Когда гаснут огни...Свети.

Дзен

      «— Ему с тобой повезло. Я понимаю, что ты хотела как лучше. Так что спасибо, что рассказала. Ты права, я должен был знать.»       «Что еще я мог ей сказать?» — пнув валяющуюся у ног голову ледяной статуи, спросил себя Дзен. Отец просил его сойтись поближе с этой девчонкой, так что свои истинные чувства показывать было нельзя. Даже тот всплеск силы был лишним. Но боже, как же хотелось выдрать ту лавку из земли и запустить в ближайшее здание. Разбить эти чертовы витрины с «миленькими» гирляндами вдребезги. Сравнять все вокруг с землей.       Потому что Мира разбередила раны. А Дзен ведь только стал к ней проникаться. То представление на площади было чушью, он знал, что девчонки тащатся от подобных проявлений симпатии. А тем более те, что лишены силы. Он проворачивал такое не единожды, и видел, как в глазах этих дурынд вспыхивает влюбленность. Потому что они чувствуют и видят его силу. Потому что понимают, что с помощью нее можно творить и такую красоту.       Дзену было плевать на это. Он пытался залатать рану в душе, встречаясь то с одной, то с другой. Но все было тщетно. Когда он обрел силу, то стал замечать, что используя ее, становится немного, но легче. И Дзен с головой ушел в обучение, что бы подчинять воздух. Но все равно чего-то не хватало. Значимого. Того, что забрала она.       «Смотря на тебя, я всегда буду помнить о нем. И о том, что я сделала. Я все разрушила. Я не могу, прости.» — Кейт ушла, оставив зияющую дыру в груди, которую невозможно было заполнить.       И в конце концов, Дзен сдался. Он перестал надеяться на то, что кто-то способен излечить его душу. Шрам на лице не шел ни в какое сравнение с тем, насколько исполосовано было его сердце.       Постепенно Дзен научился жить с этой болью. Она никуда не ушла, но словно стала неотъемлемой частью его самого. Только вот побочным эффектом было нежелание слушать отца и продолжать выполнять эти глупые обязанности. Устраивать балы, присутствовать на встречах, обсуждать улучшения города. Все это казалось Дзену бессмысленным. Он не знал, чего хотел, но был абсолютно уверен, что власть — это точно не его желание.       Тогда отец и решил преподать ему урок.       «Умерь свою гордыню. То, что ты мой сын, налагает на тебя обязательства. Не хочешь учиться управлять и находить общий язык с людьми? Хорошо. — даже не отрывая глаз от бумаг, произнес Джозеф Споилт. — С сентября ты будешь работать в колледже Уэлча. Посмотришь на людей, которые даже лишившись силы готовы работать и учиться, что бы обеспечить себе достойную жизнь. Которая тебе досталась просто по праву рождения!»       Спорить было бессмысленно, Дзену пришлось подчиниться. Поначалу ему было сложно, он не хотел следить за порядком, решать конфликты. Ему было комфортно в своей трехслойной броне, вдали от людей. Но постепенно жизнь пошла на лад. Он этого не ожидал. Ребята блюстители оказались очень простыми, и в этом и заключалась их прелесть. Дзен привык, что перед ним все кланяются, так как он сын могущественного Джозефа Споилта, который так много сделал для города и людей в целом. Но Эшу и Марине было все равно, они требовали от него исполнения обязанностей, а уж как на него орала Рикарда, когда он, вместо дежурства, сидел в их общей гостиной блюстителей и пялился в одну точку. В общем, с такими коллегами ему ничего не оставалось, кроме как начать работать, и постепенно, он сблизился с ними, и вспомнил, что такое дружба.       А потом вдруг отец вызвал его к себе, и сказал, что в колледж прибывает некая Мира Аден, и он обязан с ней сблизиться.       — Но зачем? — стоя перед рабочим столом отца, спросил Дзен.       — Я думал, ты усвоил урок. Просто исполняй то, что тебе сказано. Без вопросов.       Кто же знал, что она приедет с ублюдком Стронгхолдом?       Дзен понял, что их перебранка оказала на девушку негативное первое впечатление, и поспешил исправиться.       — Зачем ты так возишься с ней? — спросила Рик.       — Отец сказал, что нужно сблизиться с ней. Понятия не имею, зачем. — Дзен покачал головой. — Есть идеи, как произвести на нее впечатление?       — О, да просто будь всегда рядом. — отозвалась Марина. — Спрашивай как она, помогай. А если провернешь тот фокус со снегом, будет вообще отлично. — усмехнулась девушка.       Так Дзен и поступал. Вот только на Миру это все не действовало. Он чувствовал, что она отвечает ему скорее из вежливости. А после Нового года выяснилось, что она встречается со Стронгхолдом. И Дзен даже порадовался. Можно просто дружить, и не надо выдавливать из себя симпатию, которой на самом деле не существует.       Нет, Дзену нравилась Мира, но именно как друг. Она была веселой, скромной, очень чуткой, всегда интересовалась как он, и в целом он очень хорошо к ней относился.       Но вот она выдает эту тираду про Кейт, и все рушится. Как-будто она была там. Как-будто понимает, что это такое, когда сердце, наполненное любовью, съеживается до черной точки, а потом быстро расширяется и взрывается, поджигая все вокруг, каждый орган, каждую мысль, каждую мышцу и нерв. И ведь пожар почти потух, оставив после себя лишь тлеющие остатки былых чувств.       А эта девчонка взяла, и подожгла все заново. И в этот раз отчего-то больнее. Плевать на Леона, и на то, что он там подумал. Плевать даже на шрам на лице. Мира напомнила Дзену о Кейт. О той, что могла остаться рядом и быть его, ведь он любил ее больше жизни. Но она предпочла уйти. Вычеркнуть из своей жизни его и все, что между ними было.       Несостоявшаяся любовь била гораздо больнее, чем отверженная.       — Мистер Споилт, добро пожаловать домой. Вам что-то нужно? — дружелюбно спросил дворецкий.       — Нет, Коул. Скажи, что бы меня не беспокоили до понедельника. — отозвался Дзен. — И, прости, я во внутреннем дворе навел беспорядок.       — Ничего, я все уберу. — кивнул дворецкий.       Поднимаясь по лестнице, Дзен грустно усмехнулся. Он разбил вдребезги все ледяные фигуры, что стояли вдоль аллеи, ведущей в дом. Бедный Коул.       — Дзен, зайди ко мне. — послышался голос отца из кабинета.       Парень хотел его проигнорировать, и было двинулся дальше, к своей комнате. Ведь последнее, что ему нужно в таком состоянии, это снова выслушивать нравоучения отца. Это единственное, ради чего Джозеф вообще заговаривает с ним.       — Дзен!       Парень затормозил, прикрыл глаза и глубоко вздохнул.       — Что, отец? — войдя в кабинет и встав перед столом из красного дуба, спросил Дзен.       — Как твои успехи с мисс Аден? — в кои-то веки Джозеф поднял заинтересованный взгляд на сына.       — Дружим. — отозвался Дзен.       — Дружите? — скептическим голосом переспросил Джозеф. — Мне кажется, я достаточно конкретно обрисовал нужный результат. Вы должны сблизиться, Дзен. Это важно. Дружить ты можешь с теми девками с работы.       — Девками? — у Дзена заходили жвалки, и он сжал руки в кулаки.       — Ты не на том фокусируешься, сынок.       Встав из-за стола, Джозеф подошел к деревянному шкафчику со стеклянными дверцами, и достав оттуда виски в хрустальном графине, налил напиток себе в стакан. Дзен молча наблюдал за действиями отца, нервно прикусывая щеку изнутри. Когда отец чем-то недоволен, он всегда пьет виски. Это плохо. Это всегда очень плохо.       — Так что тебе не понятно в слове сблизиться? — вернувшись за стол, и покачивая стакан с виски в руках, спросил Джозеф.       — Я думал, что дружбы будет достаточно. — переминаясь с ноги на ногу, тихо ответил Дзен. — Ты же ничего мне не объяснил. Зачем мне вообще с ней сближаться?       Перед столом Джозефа умышленно не были поставлены ни стулья, ни кресла. Он предпочитал говорить и с сыном, и с подчиненными именно с позиции комфорта. Они же должны были терпеть лишения, пусть даже выраженные в том, что им приходилось просто стоять. Когда разговор шел пять минут, это пустяк. Но вот когда обсуждения затягивались на час и больше…       — Ты думал… — кивнув головой, отозвался Джозеф, и выпил. — Что ж, нет, сын. Этого недостаточно. Ты должен делать так, как я говорю. Без вопросов. — поставив стакан на стол, сказал он. — Мне нужно, что бы она была без ума от тебя, как те дурочки, с которыми ты развлекался летом, и которые замучали потом Коула, обивая наш порог.       Злость, раздражение, гнев и страх смешались в Дзене, и в горле встал ком, а грудь стало распирать от недостатка воздуха. Все мышцы напряглись, потому что то, что он должен был сказать, неизменно вызовет реакцию у отца. Ту, что Дзен ненавидел больше всего.       — Я не… — начал Дзен, но увидев, как бровь отца поползла вверх, запнулся. Перевел дух, и сказал. — Она уже состоит в отношениях.       — И что?       — Со Стронгхолдом.       — О, старая песня. — пренебрежительно отозвался Джозеф. — Но, мой вопрос прежний. И что?       — Отец! — не выдержал Дзен и, подойдя ближе, оперся кулаками на стол. — Я не полезу в чужие отношения! Хватит с меня этого дерьма!       — А ну выбирай выражения! — Джозеф привстал, и Дзен рефлекторно отошел на пару шагов от стола. — Ты меня разочаровываешь, Дзен. Нам нужна эта девчонка, и мне плевать, как ты будешь этого добиваться! На весеннем балу она должна быть у нас в кармане, ты понял?       — А мое мнение вообще учитывается? — проглотив свой страх, спросил Дзен.       — Твое мнение учитывалось бы, если бы ты показал, что готов сделать все на благо нашей семьи и фамилии! Но ты… — Джозеф выставил вперед указательный палец с золотой печаткой, на которой был изображен герб воздуха. — отказываешься выполнять то, что от тебя просят!       — Да услышь же ты меня! Она в отношениях и любит его! — повысив голос в желании докричаться до отца, сказал Дзен.       — Что ж. — тяжело вздыхая, Джозеф сел обратно на свое темно-синее, кожаное кресло. — Если ты не сможешь, то за дело возьмусь я.

***

      — Мира? — послышался от двери голос Леона.       Я резко сорвалась с места, и плечом подперла дверь, что бы он не вошел.       — Позови Альму! Срочно! — держа дверь, безапелляционным тоном сказала я.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил Леон.       — Просто позови Альму!       Спустя несколько минут послышался стук в дверь, и я приоткрыла ее так, что бы видно было только мое лицо.       — В чем дело? — спросила Альма.       А я быстро схватила ее за руку и утащила в свою комнату, тут же снова закрывая дверь на замок.       — Пресвятая Деметра! Где ты его взяла?! — Альма вытаращила глаза, и начала ходить вокруг, рассматривая меня.       Я стояла посреди комнаты в подаренном кем-то изумрудном платье. Атласная ткань, такая легкая и приятная коже. Глубокий V-образный вырез на груди начинался у середины ребер и постепенно уходил в лямки на плечах. Верхнюю часть платья украшали замысловатые узоры, выполненные из нежной серебристой ткани, с россыпью небольших сияющих камней. От талии же струилась свободная юбка в пол, которая, пока я стояла, идеально повторяла контур моих бедер, но стоило начать кружиться, расходилась в стороны, словно быстро раскрывающийся бутон какого-то сказочного цветка.       — Это не слишком? — спросила я у Альмы, все еще держа руки у груди, прикрывая вырез. Я никогда не носила настолько открытых вещей, и чувствовала себя очень странно.       — А ну! — девушка взяла меня за руки и опустила их. — Ты выглядишь потрясающе! Нет! Ты выглядишь просто крышесносно! — поправила она саму себя. — Но, откуда ты его взяла?       — Подозреваю, что без Дзена не обошлось. — поворачиваясь обратно к зеркалу, отозвалась я, не узнавая себя в отражении.       — У него отличный вкус. — с ноткой уважения ответила Альма и, подойдя ко мне, убрала мои волосы за спину. — Тебе очень идет.       — Да. — тихо подтвердила я, и обернулась. — Но кажется, это слишком. Это не я.       — Как это не ты? — присаживаясь на стул, осведомилась Альма. — Я вот вижу тебя. И в каком смысле слишком?       — Ну, оно такое открытое. — я закусила губу. — Я не уверенна, что мне оно подходит.       — Мира, в чем именно ты сомневаешься? — нахмурившись, спросила Альма. — Платье тебе нравится?       — Да, очень. — я кивнула.       — А то, как ты в нем выглядишь?       — Конечно, но…       — Никаких но! — перебила меня подруга. — Все, это две составляющих, которых достаточно, что бы идти в нем! Тебе нравится вещь, и тебе нравится, как ты в ней выглядишь. — подвела итог Альма. — Если тебя волнует, что подумают окружающие, то я тебе скажу — все просто афигеют! Потому что выглядишь ты сногсшибательно!       — Ты правда так думаешь? — улыбнувшись, но все еще с сомнением, отозвалась я.       — Нет. Я тебе нагло вру. — закатывая глаза, ответила Альма и встала. — Тебе оно не идет, ты выглядишь просто отвратительно, так что давай его мне. — усмехнувшись, она даже протянула руку.       — Спасибо. — засмеявшись, ответила я, и обняла Альму.       Мне так этого не хватало. Простой дружеской поддержки. Конечно, было бы отлично, если бы я не оглядывалась на мнение окружающих, и действовала всегда исходя из своих собственных желаний. Но этому мне еще предстоит научиться, а пока, я очень рада, что обрела подругу, которая искренне готова меня поддержать.       — А ты бы сказала правду, если бы платье мне не шло? — уже провожая девушку, спросила я.       — Не смей закрывать этот вырез волосами! — закатывая глаза и игнорируя вопрос, напутствовала Альма, и тоже ушла собираться.       Первый день марта был теплым. Снега почти не осталось, и радостное щебетание вернувшихся птиц разбавляла весенняя капель. Я натянула кроссовки, уложила в пакет бархатные изумрудные туфли на тонкой высокой шпильке. Их я тоже обнаружила в коробке и они идеально подходили к платью. Правда, я не очень верила в то, что смогу отходить в них весь вечер, но что поделать. Кроссовки же я надела потому, что до повозок предстояло пройти по лужам, а в туфлях на шпильке это сделать будет проблематично. Натянув длинное пальто, я наконец вышла из комнаты и постучала в дверь Леона.       — Заходи. — крикнул он, и я вошла.       Несколько секунд я просто смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Черный смокинг, идеально сидящий по его атлетичной фигуре, черная, подаренная мной, рубашка. Волосы, обычно лежащие как попало, аккуратно расчесаны и уложены назад. Я привыкла видеть его небрежным, эдаким парнем-хулиганом. А сейчас передо мной стоял настоящий аристократ из высшего общества. Очень разительная перемена.       — Ты чего замерла? — поправляя воротник рубашки, весело спросил Леон.       — Ты выглядишь… — я замялась, пытаясь подобрать нужное слово. Прекрасно, восхитительно и прочее, вообще не передавало его красоты. Конечно, он всегда был для меня красив, но я не представляла, насколько ему идет официальный костюм.       — Хорошо? — улыбнувшись, спросил он. — Я чувствую себя, как-будто мне снова десять, и Артур ведет меня на эти дурацкие светские мероприятия. — Леона аж передернуло. — Одна радость, могу надеть черную рубашку.       — Нет, ты выглядишь потрясающе! — он правда сказал «хорошо»? Завидная скромность.       — А это что? — он кивнул на подол платья, выглядывающий из-под пальто. — Не розовое.       — Да, не розовое. — подтвердила я и улыбнулась.       — Покажешь? — забирая куртку из шкафа, спросил он.       — Пусть это будет сюрпризом.       — Ладно. — усмехнулся парень.       В холле мы встретились с остальными и наконец пошли на улицу. Классно, что нас теперь шестеро. Мы спокойно заняли повозку своей компанией, и до самого поместья Споилтов весело болтали, в предвкушении отличного праздника. Леон держал мою руку в своей теплой ладони, и был в приподнятом настроении, а такое с ним случалось достаточно редко. Так что я наслаждалась каждой его улыбкой, от которой в уголках его глаз собирались маленькие морщинки, такие милые, что я не могла оторвать взгляда от его лица. Никогда не думала, что чей-то смех будет наполнять мою душу таким теплом и радостью.       — Прошу, дамы. — Леон первый выскочил из повозки, как только мы затормозили, и подавал руку каждой, что бы мы спокойно спустились.       — Мне то зачем твоя рука? — последним выходя из повозки, спросил Джо, игнорируя все еще протянутую руку Леона.       — Ну что ты, душа моя. — усмехнулся парень. — Вдруг упадешь.       — Ага. — Джо отбил пять по руке Леона, и спустившись, сразу подошел к Альме.       — Красиво, да? — спросила меня Мел, а я лишь кивнула.       Слов не было. Огромный белый дом с колоннами, которые обвивали зеленые растения с белыми бутонами, поражал. Его фасад, украшенный бесчисленным количеством красных, зеленых, желтых и белых цветов, был настолько завораживающим, что я не переставала бегать по нему глазами, рассматривая каждую деталь.       — Идем, а то мы движение задерживаем. — оглядываясь назад, сказал Джо.       Повозки останавливались по одной, высаживая студентов к белой лестнице, устланной красной ковровой дорожкой. Из-за того, что мы затормозили, сзади уже начала собираться толпа, так что мы двинулись дальше, поднимаясь по лестнице к парадному входу. Две огромные белые же двери были распахнуты, впуская нас всех в огромный светлый холл.       — Добрый день, уважаемые гости! — послышался голос дворецкого и мы перевели взгляды на него. — Прошу сюда, — он указал на дверь сбоку. — Здесь вы сможете оставить свою верхнюю одежду, а затем проследовать в главный зал.       — Здравствуй, Коул. — проходя мимо, поздоровался с мужчиной Леон.       — Мистер Стронгхолд? — дворецкий на секунду округлил глаза и побелел, но быстро взял себя в руки, и его губы растянулись в дежурной улыбке. — Добро пожаловать. Рад вас снова видеть.       — По-моему, он врет. — тихонько проговорил Джо, как только мы вошли в просторную комнату с рядами вешалок.       — Да, похоже его не предупредили. — взглянув на меня, серьезно проговорил Леон.       — Я не…       — Леон!!!       Мимо меня пронесся вихрь, и я поняла что это, только когда увидела, как на шее у Леона повисла Стефания.       — Привет, сестренка. — обнимая ее обеими руками, произнес парень. — Ну хватит, макияж испортишь, и Артур будет ворчать.       — Ой, да плевать! — отрываясь от брата, сказала девушка, утирая слезы. — Идем, мне столько нужно тебе рассказать! — тут она заметила меня. — Ох, здравствуй, Мира! Я украду его ненадолго? Ты не против?       — Нет, конечно. — улыбнулась я, доставая туфли из пакета.       — Отлично! Идем! — она схватила брата за руку, и потащила за собой, так что он в последний момент протянул мне свою куртку, которую даже не успел повесить.       — Это его сестра? — спросила Альма, смотря им вслед.       — Ага. — наконец снимая пальто, отозвалась я.       Сняв кроссовки и убрав их в пакет, я наконец надела туфли, от чего стала на добрых десять сантиметров выше. Но как только повесила пакет на крючок, резко обернулась, понимая, что повисла тишина.       — Ничего себе. — первым обрел голос Джо, за что получил подзатыльник от Альмы.       — А ну не пялься. — весело сказала ему она.       — Мира, платье просто отпад! — сказала Мел.       — Спасибо. — смутившись от их взглядов, отозвалась я, но расправила плечи.       Джо, конечно, был в черном смокинге и белой рубашке. Альма, которую он уже взял под руку, надела обтягивающие вельветовое платье-футляр цвета молочного шоколада, с длинным рукавом и юбкой чуть ниже колена. Киндред была в фисташковом платье без рукавов, из легкой-воздушной ткани, длинной до середины бедра. Мел же выглядела как принцесса, в голубом платье с открытыми плечами и небольшими рукавами воланчиками. Корсет ее платья был выполнен из шелка, в то время как от талии расходилась очень пышная юбка из газовой ткани, украшенная вышитыми вручную узорами цветов.       — Ну что, идем? — поправляя волосы, спросила Киндред.       Мы вышли обратно в холл, и к нам сразу же обратился Коул.       — Главный зал по лестнице направо.       Так, в толпе весело болтающих студентов, мы и направились к залу. Туфли оказались на удивление удобными, так что я без труда преодолела лестницу, продолжая рассматривать внутренний интерьер дома. Он не выглядел как жилище просто богатых людей. Нет, это был настоящий старинный замок, со своей атмосферой и непередаваемой красотой. Картины с пейзажами, мраморные полы, высокие вазы с лилиями, гортензиями и розами. И это только холл! Каждая деталь цепляла взгляд, и я шла открыв рот, рассматривая великолепие этого места. И здесь вырос Дзен! Теперь и не стоило удивляться тому, с каким вкусом он подобрал мне платье. Когда живешь в таком месте, где каждая деталь подходит к другой, сочетается и дополняет ее, вкус возникнет в любом случае.       — Добро пожаловать! — у входа в большой зал стояли двое мужчин в темно-синих смокингах, и как только мы подошли, они открыли высокие белые двери.       Меня сразу же окутало легким и приятным ароматом цветов, а уши наполнила прекрасная инструментальная музыка, во главе со скрипкой. Зал был уже полон. В центре расположилась большая площадка для танцев, а по периметру, возле стен, стояли накрытые белыми скатертями столы с закусками, и стойки с каскадом бокалов шампанского. Здесь было еще красивее. Просторный зал, без мебели, с огромными окнами по левую руку, растянувшимися во всю стену, открывающие вид на сад. Но особой деталью этого места был потолок, расписанный вручную, с облаками, ангелочками, и красивой темноволосой женщиной в центре, голову которой покрывал венок из белых цветов.       — Деметра. — сказал знакомый голос мне на ухо, и я вздрогнула от неожиданности. — Прости, не хотел тебя напугать. — улыбнулся Дзен. — Ну-ка, покажись. — он взял меня за руку и, приподняв ее, направил меня, что бы я покрутилась. — Даже лучше, чем я представлял. — когда я остановилась, и отпустила его руку, сказал он.       — Да уж, спасибо тебе. — смутившись, поблагодарила я. — Оно очень красивое.       — Это всего лишь тряпка, Мира. — усмехнулся Дзен. — И она становится красивой только тогда, когда ее надевает красивая девушка.       — Дзен! Там мистер Доэрти хочет поговорить с тобой… О. — к нам подошел полноватый мужчина, в дорогом синем костюме и белым платком в нагрудном кармане пиджака. Смерив меня оценивающим взглядом, от которого по спине пробежали мурашки, он улыбнулся и продолжил. — Не представишь мне свою…?       — Подругу. — со странной интонацией произнес парень. — Да, конечно. Это Мира Аден, отец.       Я достаточно резко посмотрела на Дзена, на что он лишь подмигнул, так что я вернулась взглядом к Джозефу Споилту. Мужчина был чуть ниже, чем Дзен, с такими же светлыми волосами, тщательно уложенными на боковой пробор, и голубыми глазами. Пожалуй, это все, что от него унаследовал парень.       — Здравствуйте, мистер Споилт. У вас просто великолепный дом! Тут очень красиво!       — Ох, благодарю вас, юная леди. Вы очень добры. — все еще бегая по мне глазами, отозвался мужчина и оскалил свои идеально белые зубы. — Как вам в нашем колледже?       — О, замечательно. Мне очень нравится набор предметов…       — Вот ты где. — на мою талию легла теплая ладонь, обладателя которой я сразу же узнала. — Добрый день, мистер Споилт. — поздоровался Леон.       Джозеф бросил почти уничтожающий взгляд на Дзена, но тот лишь ухмылялся. А мы с Леоном наблюдали, как из зеленого, лицо Споилта старшего становится белым, а затем и красным. Он выглядел как бомба замедленного действия, и я крепче вцепилась в руку Леона, готовясь к тому, что совсем скоро придется бежать от неминуемого взрыва. Однако Джозеф Споилт был не так прост. Облеченный властью, он не мог показать, что что-либо пошло не по его плану, так что мужчина быстро совладал с собой, и переведя взгляд обратно на Леона, сказал.       — Добро пожаловать, Леонидас. — Джозеф даже смог изобразить подобие дружелюбной улыбки. — Я рад, что вы с Дзеном смогли уладить все разногласия, так что, когда он спросил у меня, можешь ли ты посетить бал, я с превеликим удовольствием дал свое согласие. — я бросила взгляд на Дзена, и увидела, как с его лица сползает ухмылка. Отец его переиграл. — Прекрасно, что вы двое оставили все свои обиды в прошлом. — он протянул свою руку Леону, и тот незамедлительно пожал ее. — Что ж, я надеюсь, вам понравится бал, развлекайтесь. — пожелал он нам, и тут перевел взгляд обратно на Дзена. — Идем, мистер Доэрти ждет.       Как только эта парочка ушла из зоны слышимости, Леон обрел голос.       — Оставил на пару минут… — переводя на меня взгляд, сказал он, и тут отошел на пару шагов и, осмотрев меня, присвистнул. — О, теперь ясно. Больше не отойду от тебя ни на шаг. Украдут. — с восхищением в голосе, произнес парень. — Ты… — теперь уж он не смог подобрать слово.       — Хороша? — улыбнулась я, и притянув его к себе, поцеловала.       Бал проходил просто прекрасно. Леон, как и обещал, не выпускал мою руку из своей. Мы подошли к Стеф и Артуру, и если девушка улыбалась, видя наши переплетенные руки, то ее муж смотрел на нас каким-то до боли странным взглядом. Впрочем, Леон был весел, и заряжал меня своим позитивным настроем, так что я просто решила не обращать внимания на такие мелочи. Позже мы переместились к друзьям, и весело болтали. Мел, вызнавшая все на Новогоднем балу, рассказывала нам кто есть кто, но как только завидела Брэндона Фоули, вошедшего в зал, быстро свернула разговоры и унеслась в его сторону.       — Ох уж эта любовь. — хохотнула Киндред.       Мел пронеслась со скоростью урагана по пустому танцевальному настилу, и даже не затормозив, бросилась на шею Брэндону. Сначала он немного опешил, но когда понял, что это она, тепло улыбнулся, и закружил ее, держа обеими руками.       — А где Картус? — переводя взгляд на Киндред, спросила я.       — Да, сколько можно его скрывать? — поддержала меня Альма.       — Не скрываю я его. — закатывая глаза, отозвалась девушка. — Просто вместо сидения на пятой точке в кафе, мы предпочитаем гулять.       — Да, да. — нетерпеливым голосом отозвалась Альма. — Так где он?       — Как только придет, я вас представлю, угомонись. — толкнув подругу бедром, сказала Киндред.       Мел и Брэндон присоединились к нам, и я отругала себя за то, что сомневалась в нем. Он с таким теплом смотрел на Мел, обнимая ее за талию, и так внимательно слушал все, что она говорит, что мне стало немного стыдно.       — Мисс Аден? — ко мне сбоку подошел отец Дзена. — Можно вас на пару слов?       — Конечно. — ответила я, и успокаивающе сжала напрягшуюся руку Леона, снимая ее со своей талии. — Сейчас вернусь.       Мужчина отвел меня к большому окну, рядом с которым не было людей, и как-будто волнуясь, заговорил.       — Могу я попросить вас о небольшой услуге, Мира? — беря меня за руку, и сжимая ее между своих ладоней, спросил он.       — Да? — отозвалась я, рассматривая массивную золотую печатку на его указательном пальце, с гербом воздуха, выложенным бриллиантами, в чем я нисколько не сомневалась.       — Понимаете, весенний бал открывает хозяин дома… — начал объяснять Джозеф.       Обратно к Леону я шла с абсолютно замыленным взглядом. У этого мужчины не только стихия воздуха развита на высшем уровне, но и дар убеждения тоже. Сама не знаю как, но я согласилась выполнить его просьбу. При чем сначала ответила ему, и только потом задумалась о том, что говорю. Он как-будто загипнотизировал меня.       — Только не психуй. — тихо сказала я, беря Леона за руку. Улыбнулась друзьям, и отвела его на пару шагов в сторону.       — Ты в курсе, что такие просьбы обычно вызывают обратный эффект? — осведомился Леон, приобретая тот самый тон, с которым он разговаривал со мной в первые дни общения. Я уж и забыла, как звучит его голос, когда он недоволен.       — Я согласилась на первый танец, открывающий бал.       — И зачем так пугать? — опустив напряженные до этого плечи, спокойно отозвался Леон. — Ну потанцуешь со стариком, и…       — С Дзеном. — поправила я.       — С Дзеном? — сжимая мою ладонь, переспросил Леон.       — С Дзеном.