Плата за последствия

— Вот смена одежды, его любимая игрушка и подгузники, — проговорила Лили, водружая на стол в гостиной Лонгботтомов внушительную сумку. — Ты уверена, что он не будет тебе мешать? — Алиса выглядела слегка уставшей. Может, стоит просто отменить встречу? С другой стороны, если струсить сейчас, вряд ли мужества хватит на вторую попытку. — Не беспокойся, — мягко улыбнулась Алиса. — Я приняла бодрящее зелье прямо перед твоим приходом. Всё будет в порядке. К тому же здесь Августа, да и эльфы никуда не делись. Думаю, мы справимся с двумя малышами. — Её взгляд скользнул по высокому волшебнику, вошедшему следом за Лили. — И с этим заросшим ребёнком в придачу. — Эй! — возмутился Сириус. — Я не заросший! Я вполне регулярно стригусь. И я могу присмотреть за своим крестником. — Конечно можешь, дорогой, — ласково сказала Алиса, отчего Сириус нахмурился ещё сильнее. Ему не нравилось, когда с ним говорили таким тоном. И они оба это знали. — Спасибо вам обоим. Мне правда нужно ненадолго выбраться сегодня. — Лили потратила уйму времени, чтобы найти няню, а затем уговорить Тома согласовать дату. Вторая часть оказалась на удивление простой. — Я всё ещё считаю, что тебе не стоит уходить одной, Лили, — снова завёл свою шарманку Сириус. — Джеймс никогда не простил бы меня, если бы с тобой что-то случилось. Гарри нуждается в тебе! Почему все пытались манипулировать её чувством вины, заставляя подчиняться их воле? — Да, я нужна ему. Но чтобы заботиться о нём, мне нужна передышка. А раз он нужен и тебе, нам не стоит уходить вместе. Ты же знаешь, что уже давно не было случайных нападений на магловские места. Только, — она сделала воздушные кавычки, — «точечные ликвидации» некоторых политических фигур, вандализм и тому подобное. С чего бы вдруг атаке случиться сегодня, в каком-то случайном городе? Не будь ребёнком, Сириус. Лили, разумеется, не могла сказать, почему сегодня она будет в полной безопасности: раз она встречается с Волдемортом, нападения не будет. С какой стати он стал бы делать нечто столь глупое? — Именно это затишье и заставляет меня нервничать. Так долго ничего не происходило, что я почти уверен — что-то готовится. Она пожала плечами, наблюдая, как Невилл сидит на полу и переворачивает страницы детской книжки. Гарри устроился у стеллажа, поднялся на ножки и с упоением вытаскивал книги одну за другой, швыряя их на пол. — Я не могу жить в ожидании туманных «вдруг», Сириус. Я не беспомощная девица, ждущая спасения. Я могу постоять за себя. И если что-то случится, я позову на помощь. Так что хватит переживать и иди спасай книги. Сириус обернулся, увидел, как Гарри тянет за корешок очередной фолиант, и бросился к нему под весёлый смех двух волшебниц. — Хорошо проведи время, Лили. Увидимся позже. В последний раз взглянув на сына, Лили накинула плащ, натянула шапку и, засунув руки в варежки, исчезла с лёгким хлопком. Она возникла неподалёку от места встречи с Томасом. Место она выбрала наугад, бросив комок засохшего варенья в парящую в воздухе карту. Нашла подходящее кафе и отправила приглашение. Пришла первой, заняла столик у большого окна с видом на городскую площадь и заказала чай. Спустя пять минут после условленного времени по улице уверенной походкой прошёл человек, до боли похожий на того самого Томаса, только с гораздо более тёмными волосами и выразительными глазами. Казалось, он решил отказаться от всех чар и предстать таким, какой он есть. Было всё же удивительно, насколько естественно он сливался с толпой, но, раз он намекал, что вырос в мире магглов, в этом была своя логика. Не стоит удивляться, хотя удивление всё же оставалось. — Здравствуйте, Лили. Можно присесть? — Он не стал менять и голос, оставаясь Томасом-магглом. — Пожалуйста. — Она жестом пригласила его сесть, наблюдая, как он медленно снимает слои одежды, защищавшие от январского холода. — Благодарю за приглашение, — сказал он, устроившись спиной к двери и окну. — Я рад, что вы вообще даёте мне этот шанс. — Я не выношу неведения. С тех пор как директор сказал нам скрываться, не объяснив толком почему, я живу в постоянном напряжении. Возможно, делиться с вами информацией — опрометчиво, но то, что вы, кажется, готовы отвечать на мои вопросы, помогло мне сохранять рассудок. Что бы ни случилось, Гарри — мой главный приоритет. Его безопасность, счастье и здоровье — вот что важно. Я не уверена, что директор разделяет мои взгляды на этот счёт. — Она рассеянно помешала чай, глядя куда угодно, только не на Томаса. — Он рассказал вам пророчество? — спросил Томас, открывая меню. — Я спрашивала. Но он сказал, что точную формулировку не стоит доверять тем, кто не способен защитить свой разум, или какую-то такую ерунду… — Ей хотелось сказать «чушь», но она удержалась от подросткового лексикона в публичном месте. Их прервала официантка. Заказав вафли и чай, они поддерживали светскую беседу о погоде, пока заказ не принесли. — Вы хотите установить свою защиту или позволите мне наложить заклинания? — спросил Томас, наливая ей чай. — Полагаю, ваша защита надёжнее моей, — сказала Лили, добавляя в чашку сливки и сахар. Он принял или проигнорировал намёк-комплимент без реакции, изящно извлёк палочку из рукава и бесшумно наложил защиту, двигая ею так, чтобы видела только она. — Вы хотите знать, что известно мне? Всё ещё давал ей выбор. Она понимала, почему так многие шли за этим человеком, который сейчас сидел расслабленно, ел вафли и ждал её решения. Было обманчиво просто доверять ему. И всё же она почему-то была уверена, что может верить его благим намерениям относительно Гарри и её самой. — Я хочу знать. — Ей нужно было знать. Почему этот человек разыскал её семью, убил её мужа и оглушил её. То, что директор держал её в неведении, сводило с ума. Он глубоко вздохнул, сосредоточился и начал декламировать чуть более низким тоном, чем обычно говорят в таких местах. — Тот, у кого есть сила победить Тёмного Лорда, приближается… Родится у тех, кто трижды бросил ему вызов, родится, когда умрёт седьмой месяц… — Он сделал паузу, встретившись с её взглядом. — Это всё, что мне удалось услышать. Слишком уж большое совпадение, чтобы все эти детали сошлись без чьего-либо вмешательства. Руками ли директора, кого-то ещё, а может, и самой Магии? Я не знаю. Но эти несколько строк стали причиной, по которой я вообще задумался о поисках вас. — Он отпил из чашки, устремив взгляд на стол. — Мысль о персонификации магии всё ещё кажется мне странной, — сказала Лили, сосредоточившись на этой части, а не на обрывке пророчества, который теперь знала. — Но в мире, в котором я теперь живу, так много необъяснимого. Почему бы и этому не быть возможным? — Она пожала плечами, внезапно не так уверенная в том, что хочет узнать. — Но почему это должно быть правдой? Том изящно пожал одним плечом. — Не уверен, что могу ответить. Я просто знаю, что Магия есть, она наблюдает за нами, недовольная тем, что мы творим её даром. Я видел хроники, подробно описывающие упадок эльфов. Северус говорил, вы интересовались возможностью увидеть их? Лили кивнула, отставляя чашку, чтобы намазать вафлю маслом. — Да. — Она просила Северуса выяснить, может ли она сама взглянуть на них. — Северус намекал, что их не так-то просто переместить? Том кивнул и уже собирался что-то сказать, когда на улице раздался пронзительный крик, затем — оглушительный взрыв, и снова крики. Том мгновенно вскочил, сжимая палочку, его глаза выискивали источник опасности.

***

— Нет! — вырвалось у Тома, и он смачно выругался на латыни, древнегреческом и мандарине — эти языки оказались на удивление изобретательны в выражениях. Что ещё эти идиоты удумали? — Это были маски Пожирателей? — Лили присела у стола, вглядываясь в окно. Здесь они были как на ладони. — Да, — прошипел Том. — Похоже, здесь орудует несколько этих недисциплинированных болванов. Но по крайней мере одна маска — бездарная подделка. С какой стати они устроили эту дурацкую вылазку именно сейчас? — Если я правильно понимаю, вы не отдавали приказа о нападении? — уточнила Лили, не отрывая взгляда от улицы. — Совершенно верно. — Том с силой выдохнул. Раскрыть себя и призвать идиотов к порядку? — Какой в этом смысл? В этом городе не жгли ведьм, не практиковали экзорцизм. Ничего, что могло бы оправдать подобную жестокость. Это нападение никем не санкционировано. — Вам стоит уйти, — сказала Лили, вызывая Патронуса и шепча ему: — Найди Сириуса. Здесь нападение — смешанная группа Пожирателей и самозванцев. — Серебристая лань умчалась сквозь стену. Том вздохнул, глядя на свою изысканную палочку. Сейчас её уникальность стала проблемой. Его взгляд скользнул по перепуганным магглам, по официантке, вызывающей полицию. — Вы всё ещё здесь? — Лили приподняла бровь. — Орден уже в пути. Том ответил безразличным взглядом. — Мне придётся отвечать за это. Я чувствую ответственность хотя бы за часть этих идиотов. — Более того, согласно клятвам, данные ему Пожиратели обязаны подчиняться. Игнорировать такое неповиновение — значит рисковать властью. Лили вздохнула и оглушила одну из замаскированных фигур, пробегавших мимо. — Сириус устроит истерику, если Волдеморт появится здесь. В её словах был резон. — Кто сказал, что мне нужно появляться лично? — Укрываясь, Том достал медальон с шеи и начал наказывать непокорных через их Тёмные метки. — Прикроете меня? — попросил он, к её удивлению, и, получив кивок, сосредоточился. Распространив сознание на ближайших Пожирателей, он ухватился за связь с ними и исказил её, наполнив болью, затрудняющей действия. Оглушённая фигура у окна задергалась — значит, это был один из мятежников. Лили толкнула его в бок. — Эй, Том. Орден здесь. — Она встала между ним и входом. Спрятав медальон, Том медленно поднялся. Бежать было поздно — кто-то установил антиаппарирующие чары. Придётся импровизировать. — Лили! Лили! — чей-то голос звал её сквозь шум. Том осторожно снял защитные чары — Дамблдор наверняка заметил бы их. — Я здесь! — крикнула Лили, бросая на него вопросительный взгляд. — Всё в порядке. Я останусь, пока не буду уверен в вашей безопасности. Я Томас Смит, сквиб, вы помогли мне по дороге сюда. — Он быстро сообщил ей легенду одной из своих личин. Сириус Блэк ворвался внутрь, с палочкой наготове, мантиями, развевающимися за спиной, и кровью на лбу. — Лили! Я знал! Тебе не следовало уходить одной! Какое покровительственное отношение. Том закатил глаза, оглядывая перепуганных магглов. — Со мной ничего не случилось, — холодно ответила Лили. — Именно потому, что я была здесь, Орден смог быстро вмешаться. — У тебя маленький сын! Ты не можешь так рисковать! — Блэк повернулся к Тому, серые глаза пылали. — А ты кто такой? — Меня зовут Томас. Вы, должно быть, Сириус Блэк. Лили очень метко описывает людей, — ответил Том, не скрывая неприязни. Лили была компетентной волшебницей, и относиться к ней как к беспомощной — было верхом глупости. Уголки губ Тома дрогнули в лёгкой улыбке, обращённой к Лили, словно он делился с ней забавной шуткой. Та в ответ улыбнулась нервно, но всё же улыбнулась. — Ты в порядке, Томас? Тебя не задело заклинание? Никакие осколки? — голос Лили звучал искренне обеспокоенно, когда она коснулась его локтя. Он не был до конца уверен, притворяется она или говорит от чистого сердца, что было для него непривычно. — Всё отразили твои защитные чары, — ответил он, на мгновение прикрыв её руку своей и слегка сжав. — Спасибо. — Не за защиту — с этим он справился сам. А за то, что она вошла в роль, не выдала его. — Друзья на то и друзья, — сказала она, забирая руку и поворачиваясь к Блэку, который застыл в дверях с разинутым ртом. — Они ушли? Вам удалось кого-то задержать? Медленно моргая, будто отгоняя навязчивую муху, Блэк перевёл взгляд на Лили. — Мы взяли шестерых. Они были уже на земле, будто поражённые заклинанием. Остальные, похоже, сбежали, едва мы появились. Выглядели… напуганными. — И сам Блэк казался смущённым. Похоже, в нападении участвовала целая группа непомеченных экстремистов, а его собственные вышедшие из-под контроля последователи теперь окажутся в руках Ордена или Министерства. — Тебе стоит уйти. Возвращайся домой. — Сириус, казалось, искренне хотел отправить её подальше от опасности. — Вряд ли, — раздался хриплый голос. — Девушка должна рассказать, что видела. — Мудди, обойдя тело на земле и швырнув в него Сковывающие чары, остановился рядом с Блэком. Аврор приобрёл несколько новых шрамов с их последней встречи. Прошёл всего месяц — достаточно для безрассудного волшебника, чтобы снова получить травму. — И он тоже. — Мудди кивнул в сторону Тома, его магический глаз беспрерывно сканировал округу. — Зачем? Томас не покидал чайную, мы оба оставались там с самого начала нападения. Позвольте мне проводить его домой. — Спасибо, Лили, но вряд ли Мудди отпустит незнакомца без допроса. Этот волшебник был особенным — его жажда мести ко всем, кто связан с традиционалистами, вспыхнула после гибели близкого родственника в неудавшемся ритуале. Том понимал горе, но способ, которым Мудди с ним справлялся, был безрассудным. Следовало сосредоточиться на тех, кто втягивал неподготовленных в опасную магию. — Он был на месте. Должен дать показания. Идёмте, времени мало. — Мудди жестом велел им выйти, и Том последовал за Лили на улицу. — Сними с него маску, — приказал Мудди Блэку, указывая на поверженного Пожирателя. Том узнал Уолдена Макнейра. Что ж, теперь он знал, кого наказывать. — Свяжи его. Он из тех, кого нам стоит взять с собой. Под бдительным взглядом Мудди они пробирались через разрушения. — Почему ты просто не… не исчез? — тихо спросила Лили, не отводя взгляда от пути. — Чары уже были установлены, когда я закончил, — объяснил Том, обходя лужу чего-то шипящего и неоново-зелёного. — Что ты сделал? — она бросила на него быстрый взгляд. — Наказал виновных. Те заклинания, о которых говорил Блэк? Это был я. И они все ответят за сегодняшнее. — Лили промолчала, и они продолжили путь к двум закутанным в мантии фигурам. — Лили! Спасибо, что так быстро вызвала нас, — обратился к ней один из волшебников. — Не стоит благодарности, Гидеон. Но Мудди настаивает, чтобы мы с Томасом дали показания. Братья Пруэтты. Надоедливые противники, ставшие менее опасными с тех пор, как Том сократил масштабные атаки. — Я доставлю тебя первой, — сказал другой брат, протягивая руку. — Если твой друг не против подождать. — Я буду в порядке, — улыбнулся Том. Теперь, когда представился шанс заглянуть в логово Ордена, он чувствовал любопытство. Аппарирование «за руку» оказалось грубым — он давно не перемещался таким образом. Вскоре он очутился перед полуразрушенным домом, больше похожим на руины. Лили уже ждала его, с облегчением увидев, что он появился невредимым. — Это просто глупо, — снова попыталась она возразить. — Мы не видели ничего особенного. — Лили, — голос Пруэтта звучал устало, — ты знаешь, что решать не нам. Заходите внутрь, на улице холодно. Войдя, Том осмотрелся. Временная база, не предназначенная для чего-то важного. Защиты слабые, окна кое-где разбиты, в углах виднелись следы грызунов. Как и ожидал — ничего серьёзного. Все вздрогнули, услышав звук приближающихся шагов. Лили и Пруэтт мгновенно достали палочки, а Том, следуя роли, отступил в тень, как сделал бы беспомощный сквиб. Когда фигура в дверном проёме стала различима, они немного расслабились. Небрежно. — Каки бутерброды больше сего любишь? — спросил Пруэтт у вошедшего. — Я неравнодушен к малиновому джему, — последовал бодрый ответ. И хотя Том ожидал этого, его тело всё равно напряглось, подсознание готовясь к бою. Том позволил себе лишь самую тонкую завесу пассивной окклюменции — ровно настолько, чтобы скрыть ледяную ясность своего разума за маской растерянности. Прямого взгляда следовало избегать любой ценой. Единственная возможная тактика — изобразить напуганного, благодарного и абсолютно заурядного человека. Он не мог забыть, что Дамблдор был виртуозом в чтении людей и знал Тома Риддла — ту его версию — слишком хорошо. Оставалось надеяться, что директор всё ещё верит, что эксперименты с тёмной магией необратимо исказили его внешность. Малейшая ошибка — и ситуация взорвётся. Напряжённость в комнате несколько спала с появлением директора, но Том с внутренним изумлением отметил, что Лили не расслабилась ни на йоту. Её пальцы всё так же судорожно сжимали палочку, даже опущенную вниз. Она определённо больше не доверяла старому волшебнику. Почти на инстинктивном уровне Лили снова сместилась, вставая между Томом и дверью, в которую вошёл Дамблдор. На нём был строгий костюм, лишённый привычных ярких мантий, что делало его менее «волшебным» и более опасным. — Директор, — холодно кивнула она, её поза говорила о готовности к обороне. — Бесспорно, удачное стечение обстоятельств, что вы оказались на месте и смогли оперативно позвать помощь, — начал Дамблдор, и его голос звучал мягко, как у доброго дедушки. — Однако мне любопытно, что привело вас в тот район, дитя моё, и кто этот молодой человек? — Его взгляд скользнул по Тому, будто тому было от силы семнадцать, а не пятьдесят с лишним, и тут же вернулся к Лили, словно Том был всего лишь малозначительной деталью. — Мы с Томасом договорились встретиться на чай. Я выбрала кафе и забрала его по дороге, недалеко от «Дырявого Котла». — Блестяще! Она мгновенно вплела в историю те крупицы, что он успел ей сообщить. Квартира, снятая для этой легенды, действительно находилась в том районе — история была безупречной. — Мы разговаривали, пили чай, как вдруг снаружи раздались странные звуки. Теперь я понимаю — это было аппарирование. Мы укрылись, я послала патронуса и поддерживала защитные чары, чтобы обезопасить посетителей, пока не прибудет Орден. Мимо пробегали люди в масках и мантиях. Больше я ничего не видела, пока не представился шанс оглушить одного из них через окно. Окно, кстати, разбилось вдребезги, но по счастливой случайности никто не пострадал. Лили закончила свой краткий отчёт, слегка пожав плечами. Она включила в него всё, что они и вправду могли видеть, и опустила всё компрометирующее. Том был поражён — она его прикрывала. В глубине души что-то дрогнуло, робкая надежда, что у них и вправду может быть будущее. — Где вы познакомились с Томасом? И почему вам пришлось его сопровождать? — Дамблдор всё ещё излучал дедушкину доброту, но его внимание было приковано к Лили, чьё лицо выдавало растущее раздражение. — Мы знакомы. Переписываемся. В основном о зельях. Я не понимаю, почему моя личная жизнь вдруг стала предметом такого пристального интереса, — в её голосе зазвенели стальные нотки, и Том почувствовал, как его собственные брови поползли вверх. Дамблдор, кажется, разозлил не ту львицу. Директор развёл руки — жест, лишённый привычной театральности без широких рукавов, — и в его глазах на мгновение мелькнула острая, изучающая искорка. Ледяная струйка страха пробежала по спине Тома: а владеет ли Лили окклюменцией? Она знала о нём слишком много. Если Дамблдор попытается проникнуть в её мысли, это закончится катастрофой для них обоих. — Лили, дорогая моя, вы должны понять — в эти тёмные времена мы не можем позволить себе быть беспечными. Что вы на самом деле знаете о своём спутнике? Доверять первому встречному опасно. Кто поручится, что это не он навёл на вас Пожирателей? Ваш сын — один из тех, кому суждено противостоять Сами-Знаете-Кому. Вы — ценная мишень, дитя моё. Дамблдор и вправду терял хватку, если полагал, что такие топорные манипуляции и откровенная снисходительность не оттолкнут Лили ещё сильнее. Лили громко фыркнула и сделала несколько шагов по кругу, неосознанно сократив дистанцию между собой и Томом. Он мысленно, тончайшим щупом, проверил окружающее пространство — антиаппарирующих чар не было. В случае крайней необходимости он мог схватить её и исчезнуть. — Он сквиб. Мне пришлось его сопровождать, потому что он не может аппарировать. Нас связывает интерес к зельеварению. Он любит готовить, хотя у него это плохо получается. И он болеет за «Тоттенхэм Хотспур». — Её слова прозвучали как вызов. — Должна ли я теперь предоставить вам справку о его благонадёжности? Или вы продолжите стоять здесь и обращаться со мной как с первокурсницей, которой требуется нянька? Воздух застрял у Тома в горле. Она запомнила. До мельчайших деталей, тех самых незначительных фактов, что он обронил в самом первом своём письме. Не время было разбираться в странном тепле, разлившемся у него в груди, — опасность ещё не миновала. — Прости старика за его неуёмную заботу о бывших учениках, дитя моё. — Том с трудом сдержал презрительный вздох. Это вечное «дитя» должно было, по замыслу Дамблдора, демонстрировать уважение к Лили как к полноправному члену Ордена, но звучало оно лишь как уничижительный паттерн. Директор бросил на Тома короткий, ничего не значащий взгляд, уже отправив его в мысленную корзину с пометкой «неинтересно и неопасно». — Я отлично помню, как раздражает, когда старшие не желают признавать, что с окончанием школы ты по всем статьям взрослый. Хотя это так, нельзя отрицать, что тебе ещё не хватает жизненного опыта. Осознание этого несоответствия и было бы истинным признаком зрелости. — Снова манипуляция. Том с отстранённым интересом отметил, что это, должно быть, излюбленный инструмент Дамблдора — он припоминал, как тот использовал его и на нём самом, в памяти всплыл горящий шкаф. Но на Тома это никогда не действовало. Лили, казалось, вот-вот взорвётся от ярости, и Том решил, что пора вмешаться. Он сделал тот самый шаг, что отделял их, и мягко коснулся её локтя, привлекая внимание. — Лили, можно? На её лице мелькнуло удивление, но она кивнула, и он ответил ей короткой, тёплой улыбкой. Затем перевёл взгляд на Дамблдора, намеренно опустив глаза к его жилету, изображая робость. Это требовало усилий. — Я варю зелья на заказ, чтобы сводить концы с концами. Мы с Лили познакомились в аптеке, когда она попросила меня передать ей один ингредиент. Сегодня я просто укрылся, как она велела. Так что вряд ли смогу рассказать вам что-то полезное, разве что описать узор на ковре, в который я вглядывался, или процитировать молитву, которую бормотал шепотом один из других посетителей. Простите, что не могу помочь больше. — Не извиняйтесь, мой мальчик. — Снисходительный тон заставлял Тома ёрзать, будто его гладили против шерсти. — Всегда приятно встретить друга Лили. — Старый волшебник снова повернулся к ней, и его лицо вмиг озарилось добродушной улыбкой. — Если вам больше нечего добавить, вы, возможно, захотите помочь вашему спутнику добраться до дома. — Так и сделаю. Пошли, Томас, мы уходим. — Она кивнула остальным присутствующим и, не медля, направилась к выходу твёрдым шагом. Том последовал за ней, бросив на прощание вежливые, но невнятные слова, кожей спины ощущая чей-то пристальный взгляд. Он изо всех сил старался не выдать внутреннего напряжения. Они почти у цели — нельзя было рушить всё в последний момент. Снаружи уже сгущались сумерки. Лили наклонилась к нему так близко, что её шёпот был едва слышен. — Куда нам аппарировать? Я почти уверена, кто-то попытается проследить за следом. Взяв её протянутую руку для совместного перемещения, Том так же тихо ответил: — Во двор за «Дырявым Котлом». Оттуда минут десять пешком до квартиры, которую я снял на имя Томаса Смита. Я использую её для получения посылок. Пожилая хозяйка, миссис Таунсенд, живёт на первом этаже и принимает их для меня. — Он уловил вспышку удивления в её глазах, но она лишь крепче сжала его руку, прежде чем тёмная пелена аппарирования унесла их прочь. Они молча прошли через шумный паб, и Том взял на себя инициативу, как только они ступили на магласкую мостовую. Вскоре они достигли ничем не примечательного дома. — Вот моё пристанище, — сказал Том, указывая на него. — Миссис Таунсенд вряд ли одобрит, если я приведу женщину, на которой не женат. Так что, хотя чар, блокирующих аппарирование, внутри нет, ваше появление и последующее исчезновение… вызовут ненужные вопросы. Лили фыркнула. — Я только что лгала в глаза своим союзникам, прикрывая злейшего врага, притворяющегося сквибом, а ты беспокоишься, что какая-то старушка осудит тебя за добрачные отношения, — она с недоверием покачала головой. Том предпочёл проигнорировать этот комментарий. — Вы сможете отсюда аппарировать? В паре кварталов в ту сторону есть неплохой пустырь. — ему и вправду нужно было действовать: обеспечить, чтобы пойманных Пожирателей не раскрыли, созвать собрание, отдать приказы… Но сначала он должен был убедиться, что с ней всё в порядке. — Мне жаль, что наша первая встреча в моём настоящем облике была так грубо прервана… Вам помочь добраться до дома? Лили бросила на него взгляд, в котором читалось одновременно изумление и раздражение. — Всё это… немного ошеломляет. Если бы мне вчера рассказали такое, я бы ни за что не поверила. Но я справлюсь. Я аппарирую к Лонгботтомам, заберу Гарри и затем отправлюсь домой. Со мной всё будет в порядке. — Хорошо, — просто кивнул Том. — Могу я написать письмо? — Обязательно, — на её устах дрогнула лёгкая, почти невесомая улыбка. — Думаю, я хочу узнать вас получше. И, несмотря ни на что, день оказался… познавательным. Они разошлись: Лили направилась к парку, а Том поднялся в свою квартиру, в уме уже составляя список дел и размышляя, как придать жилью более обжитый вид. Возможно, личина Томаса Смита сможет встречаться с Лили чуть более открыто. Время покажет.