Пищевая цепь: Побег

Одетый в одежду охранника, с его пистолетом в поясной кобуре и с тремя ключ-картами, обнаруженными в его кармане, Лиам вернулся к лифту и свернул в другой коридор — больше видимых путей от лифта не было. Коридор упирался в стальную дверь, больше похожую на дверь сейфа. Уговаривая всех возможных богов, чтобы какая-нибудь из карт подошла, Лиам приложил первую, и дверь щелкнула, а на замке загорелся зелёный огонёк. Осторожно приоткрыв дверь, Лиам заглянул внутрь. Впереди был коридор, заканчивающийся тупиком. Три двери слева, три двери справа. Стальные двери с узкими окошками на уровне пояса, закрытыми снаружи. — Камеры, — беззвучно прошептал Лиам и зашёл. Прикрыв за собой дверь, он прошел на середину коридора и услышал стук. Сердце замерло, Лиам прислушался и понял, что стук исходит от дальней камеры справа. Он подбежал и отодвинул заслонку, закрывающую окошко. — Ты тут? — спросил он. — Да, это я, — раздался хриплый, низкий голос. — Смог достать кровь? — Смог. Но мне за ней ещё предстоит сейчас сходить. И я не могу открыть дверь камеры, у меня нет ключа. — Об этом не беспокойся. Я сам открою. Главное, принеси кровь. Лиам собрался уже уходить, как вампир окликнул его. — Постой! — Да? — Лиам остановился. — Надо успеть выбраться из дома за час. Иначе будет поздно. — Почему? — не понял Лиам. — Рассветёт, — ответил вампир. Лиам прикусил губу и кивнул, как будто вампир мог его видеть. — Значит, я скоро вернусь, — сказал он и решительно направился к лифту. Лиам полагал, что особых проблем у него возникнуть не должно. Он уже ходил по этим коридорам и знал, что здесь почти никого нет. Он еще ни разу не столкнулся с кем-то случайно. Но сейчас, когда на кону была призрачная свобода, было особенно страшно облажаться. Лифт поднял Лиама на минус первый этаж, и двери его открылись. Вопреки страхам Лиама перед лифтом никого не оказалось. Выглянув в коридор, Лиам никого там не обнаружил и быстро побежал в сторону своей временной комнаты. Казалось, никто не заходил сюда с тех пор, как Ханна увела Лиама к вампирам на растерзание. Лиам достал из-под матраса белый пакет с кровью и, сосчитав шепотом до пяти, чтобы немного успокоиться, выглянул в коридор и лицом к лицу столкнулся с Руанной.  Она посмотрела на него удивлённо. Лиам уже представил, что она сейчас закричит и всё будет кончено. Но вместо этого она посмотрела на него понимающе и спросила шепотом. — Сбегаешь? Лиам, растерявшись, кивнул. — Умоляю, — сказал он, — дай мне уйти. Руанна кивнула. — Удачи тебе на воле, — сказала она и неспешно, как ни в чём не бывало, пошла по коридору по каким-то своим делам. Лиам прислонился спиной к стене. В голове шумела кровь, и сердце билось, как бешеное. Выйдя тихо из комнаты, Лиам побежал обратно к лифту, зажав пакет подмышкой. Лифт снова привёз Лиама на минус третий этаж. Выходя, Лиам подумал: "А что, если охранник уже очнулся?" Уходя, Лиам приковал его найденными на столе наручниками к решётке в полу. Но вдруг он сумел освободиться? Но никакой охранник Лиама не встретил. Добежав до стальной двери, Лиам приложил карточку и, не став закрывать за собой дверь, чтобы не пришлось потом снова проводить карточкой, подошёл к нужной камере. — Я принёс, — сказал он. Неловко из-за постороннего предмета в жопе присев рядом с окошком, Лиам протиснул в него первый криопакет. — Ты молодец. Ты сделал самую сложную часть. Остальное за мной. Лиам услышал шипение вскрытого пакета. Пока вампир, видимо, пил, Лиам один за другим протиснул в камеру остальные три криопакета и, прислонившись плечом к двери принялся ждать. — Отойди от двери, — раздался из камеры звучный низкий голос. Лиам поспешно посторонился, и дверь, содрогнувшись, с треском перекосилась. Полетела кирпичная крошка, из стены вылез погнутый стальной штырь. Со скрипом повисшая и погнувшаяся дверь открылась, и в коридор вышел вампир. Он был мертвенно бледен, да и вообще напоминал мертвеца. Глаза у него были выцветшего, белёсого цвета, его неестественная худоба пугала. — Ты сможешь провести нас незаметно до ближайшего окна или двери на поверхность? — спросил он удивительно для своего облика бодрым голосом. Лиам прикинул и кивнул. — А как ты сюда попал? — спросил он у вампира по дороге к лифту. Вампир усмехнулся. — Приехал арестовать Лютера за мошенничество, а встретил его приговоренных к смерти братьев. — А за что их? — спросил Лиам. — Думаешь, их не за что? — спросил вампир иронично.  Лиам хмыкнул. "Многократно есть за что", — подумал он, но тут же поймал себя на мысли, что, вопреки всему творящемуся здесь пиздецу, и Кастора, и Сорекса ему немного жалко. Не жалко было именно Лютера. Лютера он убил бы своими руками, будь у него такая возможность. Лифт поднял Лиама и эмиссара Королевы на минус первый этаж. Лиам выглянул в коридор и, махнув вампиру рукой, вышел и направился к лестнице наверх. Свернув на последнем повороте, Лиам столкнулся с Ханной. Та быстро окинула его взглядом и вдохнула. Лиам представил, как она сейчас закричит, и уже поднял руку, чтобы попытаться заткнуть ей рот, как Ханна застыла, как будто окаменела. Из-за спины Лиама вышел вампир и, прислонив девушку к стене, припал к её шее. — Не убивайте её… — попросил Лиам. Ханна на глазах становилась бледнее, её руки повисли безвольно вдоль тела, и вампир, оторвавшись от её шеи, опустил её на пол. — Не убил, — сказал он. Лиам обратил внимание на то, что тот стал как будто более живым на вид. Лиам взбежал вверх по лестнице и остановился у стеклянной стены. — Там снаружи десятки озверелых собак, — сказал он, оглянувшись на вампира.  — Попробуем их напугать, — ответил вампир, разглядывая стекло. Он положил ладонь с обломанными длинными ногтями на стекло и приложил палец к губам. Лиам постарался дышать тише.  Вампир начал издавать странный звук, похожий на писк комара, но только от этого звука мгновенно заложило уши. Раздался короткий сухой треск, и стекло разрезало на пять частей трещинами. — Готовься бежать очень быстро, — сказал вампир. — У нас будет немного времени. Лиам нервно кивнул, глядя на вампира во все глаза. Эмиссар отошёл и, смазанным движением приблизившись к стеклу, вышиб его плечом. Тут же всё пространство вокруг наполнилось оглушительным звоном сигнализации. — Бежим! — крикнул вампир и выпрыгнул на улицу. Лиам поспешил за ним. Лиам никогда в жизни ещё так не бегал. Он в принципе был не очень бегун. В школе он бег не любил, после школы — не практиковал. Но сейчас, невзирая на холод, невзирая на режущую боль от тугого кольца в паху, он нёсся, не отставая от вампира, выжимая из себя всё, на что было способно его тело. Потом можно будет лечь и страдать. Сейчас нужно было бежать, и Лиам бежал. С рычанием стая собак кинулась наперерез беглецам но, в последний момент, заскулив, кинулась врассыпную. Сзади, холодея от ужаса, Лиам услышал автоматную очередь. Впереди был лес, и вампир бежал именно туда. Лиам, пригнувшись, опасаясь, что по ним будут стрелять, внезапно почувствовал, что нога едет на ледяной корке и, не удержав равновесия, упал. Его захлестнул ужас. — Блять, человек! — вампир вернулся к Лиаму и вздёрнул его на ноги, подняв за куртку. Лиам снова побежал. Над головами замелькали сосны. Сзади раздавались автоматные очереди, Лиаму казалось, что очень близко. За ними вышла группа бойцов. Вытянувшись в цепочку, они шли за беглецами по лесу, загоняя их, как дичь. Лиам уже не мог бежать, он шел, то переходя на бег, то падая и вставая.  — Ещё немного, потерпи, — сказал ему эмиссар, и Лиам от этой внезапной поддержки воспрял духом.  Ночь была очень холодная. Лиам уже перестал чувствовать руки и плечи, горло онемело от холодного воздуха.  Они выбрались на широкую просеку, и Лиам услышал звук приближающегося вертолёта. На мгновение его охватило отчаяние, но взглянув на вампира, он понял, что тот улыбается. — Слышишь? — спросил он весело. — Это за нами!   Лиам плохо помнил, как летел на вертолёте. В памяти сохранилось лишь то, что это было очень громко. Доставили их прямиком в госпиталь. Лиам помнил, как его везли по светлым коридорам, помнил, как кололи что-то в плечо.  Проснулся он ночью на больничной койке в одноместной палате. Было тепло и очень сонно. Грёбаный шокер и чёртово кольцо исчезли, и Лиам какое-то время лежал и думал, как же их с него снимали. Лиаму казалось, что всё произошедшее с ним за последние дни, — это просто чудовищный ночной кошмар, и вот он наконец закончился. Очень хотелось есть. Если бы не это, Лиам и дальше бы лежал под одеялом не двигаясь. Лиам никогда раньше не лежал в больнице, тем более в одноместной палате, и не знал, как и у кого попросить какой-нибудь еды. По фильмам он знал, что где-то рядом с кроватью должны быть кнопки вызова. Пошарив правой рукой, Лиам задел сенсорную панель, встроенную в ограждение кровати, и на ней высветились кнопки “Свет” и “Медсестра”. Лиам нажал обе. Вскоре, сытый и при свете, Лиам лежал и смотрел на капельницу, которую ему поставили после завтрака. Снова стало сонно и уютно, и захотелось спать. Задремавшего Лиама разбудила медсестра. — Господин Хёрт, к вам пришли. Открыв глаза, Лиам заглянул за спину медсестры и увидел в дверях палаты Пассэра, холёного, довольного жизнью, в выпендрёжном костюме. В руках у него был объёмный бумажный пакет. Тот с улыбкой подошёл к Лиаму и поставил пакет на пол рядом с койкой. Медсестра ушла, чтобы им не мешать. — Ну что, головоломка, — сказал вампир, присаживаясь на край койки Лиама. — Я тебя забираю. — Куда? — спросил Лиам встревоженно. — В особняк. Ханц тебя быстрее поднимет на ноги, чем местные врачи. У тебя шрамы по всему телу, их все нужно сводить. Здесь для этого нет нужных препаратов. Лиам вздохнул, глядя на вампира недоверчиво. Тот рассмеялся. — Не буду я тебя там запирать, не бойся, — ответил тот. — Вылечишься, вернёшься в прокуратуру. А то Браун скучает, всё спрашивает, где там Лиам. Лиам усмехнулся. — Мне сказали, вы отказались меня выкупить, — сказал Лиам, глядя на вампира. — Это не значит, что я не пытался тебя вызволить, — ответил Пассэр, нахмурившись. Лиам кивнул, чтобы не продолжать разговор на эту болезненную тему. — А те вампиры, Лютер и братья, что с ними? — спросил он. — Все схвачены и Мать их вместе с ними. На днях будет суд. У Лютера и его Матери шансов отвертеться от сожжения нет, с братьями всё сложнее, но если выживут — на свободе окажутся очень не скоро. — Ну и отлично, — сказал Лиам и облегчённо вздохнул. — Расскажете мне, когда Лютера сожгут? Хочу знать это наверняка. — Это он тебя так отделал? — спросил Пассэр. Лиам кивнул. — Всё было бы намного хуже, если бы я не сбежал после первой ночи пыток. Он собирался пытать меня несколько ночей подряд, как я понял. Пассэр положил ладонь на лоб Лиама и погладил того по голове. Лиам посмотрел вампиру в глаза и вдруг понял, что может “дотронуться” до него, что странная эта способность у него осталась. Лиам спешно отвёл взгляд. — Я привёз тебе одежду, — сказал Пассэр, вставая. — Собирайся и поедем. Вампир вышел из палаты, а Лиам сел, свесив ноги. Голова немного кружилась. Не хотелось никуда ехать. Лиам посмотрел на свои руки и плечи. Все они были в кровоподтёках и тёмных полосах от плети Лютера. "Да, — подумал Лиам, — Ханц умеет с таким  справляться. Ещё бы он не умел с этим справляться". В пакете оказалась одежда Лиама, взятая из его шкафа в квартире. Нормальная, удобная одежда. Пассэр ждал Лиама у лифта. Попрощавшись с медсёстрами, тот подошёл к вампиру и развёл руками. — Я готов. — Сдадим тебя Ханцу, и будешь ещё более готов. Поехали. В лифт помимо них зашли несколько пациентов, поэтому уже только в машине, сев на заднее сиденье рядом с Пассэром, Лиам спросил: — А тот вампир, с которым я бежал, эмиссар Королевы, что с ним? — Ему, как я понимаю, оказали первую помощь и увезли в специализированный госпиталь. С учётом того, кто он, уверен, он полностью оправится. А что, понравился? — Пассэр выгнул бровь. Лиам фыркнул. — Он меня спас. — А я слышал, что ты его. — Это было взаимно, — пояснил Лиам.   — Не люблю, когда у моих парней взаимность с другими вампирами, но тут особый случай. Я потерплю. Вампир приобнял Лиама за плечи. Лиаму это оказалось неприятно — он не хотел прикосновений, особенно вампирских, но выбора не было и, устроившись поудобнее, он положил голову на плечо вампира и закрыл глаза.  — Да что ж ты всё время битый?! — воскликнул Ханц.  На второй этаж Пассэр Лиама не пустил, и Ханц сам пришел к нему. Лиама поселили в гостевой комнате на первом этаже. Лиам развёл руками. — Не везёт, что я могу поделать, — проворчал он. — Да я не в укор, — примирительно заметил Ханц. — Давай, раздевайся, посмотрим, насколько всё плохо, и будем обрабатывать. Одновременно жгучей и холодящей мазью доктор обработал ссадины и кровоподтёки Лиама. Посмотрел глаза, взял кровь на анализ, послушал лёгкие, померял давление. — От гипертензии выдам тебе препарат. По утрам по одной таблетке до завтрака, — сказал Ханц, пока Лиам одевался, — мазь оставлю, два раза в день обрабатывай, дня за три сойдёт всё полностью. И поколю тебе витаминчики, пока ты здесь.  — А как там Йозеф? — спросил Лиам негромко. — И Марк, и Каспар? — Нормально, не переживай. Живы-здоровы. — Ханц наполнил шприц чем-то сильно пахнущим. — Штаны приспустить. Лиам развернулся к Ханцу и оголил верх ягодицы. — На мое место кого-то нового нашли? — спросил он. — Два теперь новеньких, — ответил Ханц. — Лекса увезли. Лиам ахнул. — На ферму? — спросил он. — Бог с тобой, нет, конечно! — воскликнул Ханц. — Скорее всего, просто отпустили, просто подальше отсюда, чтобы не вернулся.  — А Вин как? — Лиам подумал, что Вину, наверное, не хватает Лекса. — На антидепрессантах. Блин, все на антидепрессантах. Вот почему важно, чтобы ничего не менялось. Только начинаются всякие перемены, как все съезжают с катушек. И ты у меня смотри — не пытайся с кем-то увидеться. Тебе, может, и хочется, но ты этим хорошо им не сделаешь. Понимаешь? Лиам мрачно кивнул. — Понимаю. — Вот и славно.