Горячие сцены, вдохновленные All The Young Dudes.

— Так нормально? — спросил Римус, обхватывая Сириуса сзади за талию. Его волосы пахли потрясающе. Пахло Сириусом, морским бризом и костром. — Конечно. — Мы могли бы просто поспать… — Пожалуйста, давайте не будем просто спать! — Сонорус Квиескис. — А, хорошо… — ДА. Римус положил руку Сириусу на грудь и оперся на другой локоть, чтобы лучше доставать до его шеи. Он начал целовать её, легонько кусая и лаская губами. Сириус удовлетворенно вздохнул и глубже зарылся головой в подушку, чтобы дать Римусу больше пространства для своих действий. Римус любил шею Сириуса. Она была сильной, упругой, мягкой и пахла ароматом Сириуса в самом лучшем смысле этого слова. Вскоре он перебрался на Сириуса и продолжил ласкать его шею с другой стороны. Он лизнул мочку его уха и жарко задышал ему в ухо. Сириус вздрогнул и тяжело выдохнул. Его руки прошлись по спине и плечам Римуса, зарываясь в его волосы. Он слегка потянул за них, и Римус почти забыл, как это приятно. Он переместил свои поцелуи к губам Сириуса. Он наслаждался ощущением того, насколько знакомым оно было. И в то же время это было совершенно новое ощущение. Целоваться с человеком, который без сомнений знал, что Римус — гей, и не возражал против этого. Он и сам был геем и наконец-то начал это признавать. Они были геями. Геи вместе, геи друг для друга, просто геи, и это было неплохо. И Сириус, наконец, полностью принадлежал Римусу. Он пообещал, что больше никаких девушек. Римус на секунду задумался, стоит ли ему полностью доверять. Но то, как Сириус целовал его прямо сейчас, как он обнимал его и что–то бормотал под ним, заставило его поверить. Хотелось верить ему. — Я так скучал по тебе, Лунатик, — выдохнул Сириус между поцелуями. Боже, подумал Римус. — Я тоже по тебе скучал, — сказал он вслух и поцеловал Сириуса еще настойчивее. Он начал двигать бедрами и тереться о Сириуса. Они оба были твердыми, словно кирпичи, и кто бы их винил, после четырех месяцев… Руки Сириуса просунулись под пояс Римуса, и он крепко обхватил его ягодицы, медленно массируя. Римус застонал и прижался членом к Сириусу. Одна из рук Сириуса скользнула по заднице Римуса и нежно погладила его промежность. Римус сел Сириусу на колени и одним быстрым движением снял с себя рубашку. Сириус последовал за ним, а затем лихорадочно принялся расстегивать брюки Римуса, в то время как Римус занялся брюками Сириуса. Через несколько секунд они оба были обнажены, и Римус снова растянулся на Сириусе. Сириус потянулся за своей палочкой и тихо прошептал: — Люмос. Сириус, вероятно, был единственным человеком в мире, рядом с которым Римус не чувствовал себя неловко из-за своего избитого тела. Сириус столько раз боготворил его, целовал каждый шрам и гладил каждое пятнышко. Иногда Римус даже чувствовал себя красивым, когда Сириус смотрел на него. В приглушенном свете волшебной палочки они смотрели друг другу в глаза. Они не улыбались, и, честно говоря, Римусу больше хотелось плакать, потому что он почувствовал такое облегчение, словно с его груди свалился огромный камень. Он говорил себе, что без Сириуса ему будет лучше — по крайней мере, без той драмы, которая сопровождает его жизнь. Но на самом деле он чувствовал себя неполноценным, и теперь он снова стал целым. Через несколько секунд он наклонился и нежно поцеловал Сириуса в губы. Всего один раз, а затем снова отстранился. Сириус мягко улыбнулся ему и поднял голову, чтобы украсть еще один поцелуй. Они снова начали целоваться по-настоящему, прижимаясь друг к другу, лаская друг друга руками. Внезапно Римусу что-то пришло в голову: — Эй, как ты думаешь, люди могут увидеть нас здесь, при свете палочки? — Черт. — Сириус поспешил произнести заклинание и повернулся обратно к Римусу, чтобы продолжить глупо целоваться с ним. Было не совсем темно, так как ночь была ясной, а на небе сияли убывающая луна и звезды. Римус оторвался от губ Сириуса и снова занялся его шеей. Теперь он сосал чуть более настойчиво, и Сириус начал извиваться. Он продолжил движение вниз, провел пальцами по ключицам, а затем поцеловал в ямочку посередине. Он целовал грудь Сириуса, не забыв уделить особое внимание его соскам. На самом деле Римусу потребовалось некоторое время, чтобы понять, что для Сириуса его соски определенно были эрогенной зоной. Лично для Римуса его соски ничего не значили, поэтому ему и в голову не пришло обратить внимание на соски Сириуса. В конце концов, он все-таки догадался. Тот факт, что дыхание Сириуса сбивалось каждый раз, когда он случайно задевал один из его сосков, выдавало его с головой. Сириус тяжело дышал и извивался, пока Римус настойчиво сосал его левый сосок. Он даже узнал, что Сириусу нравятся зубы, и теперь использовал это знание на практике. Нежно покусывая и поглаживая резцами левый сосок Сириуса, он пощипывал кончиками пальцев правый. Сириус застонал и выгнул спину. Его руки снова оказались на заднице Римуса, разминая ее. Через несколько минут Римус переместился еще ниже по телу Сириуса. Губами и языком он любовался его мускулистым животом и спускался по темной дорожке любви к лобку. Он уткнулся в него носом и глубоко вдохнул, наслаждаясь тем, как Сириус задрожал, застонал и грубо схватил Римуса за волосы. Затем Римус приподнялся с Сириуса и опустился на его бедра, так что оказался между ними, и ему открылся хороший вид на нижнюю часть ягодиц Сириуса. Сириус раздвинул ноги, и Римус не мог видеть его отверстие; впрочем, осознание того, что он находится так близко к нему, все равно возбуждало его. Он бы с удовольствием уделил дырочке Сириуса гораздо больше внимания, чем обычно (и наоборот…), но в прошлом у него было ощущение, что Сириус не готов к этому. Возможно, это было связано с тем, что он отрицал свою сексуальность еще несколько часов назад. Может быть, он сам предложит это в ближайшее время. Держим пальцы… Он начал ласкать то место, где бедро Сириуса соединялось с его промежностью, используя свой нос, язык и дыхание. Не торопясь, с обеих сторон, он наконец сосредоточил свое внимание на мошонке Сириуса. Он прижался к нему снизу и жарко задышал ему в промежность. Сириус одной рукой сжал в кулаке простыни, а другой — волосы Римуса. Он дышал с открытым ртом и закрытыми глазами. Когда Римус лизнул его промежность, Сириус ахнул и широко раскрыл глаза. Он встретился взглядом с Римусом, пока тот проводил языком широкую полосу от его промежности до самого кончика члена. Сириус гортанно застонал, и Римус вернулся вниз, чтобы сделать это снова. И снова. Он втянул в рот одно из яичек Сириуса и ритмично провел языком по промежности. Затем он повторил то же самое с другим яичком. Наконец, Римус снова облизал член Сириуса и обхватил его ртом. Мышцы живота Сириуса конвульсивно сократились, и Римус быстро оторвался от его члена и крепко обхватил рукой его основание. Сириус рассмеялся, переводя дыхание, и запустил обе руки в свои волосы, переплетая пальцы и удерживая их. Когда он немного расслабился, Римус вернул свой рот на прежнее место и начал двигаться вверх-вниз. Сириус быстро пришел в себя, и Римус снова перешел к его яйцам и промежности, облизывая и посасывая. Когда он перешел к члену, то взял его до упора, и это было намного проще, чем в первый раз, спасибо большое. У него неплохо получалось расслаблять горло; иногда, когда угол был подходящим, ему даже удавалось сделать глубокий минет. Но не в этот раз. Сириус был уже близок к оргазму после нескольких умелых движений языка Римуса и нескольких правильных отсасываний. Римус отстранил его от себя, несколько раз подрочил рукой, а затем снова прижался к основанию. Сириус зарычал, схватил Римуса за плечи обеими руками и притянул к себе, так что они снова оказались лицом к лицу. — Я думал, ты скучал по мне? — бросил он. — Почему ты пытаешься меня убить?! Римус хитро улыбнулся. — Нам нужно наверстать упущенное, вот и все. Я не хочу, чтобы ты кончил через пять секунд. — Простите! Я никогда еще не кончал спустя пять секунд! — Сириус был возмущен. — Я уверен, что каждый раз мне удавалось продержаться как минимум тридцать! Римус рассмеялся и потянулся, чтобы притянуть Сириуса к себе для поцелуя. — Я покажу тебе, что ты получишь за то, что мучаешь меня, — пообещал Сириус, отпустив нижнюю губу Римуса, и начал толкаться бедрами в бедра Римуса, прижимаясь к нему своим членом. Слюна была плохой смазкой. Слюна на члене Сириуса уже высохла. Поэтому Сириус снова потянулся за палочкой и наложил щедрое смазывающее заклинание. Он отбросил палочку в сторону и продолжал двигаться, все быстрее и быстрее. Теперь уже стонал Римус, а Сириус тяжело дышал над ним. Он схватил Сириуса за задницу и притянул к себе, уткнувшись носом в шею и тяжело дыша ему в ухо. Он обеими руками развел его ягодицы в стороны, и Сириус кончил с приглушенным — Ааа! О, черт. Римус наблюдал за тем, как Сириус испытывает кайф, и еще несколько секунд продолжал прижиматься к нему и двигаться, прежде чем тоже кончил с низким стоном, крепко обнимая Сириуса и ослабляя хватку только тогда, когда его спазмы закончились. Сириус приподнялся на локтях и посмотрел на Римуса с ласковой ухмылкой. Он поцеловал его и сказал: — Я скучал по тебе. — Ты имеешь в виду, что скучал по этому, — рассмеялся Римус, шлепнул его по попе и снова прижался к нему бедрами. — Мерлин, да, — простонал Сириус. Затем он стал более серьезным. — Но ты же знаешь, что я очень скучал по тебе, правда? По тебе целиком, а не только… — Он сделал неопределенный жест рукой, указывая на их сплетенные тела. — Вообще-то я не знал. До сегодняшнего дня. Но я тебе верю. — Он действительно верил, осознал Римус. — Хорошо, — улыбнулся Сириус, явно удовлетворенный сразу всем. Сириус соскользнул с Римуса и стал искать свою палочку. Римус первым нашел свою и наложил на них обоих очищающие заклинания. Сириус прижался к Римусу и положил голову ему на плечо, а Римус обнял его. Некоторое время они лежали молча, просто находясь вместе, наслаждаясь близостью, ощущением облегчения. Сириус нежно провел пальцами по верхней части тела Римуса, наблюдая за их движением. — Боюсь, тебе придется наложить Гламур на свою шею, — заметил Римус через несколько минут, ничуть не сожалея об этом. Сириус фыркнул. — Отлично. *Ты заставишь меня раскрыться раньше времени… Римус поцеловал его в макушку и сжал плечо. — У тебя есть столько времени, сколько тебе нужно, — тихо сказал он. После очередного затишья, во время которого Римус пару раз чуть не заснул, Сириус пробормотал: — Спишь? Римус утвердительно хмыкнул и перевернулся на бок, чтобы оказаться лицом к лицу с Сириусом. Они осторожно поцеловали друг друга на ночь, и Сириус перевернулся на другой бок прижимаясь спиной к Римусу. Римус уткнулся носом в волосы Сириуса и глубоко вдохнул. Его волосы пахли потрясающе. Сириусом, морским бризом и костром. Как дом.