Пищевая цепь: Побег

— Кто ты? — раздался голос в голове у Лиама. Он снова понял, что спит. Во сне его было спокойно, темно и тихо. — Лиам, просто человек, — ответил Лиам. — А ты кто? — Я эмиссар её величества Королевы. И я здесь в заточении. Мне нужна помощь, чтобы выбраться. — Я тоже тут в заточении, — ответил Лиам. — Попробуй мне помочь. Если ты просто человек, то от тебя не будут этого ожидать. — Ты вампир, — ответил Лиам. — Быть может, ты просто свернёшь мне шею, когда я тебя освобожу.  — Я умею быть благодарным, — ответил он. — Ты поможешь мне, а я помогу тебе. Вместе мы сможем сбежать. — Но как? — воскликнул Лиам. — Мне нужна кровь. Много крови. Тогда цепи и клетки меня не удержат. Сможешь мне раздобыть четыре пакета крови? — Даже не знаю, — Лиам опешил. — И их же надо ещё до тебя донести…  — А что ты теряешь? — спросил вампир. Лиам подумал и согласился. — Ничего. А как ты со мной говоришь? — спросил Лиам. — Я зацепил тебя, когда ты заглянул в мой сон. Теперь я могу с тобой говорить. Лиам хотел что-то ответить, но что-то ему мешало, затем темнота развалилась на куски, и с судорожным вздохом Лиам пришёл в себя. Над нём сидел Сорекс и бил его ладонями по щекам. — Хватит, — Лиам поднял руку, пытаясь остановить избиение, — хватит. — Уф… а ты и правда мог бы так вампиром стать! — воскликнул Сорекс. — Ты как? Лиам прислушался к своим ощущениям. Чувствовал он себя, как под какими-то веществами. Хотелось двигаться.  — Нормально, — сказал он удивлённо. Сорекс уставился Лиаму в глаза. — Ну? Лиам посмотрел в глаза вампиру и ничего не почувствовал. — Мне очень жаль, но нет, — сказал он. — Это не сработает. Сорекс слез с Лиама и мрачно сел на краю кровати. — Не говори никому об этом, — сказал он. — Так по мне наверняка всё видно! — воскликнул Лиам. — Все уже спать разошлись, — сказал Сорекс, — солнце вот-вот взойдёт. А за день, надеюсь, рассосётся. Он встал и, не глядя больше на Лиама, вышел из комнаты. Лиам провёл ладонями по лицу, посмотрел на окровавленные руки и пошел смывать с себя кровь. Кровь. Думал Лиам об эмиссаре Королевы. Получается, братья-вампиры и их Мать держат в подвале большую шишку. Выберись он на свободу — и всем им несдобровать. Возможно, попытка помочь ему — это самоубийство. Но какие ещё есть перспективы? Остаться здесь навсегда? Это, возможно, похуже смерти. Четыре вампира в доме должны где-то хранить большой запас крови. И вряд ли эта кровь охраняется. От кого? Вот только узнать бы, где она хранится, эта кровь. На стуле Лиам обнаружил свои серые брюки и рубашку в тонкую полоску и оделся. Очень хотелось какую-нибудь обувь, но чёртов начальник охраны велел обувь забрать. "Кстати, — подумал Лиам, — а начальник охраны-то наверняка знает, где хранится кровь".  План был совершенно безумный, а главное — с большой дырой под названием “импровизация” в середине. Лиам выждал, нервно вышагивая по комнате, ещё полчаса, чтобы солнце успело подняться над горизонтом. Выглянув в коридор, Лиам удостоверился, что там пусто, и пошёл в сторону лестницы наверх, туда, куда недавно водил его Кастор. Беспрепятственно Лиам поднялся по лестнице, оказавшись в комнате с панорамным окном. За дверью был большой холл со стеклянными стенами и бар. Там наверняка отдыхали охранники, и было, как и в прошлый раз, людно. Лиам глубоко вздохнул, принял уверенный вид. Он вышел в холл и направился к барной стойке. Там он взял стакан, налил себе виски и, взгромоздившись на табурет, сел за барную стойку пить, поглядывая по сторонам. Он ловил на себе взгляды, но, видимо, его уверенный вид не давал рядовым охранникам повода подойти к нему с вопросами. Лиам сидел, не оглядываясь, в ожидании, когда о нём сообщат начальнику. Вернее, он надеялся, что сообщат. По всей видимости, его надежды оправдались. — Ты что здесь делаешь? — подойдя к Лиаму со спины, Шон крепко взял того за локоть и стащил с табурета. — Тебе нельзя здесь находиться. Страшный человек, крепко сжимая руку Лиама повёл его обратно, к лестнице. Лиам кинул взгляд на его обезображенное шрамом лицо с широкой челюстью, и ему стало не по себе. — Подождите, одну секунду, прошу, — быстро произнёс Лиам, когда Шон втащил его в комнату с панорамным окном и лестницей вниз. — Что тебе? — сухо спросил мужчина, взглянув на Лиама.  Лиам посмотрел ему в глаза и, мысленно потянувшись, как тогда, с вампирами, дотронулся до его сознания. Зрачки Шона быстро расширились. Шон воровато оглянулся и, не отпуская руку Лиама, оттеснил его к стене и прижал, схватив за ягодицы и прижавшись пахом. — Я сейчас заору, — предупредил Лиам. — И буду орать, пока кто-нибудь не придёт. А ночью об этом узнают вампиры. Лиам понял, что угадал. На Шона угроза подействовала. Его взгляд забегал, лицо стало напряжённым, он боролся с собой. По лицу было видно, что он мало что соображал сейчас. — Если ты мне кое с чем поможешь, я не буду против и никому не скажу, — добавил Лиам. — Что тебе нужно? — хрипло спросил охранник. — Четыре пакета крови, — сказал Лиам. — Для себя. Шон удивлённо хмыкнул. — Грёбаный извращенец, — сказал он зло. — Принесёшь? — спросил Лиам. Ещё раз оглянувшись быстро, Шон снова схватил Лиама за плечо и оттащил за лестницу, где оказалась дверь. Озираясь, Шон ключом эту дверь открыл и втолкнул Лиама внутрь. Они оказались на посту охраны. Перед столом на стене висели мониторы. Шон включил комп, быстро нашёл какую-то папку и удалил. Лиам смотрел сзади на его шею. Она покраснела и вспотела от напряжения. Закончив с уничтожением видеосвидетельств, Шон развернулся, схватил Лиама за руку и, заломив её, уткнул его лицом в стол. — Бля!.. — вскрикнул Лиам. — Слышишь ты, — прорычал Шон ему на ухо, — подстилка вампирская, если хоть кому-то об этом скажешь, я тебя уничтожу.  — Принесёшь мне кровь — не скажу, — прохрипел Лиам. — Договорились, — прорычал Шон и отпустил руку Лиама.  Лиам, бездумно глядя застывшим взглядом на край одного из мониторов, расстегнул брюки. Те соскользнули и упали на пол. Сзади послышалось звяканье пряжки пояса. Шон задрал на Лиаме рубашку, закинул на стол одну его ногу, ухватив под колено и, навалившись, вошёл без смазки. Лиам сжал зубы и не издал ни звука. Раскачивая стол своими мощными движениями, Шон, придерживая Лиама за бёдра, около минуты вдалбливался в его тело, пока не кончил со сдавленным хрипом. Лиам было успел обрадоваться, что всё так быстро закончилось, как Шон хрипло рассмеялся и наклонился над Лиамом. — Не знаю, как ты это делаешь, но я твою шлюшью жопу ещё долго не отпущу. Подтянув Лиама к себе, он вошёл снова. На этот раз не было так больно. Лиам, держась руками за край стола, смотрел как на мониторе в черно-белой комнате дежурят два черно-белых охранника. Он чувствовал, как его тело наполняется энергией, как перестаёт гудеть голова после устроенного Сорексом пития крови, как мышцы становятся крепче. Он чувствовал также, как подкатывает и отступает возбуждение. От происходящего он был однозначно не в восторге, но Шону, похоже, было наплевать. Он кончил в него снова и тут же, как и в прошлый раз, уже был готов продолжать. — Вот ублюдок, — прохрипел он с восторгом и снова с хлюпаньем вошел в Лиама. — Шлюха вампирская, тварь… Он трахал Лиама и с кайфом, как будто подбадривая себя, обзывал его довольно ограниченным списком ругательств. По большей части, смысл их сводился к тому, что Лиам шлюха и что его трахают вампиры. Продолжая чувствовать текущую от Шона энергию, Лиам решил поэкспериментировать и, закрыв глаза и, насколько это было возможно, сосредоточившись, нащупал это ощущение и попробовал его усилить.  Шон зарычал, ускорился и, с довольным рыком кончив, отступил на пару шагов и рухнул в кресло. Лиам секунд десять ещё полежал на столе, чувствуя, как сперма стекает по его ноге и, спустив ногу на пол, обернулся. Шон сидел, откинувшись на спинку кресла, с приспущенными штанами и спал. Лиам хмыкнул беззвучно и оглядел стол, затем позаглядывал в ящики и обнаружил пачку влажных салфеток. Насколько возможно он вытер с себя сперму и надел штаны. Задница болела, но Лиам уже перестал обращать внимание на такие мелочи. Лиам слегка потряс Шона за плечо и, когда тот, вздрогнув, открыл глаза, сказал: — Четыре пачки. Достанешь — ещё дам. Шон хмыкнул и кивнул. Он выглядел очень уставшим. Лиам тихо вышел из каморки и поспешил обратно в свою комнату. Ему не терпелось принять душ. Когда Лиам, тщательно вымывшись, вышел из душа, он, вздрогнув от неожиданности, обнаружил в комнате Шона. Тот положил на кровать белый пакет. — Скажешь кому-нибудь — убью, — прошипел он. — Не скажу, не идиот, — ответил Лиам. Шон, не глядя на него больше, вышел, а Лиам кинулся к пакету. Там лежало четыре криопакета с кровью, кажущейся чёрной в этом освещении.  Лиам заглянул под кровать, приподнял матрас и устроил пакет под матрасом в изголовье кровати. Затем он сел, закутался в покрывало и принялся думать, как быть дальше. Кровь была получена, теперь как-то надо было найти этого вампира-эмиссара. Этажом ниже Лиам был — там его показывали Матери этого вампирского семейства. Где спуск ещё ниже, он даже представить себе не мог. Он предполагал, что в тот день, когда ему снился странный сон про спящих людей — это сработала способность, полученная из крови Кастора. А позже — это уже вампир сам связался с ним, воспользовавшись его сном. Было бы очень кстати поговорить снова с эмиссаром.  Лиам забрался под одеяло и обнял подушку. Ему казалось, что спать он не хочет, к тому же, ему очень хотелось есть, но уставшее тело, оказавшись наконец под одеялом, расслабилось, и Лиам почувствовал, как у него закрываются глаза.   По пробуждению Лиама ждало разочарование. Вампир с ним так и не связался. Разбудила Лиама Ханна. — Собирайся, тебя ждут, — сказала она. — А можно мне что-нибудь поесть? — спросил Лиам, садясь. — Я, наверное, сутки уже ничего не ел. Я потерял счёт времени в этом подвале. Ханна задумалась. — Ты одевайся пока, я тебе принесу что-нибудь, что можно будет съесть на ходу. Она вышла, и Лиам вылез из-под одеяла. Чувствовал он себя разбитым. Ощущение переполняющей силы пропало, и теперь всё тело одеревенело и ныло. "Вот бы сейчас массаж, а потом в спортзал", — подумал Лиам и вздохнул. Вот бы сейчас проснуться в крохотной своей студии и выяснить, что всё это было просто кошмарным сном. Лиам оделся, пригладил волосы и лёг поперёк кровати, свесив ноги, дожидаться Ханну.  — Ты что разлёгся! — воскликнула она, войдя в комнату. — Мы и так опаздываем. Держи, — она протянула Лиаму что-то, завёрнутое в лепёшку. — Съешь по дороге. Лиам уже впился зубами в еду, не задавая лишних вопросов, из чего та состоит. Внутри оказались ветчина, сыр и какие-то овощи. Встав, Лиам жестом показал, что готов идти. Ханна посмотрела на него строго и вышла из комнаты. Лиам, жуя на ходу, последовал за ней. Привела Ханна Лиама всё в ту же маленькую гостиную, где в прошлый раз проводились эксперименты с кровью Кастора и Сорекса. Лиам уже доел и чувствовал себя получше.  Лютер, Кастор и Сорекс сидели вокруг низкого столика. Лютер что-то пил из широкого бокала. Ханна пропустила Лиама вперёд. Он вошёл в гостиную, оглянулся и понял, что Ханна уже куда-то испарилась. — Твой хозяин отказался тебя выкупать, — сказал Лютер. Лиам вздрогнул и поднял на него взгляд. Как ни отказывался он себе в этом признаваться, но он надеялся на то, что Пассэр не бросит его в этой ситуации. Хотя бы из принципа. — Так что ты остаёшься здесь, — сказал Лютер. — И можно больше не беспокоиться о сохранении товарного вида, — Лютер встал, довольно улыбаясь. — Не-е-ет, — сказал обиженно Сорекс, — у меня на него были планы! — Придется их немного отложить. Я его забираю играть в мои игры, — улыбаясь, ответил Лютер Сорексу.  — Не сломай, — сказал Кастор, как показалось Лиаму, с укоризной глядя на Лютера. — Можно я хотя бы посмотрю? — спросил Сорекс. Лютер выгнул бровь. — Хоть один комментарий, и я тебя вышвырну. — Договорились, — сказал Сорекс и поднялся. Лютер преувеличенно вежливым жестом предложил Лиаму проследовать обратно в коридор. Лиам, не ощущая от волнения пола под ногами, вышел из гостиной. За ним шли Лютер и Сорекс. Лиама провели к лифту, наличие которого здесь он ни за что бы не заподозрил. К нему вела одна из множества комнатных дверей. Лиам, войдя в лифт, бросил быстрый взгляд на панель управления. На ней числилось пять этажей, от минус третьего до второго. Именно на минус третий Лиаму было нужно попасть, чтобы освободить эмиссара, и именно на минус третий повёз его сейчас Лютер. У выхода из лифта их встретил охранник, вооруженный получше любого спецназовца. Коротко поклонившись вампирам, он посторонился. Здесь не было красивых светильников, портьер, картин на стенах и прочих украшательств. Стены были выложены кирпичом, пол под ногами был холодным. От лифта Лиама провели по короткому коридору в большую, гулкую комнату. Сразу за дверью оказались кресла и столик. В одно из этих кресел сел Сорекс и положил ногу на ногу. Лиам посмотрел вперёд и замер. Комната эта повергла Лиама в ужас. С потолка свисали цепи, на некоторых были крюки, на некоторых перекладины. В центре комнаты стоял большой стол с какими-то инструментами на нём. У стола Лиам увидел на полу несколько клеток с толстыми прутьями. Где-то капала вода. Лиам перевёл испуганный взгляд на Лютера. Тот был серьёзен и сосредоточен. — Раздевайся, — велел он. Голос его прозвучал так жёстко и хлёстко, что Лиаму и в голову не пришло юлить и тянуть время. Он, не глядя вампиру в глаза, расстегнул и снял рубашку, а затем вылез и из брюк, оставшись стоять перед вампиром голым.  Лютер снял пиджак и кинул его на свободное кресло. Он закатал рукава рубашки и пошёл к столу в центре комнаты. — Подойди, — приказал он. Лиам, слушая как быстро от страха стучит его сердце, подошёл к вампиру. Лютер взял со стола ошейник. Внутри Лиама всё сжалось. Он хорошо помнил ошейник, который надевал на него Пассэр. Лютер застегнул на Лиаме тяжёлый кожаный ошейник.  — Открой рот, — велел он и Лиам повиновался.  Лютер вложил в зубы Лиама пластиковый чёрный кляп и затянул его ремни у Лиама на затылке. Лиам сжал кляп зубами. Хотелось заорать и попытаться убежать. Лиам просто понимал, что это совершенно бесполезно. За плечо Лютер подвёл Лиама к столу. на нем лежало несколько предметов, фаллической формы с распоркой на конце. Лиам предположил, что это вибраторы.  — Выбери, — сказал вампир.  Лиам ткнул пальцем в самый маленький. Лютер недобро, почему-то, улыбнулся и взял его в руки. Только тут Лиам разглядел, что к самотыку этому крепится на цепочке металлическое кольцо. — Наклонись, — сказал Лютер, разворачивая Лиама спиной к себе. Лиам, мысленно молясь, чтобы всё это поскорее закончилось, наклонился. — Ниже! Лиам согнулся, как мог, и почувствовал, как холодный, оказавшийся металлическим предмет проникает в его задницу. Больно защемив кожу, Лютер защёлкнул на члене Лиама кольцо. — Встань прямо. Лиам распрямился и постарался не сутулиться, хотя хотелось больше всего сжаться в позу эмбриона. Лютер надел на запястья и лодыжки Лиама кожаные браслеты с кольцами.  Лютер взял со стола длинный чёрный хлыст.  — Встань под цепями, — велел он. Лиам обернулся и, стараясь не думать, подошёл к цепям. Под ногами Лиам увидел крюки, прикреплённые к металлическим кольцам в полу. Лютер подошёл, удовлетворённо разглядывая Лиама и ногой толкнул его ногу, заставив расставить ноги шире. Крюки на полу он продел в кольца на ножных браслетах. — Подними руки. Лиам закрыл глаза и повиновался. Он почувствовал, как Лютер подвесил его за руки. В этот момент он потерял равновесие и повис на руках, не имея возможности двигать ногами. Что-то наверху загудело и цепи натянулись, Лиама растянуло до боли. Он вскрикнул сквозь кляп, и цепи прекратили подниматься. Лютер обошёл Лиама, то тут, то там поглаживая его кончиком хлыста. Затем коротко замахнулся, и спину Лиама обожгло горячей, резкой болью.  Боль не прекращалась долго. Лютер хлестал Лиама ритмично и сильно, не делая перерывов, выбирая по одному ему понятной системе каждое новое место для удара. Лиам плакал и кричал сквозь кляп. Когда, казалось, боль стала невыносимой, его вдруг тряхнуло. Электрический разряд ударил в самый центр тела из девайса, оказавшегося вовсе не вибратором. От этого у Лиама мгновенно случилось сильная и болезненная эрекция, сдерживаемая кольцом на члене. От удара хлыстом по члену у Лиама потемнело в глазах, и он чуть не отключился от боли.  Лютер отошёл в сторону, на потолке опять зажужжало, и Лиам почувствовал, что цепи ослабли. Лютер открепил его руки и, схватив за ошейник, поставил на колени, оставив ноги прикрепленными к полу. Наклонившись, он расстегнул на затылке Лиама ремни кляпа, и тот упал на пол. Лютер встал перед Лиамом и расстегнул брюки. — Соси, — сказал он, — если мне не понравится, я продолжу тебя наказывать. Лиам, глотая слёзы, онемевшими губами обхватил ещё вялый член Лютера. Он старался. Он очень старался. Он брал его так глубоко, как только мог, он ласкал его губами, языком и руками. И когда Лютер кончил ему на лицо, он поднял взгляд, чтобы понять, понравилось ли вампиру. Лютер нахмурился, и Лиама пронзило электрическим разрядом. Он заорал. Лютер поднял с пола и снова сунул в зубы Лиама кляп. И пытка продолжилась. Лютер дважды ещё снимал Лиама с цепей, чтобы тот сделал ему минет. Лиам никогда и ни в чём так не старался. Он ласкал его, тёрся о него губами, заглатывал, гладил, сосал. И на третий раз удар током не последовал. Лютер потрепал Лиама по волосам. — Отстегни ноги. Лиам вытащил крюки из колец на браслетах и выжидательно посмотрел на вампира. Тот подцепил пальцем кольцо на ошейнике Лиама. — Пойдёшь на четвереньках. Попробуешь подняться — продолжим наказание. Как собаку, Лютер повёл Лиама у своей ноги. Не чувствуя боли в коленях, не в силах даже рыдать, Лиам полз послушно, куда вёл его вампир. Вампир подвёл его к совсем небольшой клетке с толстыми прутьями. — Залезай, — сказал он. Лиам послушно протиснулся в клетку. Развернуться в ней было невозможно — только сесть на колени, пригнувшись, представлялось возможным или стоять на четвереньках. Сзади захлопнулась дверца, и Лиам услышал звук проворачивающегося в замке ключа. Лютер кинул ключ на стол и, довольно заложив руки за голову, пошёл к Сорексу. — Не хочешь попробовать? — спросил Лютер. — Я тебя хорошо отшлёпаю. — Нет уж, — мрачно ответил Сорекс, — не одобряю твоих методов. А что, если у него стоять после этого не будет?  — Брось. Будет. А если не будет — есть отличные средства.  Лиам боялся смотреть на вампиров. Он слушал, опустив взгляд.  — Пойдём, ему надо побыть одному, — сказал Лютер. — Как долго? — спросил Сорекс. — До завтра. А завтра попробуем что-нибудь посерьёзнее. Лиам услышал как хлопнула, закрывшись, дверь. Он остался в комнате один, голый, израненный, с кольцом на члене и электрошокером в заднице, запертый в клетке.  Тело его остыло, и его начало трясти. Обхватив плечи руками, он уговаривал себя, что переживёт это. Где-то капала вода. Не было понятно, сколько прошло времени, час или день.  Внезапно Лиам услышал шаги. В комнату, осторожно ступая, вошёл любопытный охранник. Лиам прикрыл глаза, подглядывая из-под ресниц. Охранник, молодой крепкий парень, подошёл к клетке. — Вот блять… — прошептал он. Лиаму в голову пришла отчаянная идея, неосуществимая, но у него не было никаких других возможностей. Лиам открыл глаза и посмотрел в глаза парню. Тот ошарашенно уставился на Лиама. И пока он не отвёл взгляд, Лиам сосредоточился и попытался коснуться его сознания, как делал это, будучи под воздействием крови Сорекса.  Лиам не рассчитывал на успех. Он вообще ни на что не рассчитывал. Но вдруг он почувствовал, что у него получилось.  Парень облизнул вмиг пересохшие губы, шаря взглядом по телу Лиама. — Ключ от клетки на столе, — шепотом сказал Лиам. Парень заметался, бросил взгляд на дверь, затем на стол. — Он только завтра вернется, — сказал Лиам. Парень метнулся к столу, спешно оставил на нем автомат и бронежилет, взял ключ и вернулся к клетке. Руки у него дрожали. Не сразу попав в замочную скважину, он отпер клетку и приподнял её край, помогая Лиаму выбраться. Ноги онемели, и Лиам, сев на пол, не смог встать. Парень опустился на колени. — Ты же хочешь? — проговорил он быстро и сам себе ответил. — Я знаю, что хочешь. Я ласковый, — он шарил одной рукой по телу Лиама, вызывая боль от прикосновений к следам от ударов, второй рукой он спешно расстёгивал штаны. Приподняв Лиама за бёдра, он поставил того на четвереньки и попытался вытащить шокер. Кольцо больно сдавило член. Лиам зашипел. — Он не вытащится, — прошептал он громко, — могу отсосать… Но парня уже было не остановить, оттянув распорку шокера в сторону, он вошел рядом с ним. Лиам охнул и опустил голову.  Парень окончательно потерял голову, он, держа Лиама за пояс, трахал его со скоростью и силой отбойного молотка. Лиам мычал на одной ноте. Было больно. Но он чувствовал вливающуюся в его тело энергию, и он, как в прошлый раз, со всех сил потянул её в себя. Боль отступила на второй план, Лиам почувствовал силу. Прошло онемение. Следы от ударов заболели, но это была яростная, придающая сил боль, а не убивающая, как раньше. Он, закрыв глаза и запрокинув голову, тянул жизнь из парня. Застонав коротко, охранник вжался в Лиама, и Лиам почувствовал огромный прилив сил. Парень вышел и Лиам, обернувшись, увидел, что он упал на пол и не двигается. Лиам поднес ладонь к его носу — дыхание было. Выдохнув, Лиам поднялся, расстегнул и отбросил ошейник и браслеты. Только с шокером и кольцом непонятно было, что делать. Он не понял, как кольцо расстегивается. А было оно реально крепким, стальным. Ходить в этом сомнительном украшении было не очень приятно, но вполне возможно, и Лиам решил подумать об этом потом, когда выберется. Ну или никогда — если умрёт, пытаясь. Лиам пошел к своей одежде, затем остановился и оглянулся на лежащего парня. Вернувшись к нему, Лиам начал стягивать с него штаны.