Горячие сцены, вдохновленные All The Young Dudes.

Сириус внимательно прислушался, прежде чем нажать на ручку. Он осторожно приоткрыл дверь и выглянул. Коридор был темным, в доме стояла тишина. Было около полуночи, и Сириусу казалось, что Флимонт уже давно отправился спать. Он открыл дверь шире, тихо вышел в коридор и аккуратно закрыл ее за собой. Затем, на цыпочках, он быстро направился к соседней двери, ведущей в спальню Римуса, и медленно надавил на дверную ручку. Римус отложил книгу, которую читал, и улыбнулся Сириусу. — Привет, — прошептал он, прежде чем Сириус успел наложить сильное заглушающее заклинание. — Привет, — улыбнулся Сириус, забираясь под одеяло рядом с Римусом. Он прижался к нему и глубоко, удовлетворенно задышал. Римус был таким теплым, а Сириус немного продрог, стоя у двери и прислушиваясь. Он потерся босыми ступнями о икры Римуса, задирая штанины пижамы. Римус что-то промычал и крепче прижал Сириуса к себе. — Тебе нужно согреться? — спросил он, и в его голосе, возможно, прозвучал намек, если Сириусу это не показалось. — Несомненно. Есть идеи, как сделать это эффективно? — Тон Сириуса определенно был намекающим. Римус нежно поцеловал его в губы. — У меня есть парочка идей. — Поцелуй. — Думаю, они тебе понравятся. — Поцелуй, поцелуй. Сириус уже достаточно согрелся. — Тогда, прошу, поделись со мной, я замерзаю. — Что ж, — в глазах Римуса появился дьявольский блеск. — На первый взгляд это может показаться нелогичным, но на самом деле для этого нужно раздеться. — Правда? — Сириус наклонился к Римусу и начал его горячо целовать. Римус уже лежал на спине, а Сириус забрался на него сверху. Они оба становились всё более возбужденными с каждой секундой. Сириус прижимал бедра к Римусу. — Хм, — пробормотал он. — Уже действует. — Мы можем остановиться, если тебе достаточно тепло, — притворно предложил Римус, ох уж этот маленький проказник. — Нет-нет, я хочу сначала попробовать ту другую штуку. Раздевание. Я всё ещё до смерти замёрз, — уверил его Сириус. Он быстро сел на колени Римуса и снял свою пижамную кофту. Затем он принялся за пуговицы Римуса, немного раздражаясь из-за их неподатливости. Когда он, наконец, распахнул рубашку Римуса, он снова лег на него, прижимаясь обнаженной грудью. — Ааа, так намного лучше! Хотя все еще холодно, — поспешил добавить он, и Римус усмехнулся. На этом они прекратили свою игру, слишком увлёкшись поцелуями, прижиманиями и ласками. Через несколько минут Римус откинул одеяло и потянулся вниз, чтобы стянуть с Сириуса пижамные штаны, обнажая изгиб его тела. Под ними у Сириуса не было трусов, и Римус явно это оценил — он удовлетворенно хмыкнул и грубо схватил его за ягодицы обеими руками. Сириус слез с Римуса, чтобы полностью снять штаны, но Римус поднялся, быстро, как кошка, стянул с плеч рубашку и толкнул Сириуса на спину. Он снял с него брюки, а затем сам с трудом выбрался из своих. Сириус смотрел на него, завороженный. Ему нравилось, когда Римус становился нетерпеливым. В такие моменты он становился таким… страстным. Сейчас его глаза пылали желанием, когда он смотрел на Сириуса сверху. Когда Римус, наконец, поцеловал его, это было с жадностью: он сосал нижнюю губу, прикусывал её и снова и снова влезал языком в его рот. Римус тяжело дышал и настойчиво прижимался к Сириусу. Сириус стонал и выгибал шею, чем сразу же воспользовался Римус, оставляя укус на его коже. Что ж. Он неплохо освоил гламурные чары, так что… Он провёл руками вдоль спины и шеи Римуса, добираясь до его волос, которые нежно схватил и потянул. Римус зарычал, перехватил руки Сириуса и прижал их к матрасу над головой удерживая на месте. Он положил другую руку на ключицы Сириуса, поглаживая пальцами его шею. Затем он снова начал сосать и прикусывать его шею, одновременно прижимаясь к нему своим возбужденным членом. Сириус стонал и тяжело дышал, двигая бедрами в такт Римусу, но в остальном оставался неподвижным. Ему нравилось уступать контроль Римусу; тот был так хорош в этом. Когда Сириус попытался опустить руки обратно, чтобы снова положить их на Римуса, тот крепче сжал его запястья и шею. — На месте, — приказал он грубым голосом. Сириус задышал глубже и кивнул. Его член дернулся, и на мгновение он испугался, что кончит слишком рано. Но Римус хорошо его знал. После еще нескольких секунд сухого трения он оторвал бедра от Сириуса и, оторвавшись от его израненной шеи, снова впился в него губами. Он все еще держал его запястья мертвой хваткой. Сириус заскулил, скучая по трению. Римус был слишком хорош в этом. Доводя его до исступления. Возбуждая его, делая податливым и твердым. Мучая его. Он приподнял бедра, прижимая их к бедрам Римуса. — Я хочу, чтобы ты отсосал мне, — прошептал Римус, прижимаясь губами к его, опуская бедра обратно. Сириус стонал, не стыдясь своего желания, будучи взбудораженным как действиями Римуса, так и его словами, а также теми образами, которые возникали у него в голове. — Дааа, — прошептал он. Римус наконец отпустил его запястья, и Сириус тут же перевернул их, оказываясь сверху. Он не стал целовать его губы, грудь или живот, зная, что Римус нетерпелив и сейчас ему просто нужно было то, о чем он сказал. Сириус не делал этого слишком часто. Не так часто, как Римус, по крайней мере. Обычно они просто использовали руки или терлись друг о друга. А был ещё тот раз в душе — Мерлин, стоило только подумать об этом, как его член сразу же возбуждённо дернулся. Римус несколько раз делал ему минет, но Сириус часто чувствовал… ну, что ему не следовало этого делать. Он знал, что это всего лишь предубеждение его родителей заставляло его так себя чувствовать, потому что в те несколько раз, когда он преодолевал себя и делал это, ему это очень нравилось. Если бы он захотел, то мог бы даже кончить, просто отсосав Римусу. Сейчас, когда Сириус наконец признался себе, что он на самом деле гей (и, о чудо из чудес, мир все еще крутится, причем крутится чудесно), он с нетерпением ждал момента, когда сможет заняться этим с Римусом. Сириус положил обе руки на бедра Римуса и внимательно посмотрел на его член. Он был тоньше, чем у Сириуса, но длиннее, с приятной прямой формой и розоватым оттенком. Сириус наклонился и провёл языком от основания до головки. Затем он обхватил его рукой и начал мастурбировать, несколько раз опуская и поднимая крайнюю плоть. Римус вздохнул и положил руки за голову. Его глаза были закрыты, а на губах играла легкая улыбка. Сириус кончиком языка провёл по его уретре, слегка углубляясь. Он полностью отодвинул крайнюю плоть и обвел языком край головки. Затем он горячо выдохнул на неё, прежде чем оторваться от члена и наклониться к яйцам Римуса. Он аккуратно лизнул яички и начал перекатывать их в руке. Когда его пальцы коснулись промежности Римуса, у него перехватило дыхание. Сириус продолжал перекатывать и поглаживать их, в то же время снова двигая ртом вверх, чтобы по-настоящему отсосать Римусу. Сначала Сириус взял в рот только головку. Он тщательно лизал и сосал её, пока тихие «ух, ух» Римуса не сменились на полноценные стоны. Затем он погрузил его глубже. Когда головка коснулась мягкого неба, Римус задышал и вцепился одной рукой в волосы Сириуса, крепко держа, но не указывая ему направление. Сириус двигал губами к головке, а потом обратно, стараясь взять как можно больше. Ему не удавалось поместить его полностью; член Римуса был довольно длинным, а Сириус никогда не владел искусством горлового минета. Однако он был готов попробовать и научиться, потому что в те редкие моменты, когда Римус делал это с ним, Сириус едва не терял рассудок от невероятного удовольствия, и он хотел, чтобы Римус тоже это почувствовал. Он решил подождать еще несколько минут, а потом попробовать. Но Римус помешал его планам. — Я хочу тебя, — задыхаясь от желания, он потянул Сириуса за волосы и плечо. Сириус посмотрел на него с удивлением. Ты уже меня получил, подумал он. Но он сделал так, как хотел Римус: выпустил его член, в последний раз лизнул головку и придвинулся, чтобы снова оказаться с ним лицом к лицу. — Я хочу тебя, — снова прошептал Римус, его взгляд был испытующим, напряженным. Сириус посмотрел на него в ответ, пытаясь понять, что он имел в виду. Затем Римус наложил на них смазывающее заклинание, и Сириус подумал: — О, ладно. — Он сразу же начал двигаться, сначала медленно, но быстро набирая скорость. Римус тяжело дышал, прижимаясь к нему. Затем он внезапно наклонил бедра так, что член Сириуса коснулся его ануса. Сириус подумал, что это ошибка, и снова выровнялся по направлению к члену Римуса, возобновляя свои свои толчки. Но Римус сделал это снова. Когда он сделал это в третий раз, он схватил Сириуса за плечи, чтобы тот не двигался. Он пристально посмотрел на него и повторил: — Я хочу тебя. И тут до него дошло. — О, — выдохнул Сириус. — Ты уверен? — Да, — кивнул Римус. — Я хочу, чтобы ты был внутри меня. Сириус сглотнул. — Не будет ли больно? — Всё будет в порядке, — пообещал Римус. Он совсем не звучал испуганным. Но Сириус был напуган. Это было то, о чем он никогда не позволял себе даже подумать. Он, конечно, знал об этом. Теоретически. Он не раз слышал, как его родители выражали свое отвращение к этому. Теперь, когда он думал об этом, ему было трудно определиться. С одной стороны, сама мысль была невероятно возбуждающей. Мерлин, как же это заводило! С другой стороны, он ничего об этом не знал, и это пугало. Будет ли Римусу больно? Будет ли это отвратительно? Узнают ли все об этом? — Мы разберёмся вместе, — сказал Римус, будто читая его мысли. Он прижал Сириуса к себе, с нетерпением глядя в глаза. Хотя эрекция Сириуса немного ослабла, Римус всё ещё был возбужден и легонько терся о него. — Ладно, — наконец согласился Сириус. Это был Римус. В любом случае, всё будет хорошо. — Хорошо! — Римус был явно в восторге. — Итак, я, хм … Я поискал очищающее заклинание, которое должно сработать. — Он слегка покраснел и на секунду отвел взгляд, но затем продолжил: — Что-нибудь, что подействует изнутри и просто растворит всю… гадость. Обычное очищающее средство для кожи просто очистит поверхность. Вообще-то, я нашел заклинание, которое обычно используется для обивки мебели, но, знаешь, оно очень современное, так что заклинание не будет едким или что-то в этом роде… — Он замолчал, заметив выражение лица Сириуса. Неужели есть риск, что внутренности Римуса могут пострадать, если они это сделают? — Бродяга, — голос Римуса звучал успокаивающе, — все будет хорошо. Ты же знаешь, я действительно хорош в поиске информации. Ну ладно. Это действительно немного успокоило его. Римус, похоже, был доволен тем, как изменилось выражение лица Сириуса, и продолжил: — Итак, тебе, наверное, стоит это сделать. Я думаю, важна точность. Всё просто, смотри. — И он начал показывать Сириусу, как выполнить заклинание. Поскольку это действительно выглядело очень просто, и Сириус не хотел портить настроение, он сдвинулся вниз, чтобы сесть между расставленными ногами Римуса и приподнял его колени, чтобы получше увидеть отверстие Римуса. Мерлин, оно было таким крошечным. Как ему вообще туда влезть? Он глубоко вздохнул, нацелил палочку и произнёс заклинание. Римус ахнул. Сириус встревоженно посмотрел на него. — Я в порядке, все в порядке, — поспешил заверить его Римус. — Просто покалывает. Даже приятно. — В его глазах снова появился этот блеск, немного лукавый, очень выжидательный, взволнованный. — Хорошо, так что, теперь..? — Сириус нуждался в его руководстве. Римус произнёс ещё одно заклинание смазки, на этот раз на своей руке. Он щедро покрыл член Сириуса, стимулируя его до полной эрекции. Затем он провёл пальцами между ног и размазал смазку по своему отверстию. Сириус с замиранием сердца наблюдал за этим. Ему хотелось тоже прикоснуться, но он не знал, будет ли это странно. Он решил просто следовать указаниям Римуса, чтобы не ошибиться. — Хорошо, — наконец сказал Римус. — Давай сделаем это. Возможно, Сириусу это показалось, но Римус действительно выглядел немного взволнованным. Он снова лег на него и нежно поцеловал раз, два, три. — Ты все еще уверен? Римус кивнул без колебаний. Сириус начал целовать его более настойчиво, продолжая тереться своим членом о член Римуса. Им обоим нужно было выбросить все из головы. Только когда Римус начал стонать и наклонять бедра, как раньше, Сириус выровнял свой член с анусом Римуса. — Хорошо, поехали. — Он стиснул челюсти и толкнулся. Это было нелегко. Отверстие Римуса было слишком маленьким. — Продолжай, — подбодрил его Римус, и Сириус толкнулся сильнее, и вдруг головка его члена вошла внутрь. Сириус застонал, но вздох Римуса не был похож на вздох удовольствия. Конечно же, его глаза были плотно закрыты, челюсть сжата, и он тяжело дышал через нос. Его эрекция ослабла. Ему было больно. Сириус вытащил. — Извини! Римус открыл глаза, всё ещё тяжело дыша. — Нет, сделай это снова, всё будет хорошо! — Лунатик… — Сириус, пожалуйста, — умолял Римус. Он умолял. Сириус снова выровнял свой член и произнёс заклинание смазки для Римуса, а потом и для себя. Он щедро нанес её на себя и, держась за свой член, снова начал входить в Римуса. Головка снова вошла внутрь, и Римус закричал. — Ааа! Продолжай, продолжай! — добавил он, тяжело дыша, цепляясь за спину Сириуса изо всех сил, впиваясь ногтями в кожу. Сириус продолжал толкаться вперёд и чувствовал себя плохо, потому что Римус явно испытывал боль, но, Мерлин, Моргана и Годрик, это было безумно приятно для него. А он был только наполовину внутри! Он старался двигаться медленно, но уверенно, и остановился только тогда, когда лицо Римуса исказилось от боли. Когда выражение лица Римуса не изменилось, он снова начал выходить из него. — Нет, что ты делаешь? — Потребовал ответа Римус. Член Сириуса выскользнул наружу, и Римус выдохнул. — Лунатик, тебе больно. — Все будет хорошо. Я привык к боли. Я уверен, что все будет хорошо. — Его голос звучал нетерпеливо, словно он защищался. — Я не хочу причинять тебе боль. Это того не стоит. Позволь мне просто продолжить отсасывать тебе, хорошо? — Я просто не могу представить, что люди делают это, если это только ради удовольствия того, кто входит. Может, мы делаем что-то не так? — Он всё ещё пытался рассуждать с Сириусом. — Откуда ты вообще знаешь, что люди делают это? Может, это просто фанатики вроде моих родителей распускают слухи, чтобы настроить других против… гомосексуалистов. Чтобы вызвать у них отвращение? — На самом деле, я говорил с Грантом об этом. Он это пробовал, и ему понравилось. — С ним делали это? Когда ты вообще… — Да. Он говорит, что это на самом деле невероятно, но что к этому нужно привыкнуть. Так ты думаешь, что это отвратительно? — Что? — Когда он это сказал? — Нет! Когда ты вообще говорил с Грантом об этом? — Когда я навещал его прошлым летом. Сейчас это не имеет значения. Главное — я хочу попробовать снова. Прямо сейчас. — Он снова использовал свой повелительный тон, и Сириусу пришлось несколько минут бороться с желанием сразу же выполнить его приказ. Сириус посмотрел на него, размышляя. — Может, если мы… Я хочу попробовать кое-что. Ты доверяешь мне? Римус на мгновение колебался, но затем кивнул. — Да. Я тебе доверяю. Сириус долго поцеловал его в губы, а потом немного приподнялся, чтобы лучше дотянуться. Он произнёс заклинание смазки на руку и тщательно распределил скользкую жидкость по пальцам. Затем он аккуратно прикоснулся кончиками пальцев к отверстию Римуса, нанося смазку и туда. Рот Римуса приоткрылся, и он закрыл глаза. Сириус внимательно наблюдал за ним, осторожно обводя отверстие пальцами. Он выглядел сосредоточенным, не расслабленным, но явно получал удовольствие. Сириус массировал сфинктер Римуса, слегка нажимая, проводя круговые движения и иногда осторожно касаясь ногтем. Римус дышал короткими, прерывистыми вдохами, и вскоре его бедра начали медленно двигаться в такт. Сириус прижал подушечку среднего пальца к отверстию Римуса и ввёл его всего на несколько миллиметров. Он оставил палец на месте и стал вращать им, стараясь создать больше пространства для легкого введения. Римус ответил, приподняв ягодицы к пальцу Сириуса и выпустив короткий вздох. Сириус повернул свой средний палец так, чтобы он был направлен прямо в Римуса, и слегка надавил. Он скользнул им внутрь, до первой костяшки. У Римуса перехватило дыхание, а бедра замерли. Его лоб был нахмурен, но не так, как будто ему было больно, скорее, он был очень сосредоточен. — Всё в порядке? — тихо спросил Сириус, не двигая пальцем. Римус кивнул, не колеблясь. — Да, — выдохнул он. — Попытайся расслабиться, — сказал Сириус. Ему казалось, что сфинктер Римуса будто хочет сжать его палец. Римус открыл глаза и посмотрел на него. Он немного подвигался, затем кивнул и снова закрыл глаза. Глубоко вдохнув носом, он медленно и намеренно выдохнул через рот. Постепенно Сириус почувствовал, как он расслабляется. Он покрутил пальцем внутри, немного высунул его и снова ввел до первой костяшки. Он продолжал это делать, пока не стало легко, затем медленно ввел весь палец одним плавным движением. Римус издал беззвучный, хриплый стон. Он по-прежнему не двигал бедрами, но Сириус был уверен, что эксперимент доставляет ему удовольствие. Его член снова начал вставать. Сириус двигал пальцем во всех направлениях, пытаясь растянуть Римуса. Каждые несколько секунд он чередовал такие движения с толчками. Несмотря на то что у Сириуса была четкая задача и конкретная цель, он не мог действовать механически. Внутри Римуса было горячо, шелковисто, скользко и чертовски тесно. Каждый раз, когда Сириус вытаскивал палец, ему казалось, что внутренние стенки Римуса не хотят его отпускать, цепляясь за него. Сириус был до предела возбужден, и его рот наполнился слюной. Он едва ли мог дождаться момента, когда сможет ввести свой член в это скользкое, тесное тепло. Но до этого момента им еще далеко, так что, конечно, Сириус мог подождать. Он будет ждать. Он не просто будет ждать, он подготовит Римуса к своему члену, и тогда это будет приятно для обоих. По крайней мере, он на это надеялся. В конце концов, он ничего не знал об этом деле. Внезапно Римус вскрикнул, выгибая спину. Что он сделал? — Твою мать, — простонал Римус, глядя на него расширенными глазами. — Сделай это еще раз! Ладно, ладно. Что же он такого сделал? Сириус попробовал разные движения, и когда он изогнул палец вверх, вынимая его, Римус снова вскрикнул. — Бляять, — простонал он. — Что это такое?! Сириус понятия не имел, что именно происходит, но был в восторге. Возможно, это действительно могло быть очень приятным для принимающей стороны. Он повторял движение снова и снова, и каждый раз Римус вскрикивал. — Хватит, остановись, ты должен остановиться, — запыхавшись, прошептал он спустя еще несколько раз. Он весь дрожал, обливался потом и выглядел так, будто с трудом держится. Мерлин, неужели это могло заставить его кончить? Сириус решил попробовать это в другой раз. Сейчас же он полностью вынул палец и смазал указательный палец, проведя им по скользкому входу Римуса, чтобы покрыть его смазкой. Затем он выровнял два пальца по направлению к отверстию Римуса и медленно начал вводить их внутрь. Римус издал низкий стон и выгнул шею, вдавив затылок в подушку. Его руки сжали простыню по обеим сторонам. Его член снова напрягся, пульсируя от возбуждения. Сириус остановился на второй костяшке. Сфинктер Римуса очень туго натянулся вокруг его пальцев. — Дыши, — напомнил Сириус, следя за его лицом. Римус отпустил дыхание, которое он задерживал, и продолжил дышать осознанно. Постепенно его проход расслабился, и Сириус вошел глубже. Он скручивал пальцы, раздвигал их, вводил и выводил, время от времени касаясь того места, которое заставляло Римуса вскрикивать. В конце концов, его пальцы легко скользнули внутрь и наружу, и Сириус немного ускорил движение. Римус начал стонать, и Сириус несколько раз успокаивающе надавил на свой ноющий член. Мерлин, это было так горячо. Это, несомненно, было самое горячее, что он когда-либо делал с кем-либо. Мерлина ради, он трахал Римуса пальцами. В настоящем сексе больше не было ничего нежного; все было быстро, решительно и умопомрачительно сексуально. Римус стонал, тяжело дышал и двигал бедрами в такт толчкам Сириуса. — Сириус, — выдохнул он, — ты нужен мне сейчас. Но Сириус был против. Он знал, что его член больше среднего размера (в конце концов, он провел достаточно времени в общежитиях для мальчиков и раздевалках для квиддича), и двух пальцев на подготовку было недостаточно. Поэтому он достал, смазал третий палец и расположил все три на входе Римуса. Когда он осторожно вошел в него, Римус застонал, и это прозвучало отчасти разочарованно, отчасти нетерпеливо — невероятно нетерпеливо. Сириусу нужен был лучший ракурс. Он высвободил пальцы, скользнул вниз по телу Римуса и расположился между его ног; теперь у него был прекрасный обзор того, что он делал с Римусом. Он наложил еще одно смазывающее заклинание на свою руку, затем, держась одной рукой за бедро, провел своими свежими скользкими пальцами по дырочке Римуса. Он снова соединил три пальца. Он начал медленно входить в нее, и Римус сначала напряг мышцы. Сириус решил отвлечь его. Он взял его за член, немного приподнял и взял его в рот, до упора. Римус дернулся, удивился и непристойно застонал. Сириус начал покачивать головой и постепенно почувствовал, как Римус расслабился. Он стал проникать в Римуса все глубже и глубже, пока его пальцы не погрузились в него до самого конца. Он снова развел их, раздвигая как можно дальше, особенно внутри тугого кольца мышц, которое было входом Римуса. Через некоторое время он снова начал толкаться, время от времени намеренно задевая точку наслаждения внутри Римуса. Римус стал по-настоящему нетерпеливым. — Бродяга, — выдохнул он. — Я готов. Я хочу тебя прямо сейчас! — Его тон не допускал возражений, и Сириус почувствовал покалывание в животе от этого приказа. Однако он не был полностью согласен с такой оценкой. Его пальцы были довольно тонкими, и даже три из них, прижатые друг к другу, не растягивали Римуса так сильно, как это сделал бы его член. Однако он не стал спорить. Когда Римус становился таким, лучше было этого не делать. Поэтому он медленно вынул член Римуса изо рта, осторожно вытащил пальцы, чтобы в последний раз по-настоящему раздвинуть его. Теперь его отверстие выглядело по-другому. Не крошечным и тугим, а более мягким и раскрепощенным. В животе Сириуса снова что-то взволнованно затрепетало. Он вытер руку о простыни, перебрался через Римуса и встретился с ним взглядом. — Скажи мне, когда станет слишком, — приказал он строго. Римус закатил глаза, но кивнул. — И не забудь дышать, — напомнил ему Сириус. — Да, да, продолжай! — поторопил его Римус. Он толкнул Сириуса бедрами и провел руками по его заднице. Сириус поцеловал его, быстро, не теряя времени. Он произнес еще одно смазочное заклинание, а затем взял свой член в руку, намазал его смазкой и направил к дырочке Римуса. Ему пришлось сильнее надавить пальцами, чтобы тупая головка члена прошла первоначальный барьер. Но он сделал это, а затем замер, оставив внутри только головку. — Дыши, — приказал он, и Римус подчинился. Через несколько секунд он стал продвигаться все дальше и дальше, наблюдая за лицом Римуса, не почувствует ли он дискомфорта. Он снова выглядел сосредоточенным, но не испытывающим сильной боли. Когда его брови нахмурились, Сириус спросил: — Ты в порядке? — Он тяжело дышал от напряжения, сдерживаясь, чтобы просто не вогнать свой член в задницу Римуса, как того требовала каждая клеточка его тела. Римус кивнул, тяжело дыша. — Продолжай, — прохрипел он. А потом: — Блять, ты такой большой. — На его лбу начал собираться пот. Он раздвинул ноги и подтянул колени ближе к груди, давая Сириусу больше места и другой угол. Сириус вошел в него до конца и вздохнул, испытывая полное блаженство. Он не двигался и ждал, пока Римус расслабится. Несколько секунд он молча наблюдал, как тот сосредотачивается, а затем решил, что время ожидания лучше потратить на поцелуи. Он продолжал делать это до тех пор, пока у них обоих не перехватило дыхание, и Римус не начал двигать бедрами. Сириус воспринял это как отмашку и наполовину вышел из него, но тут же вернулся в гостеприимное тепло. Чертов Мерлин, ему нужно было по-настоящему сосредоточиться, если он не хотел, чтобы все закончилось в течение трех толчков. Он сделал это снова, и звуки, которые издавал Римус, были, мягко говоря, очень ободряющими. Когда Сириус вышел в третий раз, он пошевелил бедрами, пытаясь снова найти то самое место. Ему пришлось сделать несколько попыток, пробуя как на входе, так и на выходе, и, наконец, ему это удалось, и Римус снова закричал. — Ааа! Черт возьми, Сириус! — Он схватился за спину, его бедра дрожали. — Можно я буду двигаться быстрее? — Сириус спросил. Он постарался, чтобы это не прозвучало как мольба. По крайней мере, он попытался. Римус с энтузиазмом кивнул, и Сириус, наконец, подчинился своему телу и начал набирать скорость, вбиваться в него, толкая и прижимаясь к стенкам Римуса. Это было так невероятно, и Сириус застонал от усилий, сдерживая оргазм, а Римус был таким скользким, тугим и горячим, и, о, Мерлин, он вот-вот кончит! Римус бесстыдно застонал, его бедра встретились с бедрами Сириуса, а голова оторвалась от подушки. — Блять, блять! — закричал он, когда член Сириуса снова вошел в него. Он схватил свой собственный член и начал грубо теребить его, так же быстро, как и толчки Сириуса. И вдруг Сириус почувствовал, как стенки Римуса сжимаются вокруг него, пульсируют и сдавливают, и его ногти впились ему в спину, и он застонал, так громко, и, о Мерлин, Римус кончал — он кончал, а член Сириуса пульсировал в его заднице! Сириус трахал его, а потом затих, зарывшись членом глубоко в Римуса, и оргазм захлестнул его, заставив дрожать всем телом. Он смутно чувствовал, что это очень громко, и на какую-то мимолетную секунду успел понадеяться, что звукоизолирующее заклинание сработало. Они обнялись, поцеловались и устало улыбнулись друг другу. После этого, когда дыхание успокоилось, а член Сириуса медленно уменьшался в Римусе, они, наконец, почувствовали себя в достаточной форме, чтобы попытаться завязать разговор. — Это было… — начал Сириус. — …совершенно потрясающе, — перебил его Римус. Он улыбался, как чеширский кот. — Да, — вздохнул Сириус. Он, должно быть, был с такой же растянутой до ушей улыбкой. — Так что ты в порядке? Это не слишком больно? — Разве ты только что не слышал, как я использовал слова «совершенно потрясающе»? — поддразнил Римус. — Я в порядке, — добавил он более серьезно. — Ты хорошо меня подготовил. — Неужели он краснел? — Это была действительно хорошая идея. И ощущалось тоже хорошо… — Да, я вроде как заметил, — Сириус подмигнул и улыбнулся, совершенно счастливый. — Полагаю, тебе тоже было хорошо? — Небрежно спросил Римус. Сириус недоверчиво уставился на него. — Лунатик, нет слов, чтобы описать, как мне было хорошо. Сириусно. — Он улыбнулся своей игре слов. Классика, смешно каждый раз. — Тогда ладно, — заключил Римус, проигнорировав шутку, как раз в тот момент, когда член Сириуса неизбежно выскользнул из него. А затем: — Уф. Кажется, твоя сперма вытекает из меня. Сириус расхохотался. Он отодвинулся от Римуса и посмотрел. (Теперь ему было позволено это делать, верно?!) Конечно же, из задницы Римуса текла сперма. Но как эта задница выглядела! Красная, с припухшим, мягким, красным отверстием. И из него вытекает сперма. Сириус кончил. Вытекает. Из задницы Римуса. Сириус ничего не мог с собой поделать — он просунул два пальца внутрь, покручивая и выворачивая, наслаждаясь ощущением собственной спермы, которая сделала теплое, шелковистое лоно Римуса еще более влажным. Римус тихо застонал и снова закрыл глаза. — Мне действительно нравится это делать, — заявил Сириус, с трудом сглотнув. — Что ж, — выдохнул Римус, — это очень удачное совпадение, потому что мне нравится, когда ты это делаешь. Сириус согнул пальцы и соскреб немного спермы с задницы Римуса, снова коснувшись места наслаждения. Римус зашипел и открыл глаза. Он выглядел совершенно истощенным. Сириус вытащил пальцы. Он схватил свою волшебную палочку и сотворил то же очищающее заклинание, которое использовал для Римуса до этого, чтобы смыть сперму и смазку с них обоих. Он тоже наложил ее на простыни, затем положил палочку на прикроватную тумбочку и прижался к Римусу. Он поцеловал его в кончик носа, в щеку, в губы. Он укрыл одеялом их обоих, снова схватился за палочку, чтобы установить будильник на ужасно раннее время, и выключил свет. Римус прижал его к себе, удовлетворенно вздохнув. — Спасибо, — тихо произнес он. — Я знаю, что ты волновался по этому поводу. Сириус улыбнулся и прижался головой к груди Римуса, оставив там поцелуй. — Спасибо тебе, — ответил он, — за то, что убедил меня. Они быстро заснули и начали мечтать о новых открытиях, протекающих дырах и блаженстве.