Не просто друг

      Когда Лиаму было семь, его родители сильно поссорились. Хоть они и старались не впутывать в это детей, получалось у них так себе. И старшие братья тоже не улучшали ситуацию — им нравилось подтрунивать над младшим. Даже под таким предлогом, как угроза развода. Маленький Лиам не был плаксой, но задеть его было легко.       Не желая слушать разборки взрослых, он пошёл гулять. Далеко его одного, конечно же, не отпускали, а Лиам не был бунтарём, чтобы убегать. Их дом находился совсем рядом с узеньким и неглубоким каналом, вдоль которого росли кусты жасмина, ивы и клёны. Единственная причина, по которой Лиаму можно было играть рядом с каналом — это то, что вода в нём доходила мальчишке по пояс. Но в тот раз ему, конечно же, не хотелось ни играть, ни общаться с другими детьми. Лиам отошёл совсем недалеко от дома и уселся прямо на траве под старой ивой, на которую любил забираться, а мама из-за этого постоянно ругалась. Мальчишка, обхватив коленки руками, угрюмо уставился на воду, в очередной раз прокручивая в голове всё, что слышал от родителей и братьев, даже то, что не до конца понимал.       Долго киснуть в собственных мыслях ему не позволил Адриан. Тогда Мартенсы только-только переехали. Вид растрёпанного и чумазого мальчишки с ободранными коленками с тех пор чётко отпечатался в памяти Лиама. Когда Адриан хотел с ним заговорить, Лиам начал отмахиваться. Родители почему-то не особо были рады новым соседям, из чего детский разум сделал заключение о том, что они, наверное, не очень хорошие люди. И Адриан казался живым подтверждением этому: чёрные волосы торчали во все стороны, он весь был в синяках и царапинах и стал капризно дёргать Лиама за руки, когда тот сказал отстать от него. Ещё и широко улыбнулся, демонстрируя два выпавших зуба. Ещё и на футболке у него был Мяут, а не Пикачу, например. Точно какой-нибудь хулиган. В их город редко кто-то переезжает. Наверняка ведь у такой семьи должна быть причина приехать в незнакомое место. Как в американских фильмах и мультиках. Точно с ними что-то не так.       — Чего улыбаешься?! — конечно, Лиама это поведение только разозлило.       — Просто, когда ты так дуешься, ты похож на хомячка моей тёти! — мальчишка сказал это всё так же улыбаясь, весело и без малейшего намёка на поддразнивания. — Я Адриан! Мы переехали на прошлой неделе. Давай играть? Я недавно сделал крутые пиратские повязки! А тут просто идеальное место!       Мальчишка достал из кармана шорт две корявые повязки. Одну он тут же нацепил себе на голову, прикрыв один глаз, а вторую протянул Лиаму. Доверия не особо прибавилось.       — Почему вы сюда переехали? — Лиам посмотрел с сомнением, даже забыв оскорбиться сравнению с хомяком.       — Мама с папой говорят, что тут не так дорого стоит дом купить, — Адриан задумался. — И, что работа хорошая. Мама будет преподавать в школе. Представляешь? Наверное, все будут меня дразнить из-за того, что моя мама учительница! Буду специально плохие оценки получать! А папа так и остался в своей фирме, он там… э… не помню, как это называется. Важный дядька он там! Говорит, что в другом городе открыли офис и ему предложили командовать, во! Он говорит, что выгоднее купить дом тут и ездить на работу на машине в другой город. Полчаса ехать! Это же сидеть в машине столько!..       С этим бесконечным потоком слов он уже не так уж и похож на хулигана.       — А мои мама с папой говорят, что людям из больших городов тут делать нечего, — пробурчал Лиам. — Говорят, что такие как вы привозят сюда всё самое плохое.       — Но у нас нет ничего плохого! — Адриан с недоумением похлопал глазами, обрамлёнными длинными чёрными ресницами. — Мама всё время ругается на папу, если он не следит за сроком годности на продуктах.       — Наверное, они не об этом, — Лиаму хотелось бы показать, как ему сейчас грустно, но уголки рта сами предательски начали подёргиваться вверх. — Что-то действительно плохое!       — Но мама с папой хорошие, — чумазый мальчишка, кажется, серьёзно задумался. — У нас ещё есть Тедди! Он очень добрый пёс! Есть ещё кошки: Веснушка и Минерва. Они тоже хорошие! Минерва уже старенькая, иногда вредничает и ворчит, но мама говорит, что она меня так воспитывает. А Веснушке всего годик! Она очень любит играть! Что плохого у нас может быть? Сам зайди посмотри! Только Тедди точно тебя оближет, а Веснушка может поймать за ноги, так что не пугайся, она не царапается.       — Не знаю, — признался Лиам, понемногу переставая понимать, почему родители столь скептически настроены по отношению к новым соседям. Вот, дети всегда рады новеньким — они редко появляются.       — А почему ты тут один сидишь? — устав безуспешно протягивать повязку на глаз, Адриан положил её обратно в карман и присел перед новым знакомым на корточки.       — Мама с папой опять ругаются, — почему-то правда прозвучала сама собой. — А Грен говорит, что они разведутся. А Роб говорит, что нам надо будет выбирать, с кем жить, но так как я младший, то они выберут, кто с мамой, а кто с папой, а за меня родители сами решат, или вообще в детдом отдадут. Ненавижу их! Когда мне было пять, они оба говорили, что меня подкинули! Они всё время врут!       Лиам со злостью кинул лежавший рядом камушек в канал, в тот едва-едва долетел до воды. Адриан бесцеремонно сел рядом и тоже кинул подвернувшийся ему камень — этот пролетел чуть дальше.       — Это твои братья? — спросил он. — А я один. Было бы, наверное, круто, будь у меня сестрёнка или братик. Я был бы крутым старшим братом! А что, в фильмах и мультиках правду показывают? Ну, что старшие почти всегда издеваются над младшими? Если так, то они же просто завидуют. Младшим ведь всегда достаётся больше. С чего бы твоим родителям оставлять их, но отказываться от тебя? Ты же сам сказал, что твои братья всё время врут.       — А вдруг в этот раз это правда? — пробубнил Лиам, ковыряя землю носком кроссовка. — Может, они просто слышали больше, чем я?       — Да не может такого быть, — Адриан помотал головой и снова широко улыбнулся, демонстрируя недостающие зубы. — Если веришь врунишкам, то ты глупый сердитый хомячок.       — Я не хомяк! Не называй меня так!       — А как тогда тебя звать?       — Я Лиам…       — Давай в пиратов играть! — Адриан снова вытащил и протянул скомканную повязку на глаз. — Но чур я капитан!       — Пираты в море, — заметил Лиам. — А тут разве что река.       — Вот поэтому капитаном буду я! У меня даже карта есть и подзорная труба!       Адриан вскочил и из второго кармана достал помятый свёрток из пожелтевшей бумаги с обугленными краями и кривоватое картонное нечто. Любопытство вынудило Лиама взять повязку, протянутую вместе с картой. На бумаге с рыжими разводами действительно изображено что-то похожее на местность рядом с каналом. Адриан же тем временем вытянул картонку, которая оказалась самодельной складной «подзорной трубой».       В итоге, как бы Лиам ни пытался отнекиваться и продолжать грустить, игра всё же завлекла его. Может, море из канала и не получилось бы, зато это просто отличная река на необитаемом острове. Но капитан из Адриана был так себе — везде лез сам вместо того, чтобы отдавать приказы. Сразу стало понятно, откуда у него столько синяков и ссадин — этот мальчуган вообще не сидел на месте дольше пяти минут. Ему обязательно надо было пробраться в любую щель, облазить все деревья и постоянно выделываться тем, как он умеет кувыркаться и скакать. И всё это вовлекало и разжигало детский азарт настолько, что Лиам очень быстро забыл и про ссору родителей, и про глупых братьев. Куда важнее стало отыскать сокровище и захватить власть в воображаемой пиратской команде. Следуя карте, они нашли ключ, дополнительные подсказки, а в конце концов и само сокровище — маленький сундучок с замочком, наполненный шоколадными монетами в золотистой фольге. Они были сложены в герметичный пакетик, чтобы земля точно на них не попала, а на отмеченном на бумаге красным крестом месте покоился небольшой пластмассовый скелет с лопаткой. Адриан отдал Лиаму ровно половину монет, а скелет с лопаткой забрал, чтобы отнести домой.       А потом они пошли обедать лазаньей и пить какао с вкуснейшим яблочным пирогом. Адриан пригласил к себе, и Лиаму даже разрешили пойти к «каким-то не таким» соседям. Мама Адриана, как оказалось, очень вкусно готовила. И с неподдельным интересом расспрашивала об их приключении, хотя и очевидно, что она сама же почти всё и подготовила для игры сына. Но радости от этого меньше не стало. Лиам много общался и играл с другими ребятами, но подобное как-то не особо прижилось у них. Для Адриана же такое увлекательное приключение оказалось чем-то самим собой разумеющимся.       За столом он продолжал без конца болтать, без колебаний выдавая о себе и своей семье вообще всё. Но при этом Лиама он тоже слушал с интересом. Огромный слюнявый Тедди оказался действительно очень добрым и дружелюбным псом, позволяющим повиснуть у себя на шее. Веснушка — рыженькая младшая кошка без конца выпрашивала что-нибудь со стола, а полосатая старушка Минерва строго наблюдала за детьми с подоконника. И ведь действительно ничего плохого. Лиаму в гостях понравилось даже больше, чем дома. Родители никогда особо не интересовались его играми, а братья портили настроение во время любого семейного застолья. Мартенсы же отнеслись к нему почти как к родному. Мама Адриана даже не ворчала на то, как дети изгваздались, а просто предложила гостю умыться и переодеться в одежду её сына.       Наверное, Лиам ходил хвостиком за другом с того самого дня, как только они познакомились. Это всегда было интересно и увлекательно. Лиам и сам стал всюду соваться, особенно если в компании был Адриан, купающийся во всеобщем внимании. Дом Мартенсов в какой-то момент стал казаться даже роднее собственного. У Лиама были хорошие отношения с родителями, которые, в общем-то, быстро тогда помирились. Даже с братьями с возрастом «подружились». Однако со своей семьёй почему-то было сложнее общаться со всей искренностью. Адриан же просто обожал своих родителей, а они были добры к его друзьям и проявляли к ним неподдельный интерес.       Скепсис местных по отношению к Мартенсам сменился на вежливую нейтральность. С кем-то они даже неплохо общались, но не слишком тесно. Дети же были проще родителей, а потому Адриан быстро подружился со многими другими. К тому же, в школе многим полюбилась новая учительница, так что быть её сыном не было зазорно.       Адриан всегда был окружён людьми, но больше всего он общался именно с Лиамом, живущим по соседству и учащимся с ним в одном классе. За этим непоседой хотелось идти, хотелось быть рядом с ним, даже просто наблюдать хотелось. По мере взросления озорной мальчишка превратился в по-настоящему красивого парня. Такие могут отталкивать своей недоступностью. Но Адриан был открыт и обаятелен, даже в чём-то простоват. Он со многими находил общий язык. Лиам отчасти завидовал ему, ведь он сам годился разве что на то, чтобы находиться в тени друга. Но злость по отношению к этому человеку испытывать просто невозможно. Даже если кто-то вдруг настраивался против Адриана, Лиам был готов влезть в неприятности, рассориться с кем-либо, но вступиться за друга. Однако это не понадобилось ни разу. Адриан — чёртов колдун, не иначе. Ему досталось всё: талант, красота, харизма, смелость, даже чудесные родители.       И при всём этом богатстве Адриан всегда был рядом со своим скучным другом. Лиам всегда был более инертным, вдумчивым и серьёзным. Да, в юности он постоянно влезал куда-то по примеру лучшего друга. И даже был довольно шумным и шебутным благодаря ему. Но, если бы не Адриан, то он вряд ли бы как-то сильно отличался от прочих сверстников. Да, многие говорили, что Лиам довольно умный и способный. Ум это, или ещё что-то, но он так же был подвержен и частому унынию и размышлениям о бренности бытия и гнилой сущности людей. Только к Адриану это не было применимо. И он всегда вытягивал друга из уныния. Всегда находил способ. Хотя нередко и делать-то ничего не требовалось. Адриан сам по себе казался таким светлым и правильным в своей естественности и простоте. С самого дня их знакомства сложно было не улыбаться, глядя на него.       Говорят, что творческие люди сложные. Что они часто тщеславны, горды и несносны. Не от мира сего, но с гонором. Зачастую с ужасным характером, но при этом несамостоятельны до ужаса. В этом что-то есть. Лиам знает таких. Но Адриан никогда таким не был. С ним всегда было легко. Но не теперь.       Это Лиам понял ещё при их встрече в парке. Мало что осталось от былой болтливости. Адриан больше не походит на открытую книгу. И это можно понять. Ему, судя по всему, пришлось непросто. Тогда Лиам решил, что во что бы то ни стало обязан помочь пережить другу чёрную полосу. Что хоть раз в жизни он должен сделать для Адриана то, что тот делал для него бесчисленное количество раз. Надо быть рядом.       Вот только Адриан этого, кажется, не хочет. Сначала Лиам не придал этому особого значения. Но раз на пятый он всё же пришёл к выводу, что старый друг постоянно ищет отговорки, чтобы не встречаться. Чёрт знает, где его носит, чёрт знает, насколько он действительно занят. Лиам мог, но не хотел злиться или обижаться. В конце концов, человеку паршиво. Неизвестно, что сейчас у него в голове творится. Надо просто проявлять терпение и упорство. Так он думал.       А потом зашёл в кондитерскую Адриана. Случайно проходил мимо и решил заскочить — вдруг босс на месте.       Днём и в более привычную погоду помещение оказалось наполнено людьми. Лиам простоял в очереди, просто чтобы поговорить с белобрысым бариста лет двадцати, не особо отвлекая его от работы.       — Добрый день! — поприветствовал его парнишка, мило улыбаясь.       — Добрый, — кивнул Лиам. — Скажите пожалуйста, Адриан случайно не на месте? Или, может, планирует сегодня зайти? Я его друг, но что-то сложно с ним связаться.       — Адриан? — бариста пару раз моргнул. — А-а-а, шеф! Сейчас спрошу коллегу, они вроде как близки.       Близки? Адриан с кем-то сблизился, хотя не так давно переехал сюда? А Лиама избегает? Что-то тут неладное. Непонятно только, что.       Лиам отошёл чуть в сторону, пропуская следующего человека в очереди к кассе. Парень открыл дверь, находящуюся за стойкой.       — Эй, Моника! — крикнул он. — Тут шефа его какой-то друг спрашивает! Не знаешь, когда он будет?       Женский голос за стеной прозвучал неразборчиво. Однако вскоре из-за двери показалась женщина с довольно знакомым лицом.       — Какой ещё друг? — проворчала она. — С кем ещё этот дурында связался?       Теперь Лиам узнал её, отчётливо услышав голос. Женщина его же возраста, с коротким каштановым хвостом и сеткой на голове, в обляпанном фартуке, видимо, кондитер. И она хорошо знакома Лиаму.       — П-привет, Моника, — от растерянности он даже запнулся. — А ты тут какими судьбами?       Последний раз он видел её на выпускном. Тогда они с Адрианом ещё встречались. Моника никогда не была звездой школы и даже класса. Вполне симпатичная, но довольно обычная и немного грубоватая. На Адриана засматривались и куда более красивые и милые девчонки. Однако в какой-то момент он вдруг подружился с Моникой, а потом они даже стали встречаться. Мирно расстались, когда закончили школу.       — В смысле? — женщина недовольно покосилась на Лиама. — Я сюда переехала почти сразу, как школу закончила. А вот к тебе вопросы.       — Недавно переехал. Адриана встретил. А вы… вы снова вместе, что ли?       Недовольство на её лице тут же сменилось усмешкой, а затем она, не стесняясь присутствия посетителей, рассмеялась на весь зал.       — Ну всё понятно, — выдохнула она. — Нет, мы просто вместе работаем. Вернее, я давно уже с головой ушла в колдовство над тортами и пирожными. Мы с Адрианом поболтали, когда он переехал: он думал просто кофейню открыть, но решил всё же с кухней. Предложил мне неплохую зарплату и переманил к себе.       Внутри всё упало. И резко стало вдруг и обидно, и досадно. С Моникой Адриан, значит, связался. Не так уж и близки они были. И сейчас они не встречаются, но она, судя по всему, очень даже в курсе того, как идут дела у этого гада. А Лиаму он вообще никакой весточки не отправил. И теперь ещё вовсю избегает. А главное — непонятно, почему. Что такого Лиам сделал-то? Или сказал? Всегда с открытым ртом смотрел на друга, обожал его. Они ведь даже никогда не ссорились, даже в детстве, когда любая мелочь кажется огромной драмой! А тут эта Моника — лишь краткий и не особо значительный эпизод жизни Адриана. Чем же тогда был Лиам?       — Что смешного? — буркнул он.       — Оюшки! — весело, но не без ехидства улыбнулась Моника. — Неужели сейчас обидку ему кинешь? Слушай, у этого раздолбая нелёгкий период, не стоит дуться на то, что его иногда не застать. Я и сама не всегда могу за ним уследить. Ходит с тростью, а всё равно шило в заднице: был тут, а вот уже там. Уже сколько пытаюсь его в порядок привести… Начальник, блин, нашёлся! Какое-то время поработает нормально, даже сверх ожидаемого, всегда на подхвате, а потом пропадает. И работайте как хотите! У нас тут уже почти автономия! Дёрнул же чёрт работать на этого оболтуса, хоть и знала, с кем имею дело…       — И давно вы… общаетесь?       — И не прекращали как бы, — её бровь приподнялась. — Слушай, не отвлекай от работы, а? Если хочешь выловить Адриана на работе, то у тебя вряд ли это получится. Тут надежда только на удачу. Бывай.       Её, конечно, не особо интересует жизнь одноклассника. И это взаимно. Моника быстро скрылась за дверью, оставив Лиама недоумевать дальше. Он извинился перед бариста за беспокойство и вышел.       Значит, с Моникой Адриан держал связь всё это время. И это сразу отметает мысли о том, что он просто со всеми постепенно прекратил общаться со временем. Получается ведь, что проблема в самом Лиаме. Но он никак не смог припомнить хоть какого-то веского повода. И хоть это всё неприятно, Лиама съедает досада, но злости, как не было, так и нет. Не могло же так произойти совсем без причины.

***

      Пить дома в гордом одиночестве Лиам не захотел. А заправиться алкоголем просто необходимо. На трезвую голову слишком много разрозненных мыслей посещают его. Найти себе компанию в приложении для знакомств не проблема. Правда давно уже эти самые знакомства не приводили к чему-то большему, чем встреча-две. Но не беда. Может, в конце концов, Лиам хоть ненадолго отвлечётся от гнетущих мыслей о старом друге. Сколько можно уже? Ладно бы по какой-нибудь безответной любви так страдал, а ему всё какие-то недомолвки с Адрианом покоя не дают.       Но девушка в платье с глубоким декольте не сильно помогла отвлечься. Лиаму не слишком интересно угощать студентку, уходящую в отрыв. Стоило этого ожидать, глядя на возраст. И всё же сойдёт. А завтра надо будет снова попытаться вытащить Адриана.       И стоило Лиаму только подумать об этом, как его внимание привлекла пара мужчин, только что вошедших в бар. Он даже стал судорожно вспоминать, не находил ли в последнее время каких-нибудь талисманов. Город, конечно, небольшой, но вот так в очередной раз случайно сталкиваться с Адрианом — это уже какие-то чудеса, в которые Лиам давным-давно уже не верил.       Тут же потеряв нить разговора, он проследил за мужчинами, подошедшими к барной стойке. Адриан не заметил Лиама, сидящего с девушкой за столом. Его спутник — какой-то мужчина, на вид чуть старше их, светловолосый, в очках и с какой-то сложной укладкой. Эти двое так и остались у барной стойки, когда им подали напитки, даже не стали снимать пальто: ни один, ни второй. Видимо, не планируют тут надолго задерживаться. Оба улыбаются, иногда смеются. Адриан, как и обычно, мил и очарователен. А тот холёный тип смотрит как-то странно. Будто бы томно.       «Да он его хочет!» — внезапное осознание словно током прошибло Лиама и заставило ещё внимательнее всмотреться в происходящее, будто бы никакой девушки с соблазнительным декольте и нет рядом. Болтают себе о чём-то. Совсем не кажутся близкими. И теперь под липким взглядом блондина улыбка Адриана стала казаться какой-то натянутой и даже неловкой. И неужели миролюбивый нрав не позволяет чётко и резко дать от ворот поворот? С каких пор? И о чём Адриан думает? Ему сколько лет? Сказать «нет» ведь несложно!       Стали вспоминаться школьные времена, когда Лиаму казалось, что его другу нужна защита, но он и сам прекрасно справлялся. А сейчас стоит и почему-то глупо улыбается какому-то голубому очкарику. И это злит. Не злит то, что Адриан пропал. Не злит, что почему-то именно Лиама вычеркнул из своей жизни. Но злит, что какой-то урод раздевает его взглядом, а он спокойно позволяет это.       Когда же блондин положил руку на талию Адриана, а потом его ладонь скользнула ниже, внутри Лиама уже всё окончательно вскипело. Он напрочь забыл о студентке и, вскочив из-за стола, стремительно потопал к этим двум. Обычно Лиам долго собирается с мыслями, взвешивает все за и против, но сейчас он не мешкал ни секунды. Просто резким движением скинул руку блондина с бедра Адриана.       — Держи свои лапы при себе, — угрожающе прошипел Лиам, отпихнув голубка подальше от старого друга.       — Лиам? — Адриан же удивлённо захлопал своими длиннющими чёрными ресницами. — Ты чего?..       — Эй, ты вообще адекватный? — блондин скрестил руки на груди. — Адриан, ты не говорил, что…       — Э-это мой старый друг! — теперь его улыбка точно стала напряжённой. — Он, кажется, немного перебрал…       — Дикие у тебя друзья, — этот тип хмыкнул, с недоверием косясь на Лиама, вклинившегося между ними.       — Всё нормаль… — Адриан хотел как-то убрать образовавшееся напряжение, но не успел.       — Вот и свали, раз такой воспитанный, — голос Лиама даже ему самому показался чужим с этими рычащими нотками.       Улыбка окончательно сползла с лица Адриана, и он нечитаемым взглядом окинул и Лиама, и блондина, устало вздохнув.       — Наверное, сегодня не очень подходящий день, — спокойно сказал он, глядя на этого голубка. — Я потом напишу, ладно?       — Ты издеваешься? — этот тип недовольно скривился. — Ай, ладно… Мне есть чем заняться. А желания играть в какие-то игры и впутываться в мутные истории нет. Тем более ругаться с твоими… друзьями. Развлекайтесь.       Поправив очки, он слегка пихнул Лиама так же, как и тот его, и поспешил удалиться из бара.       — Лиам? — на замену голубку подлетела брошенная студентка, явно недовольная происходящим. — Что произошло?       — Извини, думаю, что вечер не задастся, — он не дал ей никакого подходящего ответа, а голос остался равнодушным. Настроение на возню с какой-то незнакомкой, которую он особо и не вспомнит, совсем пропало. — Я составлю компанию своему другу.       — И ты так просто берёшь и оставляешь меня? — наверное, лишь удивление не дало ей возмутиться в полной мере. Конечно, она молода и привлекательна, а какой-то козёл не хочет продолжать знакомство, уже спустя меньше, чем час. Увы, но в её жизни будут мудаки и похуже.       — Всё равно не интересно ни тебе, ни мне, — Лиам пожал плечами.       — Боже, что с тобой не так?.. — девушка вздохнула и, как ни странно, просто ушла, без лишней ругани.       В голове Лиама спутались все мысли и никак не хотели упорядочиться. Он понемногу сам начал осмыслять, что сделал и, почему. И всё равно это всё странно. Им под тридцать, Адриан и сам бы разобрался. К чему было лезть куда не просят?       — И что это было? — Адриан взболтнул свой бокал, наблюдая за колыханием вина, оставляющего на стекле мокрые следы, после чего сделал небольшой глоток, так и не подняв взгляд.       — Он тебя лапал… — Лиам попытался оправдаться, но в голове не возникло действительно весомых аргументов для таких резких движений.       — И это повод чуть ли ни затевать драку с незнакомцем? — тёмные глаза посмотрели внимательно, изучающе. — И прерывать собственное свидание?       — Всё равно мы не особо друг другу понравились. И кто это вообще был?       — Просто знакомый, — на этот раз Адриан залпом осушил свой бокал и тут же заказал ещё два.       — Но ведь правда это как-то… — вздохнул Лиам. — Ну странно это, когда один мужик лезет к другому и вот так лапает. Я понимаю, двадцать первый век и всякое такое, но нельзя же лезть ко всем подряд… Будто бы специально для таких нет баров и клубов!       — Странно? — Адриан придвинул один из бокалов ближе к другу. — Да что ты говоришь. Что им, прятаться теперь, что ли? К чему развивать конфликт там, где он не нужен? Будто бы к тебе пристают.       — Скажи лучше вот что, — Лиам покрутил бокал за ножку. — Что случилось-то? Ты меня избегаешь? Я что-то не так сделал? Ты с самого начала какой-то… немного странный. Будто бы не хочешь со мной говорить. То болтаешь как ни в чём ни бывало, то находишь тысячу отговорок от встречи, а я тебя вижу тут с каким-то непонятным голубком. Я сегодня проходил мимо твоей кондитерской. Зашёл, вдруг ты там… А там Моника. Я и не знал, что вы так близки. Я просто не понимаю, чем я тебе так не угодил.       — Пей, — при слабом освещении бара его глаза кажутся почти чёрными. — Кое в чём мы с Моникой хорошо друг друга понимаем. Вот и сдружились. Лиам, мы взрослые люди, каждый живёт своей жизнью. Не могу я взять и по щелчку подвинуть всё и всех, только потому что ты сюда переехал.       А ведь Адриан всегда был лёгок на подъём. Ему плохо давалось планирование, а любопытство и общительность толкали его в любой кипиш. А тут — нате! Ничто и никто не подвинется!       — Неужели? — Лиам нахмурился. — Как по мне, причина не в этом. Мне кажется, ты и правда избегаешь меня. Почему ты ведёшь себя так?       — Потому что, если что-то выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, это, вероятно, и есть утка, — с раздражением процедил Адриан, осушил второй бокал и придвинул другой ещё ближе к Лиаму. — Пей.       — Ты решил упиться в хламину? Ты мог бы сказать, если я что-то не так сделал…       — Дело не в тебе. Вернее, не совсем в тебе. Просто неудачные совпадения и стечения обстоятельств. Но раз мы оба тут, и наши спутники отвалились, то, чёрт тебя дери, Лиам, пей. Трезвым я душу изливать точно не стану. Или ты можешь уйти, оставив меня наедине с моим пьянством.       Несмотря на то, как быстро Адриан расправился с двумя бокалами красного вина, оно, кажется, всё ещё не ударило ему в голову. Лиам с сомнением окинул взглядом старого друга, пытаясь оценить целесообразность его затеи. Он ведь и сам хотел выпить с Адрианом, чтобы языки у обоих развязались окончательно, и можно было бы обсудить всё то, что за восемь лет накопилось. Но не так Лиам представлял завязку. Не думал, что Адриан будет говорить с ним с таким раздражением и смотреть таким взглядом, какого никогда раньше не показывал. Сложным, нечитаемым, неоднозначным. Но не враждебным.       Злиться на Адриана всё так же невозможно. Даже если его поведение задевает. В конце концов, он ведь точно разбит. Человек, переживший серьёзную травму, ставящую крест на любимом деле, может злиться на многих по каким-то своим соображениям, витиевато приходя к не всегда верным выводам. Пусть Адриан всегда и казался кем-то неунывающим, и именно он вытягивал Лиама из болота, сейчас и правда стоит поменяться местами. Меньшее, что можно сделать для друга — это немного потерпеть и постараться его понять, даже если это сложно.       — Ну и гад же ты, — улыбнулся Лиам и залпом выпил предложенное вино одним большим глотком.