Французское солнце над Казанью

— Завтра все должны быть на сборах. Понятно? — сказал один из суперов, обращаясь к стоявшим перед ним скорлупе. — Я завтра не смогу, — неожиданно смело ответил Марат, не показав ни малейшего волнения. — Почему? — спросил супер, тут же переведя взгляд на Суворова. — Могу объяснить наедине, у меня есть веская причина, — спокойно добавил тот. Супер, который был постарше, задумчиво щелкал семечки и не стал сразу отвечать, просто снова посмотрел на остальных ребят. А вот второй, сидя на бортике хоккейной площадки, внимательно наблюдал за Маратом, медленно затягиваясь сигаретой. — Все всё поняли? — продолжил Турбо, один из суперов. — Если хотя бы один не придёт, со всех спрошу. Свободны. А ты, — обратился он к Суворову, — сюда иди. Парнишка пятнадцати лет подошёл, но пока остальные не ушли с хоккейного поля, не стал объяснять причину. — Ну, я жду. — нетерпеливо сказал Турбо. — В общем, родители решили удочерить девочку из приюта. И завтра мне нужно встретить её как положено, вы же понимаете? — Это ж какая у тебя фантазия, а, Зима? Ты слышал? — с усмешкой сказал Турбо, глядя на Марата. — Ты сам-то в это веришь? — Я честно говорю. Слово пацана. Как только она привыкнет, я её обязательно приведу, познакомлю. — Во сколько твоя девчонка приедет? — спросил Зима, туша сигарету о край бортика. — Ну, примерно в обед. — Отлично. Как раз во время сборов смотаешь домой, встретишь её и вернёшься. — Но… — Свободен. — резко перебил его Турбо. Марат, не видя смысла спорить, развернулся и пошёл в сторону дома, обдумывая, как быть дальше.

***

За окном машины мимолетно менялась картина, деревья, пустота, деревья, пустота, и так на протяжении всей дороги до города. Как только Кирилл, Диляра и она доехали до города, картина стала другой, здания, похожие на коробочки, школы, люди, магазины, все как на обложках журналов. Мысль о том, что она теперь вольется в городскую жизнь, только и радовала ее, вызывая странные ощущения внутри. – Проходи, дорогая, – произнесла Диляра пропуская девицу вперед. – Спасибо, – вежливо проговорила юница, входя в квартиру Из другой комнаты вышел парень пятнадцати лет, внешностью похожий на мать, не совсем высокого роста, карие глаза, густые брови и тонкие губы, это все, что девушка успела заметить за пару секунд. При виде нового члена семьи, Марат весьма приветливо улыбнулся и подошел к ней, чтобы взять ее вещи. — Привет, меня зовут Марат, а как тебя? — с искренним любопытством спросил юноша, задержав на ней внимательный взгляд. — Будем стоять на пороге целую вечность? Познакомитесь потом, — сухо произнес глава семьи, не скрывая недовольства, и прошел в глубь дома. — Милая, он тебе все покажет, объяснит. Правда, Маратик? — сказала новая мать, не дожидаясь ответа, и поспешила на кухню, оставив их наедине. Мелисса, аккуратно ступая в новый для нее дом, с любопытством осматривала все вокруг: дорогие люстры, массивные шкафы, тонко выделанные детали интерьера. Здесь явно пахло роскошью, и мысль о том, что семья живет весьма зажиточно, мелькнула у нее в голове, пока она следовала за Маратом. — Здесь гостиная, а там комната, через которую можно выйти на балкон. Твои вещи можно будет поставить вот здесь. Ну, кажется, это все. Если понадобится помощь или возникнут вопросы, обращайся, — с веселой улыбкой сказал Марат, создавая вокруг себя теплую и непринужденную атмосферу, как будто хотел, чтобы она почувствовала себя здесь в безопасности. Странное чувство заполнило сердце Мелиссы. Несмотря на то, что они познакомились всего несколько минут назад, она ощущала что-то удивительно знакомое в его присутствии, как будто их связывали глубокие узы из прошлого. Это родство было необъяснимым, но от этого не менее сильным. — Ну, если все в порядке, я пойду? Меня друзья ждут. Когда освоишься, я познакомлю тебя с ними, хорошо? — спросил Марат, надевая яркую синюю куртку, словно готовый с легкостью выйти в мир, но оставляя за собой ощущение заботы. — Хорошо, — с трудом произнесла она свои первые слова с момента, как переступила порог этой квартиры. — Меня зовут Мелисса. Приятно познакомиться, — добавила она с мягкой улыбкой, наконец глядя ему в глаза. Марат, кивнув в ответ и предупредив родителей, вышел, оставив за собой легкое чувство тепла и надежды в ее новом, пока еще чужом доме.

***

Марат стремительно пересекал заснеженные дворы, продираясь через сугробы, чтобы как можно скорее добраться до места встречи. С каждым шагом нарастало внутреннее напряжение, которое он никак не мог сбросить. Страх перед теми, с кем ему вскоре предстоит столкнуться, поднимался все выше, как грозовая туча над головой. Вот и заброшенная детская площадка в забытой всеми части жилого комплекса. Пацаны уже были на месте. В воздухе витало напряжение, словно здесь вот-вот должно было произойти что-то важное. Марат перевел дух и попытался скрыть своё беспокойство. Но это оказалось труднее, чем он думал. Из толпы выделился младший из группы, известный всем как Адидас, стараясь выглядеть так, будто был здесь с самого начала. Однако его попытки были тщетными. Старшие не были дураками — они сразу же заметили его яркую синюю куртку, и вся компания замерла, словно воздух вокруг них стал тяжелым и густым. — Сюда иди. — раздался спокойный, но твёрдый голос Турбо, который, засунув руки в карманы своих спортивных штанов, указал на Марата. Не говоря ни слова, Марат осторожно протиснулся сквозь собравшихся, чувствуя на себе их взгляды, и подошел ближе к старшим. В голове мелькали тысячи мыслей, но он уже знал, что ему предстоит. — Мы тебе вчера что сказали, а, Маратик? — спросил Турбо, не отводя глаз от юноши. Марат, застыл, не зная, что ответить. Сзади него стоял Зима, словно тень, подогревая его внутренний дискомфорт. — Что молчишь? Говори, как есть, — с нажимом произнес Зима, подходя ближе и еще больше усиливая напряжение. Марат чувствовал, как его горло сжимается от волнения. Он смотрел в снег, не решаясь встретиться взглядом с Турбо. — Я говорил вам вчера… причина была, думал, вы поймёте… — неуверенно пробормотал он, стараясь звучать спокойно, но взгляд его оставался прикованным к своим ботинкам, утопающим в снегу. — На меня смотри. — чётко и холодно произнес Турбо, усиливая давление. Он стоял перед Маратом с таким спокойствием, что от этого становилось только хуже. Марат, заставляя себя поднять голову, попытался объяснить: — Я подумал, что опоздаю всего на пару минут и… Не успел он договорить, как внезапный удар кулака Турбо обрушился ему прямо в лицо. Всё произошло слишком быстро — от удара его повело в сторону, и он с трудом удержался на ногах. Боль резанула по лицу, а из разбитого носа уже сочилась кровь, оставляя алые пятна на белоснежном снегу. Марат, стараясь сохранить остатки самообладания, вытер кровь с лица дрожащей рукой, но его мысли уже путались. — Подумал он. — с язвительной ухмылкой повторил Турбо, не обращая внимания на его страдания.

***

— Мелис, иди сюда, обед уже остывает, — мягко и заботливо позвала Диляра, подавая голос из кухни. Мелисса, с осторожными, почти неслышными шагами, направилась в сторону просторной кухни, откуда доносился аромат борща. Этот запах напомнил ей давно забытые моменты из детства, когда казалось, что всё было проще и беззаботнее. — Садись, дорогая, — с участием в голосе произнесла Диляра, заботливо отодвигая для нее стул, словно пытаясь окружить девушку теплом и вниманием. Не успела Мелисса сесть за стол, как в комнату вошел Кирилл, глава семьи, по-хозяйски занимая своё привычное место. — А где Марат? — спросил он, бросив взгляд на пустующий стул напротив. — Он ушел с друзьями, гуляет, как обычно, — ответила Диляра с лёгкой улыбкой, словно это было для неё привычным делом. Кирилл, выждав паузу, повернулся к Мелиссе и с добродушной улыбкой спросил: — Ну что, Мелисочка, осваиваешься? Привыкаешь к новому дому? — он протянул руку и нежно погладил её по голове. Однако, вместо теплоты, этот жест вызвал в душе девушки непонятное чувство внутреннего дискомфорта, почти отвращения. С первого же взгляда на Кирилла, ещё в тот момент, когда они впервые встретились в приюте, ей не понравилась его манера вести себя. Было в нем что-то отталкивающее, несмотря на внешнюю доброжелательность. Но теперь обстоятельства сложились так, что ей придется мириться с новой реальностью, и желания протестовать не оставалось. — Потихоньку привыкаю, — тихо ответила Мелисса, слегка пододвинув стул ближе к столу, пытаясь скрыть своё беспокойство за привычными движениями. Мелисса, пытаясь отвлечься от своих мыслей, осторожно взяла ложку и зачерпнула супа. Но еда не приносила удовольствия, казалось, что каждое движение — некое притворство, которое требовало сил. За столом воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками посуды. Диляра мельком взглянула на Мелиссу, заметив её потерянный вид, но не решилась ничего сказать. — У нас тут спокойно, привыкнешь, — неожиданно проговорил Кирилл, разрывая молчание. — Марат тебе поможет, если что. Он у нас парень добрый, отзывчивый. Всё расскажет, всех познакомит. — Он говорил как-то небрежно, почти отстранённо, больше сосредоточенный на своей тарелке. Мелисса кивнула, не желая продолжать разговор. Внутри неё снова поднялась волна холодного отчуждения. Ей казалось, что за этими словами скрывается что-то большее, словно вся эта доброта и забота были частью какого-то плана, от которого нельзя было убежать. От Кирилла исходило неуловимое напряжение, что углубляло её тревогу. — Мелис, если захочешь прогуляться после обеда, можешь выйти во двор. Здесь рядом есть уютный сквер, я тебе потом покажу, — Диляра попыталась снова завести разговор, её голос был мягок, но в нём слышалась нотка беспокойства. Она явно хотела сгладить неловкость, повисшую в воздухе. — Спасибо, — коротко ответила Мелисса, чувствуя, как всё вокруг словно давит на неё. Её мысль была одна: как долго ей придётся привыкать к этим новым людям, к этой новой жизни, которая с каждым днём казалась всё более чуждой? Когда обед был почти закончен, послышался звук открывающейся двери. В прихожей раздались знакомые шаги, и через мгновение в кухню вошел Марат. Его щеки были красными от холода, а глаза сияли от веселья, словно он вернулся с какого-то важного приключения. — Привет! — весело поздоровался он, сбрасывая куртку на стул. — Что, обед прошёл без меня? — Как всегда вовремя, — с улыбкой ответила Диляра, раздавая ему тарелку. — Ешь, пока не остыло. Марат сел за стол напротив Мелиссы, и, заметив её взгляд, подмигнул, словно хотел дать понять, что все в порядке. — Как дела, привыкла уже? — спросил он, ухватив кусочек хлеба. Мелисса слегка улыбнулась, почувствовав, что рядом с ним было легче дышать. — Немного. Но ещё нужно время. — Ну, времени у нас полно. Если захочешь прогуляться, я могу показать тебе интересные места. Друзья ждут, можем вместе сходить, — предложил Марат с энтузиазмом, прожёвывая хлебушек. — Может быть, — тихо ответила она, не желая отказываться, но и не уверенная, готова ли окунуться в его круг общения. Мелисса смотрела на Марата, чувствуя, как внутри разгорается странное ощущение. Он был совсем другим. С ним было спокойно и чуть теплее, словно его легкомыслие и дружелюбие могли стать спасением в этом чужом для неё доме. Внезапно Кирилл отложил вилку и, не поднимая глаз, сказал: — Не задерживайтесь. Завтра у всех дела. Эта фраза была произнесена тихо, но в ней чувствовался приказ. Мелисса снова ощутила ту же стальную нить, что связывала её с этим домом. Ту самую нить, которую она пока не могла разорвать. Мелисса сидела напротив Марата, и его предложение пойти прогуляться звучало заманчиво — она действительно хотела отвлечься от мыслей, которые тянули её вниз, будто тяжелый якорь. Но что-то внутри сдерживало её, словно невидимая преграда не давала решиться. Может, дело было в недавнем обеде, где каждое слово Кирилла отзывалось холодком в её душе, или в её внутренней усталости, накапливающейся с каждым днём. Она медленно подняла глаза и встретила взгляд Марата, который ждал её ответа с искренним энтузиазмом. — Может быть, не сегодня, — наконец сказала она, стараясь не звучать слишком резко. — Я просто устала. Всё это… новое место… новые люди. Мне нужно немного времени. Марат наклонил голову, внимательно слушая. Его улыбка чуть померкла, но он не выглядел разочарованным, скорее понимающим. — Да я понимаю, конечно. Привыкнешь, не торопись. Если что, я всегда рядом, — он откинулся на спинку стула, как будто стараясь показать, что не будет давить на неё. Мелисса с благодарностью кивнула. Её отказ был для неё самого большим облегчением — идея выхода в новый, неизвестный ей мир, где Марат чувствовал себя как рыба в воде, пугала её. Ей хотелось спрятаться, остаться внутри, где хоть и было чуждо, но всё же как-то безопаснее. — Может, на выходных? — предложил Марат, как будто давая ей дополнительное пространство для размышлений. — Да, может быть, — повторила Мелисса, но её голос звучал уже более уверенно. Кирилл, наблюдавший за их разговором со своего места, издал короткий звук, напоминающий невольный смешок. Он отложил вилку, вытирая руки салфеткой, и встал из-за стола. — Правильное решение, — бросил он, даже не глядя на них. — Вечером не стоит шляться, особенно в компании подростков, — его тон был холоден и отстранён, как будто его комментарий вовсе не требовал ответа. Диляра, которая до этого молча следила за разговором, попыталась сгладить ситуацию. — Мелис, если не хочешь гулять, можем просто остаться дома, в настольные поиграть или что-нибудь ещё. Ты можешь сама выбрать. Мелисса слегка улыбнулась в ответ, чувствуя благодарность за то, что Диляра старается понять её. Ей на самом деле хотелось просто провести этот вечер в тишине, не вынуждая себя идти туда, где она ещё не была готова оказаться. Марат, видимо, поняв, что на сегодня его планы не осуществятся, поднялся со стула и бросил взгляд на окно, где уже сгущались сумерки. — Ну что ж, тогда на сегодня оставлю тебя в покое, — произнёс он с лёгкой усмешкой, но в его голосе не было ни обиды, ни упрёка. — Я пойду к ребятам, но если что, звони, — он махнул рукой и направился к выходу. — Ладно, будь осторожен, — крикнула ему вслед Диляра, когда Марат натягивал куртку и уже открывал дверь. Дверь захлопнулась, и в доме снова стало тихо. Мелисса вздохнула, чувствуя, как напряжение, копившееся в ней все это время, начало понемногу спадать. Она не пошла гулять, и хотя это решение казалось правильным, внутри всё равно оставалось ощущение лёгкой грусти.

***

На часах было уже глубоко за полночь. Мелисса лежала на своей кровати, смотря в одну точку на стене. Мысли роились в голове, словно не давали ей покоя. Всё ещё сложно было поверить, что теперь она не одна. Не в стенах детского дома, где одиночество всегда было неизменным спутником, а здесь — в настоящей семье. Теперь у неё были люди, которые обещали заботу, внимание, любовь. Но где-то в глубине души это казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой. Мелисса не знала, как научиться доверять этому новому миру. Внезапно в тишине дома раздался еле слышный звук — щелкнул замок входной двери. Кто-то осторожно вошел, стараясь не нарушить покоя спящего дома. В прихожей вспыхнул приглушенный свет, и Мелисса услышала голос Диляры. Она стояла в дверном проеме, в ночном халате, слегка взъерошенная, явно проснувшаяся от позднего прихода. — Марат, ты опять так поздно? Ты хоть на часы смотрел? — шепотом, но с явным упрёком в голосе, произнесла она. — Да видел, мам, — спокойно ответил Марат, пытаясь её успокоить. — Опоздал всего на час. Не волнуйся, всё нормально. Я жив-здоров. — Жив и здоров? — Диляра нахмурилась, всматриваясь в его лицо при тусклом свете. — А это что за синяк на щеке? — её голос стал ещё строже, теперь звучал не только упрёк, но и тревога. — Мелочь, — вздохнул Марат, стараясь улыбнуться. — Просто с пацанами не поделили что-то. Всё уладили, мам, ничего страшного. Она продолжала смотреть на него, оценивая ситуацию, и, наконец, вздохнула. — Ладно. Иди спать, пока отец не проснулся. Только, ради бога, Мелиссу не разбуди. Она давно уже уснула. — Как скажете, мадам, — с лёгкой усмешкой отозвался Марат и, стараясь ступать как можно тише по старым, скрипучим доскам, направился в свою комнату. Мелисса услышала, как дверь тихо открылась и затем снова закрылась. Она уже давно не спала, просто лежала, слушая каждый звук. Её мысли не давали покоя, и теперь, когда Марат вернулся, вопросов у неё стало ещё больше. Она старалась понять, что происходит в этом новом мире, и почему чувство тревоги не покидает её. Она слышала, как он осторожно переодевался, стараясь не шуметь, но, не выдержав, всё-таки позвала его: — Марат…? Он вздрогнул от неожиданности, резко повернувшись к ней. — Ты чего не спишь? — удивлённо спросил он, тихо подходя ближе. — Уже почти час ночи, давно пора отдыхать. — Не могу заснуть, — призналась она, голос её звучал тихо и слегка растерянно. — А ты… где был? Почему так поздно вернулся? Марат опустил плечи, видно было, что он устал, но сел на край своей кровати, словно не мог просто оставить её вопрос без ответа. — Я был с пацанами, Мелис, — сказал он, пытаясь придать голосу спокойствие. — Иногда так бывает. Разные дела, разборки… Но ничего серьёзного. — Разборки? — в голосе девушки послышалась тревога. — А синяк на лице — это тоже “ничего серьёзного”? Марат невольно коснулся своей щеки, слегка усмехнувшись. — Слушай, — начал он, глядя на неё, — такие вещи иногда случаются. Но ты не волнуйся. Всё под контролем. Это мелочь, завтра и следа не останется. Мелисса замолчала, повернувшись к нему лицом. Она долго смотрела на него, пытаясь разобраться в собственных чувствах. С одной стороны, ей хотелось верить, что всё действительно так просто. Но с другой… Страх. Она слишком хорошо знала, как быстро может всё выйти из-под контроля. Её жизнь уже научила её быть настороже. — А если однажды ты не справишься? — тихо, почти шёпотом спросила она, глядя прямо в его глаза. Марат, не ожидавший такого вопроса, опустил взгляд. В его выражении появилось что-то тёплое и одновременно серьёзное. Он провёл рукой по своей голове и глубоко вздохнул. — Знаешь, Мелис, я не могу обещать, что всё всегда будет гладко. Жизнь — она такая… Иногда просто невозможно предсказать, что может пойти не так. Но… — он сделал паузу, чтобы подобрать правильные слова. — Я обещаю тебе одно: я всегда буду рядом. Я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Ты теперь моя сестра, и я о тебе позабочусь. Её сердце дрогнуло. Эти слова звучали так искренне, так просто, но при этом она чувствовала в них ту надежду, которой ей так не хватало. Всё ещё не уверенная, она лишь прошептала: — Спасибо, Марат. Он слегка кивнул, улыбнувшись уголком губ. — Спи, Мелис. Всё будет хорошо, — его голос был тёплым и успокаивающим. — Спокойной ночи, — тихо произнесла она, поворачиваясь обратно к стене, ощущая странное чувство облегчения и тепла, которые наполнили её душу. Марат медленно лег на свою кровать, и вскоре комната снова погрузилась в тишину. Но на этот раз в этой тишине уже не было того навязчивого страха.

***

— Я же говорила, что тебя вернут обратно. Люди не терпят поведение подростков, — раздался язвительный голос подруги с соседней кровати. Она лежала, закинув руки за голову, и, усмехнувшись, добавила: — Пф, неудачница. Теперь тебе, как и мне, терпеть это место еще пару годиков. Мелисса молча посмотрела на нее, но ничего не ответила. Её сердце сжалось от этих слов. Безучастно она легла на свою неудобную, жесткую кровать, чувствуя, как по щекам медленно катятся слёзы. Она пыталась удержать их, но слёзы были сильнее, одна за другой они стекали, оставляя влажные дорожки на лице. Взгляд девушки застыл на сером потолке, а в голове смешались мысли и воспоминания. Голоса вокруг казались все более далекими, едва различимыми. Она пыталась сосредоточиться на тишине, но постепенно окружающий мир становился всё более размытым. — Мелис… Мелисса, — кто-то тихо звал её, одновременно легко потряхивая за плечо. Голос звучал приглушённо, словно издалека. Мелисса никак не могла понять, откуда этот голос и кто её трогает, ведь совсем недавно она была одна. Но зов продолжался, и, наконец, она услышала его чётче. — Мелис… Это был голос Марата. Мелисса резко открыла глаза, осознав, что всё это было лишь сном. Она быстро огляделась по сторонам — всё было на своих местах: та же комната, та же кровать, всё то же самое одеяло, которое она держала в руках. Только щеки всё ещё были влажными от слёз. Девушка поспешно протёрла их руками, пытаясь окончательно проснуться. — Что случилось? — обеспокоенно спросил Марат, сидя на краю своей кровати и внимательно глядя на неё. — Да… страшный сон приснился, — ответила она, голос был немного дрожащим. — Ты так сильно плакала… Я испугался и решил разбудить тебя, — Марат выглядел встревоженным. — Всё нормально теперь? — Угу, — едва кивнула она, садясь на кровать и вздыхая глубоко. — Я пойду попью воды. Мелисса встала и медленно направилась в сторону кухни. Она чувствовала, как её сердце всё ещё билось чаще обычного, а воспоминания о сне не спешили покидать её. На кухне она наливала себе стакан воды, наблюдая за тем, как вода наполняет стакан, словно это был единственный способ отвлечься от гнетущих мыслей. Мелисса сделала несколько глотков и вернулась в комнату. Марат всё ещё сидел на кровати, внимательно наблюдая за ней, словно ожидая, что она что-то скажет. — Спасибо тебе, — с небольшой улыбкой сказала она, садясь обратно на свою кровать и глядя на него. — Да не за что, — отмахнулся Марат, но в его глазах был виден явный интерес к её состоянию. — Спокойной ночи, Мелисса. — И тебе, — выдохнув, ответила она, укладываясь обратно под одеяло. Она всё ещё чувствовала усталость, но теперь было легче. *** Утро окутало город полумраком, словно ночная тень все еще царствовала на улице. За окном комнаты Мелиссы ярко светила луна, создавая волшебную атмосферу, и даже в это раннее время не было и намека на рассвет. Марат уже давно проснулся и торопился собраться в школу, обдумывая, где и как лучше провести этот день. Его воодушевленное настроение контрастировало с мыслями Мелиссы, которая тоже мечтала о школе, о том, как будет весело завести новых подруг и друзей, выходить с ними на прогулки, но пока все это оставалось лишь в ее мечтах. Тетя Диляра и дядя Кирилл решили помочь ей, собираясь найти репетитора, который мог бы помочь Мелиссе восполнить пробелы в знаниях и подготовить её к учебе с ровесниками. В противном случае, ей, скорее всего, придется идти в четвертый класс, ведь, кроме основ арифметики, чтения и правописания, она практически ничего не знала. — Доброе утро — произнёс Марат, небрежно закидывая пару тетрадей в свою сумку и стараясь не опоздать. — Как спалось? — Доброе утро, — зевая, ответила Мелисса, медленно поднимаясь с уютной, мягкой кровати, от которой ей совершенно не хотелось расставаться. Несмотря на то, что ночью ей снились ужасные сны, утреннее пробуждение принесло удивительное ощущение покоя. Она чувствовала себя в безопасности, в этом доме, где не было строгих воспитательниц и жестких правил, которые так ее тяготили. Вдохнув аромат свежевыпеченных блинов, Мелисса вышла из своей комнаты и направилась на кухню. Этот сладкий запах знаком ей с детства, и он вновь пробудил в ней теплые воспоминания о маме, которая в её детстве часто готовила для неё это лакомство. В голове возникло множество вопросов: где же сейчас её мать? Помнит ли она о своей дочери? Думы о ней смешивались с надеждой и грустью. — Как ты, милая? — нежно спросила Диляра, подходя к ней с заботливой улыбкой. — Отлично, — ответила Мелисса, светясь от счастья, и села за стол, предвкушая завтрак. — Марат, ты сейчас опоздаешь в школу — напомнила мама Марата, беспокойно взглянув на сына и стараясь торопить его. — Мне ко второму уроку, — поспешно произнёс младший Суворов, запивая горячий чай, в котором чувствовалась нотка спешки. — Никакого ко второму! — строго произнесла Диляра, поднимая брови. — Или ты хочешь, чтобы мы с папой краснели перед директором из-за твоих опозданий? Давай, допивай чай и собирайся! — Ладно, — с легким вздохом протянул парень, заканчивая свой чай, и направился к прихожей. Надев свою любимую голубую куртку и накинув на шею красный шарф в клеточку, он вышел из квартиры с небрежным прощанием: «До вечера!» — Ну что ж, Мелис, мы остались вдвоем. Чем займемся? — с улыбкой спросила тётя Диляра, утирая руки о фартук, как будто готовясь к новым свершениям. — Даже не знаю, — с задумчивым выражением на лице пожала плечами Мелисса, оставалась на своем месте, размышляя о том, как бы ей занять время. — Я предлагаю выйти на прогулку и прикупить тебе несколько вещей. Как ты на это смотришь? — с энтузиазмом предложила Диляра. Словно яркий солнечный лучик, пробившийся сквозь облака, предложение Диляры осветило Мелиссу. Она осознала, что особого гардероба у неё не осталось после приюта — всего лишь одно платье и старая куртка. На улице зима, и ей нужно тёплое одеяние, чтобы подготовиться к предстоящим морозам и бурану. Мелисса кивнула в знак согласия с предложением Диляры и, полная радостного нетерпения, встала с места, готовая помочь ей на кухне, чтобы совместными усилиями подготовиться к их увлекательному дню. Обе девушки вышли из дома, и их встретил зимний пейзаж: снежные хлопья медленно спускались с неба, укрывая землю и асфальт белоснежным одеялом. Под ногами хрустел свежевыпавший снег, создавая особую атмосферу волшебства и уюта. Мелисса и Диляра направились к одной из главных улиц, где, наконец, зашли в первый попавшийся магазин одежды. Теплый воздух и уютный свет сразу же обняли их, когда они вошли, а доброжелательные продавцы встретили девушек с улыбками на лицах. — Добро пожаловать! Чем мы можем вам помочь? — спросила одна из продавщиц, мягко подойдя к ним. — Здравствуйте! Мы ищем зимнюю одежду для девочки, — ответила Диляра, обводя взглядом разноцветные витрины. Мелисса была в восторге от разнообразия моделей, тканей и цветов. Её глаза засияли, когда она заметила яркие куртки, уютные свитера и теплые шарфы. Это было именно то, что ей нужно для холодной зимы. — Можно я посмотрю это? — с интересом спросила она, указывая на темно-синего цвета пальтишко, который притягивал её внимание. Диляра улыбнулась и кивнула: — Конечно, Мелис. Примерь Мелисса быстро перебралась к примерочной, а Диляра осталась в зале, рассматривая другие вещи. Примерочная была маленькой, но уютной, и вскоре на Мелиссе оказалось пальто. Она взглянула в зеркало и была в восторге от своего отражения. — Как тебе? — из-за двери послышался голос Диляры. — Мне очень нравится! — воскликнула Мелисса, с легкостью поворачиваясь в пальто, который идеально сидел на ней. — Выглядит просто замечательно! — похвалила тетя, входя в примерочную. — Как ты себя в нём ощущаешь? — Уютно и тепло! — с радостью ответила девушка, чувствуя себя уверенно. — Я бы хотела его купить! Диляра улыбнулась и, наклонившись, проверила ценник. — Отлично! Давай посмотрим еще несколько вещей, а потом решим, что купим. Они продолжили исследовать магазин, и вскоре Мелисса выбрала несколько теплых свитеров, шапку и перчатки. Диляра также подобрала несколько стильных вещей для себя, и обе вскоре вернулись к кассе с полными руками покупок. — Мы отлично провели время, — заметила Диляра, глядя на горы одежды, которые теперь становились их новыми сокровищами. — Мне кажется, ты просто невероятно преобразилась! — Спасибо, тетя, — ответила Мелисса с искренней улыбкой. — Я очень счастлива. Никогда не думала, что смогу купить себе новую одежду! – Ты можешь меня по имени называть или если тебе комфортно, можно и мама, – улыбнулась Диляра ей – Ну тогда, спасибо, мама.., – смущенно произнесла девушка Как только они вышли из магазина, свежий морозный воздух обнял их, и девушки, смеясь, начали весело обсуждать свои покупки, перебрасываясь шутками и комплиментами. Эта прогулка была не просто шопингом; это стало настоящим началом новой жизни для Мелиссы, полным радости и надежд.