Когда гаснут огни...Свети.

      — Так это вы тот человек, о котором говорила миссис Кирби? — подходя ближе к его столу, спросила я.       — Точно. — кивнул мужчина. — Она связалась со мной сразу после вашего теста, и я сделал все необходимое, что бы вы оказались в безопасности.       — Спасибо вам. — искренне сказала я.       Смотря на Джозефа, в моей голове рождался диссонанс. С одной стороны, он и правда помог мне, укрыл и дал учителя в лице Стефании, за что я была ему признательна. Но с другой, моя интуиция кричала о том, что этот человек властен, в следствии чего и опасен, и он вряд ли будет брать в расчет мои мысли и желания.       — Ну, дорогая, всегда пожалуйста. — оскалив свои белоснежные зубы, отозвался мужчина. — Но, я надеюсь, вы понимаете, что я прилагал столько усилий не для простого спасибо?       Джозеф, сидящий в своем темно-синем кресле с высокой спинкой, смотрел на меня с позиции силы.       «Какие-то шишки, которые хотят использовать тебя в своих интересах?» — тут же вспомнились мне слова Леона, Он уже тогда понимал…       Какой же нужно было быть наивной, что бы поверить, что защиту и убежище мне дали просто так!       — И чего же вы хотите? — осведомилась я, осматриваясь.       Туфли резко перестали быть удобными, и мне страшно захотелось сесть. Только вот в темном кабинете было лишь одно кресло. И оно было занято человеком, который заметив, как мои глаза бегают в поисках стула, довольно улыбнулся.       — Думаю, вы согласитесь, Мира, что Брэнд — чума для всего человеческого рода. Раньше он существовал только в сказках и сказаниях, там ему и место. — поудобнее устроившись в кресле, сказал Джозеф. — И только с вашей помощью, мы можем от него избавиться.       — И что вы предлагаете? — желание снять туфли крепло.       — Революцию. — отозвался мужчина. — У меня есть ресурсы и люди. Элементали, которые готовы дать Брэнду отпор. Только вот будучи единоличным обладателем стихии огня, он был непобедим. Нам нечего было ему противопоставить, ведь огонь может сдержать только огонь. Трех предыдущих селестиалов он уничтожил, но вам повезло. Как и нам. С вашей силой у нас есть шанс, и нужно быть идиотом, что бы им не воспользоваться.       — Но зачем вам это? — переминаясь с ноги на ногу, спросила я. — Вы богаты, живете в достатке, у вас тут свое маленькое государство, которое не слишком терпит лишения. Вы дали людям свет!       — Свет, но не тепло. — отозвался мужчина и притянул к себе стихией воздуха графин и два стакана. — Выпьете? — наливая янтарную жидкость, спросил он.       — Нет, спасибо.       — Как пожелаете. — он отпил виски. — Я думаю, уничтожив Брэнда, мы вернем стихию огня ее обладателям. Разве это плохо? Равенство для всех? — спросил Джозеф. — Да, я богат. А еще стар, Мира. Стихия, конечно, продлевает мне жизнь, но я не могу не думать о том, что останется после меня. Никто не застрахован от того, что бы не получить дар. Вдруг будущего ребенка Дзена изберет стихия огня? И что тогда? Никакое богатство не спасет мой род от угасания в таком случае.       — А если мы объявим войну Брэнду, нас всех прикончат и ваш род исчезнет вовсе?       — То я превращусь в пепел, но хотя бы с мыслью о том, что попытался. Разве вас не страшит будущее, Мира? Разве вам не хочется, что бы ваши друзья снова обладали силой, которую у них просто отняли? Разве они не заслуживают большего?       Леон, Альма, Мел, Джо, Киндред. И тысячи безымянных людей, которые моют полы, охраняют здания, сидят с детьми и бесконечно бегут, исполняя чужую волю, просто что бы выжить. Что бы свести концы с концами. Люди, которых лишили будущего, которого они все заслуживали.       Спокойная жизнь расслабила меня. Я размякла. Смотря на друзей, которые учатся, сытно едят, смеются и посещают балы, я совсем забыла, что у них нет главного. Их стихии. И им еще повезло. А сколькие терпят унижения и замерзают в собственных домах, не в силах заработать на частицу огня, которую в правильном мире могли бы создать сами.       Злость на саму себя вызвала импульс, который я тут же подчинила, создала сферу огня, и подвесила ее в воздухе, освещая наконец эту темную комнату. Глаза Джозефа вспыхнули восхищением, и, если мне не показалось, надеждой. Мужчина встал, и пройдя к небольшой двери, которую до этого я не видела, открыл ее, и взяв из подсобки стул, подошел и поставил его передо мной. Тут я поняла, что увидев мою силу воочию, он наконец стал воспринимать меня всерьез. Не как равную, конечно. Но как силу, с которой стоит считаться.       — И какой у вас план? — спросила я, присаживаясь, и чувствуя облегчение в ногах.       — Вы переедете в этот дом, и стихиям вас станут обучать самые сильные их носители. — садясь обратно в свое кресло, отозвался мужчина.       — Но Стеф уже… — начала я.       — Стефания посвятила вас в основы. — перебил меня Джозеф. — Она прекрасный учитель и очень милая девушка, но как элементаль воздуха — достаточно посредственна. Нет, вам нужно больше умений и знаний. При чем от лучших элементалей.       — Ладно. — отозвалась я. — Но зачем мне переезжать в ваш дом? А как же колледж? Я могу и дальше заниматься по выходным…       — Нет. — Джозеф покачал головой. — Что бы стать достаточно сильной для того, что бы бросить вызов Брэнду, вы должны неустанно заниматься, ни на что не отвлекаясь.       Пульсирующая сфера огня отбрасывала блики на все в этой комнате, и Джозеф раз за разом возвращался к ней глазами, в которых уже отчего-то светился триумф. А я размышляла. Мне вовсе не хотелось переезжать сюда. Я не смогу видеть Леона и подруг. Все, что мне стало дорого, придется оставить позади. А я не была к этому готова.       — Я хочу вернуть людям огонь. — наконец сказала я. — Но мне важно видеть своих друзей.       — Никто не собирается вас запирать в этом доме. — отозвался Джозеф. — Будете видеться с ними по выходным.       — Тогда еще вопрос, мы же искренни друг с другом, правда?       — Конечно. — утвердительно кивнув, сказал мужчина.       — Судя по вашей реакции, вы не ожидали сегодня увидеть Леона Стронгхолда. Это так?       — Да. — немного помедлив, все же ответил Джозеф.       — И раз Дзен провернул это все без вашего ведома, разрешите ли вы Леону посещать город по выходным? — спросила я о том, что волновало меня больше всего.       — О, а тут, мисс Аден, перед нами встает небольшая проблема. — снова налив себе виски, отозвался мужчина. — Вам больше нельзя будет поддерживать былые отношения с Леонидасом.       — Это еще почему? — достаточно резко спросила я.       — Потому что вы должны стать женой Дзена.       Несколько секунд я просто всматривалась в лицо Джозефа, пытаясь понять, не шутит ли он.       — Нет. — видя, что мужчина абсолютно серьезен, произнесла я.       — Не торопитесь с ответом. — спокойно произнес Джозеф. — Потому что это вовсе не вопрос и даже не предложение. Это обязательное условие нашего будущего взаимодействия Мира, так что хотите вы того или нет…       — Да идите вы к черту! — я резко встала со стула, а сфера над нашими головами вспыхнула от моей ярости, но не обожгла. Пока.       — Держите себя в руках. — произнес мужчина уверенным голосом, но я видела, как в его глазах на секунду промелькнул страх. — Как я уже говорил, все, что происходит сейчас, это следствие того, что я хочу лучшего для своей семьи. Ваша сила и мое влияние, пусть выраженное через Дзена, стоящего с вами рядом, приведут к нам новых союзников. А уж в случае победы над Брэндом вы станете настоящими символами нового времени! Вы подарите людям равенство и будете примером! Две светлые души, сильные и молодые, вместе принесшие мир и процветание будущим поколениям!       Чересчур воодушевленным голосом, Джозеф явственно нарисовал у меня перед глазами картину желаемого им будущего. Брэндфорт, главная площадь, а на ней воздвигнут памятник мне и Дзену. Только вот на памятнике большими буквами будет выгравирована фамилия Споилт. Именно поэтому Джозеф хочет, что бы я стала женой его сына. Что бы его фамилия осталась на страницах истории. И, если мы победим, она и останется. Ведь историю пишет победитель.       — Вам плевать на равенство! — ядовито выплюнула я, наконец снимая эти чертовы туфли. — Вы хотите власти! Хотите, что бы вам поклонялись как освободителю! Именно вам!       — Это все грани моего желания. — опасливо поглядывая на пульсирующую сферу, сказал мужчина. — Равенство, светлое будущее, и, вы правы, власть и влияние. Вы думаете, будь власть в моих руках, все станет хуже? Вы видели Бэрефт? Видели колледж Уэлча? Люди под моим руководством процветают и ни в чем не нуждаются! — Джозеф встал, и обойдя стол, остановился напротив меня. — Мне показалось, что вы тоже готовы бороться за будущее для своих друзей. Для своей семьи. Для людей, которые вынуждены каждый день бороться за жизнь, вместо того, что бы просто наслаждаться этой самой жизнью. Для самой себя, в конце концов, потому что Брэнд рано или поздно узнает о вас.       В последнем предложении я услышала плохо скрытую угрозу, и сделала шаг назад, отчего споткнулась о туфли, и чуть не упала, но Джозеф ухватил меня за руку, и помог удержать равновесие.       — Только не говорите мне, что готовы предать себя и всех этих людей из-за какого-то мальчишки. — отпуская мою руку, и возвращаясь обратно на свое кресло, отозвался он. — Вы очень напоминаете мне Дзена. Может, виной тому возраст? — спросил он скорее самого себя и покачал головой, возвращаясь ко мне взглядом. — В восемнадцать все кажется трагедией, мисс Аден. Но так уж сложилось, что судьба, провидение или же сама Деметра наделила вас силой, которой не должен обладать ни один смертный. Селестиалов, до появления в нашей жизни Брэнда, не существовало. — вдруг сказал он.       — Что? — переспросила я, отвлекаясь на последнее предложение. — Но миссис Кирби говорила мне, что такое и раньше происходило. Селестиалы появлялись и раньше.       — Да, иногда что-то сбоило в мироздании, и человек мог обладать двумя стихиями одновременно. Но при этом, второй стихией никогда не был огонь. Да и происходило это раз в пол века, если не реже. — пояснил Джозеф. — А такие как вы, стали появляться только после того, как Брэнд присвоил себе огненную стихию. И, как я уже сказал, трех селестиалов, появившихся до вас, он уничтожил.       — Но откуда вы знаете?       — У меня достаточно связей и союзников, что бы отслеживать такие вещи. — просто отозвался мужчина. — Но хватит об этом. Я все же надеюсь, что вы примете правильное решение, Мира. Даю вам ночь на раздумья, и завтра утром жду с ответом. — увидев выражение моего лица, Джозеф добавил. — Мало, понимаю. Но у нас больше нет времени на сомнения. Все обладатели силы чем-то жертвуют, и чем больше сила, тем выше цена. Такова жизнь, думаю, вы понимаете.       Голос Джозефа под конец лишился дружелюбия и всякой жалости. Если до этого он говорил со мной, пытаясь убеждать, то сейчас ему, видимо, надоело строить из себя доброго и понимающего человека, коим он на самом деле не являлся. И я четко слышала в его последних словах всю суть.       Если приду завтра и откажусь от его планов, он мигом сдаст меня Брэнду.       — Хорошо, я подумаю. — отозвалась я, поднимая туфли, и лихорадочно соображая, что делать.       — И, Мира. — когда я уже развернулась, что бы уйти, сказал он. — Без глупостей. Бежать от судьбы бессмысленно.       И по его тону я поняла, что не только от судьбы, но и от него. Наверняка он приставит кого-то, что бы следили за мной, и не дали сбежать из города.       Сфера огня погасла, снова погружая комнату в полутьму. Я в западне. И у меня нет выхода.       Я не помню, как выбралась из особняка и видела ли кого-нибудь. Просто бежала и бежала, пытаясь удалиться от этой ловушки, которая, как я точно знала, все равно захлопнется, как бы далеко я не ушла. Я не чувствовала ничего, кроме всепоглощающего отчаяния. Не чувствовала холодной земли под босыми ногами. Не помнила, в какой момент из моих рук исчезли туфли. Просто двигалась вперед по темной улице, не разбирая дороги от слез, затуманивших глаза. И, самое главное, я не чувствовала силы. Стихии молчали, никак не проявляя себя.       Так я узнала, что отчаяние — самая ужасная эмоция. Она не имеет никакого импульса, лишь угнетая и забирая силы без остатка. Внушая беспомощность.       — Стой же ты!       Вдруг сзади меня обхватили чьи-то руки, и я отчаянно стала вырываться, подумав, что это кто-то из прихвостней Споилта. Но руки лишь крепче меня сжимали, и спустя несколько секунд развернули так, что я увидела, кому они принадлежат.       — Леон. — тихо сказала я, перестав вырываться, и обмякнув у него в руках.       — Что произошло? — напряженным голосом спросил он. — Кто тебя обидел? Это Джозеф, да? Что он сказал? — я лишь замотала головой из стороны в сторону, не в силах выдавить из себя хоть слово. — Мира!       Но когда я не ответила, парень снял с себя пиджак и накинул его на мои плечи, после чего поднял меня на руки. Увидев, что я босиком, он зло зарычал и развернувшись, направился назад.       — Нет! — воскликнула я. — Только не в этот дом.       — Там наши вещи, Мира. И повозки. — отозвался парень. — Я никому не дам тебя в обиду, просто заберем вещи, и Стеф отвезет нас в колледж. И ты расскажешь мне, что произошло!       Я лишь слабо кивнула, потому что понимала, что он прав.       «Бежать от судьбы бессмысленно.»       Только вот до особняка Споилтов мы так и не дошли. Спустя несколько минут нам навстречу выехала повозка, и послышался знакомый голос.       — Она в порядке? — спросила Стеф у Леона, но тут же добавила. — Садитесь в повозку, сегодня переночуете у нас.       Я молчала всю дорогу, смотря в одну точку, и Леон бросил попытки что-то у меня выведать, просто крепче прижимая к себе. Его объятия успокаивали, так что я все же смогла немного прийти в себя, и отбросив пока все мысли о Споилте и сделке, задумалась о том, насколько в курсе всего происходящего была Стеф.       — Ох, Леон! Как я рад тебя видеть! — послышался голос, как только мы вошли в дом.       — Генри! — Леон отпустил мою руку, и пройдя вперед, обнял домоправителя, и я поняла, что у них достаточно теплые отношения.       — Мира, ты замерзла? — входя следом за нами, спросила Стеф. — Хватит обжиматься! Генри, нам срочно нужен чай! А ты, Леон, принеси из моей комнаты теплые вещи! Сейчас же! — скомандовала девушка таким твердым голосом, которого я от нее никогда еще не слышала.       Генри тут же унесся в сторону кухни, а Леон, посмотрев на меня с беспокойством, произнес.       — Принеси сама. Я ее не оставлю.       — Уж я то последняя, кто причинит ей вред. Иди! Мне нужно с ней поговорить! — почти родительским тоном приказала Стеф, но Леон взглянул на меня, и только когда я кивнула, послушал сестру и пошел за вещами.       Мы же с девушкой прошли в уже знакомую гостиную. Я села на диван, и Стеф, вместо того, что бы как обычно занять противоположный, опустилась рядом со мной.       — Мира, что там произошло? — заботливым голосом спросила она.       — Ты знала? — я посмотрела на нее, и немного отодвинулась. — Знала, что он будет меня шантажировать тем, что сдаст Брэнду, если я откажусь? — не в силах усидеть на месте, я встала и стала расхаживать по комнате, заламывая руки.       Отчаяние утихло, а на его замену пришла злость. Неужели она врала мне все это время? Так открыто? Со спокойной душой?       — Я подозревала, что Джозеф не отступится. Он не любит, когда ему отказывают.       — Подозревала, и все равно решила умолчать об этом? — я затормозила, и посмотрела прямо ей в глаза. — Ты сказала, что у меня есть выбор, Стеф!       — Знаю, прости. — тихо произнесла она. — Мне было приказано учить тебя и помалкивать. Я не могла отказаться…       — А Дзен? — перебила ее я. — Про него ты тоже подозревала?       — Дзен? — девушка подняла на меня непонимающий взгляд.       — Да! Я, черт побери, не только должна участвовать в революции, но и женой Дзена стать! И об этом ты не…       — Что? — его голос потерялся в звуках бьющегося фарфора.       Мы со Стеф перевели взгляд на вход в комнату, где с окаменевшим лицом стоял Леон, а у его ног валялся поднос и разбитые чашки и чайник. Кипяток, разлившийся по полу, дымился, грозясь обжечь ступни парня, ведь он был в одних носках. Я первая пришла в себя, взмахнула рукой, и горячая вода, так и не достигнув ног Леона, собралась в дымящуюся большую каплю. Я направила ее к горшку с большим фикусом, и опустила в землю, за что получила недовольный взгляд от Стеф.       — Цветы не положено поливать кипятком. — сказала она.       — Врать тому, кто тебе доверяет, тоже не положено. Так что оставь свои замечания при себе. — достаточно грубо отозвалась я.       Плевала я на ее фикус. Моя собственная жизнь летела в тартарары. Каким-то чудесным образом все вышло так, что я сама стала жертвой своей силы. И именно из-за нее, меня оставили без права выбора вообще.       Стефания, не став спорить, взмахом руки собрала осколки, а я осторожно подошла к Леону, который так и стоял, застывший, у двери. На секунду мне показалось, что он даже не дышит, но как только я взяла его за руку, парень перевел на меня взгляд.       — Ты расскажешь мне все. Сейчас же.       Конечно, Леон говорил серьезно, но все же согласился подождать, пока я схожу в душ и переоденусь. Беганье босиком по мокрой земле не прошло даром. Сняв платье, я наконец увидела, каким грязным был его подол, и уж молчу про свои ноги. Но больше всего мне хотелось избавиться от облепляющего каждый сантиметр кожи чувства бессилия. Меня загнали в угол и выставили счет. За всю радость, что я успела испытать в последние три месяца.       Неужели за все хорошее в жизни обязательно надо платить?       В какой-то момент я вышла из своих мыслей, и заметила, как вокруг меня, собравшись в капли-бусины, летает вода с причудливыми пенными разводами. Я выдохнула, и капли устремились вниз, разбиваясь о пол. Смыв с себя шампунь, который явно принадлежал Леону, так как имел терпкий древесный аромат, я наконец вышла из душевой. Применять стихию воздуха, что бы высохнуть, не было никаких сил, так что я просто вытерлась полотенцем. Стеф выдала мне шелковую пижаму персикового цвета, состоящую из топа на тонких бретелях и коротких шорт. Я тихонько застонала, скучая по своей теплой пижаме, но выбирать не приходилось. Одевшись, я накинула сверху махровый персиковый же халат, и наконец вернулась в комнату Леона.       «Даже не переоделся» — промелькнуло в голове, ведь парень так и остался в черной рубашке и брюках. Он не видел, как я вышла, так как сидел к двери ванной комнаты спиной.       Я залезла на кровать, и на коленях пройдя до парня, обняла его, прижимаясь грудью к его спине. Он обхватил мои руки, и немного развернувшись, потянул меня вперед, пересаживая к себе на колени.       — Как ты? — спросила я.       — Паршиво. — убирая свободной рукой мокрую прядку волос от моего лица, отозвался Леон. — А ты?       — Тоже. — выдохнула я, и положила голову на его плечо.       — Мне нужно знать, что там произошло, Мира.       Я пересказала почти весь наш разговор с Джозефом.       — Ты был прав. — отозвалась я. — Джозеф хочет использовать меня в своих целях. — парень хмыкнул, а я встала с его колен, и развернув стоящий у письменного стола стул, села. — Он хочет, что бы я помогла ему уничтожить Брэнда, и, судя по его словам, у нас это может получиться. У него есть связи и люди. И, насколько я понимаю, его влияние распространено гораздо дальше Бэрефта.       — Почему ты так думаешь?       — Ему рассказала обо мне миссис Кирби, которая принимала у нас тест. Мой город далековато от Бэрефта. — отозвалась я. — Думаю, как только Джозеф узнал о селестиалах, он много где нашел сочувствующих своим целям.       Да, в этом я была уверена. Раньше я возмущалась тому, что другие элементали равнодушны к лишенным дара. Думала, что они просто считают, что им повезло, и слава богу. Поэтому и помалкивают. Только вот я упустила из виду тот факт, что во многих семьях есть те самые лишенные дара. И их родственники готовы дать отпор Брэнду, что бы вернуть нормальную жизнь родным.       — Но при чем тут Дзен?       — При чем только его фамилия. — я грустно усмехнулась. Нисколько не сомневаюсь, что не будь у Джозефа сына, он бы предложил мне выйти замуж за самого себя.       — О, ясно. Споилты — спасители. — кивнул Леон. — Жаль, что его планам не суждено сбыться. — парень улыбнулся, но увидев, что я остаюсь серьезной, напрягся и улыбка быстро сошла с его лица. — Только не говори мне…       — Леон, я не могу отказаться.       — Черта с два! — парень вскочил, и схватив небольшие круглые часы с прикроватной тумбочки, запустил их в противоположную стену.       — Он просто расскажет обо мне Брэнду, и от меня останется кучка пепла. — никак не реагируя на вспышку ярости Леона, спокойно продолжила я. — Правда, если мы проиграем, меня ждет та же участь. Но хотя бы немного подольше поживу.       — Почему ты так спокойно об этом говоришь? — все еще стоя, и сжимая руки в кулаки, спросил Леон. — Ты просто позволишь ему управлять твоей жизнью? А как же этот твой личный выбор?       — У меня его больше нет. — мертвым голосом отозвалась я.       — Нет, Мира! Нет! — Леон подошел ближе, и сев на колени между моих ног, положил руки на мои бедра, глядя мне прямо в глаза. — Выбор есть всегда! И кому, как не тебе, решать? Ты селестиал. И ты можешь сравнять его домик с землей, превратив Джозефа с его самомнением в пепел. Ты же понимаешь это? Понимаешь, что сила у тебя в руках?       — Ты знаешь меня. Я не смогу использовать силу, что бы кому-то навредить.       — Знаю. — выдыхая, отозвался Леон. — Ты не сделаешь этого ради себя. — вдруг сказал он. — Но ты можешь просто припугнуть его. Ради меня. Ради нас.       Несколько секунд мы просто смотрели друг другу в глаза, пока я пыталась понять, о чем он меня просит. А когда поняла, осознала вдруг, какая я тугодумка. Ведь Джозеф явно испугался, когда из-за моей ярости стала пульсировать сфера огня. Он сам сказал, ему нечего противопоставить этой стихии. Так что Леон прав, я могу просто напугать Споилта, и начать диктовать свои условия. Его влияние, связи и люди нужны мне, это точно. Ведь я правда готова бороться. За Леона. За Альму, Киндред, Мелиссу и Джо. За себя. Мне придется встретиться с Брэндом в любом случае, ведь спокойной жизни при нем я не дождусь, так что мне нужна помощь. Но вот выходить за Дзена, что бы увековечивать фамилию Споилта, я не обязана.       Мне стало легче дышать.       — Что бы я без тебя делала? — спросила я и, улыбнувшись, обхватила лицо Леона ладонями. — Ты прав. Я так и поступлю. Запугаю его, и он станет играть по моим правилам!       — Вот, совсем другой разговор. — усмехнувшись от моего задорного тона, отозвался Леон. Встал с колен, и потянул меня за руку, что бы я тоже встала. — Видишь, вместе мы можем решить что угодно.       Я встала на мысочки, и обхватив шею парня, притянула его к себе, что бы поцеловать. Облегчение от найденного решения проблемы, осознание своей силы и того, что я не потеряю Леона, смешались во взрывной коктейль эмоций, которые нашли выход в этом страстном поцелуе. После того случая с футболкой, я всегда сдерживалась и контролировала себя, что бы ненароком не поджечь парня снова. Но сейчас я отпустила себя полностью, потому что знала, что мой огонь принадлежит и Леону тоже. Ведь я поняла, что самый сильный огонь во мне разжигает не злость, а любовь к нему. А как говорила Стеф, огонь никогда не причинит вреда тому, кому обязан своим рождением.       — Я люблю тебя. — отстранившись, выпалила я быстрее, чем успела подумать о том, что говорю.       — Так не честно. — обиженно ответил парень, не выпуская меня из своих объятий.       — Что?       — Я хотел сказать это первым. — поднимая меня на руки, и закружив, сказал он, и я засмеялась.