преданность, и он ещё найдет тех, кто посмел попытаться вредить тебе.       - Мне лишь показалось, - Кэтрин отвела глаза, вспоминая начало странной вереницы рассуждений в своей голове, - что он смутился, когда старейшина Виктор упомянул про свадьбы и союзы.       - Конечно, смутился! Кэт, Грей очень болезненно реагирует на все темы, связанные с отношениями! Я видела в зале семь его бывших девушек, как минимум двоим из которых он делал предложение! И на все получил отказы.       - Почему же они ему отказали?       - Этого я не знаю. Но Грей уверен, что любить его целиком, со всеми его достоинствами и недостатками и со всем его … наследством … невозможно. Прав он или ошибается - решать уже тебе.       - Мина, а ты знаешь некую Фрикку?       - Фрикку Гевнмард? О, её многие знают, хотя мало кто этому рад.       - Грей и Маркус обсуждали её возможное появление на Собрании.       - Это многое объясняет. Фрикка – пример одного из самых неудачных увлечений Грея. И одна из немногих, кто проявлял к нему гораздо больше интереса, чем сам принц к её персоне. Она недурна собой, достаточно умна и настойчива, но ей всегда и всего было мало. Если заводить романы, то только с каинитами не ниже уровня старейшин, а из тех выбирать самых влиятельных и внешне привлекательных. Не побоюсь предположить, что она бы метила и в соправительницы Людвига, не окажись у неё на пути погибшей Вечной Любви короля.       - Лионелл сказал, что она прибыла в резиденцию в сопровождении старейшины Квентилия.       - А вот это уже от отчаяния. Насколько мне известно, она штурмовала едва ли не весь Совет, но не добилась ничего существенного. Георг по степени амбициозности и жажде власти даст фору десятерым таким как она, а оставшимся она либо неинтересна, либо её находят излишне надоедливой. А уж после позора в Вольтерре, где, как я слышала, ей дали от ворот поворот, бедняжка совсем сникла и, видимо, предпочла ухватиться за последнее предложение от Квена. Но это весьма неоднозначное решение, как я думаю.       - Почему?       - Квентилий сам по себе её не интересует, в этом я не сомневаюсь, но использовать его как «трамплин» ей тоже не удастся: Квена откровенно презирают даже его братья, чего уж говорить про остальных.       - Из-за чего?       - Грей не рассказывал? – Мина улыбнулась, но тут же продолжила, - член Совета Квентилий возглавлял штурм замка Тзимитцу от клана Рочестера. И он единственный из старейшин, кто заявился со своими вампирами и воинами тогда еще единого клана, но, в итоге, не вошёл внутрь. Никто из тех, кого он должен был вести в бой, не вернулись.       - Выходит, он…       - Он струсил, Кэт. Обвинений в предательстве никто никогда на него не возлагал, но вот в трусости – да. Квентилий оправдывался тем, что, якобы, подобно остальным братьям, остался снаружи, чтобы руководить штурмом, но это абсолютнейшая глупость! Кто-то должен был идти внутрь, и выбор пал на него, но он почему-то остался.       - Константин говорил, что клан сэра Людвига численно почти не пострадал.       - Константин иногда выдает желаемое за действительное. А ещё, если судить формально, то при суммировании всех членов «личных» кланов старейшин, и впрямь выходит, что потери оказались не особенно велики. Но на деле это не так.       Кэтрин задумчиво прислонилась виском к холодному стеклу окна. Контраст температур освежал и постепенно рассеивал остатки тумана в голове, помогая окончательно прийти в себя. Девушка ещё раз покрутила в руках кофейную чашку, вздохнула, но решила от предложенных Мерри конфет не отказываться – есть уже прилично хотелось.       - Жаль, я пока мало знаю об окружающих – приходится напрягать тебя, - Смит виновато поёжилась, - не хочу показаться надоедливой.       - Ни в коем случае не переживай об этом! Поверь, скорее это я могу показаться тебе надоедливой – слишком редко мне удается хотя бы с кем-нибудь поболтать, поэтому прости, если окажусь навязчивой.       - Но ты ведь супруга … графа Дракула! Разве тебе не с кем поговорить?       - О, да, в этом-то и проблема. Владислав вне работы довольно необщителен, поэтому мы живем весьма уединенно. К тому же в мире не так уж много вампиров, тем более его уровня, чтобы заводить с ними знакомства. В добавок, почти все наши друзья живут далеко, либо же так или иначе не ладят кто с Советом, кто с Судом, а кто и со всеми одновременно.       - Обещаю, при первой возможности напомню Грею о его обещании к вам заехать.       - Приезжайте, Кэт, мы будем рады. У меня уже два столетия не было близкой подруги – никто не хочет тратить время на «жалкую смертную».       - Тогда я буду рада с вам… с тобой дружить, - Кэтрин постаралась придать речи всю искренность, на которую только была способна, - у меня тоже нет подруг и, говоря честно, я не очень-то умею их заводить.       - Мои подруги остались в прошлой жизни, как, подозреваю, и твои. Что ж, поучимся дружить заново?       - Обязательно, - с этими словами Кэтрин протянула Мине ладонь, шутливо пожимая руку своей новой подруги.              - Я смотрю, в этой части зала воцарились мир и благодать.       - Маркус! – Дракула спрыгнула с подоконника и тут же обняла старейшину Вольтури, - рада вновь тебя видеть!       - Грей попросил приглядеть за вами и мисс Кэтрин. У вас всё хорошо?       - Вполне, - Мина быстро допила кофе, звякнув чашкой о блюдце, - раз ты появился, я могу отлучиться переодеться к балу. Кэт, ты пойдешь?       - Эм, а надо?       - Как тебе будет угодно. Многие меняют платья перед танцами.       - Я как-то не подумала об этом… Не страшно, если я останусь в том же?       - Совершенно ничего страшного. Но в танце держись за Грея крепче – каблуки у тебя высокие! – Мина кивнула оставляемым друзьям, - я быстро переоденусь и вернусь к вам. До бала ещё успеем поболтать!       Глядя в спину удаляющейся Дракула, Кэт вновь ощутила обволакивающую её неловкость: оставаться одной в компании древнего вампира, пусть даже и благосклонно настроенного к девушке, оказалось довольно неуютно.       - Мисс Кэтрин, – старейшина точно смог прочесть мысли Смит, - пользуясь случаем, ещё раз хотел выразить благодарность за оказанную мне честь быть вашим шахматным противником.       - Я рада, что вам понравилось, - девушка смущенно уставилась в пол, - для меня также было честью играть с вами.       - Хочу заметить, для принимающей участие в Собрании первый раз в жизни смертной девы, вы достойно держитесь. И меня всё менее удивляет то, сколь глубока испытываемая Греем по отношению к вам привязанность.       Кэтрин резко вскинула голову, встречаясь взглядом со старейшиной Вольтури. Пугающая догадка в одно мгновение выморозила юной подруге принца спину.       - Старейшина Маркус, а не …       - Нет, об этом не беспокойтесь. Никакая Вечная Любовь вас не связывает, не переживайте.       У смертной опустились плечи. Смит осторожно присела на подоконник, стараясь успокоиться и обдумать мало-мальски приличную тему для беседы. В голову упорна лезла досадная чепуха.       - Знаете, мисс, у меня было немного времени для наблюдений, но всё же у меня сложилось впечатление, что вы весьма проницательны и умны, а, значит, я могу рассчитывать на то, что вы поймете одну мою идею, которой я всё давно хочу поделиться с Греем, но как-то не находится подходящего повода.       - Ид-дею? – Кэтрин нервно улыбнулась, - к-конечно, я с удовольствием послушаю…       - Не переживайте, утомлять вас чем-то сложным я не стану, но мне давно не дает покоя одна … теория, подозрения относительно которой зародились ещё очень давно, но окончательно она обрела форму совсем недавно. О проклятии Вечной Любви. Вы ведь слышали о нем, как я понял?       - Да, конечно, - Кэт кивнула, - Грей упоминал о нём, когда рассказывал о своих … родителях.       - Тогда вы должны знать, что Вечная Любовь, во-первых, довольно редкое явление, и, во-вторых, довольно … нежелательное. Никто из каинитов по собственной воле не хотел бы себе такой участи. Но речь сейчас не совсем об этом, а о том, что … что вы скажете, мисс Кэтрин, если я предположу, что на самом деле Вечная Любовь – это не проклятие, а благословение, но которое, увы, не то вышло из-под контроля, не то просто пока ещё не до конца, если так можно выразиться, оформилось?       - «Благословение»? – Смит постаралась ни единой морщиной не выдать своего скепсиса относительно высказанной идеи, особенно учитывая то, кто ей её озвучивал.       - Именно. Но обо всём по порядку. Обратимся ненадолго к истории человечества: в незапамятные времена люди, когда только-только перешли к созданию сообществ и союзов, решили, что брак между мужчиной и женщиной должен заключаться на всю жизнь. На веки вечные, говорили смертные. Будущие супруги клялись в верности до последнего вздоха, обещали любить, заботиться и оберегать, пока смерть не разлучит их … Вот только во всём этом великолепии был сокрыт один серьезный нюанс: вечность влюбленных была, прямо скажем, невероятно короткой. Даже если молодожены не умирали на следующий после свадебного пира день, в их распоряжении оказывались буквально пара-тройка лет, чтобы предаваться блаженству. Для женщины срок оказывался и того короче – первые же роды убивали едва ли не каждую вторую. Мужчины редко сильно переживали своих любимых, погибнув на войне или в ходе набега. Или же оба оказывались бессильны перед очередным моровым поветрием и становились ещё одной парой трупов в общей яме. Печальная участь. Но шли века, и мало-помалу ситуация стала выправляться. А в последние пару столетий прогресс дошел до того, что лишь единицы матерей отдают свои жизни, порождая новые. И всё меньше мужей кладут головы на полях сражений, будучи погребенными под грузом однообразной работы, бытом и необходимостью оплачивать счета. Жизнь смертных стала спокойнее и продолжительнее. Но на фоне этой благоприятной тенденции обнаружилась неожиданная проблема: если раньше «во веки вечные» означало пять-десять лет супружества и совместной жизни, то теперь это превратилось в двадцать, сорок, а то и более лет под одной крышей. И если в первые годы избранник и вправду кажется юной прелестнице воплощенным божеством, то спустя хотя бы лет десять, она начинает сильно в том сомневаться. Да и бывший пылкий юнец видит рядом с собой не стройную неземную богиню, а вполне обычную располневшую синьору, склочную, мелочную и унылую. Кто-то смиряется, кто-то находит новые увлечения, не оставляя прежних, ну а кто-то и вовсе уходит, не вынеся столкновения юношеских мечтаний с суровой действительностью. И вот ваша «вечная любовь» оказывается совершенно не вечной, а имеющей вполне конкретные сроки. Понимаете, о чем я, мисс?       - Да, конечно, сэр.       - Но все эти рассуждения относятся к людям, смертным существам, чей век сам по себе недолог. Сотня лет, вот, фактически, человеческий максимум! Но у потомков Каина всё иначе… Мы живём долго. Очень долго. И если убрать из внимания редкие войны или конфликты, получается, что жить мы можем вечно, но что тогда делать с любовью? Ведь тогда получается, что мы не имеем права клясться в вечной верности хотя бы по той причине, что спустя лет пятьдесят даже самая неизменная красота может банально наскучить? Когда становится тошно от одних и тех же шуток, он знакомых до каждой буквы историй? Как быть?! Если допустить, что одна наша клятва заранее неисполнима, то можно ли верить остальным?! И вот тогда … вот тогда, мисс Кэтрин, и выходит на сцену «Вечная Любовь».       Вольтури ненадолго замолчал, пристально вглядываясь куда-то вдаль сквозь затянутое инеем стекло, но вскоре продолжил.       - Сейчас я начинаю всё больше подозревать, что проклятие Вечной Любви не является по своей сути проклятием. Скорее это некая, если можно так выразиться, эволюционная особенность вампиров. Может быть, это дар Каина, может быть, она появилась и сама по себе – не знаю. Но она делает то, что не может сделать одна лишь любовь или сила долга – соединяет нас навек.       - И один не может без другого… - Кэтрин поёжилась, вспоминая слова принца.       - Нет, не может, - Маркус вздохнул, - если один гибнет, второй следует за ним.       От неловкости Оленёнок был готов провалиться сквозь землю. А ещё – от крутящегося в голове единственного вопроса.       - Но даже мертвецов можно вернуть с того света, - Вольтури ободряюще улыбнулся девушке, - когда кто-то очень сильный этого хочет. Когда кто-то слишком глупый не готов расстаться с надеждой. Как сказал один чародей, а ещё один подтвердил – «Маг не всесилен, но магия всесильна».       - И вы…?       - Я жду. Он обещал, а я обещал ждать.              Огромные глаза пурпурно-лилового цвета живыми кострами далеких миров горят на благородном лице.              - … и вы дождетесь…       Старейшина Маркус коротко поклонился в знак признательности.              - Господа, благодарю, что дождались!       Мина, облаченная в роскошное приталенное платье насыщенного изумрудного цвета и расшитое бесчисленным множеством мельчайших пайеток, образовывавших удивительное подобие змеиной чешуи, в несколько мгновений поравнялись с тихо стоящей у окна парой.       - Всё хорошо, старейшина Маркус?       - Да, конечно, Мина, прошу меня простить. Задумался.       - Тогда давайте не будем терять времени даром и отправимся на поиски наших партнеров по танцам. Ты с кем сегодня, Марк?       - Первый танец обещал Амелии Корвиус.       - Признавайся, Виктор тебя просил?       - Не без этого, - Вольтури улыбнулся, - иначе она грозилась вовсе уехать.       - Ей всякий раз не везет с партнерами – почти все мужчины в зале ниже ростом! А Максимилиан как будто бы в упор её не видит.       - Член Совета Максимилиан никогда не встанет с вдовой Томаса Корвиуса рядом. Даже в танце.       - Почему?       - Потому что самого Томаса побратим Его Величества люто ненавидел.       - Ох, - Дракула поморщилась, одновременно беря Оленёнка под руку и уводя обратно вглубь зала, - два века езжу на эти собрания, но так и не могу до конца выучить, кто кого не любит в настоящий момент – что уж говорить про прошедшее тысячелетие.       - Здесь проще изначально предполагать, что всякий друг другу враг, - Марк покачал головой, - так больше вероятность не ошибиться, а исключения станут приятным сюрпризом. Моё почтение, Мина. И вам, мисс Кэтрин.       Дамы поклонились удаляющемуся в сторону своего клана старейшине и продолжили путь в поисках Грея и графа уже вдвоем.       - Мина, можно спросить?       - Спрашивай, конечно. Что-то случилось?       - Нет, не случилось, по крайней мере пока. Но мне, признаться, очень страшно, не случится ли чего-то неожиданного чуть позже.       - И что именно тебя пугает?       - Честно? Больше всего я боюсь повторить твой опыт двухсотлетней давности – вдруг сэр Людвиг пригласит меня на танец?!       - Оо, и всего-то?! – Дракула рассмеялась, слегка запрокинув голову и продемонстрировав окружающим идеальную молочно-белую кожу шеи, - это вряд ли, Кэт. Но даже если старший Рочестер и решит увести даму своего сына, всё равно не стоит терять присутствия духа и самообладания. Людвиг отменный партнер, немного резкий, правда, но к этому можно приноровиться. Но всё же вряд ли он тебя пригласит, с того памятного танца он более ни с кем в пару не вставал.       - А если я споткнусь и упаду прямо в середине зала? – Оленёнок состроил вымученную улыбку.       - Если ты споткнешься, окружающие не умрут от ужаса. А если кто и умрет – многие только рады будут. Упасть же Грей тебе не позволит, не беспокойся. Кстати, чтобы немного отвлечься от этой темы: как тебе Маркус? Надеюсь, вам удалось немного пообщаться?       - Да, получилось. Мне он показался очень приятным собеседником.       - Марка часто незаслуженно считают или слишком тоскливым, или чрезмерно отстраненным, или же и вовсе высокомерным. Но, поверь, его нельзя обвинять ни в чем подобном!       - Но всё же: один не может без другого … Как же он остался жив?       - Точно я этого не знаю, да и вряд ли кто-то, кроме его братьев, знает.       Дамы прошли большую часть зала, достигнув оккупировавших целый угол чехов, но ни Грея, ни Владислава так и не встретили.       - Куда это наши мужчины запропастились? – Дракула приподняла соболиную бровь, обшаривая взглядом зал, - скоро начало, а их и след простыл!       - Мина, скажи, а ты знаешь, почему старейшина Екатерина так странно одета? – Кэтрин как раз заприметила стоящую в отдалении бессмертную, всё в том же неизменном глухом платье до пят, - надеюсь, она только не расслышит моего любопытства.       - Не думаю, - Дракула наклонила голову пониже к уху Кэт, нашёптывая той ответ, - и, опять же, это слишком старая тема, чтобы она обижалась на любопытство окружающих. Но по сути вопроса я тебе мало что смогу ответить: без платка я её никогда не видела, поэтому не берусь утверждать, что именно она скрывает под тканью. Влад говорит, что лицо старейшины сильно изуродовано ещё со времен человеческой жизни и под одеждой Екатерина прячет устрашающие шрамы. Возможно. По крайней мере, объяснение видится мне достаточно правдоподобным.       - О, а кто-то вырядился весьма откровенно! – Кэтрин тихо хихикнула, проводив взглядом прошествовавшую мимо них невысокую блондинку в поросячье-розовом прозрачном платье. Пышные складки должны были, по всей видимости, скрывать наготу, но, вопреки ожиданиям, только подчеркивали рыхлость неидеального тела, перетянутого тугими бретелями белья.       - Это Ирэн. Вечно прыгает вокруг старейшин в надежде на получение статуса для самой себя, но продвинулась в этом деле, насколько я знаю, не особенно далеко. Ума, увы, ей сильно не достает, поэтому она нередко переоценивает собственные силы, отчего и страдает.       - Она тоже встречалась с Греем?       - Да, хотя и совсем недолго. А вот Франциска, видишь? вон та платиновая блондинка, что сейчас подошла к ней – продержалась возле Рочестера почти год, но всё равно ушла, чем сильно разозлила Маргарет.       - Почему же?       - Франциска – создание и ученица Марго. Она ушла из клана Рочестера сразу после романа с Греем и далее принялась планомерно менять старейшин разного уровня, с каждым разом добираясь до самых влиятельных, пока не оказалась рядом с Георгом. Но её положение – это скорее роль красивого статусного аксессуара, не более.       - Так что же разозлило старейшину Маргарет?       - Её разозлило то, что её же лучшая ученица променяла все свои способности, весь талант, ум и потенциал на положение содержанки, да ещё и делящей это место со второй постоянной любовницей ГенрЍ – леди Ди, Дианой Некоронованной, как ту прозвали злые языки.       - Мило, - Кэтрин в очередной раз прикинула количество снующих вокруг бывших пассий принца и тут же сравнила себя с ними. На фоне излучавших высокомерие, надменность и уверенность бессмертных семнадцатилетняя школьница в скромном платье смотрелась откровенно блекло.       «Поскорей бы оттанцевать эту церемониальную ерунду и пойти дальше отсиживаться в уголке. Нет-нет, мой принц, мне явно пока рано принимать участие в такого рода мероприятиях! Я бы лучше взяла бокал вина, села бы с тобой рядом у камина и просто любовалась бы пляшущими в черноте очага оранжево-красными всполохами. Уверена, ты бы с радостью разделил этот момент уединения со мной. Или, может, стоит навестить других членов клана? Лио звал к ним после Собрания, что скажешь? Знаю, тебе не нравятся нижестоящие соклановцы, но что, если дать им и себе шанс? Вдруг всё не так страшно, как тебе сейчас кажется…»       И стоило Оленёнку задуматься о дальнейших планах на вечер, как в толпе мелькнула знакомая фигура. Рочестер пробирался сквозь толпу гостей и вид наследного принца явно был столь непривычен для окружающих, что бессмертные с легким недоумением, а то и откровенной растерянностью уступали Грею дорогу. Молодой лев был зол. Но если раньше его злость походила скорее на обиженную досаду ребенка, которому не достался желанный леденец или которого в наказание отправили спать раньше положенного, то в этот момент сын Людвига остро ощущал распирающий изнутри гнев правителя, которому отказались подчиняться. Шедший позади принца граф выглядел не многим спокойнее друга.       - А вот и вы! Танцы вот-вот начнутся, господа, где же вы ходите?!       Мина подала приблизившемуся мужу ладонь, готовясь встать с ним в пару. И хотя она старательно изображала беззаботность, было очевидно, что напряжение обоих каинитов не осталось ею незамеченным.       Грей молча приобнял Оленёнка за талию, быстро поцеловал в щеку и, почему-то не глядя на девушку, продолжил шарить по залу взглядом.       За последний час он успел поставить на уши весь клан, с остервенением вцепившись в Лионелла и буквально вышвырнув юнца в парк, заставив самолично носиться по территории в поисках потенциальных угроз. Фрикка была среди гостей, но, хоть бессмертная и успела «засветиться», сунувшись в сознание минимум двоим присутствующим, представать перед Рочестером с открытым забралом дама явно не желала. По всей вероятности, кто-то скрывал её «тушку», маскируя под мебель или деталь автомобиля, но делал это не то чтобы очень уж умело, так что принцу не составило труда вычислить минимум две зоны, у которых находилось нечто весьма «подозрительное», и обе как по волшебству оказывались как раз в районе стоянки автомобилей членов Совета. Открыто обыскивать личный транспорт побратимов отца Грей не планировал, но и выпускать бывшую пассию с территории резиденции он также не собирался. Не раньше, чем успеет поговорить с зарвавшейся сукой с глазу на глаз. И Квен не станет ему в том препятствовать, Рочестер был в этом уверен. Квентилий никого и никогда не защищает. Даже себя.              В зале тем временем раздались первые настроечные звуки оркестра.       Принц почти равнодушно разглядывал переодевшихся к танцам бессмертных, разбредающихся по залу и активно делящихся на пары. Вот прошаркал куда-то Гай, неуклюже таща за руку завёрнутую в бархатное малиновое одеяло, по какой-то нелепой причине названное «платьем», краснощекую даму. Яркие круги искусственного румянца, нарисованного на бледных пухлых щеках, плохо оживляли скромную и откровенно невзрачную внешность спутницы старейшины, но Грею было прекрасно известно, что единственное, что по-настоящему интересовало законную жену Гая, - это сам Гай. И древняя Юлия мирилась абсолютно со всеми выходками своего мужа и с любыми слухами вокруг того – лишь бы Гай был доволен. Сам Гай вспоминал о супруге максимум раз в год и максимум на час.       В отдалении проскользила по паркету невысокая статная фигура старшего Вольтури: Аро шёл куда-то в сторону чешского клана, и Грей на секунду даже слегка удивился, с чего это лощеный змей решил встать в пару с откровенно малопривлектельной внешне Екатериной. Но ещё больше принц удивился, когда заприметил одобрительно кивающую Вольтури знакомую голову, увенчанную неизменным пучком. «Марго?!».       Маркус нашелся возле облаченной в нежно-голубое платье кроя «русалка» Амелии, но даже такая пара не была способна развеселить сжавшую зубы бессмертную. Вампирша демонстративно отвернулась к окну, не смотря не только на своего будущего партнера в танцах, но и в принципе на любого из клана.       Бледное платье Юдиты около Кая Вольтури. Хохочущая Ирэн рядом с развязно засунувшим руки в карманы брюк Крейвеном. Вцепившаяся в локоть только в этот момент осознавшего всю серьезность допущенной им глупости Виктора Ада. Орущие попугаями неунывающие Пикули, единственные, кто, похоже, был по-настоящему в восторге от происходящего.       Разгоняющиеся звуки оркестра резко смолкли.              Черный удлиненный пиджак мелькнул в толпе, вынудив собравшихся одномоментно прижаться к противоположным сторонам зала. Подобно Моисею, Людвиг заставил «бессмертное море» расступиться, освобождая себе путь к трону. Не выделяя никого взглядом, не удостаивая и малейшим наклоном головы, король занял свое место и, сцепив длинные пальцы в замок, молча застыл в своей обыденной позе зачарованной статуи.       Тихий скрип лакированного паркета. Рослая худощавая фигура замерла рядом с правителем, точно попав под окружавшие побратима чары.       - Мой король?       Наконец старший Рочестер слабо кивнул.       Вриеннию этого было достаточно.       «Начинай!»       Откуда сбоку зазвучали первые протяжные такты, призванные подготовить музыкантов, а танцоров – занять свои места на паркете.       Бал начинался.       Грей сжал ладонь Кэтрин свой, ведя девушку к самому началу шеренги танцующих. Он принц, ему и начинать это действо. Прямо за спиной Рочестера примостилась пока самая неожиданная пара вечера, и Грей, казалось, даже не напрягая сверхъестественный слух различил скрежетание зубов Константина, продолжавшего верной гончей стоять у трона короля.              Лучше бы по окончании вечера Аро в одиночестве по резиденции не шляться.              Следом за названной сестрой выстроились в ряд оставшиеся члены Совета со спутницами, и принц успел порадоваться, что заместо бледной «ледяной девы» Франциски пару Георгу составляла яркая медноволосая Диана.       «Всё будет хорошо».       Грянула музыка, и Оленёнок, встрепенувшись, сделал первый шаг, чтобы немедленно подвернуть лодыжку во время второго. Или третьего. Ну или, на худой конец, десятого!       Но даже миновав половину зала, через который пары шли, едва заметно покачивая полами длинных одежд, Смит оказалась всё столь же невозмутимо-собранной, что и в начале. Нет, внутри неё, разумеется, бушевал натуральный ураган эмоций, готовый по щелчку пальцев обернуться разрушительной истерикой, закончить которую девушка смогла бы исключительно в медицинском учреждении, под чутким присмотром санитаров с транквилизатором наготове. Вместо этого Кэтрин мягко скользила по паркету в непривычно-жестких и головокружительно-высоких туфлях, ни единой напряженной мышцей не выдавая своего истинного состояния. И ни разу не ошибаясь.       Очевидно, кого стоило за это благодарить.       И очевидно, каков был риск.       «Верь мне».       Изначально принц не планировал брать Кэтрин под контроль. Да и полноценный контроль над чьим-то сознанием или телом он никогда ранее не устанавливал – так, пробовал морочить какому-нибудь неопытному собеседнику голову, выдавая себя за другого, или же наблюдал, как послушно действует очередная смертная, готовая выполнить любой его приказ, вне зависимости от адекватности такового. Принцу такая власть всегда была не по душе – попробовать, подурачиться, пошутить в юности он ещё мог, но полноценно кого-то использовать в своих целях не желал. Но контроль над Кэтрин и не был исключительно его желанием. Рочестер слышал успокаивающийся поток мыслей девушки, которая вдруг осознала, что упасть и опозориться прямо посреди бального зала ей не дадут. Оставалось лишь мягко поддерживать любимую, клятвенно заверяя, что в следующий раз они обязательно обойдутся без таких «ментальных костылей».       Разошлись, образовав танцевальные фигуры. Сместились в сторону, покорно ожидая появления своего партнера среди остальных.       Наследник трона не любил танцы, в первую очередь по той причине, что они требовали излишне сильного напряжения и без того корчащегося под действием проклятия тела. Но в этот йольский вечер проклятый принц умудрялся не только танцевать, но и контролировать танец своей девушки. Своей любимой. Своей …              Сказать сейчас? Нет, как-то неудачно. Она под воздействием, под подавлением, и хотя в голову он ей практически не лезет, мало ли, ещё решит, что и на её ответ он тоже может повлиять. Лучше позже. Хотя потом есть шанс нарваться на какую-нибудь очередную отцовскую выходку, ну да не страшно… Хуже явления в спальне быть уже не может. Даже в склепе всё более-менее предсказуемо. Согласишься? Согласишься, Кэт?.. Мой маленький пугливый Оленёнок… Ты не бойся того, что ещё может произойти – я никому не дам тебя в обиду! Даже ему! Даже там! Будет холодно, странно, мерзко. Но это всё такая ерунда, Кэт, такая … глупость. А больше никто тебя не тронет. Никогда не тронет…              Наконец звуки музыки стихли. Пары поблагодарили остальных участников аплодисментами и тут же разошлись по залу, кто продолжая начатую во время танца беседу, кто только завязывая таковую, а кто – с удовольствием всякое общение наконец-то прекращая.       Осторожно придерживая Смит под руку, Грей отвел девушку в сторону, как раз к уже стоящим у стены Дракула и Пикулям.       - Великие Древние, вы только посмотрите на эту пару! До чего восхитительное зрелище, граф! Наш дорогой принц отыскал подлинный бриллиант, сиять которому надлежит исключительно среди подобных себе!       - С успешным участием в первом танце, мисс Кэтрин, - Владислав улыбнулся покрасневшей девушке, - надеюсь, вам понравилось?       - Да, вполне, - Оленёнок опустил голову, точно стесняясь отдельных обстоятельств прошедшего танца.       - Уверена, у тебя ещё будет возможность продемонстрировать всю широту своих талантов, - Мина как бы между делом подхватила принесенные расторопным Мерри бокалы с шампанским и тут же вручила один Кэт, - не всё сразу.       - Но серьезно, мой принц, где же вы познакомились?! – Элоиза Пикуль уже вовсю размахивала наполненным кровью бокалом, грозя расплескать содержимое на идеально-белую сорочку мужа, - где же нынче заводят отношения, хотелось бы мне знать?!       - К чему это тебе такая информация? – Пикуль наигранно-преувеличенно возмутился.       - Да мало ли, Артур, вдруг однажды решу, что ты стал больно занудным и надо бы поискать кого на столетие-два помоложе!       - Вот спасибо, дорогая, а я только достал нам билеты в Гарнье…       - «Щелкунчик»?       - Это достаточно весомый аргумент потерпеть мою плешивую голову рядом ещё некоторое время, любовь моя?       - Ну что с тобой делать… Ладно, потерплю, куда ж я денусь! Но всё равно хочу знать, что сейчас модно у молодых? Не на улице же они знакомятся, в самом-то деле?!       - Иногда приятные знакомства поджидают нас в совершенно неожиданных местах, госпожа Пикуль, - Грей улыбнулся бессмертной, - тем, пожалуй, они и удивительны. Никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом.       - И это относится ко всей жизни в целом, мой принц, - Пикуль уже с куда более серьезным видом покачал головой, - вы с юной леди ещё порадуете нас своими талантами в танцевальном искусстве?       - Если Кэтрин не против, я бы предпочел сделать паузу, - Грей вновь сильнее прижал девушку к своему боку, - и, как минимум, дождаться вальса.       - Отличный выбор, Грей, - Дракула по примеру супруги подал принцу взятый у прислуги бокал, - что скажете, господа: за молодых и их выбор?       - Ве-ли-ко-лепнО! – Пикуль вслед за графом поднял бокал, призывая остальных последовать их примеру.              Завязалась необременительная беседа. Кэтрин потягивала холодное шампанское, стараясь не допустить слишком быстрого опустошения бокала – пить она не привыкла, и в её случае любая избыточная доза алкоголя неминуемо приведет к потере ориентации в пространстве и головной боли. На счастье, Мина не стремилась впихнуть новой подруге очередную порцию, зато настойчиво побуждала девушку активнее участвовать в общем диалоге.       Время от времени состав их маленькой компании менялся: Пикули принимали участие во всех танцах, которых хоть и было мало, но даже те отвлекали собравшихся от беседы. То и дело к принцу или к Владиславу подходил кто-нибудь из гостей, и тогда общая тема неизменно дополнялась новой информацией. Рочестер успел в третий раз коротко пообщаться с Виктором, сетовавшим на отвратительный настрой своих соклановцев, вынуждавший старейшину «краснеть» перед другими гостями. Максимус передал очередную благодарность за прием от Екатерины, а Маркус – от ошеломленного красотой убранства резиденции Аро.       - А ты передай брату, чтобы особо не задерживался с машиной в конце ночи, - вид Кона оптимизма не внушает.       - Ни слова об этом, мой принц, - Марк меланхолично покачивал зажатым в ладони бокалом с кровью, - хвала Древним, на вальс он пригласил кого «попроще».       - Кто же будет стоять в паре с хозяином Вольтерры в завершении вечера?       - Франци.       - О, превосходно, - Грей поморщился, - Георг дал согласие? Я думал, он станет танцевать с ней, раз уж открытие «ушло» Ди.       - Старейшина Георг подарил Франциске мазурку – это, можно сказать, щедрый дар.       - Лет так сто назад был, - Грей слегка ощерил клыки, - финал уходит Диане, так что Франци в пролете. Снова.       - Эх, а когда-то всё было наоборот! – Пикуль сложил руки на объемном выступающем вперед животе точно на барном столике, - вот мазурку, помню, мы всегда так ждали! Вальс этот что, это так, разминка! Вот мазурка, да… Эх! В доме Людвига, конечно, отменный распорядитель, но такое всё непривычное… Всё поменялось, всё как-то не так!       - Я воспринимаю это как естественную часть развития жизни, - Дракула как раз осушил бокал и теперь поджидал уже спешащую к ним прислугу, дабы освободить руки, - скорее было бы странно, окажись регламент Собрания неизменным на протяжении веков. Одни танцы входят в моду, другие устаревают, третьи видоизменяются, и я рад, что в клане Его Величества допускают изменения.       Грей только согласно кивал, стоя рядом. Танцы подходили к концу, все расходились по своим финальным партнерам, прежде чем окончательно раскланяться с гостями и отбыть в гостиницу или домой. Согласно спискам, в резиденции на следующий день никто оставаться не планировал, так что один вальс, торжественная прощальная речь от Марго, поклоны членов Совета, дежурный кивок отца – и весь дом вновь в их с Кэт распоряжении. И вот тогда … тогда точно!       Владислав ещё раз поклонился оставшимся у стены принцу с подругой, улыбнулся потягивающему кровь Пикулю и присоединившемуся к их компании Маркусу, после чего направился к уже ожидающей его супруге – вальс был их главным танцем.       - Вы всё же решили пропустить финал? – Грей с насмешкой оглядел двоих каинитов рядом, - госпожа Элоиза приглашена, я видел, а вы?       - Нет-нет, я сегодня даю дорогу молодым! – Пикуль театральным жестом промокнул шелковым платком абсолютно сухую лысину, - моя девочка приглашена самим Виктором, так что не буду им мешать.       - С меня на сегодня также хватит, пожалуй, - Вольтури убрал руки за спину, изображая усталость, - все дамы, желающие танцевать, приглашены, я никого не обидел, братья участвуют, так что за репутацию клана я также спокоен.       - Ну что ж, тогда остается приготовиться нам, да, Кэт?       Смит радостно закивала в ответ. К концу вечера подруга принца почти выдохлась, прилично хотелось спать, а из-за неаккуратного воздействия Фрикки голова у Оленёнка продолжала надоедливо гудеть. Но маячащее впереди окончание мероприятия придало смертной сил и даже вальс перестал казаться слишком уж пугающей перспективой. Осталось немного.              - О, а вот и очаровательнейшая пара вечера! Спрятались тут в углу и совсем не принимают участия в общем веселье! Какое упущение, господа, не правда ли?!              Рочестер вздрогнул. Восторженно-визгливые интонации голоса Ады раздались хоть и на некотором отдалении от их компании, но как-то излишне громко, так, что речь мамаши вряд ли не дошла хотя бы до одного бессмертного в зале. Пани стояла хорошо если в десятке метров от трона и её саму прекрасно было видно и слышно как всем собравшимся, так и персонально королю. И пока Грей размышлял над тем, что ответить на столь несвоевременный и бестактный комментарий, полячка продолжила.       - Милейшее дитя! Такая юная, такая свежая! И обречена на одного партнера – ну разве это справедливо?! Бедняжка ведь так никогда не сможет сравнить и выбрать – это же просто ужасно! Верно я говорю, Ваше Величество?!              В зале стало выморожено-тихо. Замерли даже члены Совета, до этого момента вовсю зубоскалящие с самого начала речи старейшины.       Напрямую к проклятому королю не обращались никогда.       Тишина зала мертвой хваткой сковала собравшихся каинитов, но тут же, как по волшебству, «оживила» того, кто с самого начала общей части вечера не повел и бровью.       - Действительно, - голос Людвига растекался по резиденции, заранее не допуская у окружающих ни единой мысли о несогласии, - нельзя лишать юную мисс возможности составить свое мнение исходя из опыта. Сегодня здесь достаточно достойнейших мужей помимо нашего принца: пусть кто-то другой встанет с ней в пару, а она сможет по итогу сделать выбор.       Это была какая-то неимоверно-длинная для старшего Рочестера речь. Но принц даже не обратил на это внимание, поглощенный другой мыслью.              Выбор.       Какой к хуям собачьим «выбор»?!       Что ей выбирать-то?!       И тут до Грея дошло.       У Кэтрин не было выбора.       Все более-менее достойные её руки партнеры уже были заняты. Будучи девушкой наследного принца, она не могла принять приглашение кого-то сильно ниже по статусу, поэтому никто из мужчин клана ей не подходил, да и свободен был один несчастный Мерри, но встать после принца с новорожденным в вальсе оказывалось позорным. В отчаянии Грей резко крутанул головой, осматривая зал. Он успел краем глаза выхватить довольный оскал Ады, полные самодовольства лица дочек и не менее торжествующие физиономии Ирэн с Франциской. Людвиг Рочестер своей радости столь явно не демонстрировал, но принц был уверен – отец доволен. Доволен, что и эта девчонка будет устранена, хотя бы и через унижение, после которого она либо сама уйдет, либо её вынудят постоянные надоедливые напоминания окружающих.       Все были заняты. Грей уже чувствовал ментальные согласия, которые немедленно выразили ему стоящие рядом Вольтури с Пикулем, но и эти варианты были изначально проигрышными: Маркус обладал внушительным ростом, едва ли не на две головы выше Кэт, тогда как Артур, напротив, был не особенно высоким, зато необъятно широким и с таким выступающим вперед животом, что хрупкий Оленёнок с трудом смог бы даже как следует обхватить своего кавалера в танце. Встань Смит с любым из них в пару и поток насмешек обеспечен обоим.       Даже Константин, чертов вечно-один-ненавижу-танцы-Кон, занят! Застыл рядом с чудом уговоренной им Амелией Корвиус. Застыл и понятия не имеет, как помочь.              Катастрофа.       «Я тебя ненавижу».       Грею показалось, что он прошептал это вслух. Может быть.       «Как же я тебя ненавижу».       Очень может быть.       «Зачем?!»       А вот это – точно. Точно вслух. Едва различимо. Одними губами. Чтобы слышал. Чтобы увидел. Чтобы почувствовал.       Хотя бы что-то.              - Мисс Смит?       Пришёл черед Кэтрин вздрагивать. Она не очень поняла, что именно произошло, успев осознать лишь то, что вместо Грея ей следует искать другого партнера для вальса. Но как и кого искать, если правом приглашения на танец пользовались только мужчины? Да и слабовато она пока знакома с присутствующими, чтобы напрашиваться в партнерши. И тут…       - А?       - Мисс Кэтрин, если вы не приглашены, не окажете ли честь подарить мне следующий танец?       - … а, да … почему же… К-конечно. Конечно, да.       Статная фигура учтиво поклонилась и тут же подала ладонь, приглашая занять место среди собирающихся пар.       Едва слышимый всхлип скрипки. Разминающийся альт. Клацанье нескольких пар острых клыков.       Младший Рочестер прислонился спиной к стене, чувствуя, что вот-вот сползет на пол. Медленно опустился на край широкого подоконника справа, коснувшись виском холодного камня оконного проёма. Прикрыл глаза.       Шорох платья рядом, и сразу же – запах свежей крови.       - Я. Ваш. Должник.       - Какой вздор, мой принц! У меня просто невовремя свело лодыжку – знаете, такой неприятнейший спутник смертной жизни, - Мина уже вовсю устраивалась на подоконнике, вызывающе-свободно забрасывая ногу на ногу и подпихивая под поясницу отобранную где-то у прислуги подушку. Рядом с Рочестером стоял большой бокал с кровью и более скромный, но тоже не маленький тонконогий фужер с шампанским. На увитом розами фарфоровом блюдце горкой возвышались разнообразные канапе и резаные фрукты, - а вот теперь, Грей, я от тебя точно не отстану, пока ты не расскажешь нам всем, где же ты действительно умудрился познакомиться с Кэтрин? Полагаю, история захватывающая!       - Вряд ли она «захватывающая», - Рочестер слабо улыбнулся, - но, если вы настаиваете, я расскажу. … Всё началось три года назад…              Тем временем Оленёнок шёл к центру зала, всей кожей ощущая прикованные к себе взгляды окружающих. Даже когда она стояла в паре с Греем, на неё саму, казалось, особенно-то и не смотрели. Девушек у принца было много, и очередная девица мало кого интересовала. Но сейчас, стоя напротив склонившего голову в поклоне графа, Кэтрин буквально каждой клеткой переживала сосредоточенное на своей персоне внимание.              «Кэт, Кэт, соберись сейчас же! Ты стоишь в паре с самим графом Дракула – героем бесчисленных книжек разной степени паршивости и таких же фильмов! И пусть на нём нет черного плаща с высоким воротником, а волосы скорее золотисто-русые, но уж точно не чёрные и не зализанные назад гелем – всё равно в каждом его движении, в каждом взгляде или произнесенном слове ощущается нечто запредельно-таинственное, нечто нечеловеческое, возвышенно-благородное и, одновременно, настораживающе-пугающее. Ему даже не нужно называть собеседнику свою фамилию – и так заранее понятно, кто он или кем может быть».              Мягкое прикосновение прохладных пальцев к её. Чужая ладонь на её талии, аккуратно притягивающая смущенную до корней волос смертную ближе к себе. Шаг. Начали!       Ранее Грей успел поведать Кэтрин о своем друге, рассказав ей историю графа и его рода, тем самым стараясь максимально «очеловечить» легендарного вампира, убеждая Смит в том, что несмотря ни на какие россказни, Владислав Дракула был вполне себе «земным» каинитом, со своими достоинствами и недостатками. И всё же преодолевая неимоверное смущение, трясясь от мысли допустить где-то промах, девушка не могла согласиться с принцем в том, что граф был таким уж «обычным». Напротив, с каждым движением в танце Кэтрин всё сильнее ощущала идущий от бессмертного необъяснимый магнетизм – её тянуло к Владиславу, заставляло поднять на него заинтересованный взгляд, желать услышать его чарующий вкрадчивый шепот над своим ухом, прижаться к такому меняющему телу сильнее.              Растерянный взгляд алых глаз, не верящий её словам. Подрагивающее от напряжения тело, и судорожно мечущиеся по шелковому белью постели руки. Искривленные обидой губы, тщетно прячущие длинные клыки, что неистово желали впиться безмозглому мальчишке в горло – она моя, слышишь, ты, жалкое ничтожество, моя! «Я три года ждал, подбирал темы, раздумывал, как лучше, а тебе хватило переброситься с ней двумя словами, да притащить показать ебучую кобылу! Ты!..»              Неровный выдох.       - Мисс Кэтрин?       Девушка уже спокойнее посмотрела в темные глаза графа. Грей не врал, говоря, что Владиславу было достаточно взглянуть на заинтересовавшую его женщину, чтобы та с визгом бросилась ему на шею. Обладавший от природы приятной располагающей внешностью, легкими непринужденными манерами и излучая так привлекавший женщин загадочный темный романтизм, Дракула мог быть уверен в успехе обольщения практически любой красавицы. И, как рассказывал принц, не раз этими талантами пользовался, пока однажды случайно не встретил женщину, перевернувшую его размеренную и откровенно необременительную жизнь с ног на голову. Но даже остепенившись, Влад не мог избавиться от свойств своей натуры, привлекавших к нему окружающих обоего пола, но, в особенности, женского. И, если уж и впрямь сравнивать принца каинитов с сыном валашского князя, Кэтрин вынуждена была признать, насколько жалко временами смотрелся на фоне друга Грей. Не уступая Дракула внешностью, состоянием или статусом, он, тем не менее, был гораздо чувствительнее, гораздо мягче, а привитая с детства неуверенность в себе, подкрепленная постоянными неудачами в личной жизни, сделали Грея не героем-любовником, а бессмертным недоразумением, вечно мечущимся в поисках безусловной любви, поддержки и признания.       Владислав выигрывал у принца начисто, не будь только граф женат.       Но…       - Спасибо вам, - Кэт тихо зашептала, понимая, что в любом случае будет услышана – и самим графом, и всеми желающими, - это честь для меня…       - Не стоит, мисс. Вы одна из самых прекрасных женщин на сегодняшнем Собрании, и я рад, что имею возможность выразить своё восхищение подобным образом.       - Похоже, я испортила вам с Миной танец закрытия…       - Ни в коем случае. У нас с ней было множество танцев до этого дня и будет ещё столько же, я уверен, впереди – один вальс ничего не меняет. А вот то, что мы можем столь малым усилием с нашей стороны принести пользу нашим друзьям – это видится мне, мисс, по-настоящему ценным.       - Увы, я отвратительно танцую…       - … и в том нет ничего постыдного. И если вас несколько успокоит эта информация, многие окружающие танцуют уж точно не лучше.       - Двигаются они достаточно свободно, - Кэт наклонила голову, исподволь любуясь изящными движениями выписывающих танцевальные па Георга с Дианой, тогда как в отдалении мелькал черный с красной подкладкой плащ старшего судьи, элегантнейшим образом ведшего свою даму в танце. Единственное, что портило впечатление, так это заметная разница в росте – Аро уступал Франциске минимум полголовы.       - Это опыт и привычка. Но если вы посмотрите в другую сторону, то обратите внимание, что не все так уж успешны на паркете.       И впрямь, слева от их с графом пары нашелся член Совета Луций, беззастенчиво стиснувший в медвежьих объятиях золотисто-голубую «кариатиду», бывшую, вроде бы, Ядзитой. Побратим Людвига не столько танцевал, сколько лапал странно хихикающую бессмертную и Оленёнку хватило десяти секунд этого зрелища, чтобы тут же почувствовать подкатывающую к горлу тошноту.       Кэтрин позволила себе немного расслабиться, всецело доверяясь направляющему её партнеру. Пораскинула мозгами, подбирая тему для разговора, хотя ничего особо интересного в голову не приходило.       - Спрашивайте, мисс, не стесняйтесь.       - А? Ой… Я это, никак не могу привыкнуть, то окружающие знают о моем вопросе ещё до того момента, когда я его озвучу, - Смит смущенно наклонила вбок голову.       - Мы чаще всего не «знаем», а лишь догадываемся. Читать мысли собеседника в полной мере мало кто умеет.       - Хм. Скажите, а вы, получается, давно знакомы с Греем?       - Да, с его детства. Я старше принца, хотя мне всегда казалось, что мы ровесники – так легко было найти когда-то общий язык.       - И вы хорошие друзья?       - Надеюсь, что так. Мы не особенно часто видимся, к несчастью, но я рад называть Грея другом. Так уж вышло, что у нас много общего в личном плане и много тем для беседы – это сближает.       - В личном?       - Да. У нас у обоих сложные отношения с родными: наши отцы при всех их достоинствах и заслугах не отличаются добродушием и имеют весьма специфическое представление о справедливости, а про их навыки воспитания я вообще молчу. Наши матери умерли, когда мы оба были детьми, и у нас не было братьев или сестер, с которыми можно было бы взрослеть вместе. На наше счастье рядом оказались те, кто поддержал и помог. Грея, например, фактически, вырастили Константин с Маргарет.       - А вас?       - А меня… А меня – отец, который всё же оказался более участливым, нежели Его Величество, и, кхм, кое-кто ещё.       Кэтрин показалось, что она сходу поняла, о ком речь.       - Я начинаю жалеть, что сегодня не все собрались в резиденции и у меня нет возможности познакомиться со всеми друзьями Грея.       - Со временем вы со всеми встретитесь, я уверен – у Рочестера не так уж много близких знакомых, так что рано или поздно он вам всех представит. Что до отдельных личностей, то это произойдет лишь в том случае, если они сами этого захотят. Вы ведь познакомились с Джулианом, как я понял?       - Да, мы заезжали к нему два месяца назад.       - Это большая удача, мисс Кэтрин, воочию наблюдать одного из сильнейших магов этого мира. Хотя забавно, надо признать, что даже с ним Грей сошелся как раз на почве схожего прошлого.       - Я думала, дело в способностях Грея.       - Само собой. Но всё же, подозреваю, Кроули вряд ли был бы настолько расположен к нашему принцу, не будь у них с ним столь же много общего, что и со мной.       - Серьёз… ой! То есть, правда?!       - Правда. Джулиан давно и сильно недолюбливает своего отца, с которым они не разговаривают даже лет так сто или сто пятьдесят. Не берусь судить, я старшего Кроули никогда в глаза не видел, но Грей говорит, впечатление тот производит весьма отталкивающее.       - Он неприятен внешне?       - Скорее внутренне. Филипп Кроули и его названный брат Энтони МакГвайер – главы старого оккультного ордена. Черт знает, чем они там занимаются, но ничем хорошим, однозначно. МакГвайер, или «Фауст», как его все называют, общительнее побратима и в целом приятнее. Есть ещё Гретхен – их названная сестра, по слухам, невероятно могущественная ведьма. Ну а все трое составляют «Лондонскую Троицу» - группу лучших черных магов нашего времени. Отец всё хотел познакомиться с кем-то подобным, но не довелось.       - Мне при встрече показалось, что Джулиан как-то помрачнел, когда мы завели речь о детях и том, что я пока не очень-то планирую их иметь.       - Ах вот оно что. А я всё думал, как вы там в компании с Кроули оказались. Теперь понятно. Ну что ж, всё так: Филипп никогда не хотел детей и даже представить себе не мог, что у него родится сын от бессмертной.       - Но разве это настолько уж невозможно?       - Абсолютно. Джулиан Кроули – единственный известный мне вампир, рожденный обращенной матерью от смертного отца. И счастья ему такой феномен точно не принес.       - И снова никто не знает, как так получилось…       - Вы о Мине, я полагаю? – граф улыбнулся, взглядом успокаивая встрепенувшуюся девушку, решившую было, что задела своего партнера неуместной ремаркой, - да, действительно, никто не знает, почему Мина не стареет и не умирает, хотя я никогда не давал ей пить свою кровь и, тем более, не проводил полный ритуал Обращения. Почему мать Джулиана смогла зачать и родить дампира, который после прохождения полного перерождения ныне ничем не отличается от остальных вампиров, кроме, пожалуй, отсутствия когтей. Хотя, если вы спросите меня, то относительно Джулиана я отмечу, что его отец всё-таки не простой маг, так что, возможно, ответ следует искать в той области.       - Так он же не хотел детей?       - Нет. Но магия не всегда дает вам то, о чем вы просите. Иногда она дает то, в чем вы нуждаетесь.       - Вот бы мне что-то перепало по этой части, так хочется, в свою очередь, чем-то помочь Грею. Не хочу быть «статусным аксессуаром», тем более что затея эта изначально гиблая.       - Вы уже помогаете, мисс, поверьте. Мы не виделись с принцем год с прошлого Совета, - увы, дела меня совершенно закрутили – и я был немало удивлен сегодня, отмечая, как сильно он изменился за это время.       - Он правда изменился?       - Возможно, сам он и остался прежним, но вот его поведение во время Собрания точно отличается. И, сдается мне, я знаю причину.       - В чем же она заключается?       - В том, что сейчас ему есть, о ком заботиться и кого защищать. Это заставляет расти над собой.       - Но разве никто из его прошлых девушек не требовал покровительства или заботы?       - Покровительства – безусловно требовали, а вот заботы … Не уверен, что это была именно та забота, которую Грей хочет проявлять.       - И всё же не хотелось бы мне стать обузой.       - Не думаю, что станете. Но Грей наконец-то взрослеет. Отрадно это видеть, особенно учитывая то, что мне самому на это потребовалось чуть больше трех веков.       Кэтрин рассмеялась, чувствуя все меньше напряжения и всё больше удовольствия от танца и разговора. Всё ещё против воли ощущая к легендарному графу определенное влечение, Кэт могла теперь с уверенностью заявить – да, Дракула по-настоящему интересный и привлекательный каинит. Но будь он хоть трижды свободен и не против чего-то более серьезного, чем дружеская привязанность, Оленёнок всё равно выбрал бы молодого льва. Иногда нелепого, иногда излишне застенчивого, временами неловкого. Не до конца верящего в силу собственных когтей и клыков, не говоря уже о духе и воле. Сомневающегося. Не всегда решительного. Не всегда стойкого.              «Но это всё такая ерунда. Такая ерунда, Грей. Я знаю. Я знаю … тебя.»              Наконец раздались завершающие аккорды, и танцующие, поблагодарив других участников, разошлись по своим компаниям. Собравшиеся, готовясь откланиваться, заметно оживились, активнее обмениваясь недорассказанными сплетнями, пожеланиями и приглашениями в гости.       На возвышение возле трона поднялись девять членов Совета. Поднялся на ноги и сам король.       - Мы благодарим всех собравшихся за участие, - Маргарет старательно произносила одни и те же заученные много лет назад слова, - Его Величество выражает признательность за посещение сего дома и желает всем легкой дороги. Желающие остаться нашими гостями могут обратиться с просьбой к членам клана…       Людвиг небрежно кивнул толпе бессмертных и тут же, повернувшись к гостям спиной, направился к дверям в глубь резиденции. Члены Совета, не сильно отстав от короля, разошлись по своим делам.       Кажется, Маргарет говорила что-то ещё: давала какие-то указания, отвечала на персональные благодарности, что-то кому-то поручала. До Кэтрин, уже сидевшей на подоконнике рядом с Греем, речь Морли практически не долетала. Девушка привалилась к груди принца и, прикрытая полой его пиджака, перманентно проваливалась в дрёму. Надавливала на глаза и Мина, пытаясь не уснуть и сохранить хоть какое-то подобие собранности. Дракула обменивался любезностями с подходившими гостями, Пикули с задором обсуждали последний танец, а маячивший вдалеке Маркус что-то старательно нашептывал нервно одергивающему полы одежды Алеку и с каким-то подозрительным вниманием изучавшему паркет Кайусу.       - Ввв-аше… Сэр?       - Александра! Подойди, что ты там стоишь! - Грей едва не пропустил переминающуюся с ноги на ногу тощую бессмертную, буквально слившуюся в своем бархатном бордовом платье с цветом гардин, - куда ты пропала сегодня?       - Дд-а я не пропала, ч-что вы… я это … в тишине… чтобы спокойно… - вампирша зашарила пальцами по удерживаемому в ладони планшету, силясь вытащить зажатые листы, - вот, я на минуту, вот … вдруг вам … понравится… вот.       Грей машинально взял протягиваемый в его сторону листок. На толстой ворсистой бумаге углем был изображен лежащий лев. Хищник слегка щурился, точно нежась в тени нарисованного сбоку дерева, а совсем рядом, как бы ненароком прижимаясь ножками к вальяжно вытянутой задней когтистой лапе, щипал травку худенький пятнистый оленёнок.       - Ой, как красиво!.. – Кэт сонно потерла слипающиеся глаза, с трудом поднимая голову с плеча Грея, - это вы нар..? То есть, вы так здорово рисуете!       Если бы она могла, Александра сделалась бы одного цвета с платьем.       - Ну так, немного…       - Александра, серьезно, переходи в наш клан, хотя бы на правах гостьи! Это же форменная глупость так растрачивать свой талант!       - ..я… я обещала, Ваше Высочество…       - Кому ты обещала?! Орси?! Этот мудак графику от масла не отличит, ему лишь бы побольше рама и позабористей сюжет! Пожалуйста, Александра, подумай над моим предложением ещё раз.       - Я подумаю, - бессмертная прижала к груди планшет с набросками и, пятясь, начала отползать от принца и его компании, - … спасибо… но я должна…       - Никому ты ничего не должна! - Грей тихо рыкнул, - только скажи и я мигом заберу тебя у этого выродка.       - Не надо, мой принц, - вампирша окончательно перешла на шепот, - и спасибо вам… До встречи…       - Вот же бедное дитя! – Пикуль, уперши в бока одутловатые кулаки, поравнялся с принцем, - и дался ей этот прохвост! Не пойму, что её у него держит?!       - Мастерская в залоге у Орси, - Рочестер почти сплюнул, - Александру он не трогает, но и отпускать тоже не отпускает. Похоже, у него на неё какие-то свои планы.       - Глупость, Грей, зачем она ему? Её картины, конечно, дорого стоят, но вряд ли и за сто лет принесут ему столько же прибыли, сколько сейчас за день приносит один завод в Юте.       - Не знаю, Артур, честно, не знаю.       - Гм. Ну что ж. Тогда, пользуясь случаем, ещё раз выражу признательность за сегодняшний вечер и отдельно – моё восхищение прелестнейшей мисс Кэтрин! Вы и правда очаровательная пара сегодняшнего бала! И мы с Элоизой – так, девочка, ты где бегаешь?!.       - … я здесь! Не смей без меня! Мой принц!..       - Да, так вот, Ваше Высочество, мы с Элоизой очень просим …       - … нижайше просим!       - … по возможности посетить и наш скромный дом…       - … к тому же вы обещали!..       - … при первой возможности обязательно приезжайте! Мы с Элоизой почтем за честь принять вас в качестве наших гостей! Дом у нас небольшой, вы знаете, но мы будем очень, очень рады!       - Обещаем, мистер и миссис Пикуль, - Грей наконец-то поднялся с подоконника и подал Артуру руку, - и ещё раз благодарю за приглашение, господа.       Вслед за одними супругами подошли и другие.       - Знаю, что ответ будет отрицательным, но всё равно спрошу, - Грей протянул Дракула ладонь для прощального рукопожатия, - вы у нас не останетесь?       - Сегодня, увы, мой принц, даже если бы и хотели - вряд ли будет разумным лишний раз попадаться на глаза Его Величеству.       - Мне показалось, или ты рад произошедшему? – Рочестер лукаво улыбнулся.       - Вовсе нет, Грей, но отчасти вынужден признать, что мне понравилось расстраивать чужие коварные планы.       - И слегка мстить…       - И «слегка мстить», - Владислав окончательно рассмеялся, по-дружески притягивая принца к себе и заключая в объятия, - успеха вам обоим. И обязательно приезжайте к нам в поместье – я уже получил обещание мисс Кэтрин, раз ты третий год подряд не можешь сдержать своё.       - В этом году сдержу, обещаю. Мина, ещё раз благодарю за всё.       - Ни слова больше! Была рада с тобой познакомиться, Кэт. Если будет желание, напиши мне или позвони – я редко покидаю дом.       - Обязательно!       Взаимные объятия, поклоны и реверансы наконец стали подходить к концу. Грей откланялся ещё некоторым гостям, ожидая среди прочих Марка, но, вопреки обыденности, проститься с принцем и его девушкой подошли все трое повелителей Вольтерры.       - Благодарю за ваш визит, господа, - Грей в сотый раз поклонился, рассчитывая на пару-тройку витиеватых заготовленных фраз от Аро, искреннее пожелание удачи от Маркуса, да презрительный взмах светлых до белизны ресниц прокурора. Но вместо этого …       - Ещё раз примите нашу благодарность и восхищение, Ваше Высочество, - Аро сверкнул фарфорового цвета клыками, - великолепный приём! Тем сильнее не терпится и нам отплатить ответной благодарностью, поэтому от лица всего клана нижайше просим вас с вашу прекрасную спутницу быть нашими гостями в самое ближайшее время. Обещаю, вы ни разу не разочаруетесь!       - Спасибо за приглашение, мы обязательно воспользуемся при первой возможности, - принц покосился на Маркуса, как бы спрашивая того, с чего это его брат вздумал приглашать их с Кэтрин в гости. Раньше он как-то гостеприимством не отличался.       - Поддерживаю. Обязательно приезжайте, Ваше Высочество, мы будем безмерно рады.       Рочестер уже с нескрываемым удивлением приподнял брови, но ни один из Вольтури не пожелал вдаваться в разъяснения. И даже более.       - Вам обязательно стоит посетить замок, - ледяной голос прокурора резанул острый слух принца, - мы все будем вас ждать.       С этими словами Суд наконец-то откланялся и, не давая принцу опомниться, прошествовал на выход из зала.       - Мы все будем вас ждать, - принц скривил губы, - не обнадёживай себя раньше времени... впрочем…       Мягкие ладони обвивают его ладонь. Теплые пальцы переплетаются с его, холодными и бледными.       Потом. Позже подумает над этим.       - Уже скоро, Кэт, осталось немного. Ты можешь пойти спать, если хочешь.       - Нет, я лучше подожду тебя. Ты ещё долго будешь занят?       - Надо проводить гостей, посмотреть, чтобы все покинули резиденцию, попрощаться с теми, кто сам не подошел… Потом есть ещё одно дело, так что вряд ли за час успею.       - Не страшно, я пока погуляю тут, иди.       - Хорошо. Я постараюсь побыстрее.       Вампир поцеловал засыпающую на ходу девушку, рыкнул материализовавшемуся рядом Мерри, чтобы следил за Кэт, и направился в сторону выхода. Гости гостями, а одно дело гарантированно требует внимания.              - Ух, ну как тебе?! – Мерри с энтузиазмом потер ладони, как только Рочестер исчез из поля зрения, - вот это ночка!       - Вполне, - девушка ещё раз энергично растерла ладонями лицо, стараясь хоть немного взбодриться, - удалось потанцевать?       - Ага! Правда, только один раз не с нашей – Роззи, Роуз, черт знает! – а потом пришлось довольствоваться Салли. Ну ладно, всё равно круто! Учитывая, сколько дел было и как пришлось изворачиваться! Ну а ты? Я видел, тебя в конце сам граф пригласил!       - Да, подвернулась удача, так сказать…       - Когда Его Величество что-то там стал говорить, я даже и подумать не мог, что речь о тебе! Вот же … А в итоге ты с Дракула в паре! Наши аж присели все! Но это что, видела бы ты лица полячек – я таких вытянувшихся лошадиных морд даже на конюшне не наблюдал! Половина дам, клянусь, готовы были сожрать тебя с костями на месте!       - Рада, что по итогу не сожрали, - Смит тряхнула головой, - Мерри, а сколько обычно длится завершение?       - Ой, да это быстро! Никто в резиденции никогда надолго не задерживается, сейчас по машинам рассядутся, убедятся, что все вещи из комнат забрали, и разъедутся по своим делам. Часа два, думаю.       - На улицу, что ли, выйти?.. Может, меньше будет хотеться спать.       - Эм. А тебе там холодно не будет? Снег как бы кругом лежит.       - Мерри, можно тебя попросить принести моё пальто из комнаты? Хочу всё-таки немного прогуляться, хотя бы в сад выйти.       Вампир пожал плечами, но всё же испарился выполнять просьбу. Кэтрин немного прошлась взад-вперед по залу, но, подойдя к большим стеклянным дверям, ведшим к массивной каменной лестнице в сад, остановилась.       - Держи!       Пальто шероховатым коконом обвило худые плечи. В бальном зале было тепло от многочисленных светильников и зажженных по традиции свечей, но стоило Оленёнку открыть дверь, как ледяной воздух в одну секунду пробрался под полы одежды, неистово кусая обнаженную кожу ног. Девушка поёжилась, но не отступила и, собрав всю волю в кулак, шагнула на улицу. Рассвет ещё не наступил, но, судя по морозу и безоблачному небу, обещал раскрыться перед смертной всей пылающе-огненной красотой зимних зарниц. Кэтрин постояла немного на ступенях, глубоко вдыхая стылую морозную свежесть и, когда она уже было собралась зайти обратно в дом, на самом краю лестницы почудилось какое-то движение.       - Ой! – стоявший за спиной Кэтрин Мерри даже слегка подпрыгнул от удивления, но тут же спешно зашептал Смит на ухо, - Кэт, пошли отсюда, быстро!       - Что? Почему?       - Не будем … мешать старейшине Константину. Пошли, давай…       Но девушка уже заприметила худощавую фигуру, сгорбленно сидящую на верхней ступеньке лестницы. Заприметила и, повинуясь какому-то странному внутреннему зову, вознамерилась подойти ближе.       - Ты иди, Мерри…       - Кэт, ты что?! Пойдем! Мы ему только помешаем!       - Иди, Мерри. Пожалуйста.       Юный каинит с ужасом наблюдал, как зябко кутающаяся в тонкое пальто девушка подошла прямо к древнему вампиру. Неловко потела замерзающие голени друг о друга, балансируя на высоченных шпильках, после чего медленно опустилась на корточки рядом с Вриеннием. Мерри только и смог, что бесшумно отползти обратно в дом.       «Если с ней что случится, мне пиздец».              Они молчали несколько минут, прежде чем голубой зрачок все же соизволил скользнуть в её сторону.       - Чего тебе?       Голос Кона был непривычно-грубым. Образ вечно улыбающегося, бесконечно шутящего и паясничающего каинита совершенно не вязался с мрачной фигурой, нортдамской горгульей застывшей на лестнице. Голубые глаза вампира равнодушно взирали на растворенный в темноте сад. Где-то вдалеке под толщей снега спали укрытые на зиму кусты роз, образуя ряд однотипных холмиков, выстроившихся вдоль главной аллеи. В отдалении слышалось уханье совы, да приглушенные раскаты мощных двигателей представительских лимузинов – гости спешно покидали резиденцию, словно не желая излишне долго находиться вблизи проклятого монарха.       - Херли сидишь тут, иди в дом! Синяя уже вся.       - … Я … Я это, сейчас … Константин?       - Ну?       - Я только спросить хотела… У вас всё хорошо?       Вампир приподнял верхнюю губу, демонстрируя длинный острый клык. Резко выдохнул стылый воздух из легких, точно усмехаясь.       - Прекрасно.       - А если честно?       - ? Тебе вот какая разница, а? Хорошо, плохо, хуево или заебись?! Отлично у меня всё, лучше быть не может! Сука…       Каинит неожиданно засмеялся. Поболтал зажатым в пальцах правой руки бокалом, в котором с трудом плескались остатки покрытой корочкой льда и насыпавшегося сверху снега крови. Бледно-розовые льдинки отломились и теперь в бокале перетекало нечто, смахивающее на подтаявший ягодный щербет. Ничего, сейчас перемешается.       - Не думал, что меня так размотает. В этот, как его, отпуск надо, видать!       Вриенний снова хохотнул и одним глотком осушил бокал, сразу же швырнув тот куда-то в темноту. Послышался жалобный звон бьющегося хрусталя, подтвердивший неминуемую гибель несчастного предмета.       Девушка продолжала сидеть на корточках, с каждой секундой ощущая окоченевающие от холода пальцы ног. Ей следовало как можно скорее вернуться в дом, обнять батарею и не отлипать от той пару часов, но Оленёнок был уверен, что сейчас ему во что бы то ни стало нужно быть рядом с древним каинитом. Хоть насмерть замерзнуть, но остаться на месте.       Константин сдался первым.       - Никогда не думал, что буду завидовать мальчишке. «Ты смотри, у него получилось!», «Мои поздравления, Кон! У него получилось!», «Какая красивая пара, а, Кон?! Валек был прав, а ты..»… А я снова не у дел. Что сто лет назад, что двести… Ещё тысяча пройдет, а результат будет таким же… - Вриенний прижался лбом к сцепленным в замок ладоням, - я для неё просто не существую.       Кэтрин уже начала догадываться о причинах упаднического настроения древнего вампира. За весь вечер девушка ни разу не видела хотя бы какого-то знака внимания со стороны Морли по отношению к побратиму, за исключением их короткой перепалки сразу после Совета. Танцевала Марго лишь один раз и тот с Аро Вольтури, всё остальное время проведя за разговорами с гостями. Но всё-таки не похоже на то, чтобы она совсем уж не замечала названного брата, да и притом…       - Возможно, всё же… не всё так … печально? Миссис Хилл рассказывала, что госпожа Маргарет ведь однажды спасла вам жизнь…       - Чего?       Кэт осеклась, съёжившись под показавшимся ей злым взглядом Кона. Но тот лишь покачал головой.       - Миссис Хилл рассказывала…       - Ханна вечно всё путает. … Это я спас Марго.       Смертная моргнула. Пару секунд сопоставляла в голове данные, но так и не смогла приладить новые сведения к имеющейся картине.       - Но, я не …       - Это я её спас. И всё разрушил.       - … не понимаю, простите …       - Она хотела быть такой же как мы. Равной нам. Она и была ею, вот только тогда … тогда … ей просто не свезло. Мне бы отойти, дать ей самой справиться, но я так испугался за неё! Так захотел помочь! Я вмешался, Кэт, и всё испортил. Я унизил Марго перед братьями, показав её слабость, её зависимость от нашей защиты! И теперь она меня ненавидит. Проходят годы, века, а она всё также меня ненавидит, как в тот день, когда я отразил удар меча, метившего ей шею. Каждый блядский день этой вечной жизни я наблюдаю её полный презрения взгляд. Кто просил меня лезть?!       - … вы ведь хотели как лучше…       - … и получил, как оно всегда и выходит! Не лезь, когда тебя не просят!       Смит почувствовала, что фраза была отчасти адресована и ей ней самой, но с места всё же не сдвинулась.       - Может быть, однажды она всё же смягчится?..       - О, дитя! – Вриенний вновь разразился горьким, обреченным смехом, - в нашем мире так не работает! Это сейчас вы, люди, по десять раз на дню можете давать клятвы, что-то обещать, зарекаться, выплёвывая слова, будто это шелуха от семечек! В наше время данное слово было надежнее любой бумаги, любого договора или расписки! Словами проклинали, словами убивали. Словом могли даже пробудить к жизни! А сейчас?.. Сплошной пустой пиздеж кругом.       - И всё же иногда нам выпадает шанс всё исправить. Переписать предначертанное!       - Не всё можно исправить, девочка. Иногда нужно признать, что обосрался и идти менять штаны, а не вспрыгивать в обосратых на лошадь.       - Но после душа и смены белья кто мешает вам попробовать ещё раз?       Интересно, откуда у неё взялась храбрость спорить? Вампир замолчал, пристально глядя на бледную что окружающий снег девушку сузившимися кровавыми глазами. Не говоря ни слова, собеседники медленно поднялись.       По широкой каменной площадке лестницы мела позёмка. Продрогшая до костей, с потерявшими чувствительность ногами, Кэтрин молча взирала на древнего каинита перед собой. И в юной голове среди прочих вертелся наивно-глупый вопрос: «Так сколько же вам всем лет?! Почему я Грея не спросила, сколько тебе на самом деле лет?!».       Удушающе-раскаленные объятия сомкнулись на её плечах. Смит сдавленно вскрикнула, но тут же обнаружила, что физически её никто не касался. Константин продолжал стоять напротив, молча и неподвижно, точно застывшая статуя. Наконец бледная ладонь дрогнула, поднимаясь в её сторону, и тут же накрыла мягкую щеку, аккуратно сдавливая когтистыми пальцами.       Невесомо провел по краю нижней губы, отчертив линию. Приблизил своё лицо к её. Долго и пристально вглядывался в её глаза, точно пытаясь что-то там найти. Или кого-то.       Отстранился.       - Грёбанный Йоль… - старейшина с уже более привычным видом усмехнулся, - лезет в голову всякая чушь… И всё же, как же я ему завидую… Как же я вам обоим завидую, если бы ты знала!..       - Старей…       - Эй! Давай вот без этого! … И Марк едва слюну не пустил, на вас глядя… Да что ж это за ночь сегодня такая, сучий же ты потрох! Ну всё, порыдали, понудели и хватит! Иди-ка в дом, не то с горячкой свалишься, Грей мне потом горло перегрызёт! Иди-иди!       Вампир отцепил ладонь от лица девушки и, перехватив ту за локоть, потащил в сторону дома.       - На, отогревай хозяйку!       - Хо...что?.. Старей…       - Отогревай, сказал! – Константин рявкнул на подскочившего к дверям Мерри, вынуждая того впечататься в соседнюю стену спиной, - принц наш куда делся?!       - Нн-е знаю, в парк куда-то пошёл вроде…       - «Вроде»! Тебе глаза даны по сторонам смотреть или на задницы горничных пялиться, бестолочь?! Так, я к себе и без надобности меня не трогай, слышал?!       - Дд-а, ста…       Но Вриенния уже и след простыл.              Начавшийся ещё в середине ночи снег неумолимо перерастал в метель. Крупные хлопья кружили в воздухе, выписывали замысловатые акробатические фигуры, чтобы в конце концов примоститься аккурат принцу на кончик носа.       Грей фыркнул, сбрасывая успевший нападать на волосы белый «пух». Когда-то очень давно он любил зиму, будучи способным часами наблюдать за заметаемым снегом маленьким садом, вид на который открывался со второго этажа их уединенного дома. Прямо за садом виднелись серые каменные столбы, бывшие некогда старым полузаброшенным кладбищем. Большинство соседей считали расположение их дома откровенно неудачным, но маленький Грей обожал вид на заброшенную церковь и старые могилы. С такими «соседями» никогда не было проблем: они тихо себя вели, не буянили, никогда ничему не возмущались и не требовали пересмотра границ участков. А темными зимними вечерами, случалось, даже заходили в гости.       Вампир повёл плечами, разминая порывающееся возмущаться необходимостью стоять вертикально тело. Хрена-с-два, сегодня ты будешь действовать так, как я того требую. Потом отдохнешь. Грей втянул носом стылый морозный воздух: запах бессмертной был сладковато-острым, совсем как тогда. Фрикка пахла яблоками и корицей. И немного можжевельником. Возможно, дело было в её любимых духах, а, может, принцу это сочетание просто чудилось, но в присутствии вампирши рядом он совершенно не сомневался. Как и она в его.       Бывшая любовница активно пыталась спрятаться. Когда её буквально выволокли из машины старейшины Квентилия, женщина ещё возмущалась. Кажется, она даже влепила Лио хорошую пощечину, но раздавшийся в сознании голос Грея вынудил отступить к парку. И попытаться скрыться.       Она хотела сбежать, но по периметру территории шел глухой забор с системой видеонаблюдения. И, что было ещё хуже, с рядом магических «маячков». Тронь один, и Грей в секунду узнает, куда его бывшая «любовь» намылилась.       Подарок Джулиана.       Фрикка про «маячки» знала. Грей когда-то совершенно без задней мысли рассказал вампирше о подарке колдуна. И только позже применил для собственной пользы. Ей было запрещено приближаться к резиденции. Запрещено прибывать на Совет. Запрещено принимать участие в Собрании. Но желание взглянуть на новую девушку принца, страстное желание отомстить паралитику за то, что некогда подававшая надежды бессмертная оказалась вынуждена едва ли не умолять разномастных старейшин взять её хоть в какой-нибудь более-менее приличный клан, а, по итогу, довольствоваться вечно унылым и всеми презираемым Квентилием, затуманили ей разум.       Она жаждала мести. А принц жаждал возмездия.       Сохраняй она трезвость мыслей, ей бы удалось сбежать. Если бы бессмертная изначально просчитывала свои действия наперед, учитывала бы возможные последствия и не принимала безрассудных решений, ничего бы не случилось. Посмотреть на Кэтрин она могла довольно спокойно, возможно, младший Рочестер даже не заметил бы её появления, или же, по итогу, смирился с её визитом. Но обида, помноженная на свойства характера Гевнмард, отключила дочери Каина мозг. И чувство самосохранения заодно.       - Уже уходишь?       Вампир практически равнодушно следил за мечущейся вдоль каменной стены бессмертной. Звук его голоса застиг Фрикку врасплох, отчего та резко крутанулась на месте и тут же врезалась в ограду спиной, обрушивая на себя снежные комья с близлежащих деревьев. Длинное серебристо-голубое платье взметнулось вверх, продемонстрировав беззастенчиво-обнаженные стройные ноги женщины. Когда-то он сходил с ума от одного движения её бедер. Теперь же не мог понять, как он раньше не замечал этого самодовольно-вздернутого носа, этого бесстыжего излома пухлых губ, этого заискивающего взгляда красных глаз. Как он мог купиться на фальшивый блеск её золотистых прядей, обычно убранных в прическу, но сейчас свободно струящихся по покатым плечам и спине.       Только если во сне.       Фрикка молчала. Раньше Грей решил бы, что бывшая смущена и напугана, а потому попытался бы её успокоить, даже, возможно, извиниться за какие-то свои претензии в её адрес. Вот только если она и испытывала смущение или страх, они никак не были вызваны хотя бы намёком на раскаяние или сожаление. Лишь досада от неудавшегося побега.       - Что ты здесь делаешь? – Грей уже раздраженнее сжал и без того узкие от природы губы.       Поникшая голова, отведенный взгляд.       Ложь. Наглая и плохо скрываемая.       - Я сказал тебе не появляться на Собрании. Почему ты пришла?       Снова молчание. Но Рочестер улавливал в этом молчаливом ответе ноты злобы: бессмертную выводили из себя его вопросы, ей очень хотелось ответить принцу, сказать всё, что она о нем думает, прошипеть все те оскорбления, которые она когда-то выплюнула в его адрес при расставании.       - Тебе было запрещено…       - Ты не можешь мне запретить! – Фрикка взвизгнула, - я приехала с Квентилием и с ним же уеду! Какое право ваши щенки имели вообще меня касаться?!       - Члены клана выполняют мой приказ, - парировал принц сухо, - мало того, что ты заявилась в резиденцию клана, так ещё и полезла морочить голову моей Кэтрин…       - Твоей?! – женщина вновь взвизгнула, - ты совсем рехнулся, если всерьез на что-то рассчитываешь с этой соплячкой!! Что малолетняя пигалица может тебе дать?! Что она может дать трону?!       - А что трону можешь дать ты?! – Грей зашипел, начиная злиться, - тебе никогда не было до меня дела, ты никогда не беспокоилась обо мне или моем отце. С чего это изображаешь озабоченность сейчас, с какой стати?!       - Я могу быть полезной для клана…       - И у тебя был миллион шансов эту пользу проявить! Почему-то ты вспомнила о ней только сейчас, а?! Уж не потому ли, что тебя пнули под зад уже не только Вольтури, но даже румыны-«Марэ»! Кто следующий? Албанцы?       - Ты сам-то кто?! – Гвенмард уже натуральным образом трясло от ярости, - жалкий никчёмный щенок ёбнутого короля, на которого никто, кроме твоего дружка-соплежуя Маркуса или подкаблучника Дракула, лишний раз и не посмотрит?! Ты целиком зависишь от папаши, а сам прячешься за спинами двух его лизоблюдов! Однажды, принц, придет тот, кто перережет глотку старому льву, и что тогда ты сделаешь? Сколько тогда ты проживешь?!       - Хм, уж не знаешь ли ты, кто именно эту будет? – Рочестер протянул вопрос почти что ласково.       - Вы – отжившие реликты прошлого. Беззубые и бесхребетные! А ты!.. – тут вампирша неожиданно прыгнула вперед, оказавшись буквально на расстоянии вытянутой руки до Грея, - ты – вечный принц при дважды мертвом короле. Сгинешь с ним!       Рочестер ощерился, морщась от показавшемуся ему тошнотворным запаха яблок с корицей, точно те оказались старой падалицей. Поток оскорблений Фрикки царапал нутро, цепляясь за что-то, давно и глубоко похороненное где-то под толщей сознания.       В долю секунды легкое тело оказалось оторванным от земли. Принц сжимал бессмертную за горло, не обращая внимания на впившиеся ему в предплечье когти. Поймал алый умоляюще-нанавидящий взгляд, заставляя подчиниться и перестать сопротивляться. Повернул голову вбок, заприметив движение у одного из темнеющих стволов деревьев.       - Оставить её тебе?       Черная кошка сощурилась. Наклонила вперед голову, точно обнаружив где-то впереди неосторожную мышь. Приподняла бархатистую лапку, бесшумно шагнула ближе.       Длинные пальцы сдавили мягкие ткани сильнее, погружаясь в начинающую лопаться от напряжения кожу.       - Забирай.              У стремительно замерзающей лужицы возвышалась черная тень. Немейн лакомилась прохладной бессмертной кровью, тогда как её хозяин молча взирал на распластанные на земле останки. Пусть и не присутствуя на месте физически.       - Наверное, это неправильно и мне не следовало так поступать, - Грей с грустью осматривал собственное распоротое предплечье, с которого уже сходили следы когтей, оставляя на память о произошедшем лишь разорванную ткань рубашки, - но я ведь предупреждал.       Тень промолчала.       - Фауст тогда утверждал, что я смогу создавать из врагов себе слуг, но, знаешь, даже если бы я мог, ни за что не хотел бы видеть эту суку рядом, хоть в каком качестве. Но ты прав – нам всем следует быть осторожнее. Что-то происходит, и, похоже, никто из наших не понимает, что именно.       Тень пригнулась, точно кивая, и сразу же растаяла в воздухе. Сытая кошка с довольным видом облизывала лапку, умывая испачканную кровью мордочку. Принц усмехнулся, задирая к черному небу голову.       - Валек, блядь, где ты?!.              - Может, всё-таки спать, а?! Ну Кэт, ну я тебя очень прошу! А если ты в обморок упадешь?! Или с простудой?! У тебя и так уже лоб горячий, ты же там полчаса морозилась!       - Мерри, всё хорошо! Сядь, пожалуйста, и не суетись!       - Что значит «не суетись»?! Если нас тут кто застанет в таком виде, это как я объяснять буду?!       - Я скажу, что мне стало прохладно, я попросила тебя принести плед…       - … и уселась прямо у трона на пол! А если сейчас Марго зайдет, а мы тут как бездомные на ступеньках расселись! Ох, хоть бы Его Величество не нагрянул, вот будет пиздец!       - Мы же не на самом троне расселись.       - Да лучше бы на троне! Осталось только костер посреди зала разжечь и палатку из пакетов поставить! Я тебя умоляю, Оленёнок, иди отдыхать! Принц скоро освободится и тоже к тебе придет, не надо его ждать здесь!       - И всё-таки я подожду, - Кэтрин потерла никак не желающие отогреваться под пледом голые предплечья. Её затянувшаяся беседа с Константином на улице, похоже, даром ей не пройдет и Смит уже начинала подозревать, что на следующий день всё-таки свалится с простудой. Но пока тело было хоть и смертельно уставшим, но все же относительно здоровым.       Вампир и смертная сидели на ступеньках, ведших к трону, расположившись, фактически, на самом приметном месте в опустевшем бальном зале. Кэтрин хотелось зачем-то дождаться Грея именно здесь, а Мерри просто боялся покинуть вверенную ему девушку, оставив ту в одиночестве. Суматоха Совета окончательно сошла на нет, столь же быстро, как и возникла. Каиниты не мешкали, появляясь в резиденции, а покидали дом Людвига и того быстрее. Впереди ещё уборка, чистка всего и вся, но старая Хилл давала членам клана и прислуге маленькую поблажку, разрешая заняться большей частью работы позже, оставляя раннее утро и день после Собрания для отдыха.       - Эх, у ребят, там, наверное, уже веселье в разгаре, - Мерри подпер голову рукой и теперь с тоской наблюдал медленно светлеющее за окном небо, - Виви обещала какую-то комедию подогнать…       - Так иди к ним! - Кэт поёжилась под колючим черным с зеленой клеткой пледом, силясь согреться, - теперь-то меня точно никто не сожрет.       - Да не в этом дело… Старейшина Константин сказал за тобой следить – я слежу. Ещё раньше наш принц тебя мне поручил – я так же …       - Свободен.       Мерри подпрыгнул на месте, едва не свалившись со ступенек.       - Ваше Высочество! Я…       - Можешь быть свободен, - Грей уже стоял рядом с девушкой, поправляя подранный где-то рукав сорочки, - но прежде загляните с кем-нибудь к западной оконечности ограды – Немейн всё не съест, а мусор оставлять всё же не стоит.       Мерри хлопнул глазами, быстро кивнул и тут же испарился из зала.       - Что это с тобой? – Кэтрин уже заприметила разорванную ткань, - случилось что-то?       - Маленькое происшествие, ничего серьезного. Ты почему ещё не спишь, любовь моя? – Грей улыбнулся, изобразив на лице беззаботность в ответ на укоризненный взгляд темных глаз. Она ему, конечно же, не поверила, но и выпытывать истину желания у девушки не было.       - Хотела дождаться тебя. Все уже уехали?       - Да, дом наконец-то в нашем распоряжении, - принц демонстративно потянулся и, немного помедлив, все же поднялся по ступенькам к трону. Насмешливо оглядел прекрасно известный ему образчик искусной резьбы по дереву, хмыкнул, и, сам не понимая зачем, уселся на широкое сидение, в подражании старинным образцам лишенное какой-либо подушки или обивки. Отполированное дерево было холодным, прямо как его собственное тело. Но кроме мыслей о температуре в зале факт нахождения на отцовском троне ничего в голове Грея не порождал. Рочестер и раньше пробовал забираться на трон, когда в шутливой, а когда и во вполне серьезной манере рассуждая о том, что бы он сделал, окажись он королем каинитов. И как бы он себя при этом чувствовал. По какой-то неведомой ему причине, эти рассуждения не затрагивали ни единой струны его души. Ну, трон. Ну, он его наследник. Ну, отец тут как-то сиживал, равнодушно-остекленевшим взглядом следя за гостями их резиденции. С тем же успехом Грей мог взгромоздиться на любое кресло в доме – чувства, испытываемые при этом, оказывались полностью идентичными.       - А тебе идет, ты знаешь?       Кэтрин уже поднялась на ноги и теперь стояла напротив вампира, насмешливо глядя на молодого «короля». Посильнее закуталась в плед и почти неосознанно шагнула вперед, прижимаясь ногой к колену вампира.       - Ой!       - Хм, а я всё думал, чего мне здесь не хватает? Оказалось, что кого-то.       Рывок принца вынудил Кэт упасть вампиру на колени, находу задирая длинный подол платья, мешавший нормально расположиться лицом к лицу. Присела, смущенно пряча лицо у него на груди, а тонкими руками обвивая плечи мужчины.       - Ты сегодня такая красивая, Кэт, - шепот прокрался по обнаженной кожи шеи, с которой сползла колючая ткань пледа. Прохладные пальцы скользнули под ткань платья, задирая то ещё сильнее, и тут же протиснулись между их телами, наощупь сдвигая последнюю преграду в виде стрингов и начиная потирающие движения.       Он покрывал поцелуями обнаженную кожу гораздо нетерпеливее, чем следовало. Никакой привычной размеренности.       - А если кто-то появится?       - Пойдут к дьяволу, - поцелуй-укус вокруг обнаженного вздернутого соска. Его волосы уже окончательно взлохмачены, на её коже вот-вот выступят капельки пота.       - Ребята вроде ушли праздновать к себе…       - Вот и прекрасно.       Треск натянувшейся кожи ремня. Всхлип расходящейся молнии.       Приподнял, освобождая себя для неё. Помог упереться коленями в края сидения трона.       - Удобно, моя любимая?       Белые клыки отчетливо видны в полумраке зала. Залитые кровью глаза кажутся черными с металлическим красноватым отблеском.       Удобно? Да нет, не особенно. Трон как-то не для таких утех проектировался.       - Возбуждающе.       Принц прорычал сдавленный смешок.       - Мы быстро, не переживай…       - …эй, а вот об этом я не просила!       - … но должен же я извиниться за чертов вальс, - холодная плоть настойчиво и с трудом проникает внутрь, не дожидаясь нужной увлажненности – выступившие на лбу смертной морщины всё же заставили притормозить, - тише-тише… не очень больно?       - Чуть-чуть, - зажмурилась сильнее, обнимая принца руками за шею, - но сейчас пройдет. Это, черт побери, хах, странно!       - Что странного?       - Трахаться на троне твоего отца, - Кэтрин аккуратно прикусила вампиру хрящик уха, - максимально странно!       - Ничего странного, - Грей перехватил девушку за бедра, помогая плавно приподниматься и опускаться на нем без лишних усилий с её стороны, - говорят же, что многие пары находят собственность родителей лучшим местом.       - Это про койки, тинейджеров и первые потрахушки, Грей!       - Правда? Я и не знал.       - Кто тебе вообще это рассказал?!       - Никто. В журнале каком-то прочитал. У кого-то. Из горничных. Вроде.       Под конец диалога обоих разбирало веселье. Смит, к своему удивлению, перестала хотеть спать и, потому, просунув одну руку вампира между их телами, наслаждалась мягким теплом, с каждым разом все сильнее растекающимся по живому телу. Тепло это было подозрительно-обжигающим, так что простуда точно не за горами, но Кэтрин посчитала это недостаточно веской причиной отказываться от спонтанного получения удовольствия. Единственное, что несколько смутило Смит, было некоторое напряжение, сквозившее в действиях принца. Точно ему самому … непривычно?       Тонкие бретели упали с плеч, бесстыже-беззащитно оголив маленькую грудь. Пятна уже точно нездорового румянца растеклись по щекам и шее. Вдоль позвоночника выступил пот.       Но ему нужно было услышать её. Увидеть запрокинутую голову, отчаянно хватающие воздух губы. И обвив горячее лицо пальцами, прижаться в поцелуе, завершая их спонтанную шалость.       Он имеет на это право.              - Теперь-то я уговорю тебя пойти отдыхать?       Рочестер расслабленно гладил кончиками когтей вновь укрытую пледом смертную. Пришлось пожертвовать остатками рукава сорочки для ликвидации последствий страсти, но зато теперь уже вполне одетая девушка обманчиво-прилично восседала у него на коленях.       - Сейчас пойду… - Смит потянулась под пледом, - правда, была одна мысль ещё…       - К…              - Всё ещё здесь.       Смит дёрнулась, порываясь свалиться с колен принца. Грей же, напротив, только сильнее прижал к себе смертную, точно ожидал чего-то подобного.       - Ты так и не научился стучать.       - Мне нет нужды предупреждать о себе в собственном доме, - Людвиг продемонстрировал продолжающему угрюмо восседать на троне сыну клыки, - но я решил дать вам возможность завершить начатое.       - Какая неслыханная милость с твоей стороны, - Грей поморщился, - надеюсь, мы не разочаровали Его Величество.       Король расплылся в совершенно безумной улыбке, напугавшей Кэтрин не хуже какого-нибудь разлагающегося мертвеца с кладбища в Самайн.       - Но я здесь не ради ваших утех. Полагаю, она в достаточной мере освоилась, чтобы быть представленной всем хозяевам дома. Не так ли?       Принц отчетливо зарычал.       - Не вижу ни единой причины для Кэтрин куда-либо сейчас идти.       - Я вижу, - слова Людвига свинцовой плитой рухнули на молодого Вентрэ, - мы ждем вас обоих.              Вновь пустота на паркете.       - Блядь.       Грей обхватил пальцами переносицу, что есть сил зажмуриваясь. Мог бы и отказать! Снова струсил и не послал старого мудака нахуй с его идиотскими затеями! Нет бы Фрикке сразу залезть в голову к проклятом королю! И найти себе там погибель.       - Грей? – Кэтрин потёрлась щекой о скрытую сорочкой неподвижную грудь, - что твой папа в этот раз хотел?       - Ждёт нас внизу.       - Вн… Подвал?       - Угу. Он самый.       - Ладно, пошли, - Смит резво спрыгнула с колен вампира, на ходу избавляясь от пледа и поправляя успевшее помяться платье, - раньше начнём, раньше закончим.       - Кэт, погоди, ты точно уверена, что готова туда идти?       - Ну, раз, как ты утверждаешь, мне там ничего не грозит и убивать меня там не планируют, то не вижу причины и дальше увиливать от этой обязанности.       - Вот это воодушевление, - принц кашлянул, - уж не моя ли недавняя заслуга?       - Увы, но нет. Это госпожа Мина укрепила мой дух, лишний раз напомнив, что чего-либо бояться в мире бессмертных себе дороже. Итак, что мне ожидать?       - Будет холодно, противно и мерзко, вот что. И очень странно.       - Ты же будешь там со мной?       - Это даже не обсуждается.       - Тогда идем!       - Мой Оленёнок, - принц резко обхватил девушку за талию, одним движением притягивая к себе, - если после всего ты меня не пошлешь нахер, я всё равно буду должен тебе за всё пережитое… Проси, что хочешь!       - Я подумаю, - Смит насмешливо сощурилась, - но осторожнее, мой принц, я могу попросить нечто ужасающе неприятное уже для тебя!       - Интересно узнать, что же это такое ты задумала.       - Позже. Не будем разрушать интригу.              На всем пути до крыла Людвига спутники обменивались шутками. Возможно, это был способ для них обоих поднять стремительно сползавшее вниз настроение, а, что также крайне вероятно, было способом совладать с всё нарастающими тревогой и нервозностью. Кэтрин в первый раз за всё время пребывания в резиденции оказалась на территории короля и теперь с утроенной силой вертела по сторонам головой, силясь запечатлеть в памяти незнакомые интерьеры. Девушка изначально предполагала, что часть дома старшего Рочестера по аналогии с крылом заколдованного принца из «Красавицы и чудовища» окажется заброшенным мрачным склепом, навроде «классических» вампирских интерьеров. К тому же на это намекал повод уединения бессмертного монарха.       Ничего подобного.       Крыло Людвига ничем не отличалось от покоев его сына или любых других комнат в резиденции. Ни по планировке, ни в отделке. Абсолютно идентичные цвета. Симметрично расположенные комнаты. Даже мебель точно такая же! Вот только…       - Хм. Мне кажется, или твой папа не особенно часто здесь бывает?       - Почему ты так решила?       - Нуу… Всё такое … новое. И какое-то … неживое.       - «Неживое»! – вампир улыбнулся, - в целом так и есть. Он почти никогда не выходит из кабинета или подвала.       - Ему там, видимо, сильно нравится, раз так…       - Нравится.       «И сейчас ты поймешь, почему» - Кэтрин непроизвольно поёжилась. Несмотря на весь её боевой задор, становилось откровенно страшно. Они дошли до приоткрытых дверей кабинета Рочестера на первом этаже, вошли внутрь, и только в этот момент Кэтрин обнаружила нечто отличное в планировках комнат отца и сына.       - Это и есть спуск в подвал? – девушка кивнула на распахнутые настежь массивные грязно-серые двери, цветом и исполнением выбивавшиеся из общего стиля комнаты.       - Угу, - Грей насупился, вслед за инстинктивно жмущейся к его боку смертной с тревогой всматриваясь в чернеющую впереди бездну, - держись ближе.       Вообще-то Кэтрин не просто «держалась ближе», а всецело повисла на плече принца, с трудом переставляя все ещё обутые в босоножки ноги по каменным ступеням. В отличие от вампира она не видела в такой черноте ровным счетом ничего, поэтому после второй попытки улететь вниз носом, Грей попросту поднял свою девушку на руки и уже таким образом продолжил спуск.       Лестница, показавшаяся девушке винтовой, на самом деле была пологой, закручиваясь только в самом начале спуска. И по мере продвижения Кэтрин всё отчетливее улавливала настойчивый запах сырости, затхлости и даже плесени – вечные спутники подземелий. Вскоре вдалеке забрезжил неверный отблеск света и сразу же – отчетливый хруст под подошвой ботинка вампира. Смит встрепенулась, решив, что её бессмертный наступил – ну что ещё может валяться на полу в подвале нежити?! – на трухлявые кости. Но всё-таки хруст был более приглушенным и, вдобавок, стал повторяться, точно Грей шел по устланной чьими-то останками поверхности. Когда же девушка набралась храбрости и все-таки посмотрела вниз, то в уверенно светлеющем пространстве обнаружила … высушенные бутоны роз. Розами была засыпана вся каменная поверхность ступеней, засохшие цветы застыли в покрытых пылью и паутиной старомодны горшках с облупившейся краской.       Розы. Кругом одним розы.       И Кэтрин осенило. Оставалось только прикусить от обиды губу, сетуя на собственную тугодумность, из-за которой она не сразу сообразила, кто может оказаться в подвале.       «Но ведь она мертва! Что же там внизу?!»       Перед внутренним взором Оленёнка ожили полуразложившиеся мертвецы, под действием магии крови Грея призванные из глубин кладбищенской земли два месяца назад. Представить, что в таком виде её появления ожидает леди Джейн – во всех смыслах приятная и милая женщина, как её описывали знавшие её – было выше сил Кэтрин.       «С другой стороны, ну мертвец, ну … бывает. Грей тоже, если строго подойти к этому вопросу, мертвец. Но он-то мне, напротив, нравится. Черт… Черт-черт-черт! Один хрен страшно!».       Каменная зала расступилась перед принцем и девушкой совершенно неожиданно для последней. Просторное помещение со сводчатыми каменными потолками, относительно низкими, чтобы лишний раз напомнить о том, что они под землей, но достаточно высокими, чтобы вместить на противоположной от входа стене большую картину, запечатлевшую молодую женщину, стройную, светловолосую и кареглазую, восседающую на скромном троне цвета орехового дерева. Бежевое платье кажется неудачно-тусклым, но ярко-алый шлейф спадает с левого плеча до пола, контрастируя с бледным оттенком кожи изображенной. У леди Джейн округлые плечи, изящная шея и приподнятая лифом небольшая грудь. Длинные волосы закреплены в старомодной прическе, но хозяйке та явно не понравилась и она выпустила несколько прядей свободно спадать на шею. Пухлые розовые губы плотно сжаты, голова наклонена вбок, но ни легкости, ни беззаботности в этом портрете не чувствуется. Матери Грея неуютно. Это не её трон, не её тяжелое золотое колье с бриллиантами, оттягивающее шею. И даже вычурная диадема сидит как-то не так. Всё слишком искусственно.       Конечно, Кэтрин не успела сходу проанализировать заинтересовавший её портрет, сосредоточив на том своё внимание позже, когда отчаянно пыталась найти в обстановки мрачного склепа хотя бы как-то предмет, в который можно было безбоязненно упереться взглядом. Потому что сразу после того, как принц опустил её на пол, как из под земли возник Людвиг, а рядом с ним… А рядом с ним нашлась и она.       Или, точнее, то, что от неё осталось.       За двести-то лет.       На каменном постаменте стоял длинный гроб из мутного, испещренного прожилками стекла. Золотые ребра поблекли, давно покрывшись патиной и пятнами от разложившихся цветов. Засушенные бутоны толстым одеялом укрывали обветшалые одежды, скрывая рассыпающуюся ткань и – прямо под ней – обтянутые останками высохшей лопнувшей кожи кости.       Кэтрин запоздало вспомнила, как глотать, из-за чего слюна встала поперек горла – не то откашляться, не то проглотить, не то стошнить.       Оленёнок всё-таки пропихнул густую слюну вниз, царапая трахею.       - Вот, любовь моя, посмотри, кого твой мальчишка привёл к нам в дом! Что скажешь?! Ей можно остаться, как думаешь?       Король каинитов опустился у изголовья гроба на колени и теперь громким шепотом вёл сюрреалистический «диалог» с его обитательницей. Людвиг почти касался щекой частично мумифицированных останков в том месте, где у трупа когда-то был лоб. Замолчал, вслушиваясь в «ответ».       - О, согласен, любовь моя! Она, конечно, не особенно красивая, не чета предыдущим, но в этом весь мальчишка! Твой сын вечно ноет, что красивые, благородные и во всех смыслах достойные бессмертные не для него – ему подавай тощую безродную девицу! Но ты всегда была к нему снисходительна – пусть развлекается, а она может остаться, что скажешь?!       Безумные кроваво-красные глаза уставились на не смеющую пошевелиться девушку.       Выжидание. Тягостные секунды нелепо-сумасшедшего ожидания.       - Джейн говорит, ты можешь остаться! Моя любовь всегда была так великодушна! Это милость с её стороны, за которую стоит отблагодарить! Подойди, засвидетельствуй своё почтение моей супруге!       Кэтрин затрясло. Она не знала, не понимала, чего ждал от неё король. В отчаянии смертная мотнула головой в сторону продолжающего неподвижно стоять рядом принца, но остекленевший взгляд Грея не мог ей ничем помочь. Кажется, младший Рочестер вообще был где-то в другом месте, по крайней мере ментально.       - …я… я не знаю… - бескровные губы едва шевелились, выдавливая слова, - … что мне сде..?       - Просто подойди, засвидетельствуй своё глубочайшее почтение! Ну же! Или ты не знаешь, как это делается?!       Девушка затрясла головой, изображая отрицание.       - Потрясающее невежество. Что ж, наш принц превзошёл сам себя в этот раз! Подойди, поклонись, поцелуй моей супруге руку – этого для тебя вполне достаточно.       Резкий укус кончика языка на пару секунд привёл Кэтрин в чувство. Сделала три глубоких вдоха-выдоха и, затем, три крохотных шажка в направлении гроба. Скукожившись от страха, неловкости и всё сильнее проявляющегося отвращения, Оленёнок заставил-таки себя повернуть голову и взглянуть на то, что ей предлагалось целовать.       Ссохшаяся кисть руки в остатках кожи. Скорее всего тело не бальзамировали и потому оно сначала частично сгнило, а частично умудрилось мумифицироваться, так что кисть сохранилась более-менее хорошо, настолько хорошо, что тяжелое золотое кольцо на безымянном пальце выглядело абсолютно естественным. В противоположность всему остальному.       Зияющие в приоткрытом рту зубы. Впалые глазницы, затянутые паутиной и ошметками цветочных бутонов. Ставшая грязно-серо-желтой тряпкой некогда белоснежная вуаль, прикрывающая волосы.       «Леди Джейн! Если вы меня слышите, то простите за все промахи и ошибки, которые я сейчас допускаю! Я просто люблю вашего сына. И просто хочу быть с ним рядом. Несмотря ни на что».       Тонкая фигурка скукоживается ещё сильнее, складываясь в поклоне. Неглубокий, неуклюжий книксен и сразу же – наклон вперед. Кэтрин успела обхватить распущенные волосы ладонью, не давая тем окунуться в пыль и мусор, окружавшие труп и тут же коснулась губами иссушенной руки.       Холодно.       Мерзко.       Странно.       Распрямилась и сразу сделала шаг назад, продолжая смотреть в пол. Справилась?       - Восхитительно! Моя любимая Джейн в восторге! Давно у неё не было столь занятных посетителей! – ставший почему-то злым оскал, - свободны!       Продолжая ощущать привкус пыли и чего-то ещё, о чём Смит не хотела даже задумываться, девушка схватила Грея за предплечье и тут же потянула в сторону выхода. Старший Рочестер не возмущается, не требует остаться и не сыпет им в спины проклятиями – замечательно! Кэт тащила своего вампира прочь из проклятого склепа, прочь от жутких останков и такого же жуткого короля. Наверх, быстрее, наверх! На воздух!        На лестнице она всё же оступилась, саданув голыми пальцами ног по каменной плите, подвернув лодыжку и улетев-таки носом вперед. Коснуться головой пола ей всё же не дали – её резкий вскрик вывел-таки каинита из ступора. Подхватил на руки и, не сказав и слова, понес наверх. И всё время, пока они поднимались, Кэтрин не переставала размышлять о том, что должен был чувствовать в этот момент её принц. Она бы на его месте совершенно определенно ощущала себя смущенной и расстроенной. Смит даже успела вспомнить, как неловко и досадно ей было возле городского музея Фростдезерта, когда Грей впервые столкнулся с её «сиротским» миром. Он сказал, что ему плевать. Вот и ей плевать на выходки его отца-короля, месяцами сидящего в подвале подле давно сгнившего и истлевшего трупа любимой жены. С самим Людвигом Оленёнок, конечно, предпочтёт лишний раз не сталкиваться и тем более не заводить с проклятым королем никаких разговоров о Вечной Любви, но в остальном всё выглядело не так уж и трагично. За исключением той маленькой детали, что разложившийся мертвец некогда был матерью Грея.       Достигнув дверей, что отделяли пространство кабинета монарха от мрачного склепа, принц наконец поставил смертную на ноги, но сам вновь промолчал, виновато и почти что обреченно ожидая её решения. Но стоило ему задуматься о том, как объяснить и оправдать увиденное ею, девушка тут же прижалась к его груди, осторожно, но настойчиво заключая в объятия.       - Прости…       - Здесь не за что прощать. Всё нормально, - Кэт взяла вампира за руку, вынуждая обнять себя в ответ, - я только не очень уверена, насколько твоей маме нравится происходящее.       - Полагаешь, я знаю?       - У тебя вроде же получается общаться с мертвыми..? Интересно, что она сама по этому поводу думает…       - Не знаю, - вампир с усилием выдохнул затхлый воздух подземелий из легких, - но я точно знаю, что её там нет. Он разговаривает сам с собой, он отвечает за неё, но это не моя мать. Возможно, она есть где-то ещё, может быть, на том острове, где умерла, или в нашем старом доме… А, возможно, она уже ушла гораздо дальше, туда, где теперь ждет и его, куда он так упорно стремится и куда я своим существованием не позволяю ему направиться.       Оленёнок удивленно навострил уши.       - Ты знаешь, куда уходят люди после смерти?       - И да, и нет. Кто-то застревает здесь, оставаясь призраком. Кто-то уходит в иные миры, ожидая перерождения или же вовсе сливаясь с мирозданием, не желая более обретать плоть. А кто-то может замереть, затаиться, ожидая своего часа возвращения в этот мир.       - То есть мертвые могут вернуться?       - Теоретически. Но нужна помощь мага. Некроманта обычно. Хотя это всё же не совсем то возвращение, которого ждут от них окружающие и не то, которого они хотят сами.       - Но сам человек вернуться не может? Даже если очень хочет?       - Нет. Даже Вечная Любовь на это не способна. Не хватит …хм… силы духа.       - Что ж… Жаль видеть твоего папу таким. И жаль, что так случилось с тобой. Но ты не можешь быть ни в чем виноват, даже если у твоего папы иное мнение.       - Я ему мешаю, Кэт. Всегда мешал и продолжаю это делать сейчас. Не знаю, каким договором его связал Валек, чем запугал или чем пригрозил, но пока я жив, он должен быть рядом.       - Пока жи…       - И никогда не произноси этих слов, - красные глаза странно блеснули в нескольких сантиметрах от её, - помни слова, но не смей произнести.       Приглушенный звон в голове, похожий на соприкосновение бокалов.       Долгий поцелуй в горячий лоб, не то успокаивающий её, не то сбивающий ей поднимающуюся температуру.       - Пойдём, Кэт. Ты кажешься нездоровой.       - Погоди! Ты мне кое-что обещал.       - Обещал?       - Награду в том случае, если я пройду испытание вашим подвалом. Всё, что я захочу.       - … И что же ты хочешь?       - Нечто очень неприятное для тебя лично.       - Хорошо, давай посмотрим, что это…       - Я хочу, - Кэтрин сделала полшага назад, ослабляя объятия, - я желаю, чтобы мы сейчас вдвоем с тобой отправились на вечеринку к ребятам из клана.       Пауза. Рочестер даже приоткрыл рот, не зная, как ему стоит реагировать. Он-то уже успел прикинуть в голове смету расходов на университет и то, кому следует позвонить, чтобы Кэтрин приняли вне зависимости от результатов экзаменов – тратить время на такие формальности он не планировал.       «Вечеринка?!»       - «Вечеринка»?..       - Именно! И мы пробудем там не пять минут, а достаточное количество времени, чтобы хотя бы с основными её участниками успеть пообщаться.       У Грея никогда не было нервных тиков, даже в детстве, но, как минимум один в этот самый момент проявился.       - Кэт, я не знаю… Право, это не то чтобы хорошая идея…       - Ты обещал, мой принц.       - Да, но … это же … я думал, что-то для тебя…       - А это и есть «для меня». Я хочу пойти на вечеринку к младшим членам клана с тобой, Грей. Приглашение у меня есть, тебе оно вроде как и не требуется, поэтому нам нужно лишь десять минут пройти по парку.       - Там холодно.       - Плед всё ещё лежит на троне.       - Ты спать хочешь!       - Вот потом сразу и усну.       - У тебя лоб горячий… ты заболеваешь, похоже, или просто устала… Кэт, давай я лучше что-то ещё сделаю…       - Я хочу на вечеринку клана с тобой. Вот моё желание. Мне тут недавно рассказывали что-то про силу слова, имевшую быть когда-то …       Младшему Рочестеру оставалось только признать поражение.              - И всё равно дур…ная идея.       Грей с насупленным видом шагал с Кэтрин на руках по дорожкам посветлевшего парка. Ночь отступила, Собрание закончилось, резиденция правящего клана вновь была пустой и умиротворенной. Но принц казался ещё более нервным, угрюмым и раздраженным, чем даже в начале бала. Было видно, что единственная причина, почему он тащился к младшим, было данное Оленёнку обещание.       - И что там делать…       - Спокойно, мой принц, сейчас разберемся.       Их наверняка заметили раньше, но девушка считала нужным предварительно вежливо позвонить в дверь. На широкой низкой лестнице, ведшей в дом, в мгновение ока материализовался Мерри.       - Кэт! Ой, Ваше Высочество, я это, кхм, мы вам нужны?       - Нет, мы просто зашли узнать, как дела с вечеринкой? – Кэтрин предпочла взять инициативу в свои руки, к тому же подрагивающий не то под действием проклятия, не то от злобы, сын Людвига настроенным к беседе не выглядел.       - Веч… - Мерри нервно почесал щеку когтями, - ну, вообще да, есть такое… мы как раз уже фильм хотели ставить…       - Очень интересно! А можно нам тоже посмотреть?!       Светло-карие глаза молодого каинита так и забегали. Не пустить принца он не мог, но вид у Грея был такой, что достаточно одного появления наследника в общей гостиной, чтобы от веселого настроя собравшихся не осталось и следа.       - Мы тихо посидим в кресле, если у вас найдется свободное, и посмотрим с вами фильм. Мешать не будем, обещаем.       Мерри обреченно вздохнул и тут же открыл дверь за собой, взмахом руки приглашаю внутрь – заходите!       Просторный коридор, по которому они шли, чем-то напоминал интерьеры резиденции, но всё же был несколько темнее и оттого казался более строгим. Миновав несколько закрытых дверей, гости оказались у входа в просторную гостиную, в которой, судя по украшениям вокруг – самодельные гирлянды, еловые ветви, свечи, фигурки и даже фрукты вроде апельсин и яблок – только что в самом разгаре было веселье. На бордовых мягких диванчиках, у камина и окон замерли младшие клана, оказавшиеся хорошо знакомыми Кэтрин вампирами. Ошарашенный неожиданным визитом Лио с бокалом крови, застывшим в руке. Обернувшаяся статуей Петра. До этого момента колдовавшая над очередным еловым поленом, украшенным лентами и свечами, Виви. Слившаяся с цветом обоев Шарлотта, замершая Салли. И посреди всего этого ансамбля – Эмиль с проектором наперевес.       - Ой, как у вас красиво! – Кэтрин произнесла фразу не только ради разряжения атмосферы, но и пытаясь искренне восхититься работой младших, решивших исключительно ради собственного удовольствия украсить к праздникам свой дом, - и столько зелени!       - … да, захотелось в этом году побольше … хвои, - Вивьен чинно сложила занятые ножницами и мотком ленты руки на коленях, - это … моя идея.       - Очень здорово! Мне очень нравится! – Кэтрин широко улыбнулась смущенно сжившей губы Виви, - Грей, тебе нравится?       Вновь гробовая тишина.       «Оленёнок от досады стукнул задним копытцем рядом стоящее дерево».       - Ну… - принц дернул шеей, - неплохо… да, неплохо… Довольно мило.       - Жаль, в резиденции таких украшений не было…       - Марго скорее тебя на такие украшения пустит, - принц вымученно хохотнул, - она не любит вычурность.       - Не похоже на вычурность, по-моему, празднично и не банально.       - «Не банально» - это не про Маргарет, - Грей нервно сжал за спиной руки, - она любит сдержанность. Это … ну, мы …       - … мы только пришли, а сразу застали вас за чем-то наверняка интересным! – безумной улыбке до ушей в исполнении Кэт в этот момент мог позавидовать сам Людвиг Рочестер, - Мерри сказал, фильм планируете смотреть?       - Д-да, хотели, - Лио наконец смог разогнуть руку и поставить бокал на каминную полку, - если вы любите французские комедии.       - С радостью посмотрим, да, Грей?       Ответная безумная улыбка принца окончательно добила собравшихся. Градус неадекватности происходящего зашкалил настолько, что стоило принцу найти свободное одинокое кресло ближе к окнам комнаты, как прямо ему под ноги метнулся Эмиль. Едва не сбив ошарашенного Рочестера, молодой вампир швырнул куда-то в сторону злосчастный проектор – который едва успел поймать Лионелл, спасая от утраты – и тут же, вперив в Грея взгляд красных глаз-блюдец, затараторил:       - Это-же-прекрасно-черт-возьми-подарок-судьбы!! Вы же принц?!       Грей не удержался и не особенно грациозно приземлился задом в кресло, не переставая моргать. И новая порция гробовой тишины уже не спасала положение.       - Вроде … с утра был.       - Это великолепно!! Тогда вы же можете, это, связывать?!       - … Я что могу?..       - Свя… А, черт, не так! Сочетать! Во, сочетать можете?!       - … что сочетать?..       - Да не «что»! Кого! Вы можете нас ПОЖЕНИТЬ?!       - … кого что?..       - СЕЙЧАС!       С этими словами новорожденный принялся шарить по карманам. Нащупав что-то во внутреннем кармане пиджака, в то же мгновение рванул к жмущейся к стене Петре и, бухнувшись на одно колено, принялся скороговоркой зачитывать текст.       - Дорогая Петра, в тот день, когда я впервые тебя увидел, сердце моё преисполнилось любовью и восторгом, столь восхитительным ангелом явилась ты предо мною, и тогда я …       Грей потёр глаза, успев заметить, что тоже самое сделали и пара-тройка соклановцев. Внезапное публичное сватовство сразу после заявившегося на порог в разгар мероприятия проклятого принца оказалось уже чрезмерным даже для многое повидавших бессмертных. Но пока одни приходили в себя, а Кэтрин осторожно пробиралась к Грею, намереваясь устроиться у того под боком, завернувшись в плед, который окончательно перестал её согревать, сам принц в панике вспоминал слова, которые он как наследник главы клана и принц каинитов имел право и должен был при случае произносить. Маргарет ему когда-то вдалбливала их в голову не один, и не тысячу раз. Вот только он никогда не планировал их запоминать, так как не думал, что когда-либо пригодится. Хоть голову пеплом посыпай.       - … так вот … Скажи, ты выйдешь за меня?!       Взгляды всех собравшихся замерли на нордически-спокойном лице Петры. Медленно моргнула, наклонила голову, выждала торжественную паузу, едва не стоившую трясущемуся Эмилю второй жизни, после чего твердым голосом произнесла:       - Да.       Продолжающий стоять на одном колене бессмертный странно всхлипнул. Петра только покровительственно улыбнулась и, потянувшись вниз, подняла своего жениха за плечи вверх, помогая встать. Эмиль был невысоким, тонкокостным и рядом с грациозной высокой Петрой смотрелся щуплым подростком. Но сколько восторженной радости и обожания было во всем его облике!       Грей всё-таки сам схватил себя за загривок и стащил с кресла, заставляя встать и подойти к молодой паре. Но что нужно говорить?!       «Дорогие … члены клана? Петра и … Эмар? Эдвард?! Как его зовут точно?! Дорогие … брачующиеся?! Вступающие в брак?! Любящие?! Дорогие … дорогие … дорогие друзья! … Великий Каин, помоги!».              - Сегодня первый день великого праздника, который древние называли Йолем. Ночь, что прошла, самая долгая ночь в году, и, хотя для бессмертных она есть благо, мы все ещё неразрывно связаны с миром живых, из которого приходим и который поддерживает наше собственное существование. Древние верили, что следующие двенадцать дней формируют предстоящие двенадцать месяцев года. Так пусть и ваш союз знаменует череду радостных событий, что грядут впереди. Связывая свои Пути в бессмертии, вы должны помнить о той ответственности, которую вы теперь оба несёте: за себя и за другого. Пусть же на вашем Пути будет как можно меньше преград! Цените то, что обрели, повстречав друг друга. И да будет благословение Прародителя Каина распространено на вас!              И впервые младшие ему поклонились. Не из страха или по требованию протокола.       Из уважения.       Потом были овации и поздравления. Вивьен плакала, вытирая кровавые слезы каким-то отрезом ткани со следами мела, вытащенным из кармана. Мерри громко смеялся, одновременно настраивая проектор, отобранный у порывавшегося зачем-то продолжить его установку Эмиля. Лио чесал затылок, периодически бубня себя под нос что-то про «да с ним-то понятно, а вот … Ну, Петра, во даёт! Кто б знал!». Зажужжал аппарат, подсоединенный к видеомагнитофону. Кто-то расправил экран. В ладонь Кэт впихнули бокал с красной жидкостью.       - Вино, согреться!       Кажется, это был Лио. Или вообще Пауль. Или Виви?.. Грей о чем-то тихо беседовал с Мерри, склонившимся к сидящему в кресле принцу. Кэтрин, допив вино, потихоньку засыпала, чувствуя накатывающую волнами жаркую усталость, но яркие картинки, мелькавшие на экране, нет-нет, да выдергивали девушку из дрёмы. На границе сознания шептали про какие-то кости.       - … я только боюсь, не ликан ли это! Бедренную прям пополам!       - Не ликан, не переживай. Но Кроули я при случае скажу, чтобы кормил фамильяра лучше – Немейн явно оголодала.       За окном снова пошёл снег. Последнее, что она запомнила из того дня, была удивительная грёза, когда она плыла по воздуху, прижатая к прохладной широкой груди. Светлые волосы щекотали ей кончик носа, отчего она проснулась, но смогла только посильнее завернуться в плед.       - Кэтрин, моя любимая Кэтрин…       - Угу, - сонная улыбка на границе миров.       - Ты самая прекрасная женщина из всех, что я встречал…       - Угу.       - Ты невероятная… Умная, благородная, красивая … и храбрая.       - Ты тоже, Грей, - Кэт всё-таки приподняла веки, щурясь от проступавшего из-за деревьев яркого декабрьского солнца, - ты мой любимый вампир. Умный, благородный, красивый. И храбрый.       - Уверена?       - Да. Я знаю тебя, Грей.       - … Тогда… Скажи, Кэт, ты выйдешь за меня?       Оленёнок блаженно потянулся в крепких объятиях. Туман жара затмевал сознание, но ответ на этот вопрос она знала даже во сне.       - Да.